Златовласка для властных дархов

Глава 1

Я отлично помню, как укладывалась спать в своей кровати. Как поставила будильник на 06:30 утра, предвкушая мучительную поездку через весь город на свою не то, чтобы любимую, но стабильную работу.

И потому с еще большим недоумением и нарастающим раздражением уставилась на девушку, которая сейчас трясла меня за плечи, причитая на тарабарском языке.

Девчонка выглядела странно, даже диковинно. Ярко-голубые волосы, волнами ниспадающие до пояса, огромные глаза с сиреневыми зрачками. Линзы? Или что-то генетическое? Ох и молодежь! Ну и мода…

Прикрыла лишь на секунду глаза, пытаясь прогнать остатки сна, как произошло нечто странное — я поняла каждое слово этой «Мальвины», которая продолжала отчаянно причитать и тормошить меня. Какого здесь творится?! И где я?

— Элора! Элора! Да проснись же ты! Я видела, что ты уже открыла глаза. Скорее! Скоро прибудут наши… хозяева!

— А ну-ка убрала от меня руки! — перехватываю ее тонкие запястья и сжимаю достаточно крепко, чтобы она поняла серьезность моих намерений. Что она вообще себе позволяет?

— Ты не хотела просыпаться, а мне стало так страшно! ОНИ скоро будут здесь! Я уж подумала, что ты все-таки выпила сок ральянов и я осталась совершенно одна! — она зарыдала, и бросилась меня обнимать. Ну нет, это уже слишком!

— Послушай, девочка, перестань разводить сырость. Я ни черта не понимаю! Как я здесь оказалась? И где это мы?

— Ну как же, — от удивления она даже перестала плакать и нахмурилась. — Нас привезли для перепродажи. Забыла? Большой транспортник, сотни девушек… Остались только мы с тобой. Остальных уже разобрали покупатели. — махнула рукой в сторону.

И тут я огляделась повнимательней. Комната, где мы находились, была небольшой, мрачной, с низким потолком, с неясным светом по углам. Холодный пол устлан тонкими матрасами и одеялами, большинство из которых пустовали. Только в самом углу, на тонких подстилках, сидели мы. И это место своим видом больше напоминало какой-то заброшенный склад, чем жилое помещение.

— Это что, притон какой-то? Секс-рабство? — по телу прокатилась волна ужаса и отвращения. Не слышала, чтобы в рабство угоняли женщин предпенсионного возраста. Хотя… Наверняка есть извращенцы на любой вкус.

— Элора, мы ведь с первой минуты знали, что так будет. Потому лучше не сопротивляться, — и девчонка грустно качнула головой.

— Я не собираюсь сдаваться без боя! — и сразу после моих слов, без всякого предупреждения, дверь, вернее кусок стены, просто уполз куда-то вверх, спрятавшись в потолке. В проеме показался крупный силуэт.

— Послушайте, — попыталась выяснить что к чему, стараясь говорить твердо, хотя внутри все похолодело. — Произошла какая-то ошибка. Я — явно не та, кто вам нужен!

— Закройся и шевели ногами! Новые хозяева прибыли. Они согласны забрать даже такой завалявшийся товар, как ты. Так что обе ведите себя тихо и покорно. И не поднимайте глаза!

«Завалявшийся товар?» Да кто он вообще такой?!

Мальвинка потянула за руку на выход, и мне, скрипя зубами, пришлось последовать за ней. Здоровяк, который за нами пришел, внушал неподдельный ужас, от него веяло опасностью. Злить его точно не стоило — выйдет себе же дороже.

Снаружи оказалось так же мрачно, как и в предыдущей комнате. Узкий длинный коридор, сложенный из серых каменных плит, едва освещали тонкие красноватые ленты, тянущиеся под самым потолком. От этого пол казался залитым кровью, а тени приобретали зловещие очертания. Я постаралась прогнать ненужные пугающие ассоциации и взбодриться. Может, появится шанс сбежать из этого дурдома?

Мы успели сделать всего несколько шагов, как нам навстречу показались двое. Плохое освещение мешало рассмотреть их получше, но по реакции здоровяка стало ясно: это за нами.

— Быстрее, склоните головы! — зашипел он в спину и больно ткнул пальцем под ребра.

— Козлина! — не осталась в долгу. Никому не позволю себя обижать! Мальвинка рядом лишь всхлипнула громче и втянула голову в плечи.

Двое приблизились достаточно, чтобы начать разговор, и остановились. Мы тоже замерли по приказу нашего конвоира.

— Уважаемые… Да́рхи! Рад вас видеть! — здоровяк буквально захлебнулся словами, увидев новоприбывших. Его крупное тело задрожало, как осиновый лист.

А меня так и подмывало вскинуть голову и посмотреть, кто перед нами. Но я продолжала смотреть в пол, рассматривая чужую массивную обувь. Две пары ботинок. Тяжелые, явно мужские.

— Почему девушки в таком виде? — раздался тихий, глуховатый голос слева. От этой интонации захотелось поежиться. Что будет, если он повысит голос или разозлится по-настоящему?

