Заветная для чужого мага, или Магия против любви

Глава 1

– Я должна остаться девственницей, помнишь? – спрашиваю с улыбкой, видя, как прекрасная мужская голова опускается вдоль моего тела.

– Ты всё ещё мне не доверяешь, Рали? И эти чёртовы колготки снова надела… Ты сведёшь меня с ума…

Жду три секунды и вижу восторженную реакцию, когда те самые магические колготки сдаются без боя.

– Рали… – выдох с облегчением и восторгом. – Всё-таки дала мне доступ…

– Эри… Ты помнишь?

– Девственницей. Помню, чёрт возьми.

И мои колготки стекают вниз, а на коже ощущаются сладкие спешащие поцелуи. Я прижата к подоконнику, который стал нашим местом, а Эри передо мной на коленях. Он настолько прекрасен, что мне больно на него смотреть. Я ведь думала, что таких идеальных не бывает.

– Ты потрясающая, мышка…

От моего выдоха на стекле остаётся след. Пальцы со скрипом скользят по стеклу.

– Фиолетовые трусики, Рали... Ты совсем меня не щадишь.

Его язык движется быстрее, чем я успеваю думать.

Бархатный шёпот ещё звучит в ушах, а капсула воспоминаний летит в стену. Хочу разбить её вдребезги, но она насмехается надо мной – отлетает и со звоном катится по полу.

Сгребаю остальные капсулы, ссыпаю в коробку. Раз уж нельзя уничтожить, нужно переместить их куда подальше, лишь бы снова не просматривать счастливые минуты. Украденные минуты счастья.

Он не мой. Эри не мой.

А я не его мышка.

Последняя капсула не может найти себе место в коробке. Вместо этого воспроизводится, и я погружаюсь в другой эпизод из прошлого.

– А если это всё-таки случится, Эри? Если ты встретишь свою предназначенную? Что будет с нами?

– Всё будет хорошо, мышка. Ты и есть моя предназначенная.

– Но наши силы не обновились… Нет никаких подтверждений, что мы предназначены друг другу. Кроме…

– Кроме нашей любви и необоримого притяжения. Ты ведь меня любишь, Рали? Скажи это. Ты ни разу так и не сказала, что чувствуешь. А я не стесняюсь говорить, что люблю тебя больше, чем всю магию мира.

– Ты прекрасен, Эри… И я…

С отчаянной болью бросаю капсулу в коробку. Заталкиваю её с остервенением, за пеленой слёз ничего не вижу.

Не мой… Эри больше не мой…

Обхватываю колени руками, сажусь в дальний угол комнаты, подальше от лунного света.

Эранту нравилось выбирать самые тесные и тёмные места. Мы всегда проводили время именно в таких уголках. В тишине, полутьме, за тихими разговорами и непременно с горячими поцелуями.

Эри любил меня так, что даже его дыхание говорило о любви. Он ждал моего согласия на секс, и за месяц отношений так и не переступил черту. Это должно было случиться сегодня. Сегодня я стала бы его окончательно и бесповоротно.

Если бы не…

Если бы он не встретил свою предназначенную. Прямо на свадьбе моей сестры.

1.1

Рыдаю, лёжа на бесчувственном полу. Тело бьётся в конвульсиях, комната заполняется звуками всхлипов и болезненных стонов.

Заставляю себя успокоиться, делаю очередную попытку собрать капсулы. На этот раз одну знакомую воспроизвожу намеренно.

– Мышка, ты скажешь мне, кто твой питомец? – это было ещё вчера. Мы лежали на краю обрыва, слушая далёкий шум разбивающихся о скалы волн. Эри выбрал самое тесное ущелье, и мы сидели там, скрытые от всего мира, от страхов и проблем. – Мы уже месяц встречаемся, а ты так и не сказала, кто твой магик.

– Ты же знаешь, Эри. Зачем заставляешь меня это произносить?

– Я не знаю, Рали. Откуда мне знать, если ты не говорила?

– Может, Джоли сказала твоему брату, а он тебе.

– Я не знаю, кто твой питомец, Рали. Ты можешь просто верить моим словам и не искать подвох? Скажи, кто твой питомец?

– Не скажу. Иначе придётся тебя убить, или… тебе придётся на мне жениться. Тайну о питомце могут знать только члены семьи.

– Я выбираю второй вариант, – Эри подскочил на ноги и тут же упал передо мной, смотрит снизу, крутит на пальце травинку. – Выходи за меня, мышка.

…Больно. Слишком больно, чтобы продолжать смотреть это воспоминание. Возможно, уже сейчас Эри говорит те же слова своей настоящей предназначенной. А я… выброшенная на берег рыба. Не могу дышать. И жить не могу.

– Рали… – тихий мамин шёпот заставляет прервать истерику, – Рали, моя хорошая, – мама притягивает мою голову к тёплой груди. – Всё будет хорошо, всё наладится. Со мной тётя Лаури. Она поможет тебе забыть. Станет легче, обещаю.

– Нет! – вырываюсь, действую слишком отчаянно. – Не надо мне ничего стирать! Я хочу его помнить! Пусть даже так!

Нахожу в полутьме комнаты тётю Лаури. Она смотрит на меня с сожалением и бескорыстным желанием помочь. И я знаю, что сила её магического питомца действительно поможет – сотрёт всё к чертям. Всё то, что так мне дорого. И больше не будет Эри… Не будет его ласкового «мышка», не будет нежных поцелуев и смешных сообщений.

– Я могу стереть только чувства, Рали, – говорит тётя. – Тебе станет легче. Ты сразу поймёшь, что и воспоминания тебе не нужны. С Эрантом поработает чистильщик.

– Он согласился? – перемещаю с лица слёзы, перестаю всхлипывать.

– Пока нет. Он общается со своей предназначенной, но это вопрос времени. Ты же знаешь, силе предназначения невозможно сопротивляться. Уже к утру чувства Эранта к своей паре будут сильнее, чем к тебе, даже если он ничего не сотрёт.

Слёзы возвращаются, потому что перед глазами встаёт картинка, как Эрант, мой Эри, жмёт руку какой-то юной блондиночке, а она смотрит на него, открыв рот. Их первое прикосновение врезалось в память и теперь убивает меня, словно жестокое медленнодействующее зелье.

Только мужчина может определить предназначение по одному прикосновению. Женщине-магу приходится просто ждать, когда предназначенный её найдёт. Я ждала своего до двадцати семи лет. Хранила верность тому, кого никогда не встречала. Ждала, мечтала, засыпала с мыслями о нём. О загадочном принце, который однажды должен появиться и на моём пути.

Но появился Эрант Холсин – родной брат мужа моей сестры. Нам обоим сорвало крышу, и мы, вопреки магии, назвали друг друга предназначенными.

Это был самый счастливый месяц в моей жизни. Мы прожили его обманываясь.

– Так что, Рали? Стираем всё или только чувства?

– Нет.

– Рали, – мама перехватывает мою руку, а я отворачиваю лицо, лишь бы не смотреть в подсвеченные магией глаза.

Силе белой волчицы невозможно противостоять. Янтарные глаза могут внушить, незаметно подселить в голову мысль, которая уже в следующее мгновение покажется мне собственной. Я знаю, что мама никогда не сделает этого без моего согласия, как и знаю то, что магическое вмешательство я не смогу распознать.

– Выбери, милая. Тебе станет легче. Тётя Лаури заставит забыть чувства. Они не уйдут полностью, останутся в тебе, но притупятся, будто любовь к Эри прошла сто лет назад. Позже пойдёшь к чистильщику, чтобы он стёр бесследно. Но уже сейчас тебе станет легче, – мама гладит меня по голове, но это только подчёркивает, как я слаба. – Ты забудешь, что любишь Эранта, и сможешь жить дальше. Только скажи, что стереть: все воспоминания, связанные с ним, или только чувства?

Мне горько и обидно, но я понимаю, что мама права. Она говорит всё это, чтобы помочь мне, успокоить, избавить от терзаний. Все мы сейчас должны веселиться на свадьбе Джоли, а не сидеть здесь, жалеть маленькую Рали.

– Ладно, – поднимаю взгляд на тётю. – Сотри мои чувства к Эри, – голос дрожит, а по щекам дорожки слёз.

Визуал главной героини

Ралина

Выбор между мужчинами

Нашей героине предстоит сделать непростой выбор

Со всеми мужчинами мы познакомимся чуть позже)

Глава 2

Мне полегчало. Фух… Что-то странное творилось у меня внутри. А теперь мне легко. Хочется танцевать и петь. К счастью, гости ещё не разошлись.

– Калли! Пойдём танцевать! – кричу двоюродному брату. – Вери! Идите сюда! Я придумала конкурс! Джоли! – машу сестре и запрыгиваю на танцпол.

Яркие магические фонарики светят над головой, и я запрокидываю лицо вверх, кружусь под музыку, гости присоединяются, и вскоре мы танцуем в толпе из родных и близких.

Моё тело послушно исполняет движения, голова кружится, в крови бурлит магия. Её во мне через край. В мире нет ничего лучше магии!

Через двадцать минут вываливаюсь из круга, ноги уже дрожат. Перехватываю официанта, опрокидываю стакан шипучки. Самое время идти к сестре. Они с новоиспечённым мужем почему-то ведут себя скромнее, чем гости. Нужно вывести молодожёнов плясать. Я же обещала Джоли, что сегодня мы будем веселиться всю ночь.

До сестры оставалось несколько шагов, но передо мной мелькнула мужская тень, а через секунду я оказалась прижатой к боковой стене дома, вдали от шума и веселья.

– Рали, – Эри придавил меня собой. – Что ты сделала, мышка?

– Да отстань ты! – толкаю его в грудь, но он не отходит.

– Что ты стёрла, скажи мне, Рали?

– Не твоё дело! Иди к своей предназначенной!

Странное дело: чувств во мне нет, а обида плещется. Ещё вчера эти губы меня целовали, от прикосновений нежных рук кружилась голова и таяло тело. Сейчас происходит то же самое, только в голове кружится из-за двух коктейлей, выпитых в пабе. Я же успела заскочить и туда, пока в моей груди зияла дыра. Но сейчас-то её там нет. Я излечилась от болячки, называемой Эрантом Холсином.

– Скажи, Рали, – его губы у моей шеи. – Просто скажи мне.

– Всё кончено, Эри.

– А как же наши чувства? Ты так легко всё отпустила?

– Нет больше чувств, Эри, нет! Бессмысленно ворошить остывший пепел! – с силой толкаю его в грудь.

Вместо обычного толчка, получается мощный магический удар, и Эри летит спиной назад, прямо в сторону сцены.

Я наблюдаю за всем в замедленном режиме. Жду, когда Эри подхватит себя, переместит или встанет на ноги. Ему это проще простого – у него магия вместо крови. Не зря ведь он стал лучшим магическим инспектором, руководителем целого этажа в нашей башне.

Но Эрант ничего не делает. Отлетает на несколько метров, терпит удар, даже не морщась. Я наблюдаю за ним, слышу, как вокруг нас суетятся родственники. На меня сыплются многочисленные вопросы, но я не могу ответить. Всё моё внимание там, где валяется Эрант. Он хватается за грудь и корчится от боли. На секунду мне самой становится больно, а к горлу подкатывает приступ тошноты.

– Что случилось? – кто-то повторяет вопрос, и на этот раз я слышу его чётче.

– Я не знаю, – стряхиваю горящими ладонями. – Я слегка толкнула… Я не хотела…

– Рали, покажи ладони, – это говорит папа, но я почти не вижу его лица. – У тебя проснулась магия?

Хочу отрицательно качнуть головой, но вдруг понимаю, что вопрос мне задают правильный. Я только что толкнула одного из сильнейших магов башни. Толкнула так, что он не смог переместиться.

– Что у тебя, Эри? – кричит дядя Элим, склонившись над Эрантом. – Какие силы? Чем тебе помочь?

Вокруг уже слишком много людей, но все лица для меня размыты. Я вижу только блондинку, которая подбегает к Эранту, падает рядом.

– Металл… – бормочет Эри. – Не могу переместить…

– Снимите с него ремень! – кричит мой папа.

Смазливая блондиночка смело орудует ручками, расстёгивает ремень, склоняется к лицу Эранта, спрашивает, чем ещё помочь. Он не смотрит на неё, ищет взглядом меня, хотя очевидно, что ему всё ещё адски больно. Его грудь выжигает амулет, который ему подарила я. Большой круг, увитый лианами, на длинной цепочке.

Эри молчит о нём, терпит боль, а все вокруг суетятся, стараясь помочь. Секунды растягиваются в минуты.

2.1

Незаметно для всех притягиваю амулет в свою ладонь. Он горячий, со следами крови. На амулете всё ещё тепло Эранта. Я чувствую это, но в моей душе ничего, кроме сожаления.

Мне жаль, что Эри досталось из-за меня. Мне жаль его, как любого другого человека, которому досталось от магии. Но в этом сожалении нет прошлых чувств. Нет любви.

Фонарики над танцевальной площадкой начинают мерцать, а потом вспыхивают, падают на танцпол. Гирлянда взрывается, словно состоит из цепи петард.

– Рали! Остановись, Рали!

Папа хватает меня за руки, успокаивает словами и объятиями. А я не понимаю, зачем успокаивать меня. Я абсолютно спокойна. В истерике здесь только та смазливая блондинка.

– Голову убери, дура! – кричу ей. – У него там раны на груди!

– Полегче, милая, – отдёргивает папа, а сам кивает кому-то, чтобы подсказали блондинке, что она страшно тупит. За своего переживает, конечно. Я бы тоже переживала. Но он не мой. Эрант больше не мой.

А над нами догорают последние лампочки. Огоньки затухают беззвучно. Без них на улице мрачно и темно. К счастью, дальние фонарики не пострадали. Магические шары остались нетронутыми над праздничными столами.

– Какие у тебя силы, Рали? – спрашивает дядя Элим. – Можешь сама определить?

– Что?

Сейчас мне хочется думать только о фонариках, которые пострадали от моей магии. Их не жаль. Всё можно восстановить. Кто-то уже занимается этим – возвращает нам романтическое освещение.

Прислушиваюсь к себе. Теперь вихри магии в жилах не кажутся обычными. Во мне действительно больше магии, чем прежде.

– Рали, у тебя проснулись силы? – спрашивает Эрант с расстояния. – Это после нашего прикосновения?

– Нет, – грубо отвечает папа и заслоняет меня от пристального взгляда Эри. – Очевидно, что нет. Вы что впервые прикоснулись? Кому ты пожимала руку сегодня, детка? Вспомни всех, кого сегодня встречала.

– Я ни с кем… ни с кем… – воздух заканчивается, к горлу снова подкатывает тошнота. Я вижу перед собой смазливое лицо, на которое падает русая чёлка, ощущаю мягкое прикосновение к ладони. – Пап… Я его встретила… О святая магия… Я встретила своего предназначенного в пабе!

2.2

Двумя часами ранее

Куда я должна была сбежать? Чёрт принёс меня в паб. Вокруг толпа, и это временно стирает мою боль. Шум впитывает гнетущие мысли. Музыка отключает разум.

Эри… Мия… Её подруга…

– Привет! – звонкий голос притягивает меня в реальность.

Я сижу за столиком в пабе. Кажется, пью уже второй коктейль. Терпеть не могу алкоголь, но сейчас пью и не морщусь.

– Мы на днях виделись здесь. Помнишь меня?

Лениво поднимаю голову. Смотрю на улыбчивого парня. Надо же… Волосы на пробор зачёсаны, ногти с маникюром, рубашка белая расстёгнута у шеи. Всё, как я люблю. Точнее, любила. Теперь эта лощеность мне не нравится. Люблю наглых, высоких красавцев с опасным огнём в глазах.

– Не помню, – фыркаю и со звоном ставлю бокал на стол.

– Я тебя искал несколько дней… Фух… Твой контакт мне не хотели давать, – продолжает мямлить, чем бесит меня с каждым словом всё больше. – Ралина, да? Я – Айтор – твой предназначенный.

После трёх секунд паузы начинаю злобно смеяться.

– Предназначенный? – встаю из-за стола.

– Да. Мы прикоснулись друг к другу в прошлый раз. Я не сразу понял, но потом… Это точно была ты. Моя мечта, – тянет ко мне раскрытые руки, я гневно сжимаю кулаки.

– Предназначенный? – ехидно. – Слушай сюда, ублюдок, – подхожу ближе, губами к уху. – Если тебе дороги твои яйца, забери свои слова обратно, и мы мирно разойдёмся. А если нет… Ты узнаешь, что бывает, когда обманываешь порядочных девушек.

