Я всё ещё человек. Часть 2

2.1 Пообещай кое-что

Давайте, грёбаные ноги, слушайтесь!

Длинная рука заражённого дёрнула на себя, и я отшатнулась.

Останавливаться было нельзя, но при первой же попытке подняться, меня снова повалило вниз, а тело от страха намертво окаменело.

Закрыв голову, я начала пятиться по холодной земле, пока с размаху не упёрлась спиной в дерево.

— Тшшш…тшшш… — зашипела стая, демонстрируя уже красные от моей крови зубы.

Один из них встряхнул за плечи, и я инстинктивно выставила ладонь вперёд, чтобы не дать существу добраться до шеи.

— Очнись!

Я распахнула глаза.

Кто это сказал?

Вокруг страшная темень, и всё просто кишит заражёнными. Если здесь есть кто-то ещё, он уже труп. Или вот-вот им станет.

Надо предупредить. Надо…

— Приди в себя!

Снова этот голос.

Я моргнула, не сразу понимая, что именно изменилось.

Заражённый всё ещё был передо мной. Он дёрнулся сильнее, вынуждая надавить в ответ, и в этом усилии взгляд сам собой соскользнул вниз, к собственной руке.

Буквально секунду назад я чувствовала, как земля забивается под ногти, чувствовала от почвы сырость и холод, а теперь... проведя ладонью, нашла вместо травы гладкую поверхность.

На мгновение замерла, пытаясь понять, какое из ощущений правдиво.

Картинка тут же разошлась с телом и начала расплываться по краям. Пальцы теперь не впивались в липкую от крови кожу существа, а сжимали тёплую ткань чьей-то футболки.

Снова моргнула.

Я сидела на полу у стены, пока Макс, держа меня за плечи, пытается что-то сказать.
Слова дошли сквозь остатки наваждения не сразу, но всё же наконец-то удалось разобрать:

— Всё хорошо, мы дома…дома, — повторял он, проводя ладонью по моей спине.

Я посмотрела в сторону. И правда. Комната Кристины... Только её само́й не было.

Воспоминания ворвались в голову безжалостно и, распахнув глаза, я тут же вцепилась в руки Макса.

— К-кр-… К-кр... — меня так накрыло образами из леса и памятью о боли, что даже имя сестры не выходило выговорить.

— Она в порядке, — успокоил меня Макс и осторожно обхватил руками. — И пальцем не успели тронуть.

Облегчение от услышанного напрочь сорвало остатки самообладания. Я начала рывками вдыхать воздух и мычать, сдавливая в горле истерику. А когда обняла Макса в ответ и окончательно закатилась плачем. Мне до сих пор было страшно до одури.

Даже с закрытыми глазами образы не уходили — наоборот, становились чётче, ярче.

Помню слишком хорошо: как бегу по лесу, как зубы заражённых врезаются в кожу, как больно получать удары и как я боюсь, что Кристина или Макс пострадают.

Тело отзывалось тупой болью: ломило каждую мышцу, руки поднимались с трудом, что случилось с ногами, вообще думать не хотелось.
Какое-то время я так и сидела, пытаясь унять истерику и хоть как-то удержаться в настоящем.
Постепенно в голове стало тише. Сначала ушёл звон в ушах, потом дыхание перестало срываться, и только тогда я смогла отстраниться и откинуться спиной на стену.

Поймав мой взгляд, Макс молча протянул кружку.

В ней — трубочка, с прицепленной пёстрой бумажкой в виде дольки апельсина. Вроде мелочь. Но даже такая незначительная деталь настолько не вязалась с происходящим, что, зацепившись за неё взглядом, на секунду снова усомнилась, не сплю ли.

— Нравится? — тихо спросил Макс, заметив моё застывшее внимание. — Выбрал для тебя…повеселее.

Кивнула.
Господи, меня так легко отвлечь какой-то ерундой.

Вода оказалась как нельзя кстати, но прийти в себя сегодня оказалось намного сложнее, чем после провала сознания в прошлый раз.

— Будешь ещё? — шепнул Макс, забирая из моих рук кружку.

Снова кивнула. Хотела ответить, но не получилось. Делала вдох, и всё. Дальше не шло.

Когда он вышел, глаза сами начали исследовать комнату.
Дверь, снесённая с петель, сейчас просто опиралась на косяк, кровать вся заляпана бурыми пятнами, вокруг — бедлам.

Качнув головой в сторону, почувствовала странное. Что-то с ней было не так. С трудом поднесла ладони к затылку и запустила пальцы в волосы.

Добраться к коже оказалось не так просто, настолько всё было склеено, но почти сразу...оцепенела.

Что за чёрт?

Последнее, что помню: как одно из существ схватило за шею и ударяло о стену, пока мир не отключился.

Я обернулась. На стене, прямо за спиной, чётко был виден потемневший кровавый след от моей головы, и траектория, — как мазок широкой кистью, — по которой я сползла вниз.

В моём затылке была глубокая вмятина.

Лёгкие без приказа стали разгонять воздух, подливая масла в панику.

А дальше? Что произошло потом?

— Анна, не надо. — Макс, каким-то образом оказавшийся рядом, отвернул моё лицо от стены на себя. — Постарайся успокоиться.

Проще сказать, чем сделать. Я снова и снова прощупывала пальцами углубление в черепе и никак не могла остановиться.

— Хочу положить тебя на кровать, — мягко взяв за кисть, Макс отнял руку от моей головы и заглянул в глаза. — Попробуем?

Сейчас было как-то плевать на комфорт. Хотелось разобраться во всём, но сознание почему-то становилось ватным, чего не мог уже исправить даже страх вперемешку с паникой.

В любом случае, расспросить подробности можно было и не на полу.

В знак согласия я протянула к Максу руки. После того, как он осторожно переместил меня на кровать, сам присел напротив на пол, чтобы мне не нужно было поднимать голову. Потом негромко спросил:

— Не можешь говорить? Не получается?

Отрицательно мотнула головой и сразу отвела взгляд, чтобы сморгнуть вновь подступившие слёзы. Меня и саму это начинало беспокоить.

— Не торопись. Ты очнулась в этот раз очень быстро. Сейчас только шесть утра. Нужно время, чтобы восстановиться… — он сделал короткую паузу. — Давай поставлю вкусную капельницу и поспишь ещё немного?

Почему-то машинально заглянула к нему за спину, в дверной проём. Макс, кажется, сразу догадался, кого я ищу глазами, и продолжил.