Замуж по расчету

Глава 1-1. Мерид

— Ты уверена, что хочешь за него замуж? Ты даже его не видела. Ещё можно отказаться и всё отменить.

— Прямо перед алтарём? И подкинуть сплетен на следующий год? Нет уж, братик, не дождутся.

Невесте в день свадьбы положено трепетать в предвкушении начала новой жизни. Я же переживаю лишь об одном: чтобы жених приехал в храм вовремя. И вообще появился.

Я протягиваю Кейдену руки, целую брата в щёку.

— Иди, развлекай гостей. А мне надо собираться.

Окидываю взглядом свадебное платье, шкатулки с украшениями и своё отражение. Непослушные каштановые кудри уложены в высокую причёску. На бархатной подушечке перед зеркалом сверкает диадема.

Белое, украшенное тысячами жемчужин платье ждёт на манекене в углу комнаты. Его закончили шить только вчера, и сегодня будут подгонять прямо перед выходом. Всё ради того, чтобы поразить мужчину, который не потрудился приехать хотя бы за день до церемонии.

Я сама предложила союз с Кэлхаунами. Этот брак нужен мне, чтобы получить место в парламенте. В конце концов, брак по расчёту — обычное дело среди аристократы. Мы заключили сделку, и я не отступлю, ведь за амбиции надо платить. Но от чего-то в голове крутится мысль: не ошибка ли это?

Служанка закрепляет в моих волосах диадему из жемчуга и бриллиантов, подаёт серьги из белого золота. Я вдеваю их в уши, верчу головой из стороны в сторону. От мрачного созерцания своего отражения меня отвлекает взволнованный голос камеристки:

— Миледи, подойдите… Кажется, ваш жених приехал.

Я подскакиваю на месте и бросаюсь к окну. Сердце внезапно ускоряет темп. Выглядываю наружу и впиваюсь пальцами в подоконник.

Во двор въезжает колонна всадников. Грязь покрывает лошадей чуть ли не до животов, плащи приезжих мокрые от снега. Вот вам и прелести свадьбы ранней весной.

Я впиваюсь взглядом в каждую фигуру поочерёдно. Первыми спешиваются солдаты. К ним тут же подбегают слуги, но увести коней не успевают. Тонконогий вороной жеребец взбрыкивает под одним из всадников. Молниеносное движение морды, и слуга с криком отскакивает.

Всадник приструняет коня шпорами. Кажется, он специально не стал вмешиваться раньше. Откинув капюшон плаща на спину, незнакомец легко спешивается.

Серебристые короткие волосы липнут ко лбу, на лице жёсткая улыбка. Он молод и очень красив — как бывает красив кинжал, извлечённый из ножен. Мужчина кидает монетку перепуганному слуге, оглядывая фасад дома с лёгким презрением. Один из солдат подходит к нему, что-то говорит, и оба ухмыляются.

Беловолосый ещё раз пробегает взглядом по окнам — и видит меня. Его губы растягиваются в хищной улыбке, затем следует лёгкий кивок, будто приветствие.

Я отшатываюсь прочь. Нет же, не мог он меня заметить. Второй этаж, да и тёмные портьеры почти полностью прячут меня от чужих взглядов.

Морская Дева, пусть это будет не Эйгон Кэлхаун! Пусть он будет слепой, глухой или косой, но не такой…

Какой «такой» я не успеваю додумать. Из соседней гостиной слышатся голоса, сначала негромкие, они быстро набирают силу.

— Я всего лишь хочу увидеть невесту.

От наглого мужского тона меня пробирает дрожь. Я не подаю вида, что волнуюсь, и делаю знак камеристке тихо подойти к двери. Мы подкрадываемся к ней с двух сторон, прислушиваясь.

— Вы забываетесь, милорд!

Это мама. Леди Лаклан была недовольна моим планом с самого начала, и, похоже, вид жениха её не успокоил.

— Прошу простить моего внука, миледи, — брюзжит старик Кэлхаун. — Он ещё не освоился с традициями Брюннелога…

— Это не про традиции, а про воспитание! — продолжает яриться мать. — Моя дочь — невинная девушка, и я не позволю, чтобы…

— Чтобы муж виделся с женой наедине? — насмешливо интересуется Эйгон.

Он говорит негромко, будто ни к кому не обращаясь, но я почти наяву вижу, как мама белеет от возмущения. Не хватает, чтоб они все переругались и сорвали мои планы. К сожалению, брат уже должен быть в храме, задабривая любезностями высоких гостей. Придётся разбираться самой.

Я поплотнее запахиваю шёлковую накидку, бросаю последний взгляд на отражение — убедиться, что ничего не выглядывает и не просвечивает. Маму это, конечно, не устроит, но сегодня правилами придётся пренебречь.

Делаю знак камеристке, и она понятливо распахивает двери. Я переступаю порог, сохраняя спокойствие, которого не ощущаю внутри.