– Да я… – ошеломлённо. – Я не обманываю! Ты – моя предназначенная! – он прокричал так громко, что находящиеся вокруг маги услышали, начали хлопать. А я не растерялась, взяла бокал, плеснула содержимое в лицо придурку, замахнулась коленом и жёстко дала между ног.

Глава 3

Настоящее время

– Куда ты, Рали? – кричат несколько голосов.

– В паб, – отвечаю взволнованно. Я спешу, потому что тот парень давно мог уйти. А если его там нет… Я не знаю, где его искать. Что ему говорить после того, как я… – О боже…

– Ты в порядке, Рали? – Джоли переместилась ко мне, обхватила за плечи.

– Да, – растерянно качаю головой и стараюсь улыбнуться. – Прости, пожалуйста, сестрёнка. Из-за меня самый счастливый день твоей жизни превратился в балаган. Мне очень жаль, Джоль… Мне нужно сейчас уйти. Прости меня.

– Всё хорошо, Рали. Не волнуйся. Иди к нему, – сестра притянула меня к себе, поцеловала и одарила самой нежной улыбкой. – Я люблю тебя.

– И я тебя, – отвечаю сестре и одновременно встречаюсь взглядом с Эрантом. Он смотрит на меня издалека. Уже отошёл от шока, рубашку сменил на такую же идеальную. Рядом с ним вьётся предназначенная, старается услужить, не замечая, что её новый парень мысленно отсутствует.

Улыбаюсь своему бывшему и киваю. Это значит, что наша история окончена. Не только он встретил свою истинную, но и я.

– Рали, я иду с тобой, – папа подхватил меня под руку.

– Нет, пап, – вырываюсь. – Я сама справлюсь. Не надо со мной, как с маленькой.

– Я побуду рядом. Невидимку включу, вы меня даже не заметите. Я должен убедиться, что ты в безопасности.

Не спорю с папой, потому что бесполезно. Перемещаемся вдвоём в паб. Он работает круглосуточно. Я не верю, что тот смазливый парень всё ещё здесь. Не мог же он ждать меня несколько часов? Тем более после того, как я жестоко дала ему по яйцам.

Иду между густо расставленными столиками паба. Вокруг, как всегда суета и шум. Папа отталкивает от меня чужие прикосновения. Без щита здесь спокойно не пройдёшь. Маги не церемонятся, выхватывают прикосновения, даже если им этого не позволяли.

Был у меня страх, что один из вот таких наглецов окажется моим предназначенным. Но я всё-таки надеялась, что мой, раз уж он идеальный по мнению магии, не опустится до такого, а смело подойдёт ко мне и подаст руку. Вроде бы так и получилось.

– Привет, – говорю парню, сидящему со склонённой головой. – Ты Айтор, да?

Вяло поднял голову, а как увидел меня, подскочил, одежду на себе пригладил, волосы стряхнул вбок. Такой милый. Правда, дёрганный.

– Привет, – отвечает хрипло и прочищает горло. – Ты пришла...

– Да, – улыбаюсь и сажусь за столик. Айтор занимает место напротив. – Извини, что ударила тебя. Было очень больно?

– Нет, – храбро отмахивается. – В пабе хороший лекарь. Сказал, детородная функция не пострадала. Разве что моя гордость.

Айтор тихо смеётся и смотрит на меня глазами, полными восхищения. Он очень симпатичный. Волосы светло-русые, черты лица приятные, хоть и слишком мягкие.

– Мне жаль.

– Ничего… Я успел собрать о тебе информацию и понял, что твоя реакция оправдана. Тебе здесь прохода не дают. И это неудивительно при твоей красоте.

– Спасибо за комплимент, конечно, но для всех здесь присутствующих мой главный козырь в другом. Тебе ведь и об этом рассказали?

– Если ты имеешь в виду то, что это прославленное заведение принадлежит твоей семье, а ты сама – неприступная принцесса, а ещё дочь Алиты Дартон, основательницы первого магического бренда одежды, и племянница Элима Нотрила – главного кандидата в ректоры академии, племянница руководителя девяносто пятого этажа и ещё какого-то важного бизнесмена, то да. Это мне рассказали. Кажется, я что-то ещё упустил… Что-то о твоём отце… Если коротко, мне сказали, что он живой чёрт, и его нужно остерегаться как перикотера. Извини, это цитата.

3.1

Сидящий справа от меня тот самый чёрт никак не выдал своего присутствия, так и остался невидимкой. А вот я не смогла сдержать улыбку. Всё перечисленное было сказано с такой интонацией, будто информация важна, но сильно пугает.

– Значит, обо мне ты уже всё знаешь, – улыбаюсь, опуская взгляд.

– Если что, я предназначенную искал, а не выбирал. То есть, всё вышеперечисленное для меня не так важно, как… она. То есть, ты, – Айтор потянулся к салфеткам, смущённо вытер ладони. – Я, правда, ещё не могу поверить, что это ты. Слишком всё нереально.

– Я тоже в шоке…

На нашем столе появилось два бокала, оба с моей стороны. Я молча кивнула, но напитки не приняла. Рядом материализовалось ещё три стакана разных цветов.

– Это что-то означает, да? – спрашивает Айтор. – Извини, я здесь второй раз в жизни.

– Это приглашение к знакомству.

В этот же момент все напитки исчезли. Папа переместил их обратно, тем самым давая отказ одновременно всем. А после проявился рядом со мной, повергнув в шок Айтора. Тот даже подпрыгнул, вытянулся между столом и диваном.

– Значит так, это моя дочь, и если с неё упадёт хоть волосок, следом полетит твоя голова. Руки не распускай, в первую очередь её безопасность, а потом твоя. Усёк?

– Да, сер, – испуг читается у Айтора на лице, а мне отчего-то смешно. – Я её не обижу, мистер Дартон.

– Я оставлю вас наедине, Рали. Помни, что я рядом.

– Спасибо, пап. Не волнуйся. Я сама могу о себе позаботиться.

– Знаю. Ну бывайте, – папа отошёл на шаг, Айтор едва заметно выдохнул, затем снова натянулся, как тетива, потому что мой отец вернулся. – Твоя кличка Принц?

– Нет, сер.

Папа больше ничего не сказал вслух, молча оставил нас. Мне не нужно объяснять, я и сама поняла. Папа не увидел угрозы в лице Айтора, потому и ушёл. У Джоли всё ещё свадьба. Ему хочется быть там.

– Как думаешь, долго он меня будет ненавидеть? – спрашивает Айтор, прерывая мои мысли.

– Нет, – усмехаюсь, – года два, не больше.

– Фух, – Айтор шутливо смахнул пот с лица. – Года два, значит… Мне нравится ход твоих мыслей.

– А я ни о чём таком не думала, – закусываю губу, перехватывая пристально-обжигающий взгляд. Айтор при этом облизывает губы и тягостно молчит, а потом резко улыбается, вызывая у меня под кожей странное тепло.

– Можно? – показывает на мою ладонь.

Киваю, и он несмело прикасается к моей руке. Вдвоём закрываем глаза, слушаем вихри магии. Она течёт по венам и множится от невинного прикосновения.

3.2

– Потрясающе, правда? – шепчет, чуть склонившись к столу. – В первую встречу такого не было. Только лёгкий укол, а потом… – Айтор отвернулся и замолчал. И долго так молчит, не глядя на меня. А продолжает, когда возвращается из своих мыслей: – Знобило немного. А сейчас будто магия в крови ожила. Ты ведь чувствуешь?

– Да, – сжимаю его руку, переплетаю наши пальцы. – Давай сбежим?

– Давай. А куда?

Молча смотрю на улыбчивого предназначенного, а перед моими глазами совсем другое лицо, и тихий волнующий голос звучит как самое желанное подстрекание:

– Давай сбежим, Рали? Туда, где будем только мы и магия. Хочешь?

– И где такое место? – смеюсь.

– Не знаю. Придётся его найти. А как найдём, знаешь, что сделаем?

– Кажется, я уже догадываюсь! Твои руки смело пробрались под мои стринги. Ты забыл о правилах, Эри?

– К чёрту правила, Рали. Сейчас я вообще не о твоих трусиках…

Стряхиваю картинку из памяти. Теперь идея о стирании абсолютно всего не кажется такой дикой. Нужно всё-таки сходить к чистильщику, чтобы вот такие сцены из прошлого не всплывали в неудачный момент.

– Так что, идём? – спрашивает Айтор. – Можем прогуляться. Я бы с тобой хоть всю ночь гулял.

Предназначенный подаёт мне руку, сплетает наши пальцы, и мы идём к выходу. Я сама держу вокруг себя невидимый щит, чтобы ни одна чужая рука ко мне не прикоснулась. Айтор ещё недостаточно опытен, чтобы страховать свою женщину. Со временем научится.

– А сколько тебе лет? – спрашиваю, когда мы оказались на улице.

– Двадцать пять. А тебе?

– Двадцать семь.

– Неожиданно, – улыбается, разворачиваясь ко мне лицом. – Моя предназначенная старше меня.

Мы стоим на тёмной улице. Наши лица друг напротив друга. Я рассматриваю Айтора, а он меня. Между нами каких-то сорок сантиметров, а воздух горячий то ли от нашего дыхания, то ли от искрящей магии.

Айтор делает шаг навстречу, сокращает между нами расстояние, а я усиленно думаю, что он собирается делать. И когда до меня доходит, отшатываюсь, словно передо мной выскочил перевёртыш.

– Извини… Я думал… Извини, Рали…

Отворачиваюсь, замираю спиной к растерянному парню. Это странно. И ужасно. Предназначенный хотел меня поцеловать, а я увернулась, будто мне предстоит поцеловаться впервые. С Эрантом такого не было.

Резко смотрю по сторонам, обвожу взглядом тёмную улицу. На время кажется, что из темноты на нас смотрят, и я даже подключаю магию, чтобы прощупать, есть ли кто рядом. Ни дыхания, ни стука сердца… Мы здесь одни. А ощущение, что за нами наблюдают…

Глава 4

Две недели спустя

Эрант Холсин

– Как ты, брат? – Эди садится напротив, сканирует меня инспекторским взглядом. Сейчас начнётся допрос.

– Я в норме, – перебираю задания, отправленные на наш этаж. Ищу что поинтереснее. – У тебя же ещё медовый месяц. Ты чего на работу припёрся? Джоли одну оставил?

– Она с Ралиной, – спокойно говорит Эди и неотрывно следит за моей реакцией. – У них девчачий день. Как ни пытался выяснить, что они в такие дни делают, Джо не сказала. Хочешь о чём-нибудь спросить?

– Нет, брат. На задание со мной пойдёшь? Расследуем подтасовку в сообществе «Меридас». Там повысили кого-то незаконно.

– С каких это пор ты берёшь такие задания, Эри? Ты здесь начальник, зачем лично делать чёрную работу?

– Скучно.

– А как же дело Тёмного мастера? Есть подвижки? Новые улики? Свидетели?

– Полный тупик. И это, чёрт возьми, тоже не даёт мне спать по ночам. Следователи ни черта не могу нарыть. Этот ублюдок слишком хорошо маскируется. Мы знаем лишь то, что он вхож в башню. То есть, это кто-то из своих.

– Да уж… Немыслимо. Магов убивают на их рабочих местах. За все годы нашей службы ничего подобного не случалось. Версию о новичках проверили? Есть кто-то подозрительный?

– Никого настолько талантливого, чтобы не оставлять следов. А силы ублюдка тем временем растут, – досадно отворачиваюсь к стене.

Ощущение, что я проигрываю по всем фронтам. В личной жизни полный швах, на работе угроза полного краха башни. За что я так прогневил магию?

– Ничего не хочешь мне сказать? – спрашивает Эди. – Ты сам не свой в последнее время? Это как-то связано с Рали?

И снова пронизывающий взгляд. Брат расчленяет меня, а своими вопросами лезет туда, куда я не хочу никого впускать. Сейчас не время. Лучше думать о работе, направить весь негатив в это русло. Ещё не было дела, которое мы бы не распутали. Нам с братом нет равных.

– Ты ничего не стёр, ведь так? – убил одним выстрелом.

– Я предпочту не отвечать. А тебе пора вернуться к жене.

– Не отвечаешь, потому что не можешь мне солгать, а правду говорить не хочешь. Я знаю тебя, Эри. Ты не стёр чувства к Рали. А как же твоя предназначенная? Самайра, да? Очень милая девушка. Сколько раз вы виделись за две недели?

– Эди, выключи инспектора. И не забывай, что я старший брат. Это я должен тебя опекать, а не ты меня. У меня всё в порядке.

– Эграна мне сказала, что ты дважды осушал ваш общий резерв. Ты забыл, что делишь магию с двойняшкой? Ты старший Эри, но я должен тебе напомнить, что ты отвечаешь не только за себя, но и за нашу сестру. После твоих проделок, Эгри с трудом восстанавливается.

– Не надо, Эди, – отмахиваюсь от нравоучений. – Ты сам прекрасно знаешь, сколько раз по вине Эгри я валялся без сил. Она не знает меры в своих экспериментах, и это случается стабильно два раза в месяц.

– Ты не говорил, что так часто.

– Потому что незачем. У тебя свои заботы, у меня свои. Оставим эту тему. С Эгри я договорился. Так что, ты идёшь со мной на задание? – поднимаюсь с кресла, накидываю плащ.

– Не пойду. Я пришёл попросить не делать глупостей. У Ралины новая жизнь. Она встречается с предназначенным. Я слышал часть разговора. Рали делилась с Джоли. Её предназначенный, как она выразилась, очень милый, добрый и порядочный.

– Милый? – сдержать ехидную усмешку не получилось. Этим сдал себя и подтвердил для брата, что мои чувства к маленькой мышке всё ещё там – глубоко в груди. – Если Рали кого-то назвала милым, значит, что-то не так.

=========

Сегодня скидка на книгу о сестре Ралины - Джоли и её предназначенном Эдиане

https://litnet.com/shrt/Q6cz

(в этой книге первая встреча Рали и Эри)

==============

Также скидка на книгу о подруге

https://litnet.com/shrt/vVCe

(герой - класнный мужик, героиня - сумасбродка на всю голову)

4.1

– Ты хочешь думать, что у них «не так», чтобы была причина прийти к ней. Но у Рали всё в порядке. Она счастлива с другим. Извини, брат, но лучше, если я подготовлю тебя к этому, чем…

– Эди, – прерываю брата, – а когда у Джоли и Рали следующий девчачий день?

– Ты что-то задумал? – ох, братец, как же ты прав. – Если что, они сегодня не дома, Рали у нас ты не застанешь. Она старается к нам не приходить. Разве что…

– Что?

– Ничего. Ну я пойду.

Брат всерьёз намылился уходить. Это вполне в его стиле. Дать намёк на что-то, интересующее меня, и тут же съехать.

– Стой, – хватаю Эди за плечо. – Эд, ты мне брат или кто? Договаривай давай. И не забывай, что в первую очередь ты должен быть на моей стороне.

– Я всегда на стороне Джоли, а она против ваших встреч.

– Значит, ты уже под каблуком, – получай укол под ребро, чисто по-братски. – Быстро, однако, быстро.

– Это называется любовь, а не под каблуком.

– Так скажи, что собирался сказать, тогда я поверю!

– Эри, мне уже не три года, чтобы вестись на эту провокацию.

Ну-ну, не три года. А мои приёмы всё ещё работают, пусть и не с прежней силой. Я всегда мог подвести младшего брата к правильному, выгодному для меня, решению. Вот только сейчас я не играю, а ищу способ справиться с болью, секущей меня изнутри.

– Эди… – смотрю на брата с щенячьей мольбой, уже и голос дрожит, чёрт побери.

Брат видит, что я не в себе. Все пробы отвлечься – то же, что попытки поймать в ладонь воздух.

– Джоли сказала, у них есть традиция устраивать пижамные посиделки. Рали останется у нас ночевать. Но я не знаю, в какой день.

– Понял. А ты можешь…

– Нет, Эри. Даже не проси. Я не буду тебе помогать! Да и во что ты вообще играешь? У неё предназначенный есть, у тебя Самайра. Ты забыл о ней?

– Нет, не забыл. Хочу пригласить её на свидание, но боюсь смутить. Поэтому предлагаю устроить свидание из трёх пар. Ты пригласшь брата с предназначенной, а Джоли пусть позовёт сестру с тем утырком. Встретимся где-нибудь на нейтральной территории.

– Я не буду в этом участвовать, Эри.

– Можем Эграну позвать, но она без пары. Кого бы ей предложить? Хм… Я подумаю над этим. Эгри злая, как дьяволица, когда долго не трахается. Вот как раз одним махом две проблемы решу. И пару ей на истязание притащу, и на свидание предназначенную свожу.

– На свидание ходят вдвоём, хочу тебе напомнить. И как ты вообще это представляешь? И зачем это тебе?

