Ювелир его величества 3

Глава 1. Часть 1

Рида

Дальняя комната в доме Зиты и Малика Алятур в Кардове походила на полый, старый орган, на котором играл неумелый музыкант. Мебель полностью отсутствовала, лишь горела одинокая, тусклая лампа в стороне от подушек и одеял, расстеленных на ковре у стены, и каждый раз, когда в закрытые ставни громко и беспорядочно ударял и ухал ветер, подгоняемый песчаной бурей, по комнате прокатывалось долгое, зловещее эхо. Порой ветер бил с такой силой и так внезапно, что Рида вздрагивала и ежилась, суетливо прохаживаясь от одной голой стены к другой.

Этот день начался для нее с ошеломляющего сюрприза и не сбавлял натиска до вечера. Утром она очнулась в полупустом дворце Кардовы, одинокая и никому не нужная. А когда отправилась искать ответ на вопрос, каким чудом перенеслась из Тахмалина в другой город, то не успела сделать и шага за ворота, как разъяренная толпа горожан набросилась на нее и погнала по улицам. И вот, теперь она находилась в доме подруги, но уверенности не чувствовала и все еще плохо понимала происходящее.

Она смутно припоминала утро и день, когда прибыла в Тахмалин, а что произошло вечером, после того как ее приняли в доме посланника султана, не представляла вовсе. Эту часть воспоминаний покрывала плотная, темная пелена. Зита подробно рассказала обо всем, что произошло за прошедшие три недели, с тех пор как они расстались в торговом павильоне, но это не подтолкнуло память, напротив – запутало еще сильнее.

Рида поняла только одно: люди, которым она доверяла, предали ее. Однако она не знала почему и чувствовала себя все более потерянной. Она металась в сомнениях: расспросить о произошедшем Юсуфа или отыскать Харифа Амурды, забрать сапфир и бежать тайком из города. Любопытство боролось в ней с осторожностью, а между тем действовать хотелось немедленно. И сразу после разговора с Зитой, если бы непогода не разгулялась, она бы направилась во дворец и на месте решила, как поступить дальше.

Однако подруга запретила ей даже подступиться к входным дверям. Почти затолкала в дальнюю комнату, подальше от пугливых домочадцев, и для уверенности заперла дверь на тяжелый засов. Небывалая настойчивость для такого мягкого и деликатного человека, каким всегда казалась Зита. Но сейчас, слушая устрашающие завывания ветра, Рида думала, что, может, подруга права. Как бы она добиралась до дворца по такой буре?

Ночь действительно стояла жуткая. Несвойственная для Кардовы. Словно сам Шайтан поднялся из-под земли и наслал ненастье на этот край. Казалось, буря не успокоится, пока не превратит город в гигантский песчаный курган. Что ж, это стало бы достойным окончанием дня.

Рида покрутила в руках синий бархатный мешочек с нефритами, который во время ужина получила от Зиты, – в полумраке комнаты он казался почти угольно-черным – и крепко привязала его к тесемкам нижних юбок. Мало ли утром ей придется спасаться бегством и из этого дома. Муж Зиты, хоть и проявил завидное понимание и выдержку, не доверял ей. Это трудно было уложить в голове, но люди теперь боялись и ненавидели ее не хуже, чем того самого Шайтана, злого духа подземелья, или Нихмаля, его хозяина и владыку подземного мира. Рида больше не являлась спасительницей Кардовы. Она снова впала в немилость, да еще более лютую, чем три месяца назад.

«Ведьма! Долой ведьму! На костер ведьму!» – вспомнила она, как кричала разъяренная толпа у ворот дворца, размахивала палками и бросалась в стены камнями.

Рида закрыла глаза и отбросить пугающие картинки. Судорожно растерла кисти рук. Ей стоило поспать. Хотя бы попробовать. Она понимала, что слишком возбуждена, чтобы надеяться на сон и все же она села на одеяла, подложила под спину подушки и закрыла глаза. Уставшее тело довольно быстро взяло верх и она почти тотчас провалилась в мир сновидений. Однако вряд ли можно было назвать сном то, куда перенес ее воспаленный, взбудораженный разум. Скорее это было бессвязное, тревожное забытье.

Всюду летал песок, но только не хаотичный, подгоняемый порывами ветра. Огромные песчаные стены оживали и устремлялись к Риде со всех сторон. Внезапно они оборачивались волнами, накрывали небо капюшоном и бросались сверху вниз. Песчинки, сперва крошечные, еле различимые, росли на глазах, превращались в людей и тянули к Риде огромные руки, напоминающие клешни. Они хватали ее за одежду, волосы. Терзали, тащили на себя. Казалось, они разорвут ее на части. И вдруг все исчезло.

