Глава 1

Глава 1

Варвара

– Свадьба нужна! – доносится из-за двери голос сестры босса.

Она уже пять минут разговаривает с подругой по громкой связи. Сначала кости знакомым перемывали. А теперь дело дошло до работы.

– У тебя брачное агентство, – тянет подруга. – Постоянно какие-то свадьбы.

– Не тот размах!

– Хочешь особенную?

– Кать, я кредит в банке под рекламную кампанию взяла! Теперь нужно такую пару создать, чтобы новость о браке на весь город разлетелась.

– Ну... с невестами, наверное, проблем нет. Полный ассортимент. А жениха ты где известного найдешь?

– Есть у меня один на примете. Тридцать два года с ним маюсь.

– Тридцать два... Олег? Ты родного брата женить собралась?!

– А что? – тем временем продолжает сестра. – Олег – идеальный кандидат. Богатый, видный и мордастый. Характер, конечно, скотский. Зато этот гад входит в топ самых завидных холостяков города. Бабы от него на расстоянии кончают!

– Так он год назад развелся. Думаешь, решится на повтор?

– Это молния не бьет два раза в одно место. А в человеческой жизни...

Сестра ненадолго замолкает, словно обдумывает что-то. А затем выдает:

– Есть у меня способ заставить Олега завязать со свободной жизнью. Покрутится-покрутится, но потопает в ЗАГС как миленький.

От этих слов я вздрагиваю. Чашка выпадает из рук. Кофе грязной лужицей разливается по полу. А осколки разлетаются на всю приемную.

Отличное начало первого рабочего дня!

Наверное, нужно сказать: «К счастью», только... почему-то хочется плакать.

Пожалуй, лишь с моей удачей можно было пройти сложнейший отбор, выдержать два собеседования с разными службами. И в первый же день на новом месте узнать сразу два факта.

Первый: я уже знакома с местным боссом. Близко знакома!

А второй: его скоро женят. Окольцуют прилюдно, как краснокнижного баклана.

***

Олег

– Чего рожа кислая? – проходя мимо производственного цеха, бросаю я своему главному технологу.

– Жена прокляла, – уныло басит Витя.

– Вы ж в разводе?

– Вот она после развода сразу и прокляла. Сказала, что не видать мне больше удовольствия от жизни.

– Забей. Это она сгоряча. Моя тоже всякого желала.

Я не религиозный, но от воспоминаний о бывшей правая рука сама тянется перекреститься. В шоке даже направления вспоминаю, как дед учил: «Лоб, пупок, часы, платок».

– Я тоже так подумал, но... – Витя оглядывается по сторонам. – Уже пять баб после того выеб. Чуть не стерся нафиг! И ни хрена! Кончить – кончил, а кайфа... Как чихнул!

– Так это тебе к доктору надо.

– Ты еще чего посоветуй!

– Я серьезно!

– Так и я тоже. Уже! Сходил.

Выходим из производственного в длинный коридор. На стенах вместо картин висят дипломы и грамоты за лучшую мясную продукцию региона, пожелтевшее от времени фото моего отца с траурной лентой и план пожарной эвакуации – эпическое творение Борисыча, нашего инженера по охране труда. Настоящий, мать его, лабиринт со стрелками в никуда. Прямо как моя жизнь в браке.

– Почему-то мне кажется, что ходил ты не к доктору. – Я толкаю дверь административного корпуса и поворачиваю к лестнице.

– К жене сходил. К бывшей, – тяжело вздыхает Витя.

– И как? – кошусь на этого мазохиста.

– Не дала! – с блаженной улыбкой на полрожи тянет технолог. – Только за задницу удалось подержаться. Но с ней даже булки помять... до фейерверков! Перед глазами фигачило, как во время салюта на Девятое мая.

– Бывает, – откашливаюсь.

– В жизни не подумал бы, что от бабы можно так шизеть.

Витя обреченно смотрит на свою ширинку, и в этом, как ни странно, я его тоже понимаю. С недавних пор!

А если точнее – со вчерашнего вечера! С минуты, когда в баре прижал к стене одну горячую девицу и слетел с катушек. Чуть не кончил от вкуса ее язычка, тихого стона и аромата... такого чистенького, словно девчонка от рождения ни об одного мужика не терлась. Такого свежего, будто неземная она. Чудо с другой планеты. Дар судьбы за потраченные нервы и годы головняка с бывшей женой.

В аффекте готов был трахнуть ее – прямо там в темном углу. Будь в баре ВИП-кабинка, до утра катал бы красотку на своем члене. Живым бы не слез! Но как назло, ни кабинки, ни кладовки, ни подсобки в шаговой доступности не оказалось.

Пока наши обжимания не переросли в бесплатное шоу для взрослых или статью за хулиганство, пришлось выпустить девчонку из рук. Вынуть язык из ее сладкого ротика. И убрать лапы с маленькой круглой задницы.

Как ножом от члена отрезал. На «радостях» имя спросить забыл. А потом...

Толкаю дверь в приемную. Прислушиваюсь к голосам за дверью и тут же забываю о «потом».

– Кто пустил сестру в мой кабинет?! – возвращаясь в настоящее, рявкаю я на новую секретаршу.

– Олег Витальевич, извините, пожалуйста... – испуганно блеет эта овца. – Елена Витальевна сказала, что ей можно.

Девка краснеет, белеет. Глаза за стеклами очков становятся красными, словно вот-вот покатятся слезы.

Смотреть на это недоразумение невозможно. Где мой кадровик нашел такое пугливое чучело?

– Без моего разрешения в этот кабинет никого... Еще раз повторяю, никого не пускать! – с паузой поясняю бледной моли, и пока она не свалилась в обморок, шурую в кабинет выпроваживать драгоценную родственницу.

Глава 2

Глава 2

Олег

Мне не показалось – в кабинете ждет Лена. Моя единственная сестра и головная боль – по совместительству.

Заметив ее блондинистую голову, Витя тут же пятится назад – как черт от ладана. Бросает меня одного на растерзание этого урагана.

– Чем обязан? – опускаю приветствие. Если Лена здесь, значит, доброго дня мне желать уже поздно, да и ей тоже.

Любому постороннему я за Лену, конечно, голову откручу, но в наших семейных отношениях нынче все сложно. В них с прошлой недели веет не теплотой, а напалмом. Хоть наряд пожарной службы каждый раз вызывай.

– Ну кто ж так сестру встречает? – распахивает руки Лена. – Я, между прочим, только счастья тебе желаю.

– Про счастье не знаю. – Обхожу эту достачу по большой дуге и опускаюсь в свое подозрительно теплое кресло. – Последний раз ты собиралась меня женить.

– Вот только давай без этих твоих шуточек о браке! – закатывает глаза Лена.

– Спешу напомнить, я свой срок отмотал! Пять лет от Мендельсона до суда. С конфискацией всего, что только можно было урвать.

– Никто тебя к твоей Кристине не толкал и детей с ней делать не заставлял. Все сам! Своим умом и этим... который в штанах.

– Спасибо за сочувствие.

– Пожалуйста. Однако о свадьбе нам поговорить все же придется. – Лена поворачивает в мою сторону экран своего ноутбука. – Девочки у меня очень интеллигентные. Все с высшим образованием, из приличных семей.

Даже не пытаясь изображать, что слушаю, я продолжаю свою работу. Пробегаюсь взглядом по названиям подрядчиков. Проверяю итоговую сумму в смете на пристройку.

– Не такие, как твоя бывшая! – Лена словно кинжал в печень вонзает. – Ты только не додумайся попытаться затянуть кандидатку в койку!

Намек на бывшую срабатывает безотказно. Я все же отвлекаюсь.

– А что интеллигентным нынче трахаться нельзя? Какие-то противопоказания?

– У меня брачное агентство! – недовольно фыркает сестра. – Не бордель! И не эскорт! Женщины хотят отношений! Им важно, чтобы мужчина вначале изучил их богатый внутренний мир.

– Предпочитаю изучать буквально. Членом. На ощупь.

– Олежек!

От этого имени у меня аж зубы сводит.

– Лен, я просил не называть меня так.

– А я просила стать моим клиентом! Ты даже не представляешь, как трудно раскрутить брачное агентство!

– Лена, давай начистоту. Найти другого идиота для своей рекламы. У меня нет на это времени.

– Прости, братец, но ты у нас штучный товар. Красив, богат и временно не женат. Обложечная версия. К тому же моей племяшке нужна мать!

Сомнительные комплименты, как и очередной намек на свой развод, я пропускаю мимо ушей.

– За-будь! – произношу громко, по слогам, как для глухих.

– Ну ты же каждый вечер встречаешься в ресторанах со своими партнерами, – не унимается сестра. – Вот и с девушкой встреться. Там же. После делового ужина. Даже напрягаться не придется. Оторвешь свой зад от одного стула. Усадишь на другой. И окажешь мне услугу.

– Нет.

– Всего три кандидатки!

– Я тебе в прошлый раз сказал и сейчас повторяю. Нет!

– Не вынуждай меня использовать другие методы убеждения.

– Читай по губам. Нет!

– Ладно.

Лена встает. Достает из своей огромной сумки какие-то документы и кладет передо мной. На первой странице замечаю заголовок «Договор дарения», а дальше название компании «Мясков».

– Ты хотел моих тридцать процентов акций в отцовской компании, – деловым тоном сообщает Лена. – Отдам после третьего свидания.

– Купить пытаешься?

– Откажешься, пеняй на себя. Не будет у тебя ни кворумов, ни решений, – сузив глаза, шипит эта змеюка.

– А ничего, что именно я вытянул компанию из убытков и обеспечиваю тебе безбедное существование? – зверею.

– Я сама способна себя обеспечить! – Лена демонстративно поправляет на груди брошку с логотипом брачного агентства.

– Этим? – смеясь, тычу пальцем в логотип.

– За этим будущее!Твои колбасы скоро на три-дэ принтерах печатать будут. А вот отношения из интернета не скачаешь и ксероксом не размножишь.

– Мля!

Хлопаю ладонью по лбу. Это карма какая-то. Что бывшая жена все годы брака пыталась жилы из меня тянуть. То сестра вечно пробует взять на прогиб.

Счастье, что хоть третья и главная женщина моей жизни получилась другой породы. В меня, а не в этих вот...

– В общем, думай, сколько тебе нужно. Но первое свидание завтра, – убивая меня женской логикой, командует Лена. – Время и ресторан я узнаю у твоей секретарши.

Словно утратила ко мне всякий интерес, Лена оставляет документы на столе, разворачивается и уходит.

Как только за ней закрывается дверь, я тут же выбрасываю из головы всю эту ерунду о свиданиях. Снова раскрываю файл со сметой. Но вместо того чтобы вернуться к цифрам, вспоминаю девчонку, о которой на рабочем месте лучше было бы не вспоминать.

Глава 3

Глава 3

Варвара

Первый рабочий день доживаю на морально-волевых. К счастью, новый босс больше не бушует. Пару раз он называет меня Юлей, пару раз – Олей. Приказывает распечатать какую-то смету. А после обеда вообще уезжает из офиса.

Дома отец встречает меня со словами:

– Что-то ты не светишься, мой Вареник!

Я кошусь на его полковничьи погоны с тремя звездами и первый раз за много лет вру:

– Да нет, все замечательно. Просто немного устала.

– А как новые коллеги? Подружилась с кем-нибудь? – не сдает позиции отец.

– Пока нет. Это ведь только первый день.

– Рабочее место нормальное? Если чего не хватает, ты лишь намекни! Я мигом своим в МЧС разнарядку выпишу.

– Нет-нет! – спешу успокоить. – И место хорошее, и кухня своя, и техника новая.

– Ясно, – разочарованно цокает папа. – А начальство как? Не обижало?

Он, прищурившись, сверлит взглядом мой лоб – будто пытается прочесть мысли. Но я уже двадцать три года его любимый Вареник – научилась закрываться от этого ходячего сканера.

– А начальство вообще чудесное. Спокойное и вежливое.

– И не приставало во время знакомства?

– Нет, конечно, – сооружаю целую пирамиду из лжи. – Все прошло очень прилично. Как в лучших офисах города.

Упрямо тяну уголки губ в стороны и параллельно вспоминаю загребущие руки на моей попе.

Никто до этого не трогал меня так. Не обнимал и не целовал с таким напором и голодом. Ни с кем я не чувствовала себя настолько нужной и желанной.

Как глупая Золушка, которая первый раз приехала на бал для взрослых и умудрилась попасть в лапы настоящего принца.

При мысли о Золушке я сникаю.

Становится совсем грустно. Принц хотя бы искал свою сказочную героиню. Таскался с ее обувью по бабам, натягивал несчастную туфельку на ногу каждой встречной-поперечной. А меня... Волков Олег Витальевич и искать не будет. Для него я Юля, Оля или «Как там тебя».

***

До позднего вечера я гоню от себя всякие мысли о новом начальнике. Пытаюсь смотреть сериал, читаю ленту новостей, даже зачем-то достаю учебник по английскому.

Как назло, буквы пляшут, герои сериала бесят, а перед глазами всё равно всплывает темный коридор бара, жёсткие ладони на моей пятой точке и вкус виски вперемешку с поцелуем.

Борясь с наваждением, я трижды умываюсь холодной водой. Только и это не помогает. А когда совсем отчаиваюсь, на кровати начинает вибрировать телефон.

На экране – «Нинка». Лучшая подруга и по совместительству свидетельница моего морального падения в баре.

– Привет, красотка, – начинает она. – Ну как там? Узнал он тебя?

Я сажусь на пол, обхватываю колени руками.

– Нет.

– Как это – нет? – возмущается Нинка. – Он же чуть не съел тебя в этом баре!

– Возможно перекусил потом кем-то другим.

– Да, вряд ли. Может, просто изображает, что не узнал. Отморозился, потому что ты сильно его зацепила. У зрелых мужиков такое бывает, - строит из себя опытную подруга.

– Тогда он настоящий актер. Думаю, даже Станиславский сказал бы ему: «Верю».

– Слушай, а ты не накручивай. Подожди чуток. Дай ему шанс!

– На что? – фыркаю. – На амнезию?

– Вспомнить тебя. Успокоиться, – уверенно заключает Нинка.

– Для этого ему нужно средство от склероза или хороший офтальмолог, – до боли закусываю губу.

– Ну ты как-нибудь помоги! – не сдается подруга. – Смени очки на линзы, как в баре. Волосы распусти. Если хочешь, могу сейчас духи мои привезти! Ты вчера ими пользовалась. Вдруг ему запах поможет.