– Я должен убедиться, что Рали счастлива. С твоих слов ни хрена непонятно. Я увижу всё сам и отстану.

– Точно?

– Клянусь своей магией, отстану от Рали, если она счастлива с тем утырком.

Глава 5

Ралина Дартон

– Милая, как твои дела? – мама заглянула в комнату, наблюдает, как я расчесываюсь.

– Всё хорошо, мам, – улыбаюсь непринуждённо, но это даётся с трудом. – У нас двойное свидание. Джоли с Эди, и мы с Айтором. Здорово придумали, да? Погуляем среди немагов, посидим в ресторане. Давно мы не выбирались.

Мама плавно подходит ко мне, останавливается за спиной. Я неумело прячу глаза, но мама всё-таки перехватывает взгляд через зеркало.

– Ничего не хочешь мне сказать, Рали?

– Нет. А что? Если ты об уничтоженной беседке, так папа уже восстанавливает. Я же не специально, вы знаете.

– Рали, разрушенная беседка меня интересует меньше всего. Я спрашиваю о тебе, – мама коснулась пальцем моей груди. – Что у тебя с Айтором? Почему ты до сих пор не привела его познакомиться?

– У нас всё хорошо, мам, – снова стараюсь улыбаться, а мама вздыхает, видя мои натужные попытки изобразить радость и счастье. – Просто… Мы пока что притираемся, узнаём друг друга. Мы знакомы всего две недели.

– И сколько у вас было встреч за это время?

– Мам…

– Рали, все эти две недели ты находишь себе занятия, лишь бы не выходить из дома. Я хочу понять, почему.

– Я помогала Джоли с переездом, мам. У меня не было времени для частых свиданий. Мы виделись пару раз, а потом переписывались. Айтор очень милый.

– А с Эрантом ты виделась каждый день и несколько раз не ночевала дома. Ты думаешь, что мы об этом не знаем, но волчий слух не обманешь. Это твоя жизнь, Рали, мы не вправе тебе указывать, как её жить. Но, как твоя любящая мама, я хочу тебя предостеречь. Вы не можете быть с Эрантом, потому что против вас предназначение.

– Мам, у нас с Эри больше ничего нет. Я не видела его со свадьбы. Он уже наверняка жениться собрался. Да и какое мне дело до Эри? Я к нему ничего не чувствую.

Пока я это говорю, глазами ищу коробку с капсулами. Только бы мама не заметила, что я всё ещё их не выбросила. Издалека задвигаю коробку под кровать.

– Ты по-прежнему не можешь говорить мысленно на расстоянии?

– Нет, мам. Ничего не изменилось. В пределах дома могу, а к Джоли обратиться не получается. Видимо, магия и здесь меня обделила.

– Рали, ты талантлива, как и все в нашей семье. Твой питомец особенный.

– Да уж… Ладно, мам. Мне уже пора. Не хочу заставлять Джоли и Эди ждать.

– И Айтора?

– И его тоже. Пока, мам, – беру сумку, вихрем из комнаты – лишь бы поскорее уйти из-под маминого пронизывающего взгляда. В коридоре приходится отбиваться и от папиных вопросов.

Знаю, что родители беспокоятся обо мне, потому что безгранично любят, но мне надоела роль несчастной жертвы. У меня ведь всё прекрасно! Жизнь только-только заиграла яркими красками. Джоли встретила предназначенного, теперь и я. У нас встреча парами. Прям как мы мечтали.

Перемещаюсь из дома, по привычке путая след. Несколько секунд в пустоте проходят не бесполезно. За это время я успеваю перекинуться парой фраз со своим питомцем. В прошлом у нас были натянутые отношения, потому что я не могла принять, что уродилась настолько обыкновенным магом. На фоне всех в моей родне я выгляжу белой вороной. Став старше, я всё переосмыслила, приняла себя. Но по сей день жалею, что не умею летать, как Джоли. Я никогда не смогу разделить с ней эту радость, да и понять в общем-то не смогу, каково это.

– Рали, привет! – в оговоренном месте меня встречает Айтор с букетом. – Это тебе. Извини, не знал, какие ты любишь. Мне показалось, красные розы тебе идеально подойдут. Такие же красивые, как ты. Хотя нет, ты гораздо красивее, чем розы. Ты само совершенство. Я очень скучал.

Умиляюсь тому, как быстро, обрывисто и взволнованно говорит мой предназначенный. Это так непривычно. Он слишком отличается от мужчин, которые меня окружают.

– Спасибо, Айтор. Цветы и правда роскошные. Если ты не против, я их сразу домой перемещу. Не хочу испортить во время прогулки.

– Конечно, – Айтор улыбается и не сводит с меня глаз. – Значит, мы гуляем с твоей сестрой и её мужем?

– Да. Они сейчас подойдут. Можем пока присесть, – показываю на ближайшую лавочку.

– Конечно. Можно? – смотрит на мою ладонь, а я слишком долго думаю, о чём собственно он спрашивает. А потом доходит, и я быстро киваю. Айтор берёт меня за руку, подводит к скамейке. Мы садимся, не размыкая ладони.

Я зачем-то оцениваю каждый мужской жест, ловлю каждый взгляд и пытаюсь понять, что за всем этим прячется. В манерах прослеживается хорошее воспитание, во взглядах – восхищение мной. Всё идеально. Слишком идеально.

Я уже знаю из переписки, что Айтор из среднестатистической семьи магов. Отец трудится в башне, у мамы магазин с товарами для декора. Редкий случай, когда в семье магов один ребёнок. Айтор говорит, что его родители предпочитают свободную жизнь, а одного ребёнка им достаточно, чтобы прочувствовать все прелести родительства.

В переписке было больше тем для разговоров. Сначала мы рассказывали друг другу о себе, потом делились вкусами и взглядами. А сейчас сидим рядом, не зная, с чего начать разговор.

5.1

– А вот и Джоли! – почти вскакиваю с лавочки, бегу навстречу сестре. – Привет! Я так соскучилась!

После объятий с сестрой бью Эдиана в плечо.

– Ты забрал у меня Джоли! Ты пожизненный мой должник!

– Полегче сестрёнка, – с улыбкой отвечает Эди. – У вас же недавно был девчачий день. Разве нет?

– Раз в неделю видеться с сестрой – это мало! Слишком мало!

– Наши двери для тебя всегда открыты, Рали, – говорит муж моей сестры. – Приходи, когда захочешь. Джоли рассказывала тебе о наших источниках? Они тебя ждут в любое время. Можешь даже не предупреждать.

– Подкупаешь, Эди, – снова толкаю его в плечо, но уже без недовольства, а так, ради шутки. – Ладно, уговорил. Ой, кстати, познакомьтесь. Это Айтор. Айтор, это моя сестра Джоли и её муж Эдиан.

– Рад знакомству, – Айтор протянул руку Эди, а Джоли приветливо улыбнулся. – Вы с сестрой очень похожи.

– Ты ещё маму нашу не видел, – улыбается Джоли. – Она выглядит почти так же, как мы, только ей уже за сотню. Но я тебе, конечно, об этом не говорила.

Завязывается непринуждённая беседа, и мы идём по парку. Я рядом с Джоли, а Айтор где-то около Эди. Они уже нашли общую тему для разговора. Обсуждают дела в башне. Скучные дела. А мы с Джоли хихикаем о своём. После каждой шутки мне хочется крепко обнять сестру. Раньше не думала, что буду настолько по ней скучать. Мы же выросли вместе. У нас разница всего три года. Джоли всегда была рядом, а теперь мы вроде в секунде друг от друга и в то же время далеко. У неё своя семья, новые шутки, которые может понять только Эди. В компании этих двоих, как, впрочем, и в компании любой пары предназначенных, мне неловко.

И именно в этот момент, когда я уже почти привыкла к собственному смущению, нас резко вернул к реальности чужой голос.

– Какие люди! – я узнала его ещё до того, как успела оглянуться. – Не ожидал! Вы, значит, тоже гуляете? А я думаю, кто это такой знакомый.

Перед нами стоит Эрант со своей блондинкой. Огромная сахарная вата почти скрывает её лицо, а вызывающее красное платье делает её похожей на девушку лёгкого поведения. У меня никак не укладывается в голове этот противоречивый образ. Сахарная вата подчёркивает, что в душе эта девица – неприкаянное детство, а одежда кричит о её доступности.

Вместе со странной парочкой наш двоюродный брат Акалис со своей неизменной наглой ухмылкой на лице, а около него сестра Эри и Эди – Эграна – тоже с ухмылкой, которая резко сменяется недовольством, когда она видит меня.

Глава 6

Обмен приветствиями затягивается, потому что переходит в знакомство. Мужчины жмут друг другу руки, кивают женщинам, обмениваются короткими репликами. Я уже знакома со всеми, поэтому просто наблюдаю.

– Посидим где-нибудь вместе? – весело предлагает Эрант.

Ничего не меняется – он и сейчас заводила и душа компании.

– Отличная идея, – поддерживает Айтор.

Кажется, одной мне не нравится эта затея. Как такое вообще возможно, чтобы во всём мире не нашлось другого парка, где можно погулять?

– Джоли, – толкаю сестру в бок, но обращаюсь с мысленной речью, – ты что-нибудь об этом знаешь?

– Нет, Рали, но Эди от меня сегодня получит.

– Сговор?

– Непонятно только с какой целью.

– Так что, девчонки? Пицца или морепродукты?

– Морепродукты, – пищит блондинка, и я вдруг понимаю, что нас не представили. Я не помню её имя. – Эри! Пожалуйста, только не пицца! – хватает его за руку, подпрыгивает на месте.

– Сколько ей лет? – спрашиваю Джоли мысленно. – Инфантилизм налицо.

– Двадцать с хвостиком, – отвечает сестра, а вслух делает выбор за всех: – Я знаю отличный ресторан, где подают абсолютно всё! Но сначала прогулка!

Сестра тянет меня вперёд, и мы вроде как показываем дорогу остальным. На самом деле хотим отделиться от компании, чтобы посекретничать.

Хорошо, что с Джоли можно разговаривать мысленно. Для окружающих мы молчим, хоть на лицах сменяются эмоции в такт разговору.

В нашей компании есть ещё один залётный человек, который сможет нам ответить – Акалис Нотрил.

– И давно ты водишься с Эрантом? – спрашиваю двоюродного брата. Он идёт где-то за нами, развлекает шуточками Эграну. А та, в свою очередь, выжигает в моей спине дыру. Я знаю: она меня ненавидит, потому что я едва не женила на себе её брата.

Эрант рассказывал мне, что у них с сестрой-двойняшкой один магрезерв на двоих. Магия почему-то решила, что в утробе их матери был один ребёнок, поэтому выделила лишь одну «порцию» сил. Теперь, если один из близнецов тратит магию, второй слабнет. Это не первый такой случай в магическом мире, поэтому известно: магрезерв разделится, когда один из них встретит свою истинную пару.

На Эграну, с её закрытым образом жизни, надежды мало. Поисками в основном занимался Эри, но после встречи со мной он перестал искать. Эграна злится на меня, потому что мы с Эри не предназначены друг другу, а значит, их проблема остаётся нерешённой.

– Со свадьбы, – коротко отвечает мне Калли. – У вас вроде уже всё? Ты же не собираешься на меня обидеться из-за того, что я дружу с твоим бывшим? Сестрица у него ничего такая.

– Только попробуй залезть к ней под юбку, – шипит на него Джоли.

– Да я и не собирался, – отвечает Калли и быстро развеивает наши надежды на своё благоразумие: – Она же в брюках.

– Всё в порядке? – нас догнал Эди, и Джоли остановилась, а мы продолжили прогулку.

Место сестры около меня занял Айтор. О чём-то рассказывает, а я ушами и глазами там, где остановились Джоли и Эди. Сестра отчитывает мужа мысленно за то, что привёл на нашу прогулку брата. Хоть я этого не слышу, но догадываюсь, что трёпка там серьёзная.

А вскоре мы заходим в зал ресторана, выбираем столик. Для нашей компании находится один огромный в уединённой лоджии.

Вроде всё хорошо, но я в постоянном напряжении. Почти не слышу того, что мне говорит Айтор. А он старается привлечь моё внимание, очень старается, и мне становится за себя стыдно.

Как раз напротив нас размещается Эрант со своей блондинкой. Она о чём-то восторженно щебечет, он поправляет для неё подушки, прикрывает ладонью острый угол стола, когда девушка наклоняется. Этими милыми жестами я не так давно восхищалась. А ещё меня пленила в Эри непоколебимая уверенность в себе. Я и сейчас вижу её в каждом его движении.

– Рали, а ты что будешь? – интересуется Айтор. – Может, устрицы? Девушки их вроде любят.

Поднимаю голову и на миг пересекаюсь взглядом с Эрантом. Резко отворачиваюсь, прислушиваюсь к голосу рядом.

– Нет… Я сырную нарезку хочу и гренки.

Айтор на время тупеет, а потом кивает с нахмуренным лицом, делает заказ за нас двоих.

Я не поднимаю голову, рассматриваю скатерть. Как назло, Джоли занята вниманием Эдиана, и мне некуда скрыться ни в мыслях, ни в реальности.

Взгляд Эранта прожигает и заставляет сердце в груди колотиться в сумасшедшем ритме. У меня нет к Эри никаких чувств, абсолютно ничего нет. Но нос улавливает знакомый аромат свежести, и подсознание подкидывает воспоминания. Этот запах меня пьянил и одновременно успокаивал. Я тыкалась носом в шею Эранта, а он нежно меня обнимал, и мы вместе засыпали под открытым небом.

– Рали? – Айтор погладил мою ладонь. – Ты уверена, что больше ничего не хочешь? Не думал, что ты так скромно ешь. Совсем как мышка.

Дёргаюсь от одного слова, а глаза сами вскидываются и перехватывают взгляд серых глаз.

6.1

Спустя час посиделки становятся скучными, хотя компания у нас весёлая. Одна я сегодня без настроения. Акалис и Эрант в центре внимания, развлекают всех историями из жизни.

– Прощу прощения, – поднимаюсь, вместе со мной вскакивает Айтор, – я в уборную, – говорю ему тихо.

– Я провожу.

– Нет-нет, отдыхай. Всё в порядке. Мы здесь бывали много раз, я знаю дорогу. Это же не паб, в конце концов, а обычный ресторан.

Дарю предназначенному улыбку и выхожу из лоджии.

Мы сидели в светлом и проветриваемом помещении, но глубокий вдох я делаю только в коридоре перед уборной. А внутри плещу в лицо водой, стараюсь смыть с щёк красные пятна. Ничего не получается. Краснота только усиливается. Даже магия сейчас против меня. Не слушается, не выравнивает мою температуру и не успокаивает.

Пристально смотрю себе в глаза, мысленно задаю вопросы. Чего я сейчас боюсь? Что меня напрягает? Почему я не могу расслабиться?

Эрант – мой бывший, и я сижу напротив него за столиком. Его предназначенная – инфантильная глупышка, слишком откровенно на него вешается. Мой предназначенный восхищается мной и старается во всём угодить.

Но почему всё это меня так бесит? Зачем я всё время вспоминаю прошлое? Почему я до сих пор не стёрла воспоминания?

Дверь приоткрылась, впуская внутрь мужскую фигуру. И я почему-то сразу поняла, кто зашёл следом за мной. У меня в груди всё сжалось то ли холода, то ли от страха. Я замерла, следя за вошедшим Эрантом.

– Извини, в уборной общая зона. Не знал, что ты ещё здесь, – подходит к умывальнику, тщательно намыливает свои длинные, изящные пальцы. Делает это так, словно занят наиважнейшим делом в жизни.

А я стою, замерев и почти не дыша. Бордовая блузка, которую я сдуру надела, душит у шеи. Ленточки нужно ослабить, но я ничего не делаю. Разворачиваюсь, смотрю в зеркало, фиксирую через отражение каждое мужское движение.

Эрант заходит в мужской туалет, а я стою на том же месте, борюсь с удавкой на шее. Самое время уйти, но я жду, когда Эри выйдет. И он выходит, снова тщательно моет руки, дарит мне ничего не значащий взгляд и идёт к выходу.

– Эри, – окликаю, когда он почти вышел, – можно тебя попросить об одолжении?

– Конечно, Рали, – остановился, прикрыл дверь. – Мы ведь друзья? Или нет?

– Почти родственники, – тяжело выдыхаю и стараюсь мило улыбнуться.

– Так о чём ты хотела попросить?

– Я не говорила Айтору, что мы с тобой встречались, и не хотела бы, чтобы он знал. Возможно, в будущем это где-то всплывёт, но пока…

– Я ему об этом не скажу. Это всё?

Холодный вопрос бьёт по моим нервам и прокручивается в голове несколько раз.

