Юлианна. Принцесса Арахонда.

Юля Смирнова

Пролог

Огромный зал королевского дворца тонул во мраке. И сейчас никто не взялся бы назвать его истинные размеры. Несколько канделябров, расставленных вокруг трона, освещали лишь его и отбрасывали зловещие тени на пол.

На самом краешке массивного кресла, согнувшись и задумавшись, сидел молодой человек. Вся его поза говорила не просто об унынии, но и о какой-то обречённости. Рядом с ним, на небольшом столике остывал ужин, накрытый на две персоны, но все еще нетронутый, несмотря на позднюю ночь.

Иногда он поднимал голову и тяжелым взглядом смотрел на высокую стройную девушку, которая ходила перед ним туда-обратно быстрыми шагами. Её длинное бордовое платье с корсетом и шлейфом, расшитое золотом, говорило о ее высоком статусе, а уединённость с королем – о привилегированном положении.

Но девушка нервничала. Она сжимала и разжимала кулаки, хмурилась и с тревогой бросала взгляд на мужчину на троне. Ни каменные стены, ни решетки на окнах, ни стража за дверью – ни что не давало чувства уверенности и безопасности этим двоим.

Уже несколько часов девушка ходила по тронному залу, заламывая руки и что-то шепча про себя, будто просчитывая возможные варианты. Иногда она взмахивала руками, в отчаянье хваталась за голову, судорожно пытаясь найти решение. Король лишь изредка поднимал голову. Тяжело вздыхал и вновь опускал свой взгляд на каменный пол, погружаясь в тяжелые раздумья.

– Георг! Надо что-то делать! Неужели тебе все равно, чем это закончится? – наконец воскликнула она, останавливаясь перед троном.

– Все равно? Как ты со мной разговариваешь, Изабелла!? – металл в голосе разрезал воздух.

– Прости-прости, – быстро залепетала девушка, падая у его ног и нежно касаясь руки в перчатке и делая тщетную попытку поймать его взгляд, – Я просто в отчаянье. Я не знаю, что нам делать. И я… я так боюсь! – она всхлипнула.

Король, не отвечая поднял вторую руку к глазам и прикрыл их. Впрочем, не отняв другую руку у девушки. Повисла тишина. Шли минуты. В нетерпении, Изабелла начала ёрзать на полу и наконец громко зашептала:

– Георг! Нам надо что-то делать! Пауки наступают, и армия не в состоянии их сдержать.

– Я работаю над этим, – мрачно выдохнул мужчина на троне после длинной паузы, – Если все так безнадежно, почему бы нам просто не отступить и не оставить им их чертов лес и гору!? – неожиданно стукнул он по поручню кресла.

– Но из-за них у нас нет доступа к торговой дороги! Основная её часть проходит через их лес, и тебе это известно лучше, чем мне, – нахмурилась девушка, – Мы же это уже обсуждали миллион раз! Гора – это ценнейшие рудники. Именно из-за них ты и ввязался в эту войну…

– Да, ввязался. Но я ведь не знал, что их королева начнет лепить из своих подданных монстров!

Девушка сочувственно вздохнула, но ничего не ответила.

– А ведь когда-то я чуть не женился на этой жуткой женщине. Представляешь? – вдруг зло усмехнулся он.

Девушка ревниво поджала губки и передернула плечиком.

– Рада, что ты передумал.

– Я?! Передумал? Я никогда не меняю своих решений, – пафосно заявил он и надменно добавил, – запомни это!

Девушка наклонила голову и закатила глаза, пользуясь тем, что выражения её лица невозможно было увидеть.

– Все намного банальнее – мне просто отказал ее отец. Это старый лис сразу понял, что нам нужна не принцесса, а дорога на восток, в земли драконов… А сразу после его смерти я снова посватался к этой гордячке и снова получил отворот-поворот, – мужчина презрительно усмехнулся, – Но я, я так этого не оставил!