– Запахи только собакам помогают. На таможне, – нервно хихикаю.

– Под лежачий камень вода не течет, – поучает Нинка. – Тебе ведь он понравился?

Я молчу. Вчера в баре весь мой организм готов был подписать петицию за этого мужика. «Если уж отдавать кому-то девственность, то такому!» – требовало то самое естество, которое все годы учебы в институте игнорировало сверстников.

– Алло, – не выдерживает подруга. – Понравился?

– Вчера казалось, что да.

– Не «казалось», а понравился! – отрезает Нинка. – Черт, да весь бар пялился в вашу сторону. Я никогда в жизни не видела, чтобы двоих так вело друг от друга. А вдруг это любовь с первого взгляда?

– Вряд ли, – криво усмехаюсь. – Скорее, гормоны и харизма.

– Тем более! – радостно подытоживает подруга. – Гормоны – это уже половина дела. Остальное сделают правильный ракурс и хороший бюстгальтер. Попробуй, Варя.

Я секунду мечусь между «разумной девочкой» и «идиоткой, которая верит в чудеса».

– Ладно, – вздыхаю. – Так и быть.

– Вот это я понимаю! – довольно тянет Нинка. – Завтра будешь богиней.

Я завершаю звонок и падаю на подушку. Богиня, ага. Максимум – богиня неловкости и нереализованных фантазий.

***

Трель утреннего будильника мгновенно вырывает меня из мира Морфея. Первая мысль – спрятаться под одеяло, поменять имя и уехать в другой город. Вторая – Нинка и её навязчивое «попробуй».

Как итог – я дважды завязываю и распускаю волосы. Долго гипнотизирую взглядом коробочку с линзами. И только перед самым выходом из дома решаюсь.

– Ладно, – шепчу сама себе. – Ты хотела шанс – вот он.

Снимаю очки. Дрожащими пальцами вставляю линзы. Плачу, чихаю, несколько минут любуюсь в зеркале отражением красноглазого кролика. И лишь когда весь этот кошмар проходит, наношу на ресницы немного туши, а на губы – каплю розового блеска.

По сути, ничего основательного, но даже такой марафет выбивает меня из колеи.

По дороге в офис я то впадаю в эйфорию, то мечтаю развернуться и смыть с себя все следы косметики. В лифте рассматриваю своё отражение и готовлюсь услышать: «Ты кто и куда делась наша серенькая мышка?»

Однако реальность быстро возвращает меня с небес на землю.

Коллеги пробегают мимо со своими бумажками. Начальник отдела кадров сонно интересуется, подписала ли я должностную инструкцию. А с приездом Волкова в приемной открываются врата в секретарский ад.

Глава 4

Глава 4

Варвара

Последние минуты в офисе я хожу, как пьяная. Снаружи – вполне обычная секретарша, внутри – улыбающееся чудо с бабочками в животе.

Как только выхожу из офиса, по привычке достаю телефон, чтобы написать Нинке. В голове вспыхивает сразу десяток вопросов: что лучше надеть, как лучше причесаться, как вообще вести себя в доме у босса и так далее. Но внезапный приступ мудрости заставляет положить телефон в сумочку и закрыть рот на замок.

Нинка из любой ситуации устроит шоу. Будет требовать фото с боссом, советовать бельё и позы из глянцевых журналов. А я… я ещё сама не решила, чего именно жду от этого вечера.

Во-первых, нужно притормозить – дать понять, что я приличная девушка, а приглашение в дом – это немного рано. А во-вторых, стоит объяснить Волкову, что тот наш поцелуй – это исключение из моих правил.

Стараясь настроить себя на серьезный разговор, я устраиваю дома строгий разбор гардероба.

Сначала рука тянется к короткой чёрной юбке. Потом представляю выражение лица папы, если он увидит меня в таком виде, и резко убираю юбку в шкаф. Вместо нее достаю скромные тёмные брюки, которые не обтягивают, а просто намекают, что у меня всё-таки есть ноги.

Сверху надеваю мой любимый голубой гольф. И в качестве единственного смелого штриха – наношу на губы красную помаду.

Занятая проверкой домашнего задания, мама даже не оглядывается, когда я кричу ей пока. А увлеченный хоккеем папа – машет на прощание рукой и, словно мне пятнадцать, молча тычет указательным пальцем на свои часы. Намекает, чтобы следила за временем и возвращалась пораньше.

***

К дому Волкова я приезжаю на десять минут раньше назначенного времени.

Автобус отъезжает с остановки, оставляя меня возле новенькой высотки, в которой, судя по всему, живут люди из другой вселенной – с видеонаблюдением, консьержем и прозрачными вращающимися дверями.

Стараясь не привлекать к себе внимание прохожих, я подхожу к дверям.

Первый порыв – тут же нажать на кнопку домофона и решить всё быстро, как с больным зубом: рывок – и никаких проблем. Второй – спрятаться за ближайшим кустом и трястись там от волнения, пока Волков не выйдет на улицу искать свою гостью.

– Варя, соберись! – командую я себе и решаюсь на компромисс.

Чтобы Волков не подумал, что я специально приперлась заранее – остаюсь на улице до девятнадцати. Отвлекаясь, листаю в телефоне интернет-страницы, грею горячим дыханием заледеневшие пальцы и упорно игнорирую заинтересованный взгляд консьержа.

Как всегда во время ожидания минуты тянутся мучительно долго. Секунды сменяются как на замедленной съемке, а сердце колотится в груди так сильно, будто реально хочет выскочить.

Лишь когда на экране высвечивается «девятнадцать ноль-три», я собираю в кулак остатки достоинства и нажимаю номер квартиры Волкова.

– Да? – в динамике раздается знакомый чуть хрипловатый голос.

– Это Варвара, – горло предательски першит. – Вы просили… приехать.

– Заходите, – слышу спустя еще секунду.

Сразу после этого над вращающейся дверью вспыхивает зеленый огонек, и консьерж растягивает губы в улыбке.

***

Стоит войти в квартиру босса, как я сразу понимаю: что-то не то.

Не видно никаких свечей или лепестков роз. Вместо аромата цветов или дорогого парфюма из кухни доносится запах брокколи. А вместо романтической музыки из гостиной раздается веселая песенка из мультика.

Сам Волков тоже мало похож на человека, который собирается провести домашний вечер с девушкой.

Несмотря на то что уже поздно, он при галстуке, в костюме и в свежей рубашке. На ногах у босса – ботинки. А в руках – ключи от машины.

– Вы опоздали, – произносит он тоном, будто сейчас рабочий день и я сорвала поставку колбасы в три региона.

– Извините… – голос садится.

– Ладно, пара минут – ничего страшного, – милостиво отмахивается босс, и вместо того чтобы пригласить меня пройти, берёт с вешалки серое пальто.

– Эээ… мы… вы… куда-то едете? – усиленно моргаю.

– Ты с детьми обращаться умеешь? – даже не удосужившись посмотреть в мою сторону, строго спрашивает Волков.

– С… крестниками иногда сидела, – нервно сглатываю.

– Сколько им лет? – уточняет босс, надевая шарф.

– Мише четыре, Лере пять, – выстреливаю, как на экзамене.

– Идеально, – кивает Волков.

Поворачивается в сторону зала, машет правой рукой и бросает:

– Там Маша. Ей как раз четыре. Побудете с ней до девяти. Ужин в холодильнике, нужно только подогреть. Если задержусь, заплачу по двойному тарифу.

Кажется, я ослышалась.

– Что?.. – пальцы сами подлетают к губам. От растерянности я забываю и про помаду, и про серьезный разговор о том, что я не такая и «давайте притормозим». – Какая Маша?

– Моя дочь, – буднично отвечает Волков. – С ней должна была сидеть няня. Мы уже договорились, но в обед она позвонила и сказала, что заболела. А у меня дела. Не могу отменить.

– А её мама?..

Сняв обувь, я неуверенно заглядываю в гостиную.

– Всё, я уехал, – проигнорировав мой вопрос, Волков распахивает дверь. – Будут проблемы – звоните. Но я рассчитываю, что вы справитесь, – чеканит он и, не давая мне возможности возразить, выходит в коридор.

Бросает в чужой для меня огромной квартире. С расшатанной нервной системой, смазанной красной помадой и… маленькой дочкой.

***

Маша обнаруживается в гостиной. Одетая в розовые лосины и футболку с мультяшным котом, она сидит на ковре. Вокруг – целый город игрушек: куклы, кубики, машинки, пластмассовая посуда, несколько книг с толстыми страницами, башня из разноцветных блоков и повидавший жизнь, явно нерабочий мобильный телефон.

– Привет, – осторожно говорю я, присаживаясь на край ковра.

Будто по команде, два блондинистых хвостика весело прыгают вверх, огромные серо-голубые глаза хитро щурятся, а пухлые розовые губы растекаются в улыбке. Широко, радостно, так, что на щеках проступают ямочки. И мое беспокойное сердце на миг замирает.

Глава 5

Глава 5

Олег

Девчонка уходит, а я еще пять минут столбом стою на месте. Как голодный дворовой Барбос принюхиваюсь к запаху... чистому, свежему, как луговое поле после дождя.

И придет же такое в голову?

Поле... Мля.

Пожалуй, надо закругляться с этими встречами по вечерам. А заодно завязывать со сладко пахнущими девицами.

С этой мудрой мыслью я возвращаюсь в детскую комнату. Поправляю мышонку подушку. Достаю у Маши из-под мышки зайца и, постояв немного возле кроватки, иду в свою спальню.

Возле двери в ванную снимаю рубашку. Бросаю ее в корзину для белья. И неожиданно понимаю, что от одежды несет сладкими духами сегодняшней кандидатки.

– Чёрт. – Быстро скидываю с себя все остальное и сразу же становлюсь под душ.

Как шахтер, отпахавший двойную смену, активно шурую мочалкой спину и плечи.

Не экономя шампуня, промываю волосы. Но сладкий запах... он теперь будто всегда со мной. Прилип – как небесная кара за дурацкую ошибку.

***

Три часа назад

Несмотря на опоздание няни и вечерние пробки, в «Градус Баллинга» я приезжаю вовремя. Геннадий Салманский – владелец сети мясных магазинов только успел заказать аперитив и рассказать Вадику, моему юристу, несколько любимых анекдотов.

Чтобы не обижать будущего партнёра, я прошу официантку принести мне коньяк и сую в карман чаевые за особые услуги.

Выдрессированная владелицей ресторана Катериной Виноградовой, девчонка понимает намек правильно. Спустя пару минут на стол передо мной опускается пузатый бокал с остывшим чаем, доска с сырами и тарелка со слайсами хамона.

Словно только этого и ждал, Салманский поднимает свой бокал, и мы приступаем.

Сначала всё по классике: треп о проблемах с поставщиками, нудные исповеди о неудачных сделках, скупые мужские слезы о том «как раньше было хорошо». И к горячему – свежий тост за успех нового сотрудничества.

Привыкший к таким переговорам, юрист нетрезвым взглядом пробегается по договору и со словами: «Завтра мы все вышлем», отточенными движениями кладет бумаги в свой портфель.

После бумажной прелюдии начинаем празднование уже на широкую ногу. Стол мгновенно превращается в скатерть-самобранку с мясом, салатами, алкоголем и моим неизменным чаем.

Беседы становятся все доверительнее. Взгляды – пьянее. А когда, набив желудок и трахнув глазами парочку официанток, Салманский окончательно пьянеет, Вадик берется за свою основную работу.

Сдав мне портфель, он предлагает перенести празднование в уютный бар на окраине и вызывает туда девочек.

– Отличный план, – мой новый партнер первым поднимается со своего места. – По бабам! То есть, по барам!

С видом атамана, ведущего в бой казачий отряд, он указывает рукой в сторону двери. И пока пирожок не остыл, я лично буксирую его на улицу.

– Хороший ты мужик, Олег, – хлопает по плечу Салманский. – И колбаса у тебя что надо. И дела ведешь правильно.

– Спасибо, Гена, – я сажаю его в рабочую машину.

– Спасибом не отделаешься! – Хлопает ладонью по сиденью рядом с собой.

– Прости. Дальше с тобой Вадик. У меня срочные дела нарисовались.

– Дела? В такое-то время? – Салманский недоверчиво щурится. – Или девочка ждёт? – скалится на все тридцать два.

– Она самая. Блондинка с голубыми глазами. Настоящая куколка, – описываю дочку и, не дожидаясь допроса с пристрастием, машу этим двоим на прощание.

Как только машина отъезжает, смотрю на часы. На них восемь!

Кажется, Вадик поставил рекорд, споив клиента раньше обычного срока. В целом отлично! Можно сажать зад в тачку и везти себя домой.

Но целый час свободного времени после двух недель целибата, праведного труда без отдыха и прочих «радостей»...

– Успею! – быстро достаю телефон и набираю Лику. Фигуристую брюнетку без самовара, комплексов и привычки ждать обручальное кольцо от каждого, кто вставит в нее член.

Дожидаться ответа приходится удивительно долго. Обычно быстрая, в этот раз Лика берет трубку после седьмого гудка и сразу же начинает громко кашлять.

– Кхе-кхе... привет, – раздается скрипучий голос. – Олег, я так... Кхе-кхе... рада тебя слышать!

– Привет, – мысленно отправляю по знакомому адресу сетку апельсинов и цветы. – Заболела?

– Холодное шампанское. Кхе-кхе... Ангина, чтоб ее!

– Ясно. Понял.

– Ты поговорить хотел? Кхе-кхе? Или как?

В понятливости Лике не отказать.

– Или, – признаюсь честно.

– Тогда, кхе-кхе, наверное, в другой раз, – грустно тянет она.

И я соглашаюсь:

– Созвонимся еще. Береги себя.

Нажимаю отбой и тут же набираю следующий номер – «Света». Тоже из категории «без обязательств». С формами, опытом и без заскоков.

С ней вообще никакого ожидания. Света уже на третьем гудке снимает трубку и резко грубым мужским голосом произносит:

– Оля? Что за Оля в восемь вечера?

От неожиданности я слегка хренею. В левом ухе звенит. Но быстро беру себя в руки.

– Простите, ошибся, – отвечаю своей несбывшейся Свете и вешаю трубку.

Третья в списке – «Кристина».

Уставший мозг не сразу реагирует на имя бывшей жены. Приходится трижды перечитать название контакта, пару раз глянуть на номер. Однако когда прозреваю – отпускает основательно.