— Простите, тэн. Не уследил, моя вина! — забормотал в свое оправдание здоровяк за нами.

— Очень плохо. Они не стоят тех раппов, что ты за них просишь. А если бы о твоих делишках прознали не мы, а другие судьи, то ты уже был бы мертв!

— Простите, тэны! Простите! Возьмите этих девушек задаром, в качестве особого расположения к вам! И поверьте, здесь больше никого нет! Дом абсолютно пуст!

От мужчин прилетел короткий, приглушенный смешок. Любопытство пересилило страх, и я подняла голову, чтобы посмотреть, что там у них происходит.

Глава 2

Принимаю помощь и аккуратно переступаю через корчащегося от боли здоровяка. Оба моих новых «хозяина» принюхиваются и присматриваются ко мне, словно выбирают товар на рынке. От этого и странно, и жутковато немного!

— Уходим! — кивает блондин темноволосому, словно они мысленно о чем-то уже договорились. Ни проронив вслух ни звука. И занимают места по обе стороны от меня. Теперь, куда бы я не дернулась — натыкаюсь на твердую мужскую грудь.

— А как же Мальвинка? — спохватываюсь. Не оставлять же девчонку одну в этом гадюшнике! Сейчас этот псих оклемается и выместит на ней всю свою злобу.

— Нам нужна только ты, — не мигая произносит обладатель белоснежной косы.

— Но мы с ней как бы… в комплекте идем! — пытаюсь протестовать, выдергивая свои пальцы из его сильной ладони.

Мужчины переглядываются, все так же без слов. И только потом блондин сухо бросает через плечо:

— Не отставай!

Мальвинка, или как ее там, бросается следом, испуганно шмыгая носом. А я продолжаю украдкой рассматривать новых знакомых.

Шагая рядом с брюнетом, замечаю, как напряжены его мышцы, как он контролирует каждый свой шаг. Одна его рука постоянно лежит на поясе, возле хитроумной кобуры. Я не видела ничего подобного раньше, но догадываюсь, что там спрятано какое-то оружие.

Блондин ступает тише и плавнее. Перетекает из одной позиции в другую, готовый в любой момент среагировать на опасность. И периодически придерживает меня за талию. Ненавязчиво, осторожно. Словно хочет убедиться, что я никуда не исчезну. И эти касания выбивают из колеи, заставляют сердце биться чаще.

На кой черт я сдалась этим красавцам? «Мальвинка» и та помоложе и покрасивее будет. Почему их так заинтересовала именно я?

Длинный коридор заканчивается, и мы попадаем в другое помещение. Чуть просторнее, но такое же мрачное, с алым светом, режущим глаза. Честно говоря, от этой мрачности уже хочется выть.

Мы пересекаем пустую комнату по диагонали и выходим на улицу. И там… Я забываю, как дышать. Забываю, куда шла и как меня зовут. Передо мной предстает совершенно чужой, нереальный мир.

Мы находимся очень высоко, на какой-то платформе, парящей в воздухе. Под нами, над нами и далеко впереди, насколько хватает глаз, проносятся транспортные средства с немыслимой скоростью. Туман, или скорее облака, окутывают небоскребы, отчего все вокруг кажется загадочным и нереальным. Яркие неоновые вывески и голограммы притягивают взгляд, но я не понимаю ни слова.

— Где это мы? Что это за место? — от переполняющих эмоций начинаю задыхаться, хватая ртом воздух.

Адреналин накатывает удушливыми волнами, парализуя волю. Страшно сделать шаг, посмотреть вниз. Поверхности земли не видно. Только огромный, многоуровневый жилой «муравейник», уходящий в бесконечность. Везде, куда ни кинь взгляд — двигаются, летят, едут какие-то существа. И далеко не все из них похожи на людей.

— Это Ривил-Сити, один из крупнейших торговых портов в Содружестве. Ты должна была о нем слышать. Хотя, конечно, он известен скорее своей криминальной репутацией, — произносит блондин, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Что? Бред какой-то! «Содружество», «торговый порт» … Это что за сленг такой?

Понимаю, что вокруг происходит нечто совершенно необъяснимое, но все еще пытаюсь найти хоть какую-то логику.

— Послушайте, эм… тэны! — вспоминаю, как называл их здоровяк. — Я вижу, что вы… порядочные люди, — несу чушь, лишь бы быть убедительной, — и потому прошу вас: верните меня домой. Ну пожалуйста!

Перевожу взгляд с одного лица на другое, ища хоть какое-то сочувствие. Останавливаюсь на блондине. Он кажется более человечным, что ли.

— Прошу вас!

Блондин качает головой и отвечает с нотками сожаления в голосе:

— Увы, тана. Тебе некуда возвращаться. Твою планету уничтожили в ходе операции. Ты ведь с Лоре́нда?

Рядом шмыгает носом «Мальвинка» и отвечает, не поднимая лица:

— Да, уважаемый тэн. Мы обе с Лоре́нда. И у нас больше нет дома. Но почему-то Элора об этом забыла!