– Да, спасибо. Я тоже не буду говорить твоей… девушке, что мы встречались. Так всем будет спокойнее.

– У меня нет девушки, Рали. У меня есть невеста.

– О… Я не знала, извини, Эри. Поздравляю. Значит, тем более я ничего не скажу твоей невесте. Она, кстати, очень милая.

Вот зачем я это сказала? На моём лице написано, что блондинка мне неприятна. А врать я никогда не умела. Эрант читает меня, как и любого другого человека. Это его профессиональная деформация. Сам мне говорил.

Глава 7

Эрант Холсин

Ожидаемо, за нашим столом остались только Эди с Джоли и утырок Айтор. Нотрил с Эграной куда-то пропали, Самайра пошла звонить родителям. Рали ещё в уборной.

Сейчас главное – не показывать никому, как я ненавижу этого мелкого говнюка.

А ненавижу я настолько, что готов схватить его за шиворот, переместить на мост, надеть на оба запястья браслеты, блокирующие магию, и сбросить.

– Джоли, можно спросить? – утырок склонился к столу, щенячьими глазами смотрит на сестру Ралины.

– Конечно, Айтор.

– Ты не могла бы мне подсказать, что нравится Рали? Я понимаю, ты её сестра, вы очень близки, тебе незачем мне помогать… Но… Мне так сложно к ней подступиться… Я хочу её чем-то удивить, но Рали, похоже, уже всё пробовала, всё видела. Подскажи, пожалуйста, что ей нравится?

– Ой, это сложно, – Джоли широко улыбнулась, – у Рали часто меняются вкусы.

– Я ей розы красные подарил, – мямлит маменькин сынок, – но, кажется, ей они не понравились.

– Рали любит что-то попроще, – подсказывает Джоли, – поменьше пафоса, больше чего-то простого.

– То есть она сыр заказала, потому что любит его, а не чтобы меня не смущать?

– Да, Рали очень любит сыр.

Мысленно усмехаюсь и сажусь за столик. Сейчас у меня есть шанс сделать ход конём.

– А цветы ей какие нравятся? – утырок не теряет надежду.

Джоли, конечно же, знает свою сестру как никто другой, но на вопросы отвечает вдумчиво. Поразмыслив двадцать секунд, решает помочь милому Айтору, но я её опережаю.

– Васильки, – отвечаю на вопрос. – Только обязательно настоящие, прямо с поля. А ещё лучше на поле её приведи, не рви цветы, а просто покажи. Рали будет в восторге.

– Да? – утырок переводит взгляд на Джоли. – Это правда?

Сестра подтверждает, но почему-то хмуро поглядывает на меня. Вот ещё один человек, от которого мне не удастся ничего скрыть. Эди тоже смотрит на меня, сощурив глаза. Ещё и головой качает, будто предупреждая, что я собираюсь сделать что-то не то.

– А ещё Рали любит поезда, – подсказываю почти с чистой душой. – Ей нравится приходить на вокзал, прикидываясь немагом, покупать билет на ближайший поезд до конечной остановки, и ехать, слушая стук колёс.

– Поезда? Зачем магам поезда?

Ушлёпок.

– Рали нравится вайб поездов.

– Я не понимаю… Это точно правда? – снова обращается к Джоли, она ему кивает, а на меня бросает вопросительный взгляд.

– Что ты делаешь, Эри? – спрашивает мысленно. – Зачем ты ему помогаешь? Это какая-то игра? – я не могу ответить ей мысленно, поэтому спокойно отбиваю взволнованный взгляд. – Я почти уверена, что ты не стёр чувства. Эди мне не говорит, но я вижу по тебе, что это так. И прошу тебя не мешать Рали. Не лезь в её жизнь.

Джоли ещё говорит в моей голове, а озадаченный утырок задаёт следующий вопрос. Новость о поездах всё ещё не осмыслил. Потому что ему не понять.

– То есть мне стоит купить билеты на двоих и пригласить Рали? Она точно согласится?

– Рали любит сюрпризы, – говорит Джоли, не понимая, что этим помогает мне. – Так что лучше не предупреждай. Такие поездки у неё случаются редко, потому что среди магов никто не разделяет её увлечение. Так что Рали будет очень рада. Назначь встречу, приведи на вокзал. Желательно на такой, где она ещё не бывала. Ты наверняка найдёшь что-то, просто ткнув в карту пальцем. Рали любит маленькие города, ничем не примечательные станции. Больших городов с их шумными вокзалами лучше избегай. И посмотри, чтобы конечная остановка не была где-то в мегаполисе.

– Ладно, – ушлёпок снова слоняется к столу. – Что-нибудь ещё подскажешь? Может, что-то особенное из еды?

– Виноградное мороженое, – подсказываю, и взгляды снова стреляют в меня.

Эди удивлённо вздёргивает брови. Брат не понимает, почему я помогаю тому, кого хочу испепелить. Он помнит, как несколько дней назад я пересказывал ему историю о сорока вкусах мороженого. Мы с Рали попробовали за один день абсолютно все. Даже от воспоминания сводит челюсть.

7.1

– Виноградное? Такое бывает? – утырок обращается к Джоли и Эди.

Ты смотри, инстинкты самосохранения на месте. Все мои слова проверяет.

– Могу подсказать адресок кафе, где есть мороженое даже с запахом осенней листвы. Рали оно не нравится, если что. А вот виноградное – да. То, что со вкусом белого «Дамского пальчика». А ещё Рали любит пить под луной шампанское, купаться в океане, – едва не слетело с языка «голышом» – вот это точно лишнее, – обожает пляжный волейбол. Можем, кстати, собраться в субботу всей нашей компанией, сыграем. Как вам идея?

– Откуда ты всё это знаешь? – придурок ещё не допёр. – Ты так близок с Рали?

Брат с сестрой молчат, оба закрыли глаза, словно сейчас случится взрыв.

– Я же брат Эди. А его жена мне как сестра. А Рали сестра Джоли. Значит, Рали мне…

– Как сестра. Я понял логику.

Придурок. Ни хрена ты не понял. Но пусть будет так.

– Мы много времени проводили нашей семейной компанией, а я по профессии инспектор. Могу рассказать то же самое и о Джоли. Что любит, как проводит время, какие вкусы предпочитает. Я и о тебе многое могу сказать.

Например, то, что ты маменькин сынок. И волосы на пробор тебе мама зачёсывает, но ты решил взбрыкнуть, ещё и чёлку отрастил. Только на это и хватило яиц.

– Это твоя магия? Ты всевидящая рысь?

– Нет. Я инспектор первого ранга. А рысей, видящих насквозь, в нашей башне нет. А ты…

Из уборной вышла Ралина, и я оборвал себя на полуслове. Откинулся на спинку дивана, делаю вид, что не наблюдаю, как моя мышка грациозно идёт к нашему столу.

Несколько мгновений я думаю, что она подойдёт ко мне, сядет рядом, положит голову мне на плечо, и я смогу втянуть карамельный запах каштановых волос. А потом мы поболтаем немного с Джоли и Эди, оторвёмся от них и будем придаваться нашим радостям: засядем на скале, накроемся пледом, будем долго-долго разговаривать и целоваться; а поздно вечером купим билеты на поезд, неважно куда, главное на двоих, и поедем, чтобы утром переместиться ко мне и уснуть в объятиях друг друга…

На самом деле происходит абсолютно противоположное. Моя прекрасная Ралина садится по ту сторону стола, улыбается мелкому утырку, а меня не одаривает даже мимолётным взглядом. Будто и нет меня здесь.

Ралина Дартон

За нашим столом оживление, все о чём-то спорят. Калли с Эгри только-только подошли, но уже втянулись в общую суету.

– Рали, – Айтор развернулся ко мне, – надеюсь, ты не против, я уже сказал, что мы будем в субботу. Ты играешь в волейбол? Эрант предложил соревнования. Я в академии играл за группу. Обожаю волейбол!

– Правда? – спрашиваю с улыбкой. – Отличная идея. Я тоже люблю волейбол.

С конца стола подала голос Эграна:

– О нет, я не люблю, когда жульничают, так что я пас!

– Никакого жульничества, сестрёнка! – успокаивает её Эрант. – Я возьму блокирующие браслеты, чтобы всё было честно. Играть будем без магии! Калли, ты брата своего позови. Девчонку пусть в пару приведёт. Так будет интереснее.

– Можно Мию взять, – предлагает блондинка, подошедшая к столу сразу после меня. – Она от Вериана без ума! С восьмого класса в него влюблена! Точно согласится!

За столом повисла неловкая тишина. Только Самайра (вот так её зовут, оказывается) не поняла, что выдала чужой секрет. Её ничто не смутило, она продолжила ворковать, при этом не забывая откровенно прижиматься к Эранту.

– Она ему не подходит, – говорю мысленно для Джоли. – Глупая и меркантильная. Выбрала самый дорогой салат. Да её счёт за обед выше, чем у всех нас.

– Рали, да нормальная она, просто младше нас. И, кстати, в её меню не было цен.

– Всё равно.

– Решено! – громко говорит Эрант. – В субботу играем в пляжный волейбол. На команды разделимся на месте.

Глава 8

– Спасибо, Рали, это был прекрасный день, – Айтор подхватил мою ладонь, поднёс к губам. – Надеюсь, мы увидимся завтра? Может, я всё-таки тебя провожу до дома? Я не напрашиваюсь в гости, только до двери. Так мне будет спокойнее. И… Признаюсь, мне хочется знать, где ты живёшь, чтобы я наверняка мог тебя найти.

– Не волнуйся, Айтор, меня Джоли и Эди проводят. Я с ними перемещусь.

Чувствую себя крайне неловко, потому что вся наша звонкая компания стоит чуть поодаль. Хочется думать, что друзья и родные не опустятся до того, чтобы подслушивать наш разговор, но меня не покидает ощущение, что нас слышат все.

– Так мы увидимся завтра?

Медленно поворачиваю голову вбок, смотрю на компанию, в центре которой Джоли и Эди. Никто за нами не наблюдает. Все заняты своей парой. Калли веселит Эграну, Эрант наклонился к блондинке, что-то ей говорит.

– Да, я думаю, можно, – отвечаю Айтору и издалека перехватываю взгляд Эранта. Он как-то неожиданно вскинул голову и посмотрел на нас. – Давай спишемся вечером? Договоримся, где встретимся.

– Конечно, Рали, – Айтор просиял и слегка подался вперёд. – Извини, – сразу отступает, так и не сделав желанный шаг.

Сама подхожу к предназначенному ближе, тянусь лицом к лицу. Айтор сначала медлит, а потом резко сокращает между нами расстояние, и мы соприкасаемся губами, целуемся, пробуя вкус друг друга.

– Рали, – Айтор тяжело выдыхает, когда наши губы разъединяются, – ты так прекрасна, – и снова прикасается к моим губам, смело обхватывает меня за талию и притягивает к себе.

– Извини, – отталкиваю его, остужая пыл. – Неловко как-то… – киваю на родственников.

– Может, пойдём куда-нибудь, где будем только мы?

– Мне уже домой пора, – отхожу на шаг, затем ещё на два. Машу Айтору ладошкой и разворачиваюсь, иду к сестре.

Есть желание выдохнуть с облегчением, но я усиленно делаю вид, что этот поцелуй сделал меня счастливее и не был ни для кого демонстрацией.

На самом деле у меня внутри пустота. Такая, будто две недели назад были стёрты не только чувства с Эранту, но и вообще моя способность хоть что-либо чувствовать.

– Ты в порядке? – мысленно спрашивает Джоли.

– Да, – на автомате отвечаю вслух и тут же отворачиваюсь.

Мы идём большой компанией в сторону пролеска. Оттуда переместимся домой.

Больше никто не разговаривает. Все молчат, словно знают, что мне сейчас необходима тишина. Я хочу услышать в этой тиши свой внутренний голос или шепот магии. Хочу, чтобы она сказала мне, почему я не чувствую того же, что испытывают предназначенные со своей половинкой.

Джоли и Эдиан тому пример. Они как одна волна. Могут быть шумной, сносящей всё на своём пути, а могут быть слегка плещущейся, умиротворённой. Но во всём они едины.

А я… Спешу домой, потому что не знаю, как остаться наедине с милым Айтором. Он слишком идеальный, до тошноты приторный. От его ладони хочется отдёрнуть руку, как бывает, если прикоснёшься к чужому человеку случайно. Я не вижу его в толпе, я вообще не хочу на него смотреть.

– Точно в порядке? – Джоли читает всё на моём лице.

– Да, – улыбаюсь. – Спасибо за прекрасный день. Я домой перемещусь.

– Одна?

– Я же не маленькая, Джо. Дорогу домой найду.

– Рали, сейчас неспокойное время, – говорит Эди. – Одной лучше не перемещаться. Мы тебя проведём.

– Спасибо, – обхватываю себя руками, оглядываюсь, ища кого-то по тёмным углам, а потом замираю взглядом на лице Эранта, скомкано прощаюсь с ним и со всеми остальными.

8.1

Я так и не выбросила капсулы. Должна была еще две недели назад, но не выбросила. Каждый вечер после душа думаю о них, вытаскиваю коробку, чтобы усилием воли снова затолкнуть её подальше.

Амулет Эранта – ещё одно напоминание о прошлом. Лежит на краю тумбочки, сверкает, словно намеренно привлекает внимание. Я оттёрла от него следы крови и даже отполировала, а должна была просто выбросить. И сейчас беру его, чтобы убрать подальше, спрятать лишнее напоминание, но звук телефона отвлекает.

Там уже тьма сообщений от Айтора, и я переключаюсь на общение с ним, а амулет снова кладу на край тумбы. Мы переписываемся порой ни о чём. Я чувствую, как добрый парень старается найти тему для разговора, как стремится удержать разговор, каждый раз отправляя мне очередной глупый вопрос.

Иногда я делаю вид, что не прочитала сообщение, будто чем-то очень занята. На деле я откидываюсь на подушку, смотрю в потолок и пытаюсь понять, почему меня снедает тоска, если причин для этого нет.

Мысли прерывает звонок, и я поднимаю телефон, с непониманием смотрю на экран. А потом доходит – это видеовызов от Айтора.

– Привет, – отвечаю, включая свою камеру.

– Рали… – шумно выдыхает. – Ты такая красивая… Я не думал, что ты ответишь, и растерялся. Ты… Невероятная… Почему ты всегда собираешь волосы? Тебе очень идёт с распущенными. Они у тебя так красиво вьются.

– Спасибо, Айтор, – укладываюсь на бок, держа телефон на вытянутой руке.

– А ты спать собираешься, да? У тебя уже ночь?

– Да, я примерно в это время ложусь. Читаю перед сном и быстро отключаюсь.

– А я, кажется, не смогу сегодня уснуть…

Айтор так мило высказывает мне комплименты и теряется во время разговора, что я непрестанно умиляюсь. Только в этом умилении нет ничего похожего на необоримое притяжение или… любовь.

– Смотрю на тебя и не верю своему везению. Знаешь, мне никогда в жизни особо не везло. И сейчас кажется, что всё это нереально. Будто на самом деле ты не моя половинка, а чужая… Но магия ведь не ошибается, да? Она всегда создаёт идеальные пары. И если она связала нас, значит, мы подходим друг другу.

Хмыкаю и вдруг задаю даже для самой себя неожиданный вопрос:

– А что если она ошиблась?

– Нет, – Айтор смеётся, словно я шучу, – такого не бывает. Магия не ошибается.

Я бы рассказала ему о тех случаях, которые известны всей нашей родне. Магия ошибается. Ещё как ошибается. И порой эти ошибки рушат жизни.

А что если и с нами она ошиблась? Что если, я правда чужая? Или он чужой?

Иначе, почему меня не накрывает то самое чувство, о котором все вокруг говорят. Притяжение, безусловная любовь, отчаянное желание всегда быть рядом – где всё это?

– Ох, Рали… – Айтор на связи, а я на время улетела в свои мысли. – Можешь ещё немного опустить камеру?

– Что?

– Немного вниз.

– Зачем?

Опускаю взгляд и зажмуриваюсь. За долю секунды без прикосновения к экрану сбрасываю вызов.

Айтор подумал, что я соблазняю его через экран. А у меня всего лишь вывалилась грудь, потому что под пеньюаром нет белья.

– Прекрасно… – шепчу в тиши спальни.

Пока я корю себя за невнимательность, на телефон сыплются сообщения – звук не смолкает. Я не смотрю, что там пишет Айтор. Ловлю странное апатичное состояние – мне плевать на всё.

Откидываюсь на полушку. Телефон продолжает скрежетать, и чтобы облегчить его страдания, отключаю звук.

Я лежу и смотрю в потолок, ловлю взглядом фантазийные тени. Они странно двигаются, переходят на стену. Мне видится в этих узорах размах крыльев, но это всего лишь ветви высокого дерева.