Выругавшись, кладу телефон в карман и иду за столик – заказывать кофе, оплачивать счета и собираться домой.

В фантазиях об этих прекрасных минутах я прохожу по коридору в ВИП-зону. Сворачиваю влево и уже возле своего любимого постоянного места сталкиваюсь с дамой – пышной блондинкой в черном платье с боевым декольте.

– А вы, наверное, Олег, – говорит она мягким, хорошо поставленным голосом.

– Был. С утра... – с легким шоком обозреваю молочные холмы и крутые бока.

– А я Алена. Алена Васильевна. У нас с вами свидание, – с придыханием вещает дама.

– Свидание? – Шестеренки в голове скрипят от напряженной работы.

Глава 6

От слов «Да. Сразу» до нашего заселения в отель напротив ресторана проходит ровно пять минут. Моя обычная скорость. Но в этот раз спешу, кажется, не только я.

Алёна-училка-Васильевна показывает настоящий мастер-класс по скоростному заселению в отель. Я даже банковскую карточку достать не успеваю, как она получает ключи и кивает мне в сторону лифта.

В номере все по стандарту: большая кровать с белоснежным бельём, торшер в углу, телевизор на стене и квадратное кресло у окна. Возможно, есть что-то еще, однако на осмотр не хватает времени.

Бросив сумочку в кресло, Алёна сразу же прижимается ко мне всем телом и шепчет на ухо:

– Наконец-то.

– О да!

Представляя, как клин клином выбью сейчас из головы недавнюю девчонку, а заодно – обкатаю эту фигуристую кобылку, я снимаю пальто и кладу руки на округлую задницу училки.

– Ты гораздо интереснее, чем рассказывала Елена, – она не сопротивляется.

– И много рассказывала?

Наблюдаю, как ловкие пальцы развязывают узел галстука, расстегивают верхнюю пуговицу рубашки. А теплые губы прижимаются к моей шее.

– Достаточно, чтобы я согласилась на свидание.

Женская ладонь скользит по моей груди, по животу, ниже. Алёна обхватывает сквозь ткань брюк бойца. И выпускает из груди тонкий победный стон.

– Тогда... наверное, мне повезло, – откашливаюсь.

Мечта, а не женщина! И фактура, и навыки – все на высоте. Впервые за много лет есть повод порадоваться, что сестра бросила семейный мясной бизнес и ушла в сводничество.

– И мне повезло. – Алёна опускается на колени. Расстегивает ремень и тянет вниз молнию ширинки.

Будто это происходит с кем-то другим, я внимательно слежу за продолжением шоу. Жду, когда на юге потяжелеет и нальется... предвкушаю, как заполню этот болтливый рот до самого горла.

И...

Ничего не чувствую!

Никаких фейерверков, о которых с таким блаженством рассказывал Витя. Никакого напряжения в паху, как с девочкой из бара.

Передо мной на коленях порнографическая мечта любого старшеклассника, а я...

Не хочу её. Совсем.

«Приплыли!» – поздравляю себя мысленно.

– Простите, – говорю вслух, мягко отстраняясь и застёгивая брюки. – Но Елена Витальевна под угрозой штрафных санкций запретила переходить в... горизонтальную плоскость на первом свидании.

Алёна поднимает голову. Смотрит на меня с таким недоумением, словно я только что признался в нетрадиционной ориентации.

– Мы ей не скажем, – почти шепчет она, демонстративно облизывая пухлые губы.

– Хочу, чтобы вы поняли, – с трудом выдерживаю серьёзный вид. – Я с ней согласен. Думаю, нам нужно узнать друг друга получше.

– Что? – училка замирает с открытым ртом.

– Изучить этот... как его? – пытаюсь вспомнить тот бред, который несла сестра. – ... богатый внутренний мир, – выдаю с облегчением.

Алёна секунду молчит. Потом медленно встает. Расстёгивает молнию на платье и плавно спускает с плеч лямки.

– Хорошо. Тогда давай по-быстрому, – произносит вдруг с неожиданным задором. – Как уже говорила, я учительница. Преподаю географию.

Платье падает к ногам. А спустя миг туда же опускаются шелковые трусики.

– В каких классах? – я из последних моральных сил стараюсь поддерживать беседу.

– С шестого по девятый. – Алёна снимает бюстгальтер и призывно сжимает свою немаленькую грудь.

– А хобби какое-нибудь? – цепляюсь за любые вопросы, как узник перед казнью.

– Хобби нет. Как нет мужа и вредных привычек! Зато люблю турецкие сериалы, грузинское вино и мечтаю стать директором школы.

Последнюю фразу Алёна произносит с такой скоростью, будто мы на автобане, где нельзя ни тормозить, ни останавливаться.

– Мм... – тяну, отчаянно пытаясь придумать еще что-нибудь. Про жизнь или про работу. Любой повод!

Но непривыкший к таким заданиям мозг кипит и отказывается сотрудничать.

– Если хочешь, могу помочь раздеться, – шепчет Алёна, подходя ближе. – Я бывшего свёкра, когда его парализовало, каждый день одевала и раздевала. Руки помнят.

Она поднимает ладони и весело шевелит пальцами.

– Думаю... – в ушах гремит похоронный марш. – Нам нужно шампанское!

– Я не против. Можно заказать из ресторана прямо в номер.

Сбросив туфли, Алёна привстает на носочках, тянется к моим губам... почти касается их.

– Нам нужно шампанское… с клубникой, – хриплю я незнакомым голосом.

– С чем?

Глаза напротив стекленеют от удивления.

– С клубникой. Я сейчас! Сам схожу. Тут рядом гипермаркет. Я быстро.

Не дав училке придумать решение и этой проблемы, я мигом хватаю свое пальто и в буквальном смысле вылетаю в коридор.

Словно за мной вот-вот начнется погоня, сбегаю по лестнице на первый этаж. Не прощаясь с администратором, сворачиваю к главному входу. И только когда отель скрывается за поворотом, разрешаю себе замедлиться.

– Поздравляю, Волков. Ты дожился! – согнувшись пополам, перевожу дыхание. – Первый раз сбежал от бабы! Зашибись!

Со злостью срываю с себя несчастный галстук и бросаю его в ближайшую урну.

Туда же хочется выгрузить воспоминания о последних десяти минутах жизни. Стереть их к едрени фени! Но, к сожалению, с этим теперь придется как-то жить.

На мысли про жизнь мой телефон звякает, уведомляя о входящем сообщении. Посреди экрана, как можно было догадаться, красуется слово «Сестра».

Что именно могло понадобиться моей бесценной Елене Витальевне в такое время – даже гадать не приходится. Потому я не открываю и не отвечаю.

Сев в машину, завожу мотор и мгновенно принимаю два важных решения.

Первое: нужно валить домой, к Машке.

А второе: больше никаких игр в клинья. Пока не заработал настоящую импотенцию, лучше заняться делами. Найти какую-нибудь управу на Лену, выкупить у нее тридцать процентов. И отпраздновать все это с кем-то проверенным и надежным.

Всю дорогу и остаток вечера я успокаиваю себя этим планом. Утром пишу юристу, чтобы после воскрешения зашел ко мне в кабинет. На досуге проверяю суммы на банковских счетах.

Глава 7

Глава 7

Олег

Утро понедельника начинается с того, что в мой кабинет без стука врывается Кристина.

Бывшая жена. Мать моей дочери. И главная головная боль последних пяти лет.

Выглядит она точно так же, как год назад на судебном заседании. Тощую фигуру обтягивает чёрное платье. На ногах – высокие сапоги с каблуками-шпильками. На сгибе локтя – сумочка от Прада. Всё как обычно – сексуально и дорого.

Из нового лишь выражение лица: перекошенный рот и злые глаза.

– Привет, Олег, – тянет она, опускаясь в кресло напротив меня. – Не ждал?

Я закрываю крышку ноутбука и откидываюсь на спинку кресла.

– Даже не представляешь, как соскучился.

– Язвишь? – как героиня известного фильма, бывшая медленно закидывает ногу на ногу. Демонстрирует ажурные резинки чулок.

Когда-то мне хватало даже такой мелочи, чтобы завестись. Но сейчас – за ширинкой тишь да гладь. Как бабка отшептала!

– Это я так радуюсь. Могу еще в ладони похлопать. Надо?

– Каким клоуном был, таким и остался, – брезгливо фыркает Кристина.

– Так по какому поводу в нашем шапито праздник? – наклоняюсь вперед. – Чем обязан?

– Я по делу. Приехала забрать Машу.

Ничего не говоря, я несколько секунд смотрю на неё. Пытаюсь понять, шутит или нет.

С чувством юмора у Кристины всегда были проблемы. По наивности первые два года в браке я еще пытался убедить себя, что это нормально. Хвалился всем, что мне досталась очень серьезная жена. А после рождения Маши забил. Нам всем резко стало не до юмора. Моя дорогая супруга начала активную борьбу за свою фигуру, а я резко превратился в папу и маму по совместительству.

– Ты хочешь забрать Машу? – медленно повторяю я. Больше для себя, чем для бывшей. – Кристина, да ты три месяца ей не звонила. Не приезжала. На день рождения прислала какого-то облезлого медведя. И тут вдруг вспомнила, что у тебя есть дочь?

– У меня были... обстоятельства, – она поправляет волосы, свой длинный черный хвост. – Но теперь я готова взять на себя ответственность за ребёнка.

– Обстоятельства, – хмыкаю я. – Этот твой хахаль из Сочи случайно не входит в список обстоятельств?

Кристина нервно передергивает плечами.

– Моя личная жизнь тебя не касается. Мы говорим о Маше. Она моя дочь. И я имею полное право забрать её.

– Твоя дочь, – киваю я, – которую ты бросила ради очередного богатенького придурка. Подробности напомнить? Забыла уже, как привезла ее вечером. С чемоданом и требованием присмотреть, потому что ты выгорела и срочно нуждаешься в отдыхе. На Мальдивах или Сейшелах.

Кристина сжимает губы ещё сильнее.

– Да что ты понимаешь о материнском выгорании?!

– Откуда бы мне? Хотя... А кто из нас кормил мышонка из бутылочки с самого рождения? Не спал по ночам? Носился по врачам, когда начались колики? Кто купал, покупал одежду и менял памперсы?

– Я девять месяцев носила ее под сердцем! – стучит каблучком о пол Кристина. – Она из меня все соки выпила!

– И сейчас ты решила, что хочешь еще? – морщусь.

– Все! Хватит! Завтра вечером я приеду за Машей.

Видимо, решив, что разговаривать со мной не о чем, бывшая встает.

– И куда ты ее отвезешь? К своей маме? В однушку на окраине. Или к любовнику? – пальцы сами сжимаются в кулаки.

– Я сейчас живу в отеле. Если тебя это не устраивает, можешь снять для нас квартиру. Я предпочитаю центр.

– Так вот в чем дело! – хлопаю себя по лбу. Теперь все встало на свои места. – Этот придурок тебя кинул! Оставил ни с чем, и ты вспомнила про мужа, из которого можно тянуть бабки без ограничений. Не нужно даже трахаться. Достаточно поныть, и все дадут.

– Ты слишком высокого о себе мнения!

– Я идиот, который слишком поздно понял, с кем имею дело. – Указываю ей на дверь. – Но Маша... Она останется со мной. Даже не думай...

– Олег, – перебивает Кристина. – Ты правда думаешь, что суд оставит ребёнка тебе? Одинокому отцу, который с утра до ночи на работе? Или, может, веришь, что няни смогут заменить Маше мать?

– Лучше не начинай.

– Поздно, дорогой – усмехается она. – Я уже была у адвоката. Все, что тебе светит, редкие свидания. Когда я разрешу. И где я разрешу.

– Только посмей сунуться в суд.

– Квартира и Маша. Завтра! – повторяет эта стерва. – А иначе я затаскаю тебя по судам так, что работать не сможешь. Будешь мотаться между офисом и судом, пока твоя драгоценная компания не развалится.

– Хочешь войны?

Скулы сводит от ярости.

– Я уже озвучила свои пожелания. Начинай исполнять. – Кристина толкает дверь. – А то ведь ставки... – облизывает губы, – они, сам знаешь, имеют свойство расти, – роняет с довольной улыбкой и выходит из кабинета.

***

После ее ухода я несколько минут истуканом стою возле стола. Пытаюсь убедить себя, что даже если разнесу всю мебель в щепки, Кристине от этого хуже не станет.

Как только немного успокаиваюсь, вызываю свою секретаршу и требую найти юриста:

– Срочно! Реанимируй его, если понадобится. Он мне нужен.

Не представляю, как Варя справляется, но Вадим появляется через пять минут.

Выглядит он как человек, которого выкопали из могилы. Лицо бледно-зеленое. Глаза красные. Галстук повязан вокруг шеи вместо шарфа. А запахом изо рта можно приводить в чувства при обмороке.

– Олег, ты не мог попозже вызвать? – он опускается в кресло и закрывает глаза. – Голова раскалывается. Салманский до трех часов коньяк, как чай, хлестал и мне подливал. С такими посиделками скоро донорская печень понадобится.

– Прости. Не мог ждать, – отвечаю я. – У нас проблема.

– Какая ещё проблема? – Вадим массирует виски.

– Кристина вернулась. Она хочет забрать Машу.

Юрист открывает глаза. Смотрит на меня исподлобья.

– Серьёзно?

– Более чем.

– Охренеть!

Юрист тянется к графину с водой на моём столе. Секунду гипнотизирует взглядом бокал. А затем залпом из горлышка опустошает графин под ноль.

Глава 8

Глава 8

Олег

Лена кричит в трубку матом.

Одни выражения знакомы, другие – восхищают сложностью и образностью конструкций. Пожалуй, с фантазией у моей сестры точно полный порядок. Может книжки писать. Для взрослых.

Хреново в этой ситуации лишь одно – среди Ленкиных талантов нет чтения мыслей.

– Ты договорила? – уточняю я во время паузы.

– Нет. Жди. Это я дыхание перевожу, – запыхавшись, произносит она.

– Понял. Давай, не тороплю, – не пытаясь спорить, я отношу трубку от уха и жду.

Чтобы не пропустить что-то особенно художественное, можно, конечно, включить громкую связь. Но решаю обойтись без шоу.

Вадима сестра не сможет удивить при всем ее желании – эти двое умудрились три года прожить вместе и даже сходили в ЗАГС. А секретарша за дверью еще слишком молодая для такого высокого искусства.