— Элора, значит, — подает голос тот, что со шрамом. — Лорендийка. Очень интересно! — и кидает многозначительный взгляд на блондина.

— Можно сказать, что нам повезло, — усмехается тот в ответ.

— Причем здесь какой-то Лоренд? — не выдерживаю. — Я говорю о Земле!

— Земля? — удивленно выгибает бровь блондин. — Никогда не слышал!

— Но как же…, — от растерянности на глаза наворачиваются слезы, что для меня совершенно нехарактерно. — Галактика Млечный путь, Солнечная система!

Все еще пытаюсь втолковать этим двоим, что имею в виду.

— Кажется, что-то такое было, — хмурится брюнет, почесывая затылок. — Припоминаю из уроков истории. Но это было ужасно давно. Лет сто, а может и двести назад. Галактики Млечный путь больше не существует. Кажется, там взорвалось местное светило.

— Этого просто не может быть!

— Элора, нам нужно ехать, — мягко подхватывает под локоть блондин. И как раз вовремя, так как ноги меня уже не держат. — Давай все остальное выясним потом, ладно?

Глава 3

Талассия склоняется ко мне ближе и шепчет на ухо:

— Элора, не глупи! Дархи признали тебя своей избранной! Улыбнись им, пока они не передумали!

— Спасибо вам, тэны, — растягиваю губы в подобие улыбки.

Спасибо за что? За то, что вытащили из одной передряги, чтобы засунуть в другую? Не совсем понимаю, за что благодарю этих тестостероновых красавцев. Но спорить с ними пока не в моих интересах.

Транспортное средство ныряет вниз, опускаясь на несколько этажей. Прилипаю к стеклу, рассматривая этот странный, чужой мир.

Мешанина архитектурных стилей выбивает из колеи. Здесь ютятся рядом здания из металла, стекла, какого-то пористого камня… Или это вовсе неизвестный мне материал? По «улицам» снуют странные создания: множество зеленых и лысых уродцев с обильной растительностью на груди, какие-то насекомоподобные существа, парящие в воздухе… Но встречаются и более человечные расы. Правда, у них то уши заостренные, то носы приплюснутые, то хвосты выглядывают из-под полы пиджака. Ну что за дичь?!

Нахожу хоть какое-то утешение в том, что рядом со мной вполне нормальные мужчины сидят: две руки, две ноги, никаких лишних конечностей. «Мальвинка» тоже ничего такая: симпатичная, хоть и жутко тощая, кожа светится изнутри, словно ее накачали люминесцентной краской. И глазища на пол-лица — просто огромные. А человек ли она?!

Стоп. О чем я думаю? Конечно, не человек. Она же говорила про какой-то Лоренд. И, если верить ее словам, я тоже родом оттуда. Но почему я ничего не помню? Может, меня приписали к лорендийкам из-за внешнего сходства?

Я всегда была худой, сколько себя помню. Подруги в молодости завидовали, что могу есть сколько угодно и не полнеть. Вот только с возрастом эта худоба стала еще заметнее, да и старила меня изрядно. Коллеги считали меня гораздо старше, накидывая лишний десяток лет.

А это, между прочим, было обидно!

Воспоминания проносятся вихрем, сменяясь тревогой о настоящем. Снова уставилась в окно, стараясь не думать о своей забытой жизни. На короткое мгновение транспорт нырнул под арку, и снаружи стало темно. В отражении мелькнуло мое лицо. Или не мое?

Большие, выразительные глаза, как у Мальвинки, ярко-желтые волосы, выделяющиеся в полумраке. Такие, цвета «вырви глаз»! Никакими красками такого не добьешься. Да и черты лица незнакомые. Что со мной произошло?

Перекидываю вперед косу и изумленно таращусь на нее. Желтая! Ядовито-солнечный цвет, словно я — одуванчик.

Перевожу взгляд на руки. Точно, и пальцы не мои. Я просто не сразу сообразила. Рука худая, привычная. Вот только кожа слишком тонкая, полупрозрачная, светится изнутри. Повертела кистью и так, и эдак… И ее тут же поймал Виксар.

— Я не слышу твоих мыслей, дарнесса! — озадаченно произносит он, словно это что-то из ряда вон выходящее.

Дарнесса. Значит, избранная? И почему они не могут читать мои мысли?

— И я уже раз пять проверил, — подключается к разговору Ксандер.

— Можно мне мою руку? — аккуратно выдергиваю ладонь из теплых, крепких пальцев Виксара. Мне, конечно, приятно такое внимание, но как-то… странно. Я ведь им в матери гожусь, пожалуй. А эти двое смотрят так голодно, что в жар бросает.

«Да, ты избранная! Будешь рожать нам наследников!» — передразниваю их мысленно. Хватит! Нужно узнать правду.

— Кто вы такие? — спрашиваю, набравшись смелости. Уж пусть сразу вывалят всю правду, чтобы я один раз отмучилась.

— Планетарные судьи, — хмыкает Ксандер, скрестив руки на груди.

Талассия ойкает со своего места, вжимаясь в кресло.

— И что это значит? Кого вы судите?

