Земная невеста для близнецов

Глава 1

— Как же меня раздражает эта улыбка.

Я позволила себе сказать это вслух только здесь, в промозглом темном переулке. Шум дождя, барабанящего по карнизам и гремящего в водосточных трубах, был достаточно громким, чтобы заглушить мой голос. А то мало ли. Если эти хвостатые меня услышат — доложат куда следует, сцапают и увезут неизвестно куда. В лучшем случае — просто в какой-нибудь распределительный центр, а в худшем — сразу в космос, воевать с их Роем.

Я повела плечами и снова подняла голову, глядя сквозь пелену дождя в небо, затянутое грязной, тяжелой дымкой. Прямо над улицей, подсвечивая эту взвесь из смога и низких туч, парил огромный баннер. Просто гигантский светящийся экран, который удерживали в воздухе несколько маленьких дроидов.

С баннера, сменяя друг друга, улыбались морды крайгеров. Я про себя звала их просто хвостатыми. От людей они внешне почти не отличались. Ну разве только тем, что у них есть хвосты. Сейчас центральный герой агитации — высокий, с хищными скулами — широко улыбался мне с высоты, показывая большой палец.

— «Земляне — гордость галактики! — гласила надпись, пульсирующая алым. — Вступайте в Легионы, чтобы вместе остановить Нашествие Роя!».

— Гордость, ага, — буркнула я под нос, вжимая голову в плечи.

Про этот самый Рой я не знала ровным счетом ничего. И не думаю, что хоть один человек мог бы внятно объяснить, что это за тварь такая. Мы его никогда не видели. Мы вообще мало чего видели за пределами своих секторов космоса, кроме таких вот баннеров, патрулей и вербовочных пунктов, открытых на каждом углу. Хвостатые только и делают, что талдычат про Рой, про то, что мы должны быть благодарны за шанс «вступить в великую армию», и про то, что только там, в Легионах, земной колонист может стать настоящим гражданином.

— Ага, гражданином, пока не кончатся патроны, — продолжила я мысль, стараясь стать еще незаметнее. — Ладно, пора браться за дело, — снова сказала я вслух. Похоже, теперь это моя привычка — разговаривать с собой, после того как я осталась одна. Но сейчас главное — не шуметь.

Я еще раз окинула взглядом силуэт посольства крайгеров. Сорок этажей стекла и бетона, нагромождение дорогих архитектурных излишеств, которые должны были демонстрировать мощь и величие их драгоценной галактической федерации. А по факту — просто огромная коробка с бумажками, которые меняют судьбы секторов. Сегодня мне нужна была всего одна.

Достав из-под куртки небольшой планшет, я быстро пробежалась по схеме, которую скинул заказчик. Тринадцатый этаж, северное крыло, кабинет советника по «межвидовым отношениям». Пафосное название для места, где хранят компромат и грязные секретики.

Периметр я изучила еще три дня назад. Со стороны парадного входа — стекло и вежливые хвостатые секьюрити с детекторами лжи. Со стороны подземной парковки — бронеплиты и сканеры сетчатки. А вот технический этаж, где висели блоки кондиционеров... Там дыра.

Я бесшумно двинулась вдоль стены, держась в густой тени, которую рисовал уличный свет сквозь пелену дождя. Через полминуты я уже стояла перед неприметной технической дверью, ведущей в шахту вентиляции. Замок был старый, механический. Для хвостатых это дикость — они привыкли к сетям, биометрии и лучам. А старый добрый «сундук» с сувальдами они часто игнорируют. Зря.

В ухе зашипел голос наладчика — мелкого технаря, который пасся снаружи и глушил сигналы.

— Красавица, у тебя три минуты, пока у них ротация патруля на крыше. Потом включат дальний сканер.

— Поняла.

Я выдохнула, приложила отмычку, чуть надавила... и механизм щелкнул. Дверь приоткрылась, пропуская меня внутрь, в гулкое чрево здания.