Как и ожидалось, через пару минут сестра заканчивает второй акт нотаций. Вместо слов на «пи» и «ах» прорываются вполне заурядные фразы: «она так тебя ждала», «в кои-то веки тобой заинтересовалась приличная женщина» и «как ты мог так поступить».

Чтобы не нарваться на третий акт, я терпеливо жду финальных титров про неблагодарного брата и тяжелую сестринскую долю. Любуюсь мазохистски-восторженной рожей своего юриста. И лишь когда Лена уходит на антракт, начинаю:

– Я согласен помочь тебе с рекламой, – говорю громко и четко, как в армии.

С рядовыми во время службы это срабатывало, а с сестрой... Она очередной раз доказывает, что женский слух – крайне избирательная система.

– Я ведь добра тебе, идиоту, желаю! Машке мама хорошая нужна. Да и тебе пора прекращать по бабам шляться, – Лена продолжает вещать о своем.

– Давай еще раз. Будет тебе свадьба! – повышаю голос.

– Я эту училку из сотни кандидаток выбрала. У нее и внешность, и образование, и родословная, как у болонки моего третьего мужа.

– Лена, уши включи! – терпение понемногу начинает трескаться. – Я сказал, что женюсь!

– Она ведь верила... Она... Что?! – Грузовой поезд по имени «Сестра» медленно сходит с накатанных рельсов. – Что ты сказал?

– Ну, наконец-то! – шумно выдыхаю. – Дошло.

– Так Алена все же понравилась? Ты сразу после первого свидания решился?

– Нет. Твоя протеже не подходит. – Мысленно плюю через левое плечо. – Но жениться мне придется. И довольно быстро.

– Эмм... А по-человечески объяснить можешь?

– С удовольствием. Сейчас твой муж номер два разложит все по полочкам, – с облегчением вручаю телефон Вадику и, пока эти двое обсуждают мою будущую свадьбу, с пустым графином валю в коридор.

***

Будто только и ждала, что мне понадобится ее помощь, Варя мгновенно срывается со своего места.

– У вас вода закончилась? Я сейчас принесу, – протягивает руки за графином.

– Я сам, – останавливаю ее. – Хоть пройдусь.

Сворачиваю в сторону кухни и вдруг слышу:

– О, Варенька! Красавица наша. А я как раз к вам! – доносится из приемной елейный мужской голос.

Витя – узнаю я. Мой технолог, который сейчас в активном поиске лекарства от проклятия бывшей супруги.

– С шоколадом? – а это уже Варя.

– Да вот... К чаю вам принес. Порадовать такую красивую девушку захотелось.

– Спасибо большое. Горький – мой любимый.

От теплоты в голосе Вари мне хочется вернуться в приемную и спустить одного страдальца с лестницы.

– Правда?! А вы знаете, что в кафе напротив нашего бизнес-центра готовят самый вкусный в городе десерт из горького шоколада?

Меня перекашивает от такого грязного подката.

Ничего у Витьки святого не осталось. Это ж надо так охренеть – мою собственную секретаршу на шоколадки ловит! И где? Прямо под моей дверью!

– Не знала. Спасибо, что сказали. Нужно будет зайти, – вместо звонкой оплеухи прежним радостным тоном произносит Варя.

– Варенька, а давайте вместе сходим! Сегодня или завтра.

– Не уверена, что у меня получится.

– Соглашайтесь. Я вам заодно про местный серпентарий все расскажу. Введу, так сказать, в курс дел.

От этого «введу» перед глазами темнеет. Забываю и про сестру, и про жажду. Нет, это уже не наглость. Это пиздец!

Витя, похоже, в список смертников захотел! Проклятия ему мало – так на кастрацию напрашивается.

– Я уже папе пообещала с новым телефоном помочь. Там приложения нужно скачать и настроить все.

– Какая вы замечательная дочка. Повезло папе! А он у нас кто, если не секрет?

– Смерть твоя. В пальто, – шепчу я, перехватывая питейную емкость поудобнее и иду назад в приемную.

– Полковник в отставке, – отвечает моя хорошая девочка и в следующий момент меняется в лице. – Олег Витальевич?

Зеленые глаза смотрят на мою правую руку. И только сейчас я понимаю, что держу графин как булаву – за горлышко.

– Личные разговоры на рабочем месте?! – зыркаю на зачарованного Ромео и испуганную Варю.

Словно врубился, на чью полянку принес свой распылитель, Витя мгновенно бледнеет и визуально становится ниже сантиметров на десять.

– Я... я мимо пробегал. Меня уже нет, – мычит он, пятясь к лифту.

– А я... простите, – опускает глаза Джульетта.

– За вчерашние подвиги прощаю.

Я ставлю несчастный графин на стол. Несколько мгновений внимательно рассматриваю свою секретаршу. Вспоминаю содержание ее короткой беседы с Витей и...

В шоке понимаю одну удивительную штуку!

– Варя, а скажите мне, пожалуйста, мама у вас кто? – задаю первый вопрос.

– Учительница в школе, – удивленно моргает девчонка. – Заслуженный педагог.

– То есть папа полковник. Мама заслуженный педагог... – тяну в ахере от того, как все складывается. – А братья или сестры есть?

– Нет. Я одна, – нервно сглатывает Варя.

– Отличница. Из хорошей семьи. Без вредных привычек, и с Машей уже нашла общий язык... – повторяю, кажется, вслух.

– Да-а... А что?

Глаза секретарши становятся большими, как блюдца. Красивые такие блюдца! Бирюза словно вода в океане. Настоящие Мальдивы в моей приемной.

Глава 9

Глава 9

Варвара

Остаток рабочего дня я существую в каком-то странном состоянии между паникой и полным ступором.

«Нам нужно поговорить. Серьёзно. Сегодня вечером».

Эти слова Олега Витальевича крутятся в голове, как заезженная пластинка, вытесняя мысли о документах, звонках и коллегах, которые периодически заглядывают в приёмную с очередными вопросами.

О чём он хочет поговорить?

Может, я напечатала что-то не так? Перепутала время встречи с партнёрами? Или у него очередное свидание, и мне нужно еще один вечер посидеть с Машей?

Гипотез настолько много, что к концу рабочего дня начинает болеть голова. В отчаянии хочется попросить у Волкова перенести наш разговор на другой день и сбежать домой. Но когда ровно в шесть он выходит из кабинета, мой язык прилипает к нёбу и отказывается шевелиться.

– Варвара, пойдёмте, – произносит босс спокойным тоном, будто приглашает на обычную рабочую встречу. – Пообщаемся в неформальной обстановке.

Не в состоянии даже пискнуть «да» или спросить, куда именно мы идем, я встаю. Натягиваю дрожащими руками зимнюю куртку, хватаю сумку и, как на эшафот, семеню за Волковым.

***

Ноябрьский вечер встречает нас мокрым снегом, рекламными огнями и шумом машин. Стараясь не рухнуть перед боссом лицом в грязь, я прикрываю ладонью очки и украдкой кошусь на своего спутника.

Волков рассекает толпу на переходе, как Моисей воды Красного моря. В его сторону заинтересованно оборачиваются дамочки от шестнадцати до шестидесяти. На темные непослушные волосы мягко опускаются белые снежинки. Но он ничего не замечает.

Идет вперед – высокий, уверенный, широкоплечий, с поднятым воротником пальто, в начищенных до блеска ботинках, к которым, кажется, не прилипает никакая грязь. Шествует как суперзвезда или один из богов Олимпа, по ошибке спутавший теплый, уютный подземный мир с сырым, холодным Питером.

– Варвара, всё в порядке? – раздается над головой так неожиданно, что я теряюсь.

– Да-да, – чуть не падаю в серый сугроб. – Просто... снег.

«Соберись, Мышкина, – одёргиваю себя. – Какой Олимп? Какой бог? Это Волков! Твой босс. И у него к тебе серьёзный разговор!»

Взбодрившись, я смахиваю с очков свежую порцию влажной каши и изо всех сил пытаюсь придать себе деловой вид.

Кафе напротив бизнес-центра оказывается тем самым, о котором утром так вдохновенно рассказывал технолог – уютным, с мягкими диванчиками, приглушённым светом и ароматом свежей выпечки.

Не спрашивая у администратора разрешения, Волков по-хозяйски выбирает столик в самом углу, подальше от других посетителей. Снимает пальто и кивает мне на место напротив.

Кое-как сняв куртку, я сажусь. Кладу сумку на колени и сжимаю её ручки так сильно, что костяшки пальцев белеют, а в ладонях начинает покалывать от напряжения.

– Вам к десерту чай или кофе? – непривычно любезно уточняет босс.

– Чай, – выдавливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Чёрный. С сахаром.

Сделав официантке заказ, Олег Витальевич, стягивает с шеи свой галстук и наклоняется ко мне.

– Варя, как вам работается?

Чувствую скольжение внимательного взгляда по лицу и шее.

– Работается... хорошо. Спокойно.

– Никто не мешает, никто не достаёт?

Второй вопрос еще удивительнее первого. Если бы не полдня ожидания, я бы точно запаниковала. Но теперь на панику не осталось никаких сил.

– Я что-то не так сделала? – шёпотом спрашиваю, заставляя себя поднять голову.

– Нет. У меня никаких претензий. Вы отлично справляетесь со своей работой.

В голубых глазах Волкова плещется что-то незнакомое, пугающее. Даже и не верится, что тем вечером в баре я могла отважиться на поцелуй с таким мужчиной.

– Скажите, какие у вас планы на будущее? Карьера? Семья? Куда хотите двигаться?

Я растерянно моргаю.

– Планы? Я... не знаю. Хочу стать хорошим специалистом. Научиться всему, что нужно. И может быть, когда-нибудь... – замолкаю, чувствуя, как начинают пылать щёки.

– Когда-нибудь что? – мягко подталкивает Волков.

– Выйти замуж и завести детей, – произношу скороговоркой.

Босс кивает, и я вижу, как напрягается его челюсть – он словно хочет что-то сказать и заранее взвешивает каждое слово.

– А если бы вам предложили... необычный вариант?

– Какой? – задерживаю дыхание.

– Выйти замуж, – раздается как гром среди ясного неба. – За меня.

Несколько бесконечно долгих секунд я просто сижу. Делаю вдохи и выдохи. Машу ресницами. Пытаюсь вспомнить значение слов «выйти» и «замуж».

Получается туго. Извилины отказываются обрабатывать эту информацию. А сердце берет такой разгон, будто решило поставить рекорд по количеству ударов в минуту.

– Варя, – Волков протягивает руку и накрывает мою ладонь. – Вы еще со мной? – встревоженно рассматривает меня, наклонив голову.

– Я... – открываю рот. – Я... – зажмуриваюсь до боли в глазах. – Вы... сейчас пошутили? – хриплю севшим голосом.

– Нет, – ровно, даже обыденно отвечает организатор моего инфаркта. – Абсолютно серьёзно.

– Но... – мысленно возвращаюсь в злосчастный бар.

Может, я что-то забыла? Вдруг у нас был не только поцелуй? А что если мы зашли дальше, и амнезия на самом деле не у него, а у меня?

Случается же такое в фильмах и книгах! Почему тогда не случится в реальности?

– Варвара, я понимаю, это звучит безумно. Полным бредом. – Босс снова гладит меня по руке. – Мне действительно нужна жена. Срочно. И вы... вы идеально подходите.

– Почему?

Мне так страшно, что готова заткнуть уши.

– Потому что Маша вас приняла. С первого раза. Без слёз, без истерик, без того ужаса, который она обычно испытывает при виде чужих женщин. Потому что у вас отличная биография и хорошая семья. И потому что... – он замолкает. Набирает полные легкие воздуха. И затем произносит: – Потому что мне нужно доказать в суде, что я могу дать дочери нормальную семью. А без жены это невозможно.

Глава 10

Глава 10

Варя

Мама встречает меня у порога. Судя по хмурому лицу, моя попытка изобразить всё-в-порядке провалилась с треском.

– Вареник, ты чего такая бледная? Случилось что?

– Нет, мам, ничего, – выдавливаю улыбку. – Просто устала. День тяжёлый.

– Этот твой начальник не обижает? Может, перерабатывать заставляет? Если что, отец быстро ему объяснит, как нужно обращаться с подчиненными.

– Нет-нет. – Представив, как расскажу отцу о свадьбе с Волковым, нервно сглатываю. – Олег Витальевич... Он нормальный.

– И все равно! Чувствует мое сердце – что-то не так с твоей работой.

Мама гладит меня по голове. И от этого простого жеста переносица вспыхивает огнем, а глаза наполняются влагой.

– Пойду, с папой поздороваюсь, – пока не разревелась на плече у мамы, я решаю сбежать.

– Давай! – кричит она в спину. – А потом ужин разогрей и спать. Выглядишь как выжатый лимон.

Мои родные упорно забывают, что их Варенику уже двадцать три. Но сегодня я не обижаюсь. Вместо вечного противостояния впервые за долгое время мне дико хочется забраться к кому-нибудь из них на колени и рассказать обо всех проблемах.

Первым делом – о Волкове, от которого меня штормит, как деревянную лодку в ураган. Потом – о его бывшей жене, которая одним своим появлением пустила под откос мою спокойную работу. И в конце – о девочке Маше. Красивой и интересной малышке, обожающей своего папу.

Воспоминания о Маше окончательно выбивают меня из колеи. Быстро поздоровавшись с папой, я иду в спальню. Падаю на кровать и прижимаю к груди декоративную плюшевую подушку.

Какое-то время лежу, не двигаясь.

Гляжу в стену.

Прокручиваю перед глазами беседу в кафе и вечер в доме Волкова.

А затем, включив на максимум рассудительную Варю, начинаю продумывать пути к отступлению. Решаю, как сказать Олегу Витальевичу нет, и как после этого смотреть в глаза маленькой Маше.

Наверное, полчаса насилую свои несчастные извилины. Но уже скоро все здравые мысли летят туда же, куда недавно улетели надежды на спокойную работу.

Мое затворничество не остается незамеченным. Вначале ко мне заглядывает мама. Интересуется, не заболела ли я. А еще через десять минут приходит папа.

В отличие от мамы на него не действуют никакие отговорки. Пропустив мимо ушей обещание поужинать, он садится на кровать рядом со мной. Шумно вздыхает. Точь-в-точь как Волков перед своим «заманчивым» предложением. И начинает:

– Я, конечно, слышал, что чужие дети быстро растут. Однако и представить не мог, что свои растут еще быстрее, – с непривычной деликатностью рассказывает отец.