Мужчины переглядываются.

— Ты странная.

— И спрашиваешь чудные вещи.

И это они мне говорят! Да я, по сравнению с ними, божий одуванчик. Или просто одуванчик, судя по цвету волос.

— Златовласка, ты теперь с нами, и тебе не о чем переживать! И нас не бойся: это для других мы страшные и опасные. А с тобой… будем очень нежны, — обещает Ксандер, бросая многозначительный взгляд на Виксара.

— Тебе понравится, — поддакивает тот, протягивая ко мне руки.

Талассия делает вид, что ее этот разговор не касается, но я вижу, как она вздрагивает и смущается.

— Давайте-ка притормозим! — выставляю ладони вперед, словно отбиваюсь от назойливых поклонников. Куда они лезут? Трогают, гладят, принюхиваются. Безумие какое-то!

— Я бы не останавливался, — блестит горящим взглядом Ксандер.

— Но ты права: сейчас не время. Как насчет завтрака и более близкого знакомства? — добавляет всегда серьезный Виксар.

Завтрак — это можно. Соглашаюсь, но при этом в голове прикидываю план отступления. Эти двое явно захотят продолжения «знакомства» рано или поздно. И я для себя еще не решила: спасаться бегством или… все же остаться?

______
Спасибо за вашу любовь и поддержку!

Глава 4

Транспортник суетливо петляет между другими машинами, унося нас все дальше вверх. Чем выше ярусы станции-города, тем светлее и богаче становится жизнь. Выходим где-то в середине, так как над нами еще остается множество этажей.

Виксар берет меня за руку, Ксандер контролирует все вокруг. При нашем появлении «улочка» резко пустеет. Эти дархи всех разогнали что ли?

— Здесь есть неплохая забегаловка, где нас никто не побеспокоит, и мы не привлечем лишнего внимания, — говорит Ксандер, по итогу осмотра. — И еще у нас здесь есть одно дельце. Совместим приятное с полезным.

— По-моему, мы уже привлекли слишком много внимания, — бурчу, чувствуя себя старой бабкой. Эти зелененькие лысики слишком быстро разбежались, едва завидев нас.

— Ларги очень трясутся за свою шкурку, потому и прячутся, — хмыкает Виксар.

Ну надо же! Этот суровый мужчина, оказывается, умеет улыбаться!

— Идем, — кивает нам Ксандер и первым заходит в местную столовку.

При одном взгляде на это место аппетит пропадает напрочь. Как можно есть в такой антисанитарии?? По углам плесень шевелится, какие-то мерзковатого вида гуманоидные существа едят отвратительное хрючево из глубоких мисок. Бу-э-э-э!

— Что будешь? — интересуется Ксандер, помогая мне устроиться за столом, явно не отличающимся чистотой.

— Ничего! — отрезаю. — Я лучше с голода умру, чем прикоснусь тут к чему-либо. Ну и грязь!

Мужчины переглядываются со смешком в глазах. Опять эти их гляделки! Как жаль, что я не знаю, о чем они переговариваются таким образом. Мальвинка оказывается менее брезгливой и заказывает себе какой-то лорендийский напиток. Когда получает заказ, вижу, что стакан в ее руках новый и чистый. Ну что ж, тогда и я рискну.

— Можно мне кофе? Или сейчас такое не пьют?

— Проверим, — Виксар уходит к автомату, который клепает еду на всех. Что-то там химичит и возвращается со стаканчиком горячего и ароматного кофе. Еще и со сливками!

— М-м-м-м, — протягиваю с блаженством, вдыхая аромат. — Вкуснота какая!

— Ну вот видишь, не все так плохо! — смеется Ксандер, между делом лапая меня за коленку.

— А что у вас за дельце здесь? — спрашиваю, чтобы чем-то занять голову и отвлечься от навязчивых прикосновений.

Дархи обмениваются молчаливыми взглядами, чем снова меня подбешивают. Так и будут играть в свои гляделки?

— Вообще-то мы не должны кому-либо сообщать такую информацию, но раз ты наша дарнесса, то сделаем исключение, — отвечает, наконец, Ксандер, поймав недовольный взгляд Виксара. Кажется, они не совсем сошлись во мнениях. И снова это слово! Дарнесса.

Перекатываю его на языке, пытаясь понять, что оно означает. Как относиться к тому, что инопланетные мужчины сочли меня своей избранной? Звучит странно и пугающе. Но благодарность за то, что вытащили из передряги, пересиливает страх, потому киваю со всей серьезностью.

— От меня никто не узнает и словечка. Я умею хранить секреты.

Талассия спохватывается следом:

— А я вообще нема, уважаемые тэны. Не вижу и не слышу ничего, что не предназначается для моих ушей!

И снова дрожит, как осиновый лист на ветру. Вот уж трусишка, эта лорендийка! Дархи самодовольно хмыкают, убедившись, что мы достаточно «впечатлились» их секретностью.