– Да, ты начал войну, – холодно закончила за него фразу девушка, – Только как ты планировал побороть этих чудовищ?

– Откуда я знал, что обычные люди станут трехметровыми пауками? Королевство Арахонт славилось тканями и производством одежды, но никак не монстрами. Их королева провела какой-то древний ритуал на своей крови и обратила всех подданных в гигантских пауков. Даже мои разведчики боятся вступить в их лес – там столько паутины, что живым еще никто не вернулся.

– И что ты предлагаешь? – мрачно спросила девушка, – Отступить?

– А что мы можем сделать? – малодушно ответил король, но заметив блеск в глазах собеседницы, встрепенулся, – Ты хочешь что-то предложить?

– Зеркало, – одними губами ответила она, победно улыбаясь, – откроем портал.

– Использовать его еще раз!? Знаешь, Изабелла, – раздраженно покачал головой Георг, – мне кажется, оно сломано. Я искал защиту от армии Арахонда, а оттуда вышла ты. Ты! И как ты можешь быть ответом на мой вопрос о защите, а?

Он поднял на нее тяжелый, совсем не юный взгляд. Девушка дернулась, но быстро взяла себя в руки.

– Ты получил меня, потому что я умная и красивая. Но самое главное, я придумала, что нам делать!

– И что? Вызовем армию из твоего мира? С этими, как ты рассказывала, с легионерами Римской империи? – задумчиво прошептал король, – Думаю, я уже готов это попробовать.

– Нет, вызывать мы никого не будем. Я очень сильно сомневаюсь, что цезарь поделится своим войском… Мы поступим наоборот – кое-кого отправим туда! Мы отправим королеву Арахонда в мой мир, избавившись от неё и её чар раз и навсегда!

– И? Чем нам это поможет? Ты хочешь избавиться от нее, потому что ревнуешь? – зло расхохотался король.

Девушка нетерпеливо тряхнул головой, злясь на своего недогадливого собеседника.

– Ну сам подумай, без королевской магии её подданные больше не смогут превращаться в грозных трехметровых пауков! И мы без труда победим этих жалких людишек.

Король надолго замолчал, не сводя пустого взгляда с камина, а потом прошептал:

– Знаешь, а ведь это может сработать, – и уже громче добавил, – Ты ж моя прелесть! И откуда ты у меня такая коварная?

– Училась у лучших, – громко вздохнула, Изабелла. Но подхваченная на руки соскочившим с трона мужчиной, была закружена им, и вскоре уже счастливо смеялась.

Деревня

Спустившись на завтрак в гостинице, узнаю, как добраться до деревни, где и находится бабушкина дача.

«Сколько лет там никто не жил? 15? Да, плюс минус где-то так… Надо взять с собой немного еды и что-то для уборки…»

Возле гостиницы покупаю все необходимое и нахожу нужный автобус. Едва сажусь – начинается дождь, и по стеклу летят мокрые струи.

«Уезжать в дождь – хорошая примета, – вспоминаю я и немного успокаиваюсь».

К счастью, еще в гостинице я успела проверить адрес по яндекс карте, убедившись, что дом совсем недалеко от остановки.

«Сильно не промокну, – киваю своим мыслям и закрываю глаза».

Шум дождя превращается в шорох листвы под ногами. Я иду по мокрому лесу. Здесь только что прошел дождь. И на каждой паутинки, словно жемчужины дрожат капли.

«Как красиво! – успеваю подумать, и тут же слышу протяжный стон-вой, – Помоги-ии нам! Овободи-и нас, Юлиа-анна, принцесса Арахонда! – оглядываюсь по сторонам, но никого не вижу. Знаю, где-то есть зеркало, и все ответы – в нем».

Кто-то тормошит меня по плечу и спрашивает, не моя ли это остановка. Бормочу благодарность и, подхватив чемодан с пакетом, выскакиваю на проселочную дорогу – к счастью, дождь уже прошел.