– Рада, что ты заметил. – Принимаю вертикальное положение.

– Эх... я бы, может, и не заметил. Да только служба у меня такая...

Он не договаривает, но я и так понимаю.

– Тебе о чем-то донесли?

Сажусь так ровно, словно к спине привязали доску.

– Ну как, донесли... Так, шепнули, – отворачивается в сторону папа. – Коллеги видели тебя в баре. С мужчиной.

Он замолкает. Смотрит в окно, будто там написана инструкция, как правильно говорить с дочерью о таких вещах.

Испуганная, я тоже молчу. Суетливо придумываю оправдание и с ужасом жду продолжения.

– Целовались вы там, – наконец добавляет отец. – Активно.

От последнего слова меня бросает в жар. Представляю, в каких подробностях папе преподнесли наши обжимания с Волковым. Вероятно, одним «активно» там не обошлось. Не удивлюсь, если отец уже начал наводить справки и готовить боссу свой особый сюрприз.

– Я не против, Вареник. Ты взрослая. Имеешь право, – подняв ладони вверх, продолжает папа. – Только вот... Мне бы не хотелось, чтобы вышло как в прошлый раз.

Воздух в комнате становится тяжелым.

– Пап, это... – хочу сказать «другое». И ничего не выходит.

Два года мы не вспоминали мой третий курс и момент, когда меня перестали интересовать свидания с парнями.

Родные все это время терпеливо молчали. А я... я даже касаться этого не хотела. Скрывала, когда по ночам мучили кошмары. Сузила круг общения, из подруг оставила лишь Нину. И до встречи с Волковым твердо верила, что стала холодной и бесчувственной. Не девушкой, а так – дочкой, подругой и исполнительным работником.

Той, кого никогда не касались проблемы. Снегурочкой, которая всегда жила такой жизнью: не отрывалась на вечеринках с однокурсниками, не наряжалась, не строила из себя взрослую женщину и не ходила на свидание с красивым модным пятикурсником по имени Максим.

От этого воспоминания мне, как и два года назад, становится тошно. Я вновь чувствую во рту вкус апельсинового сока с чем-то химическим, горьким. Снова плыву в пьяном тумане. Ощущаю прикосновения влажных пальцев к обнаженной коже. Задыхаюсь от тряпичного кляпа. И тону в черной, как зрачки того парня, панике.

– Пап, – шепчу. – Спасибо тебе за то, что успел тогда. С... – глотаю имя парня, который чуть не изнасиловал меня на первом свидании. – С ним ты меня спас. Но сейчас... Все иначе.

– Иначе? – папа приглаживает редкие волосы на лысине. – В смысле?

– Он не такой. Олег не станет подсыпать мне в бокал всякую дрянь. Он серьезный человек.

– Олег, значит, – тянет отец. – И откуда ты знаешь, что он серьезный?

Я сжимаю в руках край подушки. Пытаюсь подобрать правильные слова... Получается плохо. Отец всегда видел меня насквозь – лгать бесполезно.

А правда...

Как сказать, что Олег – это мой босс? Что он не помнит ничего из того вечера в баре, относится ко мне как к нерадивой секретарше и при этом просит выйти за него замуж?

Так себе романтическая история. Настолько убогая и грустная, что становится жалко саму себя.

– Он работает со мной, – выдыхаю я, не зная, как продолжить.

– Коллега, значит? – щурится отец.

– Не совсем.

– То есть?

Набрав полную грудь воздуха, я добавляю:

– Он мой начальник.

– Начальник, говоришь... А сколько ему лет?

Глава 11

Глава 11

Олег

Валентина Васильевна, няня Маши встречает меня в коридоре. По ее виноватому лицу сразу понимаю – что-то случилось.

– Олег Витальевич, добрый вечер, – начинает она, теребя в руках край кофты. – Машенька сегодня... После обеда очень переживала.

– Что-то болит? – мгновенно напрягаюсь.

С зубами мы вроде бы разобрались: все, что должно было прорезаться – прорезалось. Аллергию на цитрусовые выявили. Защитный крем для ее нежной кожи подобрали.

– Нет-нет, со здоровьем все в порядке, – машет руками няня. – Просто мы гуляли на площадке, вернулись домой. Я разогрела обед, а Маша вдруг побежала в вашу спальню. Достала из шкафа фотографию... ту, где вы с бывшей супругой. И показывала на нее. Очень настойчиво.

Стискиваю зубы так сильно, что челюсть начинает ныть.

– Она могла увидеть Кристину? На площадке или возле дома?

– Не знаю. Я точно не видела, – удивленно тянет Валентина. – Может, ей что приснилось или показалось?

– Надеюсь, – сжимаю и разжимаю кулаки. – Спасибо, что сказали. Можете быть свободны.

Няня кивает. Не скрывая, что лишь этого и ждала, она быстро собирает свои вещи, обнимает Машу и уходит.

Как только остаемся одни, я сразу же переодеваюсь, умываю холодной водой лицо и иду к своей мышке в детскую.

Маша сидит на полу возле розового кукольного домика. Укладывает спать пластмассовых жильцов – аккуратно, бережно. Вместо колыбельной важно кивает, цокает губами и хмурится, как маленькая талантливая актриса.

– Привет, мышонок, – я присаживаюсь рядом на корточки. – Как дела?

Маша оборачивается ко мне и плавно опускает голову. Без улыбки. Без радости. Как незнакомцу.

– Бывало и лучше, да? – горько улыбаюсь.

Будто в курсе значения этой фразы, дочка вздыхает. Опять без слов, словно мы вернулись на прежнюю стадию, когда она молчала целыми днями, а из еды соглашалась лишь на макароны и сосиски.

– Мышка, – осторожно зову я. Возможно, не стоит спрашивать о Кристине, но хватит из нас и одного молчуна. Рано или поздно бывшая явится в эту квартиру, и лучше быть готовым. – Скажи, родная, ты скучаешь по маме?

Маша так резко застывает, что из детских ручек выпадает любимая кукла.

– С ней все в порядке. Вот, я уложил спать! – Пока дочка не заплакала, поднимаю любимицу с пола и укладываю на маленькую пластиковую кроватку.

Словно вся эта суета не имеет никакого значения, Маша не реагирует. Задумчивым взглядом смотрит мне в глаза, открывает рот... и тут же закрывает.

– Пойдешь на ручки? – протягиваю к ней ладони.

Долгую минуту моя малышка борется с собой. Я замечаю, как напрягаются ее маленькие плечи. Как дрожат ресницы. Но, в конце концов, мышка решается. Забыв о куклах, тянется ко мне. Обнимает за шею изо всех своих детских сил. И шепчет на ухо:

– Папа.

От этого слова у меня на душе открывается какой-то портал в чистилище. Хочется свернуть шею Кристине, из-за которой моя жизнерадостная болтливая крошка превратилась в молчунью. И одновременно хочется врезать по башке самому себе. За то, что не уберег Машу – разрешил Кристине забрать дочь после развода, поверил, что она способна стать нормальной матерью.

– Мышка, – глажу мое чудо по спине. – Хорошая моя. Самая замечательная девочка в мире. Если ты захочешь увидеть маму, если соскучишься, ты только шепни мне. Я обязательно что-нибудь придумаю. У тебя всегда будет все, что ты захочешь.

Маша молчит. Потом качает головой.

– Не знаю, – еле слышно произносит она.

И после паузы добавляет чуть громче:

– Хочу жить с тобой.

Сердце сжимается так, что больно дышать.

– Я тоже хочу этого, золотая. Даже не представляешь, как сильно. Я сделаю все на свете, чтобы моя девочка была только со мной, и никто больше не посмел тебя обидеть.

Я целую ее в макушку. Прижимаю к себе. И в этот момент понимаю: если Варя откажется, я решу вопрос по-другому.

Предложу ей деньги. Много денег. Столько, сколько она захочет за год фиктивного брака.

А если и это не сработает...

Соблазню.

Привяжу к себе так, что не захочет уходить.

Вряд ли это будет сложно. Я видел ее реакцию на прикосновение в кафе. Заметил, как она вздрогнула, когда я поправлял воротник. Сомневаюсь, что у этой хорошей девушки из правильной семьи хватит опыта и смелости, чтобы послать меня подальше.

Ради дочки не так уж сложно стать последним подонком.

Справлюсь!

В этой квартире обязательно появится правильная мачеха. Та, которая понравится любому суду. Та, против которой у Кристины не будет ни единого шанса.

***

Успокоившись и повеселев, Маша убегает в гостиную. Вероятно, за ее любимым печеньем.

А я так и сижу на полу.

Мысль о соблазнении Вари отзывается внутри подозрительно сладко. Слишком приятно представлять, как я буду снимать с нее эти дурацкие очки. Как распущу волосы. Как прижму к стене и поцелую так, чтобы забыла собственное имя.

Фантазировать о Варе оказывается на удивление просто. Гораздо проще, чем о недавней училке географии, Лике или Свете. Образы получаются удивительно яркими – как фрагменты из прошлого. А во рту пересыхает, как после дня без воды.

– Нужно разобраться со своим гребаным целибатом. И поскорее, – шепчу я в пустоту. – Крыша уже едет, – невесело хмыкаю.

И словно ответ свыше, в кармане вибрирует телефон.

На экране всего одно слово.

Ни «Добрый вечер, Олег Витальевич...», ни «Олег Витальевич, я решила...», ни даже «Я подумала над вашим предложением...»

А «да». Коротко, быстро, как прыжок. В омут. С головой.

Глава 12

Глава 12

Олег

В офис я приезжаю раньше обычного. Поднимаюсь на свой этаж, открываю кабинет и пытаюсь сосредоточиться на документах.

Как назло, ничего не получается.

Вместо цифр в акте вспоминаю вчерашнее тревожное молчание Маши и сообщение от Вари – «да», которое может изменить мою привычную жизнь на несколько месяцев, а то и на год.

Как там говорила Лена? Только молния не бьет два раза в одно место?

Накаркала!

Теперь у меня есть невеста. И совсем скоро будет жена. Второй, мать его, раз!

Звук шагов в приемной заставляет поднять голову. Я смотрю на часы – ровно восемь. Варя пунктуальна – пришла секунда в секунду.

Чтобы не испугать девчонку, я жду еще пару минут. Даю ей время повесить куртку, включить компьютер, устроиться за своим столом. А затем толкаю дверь кабинета.

– Здравствуй, Варя. Зайди ко мне, пожалуйста.

Она дергается. Неуклюже оборачивается, и я вижу, как бледнеет маленькое круглое лицо, а ладони прижимают к груди тяжелую кожаную папку – словно это щит, способный защитить от всего на свете.

– Доброе утро, Олег Витальевич, конечно, – тихо отвечает девчонка и, поправив очки, идет в кабинет.

Отойдя к окну, я внимательно наблюдаю за ее появлением.

– Закрой дверь на ключ. Не хочу никаких случайных посетителей.

– Сейчас... – Варя поворачивается. Пытается вставить ключ и каким-то невозможным образом умудряется его уронить. – Извините, Олег Витальевич. Минуту...

Наклоняется, чтобы поднять. Оттопыривает свою маленькую попку, прогибается в пояснице... Сладко. Очень сладко.

Умом понимаю, что девчонка и не думает меня соблазнять. У нее, вероятно, паника. Но штуковине за ширинкой пофиг.

Кровь водопадом приливает к головке, яйца поджимаются к паху, и становится больно. Как в тисках.

– Не торопись, – пока Варя не заметила мой конфуз, осторожно поправляю младшего и мысленно приказываю этому упырю опуститься.

– Зачем вы... – начинает она, но я перебиваю:

– Нам нужно поговорить. Наедине.

– А... Поняла. – Она останавливается посреди кабинета и замирает – как школьница, вызванная к директору.

Глянув на большое тяжелое директорское кресло, я беру гостевой стул и устраиваюсь напротив своей будущей невесты. Так, чтобы мы были на одном уровне, и она не чувствовала себя подчиненной, которой отдают приказы.

– Не стой. Садись, – киваю на второй стул.

Секунду помешкав, она садится. Кладет на колени папку с документами. Расправляет плечи и, как всегда, стоит нам остаться наедине – опускает взгляд в пол.

– С сегодняшнего дня мы пара, – начинаю с основного. – Для всех. Надеюсь, ты не передумала?

– Нет. Я понимаю, что мы пара. И... – быстро проводит языком по губам, – не передумала.

– Даже для коллег, – уточняю. – Здесь, в офисе, мы тоже будем вести себя соответственно. Никаких «Олег Витальевич». Никакого выканья.

– Так сразу это будет непросто, но я постараюсь, - несколько раз кивает.

– Постарайся! И еще кое-что... – Я осторожно снимаю с нее очки.

Будто вместе с очками лишилась и всей одежды, Варя вздрагивает. Смотрит на меня расфокусированным взглядом.

Становится такой беззащитной и растерянной, что руки сами тянутся пересадить это чудо на колени и попробовать как-нибудь успокоить. Желательно с пользой для ноющего младшего.

– Хочу, чтобы ты носила линзы, – голос начинает хрипеть. - Забудь об очках.

– У меня есть... с собой, – торопливо отвечает Варя. – Я обязательно поменяю.

Она тут же поднимается. Чуть не роняет папку. Но я останавливаю.

– Не спеши так.

Рассматриваю внимательнее. Как в первый раз!

Без очков девчонка выглядит иначе. Моложе. Мягче. Удивительно похожей на таинственную красотку из бара – маленькую ведьмочку, которая свела меня с ума одним поцелуем.

На миг даже кажется, что это и есть она – моя заноза. Однако стоит присмотреться внимательнее к прямой спине, напряженным плечам, плотно сжатым губам – и отпускает.

Та девчонка не сидела бы передо мной, как трусливая мышь. Не тряслась бы от каждого слова. Она была слишком горячей – без стоп-крана и комплексов. Девушка-вспышка. Настоящая зажигалка. С влажными губами, упругой попкой и тонким пряным ароматом.

– Еще избавься от этого хвоста. – Встряхиваю головой, чтобы избавиться от ненужных воспоминаний.

– Постричься? – округляет глаза Варя.

– Нет, ни в коем случае! – закашливаюсь. – Распусти волосы.

– Сейчас?

– Да. Давай.

Она медленно поднимает руки и стягивает резинку. Волосы волнами падают на плечи – длинные, золотисто-русые, чуть волнистые на концах.

