Я падала, жмурясь, вопя и махая руками, как пьяная чайка. Готовая уже размазаться о земную твердь, когда неожиданно приземлилась на что-то вроде бы твердое, горячее, но определенно живое. Подо мной рыкнул кто-то огромный.
— Да чтоб тебя… МОИ ЯЙЦА!
Я испуганно распахнула глаза и тут же столкнулась с карими глазами на зеленой клыкастой морде.
Ну, конечно, что еще я могла ожидать? Это моя жизнь, как я до нее докатилась?
Что ж…
Я спускалась по лестнице, придерживая переноску обеими руками, кот внутри недовольно подвывал, будто чувствовал, что ему предстоит. Я же уже мысленно прокручивала, как мы вместе с ветеринаром будем скручивать этого пушистого монстра, когда сверху раздалось:
— Ксенечка! — знакомый дребезжащий голос Марьи Анатольевны буквально обрушился мне на голову. — Ты не видела мои ключи?
Я остановилась и повернула голову к распахнутой двери квартиры моей соседки снизу. Она стояла на пороге в домашних пушистых тапочках, и таком же халате, а разноцветные бигуди на серебряной шевелюре, походили на корону.
С чего бы мне вообще видеть ее ключи?
— Потеряли? — вежливо улыбнувшись, спросила я.
— Где-то у подъезда, видимо, — вздохнула старушка, драматично разводя руками. — Связочка такая… на красной ленточке. Наверно из кармана выпала, пока я с почтальоном разговаривала. Глаза у меня уже не те, спина не сгибается, сама не найду… Поможешь, душенька?
Куда ж я денусь?
Хорошо, хоть не душнилонька.
Можно было, конечно, и отказаться, сослаться на то, что я спешу. Но… На следующей неделе ко мне должны были приехать подруги. А с их любовью попеть песни о несчастной любви и о том какие все мужики козлы, определенно стоит заслужить благосклонность соседки заранее.
— Я поищу, МарьАнатольна, — кивнула я, перехватывая переноску в другую руку, и поскакала вниз через ступеньку.
На улице снега было СТОЛЬКО, что я непроизвольно выругалась. Сугробы выше пояса, дорожки едва прочищены, машины, как холмики на кладбище коммунальных служб.
За последние десять лет я не помнила такой зимы.
Как среди этого белого апокалипсиса искать связку ключей? Это же нереально!
Я огляделась, у двери ничего – пусто. Значит, МарьАнатольна обронила их уже на тропинке, когда шла к подъезду. Я осторожно ступила на узкую протоптанную колею.
Переноска тянула руку вниз, кот внутри бесновался, шипел и выражал на кошачье-нецензурном все, что он хотел высказать: о погодных условиях, о моих намерениях на его мохнатые бубенцы и о повышении цен на влажный корм.
— Да ладно тебе, — буркнула я. — Не у тебя одного сегодня плохой день.
Я дошла до стоянки и тоскливо уставилась на заваленные снегом машины. Ну, и где моя красная малышка красавица? Ее откапывать часа два… если не три. Ужас. Катастрофа. Апокалипсис!
— Отлично, — пробормотала я, снова перехватывая переноску с пятикилограммовым котом поудобнее. — Просто отлично.
И тут я заметила в сугробе, чуть в стороне от тропинки, что-то красное. Едва выглядывающий уголок алой ленты.
— Нашла! — обрадовалась я и поспешила вперед.
Я сунула руку в сугроб, нащупала связку ключей, дернула.
Ключи!
— Ура-а-а, — сжимая кулак, из которого алая лента реяла на ветру, как победное знамя, крикнула я. Земля под ногами предательски дрогнула и резко исчезла. — А-а-а-а-а-а-а!
У нас тут наша главная героиня - Ксения.
Кот по имени Кот.
Соседка - Марья Анатольевна.


