Запасная жена для дракона

Пролог

– Хочу узнать вашу цену, Айлис, – дракон повторил это, будто я могла не расслышать с первого раза.

А я расслышала. И то, каким спокойным был его голос, и то, как легко, почти небрежно, он это произнёс. Точно так же лорд мог обсуждать удачную сделку или говорить о цветах в своём саду.

Не знаю, чего я сейчас жду. Может того, что мужчина рассмеётся, заверит меня, что это шутка. Он всех барышень так пугает: приводит на чердак своего замка, показывает горы сокровищ и сундуки с земными деньгами.

Но лорд не спешит облегчать мне жизнь – не говорит, что шутит. А я стою на месте и забываю дышать. Смотрю в серьёзные голубые глаза, дрожу каждой клеткой тела. Одно осознаю ясно: нужно бежать. С этого чердака, из замка и драконьего мира. И действовать прямо сейчас.

Рывок назад – и я у спасительной лестницы.

Бегу вниз, перескакивая через ступени, не считая этажи. Чувствую усиливающийся страх, когда пробегаю мимо закрытых дверей четвёртого этажа. И снова ускоряюсь… До тех пор, пока не выбегаю на улицу.

Солнце… Оно светит по-прежнему ярко, сад благоухает, птицы облюбовали деревья и кованные завитушки на арке. Под ней как раз сидит в инвалидном кресле бледнолицая девушка – безжизненная, отрешенная, но здесь она кажется неотъемлемой частью – она хозяйка, жена лорда-дракона.

Самое правильное сейчас – схватить свою сумку, закинуть деньги, которые не так давно валялись в мусорке, и бежать из этого мира, обратно на Землю. Бежать, забыть и никогда не возвращаться.

Только вся моя решимость рвётся, и я уже стою под тенью цветочной арки. Молчу, но тихо всхлипываю. От досады, обиды и чего-то ещё.

Правильно тётя говорит, я глупая, наивная, не приспособленная к жизни в жестоком мире. Но сейчас не время наслаждаться самобичеванием.

Решительно вскидываю голову и неожиданно натыкаюсь на мрачный взгляд.

– Гнев… Ненависть… Страх…

– Что? – переспрашиваю мужчину, который подошёл так незаметно.

Я помню его. Видела много раз около дальней стены замка. Он был немым наблюдателем, блюстителем порядка. Неизменно в тёмном плаще и надвинутом на голову капюшоне.

– Это именно те эмоции, которые нам нужны. Я помогу вам обернуть их во благо, Айлис.

– О чём вы говорите? – даже слёзы высохли в моих глазах.

– Вы жаждете мести… Хотите, чтобы подонок, оскорбивший вас и так подло поступивший с бедной больной женщиной получил по заслугам. Вы можете нанести ответный удар. И это будет справедливо.

Незнакомец поднял мою руку, я тут же попыталась её отдёрнуть, но хватка была настолько сильной, что все мои попытки оказались тщетными.

– Я дам вам перстень. Одно прикосновение к золотому дракону, и вся его сила окажется внутри… Лучшее возмездие, не так ли?

С этими словами мужчина с силой, не обращая внимания на протест, надел кольцо на мой палец и растворился в воздухе. А перстень впился в мою кожу, словно напоминая о своём существовании и необходимости пустить его в ход.

Мир продолжил жить прежней жизнью.

Цветы колышутся на верту, садовник Брук стрижет кусты, слуги носят корзины с овощами и фруктами, а жена лорда сидит под приглушёнными солнечными лучами, взирает в никуда.

– Айлис! – лорд вышел на тропинку. Он шёл неспешно, точно зная, что сбежать до его появления я не смогу. – Вы всё не так поняли, Айлис…

– Не так? – дайте мне сил, чтобы задать хотя бы один правильный вопрос. – Вы только что открыто сказали, что хотите меня купить… Или считаете, что уже купили?

Перстень сжимает палец. Чем ближе дракон, тем сильнее жжение. И я прячу ладонь за спиной, до боли сжимаю пальцы в кулак.

– Не лучшее место для разговора, Айлис, – лорд обвёл взглядом сад, и до этого замершие на месте слуги продолжили неспешно идти по своим делам. – Вы не дали мне шанса договорить.

– Откройте мне переход, и я пойду домой, – голос дал слабину и подёрнулся дрожанием. – Я никому о вас не расскажу, честно. Никому не скажу ни слова. Только дайте мне уйти…

– Я не могу вас отпустить, Айлис, – он говорит слишком спокойно. – Здесь вы на своём месте, и я хочу, чтобы вы стали моей женой.

Птицы щебечут громче, дракон в небе делает очередной круг…

– Вы не ослышались, Айлис. Я хочу, чтобы вы стали моей женой.

– Женой? – голос сорвался. – Но у вас уже есть жена… Вы ищете способ её вернуть… Зачем тогда я? Играть с сердцами – это ваше хобби?

– Айлис… – лорд шагнул ближе. Я завела руки за спину. – В нашем мире самая большая ценность – сердце дракона. И я готов подарить вам своё.