– Может, уложишь их как-нибудь? – Залипаю взглядом на этом золоте.

– Набок или лучше прямо? – растерянно моргает.

Вместо ответа я сам наклоняюсь. Перекидываю густую прядь ей на левое плечо. Провожу пальцами по волосам – чистый шелк, мягкий и теплый.

К собственному стыду понимаю, что не трогал ничего подобного, и от первого прикосновения готов стать долбаным фетишистом! Начать кайфовать от женских волос, мечтать перебирать их, наматывать на руку, тянуть...

Несмотря на всю серьезность ситуации, мысли опять сворачивают не в ту степь.

– Вам не нравится? – Варя вновь трактует мои действия неправильно.

– Наоборот. – Усмехаюсь с самого себя. – Без очков и с распущенными волосами ты, оказывается, красивая.

– Спасибо... – бледные щеки покрываются румянцем. – Вы мне льстите.

– И не собирался. – Чтобы завершить образ своей невесты, расстегиваю верхнюю пуговицу на ее блузке. – Боишься меня? – спрашиваю, не убирая руки.

– Мне немного неловко, – еле слышно признается Варя.

– Нам придется играть очень близких людей, – напоминаю. – Знаешь, что это значит?

– Но ведь нам не придется... – начинает она и замолкает. Заливается краской еще гуще. Краснеет до корней волос.

– Наша задача – доказать в суде, что ты настоящая невеста и у нас семья, – беру ее за подбородок и приподнимаю голову. – Все остальное... по желанию.

Глава 13

Глава 13

Варвара

Отец встречает Волкова на пороге нашей маленькой квартирки.

В честь такого события папа в парадной форме. С прямой спиной, которую еще вчера лечил от радикулита. Со всеми регалиями, словно сейчас не обычный семейный ужин, а военный смотр.

– Добрый вечер, я... – начинает Олег, протягивая руку.

– В курсе, – обрывает глава семейства и, сверившись с каким-то блокнотом в руке, четко выдает: – Волков Олег Витальевич. Тысяча девятьсот девяносто четвертого года рождения. Место регистрации: Санкт-Петербург, Приморский район, улица Савушкина, дом двадцать три, квартира семь.

Застыв с протянутой рукой, Олег вопросительно косится то на меня, то на маму.

Если бы я хоть догадывалась, что папа так основательно подготовится, как-то предупредила бы. Возможно, мы бы даже сменили тактику. Однако сейчас поздно.

– Ну, в целом, так, – в конце концов, кивает Волков.

– В целом... – Отец смотрит на его ладонь с подозрением. Как на поддельный документ, с помощью которого злоумышленник пытается пройти родной КПП. Потом откровенно нехотя протягивает свою. Уверенно жмет и уже без блокнота, по памяти, неторопливо продолжает: – Не привлекался. Вредных привычек не значится. Лейтенант запаса. Категория годности – А-один. Кровь – вторая положительная.

Словно решили сыграть в перетягивание каната, мужчины все никак не разъединят руки.

Я вижу, как бугрятся вены на запястьях и белеют костяшки. Как Олег чуть прищуривается, а на щеках отца проступают желваки... Но никто не сдается.

– Паша, ты как человека встречаешь?! – из глубины квартиры доносится возмущенный голос мамы. – Это коридор, а не твои казармы! Проходите, пожалуйста, Олег Витальевич! Будьте как дома.

Зло выдохнув, папа отпускает руку босса и ворчливо дополняет маму:

– Только не забывайте, что в гостях.

Будто ничего не произошло, Волков поворачивается к маме. Вручает дорогущий букет алых роз и бутылку шампанского.

– А вы, наверное, мама Вареньки? Это для вас.

От улыбки, которой он одаривает маму, мне становится неуютно.

Слишком искренне это выглядит. Слишком тепло. Похоже, мой начальник так вжился в роль, что забыл, кто я ему на самом деле, и зачем вообще все это шоу.

– Ой, какая красота! – мама принимает цветы и ахает, разглядывая этикетку на бутылке. – Французское? Настоящее? Я сейчас открою!

– Рано! – встревает Мышкин старший, перегораживая ей дорогу на кухню. – Пока повода нет. Мы еще не поговорили.

– Вы… серьезно подготовились, – Олег оттягивает узел галстука.

– Конечно. У меня один ребёнок, и это не ты.

– Папа, хватит!

Я хочу провалиться сквозь землю. А еще лучше – телепортироваться на Марс. Подальше от Волкова с его «Варенькой» и от папы с его «горячим» приветствием.

– Что папа? – разворачивается он ко мне. – Папа, между прочим, волнуется. Имею право.

– Если что, я не против, – Олег достает из-за внутреннего кармана пальто еще одну бутылку. На этот раз водки. И отдает отцу. – У меня тоже есть дочь, и лет через двадцать, вероятно, предстоит побывать в шкуре твоего папы.

– Вот! – Отец меняется в лице. Веселеет, расслабляется. – Понимает! За это хвалю.

Перехватив бутылку в левую руку, правую он кладет на плечо Волкова и сам ведет его к столу.

***

За столом мама устраивает настоящий пир. Три вида салатов, запеченная курица, фирменные котлеты с сыром, картофель по-деревенски, колбасы и соленые огурчики, которые папа летом лично закатывал на даче.

Как жених со стажем, Олег галантно хвалит каждое блюдо. Не отказывается от добавки. А на огурцах разливается хвалебными одами, будто это пища богов.

Не представляю, что это за боги, но лесть действует безотказно. Отец откладывает свой блокнот. А мама смотрит на Олега с таким восторгом, словно мы уже в ЗАГСе. Я в белом, а Волков – с розой в петлице и с кольцами на бархатной подушечке.

– Вы такая красивая пара, – умиляется мама, подкладывая Олегу очередную порцию пюре.

– Спасибо! – этот гад даже не краснеет.

– А где вы познакомились с нашим Вареником?

– Мама, не надо про Вареника, – стону я, прижимая ладони к горящим щекам.

– Мне нравится! – Олег ухмыляется. – Очень мило. Тоже буду тебя так называть.

– Только попробуй! – показываю кулак этому наглецу и, к своему удивлению, чувствую, как внутренний уровень тревоги опускается до нуля.

– Так, где ты встретил наше сокровище? – с важным видом подключается папа.

– В кафе, – синхронно, как дуэт после месяца репетиций, отвечаем мы с Олегом.

Мама довольно кивает. В противовес ей – второй мой родитель грозно хмурит брови.

– Оно напротив бизнес-центра, где находится офис, – торопливо уточняю я. – Я как раз приехала на первое собеседование. Три месяца назад.

– Точно! Ты ж тот самый рабовладелец, из-за которого моей девочке пришлось пройти аж три собеседования! – папа наклоняется вперед.

– Это наша стандартная процедура, – спокойно отвечает Олег. – К тому же Варвара в тот день не сказала, зачем приехала.

Я судорожно хватаю стакан с водой.

Это самая сложная часть нашей «любовной истории». Мы заранее согласовали каждую деталь – готовились, как к перекрестному допросу в следственном отделе. И все равно... с чутьем отца – стоит ему копнуть поглубже, наша легенда посыплется как карточный домик.

___
Хорошие мои, ближайшие две неделю проды будут через день. Потом снова вернемся к моему стандартному графику. Кто со мной давно - знают, что я не тяну сроки.

13.2

К моему огромному облегчению, отец не допытывается о нашем знакомстве. Словно решил сменить стратегию, он разливает по стопкам водку – себе и Олегу. До краев. И с хитрым прищуром задает новый вопрос:

– Я так понимаю, мужик ты опытный. Так сказать, с пробегом. И вот интересно, чем тебе так понравилась моя дочка?

Олег снова смотрит на меня. Долго. Сканирующее. Так, будто я не Варвара Мышкина, а уникальный музейный экспонат, который надо описать для каталога.

– Искренностью, – наконец говорит он. – Варвара настоящая. Не играет и не притворяется. Рядом с ней я чувствую себя… спокойно.

От этих слов мама тут же всхлипывает. Одну ладонь прижимает к груди, а второй смахивает с ресниц блестящую каплю.

– Ну, это да-а, – гордо тянет папа. – Наш Вареник врать не обучен. Честная и правильная. А что по поводу твоей прежней жены? Почему вы разбежались?

– Паша, как можно?! – возмущается мама, но Олег только поднимает ладонь.

– Всё нормально. У меня нет никаких секретов.

Он откладывает вилку, вытирает губы салфеткой и спокойно, без драмы, начинает:

– Моя бывшая жена, Кристина, хотела другой жизни. Праздников, поездок и внимания. А я много работал. Возможно, слишком много. По-хорошему нам уже тогда стоило развестись и не дурить друг другу головы. Но мы дотянули до рождения дочки. Материнство стало последней каплей в терпении Кристины. Она окончательно поняла, что ошиблась с выбором мужа и вообще – с образом жизни.

– Это как? – отец наливает еще по одной.

– Ушла.

– То есть бросила ребёнка? – мама чуть не роняет вилку.

– Да. Год назад уехала с другим мужчиной. Оставила Машу мне.

– Вот так просто? Бросила насовсем родную дочь? – все еще не может поверить мама.

– Да. Насовсем.

О том, что теперь Кристина вернулась и планирует забрать дочь через суд, Олег тактично умалчивает. В этом я с ним согласна. Если родители узнают о суде, папа обязательно начнет подозревать неладное, а с его полковничьими связями наша афера может быстро накрыться медным тазом.

– Вот же... кукушка! – с короткой паузой резюмирует папа и, не дожидаясь Олега, залпом выпивает свои сто грамм.

– Паша! – одергивает мама.

– Что Паша? Как сказал, так и есть! Ты сам, Олег, как считаешь?

Пока папа переключается на Волкова, и оба принимаются обсуждать тяготы воспитания девочек, мама наклоняется ко мне и шепчет:

– Хороший он мужчина. Серьезный. И смотрит на тебя…

– Как? – давлюсь салатным листом.

– Влюблено. Как твой отец на меня смотрел в начале нашего знакомства.

Я открываю рот. Закрываю. И всё ещё пытаюсь понять, где мама увидела влюбленность. Однако время на размышления мгновенно заканчивается.

Разлив по третьей стопке, отец внезапно поднимается. Жестом командует Волкову выпить и кивает на дверь спальни.

– Олег Витальевич, пройдёмте, – перейдя на «вы», чеканит он. – Поговорим. По-мужски.

Моя фантазия тут же рисует жуткие сценарии, вплоть до могилы на даче.

– А, может, не надо? – робко уточняю.

Но папа непоколебим.

– Надо, – отрезает он и первым марширует на переговоры.

***

Щелчок замка звучит как приговор.

– Не переживай, – мама поглаживает меня по руке. – Разберутся во всем. Может, и шампанское потом откроем...

Она с улыбкой смотрит на холодильник, где второй час лежит французский презент от Волкова. Но я уже не слушаю.

Все мои мысли лишь о разговоре мужчин. Весь слух направлен на то, чтобы подслушать хоть что-нибудь. И с каждым ударом сердца становится все тревожнее.

Чтобы отвлечь меня, мама предлагает убрать со стола. Затем просит помыть тарелки, достать из духовки грушевый пирог и вскипятить чайник.

Не знаю, как ей, но мне это не помогает.

Каждую минуту я в панике оглядываюсь на часы. Считаю секунды. А когда становится совсем плохо, достаю из холодильника НЗ – пузырек с корвалолом, которым мама регулярно спасает папу после смотров или встреч с генералами.

Не раздумывая, я наливаю себе стакан воды. Откручиваю крышку пузырька... Так, с ним в руках, и встречаю мужчин: довольного папу и задумчивого Олега.

– Отставить, дочка. Медицинские процедуры отменяются. – Папа сам забирает у меня корвалол и убирает его в холодильник.

– Всё хорошо? – шепотом спрашиваю я у Олега.

– Более чем, – коротко отвечает он.

– Папа не против... – хочу сказать «отношений», но мама оказывается быстрее.

– Открываем шампанское? – восторженно уточнят она.

И папа великодушно командует:

– Можно!

***

После ужина я провожаю Волкова до его машины, где за рулем уже ждет водитель. От бокала шампанского у меня слегка кружится голова, а от волнения – путаются мысли.

Лишь на стоянке удается собраться с мыслями и спросить о главном:

– Олег Витальевич... Кхм, Олег, что папа тебе сказал?

– Это касается только нас. Не тебя, – он вновь отмалчивается.

– Но...

– Варя, все нормально. Твой отец – хороший человек, и мы с ним поняли друг друга. Это главное.

– И как теперь дальше?.. – я совсем теряюсь.

Эти мужчины с их таинственностью будто доконать меня решили. Ни стыда у них, ни совести!

– Кстати... Завтра переезжаешь ко мне. Собери вещи. Заеду вечером после работы, – сообщает Волков, усаживаясь на заднее сиденье.

– Что?!

– Мы будем жить вместе.

Он машет рукой водителю. Проверяет что-то в карманах. Все спокойно, буднично, словно каждый день договаривается о сожительстве с девушками.

– Я не уверена, что готова, – отступаю к обочине и чуть не падаю, когда нога попадает в выбоину.

– Ва-ря!

Волков ловит меня буквально за миллисекунду до падения. Как пушинку переносит на сухой участок асфальта под фонарем. Деликатно поправляет на мне куртку. И уже совсем другим голосом – надтреснутым, глухим – произносит:

– Ты справишься.

Он, не моргая, смотрит на мои губы. Тяжело. Жарко. Так что кожу начинает саднить. И безумно хочется погасить этот жар.

Глава 14

Глава 14

Варя

После знакомства с родителями прежняя спокойная жизнь летит под откос.

Первое, что меня подкашивает – реакция коллег.

Словно всем коллективом держали свечки, в каждом кабинете говорят лишь о новом романе директора.

Обо мне шушукаются. В мою сторону удивленно косятся. Никто больше не спешит пригласить в кафе, не задерживается у стойки, чтобы посплетничать. И даже охранник на вахте вместо привычного «Варечка» называет меня теперь строго «Варвара Павловна».

Второе – сам Волков.

Мой суровый босс больше не орет на меня и не дергает в кабинет ради эспрессо, документов или проклятого графина с водой. Первую половину дня Олег будто забывает, что у него есть секретарша. Переходит на самообслуживание. А вторую проводит на встречах, которых нет в его рабочем графике.