Прямо по движению автобуса до перекрестка, повернуть направо и до конца. Возле кромки леса бабушкина дача. Теперь уже моя.

Маленькое кирпичное строение еле виднеется под могучими зарослями чего-то зеленого. Подхожу к калитке – она не заперта, лишь закрыта на щеколду. Толкаю дверь и прохожу во двор. Здесь трава по шею и ощущение, что попала в джунгли.

«Зато, я теперь знаю, как выглядело королевство Спящей красавицы, – хмыкаю про себя, – когда к нему принц пробирался… Эх, мне бы сейчас его меч – без него я до двери точно не проберусь!»

– Эй девушка, а вы к кому? – вдруг слышу строгий окрик с соседнего участка.

– Да в общем-то ни к кому… К себе… Бабушка умерла, так что теперь я хозяйка, – растерянно бормочу, продолжая разглядывать заросли.

– Так ты что, Юленька?

– Ага. Мы знакомы?

– Ой, да ты ж меня совсем не помнишь, да? – не унимается соседка, ты же еще под стол пешком ходила, когда бабушка твоя, царствие ей небесное, сказала, что беда у вас, родители твои разбились. А после собралась и уехала в другой город. Сначала вроде писала, звонила, обещала как-нибудь приехать, а потом… лет пять уже как ни слуху ни духу от нее. Но платежки все исправно платятся, я узнавала, так что вот… значит соседи мы теперь с тобой… Я тетя – Глаша.

– Очень приятно, – машинально киваю и интересуюсь, – а вы, случайно, не знаете, как мне во внутрь попасть?

– А ключ-то у тебя есть? – вдруг проявляет бдительность женщина.

– Ключ есть, – соглашаюсь с ней, – а вот как пройти через это, – машу рукой на растения, – даже не представляю.

– Ой, подожди, я сейчас мелкого своего с топором пришлю, он тебе миг все расчистит.

Через минут десять появляется паренек лет пятнадцати с настоящим топором в руках.

«А вот и принц… и, почти, с мечом, – усмехаюсь про себя и протягиваю руку, чтобы поздороваться».

– Юля.

– Вовка, – неожиданно басит он низким голосом и, почему-то, смущается.

– Поможешь? – киваю на заросли и с надеждой смотрю на его топор.

– А то! Пять минут и готово! – хвастливо заявляет парень.

Через полчаса становится понятно, что за пять минут мы не управимся. Да и за пару часов тоже. Срубленные ветки цепляются за соседок и на землю не падают, снова и снова попадают под топор, но упрямо не сдаются... Критически оглядев место битвы, понимаю, что мы и на сантиметр не продвинулись.

– Может, чаю попьем? – стеснительно предлагает Вовка и машет головой на забор, – Чуешь? Пирожки. Мамка печет.

– Чай – это хорошо, – подумав, соглашаюсь я.

– Точно, – радостно улыбается паренек, но тут же грустно добавляет, – Заодно топор наточу… Он это, тупой совсем видать, раз не рубит.

В итоге мы идем к нему домой. К счастью тетя Глаша не задает неудобных вопросов. Она радостно взмахивает руками и заявляет:

– А я уж было за вами идти хотела! Пирожков напела, горяченькие надо есть. Вот садись, Юлечка сюда. И бери, давай, не стесняйся.

Пирожки до ужаса вкусные. Ем, ем и не могу остановиться. Но Вовка делает точно так же, и это меня хоть немного успокаивает. Наконец, откидываюсь на спинку деревянного стула и блаженно прикрываю глаза.

– Ты, поди, только с поезда, – участливо спрашивает соседка.

Отрицательно машу головой, объясняю про гостиницу, но про сон с паутиной, естественно ничего не говорю. Еще не хватало себя в сумасшедшие записать!

– А вот что с домом делать – ума не приложу, – вздыхаю в конце рассказа, – наверное, придется в город возвращаться и …может МЧСников вызывать?

