Зелья, магия и дракон в придачу

Глава 1

Ба-бах!

Раздавшийся взрыв был поистине эпичным — не просто громким, а плотным, упругим, сотрясшим самые камни фундамента и заставившим звенеть стекла в буфете. Воздух насытился едкой гарью, сладковатым запахом паленого папоротника и горьким миндалем неудавшегося зелья. А я мгновенно покрылась липкой, мелкой сажей, будто меня обсыпали пеплом из жерла вулкана. Ну и защитным куполом, угу. Куда ж без него. Он — полупрозрачная, мерцающая синеватая сфера — активировался мгновенно, едва, по мнению капризной родовой магии, мне начинала угрожать опасность, реальная или мнимая. Сейчас он медленно таял, осыпаясь сверкающей пылью, оседавшей на обугленные края стола.

Я хмыкнула, провела тыльной стороной ладони по лбу. На коже, обычно бледной, остался широкий, размазанный черный след. Эпично я выгляжу, должно быть. Ведьма, как есть ведьма. И плевать, что молодая, высокая, худая и в иные дни даже симпатичная. С такими-то экспериментами! Меня вон все соседи стороной обходят, шарахаются в переулках. Стараются даже дышать пореже в моем присутствии, замирая, будто кролики перед удавом. А ну как черноглазая красотка с взрывным характером порчу наведет или в лягушку обратит!

В дверь замолотили — не просто постучали, а били, похоже, кулаком или каблуком, с такой яростью, что старые дубовые доски задрожали. Это кто такой смелый нашелся, не побоялся к дому ведьмы подойти, да еще и во время ее экспериментов с зельями, когда из трубы второй час валит зеленоватый дым?

Я щелкнула пальцами, приводя себя в порядок. Взъерошенные темные волосы, выбившиеся из пучка, сами улеглись в легкую, слегка небрежную прическу. Сажа растворилась в воздухе, как ее и не было, сменившись легким ароматом полыни и свежего льна. Платье, еще секунду назад покрытое пятнами и пылью, стало чистым. Только в уголках губ остался горьковатый привкус провала.

Ну, пойдем посмотрим, кто там такой отчаянный нашелся.

Я медленно подошла к двери, чувствуя, как по полу от мощных ударов по ней передается мелкая дрожь. Взялась за тяжелую железную ручку и потянула на себя.

На пороге, в клубах пара от собственного гнева на холодном воздухе, оказался незнакомый красавчик. Высокий, статный, одетый с иголочки в дорогой кафтан из темно-синего сукна, отороченный серебряным галуном. Его лицо, скульптурное и бледное, было искажено злостью, тонкие брови сведены, а глаза, холодные как зимнее море, метали искры. В руке он сжимал не то перчатку, не то обгоревший клочок дорогой ткани, а его поза кричала о вызове и ярости, которую едва сдерживает благородное воспитание.

— Я вас слушаю, — мило улыбнулась я, слегка склонив голову набок.

Улыбка вышла сладкой, как засахаренная бузина, и холодной, как лед на лесном ручье. Местные, уже зная мой характер, старались при виде такой улыбки сбежать на самый край земли, а то и дальше. Но незнакомец, похоже, местным не был. По крайней мере, я не помнила его надменного лица в нашей захолустной деревушке, где все друг друга знают в лицо и по запаху дыма из трубы.

— Вы что творите?! — взвился он, даже не попытавшись кивнуть или снять шляпу. Его голос, бархатный от рождения, сейчас звенел, как надтреснутый колокол. — Вы почему элементарную сдерживающую защиту от своих действий не ставите?! Вам что, магическую инспекцию вызвать?! Пусть проверят, как вы тут, в этой… конуре, работаете!

Он с отвращением кивнул в сторону моей мастерской, откуда еще плыли клубы дыма цвета окисленной меди.

— Вызывайте, — я небрежно пожала плечами, не меняя выражения лица. Мои пальцы поиграли со складками платья, и в воздухе запахло сухими лепестками розы. — Посмотрим, как долго они будут сюда добираться. Дороги у нас, знаете ли, не очень. А порталы в нашей болотистой местности капризничают. То лягушку засосет, то только половину путешественника доставит. Неудобно как-то.

Сотрудники магинспекции уже бывали тут, и не раз. Последний их визит особенно отложился в памяти. После долгих и нудных расспросов о «несанкционированных энерговыбросах» они попросили просто выпить воды, устало протирая лбы. Я налила. И совершенно чистосердечно забыла предупредить, что в этой глиняной кружке до их появления отстаивался отвар из раниски белоголовой (для ясности мыслей) и синего партока (для стойкости сосудов). Эффект, однако, оказался… несколько иным. В общем, квакали те сотрудники еще долго, даже вернувшись аварийным порталом в столицу. Говорили потом, что шли по мраморным коридорам управления в своем парадном обличии и отчаянно квакали, угу. Переговоры по важным делам были сорваны. С тех пор заявки на проверку из нашего района рассматриваются с завидной неторопливостью.

Я посмотрела на красавчика оценивающе, пропуская его гнев мимо ушей, как вой ветра в трубе.