Преданная коллегами и брошенная собственным начальником, я ума не приложу, что делать. Заданий нет. Звонков – единицы. Из посетителей – лишь почтальон и парочка курьеров.

Спасаясь от тревоги, я безжалостно точу карандаши и маниакально переставляю по цветам папки. А за час до конца рабочего дня решаю составить описи входящих и исходящих документов за позапрошлый год.

Синдром Золушки не отпускает меня даже дома.

Чтобы не думать о том, как буду жить у Волкова, я загружаю себя десятком разных дел. Собрав чемодан, вытираю пыль во всей квартире. Драю полы. С особой одержимостью утюжу постельное белье и банные полотенца.

До восьми вечера кручусь как белка в колесе.

Без мыслей.

Без страхов.

Без планов.

Но ровно в восемь звонок в дверь ставит крест на всех попытках отвлечься.

– Ну что, готова? – поздоровавшись с родителями, уточняет Волков.

– А нельзя в другой... – начинаю я и тут же исправляюсь. – Конечно. Сейчас принесу вещи.

После этого я окончательно выпадаю из реальности. О дороге в дом Олега помню лишь обрывки: мой одинокий чемодан в просторном багажнике, сильные мужские руки, застегивающие на мне ремень безопасности, какие-то разговоры.

О чем именно – в памяти нет ни одного ответа, словно в машине вместо меня сидел кто-то другой.

***

В квартиру Олега вхожу, не дыша.

Вроде бы все знакомое – тот же коридор, те же двери, то же зеркало. «Я здесь уже была, когда сидела с Машей», – стараюсь успокоиться. Но нервной системе пофиг на логику и воспоминания.

Внутри будто кто-то командует: «А сейчас мы будем трястись!», и я послушно начинаю. С трудом переставляя ноги, дохожу до гостиной. Сжимая ручку чемодана, опускаюсь на диван. Испуганно жду.

– Маша спит, – поясняет Волков. – Я сейчас отпущу няню, а ты пока можешь идти в комнату и разложить вещи.

– Да, конечно.

Встаю так резко, что ударяюсь коленом о деревянный подлокотник.

– Травмироваться, Варя, нежелательно, – Олег берет меня за руку и, как маленькую, ведет по коридору за собой. – Засосы я еще смогу объяснить твоему отцу. А вот с синяками будут проблемы.

С этими словами он распахивает дверь и подталкивает меня внутрь.

– Я... – окидываю взглядом комнату. Спальню! Мужскую! – Я могу поспать на диванчике.

– Если няня узнает, что ты спишь в гостиной, у нас могут возникнуть проблемы, – Олег перегораживает дверной проем. Не дает мне выйти.

– Я буду убирать за собой до ее прихода.

– От всех улик не избавишься. Рано или поздно она раскусит.

– Но ведь она работает на тебя... – кусаю губу.

До этого момента я и не задумывалась, что придется играть невесту босса еще и вне работы.

– Кристина сделает все, чтобы вытянуть Валентину в суд. А лгать под присягой няня не станет.

– Ясно, сплю здесь, – я слегка пошатываюсь от этой новости.

Мозг тут же рисует картинки: обнаженный Волков обнимает меня за талию, прижимает к своей широкой груди, целует в шею...

– А вы? – одергиваю себя.

– Я работаю допоздна. – Прикрыв за нами дверь, Олег неспешно снимает пиджак. Лениво расстегивает верхнюю пуговицу рубашки. Вытаскивает из брюк ремень. – Иногда засыпаю в гостиной. Иногда в кресле рядом с кроваткой Маши. И не чаще раза в неделю на собственной кровати.

Я чувствую облегчение. Но оно какое-то странное. С привкусом горечи.

– Тогда... – отворачиваюсь, чтобы не смотреть, как он переодевается. – Я прямо сейчас могу принять душ и лечь спать?

– Не спеши, – раздается за спиной. Совсем близко. – Утром не нужно в офис.

– У нас... командировка? – с трудом выговариваю это длинное слово.

Кто вообще его придумал? Язык можно сломать!

– У тебя будет кое-что другое. Об этом я расскажу завтра, – совсем тихо произносит Олег.

И делает то, от чего у меня перехватывает дыхание, а сердце со всей силы ударяется о грудную клетку.

Глава 15

Глава 15

Олег

Вдыхаю аромат своего Вареника и улетаю.

Вкусная. Сладкая. Она как припрятанная родителями на Новый год коробка с любимыми конфетами. С ними... Знаешь, где лежат. Понимаешь, что есть нельзя. И это сводит с ума. Выматывает потихонечку. Подтачивает нервы.

Хочется послать на фиг грозного полкана с его угрозами, забить на собственные планы и... откусить кусочек этого лакомства.

– Не нужно отворачиваться, – поворачиваю это чудо лицом к зеркалу и становлюсь за ее спиной. – Стесняешься меня?

– Нет... Просто. Это ваша комната. А я...

– Я ничего тебе не сделаю. Не бойся.

Тяну девчонку к своей груди, так чтобы мы оба могли смотреть в зеркало.

– Простите... Я могу подождать за дверью, пока вы переодеваетесь.

Она дрожит. Совсем как в машине и на диване. Боится, словно я не босс, а Синяя борода. Уволоку ее сейчас в свой замок, спрячу от всех и начну совершать страшное.

В дороге это было смешно. А теперь заводит. Чистенькая как ангел, отзывчивая как оголенный провод, папина дочка.

Худший вариант для короткой связи или разового перепиха. И при этом нам как-то придется жить под одной крышей, изображать любовников и пытаться убедить в своих чувствах такую прожженную суку, как Кристина.

– Варя, мне показалось, мы вчера договорились, никаких больше вы. – Не позволяя дернуться, я скольжу ладонями по узким плечам. Спускаюсь по впалому животу. Глажу бока. Мягко, целомудренно, будто пыль с этого сокровища стираю. – Нам нужно как-то перебороть эту твою привычку.

– Я буду очень стараться! – бойко выдает Варя и пытается повернуться ко мне лицом.

– Тише. Нельзя будить Машу! – шепчу на ухо.

– Я постараюсь, – повторяет она одними губами. – Я буду очень-очень стараться.

– Стараний мало, – цокаю языком.

– Обещаю, – не сдается.

– Вчера уже обещала. Не помогло, – качаю головой. – Придется научить тебя.

Словно я пообещал что-то жуткое, Варя замирает. Кажется, даже не дышит.

Самое время оставить девчонку в покое и свалить к дочке. Валентина там, наверное, уже секунды считает до конца работы. Пора отпускать ее. Вот только как отпустить это чудо?

– Лучший учитель – это опыт. Слышала?

Зарываюсь пальцами в волосы и легонько тяну назад. Вынуждаю положить голову мне на плечо.

– Вы... ты обещал, что у нас без «остального», – тяжело сглатывая, произносит Варя.

– С остальным ты бы здесь не стояла. Мы бы в принципе не тратили время на вертикальное положение. – Чуть отодвигаюсь от нее, чтобы не испугать реакцией в штанах. – Потому давай учиться. Повторяй за мной! Ты.

– Ты, – робко выдыхает.

– Я твоя, – продолжаю свой сеанс мазохизма.

– Это тоже повторять? – моргает.

– Обязательно, – киваю. – Каждое слово!

– Я, – вздрагивает, – твоя.

– Ты мой.

– Ты мой, – в этот раз у Вари получается лучше. Без запинки.

– Мне нравится тебя целовать, – диктую шепотом.

– Но это признание... Разве нам нужно?

– Еще как! Скажи.

– Я худшая актриса на свете. – Варя снова кусает свою пухлую нижнюю губу, и все же ломает себя, произносит: – Мне нравится целовать тебя.

– Очень неплохо прозвучало.

За ширинкой настоящий Апокалипсис. Стояк настолько болезненный и твердый, что приходится сдвинуться еще на несколько сантиметров назад.

– На этом... урок закончен? – с надеждой смотрит моя румяная невеста.

– Осталось одно. Только в этот раз давай без вопросов. Просто повтори. Как отличница, дословно.

– Хорошо.

В зеленых глазах паника, но Варя держится. Больше не пытается обернуться. Не пробует сбежать. Послушная и сладкая.

Ничего общего с училкой или моей бывшей! Со Светой и Ликой – тоже. Никаких охотничьих замашек или игры. Все мысли и эмоции – как на ладони.

– Я, – начинаю осторожно.

– Я...

– С ума.

– С ума...

– От тебя.

– От тебя...

– Схожу! – завершаю я и тут же командую: – Теперь давай ты всю фразу целиком.

Говорю это, и сам не верю, что Варя сможет исполнить такой приказ. Слишком личным получилось признание. Не для плохой актрисы.

Однако скромная папина дочка преподносит сюрприз.

Вскинув подбородок, она открывает рот... и говорит:

– Я с ума от тебя схожу. Ты мой, я твоя. И мне очень нравится тебя целовать.

Повторяет слово в слово все, что учили. Да ещё так четко, будто мы уже целовались, трогали друг друга, и оба слетали с катушек от желания.

– Теперь закончили. – Отпускаю ее. – Думаю, на этом с выканьем покончено.

Стараясь не взвыть от боли в паху, я забиваю на переодевание. Хватаю с кровати грязную рубашку. Забрасываю в шкаф ремень. И не глядя на Варю, убираюсь к чертовой матери из спальни.

– Комната твоя. Я посплю на диване. Если что-то понадобится, спрашивай, – говорю ей уже из коридора.

А затем валю!

Бегу как на пожар! Но не в детскую, а на кухню. К крану с холодной водой. К холодильнику со льдом. Туда, где не будет смелой девчонки, переигравшей меня моим же оружием.

Глава 16

Глава 16

Олег

Утро начинается с того, что я сижу в пустом кабинете и свыкаюсь с невеселой истиной: кофе мне никто не принесет, расписание никто не напомнит, а ещё придется искать какую-нибудь бухгалтершу, которая сможет принимать звонки и встречать посетителей.

Обратная сторона медали под названием «Служебный роман».

Здорово – нет!

Геморройно – да!

Но выхода не существует. Я сам отправил Варю по магазинам. Причем не одну, а с тем, кому в некоторых вопросах доверяю, как себе – с сестрой.

Лена ворвалась к нам в квартиру в девять утра. Окинула мою невесту взглядом, как генерал перед царским смотром войск, и вынесла вердикт:

– Братик, а ты умеешь удивлять! О таком варианте я даже не думала.

– Варя, знакомься, это моя сестра. Лена или Мэрилин, как она с недавних пор пишет у себя на визитках, – впихивая в капризную мышку овсяную кашу, познакомил я дам. – Именно Лена отвечает за пиар нашего мероприятия.

– Приятно познакомиться, – будто перед ней сама Монро, Варя густо покраснела и принялась стыдливо расправлять на белой блузке несуществующую складку.

– А уж мне как приятно!

Сестра ещё внимательнее изучила девчонку. Потрогала волосы, заглянула в глаза, а после взялась за меня.

– Я надеюсь, ты уже пополнил счёт?

– Как договаривались.

– Нам нужны платья, туфли и прочие женские штучки.

– Ни в чем себе не отказывай. Мои финансы в вашем распоряжении.

– Олежек, а ты вообще сам как? – внезапно сменила тему Лена. – Не приболел?

– Не дождешься.

– Хм… У тебя такое лицо, будто всю ночь раскаленный утюг к груди прикладывал, – она многозначительно покосилась на Варю и сощурилась, совсем как мой начбез на переговорах с конкурентами.

– Не заставляй меня отказываться от нашей сделки, – остудил я эту любопытную, пока она не наговорила лишнего. – Не будет ни денег, ни рекламы твоего агентства.

– Поняла-поняла. Болезнь у тебя экзотическая. Диагностике не поддаётся. А лечить себе дороже.

Тема денег, как обычно, сработала безотказно. Сестра мигом прекратила допрос. Пару минут посюсюкалась с Машей, умудрилась скормить ей тарелку проклятой каши. А затем прихватила на буксир Варю и ушла из квартиры, оставив нас с дочкой наедине.

***

Сейчас Маша с няней, я в офисе. Без секретарши и без утренней дозы кофеина. Теоретически ничего фатального. Но на практике извилины отказываются переваривать информацию, а от зевания сводит челюсть.

Поняв, что не смогу работать без кофе, я отрываю зад от кресла и иду на кухню варить эспрессо.

С умным видом жму на одну кнопку кофеварки. На другую… и чудом успеваю увернуться от плевка этой шайтан-машины.

– Проблемы с техникой? – из-за спины доносится насмешливый голос.

Нехотя оборачиваюсь. На пороге – мой юрист. В костюме, с портфелем и с традиционно мятой рожей.

– Проблемы с отсутствием секретарши, – огрызаюсь.

– А-а-а, – протягивает Вадим, проходя за мной в кабинет. – Началось? Невеста въехала?

– Въехала.

– И на работу ей теперь не надо, – вздыхает завистливо.

– С сестрой отправил по магазинам. – Ставлю пустую чашку подальше от себя. – Можешь звонить адвокату, пусть начинает готовиться к суду.

– Уже готовится, – заверяет Вадим, открывая портфель. – Вчера с ним бутылку виски “приготовили”. Заодно обсудили стратегию, тактику и документы.

– Какие именно? – подпирают кулаком тяжёлую черепушку.

– Нужны справки о доходах, характеристики от соседей, медицинские карты: твоя и Маши. Всё, что подтвердит образ идеального, психически и физически здорового отца.

– Понял. Озадачу безопасников.

– И фото с невестой. Побольше. Чтобы видно было, как живете вместе. Что счастливы и довольны.

– Сделаем, – это обещаю уже без энтузиазма.

– От Кристины вестей нет?

– Тихо пока.

– Плохо, – хмурится Вадим. – Тишина перед бурей. Жди звонка в ближайшие дни. Захочет встретиться, поговорить, надавить. Стандартная тактика.

– Пусть давит. У меня иммунитет на эти бабские...

Не успеваю договорить – на столе вибрирует телефон. Смотрю на экран – сообщение от Лены.

Две строчки: «Где ты ее нашел? Я думала, таких больше не делают».

Усмехнувшись пишу в ответ: «У полкана одного забрал».

«Брат, ты вообще понимаешь, во что вляпался?» – приходит через несколько секунд с фотографией.

На фото Варя. В каком-то магазине или мажорном бутике. На девчонке платье с разрезом до середины бедра. Зеленом, под цвет глаз. Волосы распущены, очков нет. А взгляд… Она смотрит в зеркало так, словно не верит, что это она.