Рида очутилась в полутемном зале среди множества танцующих пар и музыка заиграла такая знакомая, быстрая, но жутко тоскливая. Похожая на завывание волынки. Люди прыгали, кружились. И все время пытались показать Риде свои разукрашенные ноги. Она отворачивалась, отмахивалась от них, но они буквально тыкали голыми пятками ей в лицо. Круг сжимался все теснее. Ног становилось все больше. В глазах уже рябило от бесконечных, пестрых рисунков. А голова ходила ходуном. И Риде вдруг показалось, что она задыхается. Она судорожно ловила ртом воздух, но не могла вздохнуть. Стала раздирать ворот платья. Хвататься за шею. Или это чужие, сильные руки хватали ее.

– Помогите! – услышала она свой голос. – Прошу кто-нибудь, помогите!

Рида подскочила вся мокрая от холодного пота. Закрыла руками лицо, растерла щеки и лоб и попыталась осознать, что это был всего лишь кошмар. Не так-то это просто. Хотя кошмары были давними гостями ее сновидений. Ей давно стоило привыкнуть. Она встала и заходила по комнате.

Ковер казался мягким и теплым. Пол был хорошо сложен и доски под ним не скрипели, как обычно случалось даже в новых домах. Свет от лампы лился мертвенно-бледный. Но пожалуй, если бы не вой ветра за окном, Рида даже смогла бы убедить себя, что она все еще находится в безопасности в доме подруги. Голова слегка кружилась, как когда она пребывала во сне. Но постепенно ее дыхание выравнивалось, сердцебиение приходило в норму и она успокаивалась. Однако сделав еще несколько шагов, вдруг остановилась и судорожно облизала сухие, холодные губы. Появилось легкое, необъяснимое ощущение, что головокружение не только часть ее сна.

В доме Харифа Амурды у нее тоже кружилась голова, теперь она это припоминала. Она сидела на подушках в окружении других женщин в большой зале. Вокруг также царил полумрак. И Амина, жена Харифа почти не отходила от нее. Они разговаривали и, кажется, даже танцевали. И вот тогда-то Рида и почувствовала себя дурно, встала и вышла из залы, пустилась бродить по коридорам и дальше... Она напрягла память и почувствовала, как с дикой болью укололо в висках. Нет, она не помнила. Череда размытых воспоминаний обрывалась в пустоту.

Наверняка Юсуф опоил ее или это сделала Амина по его просьбе, чтобы увезти без сознания из Тахмалина в Кардову. И как он только посмел! Ведь он пообещал ей. Это она хорошо помнила. Они заключили договор: она будет вести себя подобающе, а он взамен возьмет ее с собой на вечер и узнает, зачем посланник султана забрал ее сапфир. С чего она, наивная, согласилась ему поверить? Когда Юсуф Ахмеди держал свое слово?

Рида была почти уверена в правоте своей догадки. Лишь одно ее смущало. Из рассказа Зиты она узнала, что вся южная Арибо теперь в курсе секрета Юсуфа Ахмеди. Это он был драконом, что охранял Кардову и провожал караваны. Должно было произойти нечто невообразимое, чтобы Мерод позволили этой тайне раскрыться. И Рида не без страха спрашивала себя: не могла ли она послужить тому причиной.

Неужели она так старалась вернуть свой камень, что ненароком выдала чужую тайну? Нет, она не стала бы так поступать. Или все-таки стала бы? Рида в который раз засомневалась и все больше уверилась, что ее встреча с Юсуфом ни к чему хорошему не приведет для них обоих. Поутру ей следует расспросить Зиту о дяде Рашида. Где он сейчас находился? Может, он мог бы снова помочь ей бежать из Кардовы, если ворота города окажутся для нее закрыты?

За стеной из коридора донеслись еле различимые шорохи шагов и Рида замерла и прислушалась. Звуки были чуть причмокивающие, похожие на натуженные поцелуи. Как если бы голые ноги приклеивались к деревянным доскам и следом поспешно открывались. Должно быть, обеспокоенный Малик бродил по дому и услышал, как она кричала во сне. Или, может, он проверял, не готовит ли ведьма внезапное нападение на его семейство.

Рида бы рассмеялась этой мысли, если бы не была так измотана и взволнована. Послышался осторожный удар открывающегося засова, дверь легонько скрипнула и Рида приготовилась встретить хозяина дома со спокойной, обезоруживающей улыбкой. Хотя кулаки ее самопроизвольно крепко сжались, а тело напряглось. Разговор предстоял не из легких, если Малик тайком от жены решил побеспокоить ее ночью.

Темная фигура, крадучись, вошла в комнату. Бледный свет лампы осветил мужчину в длинном, черном плаще с широким капюшоном. Рида ахнула и замерла в изумлении и ужасе.