— У нас есть информация, что в Ривил-Сити действует банда нелегальных медиков, точнее, целая корпорация под названием «Эльсорт». Они отлавливают беглых преступников, представителей разных рас, погрязших в долгах, тех, кто попал в сложную жизненную ситуацию. Кого-то берут силой, кого-то заманивают обещаниями и заверениями в помощи. Одним словом, крадут мужчин и женщин, а потом над ними ставят опыты.

— Опыты?! Как на подопытных зверьках каких-то? — спрашиваю, чувствуя внезапную дрожь. Образ беспомощного животного, привязанного к операционному столу, вызывает сочувствие и отвращение одновременно.

— Тише, Элора! — осаждает Виксар. — Здесь у всего есть уши. А этим ларгам и вовсе доверять нельзя. Такие скользкие типы!

Выворачиваю шею, окидывая взглядом немногочисленных посетителей забегаловки. А вдруг здесь и правда шпионы? Или это начинает проявляться паранойя? Не стоило связываться с таинственными инопланетянами, теперь моя крыша точно поедет.

— Не волнуйся, мы уже прощупали каждого ментально. Они чисты, — Ксандер возвращает меня в реальность. — Но нам донесли, что за одним представителем высшей расы установлен «хвост», и он может стать следующей жертвой «Эльсорт». Потому мы и ждем, пока он появится.

— А откуда вы знаете, что этот несчастный покажется именно в этой забегаловке? — переспрашиваю.

— У нас свои источники информации, — отрезает Виксар, не вдаваясь в подробности. — К слову, а вот и он! Не смотрите туда, девочки!

Любопытство разрывает меня изнутри, но я послушно утыкаюсь в свой стаканчик с кофе, стараясь выглядеть незаинтересованной.

Рядом с нами проходят двое — замечаю боковым зрением. И меня словно пронзает электрическим разрядом, возникает какое-то странное, щемящее чувство… Словно я вижу кого-то очень знакомого, почти родного. Не может быть, чтобы этим человеком оказался представитель высшей расы!

Глава 5

Мы проводим еще какое-то время в грязноватой забегаловке, пока Виксар внезапно не встает из-за стола.

— Пора.

Кидаю взгляд на столик, за которым сидела парочка, но их уже и след простыл.

— А где… они?

— Ушли. И мы идем за ними, — Ксандер приобнимает меня за талию, уверенно направляя к выходу.

И ведь привыкаю, черт возьми! Привыкаю к обожанию, заботе… К таким роскошным мужчинам рядом. На Земле мне этого ой как не хватало. С моей нервной работой в налоговой, на личную жизнь не оставалось ни сил, ни времени. Да и мужчины попадались… по большей части не те. А уж таких обворожительных красавцев с телами атлетов у меня среди знакомых точно не было! Так что позволяю себя вести, даже походка становится легкой и пружинящей, будто бы подстраиваюсь под идущего рядом шикарного самца. Иначе Ксандера и не назовешь.

Заодно любуюсь крепкими «тылами» идущего впереди Виксара. Он тоже очень хорош. И мне кажется, что в этом сдержанном дархе бушуют еще те вулканы страстей, просто он умело скрывает их за маской непроницаемости.

Хотя… зачем они мне вообще? Я же планировала сбежать! Или уже передумала?

Выходим на улицу и направляемся в том же направлении, что и мауриец с его спутницей. Они спускаются на несколько уровней ниже, и мы за ними. Когда мауриец и красноволосая девушка скрываются за дверью одного из неприметных домов ларгов, дархи внезапно останавливают нас с Талассией.

— Дальше вы не идете, — безапелляционно заявляет Ксандер. — Останетесь здесь.

— Почему? Что происходит? — спрашиваю, чувствуя нарастающую тревогу.

— Все в порядке, дарнесса, — улыбается Ксандер, но в его глазах нет веселья. — Нам нужно кое-что проверить.

— Просто оставайтесь в шаттле. Здесь безопасно, — добавляет Виксар, и коротко, словно на прощание, целует меня прямо в губы.

Мужчины уходят, и я, проводив их взглядом, вздыхаю с облегчением. Рядом с ними не расслабишься, приходится постоянно контролировать себя, следить за каждым словом, чтобы не показаться слишком уж… земной. А еще эти внезапные поцелуи! Голова кругом идет. Но что-то мне подсказывает, что сейчас нужно беспокоиться не об этом.

— Повезло тебе, Элора! — вздыхает Мальвинка, нарушая тишину. — Два дарха глаз от тебя отвести не могут. А я гожусь только тебе в служанки!

— Ну что за глупости? Никакая ты не служанка! — отрезаю категорично. У меня руки-ноги есть, зачем мне прислуга? Да и что за дикость вообще?

— Ты же слышала, что сказал тэн Ксандер. Я теперь служу дому дархов, а значит, и тебе.

— Мало ли что сказал блондинчик! — закатываю глаза. — Хочешь, поговорю с тэнами? И они подарят тебе свободу. Уверена, что они могут сделать такой подарок своей… как они там говорят? Дарнессе?

— Нет, что ты! Не надо! — во взгляде Талассии плещется настоящий ужас. — И куда я пойду? У меня нет ни денег, ни родни… Ты — это все, что у меня осталось от прежней жизни.