Нужно заблокировать телефон. Но не могу. Залипаю на экран.

Нет, это не красиво. И точно не блядски! Это что-то другое! Как из детской сказки – одной из тех, что так любит Маша.

О серой мышке, которую отмыли, причесали, нарядили, и затем она в три прихлопа свалила в любовной горячке здорового опытного мужика.

– Что там? – Вадим наклоняется вперед, пытаясь подсмотреть.

– Ничего. – Переворачиваю мобильный.

– Ага. Ничего, – смеется юрист. – По лицу вижу. Это она? Наша Варвара?

– Ты про адвоката начал рассказывать, – рявкаю Вадиму. Сам не знаю, что на меня находит. – Продолжай!

– Ну, во-первых, – юрист откидывается на спинку кресла, – невеста должна выглядеть убедительно. Не как секретарша, с которой ты спишь, а как настоящая будущая жена и мать для Маши.

– Лена этим уже занимается.

– Отлично. Во-вторых, нужно какое-то время появляться вместе на людях. Рестораны, мероприятия, фото в соцсетях.

Киваю.

– И в-третьих, – Вадим делает паузу, – Маша должна принять Варю. Решать ей пока никто не даст. Мала ещё, но все свидетели и доказательства однозначно должны быть в пользу Вари. И...

– Маша ее уже приняла, – перебиваю. – С первого раза.

– Серьезно?

Глава 17

Глава 17

Варя

Голова идет кругом.

Всего сутки назад я работала обычной секретаршей, боялась поднять глаза на босса. А сейчас... сейчас я стою в примерочной дорогущего бутика и пытаюсь надеть на себя кружевные трусики, которые стоят как весь мой гардероб.

– Варя, ты там умерла? – раздается за шторкой голос Лены.

– Живая, – выдавливаю я, разглядывая свое отражение в зеркале.

Красная сеточка едва прикрывает то, что должна прикрывать. Кружево впивается в бедра. А сзади... сзади вообще непонятно что. Ниточка, которая теряется между ягодицами.

– Выходи! Покажи! – командует сестра Олега.

– Не выйду!

– Варя!

– Это точно лишнее! – кричу сквозь шторку. – Хватит того, что мы уже купили. Платья, костюмы, туфли... Зачем мне еще и это?

Шторка с треском отдергивается. Моя мучительница врывается в примерочную и, взглянув на голый зад придирчивым взглядом, довольно цокает.

– Дорогая моя, запомни! Белье для женщины – это основа основ! Невидимая броня. Доспех, который носишь под одеждой.

– Какой еще доспех? – шепчу я, пытаясь прикрыть руками самые откровенные места.

– Женский, – Лена обходит меня по кругу и, как кошка, жмурится. – Ты думаешь, почему успешные женщины носят дорогое белье? Потому что кто-то его видит?

– Ну... да?

– Нет! – смеется она. – Потому что в красивом белье ты сама себя чувствуешь по-другому. Увереннее. Дороже. Женственнее. Словно у ворот припаркован Бентли, а на счету лежат несколько миллиардов.

Я недоверчиво кошусь на свое отражение.

– Я не чувствую себя увереннее. Скорее... голой.

– Потому что ты еще не привыкла, – терпеливо объясняет Лена. – Сейчас тебе кажется, что это просто кружева и сеточка. Но когда наденешь утром, застегнешь сверху строгую блузку, натянешь юбку... ты будешь знать, что под всем этим – не бабушкины трусы из хлопка, а настоящее оружие. Красное. Кружевное. Твое.

– Но никто же не увидит...

– Ты увидишь, – перебивает Лена. – Когда будешь одеваться. И это изменит все. Походку, осанку, взгляд. Ты будешь двигаться по-другому. Говорить по-другому. Станешь вести себя иначе. Как любимая женщина моего дорогого братца.

Я снова смотрю на отражение. Пытаюсь увидеть то, о чем говорит Лена.

– Походку изменит точно. – Снова пытаюсь оттянуть из нежной ложбинки полупопий проклятую нитку и… получаю по руке.

– Привыкай! Вся проблема не там, а здесь! - сестра босса показывает на свой висок.

Я медленно выдыхаю. Наверное, это тот самый случай, когда проще сдаться, чем воевать.

– Хорошо. Попробую.

– Вот и молодец, – довольно улыбается Лена. – А теперь снимай. Берем три комплекта. Красный, черный и бежевый.

– Три?! – челюсть падает вниз.

– На неделю хватит, – невозмутимо отвечает она и выходит из примерочной, не оставляя мне шанса возразить.

***

После шопинга чувствую себя выжатым лимоном. Ноги гудят. В ушах, как на повторе, сплошные “Берем”, “Другой размер” и “Сюда тоже зайдём”. А в глазах так рябит, что не различаю дороги.

Памятником сижу на пассажирском сиденье, прижимаю к груди пакеты с покупками и пытаюсь не думать о том, как буду все это показывать Олегу.

– Олежек может быть спокоен, – словно прочла мои мысли, говорит Лена.

– Учитывая, сколько мы потратили… – общую сумму даже представлять страшно. Я за год столько не заработаю.

– Это, дорогая моя, не траты, а вложения! Инвестиции в счастливую жизнь без Кристины.

– Дорого она ему обходится, - передёргиваю плечами.

– За глупости нужно платить. А мой любимый братец капитально сглупил, когда решил жениться на этой стерве.

– Вдруг это была любовь?

– О да! - моя собеседница громко смеётся. – Любовь к сексу и длинным ногам.

– Неужели между ними не было ничего светлого? – умом понимаю, что не стоит лезть в это дело. Но интерес сильнее.

– Кристина не способна на светлое. Она из той породы, что умеют любить лишь себя. А мой брат… Олег редкостный мудак и засранец. Упрямый как бык. Временами заносчивый и грубый. Но при этом он лучший из всех мужчин, которых я знаю.

– Звучит как комплимент, – не могу сдержать улыбку.

– Они Олегу не нужны. Когда отец умер и компания начала разваливаться, именно брат вытащил ее из убытков. Работал по восемнадцать часов в сутки. Не уволил ни одного человека, хотя акционеры требовали сократить штат наполовину. Сохранил все рабочие места, все зарплаты. И при этом умудрился увеличить прибыль.

– А ещё он хороший отец, – вырывается само.

– Очень хороший, – кивает Лена. – Знаешь, многие мужики после развода платят алименты и забывают о детях. А Олег взял всю заботу на себя. С самого рождения! Кормил Машу из бутылочки, менял подгузники, не спал ночами, когда были колики. Возил по врачам, нашел толковую няню и сам обустроил детскую. Кроватку два дня собирал.

– А Кристина? – осторожно спрашиваю.

Лена мрачнеет.

– Кристина... она изначально не хотела ребенка. Забеременела случайно. Олег уговорил ее родить, обещал, что возьмет все на себя. Так и вышло. Кристина родила, пару месяцев кормила грудью, а потом устранилась. Няня, бутылочки, подгузники – это все Олег.

– Тогда… Почему он не развелся раньше?

– Надеялся, что все изменится, – пожимает плечами Лена. – Что эта стерва станет нормальной матерью. Как наша мама! Но Кристине было плевать. Она хотела вечеринок, путешествий и внимания. А Маша ей мешала. Год назад Кристина просто собрала вещи и уехала. Оставила дочь Олегу, даже не попрощавшись.

За грудиной все сжимается.

– А Маша... почему она не говорит? Это как-то связано?..

Лена замолкает. Крепко сжимает руль.

– Это не самая красивая история, – наконец произносит она. – Лучше спроси у Олега. Он расскажет, если захочет.

***

На пороге квартиры нас встречает Олег с Машей на руках.

Девочка прижимается к отцу, прячет лицо у него на плече и даже не смотрит в мою сторону. Словно меня здесь нет. Пустое место, как утром.

Глава 18

Глава 18

Варя

Моя вторая ночь в этой квартире начинается так же, как и первая – с бессонницы.

Два часа мучаю подушку – то взобью, то расправлю – однако бесполезно. Все мысли о странном поведении Волкова, моем белье и фотосессии, которую Лена обещала в понедельник.

Ума не приложу, как буду притворяться любимой женщиной босса. Меня колотит от одного его взгляда. По коже носятся мурашки, стоит ему коснуться. А мысли растекаются в сироп от бархатного голоса.

– Но это будет через три дня. Не сегодня, – шепчу в темноту, переворачиваясь на живот. Затем на спину. Снова на бок. – А сейчас спать! – говорю чуть громче. – До утра!

Закончив с самовнушением, считаю до ста. Потом делаю это в обратном порядке. После очередной неудачи пытаюсь измучить свой мозг умножением и делением.

Как назло, ничего не помогает.

В голове – красные кружевные трусики в руках Олега. Его закрытые глаза. То, как он прижимал ткань к лицу и вдыхал.

Зачем он это сделал?

Что хотел почувствовать?

И главное – почему сунул их в карман?

От этих вопросов становится жарко. Сбросив в сторону одеяло, я раскидываю руки и ноги. Глупой звездочкой смотрю в потолок и признаю поражение.

Не усну.

Точно не усну.

Глянув на телефон, вижу – час ночи. Олег давно на диване. Вероятно, видит сон о какой-нибудь красотке. Маша тоже спит. Можно спокойно выйти на кухню, попить молока и вернуться.

Не тратя ни секунды, я на цыпочках пробираюсь по коридору. Толкаю дверь на кухню и, чтобы не ослепнуть от яркого света, включаю лампочку над плитой.

Дальше, как у себя дома, открываю холодильник, достаю коробку молока и наливаю в кружку. Вспоминая, как спасалась молоком в детстве, я делаю глоток и... замираю.

– Не спится? – в кухню входит Олег.

С растрепанными волосами, в пижамных штанах, босиком и с голым торсом.

От неожиданности я чуть не выпускаю кружку из рук.

– Да, – сиплю, как пойманная с поличным воровка. И с ужасом понимаю, что не могу отвести от него взгляд.

До этого момента я видела Волкова лишь в костюмах. Единственный раз, когда он снял рубашку – мы стояли перед зеркалом, и я заслоняла себе весь обзор. Однако сейчас – никаких посредников.

Передо мной настоящее произведение искусства, результат трудов двоих родителей, матушки-природы и тренажерного зала – широкие плечи, рельефная грудь с татуировкой в виде сокола, пресс с шестью убийственно-соблазнительными кубиками и уходящие под резинку штанов косые мышцы.

Ничего общего с парнями из института, которые иногда заглядывали в наши раздевалки. Тестостерон и мужественность в каждой линии.

– А я думал, что за привидение проскользнуло мимо меня, – голос Олега звучит хрипло.

– Слишком насыщенный день. Не могу уснуть, – выдавливаю я, опуская взгляд. – Все эти примерки не мое.

– Не понравилось мерить белье? – Волков подходит ближе.

– Совсем. Особенно в дорогих салонах, – стараюсь быть взрослой и уверенной, хотя тело уже запустило свою стандартную реакцию на этого мужчину. С жаром во всем теле, дрожью, мурашками и сиропом.

– Таких претензий я еще не получал.

Волков отбирает у меня кружку. Заглядывает в нее, будто надеется найти что-то запрещенное. И не скрывая разочарования, отдает назад.

– Ну, извини. Нужно было искать кого-то, кому все это доставляет удовольствие.

Чтобы охладиться, делаю еще глоток молока.

– А ты все норовишь найти себе замену? – Олег сокращает между нами оставшееся расстояние. Большим пальцем стирает с моей губы холодную каплю.

– Зато не придется ничему учить, – шепчу, боясь шелохнуться.

– Мне казалось, мы все выучили... – он не убирает руку. Гладит по щеке, спускается к подбородку. – Или ты решила расширить горизонты?

– Насколько я помню, расширять их можно лишь после окончания нашей сделки.

– Уже ждешь этого?

– Не тебе одному ждать!

Не знаю, откуда во мне берется столько дерзости. Возможно, дело в откровенной холодности Олега. В том, как он игнорировал меня весь вечер.

А может, в том, что мы слишком близко и я знаю о его маленьком преступлении.

– И что, может, уже есть кто-то на примете?

– Пока нет. Времени не было найти, но твоя сестра сегодня устроила мне целую лекцию о женственности... – от его прикосновений моя крыша окончательно улетает, и язык несет какую-то чушь. – Думаю, проблем не будет. Особенно с красивым бельем. Красным, например.

Набравшись храбрости, я поднимаю взгляд.

– Черт, Варя, – Олег резко подхватывает меня и сажает попой на барную стойку. – Иногда нужно знать, когда остановиться.

– Молчаливой я нравилась тебе больше? – смелею в край.

Протягиваю руку. Касаюсь подушечками пальцев его плеча – осторожно, как произведение искусства. Провожу по ключице. Спускаюсь к груди.

Словно получил разряд током, Олег дергается. Перехватив руку, тут же заводит ее мне за спину. А затем целует.

Жадно.

Зло.

Грубо.

Сминая мои губы, заставляет раскрыть рот. И с глухим стоном проталкивает внутрь язык.

В шоке я роняю кружку с молоком.

Она падает на пол и разбивается вдребезги. Но мне уже плевать. Будто только этого и ждала, я обнимаю Олега за шею, зарываюсь пальцами в волосы и улетаю.

Схожу с ума, как в наш первый раз – в баре.

Забываю о своих комплексах. Становлюсь безбашенно смелой.

Льну к его горячей груди. Трогаю роскошное литое тело, где могу дотянуться. Глажу по плечам, по спине, по рукам.

Спускаюсь к плоскому животу и ниже. Захмелев от поцелуя, сжимаю сквозь ткань твердый член... гораздо больше, чем я представляла в своих пошлых фантазиях. И инстинктивно подвигаюсь ближе – к самому краю барной стойки. Впритык.

ТЕЛЕГРАМ

Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками

Книжный Вестник

Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)

Поиск книг

Свежие любовные романы в удобных форматах

Любовные романы

Детективы и триллеры, все новинки

Детективы

Фантастика и фэнтези, все новинки

Фантастика

Отборные классические книги

Классика
ВКОНТАКТЕ

Цитаты, афоризмы, стихи, книжные подборки, обсуждения и многое другое

Книжный Вестник
БИБЛИОТЕКИ

Библиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории

Любовные романы

Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров

Фантастика

Самые популярные книги в формате фб2

Топ фб2 книги