Закрываю глаза, лежу в тревожной тишине. Нужно заставить себя ответить на сообщения или хотя бы просмотреть их. Всё так просто, но сейчас я могу сделать это только через силу. Такое ощущение, что я снова вернулась в академию, и дядя Элим заставляет меня учить тему, которая мне неинтересна.

«Рали, прости».

«Прости меня, Рали!».

«Умоляю, прости!».

«Я думал, ты специально!».

«Я кретин. Признаю».

«Пожалуйста, Рали, ответь».

«Ты прекрасна, Рали. Я почти ничего не успел увидеть».

«Там был всего лишь сосок».

«Самый прекрасный из всех, которые я видел».

«Рали…».

«Я вообще-то мало их видел. В живую почти ни одного».

«Прости меня, Рали!!!».

«Мы же увидимся завтра?».

«Я не смогу без твоего ответа уснуть».

«Ну хочешь, я тоже покажу тебе сосок?».

Перед последним сообщением я уже начала набирать ответ «Да». Так и отправила. А вслед за ним: «Я имела в виду, что мы увидимся завтра. Спокойной ночи, Айтор».

После двадцати минут ожидания сна и бесконечных попыток вчитаться в книгу, я всё-таки перемещаю на кровать коробку с капсулами. Отличаю их между собой по оттенку кружащихся внутри блесток. Мои любимые – красные.

Глава 9

Верчу в ладони сияющий шар. Красные блёстки внутри – знак, что в этой капсуле сохранено очень личное воспоминание. Просмотреть его смогу только я и тот, кому я дала доступ.

Быстро воспроизвожу, чтобы не дать себе шанса передумать.

– Эри, ты привёл меня домой и включил порно! – кричу, закрывая лицо ладонями. – Какая банальщина! Не ожидала от тебя таких коварных ходов!

– Это классика эротики, а не порно! Режиссёр на тебя оскорбился бы, – Эри отрывает мои пальцы от глаз. – Посмотри, мышка. Там любовь, а не порно.

– Фу, Эри! – отворачиваюсь от него и от большого экрана. – Так банально ты меня ещё не соблазнял!

– Рали, – Эри придвинулся ко мне ближе, положил ладонь на талию, – делаешь вид, что мы пришли сюда не за этим… Ну же, мышка, посмотри на меня. Я выключу, если тебе не нравится. Нам ведь не нужен допинг. У меня весь день член колом, а у тебя влажные трусики. Хоть ты и маскируешь это, я точно знаю, что там потоп. Или тебе не нравится моя спальня? Хочешь, переместимся на наш подоконник?

– Эри, – разворачиваюсь к нему, – это значит, что ты больше не можешь ждать?

– Рали, сегодня я хочу пойти немного дальше, но твои границы нарушать не буду. Ты ведь хочешь кончить не только от моих пальцев, но и… – Эри погладил языком верхнюю губу, и я улыбнулась.

– Это совсем не сексуально, – смеюсь и разворачиваюсь к нему полностью, закидываю руки за шею. – Эри… мне всё время кажется, что мы делаем что-то незаконное.

– Незаконно заставлять мой член и твою киску страдать. Я люблю тебя, Рали. Люблю больше, чем всю магию мира.

– Ну ты завернул, Эри, – смеюсь, а он притягивает меня к себе, порывисто целует.

Он всегда так делает, когда я пытаюсь перевести откровения в шутку. И мне никогда это не удаётся. Сладкие губы, скользящие по моим, убивают желание шутить. Всего тридцать секунд без разговоров – и я жажду глубоких поцелуев, прикосновений и порочного соединения наших тел.

– Рали… – Эри распахивает мою блузку, целует груди поверх бюстгальтера. – Снимай, Рали… Всё снимай к чертям… Я не выдержу больше… Ты дразнила меня весь день. Всю неделю, если точнее.

Перемещаю с себя одежду, Эри делает то же самое со своей и накрывает меня, целует каждый сантиметр моего возбуждённого тела, стремительно движется вниз, и в этот раз я его не сдерживаю.

Впиваюсь ногтями в мужские плечи, вскрикиваю, когда смелые губы захватывают клитор. Эри что-то бормочет между откровенными поцелуями, но я не вникаю в слова. Меня захватывают волнующие и неизведанные ощущения. Тело отдаётся ласковым рукам, напрашивается на проникновение, и я тихо молю, чтобы Эри всё-таки сделал это сегодня. Но он усердно ласкает меня языком и губами. Так старательно доводит меня до беспамятства, что я на время забываю, кто мы, где мы, и что нас ждёт за пределами этого маленького мира.

Дрожу от оргазма, осознавая, что я только что дико кричала. А Эрант целует мои бёдра, затем живот, добирается до груди и ласкает ноющие соски. Он знает, что мне нужен второй оргазм, и скользит пальцами вниз, размазывает смазку, слегка проникает в меня пальцем.

– Моя… Моя Рали…

Эри целует меня в шею, ласкает мочки ушей и двигает бёдрами так, словно он уже во мне.

– Хочу кончить на тебя…

– Эри… – сипло шепчу. – А хочешь… в рот?

– О, Рали… Я кончаю…

Между нами становится влажно, а дрожь мужского тела кажется самым волнующим откровением. Сейчас сильный мужчина выглядит слабым и почти беззащитным. Он дрожит под моими пальцами, тяжело дышит и беспорядочно меня целует.

– Дай мне пару минут, – шепчет и вспоминает, что до этого ласкал меня пальцами. Несколько секунд продолжает порочные движения, а потом быстро перемещает меня на себя, и я оказываюсь лицом у его члена. – Бери. Всё, что хотела.

Напористый язык погружается в мои складки, а нетерпеливый член хлопает по губам, и я принимаю его в рот. Посасываю, как лучшее в жизни лакомство. Эрант стонет с восторгом и продолжает меня ласкать. А я глубоко знакомлюсь с его твёрдым стволом.

– Рали! – резкий голос прямо за моей дверью заставил вздрогнуть и отбросить капсулу. – Всё в порядке, Рали? – спрашивает из-за двери мама. – Ты кричала.

– Всё хорошо, мам! – отвечаю, растерянно ища, во что вытереть влажные пальцы. – Мне приснился сон, но уже всё хорошо! Поговорим завтра!

– Ладно, милая. Не засиживайся допоздна. Если сон повторится, приходим к нам.

Мама отходит от двери, я успеваю только слезть с кровати и осознать, что ноги дрожат, а из меня течёт. Кажется, я слишком долго не мастурбировала. Кончила за просмотром воспоминания. Какой стыд…

– Рали, – снова мама, но теперь с мысленной речью, – ты уверена, что это сон, а не видение? Есть вероятность, что у тебя проснутся мои силы.

– Нет, мам, – с трудом выравниваю дыхание. – Это точно не видение.

– Ладно, расскажешь завтра, что тебе снилось.

9.1

Айтор назначил свидание в неожиданном месте – около скромного вокзала в небольшом городке.

– Рали, привет, – приветствует с улыбкой, но на его лице жуткое чувство вины, – это тебе, – вытаскивает из-за спины маленький букетик синих цветочков. – Насчёт вчерашнего… Мне очень стыдно. Я подумал совсем не о том… Прости за это. Ты очень… очень… У меня почти нет опыта с девушками. Если говорить откровенно, его вообще нет. И я очень… Кхм… Чувствительный…

– Всё в порядке, Айтор. Незачем извиняться. Это я должна была следить за своей одеждой, чтобы ты не подумал ни о чём таком. Спасибо за цветы, – подношу букетик к носу, втягиваю знакомый запах, – они прекрасны.

Снова втягиваю запах. Такой знакомый, нежный и волнующий. В груди учащается сердце, а к животу приливает тепло.

Резко оглядываюсь, всматриваюсь в движущиеся тени, прислушиваюсь к звукам, пропускаю через себя запах и атмосферу.

– Мышка, дарю тебе поле цветов! – кричит Эрант, стоя между кустами с голубыми цветочками. – Всё это для тебя!

– Что такое? – спрашивает Айтор. – Тебе не нравятся цветы? Или вокзал? Здесь вроде уютно, я проверял.

Снова вращаю головой из стороны в сторону, всматриваюсь в тени, в лица проходящих мимо людей. Все они идут на перрон, потому что уже объявляют о прибытии поезда.

– Нет, Эри! Нет! Мы же затопчем здесь всё! – он тянет меня за руку, и я всё-таки падаю прямо на него. Мы валяемся между синими цветочками. Они колышутся, словно неодобрительно качают головами из-за того, что мы топчем их родственников. – Ты сумасшедший, Эри! Цветы жалко!

– Любовь делает нас такими, Рали. Любовь делает нас сумасшедшими. Любовь! – кричит во всё горло. – Это любовь! – и переворачивает меня, укладывая под себя, страстно целует, затем снова прокручивает нас обоих и усаживает меня верхом на себя.

– Рали? Ты слышишь меня? – Айтор заглядывает мне в лицо.

– Цветы прекрасны, – отвечаю, отворачиваясь, чтобы спрятать глаза. – Я просто… Не знаю… Кажется, это называется дежавю.

– Аа… Знаю о таком. Учёные так и не смогли объяснить это явление. Самая распространённая версия говорит, что дежавю возникает, когда мозг ошибочно принимает новую информацию как уже существующее воспоминание. По мнению учёных, это не более чем заблуждение мозга. Так говорят те, кто не знает о существовании магии.

– Очень интересно, – улыбаюсь. – А мы куда-то едем?

– Ой, точно! Это наш поезд! Только цветы лучше переместить домой, если ты не против.

Я так и поступаю. Перемещаю домой, в такое место где о них точно позаботятся. Когда вернусь, увижу их в своей комнате. Наш домовик точно знает, что синие цветочки – это для меня.

Айтор поймал мою руку и потащил меня за собой. Нам пришлось бежать, потому что поезд уже остановился для посадки, и на этой станции он стоит всего три минуты.

– Давно я так не бегал, – говорит предназначенный, останавливаясь перед проводником и предъявляя ему наши билеты.

Заходим в вагон, перед нами кто-то тащит тяжёлый чемодан. Мы ждём, когда коридор освободится. Айтор, не отпуская мою руку, сверяет номера мест с теми, что написаны на дверях купе.

– Вот. Наши места здесь, – улыбается радостно.

– А куда мы едем?

– До… – Айтор снова смотрит в билет. – Бобрика. Да, точно. Мы едем до Бобрика. Других билетов с этого вокзала не было, – виновато пожимает плечами. – Надо было выбрать другой, да? Я не успел.

– Всё в порядке, Айтор, – вхожу в купе и сразу шарахаюсь, потому что там уже сидят два человека.

– Наши полки слева. Верхняя и нижняя.

– Две? – переспрашиваю, хотя это уже очевидно.

– Ну да. Здравствуйте, – Айтор кивает мужчине и женщине, жующим нечто ароматно-чесночное.

– Здравствуйте, – отвечает упитанная женщина. – А мы токо сели есть. На прошлой станции вошли. Вот. Может, вы с нами? А что ж это вы без багажа? До Бобрика-то далеко ехать.

– Да оставь ты людей, Люсь. Вон они бежали, растрепались. Пусть дух переведут. А то ты сразу к допытам.

Сажусь на койку, старюсь сдержать улыбку. Айтор садится рядом, бедром впритык ко мне. Поднимает мою ладонь, подносит к губам.

– Молодожёны, ишь, – комментирует мужик, сидящий напротив. – Эх, молодость…

9.2

Мужчина что-то спрашивает у Айтора. Тот ему вежливо отвечает. Женщина тоже подключается к разговору, и в купе становится слишком шумно.

А у меня перед глазами совсем другая картина.

– Здесь всего две койки, Эри! А должно быть четыре! А я так хотела пообщаться с попутчиками! Это же так здорово, общаться с незнакомыми людьми, узнавать что-то об их жизни. Ты знаешь, что немаги чаще делятся наболевшим со случайными встречными, чем с родными?

– Я твой попутчик, Рали, – Эри притягивает меня к себе и сладко целует. – Спрашивай, о чем хочешь, всю правду о себе поведаю. У нас, кстати, – Эри притянул в руку билет, всмотрелся в него, – двенадцать часов.

– А куда мы хоть едем?

– Да хрен его знает. Тебе разве важно?

– Нет, – качаю головой и сажусь у окна, прислушиваюсь. – Слышишь? Колёса стучат, словно отбивают ритм сердца. Знаешь, на что это похоже? – показываю на мелькающие за окном дома. – Поезд, как жизнь. Мчит, унося нас в незнакомые места. Колеса стучат, отсчитывая время. А остановки – это важные жизненные события. Мы замираем только там, где нам нравится, где мы хотим задержаться. Эти же станции откладываются в памяти, как воспоминания. А всё, что было между остановками, просто проносится, и никто после не может вспомнить, что там было. Так жизнь и проходит.

– Значит, нужно заполнять чем-то интересным время между остановками, – говорит Эри, садясь рядом на полку и притягивая меня к себе.

– Например? – улыбаюсь прямо около его губ.

Я правильно понимаю ход его мыслей. Эри целует меня, гладит и поскорее пересаживает на себя. Всё купе в нашем распоряжении, а стук колёс маскирует наши тихие стоны и душевные разговоры.

– Рали, ты хочешь сидеть внизу или прилечь сверху?

– Что? Сверху?

– Да, на полку можно лечь.

– Нет, – качаю головой. – Я хочу посидеть у окна.

– Ладно. А хочешь перекусить? Здесь есть вагон-ресторан.

На секунду отрываю взгляд от окна, смотрю на Айтора. Он кажется совсем не приспособленным к жизни. К моей жизни.

– В ресторане еду лучше не брать, – говорю ему.

– Точно,– поддерживает женщина. – Готовят там лишь бы что, а цены лупят о–го-го какие! Да и где в поезде взяться чистой воде? Думаете, они тот суп сварили на бутилированной? Ага, конечно. Набрали из бидона, который в жизни не очищался! Там вся зараза собралась. Вот, лучше берите мои пирожки. Всё натуральное!

– Спасибо, не стоит, – отвечает Айтор. – Мы на остановке что-нибудь возьмём.

– Думаете, те пирожки на вокзале будут лучше?

Дальше не слушаю. Айтор неуверенно отбивается от доброй женщины, а она всё настойчивее предлагает угощение. Я улыбаюсь, глядя, как за окном пролетают посёлки, города, как в них меняется погода, как по-разному выглядят выходящие на остановках люди. Время летит незаметно. Мысли заменяют разговоры. Стук колёс служит музыкой. А за окном становится всё темнее и темнее.

– Мышка, ты уснула? – шёпот звучит у самого уха, и я вздрагиваю, оборачиваюсь на Айтора. Он сидит рядом, откинул голову назад, прикрыл глаза. В купе почти темно, только свет маленького фонарика мельтешит около входа.

– Айтор, – зову мысленно, – Айтор, проснись! Чёрт возьми, проснись! Нас грабят!

=====================
Приглашаю в новинку - Третий муж не нужен

https://litnet.com/shrt/fX4E

Попала в тело королевы, которую ненавидят мужья. Её постель греют смазливые слуги, королевство трещит по швам, а в еду то и дело подсыпают яд.

И со всем этим предстоит справиться мне – побитой жизнью шестидесятилетней кошатнице. Магию в мир вернуть, мужей приручить и постараться не погибнуть, ведь мне обещали пятьсот лет счастья.

Глава 10

Грабители как раз заметили, что я проснулась. В руке мужика-попутчика блеснул нож. Я прекрасно вижу в темноте, распознаю две фигуры, стоящие возле пиджака Айтора. Он, оказывается, снял его и повесил на крючок. Женщина как раз обшаривает карманы, с удовлетворённой улыбкой вытаскивает бумажник.

– Молчи, иначе хуже будет, – угрожающе говорит мне мужчина.

Я так и делаю – молчу, но продолжаю мысленно взывать к Айтору. Одновременно выползаю из-за неудобного столика. Я ведь спала около окна, в самом дальнем уголке. Сейчас бы переместиться на два шага вперёд, чтобы вытянуться во весь рост. Но мы же среди немагов, значит, магию можно применять только в крайнем случае.

– Стой на месте, – полушепотом рычит попутчик и машет перед собой ножом.

Наивный человек не знает, будь я чуть кровожаднее, этот нож уже мог бы торчать в его бедре. Но я не такая. В любой страшной ситуации всегда зову на помощь папу. Он бы и сейчас пришёл в мгновение ока. А тогда уж… Этот мужик отдал бы ему даже свои деньги, а не только украденные.

– Верните бумажник на место, – говорю наглой женщине.

Надо же, как быстро люди перевоплощаются. Недавно Люся была добродушной хозяйкой, бескорыстно предлагающей свои пирожки, а сейчас скалится, словно голодный волк перед добычей.