— Мне жаль, милая, — провожу ладонью по ее голубым волосам, чувствуя себя старшей сестрой, рядом с испуганной малышкой.

— Ты совершенно ничего не боишься, так ведь? — она вскидывает на меня свои удивительные, сиреневые глаза. Цвет крышесносный, а вот взгляд — грустный-прегрустный.

— Почему же? Боюсь, конечно. Просто не даю страху взять надо мной верх. Не боятся только дураки.

Хочу еще что-то добавить, но тут дверь шаттла внезапно распахивается, и на сиденье напротив опускается та самая девушка с красными волосами! Ну надо же!

_____
Справочник от автора)

Маурийцы — представители высшей расы, которая входит в состав Содружества. Маурийцев отличают от других гуманоидных рас наличие остроконечных ушек (вроде кошачьих или лисьих). И возможность переходить в боевую форму: на конечностях появляются острые темные когти, мышцы как бы наливаются силой, становясь объемнее.

Дархи — еще одни представители высшей расы. Менталисты. Их сила заключается в умении «забираться» в чужие умы и подчинять своей воле, наносить урон дистанционно, хотя Ксандер и Виксар не брезгуют физ.подготовкой, о чем говорят их сильные, тренированные тела.

В Содружестве за порядком следят планетарные судьи (что-то вроде полицейских и прокурорских в одном лице). Судьи обладают неограниченной мощью и властью, их слово — закон.

Ривил-Сити — город станция, построенная расой ларгов. Станция находится крайне далеко от планет Содружества, чем пользуются пираты, торговцы всякой запрещенкой и нелегальные лица. В Ривил-Сити можно купить все: от нейростимуляторов до живого товара — человека.

Земля на данный момент истории погибла. Землян выращивают искусственно не один десяток лет на Терре — небольшой планетке с искусственной гравитацией и атмосферой, приближенной к земной.

Ларги не относятся к высшей расе. В них человеческого меньше, чем в других расах. Внешние данные: зеленый кожный покров. Вместо носа — небольшой хобот или рыльце. На голове отсутствует растительность, зато на груди — цветет буйным цветом. Чем ухоженнее грива на груди — тем знатнее ларг. Данная раса любит влажность и сырость. Отчего на станции и поддерживается особая повышенная влажность в атмосфере.

Глава 6

Знакомимся с девушкой, которая представляется Мариной. У нас оказывается немало общего. Она — настоящая землянка, из плоти и крови, только в нынешней реальности и времени. То есть, она моя пра-пра-пра… и еще много раз, внучка. Может, и не прямой потомок, но все же. Что-то во мне откликается на ее присутствие, пробуждает смутные воспоминания… Теперь мне становится понятна вспыхнувшая между нами связь.

Вскоре возвращаются мои новые хозяева и обещают помочь Марине и ее… другу. Хотя девчонка так его не называет, но я вижу: она переживает из-за своего маурийца. Хочется расспросить её обо всем, но сначала нужно разобраться с собственными проблемами.

А пока… Транспортное средство уносит нас выше, на самый верхний ярус, где, по словам дархов, расположена их квартира.

Едва переступаю порог жилища, Ксандер собственническим жестом разворачивает меня к одной из комнат, обращаясь к девушкам:

— Располагайтесь, таны! Квартира в вашем распоряжении. А мы с таной Элорой должны кое-что обсудить.

Не успеваю даже возмутиться, как оказываюсь за дверью вместе с обоими дархами.

— Вы что задумали? — вжимаюсь спиной в стену, чувствуя, как нарастает тревога.

— Наконец-то мы наедине, — мягко тянет Ксандер, протягивая руку к моей щеке. Виксар стоит рядом, наблюдая за нами с какой-то странной, едва уловимой улыбкой.

— Наедине?! — перевожу взгляд с блондина на брюнета.

— У нас с братом нет секретов друг от друга, — шокирует Ксандер.

— Вы — братья? — удивляюсь. Почему-то я об этом даже не подумала.

— Угу. Виксар старше на год. Но мы неразлучны всегда и везде. Это… тебя смущает? — нависает сверху, вскинув вопросительно бровь.

— Не знаю, — признаюсь. Все это слишком ново, слишком странно. Еще недавно я вела тихую жизнь, а теперь вдруг оказалась втянута в какую-то межгалактическую интригу, да еще и с двумя инопланетными красавцами в придачу.

— Я вижу, что ты сейчас активно о чем-то думаешь, но не слышу твоих мыслей. Это так странно и… немного раздражает, — брюнет вторгается в личное пространство, приподнимая лицо за подбородок. — Тебе что-то не нравится?

В его голосе мне мерещится скрытая угроза, от которой по спине пробегают мурашки. Я должна быть осторожна.

— Просто… мне нужно время, чтобы привыкнуть, — говорю как можно спокойнее. — Все это слишком неожиданно.

Ксандер, кажется, удовлетворен моим ответом. Он отпускает меня и отходит в сторону, уступая место Виксару.