– Ой, глупости, какие, – машет на меня руками мать Вовки, – завтра отец этого охламона придет со смены, отоспится и за пять минут тебе все расчистит.

Пять минут.

Где-то я уже это слышала.

Мы переглядываемся с Вовкой, и оба начинаем безудержно хохотать. Посмотрев на нас, начинает улыбаться и тетя Глаша. Но тут же напускает на себя серьезный вид.

– Некогда мне тут с вами лясы точить, прибраться надо. Постель тебе достать. Даже не спорь, – поворачивается ко мне, – у нас переночуешь.

После такого сытного обеда спорить не хочется. Счастливо вздыхаю, что не придется возвращаться в город. .. Начинаю медленно осматриваться и замечаю на окне корзинку с рукоделием.

– Что это? Вяжете? – задаю дурацкий вопрос, и сама себя мысленно ругаю за него.

– Да так, баловство одно, – отмахивается хозяйка, – Мать твоя пару петелек показала, да разве мне до нее дотянуться? Ох, такая молодая была, такая талантливая, – тяжело вздохнув, она идет к шкафу и достает аккуратно упакованную очень тонкой вязки кофточку. Та выглядит свежо, модно и стильно.

– Почти двадцать лет, а как будто вчера связала, – с придыханием говорит тетя Глаша, – уж я её и по праздникам, и на работу и куда только не носила, а она, как новая. Сносу нет.

Серьезный разговор

Утро для меня началось с крика петуха. Вздрогнув во сне, попыталась сообразить, где я. Сон медленно отступал под нажимом реальности, и скоро вспомнилась и деревня, и дача в зарослях, и ночёвка у гостеприимных соседей.

Вчера после долгой поездки на велике по деревне, привезла внушительный пакет с «гостинцами» к столу, и под охи и аха тети Глаши мы устроили небольшой пир «за знакомство». Поглощая вкусняшки и непринужденно болтая ни о чем, совсем не заметили, как наступила ночь. И, так и не дождавшись возвращения хозяина дома со смены, пошла наверх спать.

Полежав еще несколько минут, поняла, что больше не засну. В окне было серо.

«Наверное, еще очень рано. Но так хочется пить! Да и в туалет было бы не плохо наведаться… Попробую потихоньку спуститься, – решилась я на подъем».

Но потихоньку не получилась. Незнакомые ступеньки лестницы предательски скрипели, а возле входной двери я вообще споткнулась о матрас и чуть не упала на сопящего Вовку.

– Ты че? – дернувшись, открыл он один глаз, – Куда?

– Туда, – очень информативно ответила ему и продолжила протискиваться на выход.

– Рано еще, – зевнул парень, – В лесу холодно и сыро.

– Я… на улицу, – прошептала и упрямо сделала еще шаг.

– А в нужник, – обрадовался парень и заявил, – тогда я еще посплю.

– Я тебе посплю, – раздался вдруг откуда-то голос тети Глаши, – А мне кто вчера клялся и божился, что он перед тем как в лес слиняет, теплицу польет?

– Ну мам, рано же еще! – почти как маленький, захныкал Вовка.

– Кто рано встает, тому…

– Да знаю я, знаю, – пробурчав, начал подниматься парень.

Не выдержав ждать, перепрыгнула через матрас и выскочила за дверь.

Здесь действительно было свежо и мокро. Роса лежала на траве.

«Как в моем сне. Такая же крупная… Только там она на паутине».

– Вов, – кликнула парня, выскочившего вслед за мной, – А у вас пауки водятся?

– В смысле? Чё, у меня в комнате паука нашла? – искренне удивился он.

– Да нет… Я имею в виду так, на земле… Ну большие там, опасные, как тарантулы… А?

– Никогда не видел… Клещи осенью бывают, а пауки, – Вовка задумчиво переступал босыми ногами на холодных досках крылечка, я же затаила дыхание, – Да вроде, не было. Не, точно не видел, – сказал он и тут же переключился на другую тему, – Смотри, я сейчас полью теплицу, потом завтрак, но долго не рассиживаемся и пойдем по грибы. Ок?