Дальше — темнота, запах пыли и гул вентиляторов. Я двигалась быстро, но расчетливо, считая шаги и повороты по памяти. Решетка на тринадцатом этаже оказалась точно там, где и была отмечена на схеме. Я открутила болты специальным глушителем, чтобы не издать ни звука, и бесшумно выскользнула в коридор.

Ковровые дорожки, мягкий свет бра, картины с их звездолетами. Тишина.

Я скользнула к двери кабинета. Здесь уже было посложнее — электронный замок последней модели. Но на этот случай у меня был «ключ» — небольшой эмулятор, который я прилепила к считывателю. Минута, две... программа подбирала код, перебирая варианты доступа техперсонала. Хвостатые уверены, что их безопасность неприступна, но люди научились дружить с техникой лучше них.

Загорелся зеленый.

Я внутри.

Кабинет советника встретил меня запахом дорогого дерева и кожи. Я сразу прошла к столу, но нужного документа там не было. Пришлось обыскать ящики, затем сейф, встроенный в стену за картиной с видом их родной планеты. Тот самый эмулятор справился и с сейфом за сорок секунд.

И там, в аккуратной пластиковой папке, лежал он. Тонкий кристалл данных. Уровень доступа: «Исключительный».

— Есть, — выдохнула я, засовывая кристалл во внутренний карман куртки.

И в этот момент меня кольнуло. Слишком чисто. Слишком тихо. Ни одного патруля в коридоре, ни охраны. Легко, как по нотам.

— А ты не торопилась.

Глава 2

Голос прозвучал так буднично, словно мы встретились в очереди за кофе, а не в кабинете советника посольства посреди ночи.

Я медленно развернулась. Очень медленно. Руки чуть отвела от корпуса и приподняла вверх, показывая, что не хватаюсь за оружие. Сердце колотилось, но я постаралась, чтобы лицо осталось спокойным. Если обладатель голоса вооружен — дергаться себе дороже.

Судя по тому, откуда шел звук, это было не со стороны входа. Единственного входа.

Да твою же!..

Я сейчас как дура, прямо перед кем-то, шарилась по ящикам, возилась с сейфом — и даже не заметила, что в кабинете кто-то есть? Да быть такого не может, я же профессионал, у меня чуйка, я…

Но когда я полностью развернулась, поняла: может.

Передо мной в кресле сидел крайгер.

И демонстрировал мне именно ту самую улыбку, которая бесит меня.

Сказать, что я удивилась — ничего не сказать. Потому что буквально эта физиономия только что пялилась на меня с баннера над улицей.

Он сидел спокойно, закинув ногу на ногу, и выглядел при этом так, будто весь день этого момента ждал. И, что странно, одет был совсем не в то, в чем здесь обычно ходят менуры. Я привыкла, что они носят эти дурацкие облегающие костюмы. Верх нелепости.

Но этот был в нашем. В земном.

Потертые джинсы, на коленке даже дырочка — модная или натуральная, не поймешь. Серая толстовка с капюшоном, свободная, домашняя такая. Обычный земной парень, каких в любом районе полно. Если бы не хвост.

Огромный, между прочим, хвост. Темно-серый, почти черный, с легкой серебристой полосой вдоль хребта. Он лежал на подлокотнике кресла, но кончик постоянно двигался, будто жил своей жизнью. И этот кончик то замирал, то снова начинал подрагивать, тыкая в моем направлении, словно указывал хозяину: «Вижу, вижу, вот она, стоит, никуда не делась».

Я сглотнула.

Он был высоким. Это даже в сидячем положении чувствовалось — такая порода, когда человек занимает собой больше пространства, чем ему физически положено. Широкоплечий, причем настолько, что мешковатая толстовка не могла скрыть мощи тела. И я вдруг отчетливо поняла: этот парень не может быть просто красивой моделькой для агитации. Он, я уверена, сам побывал там, где горячо. Маленький шрам, пересекающий бровь, свидетельствовал об этом лучше любых нашивок и регалий.