— Тогда позволь нам помочь тебе расслабиться, — произносит тот, и в его глазах вспыхивает искорка.

Прежде чем я успеваю что-то ответить, блондин подхватывает меня на руки и куда-то несет. Я даже испугаться не успеваю, как мы оказываемся в просторной ванной комнате, больше напоминающей небольшой бассейн.

— Как насчет совместных водных процедур? — спрашивает Ксандер с порочной улыбкой.

Сердце начинает биться быстрее. Я чувствую себя растерянной и возбужденной одновременно. С одной стороны, меня пугает перспектива оказаться наедине с двумя инопланетными мужчинами, а с другой — я не могу отрицать, что они меня привлекают.

Киваю, стыдливо прикрывая ладонями грудь. От возбуждения сквозь тонкую ткань моей футболки проступают соски. А мужчины так смотрят на меня, словно хотят съесть. И все было бы ничего, если бы их было не двое! Как себя вести?

Виксар присаживается на край ванной-чаши. Ксандер осторожно опускает меня в воду, которая быстро наполняет чашу.

Вода оказывается теплой и приятно расслабляет. Братья активно льют в воду какие-то ароматические масла, и густая пена поднимается шапкой, окутывая меня нежным облаком. Прячусь в этой пене, оставив снаружи только плечи и руки.

— Ты совершенно напрасно стесняешься, Элора. Ты прекрасна, — Виксар как всегда серьезен, и каждое его слово звучит убедительно.

— И мы хотим позаботиться о тебе. Во всех смыслах этого слова, — Ксандер ныряет в воду следом за мной, поднимая миллиард брызг.

Оба мужчины полуобнажены, сверкают влажными телами, в глазах сияет тот самый «космос», что так впечатлил меня еще в первую встречу. Их взгляды одновременно пугают и притягивают меня.

— Позволишь? — Виксар заходит со спины.

— Что ты будешь делать? — настороженно переспрашиваю.

— Просто массаж. Помогу тебе расслабиться. Или ты предпочтешь поговорить?

Я несколько секунд колеблюсь, взвешивая все «за» и «против». С одной стороны, должна быть осторожной, с другой — мне так хочется довериться этим мужчинам.

— Хорошо, — подставляю плечи.

Сильные и умелые пальцы начинают разминать мои плечи и шею, надавливая на какие-то скрытые точки. Тело пронзает волна приятной дрожи, и я невольно стону от удовольствия. Неужели вселенная решила меня наградить двумя роскошными мужчинами за все годы одиночества? Кажется нереальным.

Ксандер тем временем берет в руки мочалку и добавляет еще больше мыла, хотя мы и так плаваем по уши в пене.

— Ножки, пожалуйста! — мурлычет и сам отлавливает под водой мою ногу. Нежно намыливает, чередуя движения рук и мочалки, лаская ступни, икры и коленки.

Глава 7

— Красивая!

— Сексуальная!

Отзываются братья, очевидно, оценив мой мокрый вид. Мгновенно прячусь обратно, под спасительное прикрытие пушистой пены. Ксандер оказывается совсем близко, с хищным огоньком в глазах.

— Такая боевая… заставит кого угодно потерять голову, — шепчет он, касаясь кончиком пальца моего плеча.

Одновременно с этим меня уверенно за талию обхватывает Виксар, и деваться попросту некуда. Зажали в угол!

— Мы не спрашиваем разрешения, Элора, — обдает жарким дыханием ухо. — Мы берем то, что хотим.

— Это… неправильно! — продолжаю настаивать, хотя голос дрожит, выдавая меня с потрохами. Да и ладони будто живут своей жизнью, скользнув по напряженному прессу и изучая крепкие мышцы Ксандера. И он совершенно не против ласк! Вот же гадкий искуситель! Никакого смущения не вызывает у него моя несдержанность.

— Твои слова и действия противоречат друг другу, Златовласка, — подначивает блондин, и губы трогает лукавая улыбка.

— И это так… волнующе, — вкрадчиво добавляет Виксар, проводя кончиками пальцев по моей спине.

Я не выдерживаю этого натиска. Сдаюсь. На миг забываю о своем протесте и, подавшись вперед, притягиваю Ксандера к себе поближе. Только немножко распробую его поцелуи, и все! Дальше не зайду. Честно-честно!

Похоже, блондинистый дарх отлично знает, чего я хочу. Потому сразу же переходит к делу, осыпая мое лицо нежными, горячими поцелуями.

— Я тоже хочу! — немного ревниво отталкивает брата Виксар и разворачивает меня к себе. — Эти губы созданы для поцелуев.

Но едва брюнет углубляет поцелуй, как оба мужчины внезапно замирают, прислушиваясь к чему-то, что известно только им двоим.

— Что-то случилось? — спрашиваю, чувствуя, как их напряжение передается и мне. Вслушиваюсь, но кроме тихого всплеска воды в ванной ничего не слышу.

— Нас вызывают, — серьезно отвечает Виксар и убирает руки с моей талии.

— Из Управления… запрос, — подтверждает Ксандер и недовольно морщится. — Как же невовремя начальство о нас вспомнило!

