Я умею исчезать

Глава 1. Пока город не проснулся

Никто не сказал: «Останься».
Никто не спросил: «А ты справляешься?»

Я шла по пустой улице ранним утром, когда город ещё не проснулся.
В воздухе висела тишина, такая плотная, что казалось — если пошевелиться, она треснет.

Я никогда не любила утро. Оно слишком честное.
Пока всё спит, ты не можешь спрятаться за шумом, за спешкой, за чужими разговорами. Утро говорит: вот ты. Вот всё, от чего ты бежала ночью.

Я прошла мимо кофейни, в которой однажды пряталась от дождя и боли. Тогда мне принесли самый горячий кофе в жизни. Сегодня — она закрыта.

Витрины молчат. Окна чужих квартир будто наблюдают, но не вмешиваются.

Я держу в кармане ключи от квартиры, в которую больше не вернусь.
Телефон в сумке молчит. Он всегда молчит. Я уже не помню, когда кто-то звонил не по ошибке.

А внутри — только вопрос:
Куда идти, когда никто нигде тебя не ждёт?

Иногда мне кажется, что я — черновик человека.
Не окончательная версия, неинтересная для публикации. Слишком тихая. Слишком сложная. Слишком "никакая".

Я умею исчезать.
Не физически — нет. Я могу сидеть рядом, и никто не заметит. Могу говорить, и меня не услышат. Могу плакать, и все подумают, что это просто дождь.

Говорят, каждый хочет быть нужным.
А я просто хочу быть — замеченной.

Сегодня я иду туда, где никого нет.
Не потому что я одиночка.
А потому что даже толпа делает меня ещё более одинокой.

Пока город не проснулся, я могу быть собой.
Тихой, невидимой, но — настоящей.

А может, исчезать — это не навык, а защита?

Может, я просто устала быть рядом с теми, кто смотрит сквозь?

Глава 2. Пустота пахнет металлом

Я просыпаюсь не сразу. Не потому, что спала крепко, — просто не хочу возвращаться. Сон был безобразно бесцветным: ни образов, ни голосов. Только глухой звон в черепе, будто кто-то снаружи стучал по пустому чайнику.

Сижу на кровати, свесив ноги. Пол холодный. Комната в сером утре выглядит так, будто вся жизнь в ней выгорела. Ничего не болит, но и ничего не чувствуется. Ни уму, ни телу.

Открываю окно. Ветер пахнет мокрым асфальтом и металлом — будто город только что выточили из железа и оставили остывать. Ни звука, ни души. Только редкие машины, как мысли: неуловимые, не свои.

Иногда мне кажется, что я сама состою из улиц. Что внутри — асфальт, провода, серая пыль. Что я просто один из элементов городской среды: табличка без надписи, сломанный фонарь, облезлый фасад. Глаз — камера наблюдения. Сердце — почтовый ящик, куда давно никто не заглядывал.

Я выхожу на улицу. Люди идут мимо — и это почти оскорбление. Они проходят, как будто я — не часть их маршрута, как будто моё исчезновение уже случилось.

В аптеке кассирша говорит «следующий». Я подхожу. Она смотрит сквозь меня. Мне хочется сказать:
— Я тут.
Но голос тоже решил исчезнуть.

На кассе лежит блестящий жетон. Как в метро.
Провалиться бы туда — туда, где никто не смотрит в лицо. Где можно стоять у стены и быть ничем. Где исчезновение — привычная форма существования.

Вечером я снова дома. Пью воду из кружки, будто это ритуал возвращения. Смотрю на своё отражение в окне. Там — силуэт. И пустая комната.

И всё же я слышу внутри себя еле слышный хруст.
Будто где-то в темноте… прорастает что-то новое.

Глава 3. "Человек с чёрными перчатками"

Снег начался внезапно — крупный, мокрый, но беззвучный, как в немом фильме. Он падал, будто пытался стереть город, перекрыть улицы, замести лица.

Я вышла поздно, почти ночью. Сама не знала зачем — просто тянуло куда-то. Иногда мне кажется, что мои ноги знают больше, чем я. Они ведут меня, как компас без стрелки, но с тайной картой.

Поворот за поворотом — и я оказалась в районе, где не была с детства. Дом с зелёными ставнями, исписанный гараж, кофейня, которой никогда не было.

Я зашла.
Внутри пахло ванилью и палёным деревом. Стены были обиты старыми газетами, и, странное дело, — на одной из них я увидела знакомое лицо. Моё.

Маленькая фотография. Уголок газеты оборван, но подпись осталась:
«…пропала без вести. Последний раз её видели возле станции "Зеркало".»

Я стояла и смотрела на это лицо, будто на чужое. И тогда он заговорил.

— Странная штука — исчезновение, да?

Я обернулась. У стойки сидел мужчина. Тёмное пальто, шарф, чёрные кожаные перчатки. Его глаза были пронзительно серыми — не глазами, а рентгеном.

— Вы меня знаете? — спросила я.

Он усмехнулся.
— Нет. Но ты себя знаешь?

Я замолчала. Он поставил передо мной чашку. Кофе был чёрный, но в нём плавал кусочек льда. Логики не было — как и в моих снах.

— Ты ведь чувствуешь, что это не просто город, — сказал он. — Он дышит. Он ест. Он помнит. Некоторые люди становятся его частью. Ты — одна из них.

— Что вы имеете в виду?

Он не ответил. Встал, надел перчатки, оставив на столе открытку.
Старая, пожелтевшая. На ней — станция «Зеркало». Я никогда не слышала о такой. Но сердце сжалось, будто давно там было что-то забытое.

— Когда ты будешь готова, — сказал он, — поезд придёт.

Он ушёл. И снова — пустота.

Я вышла на улицу. Снег прекратился. Я повернула открытку. Сзади — только одно слово:

"ПОМНИ"