– Ещё чего, – огрызается женщина. – Если пискнешь, прирежем тебя и дружка твоего. Вон он спит без задних ног. Тоже мне защитничек. Мертвецки спит, пока его женщина отдувается.

– Да молчи ты. Проснётся ещё. Пойдём на выход. Наша станция.

– А если и проснётся, что нам сделает? – говорит женщина, прихватывая свои сумки и бумажник Айтора.

У меня два варианта действий: побить этих двоих или просто переместить в руку бумажник, который они уже считают своим.

Второй путь безопаснее. Разумно. Правильно. Так поступила бы Джоли.

Но… сердце резко ухает, и почему-то в голове вспыхивает Эрант. Его вечные безумные идеи. Его смех, когда я в ужасе повторяла за ним очередную сумасбродную нелепость. Он просил меня жить смелее – и, кажется, я слишком хорошо запомнила это наставление.

Я двигаюсь, не успев испугаться по-настоящему. Скольжу по узкому проходу, чтобы выбраться из тесного уголка. Почти вихрем, как папа, почти беззвучно, как мама. Моей скорости хватает, чтобы остаться неуловимой для человеческого немагического зрения. Мужик даже не успевает повернуть голову, когда я оказываюсь у него за спиной.

Колено врезается ему между ног – и в этот момент мне становится страшно от собственной решимости. Женщина только начинает раскрывать рот, но я уже разворачиваюсь и вкалываю локоть в её спину, вложив туда и дрожь, и адреналин, и отчаянное «пусть получится».

Купе замирает. Внутри слышатся только хрипы двоих побитых и их тихие ругательства. А я стою, едва дыша, и впервые понимаю, что, кажется, стала чуть больше похожа на ту, кем Эри всегда меня видел.

Стряхиваю с лица растрепавшиеся волосы, возвращаюсь в свою привычную роль тихой милой Ралины.

Тут и Айтор просыпается от криков и ругани, несколько раз моргает, подскакивает с места и ударяется головой об верхнюю полку. Как своевременно.

– Это наше, – вытаскиваю двумя пальцами бумажник из женских рук, магией выталкиваю обнаглевших попутчиков и притягиваю дверцы купе друг к другу.

– Что это было? – спрашивает Айтор, потирая затылок.

– Твой бумажник, – протягиваю ему аксессуар и сажусь на полку напротив. – Хочешь выйти? Ты уже устал от поезда?

– Я ничего не понимаю. Откуда у тебя мой бумажник? Мне показалось, что ты использовала магию…

– Не беспокойся, всё позади.

– Ты применила магию против немагов? Это же запрещено!

На время я теряюсь, даже прикрываю глаза, чтобы осмыслить услышанное. Айтор продолжает говорить что-то о правилах, законах, магической секретности, а я смотрю в окно и хочу поскорее оказаться там – снаружи. А лучше, чтобы он оказался подальше со своими нравоучениями.

– Закончил? – прерываю на полуслове.

– Рали… Извини, – Айтор пересел на мою полку. – Это всё-таки была плохая затея. Мы столько времени провели в этом поезде… Я устал, да и ты, наверное, тоже. Кажется, это не для меня. Я вообще впервые еду в поезде. Зачем магам поезда? Мы же можем перемещаться.

– Ты прав. Можешь перемещаться домой. А я доеду до Бобрика без тебя.

– Но ещё шесть часов, Рали! Какой в этом смысл? Ты хочешь всю ночь провести в поезде? Мы могли бы просто погулять. На набережной, около океана или где-нибудь ещё.

– Айтор, если хочешь – уходи. Я справлюсь сама. Мне нравится в поезде, и я хочу доехать до Бобрика.

– Ладно. Как скажешь. Едем до Бобрика.

Отворачиваюсь к окну, всматриваюсь в темноту. Для других там сплошная чёрная стена, но для меня нет ничего по-настоящему невидимого. Контуры ночного мира проступают постепенно: серебристые тени деревьев, редкие огни маленьких посёлков, рывками пролетающие столбы и высоковольтные линии. Зрение в темноте не такое чёткое, как при свете, но всё же…

А ещё это вглядывание в тишину мира подкидывает воспоминания.

10.1

– Доброе утро, мам, пап! – сажусь за обеденный стол, с улыбкой обнюхиваю свой завтрак.

Папа подходит сзади, целует в макушку, затем и мама обнимает меня со спины. Все мы никак не привыкнем к пустующему стулу, где всегда сидела Джоли. Стоит только взглянуть в том направлении, как все мы дружно вздыхаем.

– Завтра Джоли с Эди зайдут на завтрак, – успокаивающе говорит мама, видя мой блуждающий взгляд. – Мы должны радоваться за неё, Джоли нашла своё счастье. Эди очень хороший парень. Правда?

– Да, мам. Он классный, – ни капли не кривлю душой.

У Джоли идеальный предназначенный. Красивый, порядочный, талантливый. Прям как его родной брат.

– А как у вас дела с Айтором? – невзначай спрашивает папа, и все действия замирают на середине. Моё дыхание останавливается, и я усилием запускаю его мерный ход.

– Всё хорошо. Немного повздорили вчера из-за поезда, но это ерунда.

Мама с папой не сводят с меня глаз, а я медленно накалываю на вилку завтрак, отправляю кусочек в рот.

– Ты мне так и не рассказала, что тебе снилось в тот раз, когда ты кричала.

– Да ерунда, мам…

И снова напряжённая тишина. В нашей столовой давно не было так тягостно и грустно. Джоли делала этот дом ясным, наполняла его жизнью и энергией.

Боже… Я грущу по сестре так, словно её не стало. Какая глупость. Я ведь в любой момент могу к ней переместиться.

– Рали, – мама положила ладонь на мою руку, – ты можешь рассказать нам обо всём, что тебя тревожит. Так ведь было всегда. Ты делилась с нами всем.

– Я… – теряюсь и туго сглатываю, а потом поднимаю подбородок. – Я не знаю, мам… Просто всё не так, как у всех. Разве мы не должны с Айтором быть без ума друг от друга с первого прикосновения? А мне его видеть не хочется. Я заставляю себя идти на свидание, но мне хочется зарыться в какую-нибудь нору и сидеть там. Что со мной не так?

Мама с папой едва заметно напряглись. Я слишком хорошо их знаю, чтобы понять – они тревожатся обо мне.

– Вы что-то знаете? У тебя было видение, мам?

– Только что одно было. Вы сегодня собираетесь играть в волейбол?

– Да. Это Эри придумал, а Мела предложила собраться у них на пляже. Так что да, сегодня будем играть. Что-то не так?

– Будь внимательнее, милая. Лекаря держи на быстром наборе, а ещё лучше не играй сегодня. Ничего особо опасного, но не хочу, чтобы тебе было больно.

– А что ты видела?

– Ты упадёшь и рассечёшь щеку, – грустно отвечает мама. – Лекарь всё поправит, следа не останется. Но это больно.

– Ерунда, – отмахиваюсь и уже начинаю крутить в голове это предсказание.

Может, правда не стоит играть? Айтора тоже позвали, а мне его видеть не хочется. Я бы нашла тысячу причин, чтобы сегодня с ним не встречаться.

Больше никакой информации от родителей получить не удалось. Видений обо мне и Айторе у мамы не было. Папа предпочитает отмалчиваться, хотя иногда кажется, что знает он больше, чем все мы. Так было и с Джоли. Папа знал, что случится в её жизни и незаметно менял обстоятельства. Менял до тех пор, пока не вывел всех нас на идеальную линию судьбы: Джоли замужем за предназначенным, мама беременна моим братом, а я встретила своего предназначенного.

После завтрака и недолгих сборов перемещаюсь на пляж к подруге Меле. Она тоже не так давно вышла замуж, сейчас счастлива своей беременной жизнью.

Айтор должен переместиться прямиком сюда. Я скинула ему координаты. Стоило, конечно, встретить его, но он же не маленький – сам доберётся.

– Всем привет! – бросаю сумку на песок.

Друзья уже в полном составе. Сегодня к нашей компании присоединились ещё Вериан и Мия. Не хватает в нашем составе пока что Айтора и Самайры.

Эди и Эри уже растянули сетку между двумя столбами, расчертили поле для волейбола. Пока идёт подготовка, мы с Джоли мысленно переговариваемся о делах, настроении и другой неважной ерунде.

– Так, ну что? Мы играем? – кричит Эрант. – Пора разбиваться на команды. Я играю с братом, а вы как хотите.

– Мы вас сделаем! – отвечает Акалис, занимая место с другой стороны сетки. Я знаю, что мои двоюродные братья играют, как монстры. И мне бы стать на их сторону, но тогда я буду против Джоли. – Ещё двоих не хватает!

– Да плевать. Играем четыре на четыре, – Эрант в своём репертуаре – всех строит. – Рали, Джоли, идите к нам! Две девушки с одной стороны, две с другой. Мы на равных.

Перемещаю с себя одежду, под которую предусмотрительно надела спортивный топ и шортики. Ничего необычного или вызывающего. Убеждаю себя, что я даже не старалась выбрать лучший свой комплект.

Иду за сестрой, а парни в это же время тоже переодеваются, точнее снимают с себя по максимуму. Я стараюсь не смотреть, но сама себя предаю – реагирую на шорох одежды и оглядываюсь.

Я вижу только одного мужчину в толпе, и сама себя за это корю. Я не должна смотреть на Эранта, не должна оценивать и уже тем более восхищаться им, но я смотрю и наслаждаюсь тем, как блестят под солнечными лучами его мышцы, как неопрятно, но гармонично ерошатся темно-каштановые волосы. Пальцы почти ощущают, какие они наощупь. Я столько раз трогала их, что, наверное, не смогу забыть это ощущение до конца жизни.

Глава 11

– Это просто тату, мышка, – отвечает мне Эрант.

На его груди, прямо в центре, где раньше висел подаренный мной кулон, выбит такой же круг с переплетёнными на нём лианами, а с двух сторон от круга — раскрытые крылья. Не птичьи – другие.

– Красивое тату, – встряхиваю волосами, становлюсь перед сеткой. Джоли слева от меня, за её спиной Эди, а за моей Эрант. Напротив под сеткой Эграна, за ней Акалис, а левее Мия и Вериан.

Надо думать об игре, а перед моими глазами странные крылья, увиденные прям только что. Это не просто тату. Не только тату.

Если у Эранта есть крылья, значит, он – небо, а я – земля. Мой питомец не летает, только быстро бегает.

Мы противоположности. Вот ещё одно доказательство, что мы несовместимы. Магия создаёт правильные пары. У предназначенных магов даже питомцы похожи.

– Стоп-стоп! – кричит Эрант. – Мы же браслеты не надели! Вот, разбирайте! Эди, проверь, чтобы у всех светилась лампочка!

Эрант переместил каждому в руки браслет, а ко мне подошёл персонально, не спрашивая взял за руку, защёлкнул ободок на запястье. Я в это же время в упор рассматривала татуировку на его груди.

– Что там написано? – любопытствую, потому что курсивный текст сложно разобрать. – Или мне показалось? Между крыльями что-то написано?

Эрант поправил на моей руке браслет, что-то нажал, и включилась красная лампочка.

– Имя дорогого мне человека, – отвечает тихо. – Не забудь, что магия не работает, браслет блокирует даже мысленную речь. Не давит?

– Нет.

Эрант всё ещё стоит около меня, громко напоминает всем правила игры, а я напрягаюсь, чтобы прочесть имя между крыльями.

Не похоже, чтобы там было написано «Самайра». Буквы не те, а какие именно – не разобрать, потому что слишком много завитушек. Или это на английском?

– Всё, играем, мышка, – Эри шепнул мне и отошёл назад.

И мы начали играть. Мяч сначала летал вяло, как-то слишком осторожно. Все мы привыкали к тому, что в наших руках теперь нет магии. Это ведь так легко, направить мяч в нужную сторону, когда для этого достаточно силы мысли, а вот так играть, сбивая костяшки – это для нас почти экстрим.

– Рали! Бери! – кричат сзади.

– Мой! – отбиваю в прыжке.

– Умница! – кричит мне Эди и мощным ударом отбивает следующий бросок на нашу сторону.

– Есть! Один-ноль в нашу пользу!

Эди подхватывает Джоли и кружит на месте. Нехорошо подслушивать, но я слышу, как предназначенный шепчет моей сестре, что каждое очко в её честь.

Калли весело отшучивается с той стороны сетки. Говорит, всё дело в везении, а вот в следующий раз он отобьёт.

Снова разгорается битва, и мы скачем по песку, по-детски смеёмся, если кто-то падает. Но больше всего радуемся, когда наша команда зарабатывает очередное очко. Пару подач мы всё-таки пропустили. У Акалиса тяжёлая рука, но наша команда всё же впереди.

К концу первой игры все мы тяжело дышим. У меня силы остались только на шуточки, а ребята уже требуют реванш.

Эдиан снова кружит Джоли, тянет её к воде, и они забегают в океан вдвоём, брызгают друг друга, а потом падают и на время скрываются под поверхностью. Я падаю на песок, хотя тоже не прочь окунуться. Подожду, когда парочки выйдут. Не хочу портить им романтику своей кислой улыбкой.

– Ты как? Пить хочешь? – Эрант присел рядом, подаёт бутылку с лимонадом. – Или перекусить? Бублик будешь?

– Спасибо, – принимаю из него рук перекус и жадно впиваюсь зубами в твёрдый бублик. – Офигенно.

– Ты об игре?

– О бублике, – смеюсь. – Но поиграли тоже классно.

– Сейчас продолжим. Будем меняться полями, давай станем снова по правую руку от Джоли и Эди. Так мы не собьёмся с тактики. Если тяжёлый мяч летит, не бери, я сам. Калли будет бить ровно между нами. Прямо сейчас они с Вери об этом договариваются.

– Ты их слышишь?

Поднимает руку, показывая браслет с красной лампочкой.

– Я не жульничаю. У меня такой же браслет, как и у всех. Но по губам читать умею. Да и логичнее с их стороны бить в слабое место.

– То есть, слабое место – это я?

– Нет, мышка, – Эри опустил взгляд, поднял пригоршню песка, пропустил его между пальцами. – Слабое место там, где ты боишься зайти на мою сторону, а я боюсь тебя случайно зацепить. Между Джоли и Эди такого нет. Она чувствует его шаги и отходит, потому что безоговорочно доверяет, а ты мне не уступаешь, но и не переходишь черту.

– Значит, я должна держаться от тебя подальше?

Эрант наклонился ко мне ближе. Я почувствовала его дыхание, пахнущее лимоном. По телу пробежала дрожь, а все волоски встали.

– Доверяй мне больше, чем своим страхам, Рали. И всё у нас получится.

Эри смотрит на меня в упор, а у меня внутри гулко барахтается сердце. И взгляд не могу отвести от серых глаз, и моргнуть не получается.

11.1

– Рали! – слышится совсем рядом, и только это заставляет меня проснуться. – Привет!

– Айтор? – поднимаюсь, стряхиваю с себя песок. Недоеденный бублик и недопитый лимонад держу в другой руке. – Где ты так долго был? Мы же договаривались на десять.

– Я не мог переместиться сюда. И Самайра тоже. Мы застряли под куполом. Я писал тебе. Ты не видела?

– Извини, я даже не знаю, где мой телефон. Неудобно получилось. Я забыла сказать, что на острове стоит защита от перемещений для незнакомых магов. Дядя Энди, значит, уже дал тебе доступ?

Подхожу к столику, оставляю там еду, делаю вид, что ищу телефон.

– Да, временный, – недовольно отвечает Айтор, бросая взгляд на сидящего на прежнем месте Эранта.

А тот не теряется, добавляет и свои пять копеек:

– Временный доступ только для подозрительных магов. Кхм… Интересно, чего такого Эндрю увидел в твоей голове, – Эри поднимается, останавливается напротив Айтора, точнее, нависает над ним. – Ты что-то скрываешь?

– Нет, – растерянно отвечает мой предназначенный и ищет поддержки по сторонам. – Мистер Хот сказал, даст свободный доступ, когда мы с Рали… узаконим отношения.

– А мне он дал доступ сразу же. Странно, странно… Эндрю очень хорошо разбирается в людях. Даже лучше, чем я. У тебя есть тайна, Айтор. И я узнаю, в чём она заключается, ещё до тех пор, как дойдёт до узаконивания отношений с кем-либо.

Айтор испуганно посмотрел на меня.

– Рали, я не знаю, о чём он говорит. У меня нет никаких дурных намерений. Мистер Хот очень осторожный и недоверчивый. Это правильно. Но мы с ним хорошо пообщались. Можешь сама спросить. Я абсолютно ничего…

– Да расслабься, – Эрант хлопнул Айтора по плечу, и тот сильно покачнулся. – Я шучу. Играть с нами будешь?