— Может, присядешь? — сказал он.

Он что, издевается? Или настолько в себе уверен, что допускает диалог с воришкой, застуканной на месте преступления?

— Как говорится, в ногах правды нет, — добавил он и усмехнулся.

Ещё и поговорками нашими пользуется, зараза. Ну точно издевается.

Я всё же послушалась. Потому что, во-первых, ноги действительно гудели после сегодняшнего дня, а во-вторых, стоять перед ним как провинившаяся школьница было выше моего достоинства. Я опустилась в кресло напротив, стараясь держать спину ровно и параллельно просчитывать варианты побега. Хотя куда бежать? Он же меня видел, опознал, засёк — значит, теперь мне вообще каюк. Эти хвостатые с их тотальной слежкой…

— Может, выпьем? — перебил он мои панические мысли. — А то какая-то слишком уж унылая атмосфера. — Он обвел рукой кабинет. — Дождь, темнота, тишина и дрожащая девушка, которая думает, что же её теперь ждёт.

— Я не дрожу, — сказала я. Голос предательски сел, так что вышло неубедительно.

— Конечно, не дрожишь, — кивнул он с абсолютно серьёзным лицом и потянулся к столу.

Я только сейчас заметила, что бутылка стояла там заранее. И два бокала. Тоже уже наготове. Он что, настолько всё знал? Даже подготовился?

Он медленно разлил янтарную жидкость. Виски. Настоящий, судя по запаху.

— Кто меня выдал? — не выдержала я.

Он замер с бутылкой в руке и поднял на меня взгляд. Темные глаза с вертикальными зрачками — что выдавало в нём нечеловеческую породу — блеснули насмешкой.

— Ох ты, какой приятный голосок. — Он протянул мне бокал. Я осторожно взяла, стараясь не коснуться его пальцев.

— Я, конечно, думал, что это я буду задавать вопросы, а ты отвечать, — сказал он, откидываясь в кресло. Хвост лениво переполз на другой подлокотник. — Но раз уж ты хочешь — ладно. — Он сделал глоток, поморщился довольно и посмотрел на меня уже без улыбки. — Если коротко: это не ты работала на своего заказчика, а заказчик работал на нас. И, так сказать, тебе выпал великий шанс покинуть эту захудалую колонию людей и отправиться туда, где ты станешь по-настоящему счастливой.

Я впервые в жизни ощутила, каково это — когда ты как будто разучился дышать.

Стоп. Стоп-стоп-стоп.

— То есть я с самого начала была объектом, который сам пришел к вам в руки? Вы меня вели?

Он чуть наклонил голову, подтверждая.

— То есть! — Я даже бокал поставила, чтобы не расплескать от возмущения. — Меня куда-то хотят забрать? В ваши легионы? Кинуть на борьбу с мифическим Роем, чтобы я сдохла в первой же мясорубке?

— Ну почему сразу сдохла? — Он обиженно прижал руку к груди. — Я, между прочим, за твою жизнь ручаюсь. Целиком и полностью.

— В какой же глубокой… мягкости… я сейчас оказалась? — выдохнула я, пытаясь подобрать цензурное выражение.

Я замолчала, переваривая информацию. В голове была каша из цифр, имен, явок и одного единственного, пульсирующего, как зубная боль, вопроса: «Как я так попалась?».

— То есть, — начала я медленно, цедя каждое слово, — вся эта операция с самого начала была фарсом? И наладчик снаружи, и схема, и этот дурацкий кристалл? — я вытащила пластиковую папку и швырнула её на стол. — И вы всё это время знали, что я приду?

— Знали, — кивнул он, даже не глядя на упавший кристалл. — Ждали. Кофе, кстати, могли бы предложить, но ты припозднилась, и мне пришлось всё выпить самому.

Он говорил это так легко, будто мы обсуждали планы на выходные. А у меня внутри всё кипело.

— И что теперь? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Наручники? Допрос с пристрастием? Или сразу в транспортник, без регистрации и смс?