– Ок, – улыбнулась ему, – тогда тебя в доме жду.

– Э-ээ, – протянул растерянно парень, – А я думал, ты мне с теплицей поможешь…

– Неа, – покачала головой и с максимально серьезным выражением лица, пояснила, – От моей ауры растения вянут, – но, не выдержав вида его опешившего лица, рассмеялась и, показав язык, заскочила в дом.

– Коза! – услышала себе вслед и рассмеялась еще громче.

Так легко и свободно мне давно не было. И это было очень непривычно. Забыто…

Так с улыбкой до ушей и зашла на кухню... Тетя Глаша кивнула мне и глазами показала на место за столом. Плюхнула чашку ароматного чая и придвинула корзинку с выпечкой, накрытую чистым льняным полотенцем.

И все, вроде, было прекрасно, но взгляд её мне каким-то настороженным показался. Решив, что это мои фантазии, мысленно отмахнулась от них и, потянувшись за пирожком, откусила половину.

– И как ты это сделала? – неожиданно, почти одними губами спросила у меня женщина.

– Что? – чуть не поперхнулась едой, подняв на неё удивленный взгляд.

– Жилетка, – она достала из-под стола связанную мной вчера жилетку, и объяснила, – Вчера с мужем пошли к тебе на участок, очень уж ему хотелось посмотреть, почему Вовка ничего вырубить не смог. А там пакет у калитки. С жилеткой… Как ты успела?

– Конкурс, – как можно безразличнее пожала плечами и приготовилась рассказывать заготовленную историю.

– Ты это кому другому расскажи, – хмыкнула тетя Глаша, – Я в этом мире только у одного человека такую скорость вязания видела.

Почему-то сразу поняла, что она про маму говорит. Вздохнула и стала вертеть в руках чашку с чаем.

– Юль, ты не обижайся и сейчас сильно не удивляйся… Но я должна тебе кое-что рассказать, – тетя Глаша замолчала, явно подбирая слова, – Ты знаешь, как твои родители познакомились?

– Угу, папа маму в лесу нашел.

– Да… верно…

– Бабушка говорила, что она актрисой была, потому что в историческом платье бродила. Она на съемках потерялась и от страха память потеряла.

– Нет! – вдруг горячо воскликнула женщина, – Мы с твоей мамой подружились тогда, я ведь моложе, чем ты сейчас была, совсем девчонка. И она мне первой свой секрет рассказала, а потом уже твоему отцу… Ничего она не теряла, никакой памяти. И всё прекрасно помнила, и про жизнь свою и про то, как в лес попала.

Я замерла, боясь своим словом или даже движением спугнуть рассказчицу.

– Тебя никогда не удивлял твой талант в вязании? – все-таки поменяла тему соседка.

– Да не особо. Я привыкла, – пожала плечами и снова уткнулась в чашку.

– Но на самом-то деле – это необычно. Мало того, что и мать твоя вязала очень быстро, как и ты, так еще и вещи, связанные вами обладают волшебными свойствами… Я ведь права?

– Не знаю, – широко заулыбалась.

Но под строгим взглядом, улыбка сама собой погасла и мне пришлось признаться:

– Бабушка, так же как и вы говорила. Талант, мол, у меня в маму…

– Да, только это не просто талант! – воскликнула женщина, – Это настоящая магия, понимаешь? – добавила она шепотом, выпучив глаза.

И хоть тема разговора была очень серьезная и для меня безусловно важная, я, не выдержав рассмеялась. Закрывшись руками и поерзав немного на стуле, рискнула опять посмотреть на нее. Тетя Глаша, отвернувшись к окну, начала резать салат напротив меня, но между бровей у нее пролегла заметная морщинка.

– Давайте помогу, – предложила робко.

Но она молчала, не обращая на меня внимания.

– Простите, – прошептала, поднимаясь, – наверное пойду.