– Конечно, – чуть заикаясь, отвечает Айтор и снова посматривает на меня жалобно-печально. – Рали, можно тебя на пару слов? Это буквально на две минуты.

– Конечно, – беру парня за руку, отвожу в сторону.

Мы останавливаемся под пальмой, и я подхожу к напуганному предназначенному ближе, тянусь к щеке, коротко целую.

– О, Рали… Я думал, ты обиделась на меня из-за поезда… – придвигается ближе, кладёт руки мне на талию. – Я всю ночь не спал. Прости, что опоздал. Тебе очень идёт этот топ, – опускает взгляд на мою грудь, затем резко поднимает, смотрит в глаза. – И шортики очень… очень… красивые. Немного вызывающие. Но красивые.

– Это обычный спортивный комплект.

– Обычный, – повторяет почти беззвучно.

– Пойдём играть?

– Да, сейчас. Подожди две минуты, – удерживает мою ладонь, смотрит вниз на наши сплетённые пальцы.

Вязкая тишина подсказывает, что Айтор хочет о чём-то спросить, но не решается, а я не помогаю, потому что догадываюсь: вопрос этот об Эранте. Айтор застал именно тот момент, когда Эри склонялся к моему уху и что-то шептал.

– Нас ждут, – напоминаю и аккуратно высвобождаю свои пальцы. Айтору ничего другого не остаётся, как идти за мной.

Я возвращаюсь на своё место под сеткой. Расположение такое же, как в первой игре.

– Айтор, становись на место Эграны! – предлагает Эрант, занимая игровую стойку.

– Но я не могу играть против Рали, – озадаченно говорит мой предназначенный. – Давай поменяемся. Я стану за Рали, а ты в эту команду.

– Э, нет. Я не играю против брата.

– Рали, тогда ты переходи к нам. Вы ведь можете поменяться? – спрашивает Мию. Та пожимает плечами.

– Но я не могу играть против Джоли! Она же моя сестра.

– Короче, стой там, Айтор! – за всех решает Эрант. – Наша подача!

И начинается новая игра.

Глава 12

Айтор стоит напротив меня по ту сторону сетки. Он недоволен тем, что мы в разных командах, а я… Господи, прости. Я рада, что он там. И теперь мне ещё больше хочется выиграть.

Вот только Айтор оказывается игроком получше, чем Эграна. Его удары точные и сильные. Калли и Вери ликуют, потому что ведут на одно очко.

Эрант подходит со спины, нашёптывает мне с ходу придуманную тактику. И снова мощная подача рукой Акалиса.

– Я! – кричит Эри, и я отхожу к сетке, поворачиваюсь к ней спиной и любуюсь, как изящно, точно и мощно Эрант отбивает мяч. Крылья на его груди будто распускаются, когда он подпрыгивает за мячом. – Есть! Молодец, мышка! – кричит мне и подмигивает.

По ту сторону сетки шепчутся, планируют атаку. Эрант подстрекает нашу группу играть жёстче. В итоге следующий розыгрыш мяча проходит без нашего с Джоли участия. Парни соревнуются между собой. Мяч сверкает, как молния, но на площадку не опускается. Он висит в воздухе, словно им управляет магия.

– Рали! – истеричный крик из нескольких голосов, и я подпрыгиваю за мячом. Идеальный случай, чтобы забросить за сетку под прямым углом. Я луплю по мячу в прыжке, а дальше лечу вниз, не ощущая, сколько там до песка.

– Рали! – снова голоса сплетаются в шум. Перед глазами мелькает труба, на которой держится сетка. К случаю вспоминается мамино предсказание: «Будет больно».

В полёте зажмуриваюсь, потому что тридцать три попытки переместиться, не дают результата.

«Следа не останется» – успокаиваю себя мыслью, пока секунды тянутся, как вечность.

А потом происходит что-то необъяснимое, и я ударяюсь лицом в мужскую грудь, теряю равновесие и падаю вслед за летящим вниз габаритным телом.

– Рали! Ты в порядке? – надо мной обеспокоенная толпа.

– Эри, ты чуть голову не расшиб! – кричит Эграна. – Ты не видишь, что там столб?! Чёрт возьми, да у тебя наверняка спина распорота. Перевернись, я посмотрю!

А Эрант не может перевернуться, потому что на нём лежу я. Отхожу от шока, затем ощупываю собственные щёки, смотрю на ладони, ища следы крови.

– Я в порядке, – отвечает сестре Эрант и плавно поднимается, садится на песке. Его руки на моей талии, а я сижу на мужских бёдрах. – Не ушиблась, мышка?

– Нет. Спасибо, – выскальзываю из его рук, поднимаюсь. Меня тут же осматривает Джоли, а я пересказываю ей мамино утреннее предсказание. Вокруг нас крутится Айтор, пытается чем-то помочь, но все его предложения неуместны.

– Твою ж мать, Эри! Ты мышцу распорол! – кричит Эграна. – Вызовите кто-нибудь лекаря! Наш сюда не доберётся. И на хрена ты это сделал, братец?

Эграна говорит возмущённо и посматривает в мою сторону. Так бы и выстрелила своими серыми глазами.

– Да не нужен мне лекарь. Там царапина.

– Царапина, из которой хлещет кровь!

– Расступитесь! – командует незнакомый голос. – Я лекарь. Рондельф. Да-да, вижу, повреждена мышца. Это серьёзно. О, мистер Холсин, какая встреча.

Лекарь исцеляет Эранта, между тем они весело общаются. Оказывается, они уже встречались по работе. Рондельф, помимо того, что работает с семейством Хот-Девилей, ещё и служит в башне. И, похоже, с этажа Эри ему неоднократно поступали вызовы.

Уже всем ясно, что с играми на сегодня покончено. Мела с мужем приглашают перекусить в их беседке, и вся наша компания перемещается туда. Я киваю Джоли и Эди, а сама остаюсь возле Эранта, жду, когда нас оставят наедине. Дольше всех приходится объясняться с Айтором. Но и он, наконец, уходит.

– Спасибо, Эри. Эта твоя царапина должна была украсить моё лицо. Мама утром предупредила, но я её не послушала, – грустно улыбаюсь. – Надеюсь, у тебя не будет проблем с этой мышцей.

– Рондельф всё восстановил, нет причин для беспокойства, – уверенно отвечает Эри, и мы на время замолкаем. Смотрим то друг на друга, то на нашу отошедшую компанию. – Ты чувствуешь себя виноватой, я понимаю. Но это был мой выбор. И я сделаю его снова, если понадобится. А ещё… теперь ты понимаешь, что не всему предсказанному можно верить?

– Эри…

– Что, мышка? – его голос стал мягче.

– А где Самайра?

Эрант посмотрел поверх моей головы на беседку, в которой уже разместились друзья.

– Вон, с Мией болтает.

Оглядываюсь. Около Мии и правда стоит блондиночка, увидев нас, весело машет, а потом бежит в нашу сторону.

– Она пришла на два часа позже, – говорю вслух, а Эри пожимает плечами, затем приветствует повисшую на нём девушку.

Неудобно присутствовать рядом, поэтому я иду к своей компании. Айтор придержал для меня место за столом. Спустя две минуты напротив садятся Эрант и Самайра. Голоса гудят, стаканы звенят, посуда быстро пустеет.

После перекуса все идут плавать, и мы с Джоли идём в воду, держась за руки.

12.1

Эрант Холсин

– Чё-то ты грустный, парень. Обижаешься на меня за шутку? Так я же не со зла.

Ну же, давай, утырок, расскажи мне, что в твоей голове? Вижу, как жалобно смотришь на Рали. Как брошенный щеночек.

Я тихо злорадствую, но стараюсь не подавать виду.

Какая-то мысль мелькнула в белобрысой голове, но он кинул взгляд на сидящую рядом со мной Самайру, и передумал спрашивать. А потом всё-таки решился, и я приготовился к ожидаемому вопросу, но утырок удивил.

– Идея с поездом не сработала, – говорит, склонившись к столу и понизив голос. – Стало только хуже. Теперь я ненавижу поезда, а Рали любит их ещё больше. Может, подскажешь, где найти поле с васильками?

Хрен лысый пожуй.

– Сейчас несезон, – отвечаю после злорадных размышлений.

– А что тогда? Чем её ещё удивить?

– Ты для начала парфюм смени, а то воняешь, как бродячий пёс. Я это даже без магии чувствую. А девушки любят тонкие ароматы. Да, Сами? – токаю локоть блондинки.

– Конечно, – вытягивает в мою сторону губы и ноздрями шевелит, втягивая запах.

– Да это после волейбола просто, – оправдывается говнюк. – У меня есть одеколон.

– И что? Рали к тебе тянется?

– Ну…

– Значит, не нравится твой одеколон, – устало отвожу взгляд, жду логичный вопрос, но утырок тупит, и я подталкиваю его к правильному решению. Инструмент влияния сидит рядом со мной. – Сами, что там модно в этом сезоне? Или, может, ты знаешь, какие ароматы нравятся девушкам?

– Конечно, знаю, – улыбается малявка. – Лучший аромат сезона «Симпл-Симпл. 3Д».

Умница. Всё правильно сказала.

– А где найти этот «Симпл-Симпл»?

– Я тебе покажу, – Самайра переместилась на лавку по ту сторону, воткнулась лицом в смартфон, листает, показывает развесившему уши утырку, что ему нужно заказать. – Только обязательно в синем флаконе. Смотри, здесь есть доставка для магов. Оплачиваешь, и товар сразу перемещается к тебе. На остров вряд ли получится, но из дома, если у тебя нет такой же защиты, сможешь. Только синий флакон. Запомнил? Я уверена, твоей Рали тоже понравится. Я без ума от этого запаха, – Сами поднимает взгляд на меня, а я не поворачиваю голову, смотрю на воду, из которой выходит прекраснейшая из женщин. Моя.

Чёрт возьми. Она должна быть моей.

Глава 13

Ралина Дартон

– Джоль, зачем Эрант к дяде Энди пошёл? – спрашиваю сестру мысленно. Она удивлённо провожает взглядом подозрительный объект. Обращается мысленно к мужу, тот в ответ тоже пожимает плечами.

Не знаю, зачем я лезу. Это вообще не моё дело. Эрант компанейский товарищ, с малолетками надоело, пошёл искать серьёзного собеседника. Все мы уже сняли браслеты, и я вполне могу подключить магию и подслушать мужской разговор, но я останавливаю себя, ведь это будет неправильно.

На пляже становится скучно. Все уставшие, но в основном довольные.

– Рали, – окликает Айтор, и я подхожу к предназначенному, сажусь рядом, – может, погуляем где-нибудь? Мороженого хочется. В тропиках страшная жара.

– Давай, – отвечаю без особой радости, скорее вынужденно.

– Ой, я тоже хочу, – вклинивается Самайра. – Я сейчас Эри скажу, и мы с вами пойдём! Вместе веселее!

Прежде чем я успела воспротивиться, Самайра побежала к Эри. Мужчинам пришлось прервать свой разговор, потому что девушка неприлично влезла, ещё и к руке Эранта прильнула, вообще не смутившись того, что рядом стоит другой мужчина. Судя по напряжённым лицам, разговор там был серьёзный.

Эрант что-то отвечает Самайре, и она хлопает в ладоши, а потом бежит обратно к нам.

– Если подождёте минут пятнадцать, пойдём вместе! – радостно сообщает блондинка. – У Эри какое-то дело к мистеру Хоту, – склоняется к столу, говорит тише: – В башне, говорят, убили уже трёх магов. Эри расследует это дело. А мистер Хот из тёмных, мог что-то слышать. Представляете, я даже знала вторую из убитых. Проходила на её этаже практику – Эжели Маграй. Вредная такая тётка. Всю душу из меня вытрясла. Меня мама научила делать блок от её энергии, помогло, а потом я всё-таки перевелась на другой этаж. Но всё равно жаль, что Маграй убили. Никто не заслуживает такой жестокой смерти.

Вот, значит, в чём дело... Делаю сразу несколько выводов. Самайре нельзя доверить ни одну тайну. Разнесёт со скоростью ветра. А её осведомлённость для меня значит ещё и то, что Эри делится с ней проблемами на работе. Не припоминаю, чтобы он рассказывал мне хотя бы об одном деле.

У моего магического питомца очень острый слух, и я этим часто пользуюсь. И сейчас даже не напрягаюсь, чтобы слышать разговор вдалеке.

– Да, Эри, это была ошибка магии, – говорит дядя Энди. – Мы до сих пор не знаем, почему так случилось. Всё, что я тебе сейчас скажу – это лишь предположения. Магия ошиблась – мы с этим смирились.

– Так почему все продолжают утверждать, что она не ошибается?

– Это выбор, Эри. Верить магии или нет – всего лишь выбор. Тебе стоит поговорить ещё раз с Дори.

Третий раз меня дёргает Айтор, и приходится переключиться на происходящее рядом. Мне хочется дослушать разговор, но моего внимания требуют прямо сейчас. Айтор уже поднялся, оделся, зовёт меня гулять.

От прогулки и мороженого отказались все, кроме Эри и Самайры. Как мне ни хотелось, чтобы они оторвались, всё-таки в кафе мы переместились вчетвером. Решили сразу взять мороженое, а уже потом гулять.

Ощущение, что никто в нашей странной компании не испытывает столько напряжения, как я. Может, потому что Самайра и Айтор не знают о нашем с Эри прошлом.

А как можно чувствовать себя уютно, если напротив сидит мужчина, который не так давно исполнял все мои желания, откровенно меня ласкал и был воплощением моих самых смелых мечт? Каждый его взгляд будто говорит мне: я всё помню.

– Я возьму виноградное, – говорит Айтор. – А тебе какое, Рали?

Оглядываюсь, окидывая взглядом знакомое кафе. Здесь очень уютно, вокруг много фонариков. На каждом столике романтичный ночник, а при желании можно дёрнуть за ручку, и стол накроет непроницаемый купол – немагический, естественно. Мы сидели под одним из таких вместе с Эри, ели мороженое и смеялись так много, что после этого дня у меня болели скулы.

– Мне тоже виноградное, – отвечаю Айтору.

– А мне шоколадное! – пищит Самайра.

И только Эрант никому не сообщает, какой хочет вкус. Он берёт себе три разных шарика, выбирает не по вкусам, а по цветам. Красный, белый, жёлтый. Ничего особенного. Кроме того, что именно в таких цветах было моё платье, когда мы приходили в это кафе. А тем же вечером Эри ласкал меня, неприлично задрав это платье, и клялся, что теперь у него есть любимые цвета.

– Как тебе? – спрашивает Айтор, кивая на мороженое.

Мы выбрали столик у окна. Здесь больше света и меньше романтичных фонариков. Неловкой тишины не возникает, потому что её заполняет Самайра.

Забавная она, милая, но заметно глупенькая. А может, просто хочет такой казаться. Иногда во взгляде мелькнёт что-то взрослое, и она меняется. Но такой взгляд она дарит только мне. Мужчинам же предпочитает улыбаться как глупышка.

– Что? – переспрашиваю Айтора.

– Мороженое как тебе?

– А-а-а… – вдумчиво облизываю, потому что до этого я почти не чувствовала вкуса. И меня накрывает очередной волной воспоминаний.

Эри, его влюблённый взгляд, тёмные зрачки, в которых скачет отблеск ночника; наши губы, сплетающиеся после каждого укуса мороженого. Эри говорил, нужно целоваться, чтобы перебить вкус перед дегустацией следующего.

13.1

За столом неловкая тишина. Даже Самайра замолчала, только смотрит на меня как-то хмуро, а под столом толкает ногой.

– Настолько вкусно, что ты потеряла дар речи, да, Рали? – спрашивает меня и пришпиливает голубыми глазами.

– Да, очень вкусно, – отвечаю и невольно смотрю на сидящего напротив Эранта. Он улыбается. Как-то хитро или по-злодейски. Почему-то для меня в этой его улыбке слишком много смысла. – А тебе нравится? – поворачиваюсь к Айтору.

– Ну… Честно говоря, не очень. Я, наверное, шоколадное ещё возьму.

Самайра активно поддерживает Айтора, рассказывая, какое из шоколадных лучше заказать. А мои глаза снова возвращаются к Эранту. Долгие секунды мы смотрим друг на друга. Вокруг что-то происходит, мир вращается, а мы стоим на месте, бередим глаза напротив.

Магия разбивается, когда Эрант прерывает наш контакт, надевает свою идеальную улыбку и сообщает:

– В выходные планирую экспедицию по Марианской впадине. Кто-нибудь хочет присоединиться?

– Марианской впадине? – переспрашивает Самайра. – Разве туда можно спускаться?