Глава 1

Некоторое время назад

– Это точно настоящая работа, а не мошенничество?

– Девушка! Не морочьте мне голову! – прокричал голос в трубке. – Вы либо приезжаете на собеседование, либо нет! Но судя по интонации, уже ясно: не приезжайте! Владелец роскошного поместья ищет покорного работника, а не вертихвостку, которая будет задавать глупые вопросы и совать свой нос в чужие дела! Всё. Мы с вами закончили.

Связь оборвалась, и я ещё некоторое время смотрела на погасший экран.

Действительно, чего я хотела? Чтобы мошенники по телефону признали, что они ищут наивных барышень для вымышленной работы?

Но почему-то невежливая дама на проводе меня зацепила. Хотя бы тем, что приказала не приезжать. Вот так мошенники точно не делают, значит, надо ехать!

С этой мыслью я начала собираться. Выбежала на улицу, когда начало смеркаться. Поздновато для собеседования, но сами сказали, что можно приехать в любое время. Мне на маршрутке всего двадцать минут.

Спустя это время, приправленное толканием со стоящими пассажирами и взаимным топтанием ног, я всё-таки добралась до нужной улочки.

Уютный цветочный магазин на первом этаже высотки мне подмигнул, и я решительно двинулась к нему. Ничего плохого не может случиться в таком удивительно красивом месте. Не может!

Да и достаточно мне уже испытаний. За больной тётей ухаживаю, отдаю все деньги на лекарства, нерадивому братцу отстёгиваю на нужды, лишь бы не появлялся дома и не мешал тётиной спокойной жизни. Вот только работать мне приходится с утра до ночи. Даже учёбу забросила. Главное, тёте не говорить. Так ей спокойнее. Да и мне самой.

Вхожу в цветочную лавку, колокольчик над дверью звякает мягко, почти шепотом, и тревога, которая грызла меня всю дорогу выдыхается и отступает.

Вот за прилавком милая девушка. Совсем не та, что рисовалась в голове по голосу в трубке: голос был грубый, резкий, такой, каким может говорить крупная женщина в летах.

А передо мной очень милая блондинка с короткой стрижкой и огромными кольцами в ушах… внушительным колье на шее… браслетами на обеих запястьях… брошью-коровкой на рубашке.

– Припёрлась всё-таки? – спрашивает недружелюбно, и образ милой девушки, любительницы бижутерии, вмиг рассыпается.

Это она. Та самая, что нагрубила мне по телефону.

– Угу, – отвечаю и оглядываюсь.

Как только меня узнала? Или может я не одна сегодня звонила? В этом не сомневаюсь, потому что вакансия слишком заманчивая.

– Две минуты…

– Что?

– Через две минуты тебя здесь не будет, и я спокойно пойду домой, – девушка опустила голову за прилавок, звякнула ключами. Я попыталась рассмотреть, что она там открывает, но мне не удалось хоть что-нибудь увидеть. Одно поняла: нужно подождать. Мне позарез нужна эта работа, поэтому я все стерплю.

Девушка нехотя поднялась, обошла стойку, держа в руках удивительно красивую шкатулку. Всё это с уверенностью, что она делает что-то неважное или даже бесполезное.

Шкатулка вскоре раскрылась, заполнив цветочный магазин новым звенящим звуком. Очень тонким, но приятным. Звук не прервался, а как бы подчеркнул, что сейчас должно произойти нечто необычное.

– Дотронься до кулона, и мы разойдёмся.

– Это что за странное собеседование? – смеюсь, глядя то на украшение, то на продавщицу-цветочницу. – Проверяете, насколько я люблю украшения, чтобы понять сработаемся ли мы?

Взгляд, которым мне отвечают, заставляет замолкнуть. Девушка-продавец уже готова меня убить и припрятать за прилавком. И всё потому, что я пришла под конец дня? Зачем же быть такой злой?

Послушно тянусь пальцами к кулону, лежащему на тёмно-бордовом бархате. Глажу его почти любовно. А что? Украшение действительно очень красивое, даже слишком для такой пыльной лавки и такой грубоватой продавщицы.

Овальный камень размером с крупную виноградину, идеально гладкий, без единой царапины. Цвет у него сложный: в глубине тлеет густой лесной изумруд, а по поверхности скользит что-то живое – то ли сизая дымка, то ли крошечные зелёные искры. Кажется, что внутри камня заперто слабое, но постоянное свечение, как будто кто-то зажёг крохотный фонарик и забыл выключить.

Я не замечаю, как дыхание становится глубже. Просто стою и глажу этот зелёный овал, и мне вдруг хочется надеть его прямо сейчас, почувствовать, как цепочка ляжет на шею, а камень устроится в ложбинке между ключиц.

И вдруг всё это рассыпается, потому что девушка, держащая шкатулку, отдёргивает её от меня. Слишком резко, с гневом в каждом движении.

– Ходят тут всякие… – бормочет, возвращаясь за прилавок, звенит там чем-то.

– Так что, я принята? И что это была за проверка?