– Это сумасшествие, – посмеивается Айтор и отрицательно качает головой.

– Ты вроде хотела, да, Рали? Присоединишься к группе? Эди и Джо тоже будут.

Айтор прервал смех, подобрался. Ждёт моего ответа не дыша.

– Я пока не знаю, – отвечаю растерянно. – У меня, кажется, были планы на выходные. Мы с Айтором хотели пойти в кино.

– О, я тоже кино люблю. Может, лучше на фильм, Эри? Пожалуйста-пожалуйста, – хватает его за предплечье, с мольбой заглядывает в глаза.

– Извини, Сами. Я организатор, так что я точно в субботу буду над Марианской впадиной. Если надумаете, присоединяйтесь. После искупаемся с китами. Эди уже договорился. Будет около восьми китов.

– Вау! – пищит Самайра. – Как здорово! Вот только у меня запланирован день с родителями. Так жаль, что я не смогу к вам присоединиться. Папа не простит мне, если я не приду. Извини, Эри. Ты ведь не обидишься?

– Конечно, нет, Сами.

Эри с восторгом рассказывает о китах, а я слушаю его раскрыв рот. И вспоминаю, что он готовил эту экспедицию несколько месяцев. Сам тренировался и тренировал других магов. Для него это не просто досуг на выходные, это дело души. К китам у Эри особая любовь. Видимо, из-за того, что один из магических питомцев его брата – кит.

Так обидно будет, если я всё это пропущу. Джоли, конечно, расскажет, как всё прошло, но это совсем не то же самое, что присутствовать при историческом моменте. Ещё никто из магов не спускался на такую глубину, как планирует Эри. Он будет первым.

Спустя время я вырываюсь в уборную, охлаждаю свои щёки при помощи воды и магии.

– Только бы он не пошёл за мной, – шепчу своему отражению, – только бы не пошёл... – но втайне надеюсь на обратное.

Сами… Он называет её «Сами». Так ласково, так просто, будто это имя всегда лежало у него на языке. Я не хочу завидовать – правда. Она его предназначенная, его якорь, его правильный путь. Но у меня внутри каждый раз всё сжимается, когда он произносит это имя.

Разворачиваюсь так же резко, как открывается дверь. Я знаю, что там Эри, но всё ещё надеюсь, что это случайность.

– Всё в порядке, мышка?

– Мне надоел этот вопрос, – говорю сдавленно, пальцами цепляюсь за каменную столешницу за спиной. – Почему все считают, что со мной что-то не так?

– Может, потому что ты краснеешь и дрожишь? – спрашивает ровно, медленно и неотвратимо подходя ко мне. А потом резко меняет траекторию, останавливается около соседней раковины, моет руки.

– Ты это специально?

– О чём ты, мышка?

– Обо всём.

– Не понимаю…

Смахиваю напряжение, словно оно и есть воздух. Быстро иду к двери.

– Ты – моя, – говорит Эри, и я оглядываюсь на него.

– Что?

– Тень моя… – задумчиво говорит Эри и медленно-медленно идёт ко мне. – Почему тень искажена?

– Что?

И прежде чем я успела понять происходящее, Эри схватил меня за руку, молниеносно переставил за свою спину.

Маленькое пространство озарила вспышка, затем ещё одна и ещё. С пола на дверь потекла странная жижа, и из неё тут же сформировалась фигура монстра – будто человека скрестили с шипастым хамелеоном. На плечах и спине жуткие шипы, вместо лица – сплошная пасть.

Я всю жизнь прожила среди магов и пугана была всякими монстрами, но такого я ещё не видела.

13.2

Эри выдал несколько комбинаций заклинаний, но они подействовали лишь отчасти. Монстр несколько раз качнулся, словно получая тычок то в одно плечо, то в другое.

– Уходи, Рали, – говорит мне Эри не оборачиваясь. – Сейчас же уходи.

– Нет, – дрожу, но качаю головой.

Эри взмахивает руками поочерёдно, повторяет заклинания. Этого достаточно, чтобы монстр держался от нас в двух метрах, но ни уничтожить его, ни переместить не получается. Вся уборная сжалась, её освещают вспышки от заклинаний. От этого трещит незащищённая плитка на стенах.

Кто-то стучит в дверь, и только сейчас становится ясно, что мы заперты. В маленьком помещении остались только мы и монстр, настроенный на сытный обед.

Хватаю Эри за руку.

– Пробуй ещё раз.

– Что?

– Пробуй ещё раз заклинания!

– Твою ж мать, Рали… Я не могу тебя переместить!

Мы отступаем к раковине. Я уже почти сижу на ней. Монстр надвигается на нас. Кажется, мы заперты с ним уже не меньше получаса, но на деле не прошло и двух минут.

Эри повторяет комбинации заклинаний, сыплет наугад, и в этот раз монстр ревёт от боли. В его плечах появляются дыры. Воздух наполняется запахом гари, тлеющей плоти и чего-то более зловонного.

Ещё несколько комбинаций от Эранта – и монстр стекает на пол, просачивается под дверь.

– Стой здесь, Рали! – говорит мне Эри, а сам выглядывает наружу, но там уже ни следа от монстра. О его присутствии теперь говорит только запах.

Ожидающие за дверью посетители кафе смотрят на нас с возмущением. Думают, что мы закрылись в туалете, чтобы заняться сексом.

– Что это было? – снова цепляюсь за руку Эри. Он заторможенно опускает взгляд, рассматривает наши сплетённые пальцы. Мы стоим в коридоре. Вдалеке за столиком сидят Самайра и Айтор. К счастью, они не смотрят на нас, что-то увлечённо обсуждают.

– Я стал сильнее от твоего прикосновения, Рали, – в голосе Эри знакомая мне отчаянная надежда. Вот только я знаю, что надеется он на другое. Например, на то, что мы всё-таки предназначены, поэтому можем подпитывать друг друга силой.

– Это магия моего питомца, – шепчу. – Я умножаю магию. Тогда, на свадьбе, я случайно толкнула тебя. Это был первый выброс моей магии. Силы проявились после прикосновения к Айтору. Я пока не могу их контролировать… Случайно сожгла возле дома беседку….

Хочется рассказать Эри всё, но я замолкаю, вспомнив, что мы больше не пара. Да и нервы сейчас как оголённые провода. А я бы так хотела поговорить откровенно, рассказать о своих тревогах, как раньше. Мне этого дико не хватает.

– Вот же чёрт, – Эри неожиданно притягивает меня к груди, успокаивает поглаживаниями. – Прости, мышка. Это из-за меня. Эштора прислали за мной.

– За тобой? Но кто хочет тебя убить? Эшторы неконтролируемые убийцы. Разве их ещё не истребили?

Резко отстраняюсь от Эранта, оглядываюсь, чтобы убедиться, что эти объятия не были никем замечены.

Сами и Айтор слишком заняты разговором. На нас они не смотрят. А я ощущаю неловкость и беспокойство. Этот инцидент в туалете сблизил нас с Эри. Я должна была держаться от него подальше, но сейчас думаю лишь о том, что ему грозит опасность, а у меня нет возможности быть рядом, чтобы помочь.

Глава 14

Эрант Холсин

Совещание окончено. Это был экстренный сбор. Я устроил его ночью сразу после нападения.

В дрожь бросает от воспоминаний, но лишь по той причине, что рядом была Рали. Я бы справился, сбежал, в конце концов, но с Рали все инстинкты сворачивают в бездну.

– Что это было, Эри? – спрашивает брат, занимая кресло в моём кабинете. – Ты отчитал Жорша за мелкий промах, выставил предупреждение двум лучшим следователям. Твой помощник боится документы на подпись нести.

Эди бросил папку на стол. Ту самую, которую должен был принести Марк.

– Это не документы на подпись, – сажусь за стол, раскрываю досье, бегу глазами по строкам. Брат даёт возможность изучить всё в тишине, но тяжёлый взгляд от меня не отрывает. – Твою ж мать… Ну хоть что-то должно быть! – бросаю папку, и она слетает со стола. Эди перемещает в руки, вчитывается так же вдумчиво, как я.

– Ты собрал досье на Айтора? Ты в своём уме, Эри? Тебя чуть не убили, а ты думаешь об этом?

– Чист, мать его. Как пятки младенца чист. Репутация сверкает. Подающий надежды маг, претендент на повышение. Скоро доберётся и до моего этажа. Ублюдок.

– Не понимаю, что тебя не устраивает? Так и должно быть. Он чист, значит, беспокоиться не о чём. Ты должен думать о Тёмном Мастере.

– О Тени.

– Что?

– Я дал ему новое прозвище – Тень. Это он подослал эштора. Я даже не сомневаюсь. Потому что я подобрался слишком близко. Я нашёл его убежище в старых складах на отшибе мира. И привела меня туда всего одна ниточка. В прямом смысле. Я обнаружил нитку на месте последнего убийства и создал из неё амулет поиска. Я едва его не схватил, Эди!

– Ты помешался, Эри. Но Рали… Чёрт возьми, как ты мог это допустить? Почему она была с тобой? Если Джоли узнает, она оторвёт мне…

– Рали не скажет. Вот увидишь, Рали не скажет о нападении, чтобы не тревожить сестру. И родителям она ничего не скажет.

– Ты попросил?

– Нет. Ни словом. Я просто знаю её. Она думает о других больше, чем о себе. Но я знаю, что ей точно захочется с кем-то об этом поговорить. И, надеюсь, она придёт ко мне.

– Ты придурок, брат. Извини, но ты придурок.

– А ты каблук, Эди.

– Сам ты каблук. Зачем Айтора проверял? Он не имеет отношения к нашему делу. Ты не должен запрашивать сведения о магах для личных целей!

– Мне плевать, Эди. На правила мне плевать. Я должен откопать хоть что-то на мелкого утырка. Пусть даже ерунду. Хоть крошку черноты.

Эди не поддерживает меня, только качает головой. В дальнейшем разговоре мы обходим стороной личное, обсуждаем раскалившееся дело. Все инспекторы и следователи на ушах, но каждая новая зацепка приводит нас лишь к мнимой разгадке.

С шелестом на стол упали два конверта. Мы с братом одновременно подхватили их – каждый свой.

– Никаких улик на месте происшествия, – говорит Эди, проверив присланный конверт.

– Я не сомневался.

Раскрываю свой конверт, неаккуратно рву без помощи рук. На стол падают фотографии, и я перемещаюсь вплотную, раскладываю фото в ряд.

– Что там?

– Чёрт возьми, – выдыхаю. – Эди, срочно к Джоли. Я за Рали. К маме шли Эграну.

Эди три секунды соображает, и за мгновение до перемещения хватает меня за руку. Фотографии с красными точками стоят перед глазами. Я больше ничего не вижу, только предупреждение об опасности.

Пять фотографий: Эди, Джоли, мама, Самайра и моя мышка. Все с красными точками на лбу.

– Отпусти, – выдёргиваю руку. – Я иду к Рали!

– Да стой же. Остановись, Эри. Рали сейчас с Джоли у родителей. С ними ничего не случится, пока они там. Я иду к ним. Ты идёшь за Самайрой. А Эграну отправим к маме. Спрячь предназначенную в безопасном месте. Сейчас твоя забота – только Сами.

Отрицательно качаю головой, одновременно пытаюсь поверить в то, что вижу. Эди прав. Он всё правильно проанализировал.

Выхватываю из-под фотографий сложенный вдвое лист, разворачиваю.

«Ты не сможешь меня поймать. А я знаю о тебе всё…».

14.1

Ралина Дартон

Джоли предложила устроить пижамный вечер, так что сразу после родителей мы переместились на виллу Эдиджо – гнёздышко новообразованной семьи. Моё любимое место здесь – бассейны в несколько порогов.

Мы с Эри успели разок осквернить это прекрасное место. А всё потому, что потоки здесь настолько мощные, что под натиском воды с тела сползает даже магическое бельё.

Так и случилось в тот раз, когда мы надумали купаться. Эри потерял плавки, а я бикини, причём верх и низ одновременно. Потом у меня были догадки, что без магии Эри не обошлось, но было прекрасно настолько, что я не стала возмущаться.

А сейчас я, стоя на балконе виллы, смотрю на бурные пороги, зачем-то вспоминаю прошлое. Это ведь было не так давно. Каких-то две недели назад. Тогда я была счастлива. А сейчас я в напряжении. После дневного происшествия никак не получается расслабиться.

– Твой телефон разрывается, Раль, – сестра вышла на балкон в халате, подаёт мне бокал. – Кажется, это Айтор.

– Да, надо ответить. Я забыла предупредить, что у нас пижамный вечер.

Перемещаю телефон, набираю короткое сообщение, отправляю. Джоли следит за мной, слегка отпивая из своего бокала.

– Снова отшила его, Раль. Не жаль тебе парня? Он же твой предназначенный. Может, стоит помягче?

– Не могу, Джоль, – грустно вздыхаю. Наконец-то, можно говорить с сестрой вслух и откровенно. Мысленная речь особых затрат не стоит, но душевный разговор возможен только, если слышишь участливый голос.

– Ты не даёшь ему шанса.

– Даю, Джоль. У него было множество шансов влюбить меня в себя, но ничего не происходит. Он ничего не делает, а я… Сама ничего не хочу предпринимать, понимаешь? Хочу, чтобы всё разрешилось естественно. Я устала что-то решать и контролировать. У нас дома всегда всё решает папа. Я хочу, чтобы и у меня так было.

– Мама говорит папе, чего она хочет, и он всё находит. А беременная мама, оказывается, страшна. Ты слышала, что она сегодня захотела? Перуанское севиче! Ты вообще знаешь, что это такое? Я нет. А папа где-то нашёл. Правда, мама так и не ела.

Смеюсь, вспоминая папину реакцию. Он стойко выдержал мамино недовольство, взял её на руки и куда-то переместился.

Мы с Джоли смеёмся, а потом возвращаемся в спальню, играем в карты. На этот вечер у нас никаких планов, только дурацкие игры и душевные разговоры. Я обожаю такие вечера. Сейчас мы ещё позволяем себе пропускать третий бокальчик шампанского. Нас никто не отвлекает, никто не подслушивает. На душе спокойнее с каждой минутой.

В середине ночи я всё-таки иду в гостевую комнату. Джоли предлагала спать рядом с ней, но постучал Эди, и я с пониманием покинула комнату.

Спать не хочется, меня манят голубые фонарики, которыми украшены все бассейны и тропинки на вилле.

Беззвучно выхожу из комнаты, на ходу накидываю халат. Путь до лестницы короткий – всего несколько метров. Но так и не пройдя их, шарахаюсь в испуге, потому что передо мной вырастает тёмный силуэт.

– Чёрт… – хватаюсь за сердце.

– Нет. Это всего лишь я, – говорит Эрант, полностью выходя на свет.

– Ты что здесь делаешь? – спрашиваю с колотящимся сердцем, ладонь так и держу на груди.

– В комнату шёл, – отвечает Эри. – Моя спальня на этом этаже. Твоя тоже?

– Что ты делаешь в этом доме?

– У нас с братом был пижамный вечер, как и у вас с Джо. Эди было скучно одному, и он позвал меня.

– А где же твоя пижама? – глазами касаюсь его голой груди, быстро отвожу взгляд.

– А у тебя под халатом пижама? – ухмыляется.

– Купальник, потому что я иду плавать.

– Прекрасная идея, – разворачивается на месте, подходит к лестнице и красиво подаёт мне руку. – Я тоже хотел перед сном окунуться, но не люблю плавать в одиночестве. Халат оставишь здесь или возьмёшь с собой?

Эри ждёт, что я подам руку, а я застыла на месте. Босые ноги утонули в высоком ворсе ковра. Лестница вниз украшена тёплыми фонариками. Они контрастируют с теми, которые горят на улице.

Вкладываю пальцы в поданную руку, медленно спускаюсь. Халат тянется за мной, словно шлейф. А Эри идёт на шаг впереди, не забывая оглядываться на меня.

Со стороны наверняка потрясающая картина. На мне длинный белый халат, на нём только боксеры. Мы спускаемся по лестнице так грациозно, словно внизу нас ждёт магический священник и толпа гостей.

– Ты подумала о том же, о чём и я? – спрашивает Эри, когда мы оказываемся внизу. – Будто это наша свадьба, и мы спускаемся к гостям?

– Нет, – фыркаю.

– Ты всегда так гневно отвечаешь, когда тебя уличили на правде, которую ты не хочешь рассказывать.

– Ты слишком много обо мне знаешь. Мне это не нравится.

Эри сделал попытку вывести нас обоих из холла на улицу, к фонарикам и водопадам, но я остановилась, потянула его руку назад.

– Ты ничего не стёр, так?

Останавливается слишком близко, смотрит в упор.