Оба мужчины словно по команде оказываются снаружи, всколыхнув воду в ванной. Над ними открывается прямоугольник, и горячий поток воздуха высушивает их и одежду за считанные секунды. Это что за чудо техники?

— Побудь здесь, Элора. Мы скоро вернемся, — просит Ксандер и наклоняется для короткого поцелуя. Возражать не хочется. Кажется, к этим поцелуям я начинаю привыкать.

— Надо бы рассказать ему о дарнессе, — произносит Виксар, поглядывая на нас с каким-то странным выражением. Ревнует? И о ком это он?

Чтобы не нарушать равновесие между братьями, подманиваю его пальчиком.

— Иди сюда, тебя тоже поцелую!

Удивляюсь собственной смелости. А ведь еще минуту назад возмущалась, что меня не спрашивают! А теперь сама обнимаю инопланетного красавца и целую в губы, скользнув кончиком языка по ним. Виксар с рыком отвечает на мою ласку, и его горящий взгляд обещает много чего интересного в будущем.

А потом мужчины уходят, натягивая на ходу рубашки и куртки. Мне не остается ничего другого, кроме как помыться наконец по-человечески, раз уж «совместный релакс» откладывается на неопределенный срок. На этот раз я ни в чем себя не ограничиваю. Засовываю нос во все баночки-скляночки, пробуя крема, маски, бальзамы. Что-то нравится, что-то не очень. Выбор здесь на любой вкус.

В финале залезаю под поток воздуха, или «сушилку», как про себя обозвала этот чудо-аппарат. И высыхаю под ним всего за несколько секунд. Волны золотистых волос распушились, спадая блестящими локонами ниже лопаток. И я подхожу к зеркалу, чтобы наконец-то рассмотреть себя в новом обличье.

Провожу ладонью по запотевшей поверхности, открывая вид на лицо и… худощавую фигурку. Действительно, я больше не землянка. Об этом говорят слишком выразительные глаза, высокие скулы и невероятный цвет глаз — насыщенный зеленый, почти салатовый. Инопланетная красота, да и только!

Но, рассматривая свое отражение без одежды, остаюсь недовольна фигурой. Или, скорее, отсутствием оной. Лорендийка Элора оказалась слишком худой. Кожа да кости! И что привлекательного нашли во мне братья-дархи? Грудь скромная, едва «двоечка», бедра узковаты. Хороши только ноги. Что называется, от ушей.

Повертевшись и так, и эдак, принимаю решение: надо срочно откармливаться! Если у меня будет сразу два любовника, с таким телосложением я долго не протяну. Меня мужики в могилу вгонят! А они сильные… и, судя по всему, выносливые.

Эта мысль вызывает приятное томление внизу живота. Даже не знаю, кто из братьев мне нравится больше: дерзкий и развязный Ксандер, не стесняющийся проявлять свои чувства, или сдержанный Виксар, скрывающий за холодной маской страсть и пожар?

И тут же громко смеюсь своему отражению в зеркале. Ну ты, Лора, даешь! Когда успела стать такой развратницей и собственницей? Уже присматриваюсь к инопланетным красавцам, хотя изначально была в ужасе от всего происходящего. Как говорится, с кем поведешься… Братья-дархи плохо на меня влияют! Но что-то мне подсказывает, что это только начало.

Глава 8

Дархи

Экран над рабочим столом Ксандера ожил, заливая полумрак каюты мягким сиянием. На дисплее возникло лицо советника Зейна, отца Ксандера и Виксара. Обычно доброжелательное, сейчас оно казалось высеченным из камня.

— Ксандер, Виксар! Что происходит? Я не получал от вас вестей почти две декады! В ваших отчетах — пусто! Где вас носит?

Ксандер обменялся взглядом с братом. Оба знали, что гнев отца может быть стихией, против которой лучше не выступать.

— Отец, приносим свои извинения за отсутствие связи. Мы… задержались, — начал Ксандер, стараясь говорить ровно.

— Задержались? На две декады? У вас в подчинении целая галактика, а вы… задержались? — в голосе Зейна послышалось раздражение. — Вы должны были завершить инспекцию сектора и вернуться на Тэрион для доклада! Что могло вас так отвлечь?

Ксандер машинально подумал об Элоре, её золотистых волосах и коже цвета слоновой кости, но тут же почувствовал ментальный щелчок брата. Сейчас — не время!

— Мы столкнулись с серьезным нарушением кодекса Содружества, отец. На станции Ривил-Сити, — доложил Виксар.

Брови Зейна взметнулись вверх.

— Ривил-Сити? В этой дыре ларгов? Что там может быть настолько важного, чтобы игнорировать обязанности планетарных судей?

Ксандер взял слово.

— Мы обнаружили признаки деятельности нелегальной медицинской корпорации, «Эльсорт». Торговля органами, эксперименты над живыми существами… как в криминальных хрониках древности.

— «Эльсорт»? Кажется, что-то припоминаю… подождите, — Зейн нахмурился, погрузившись в воспоминания. — Поговаривали, что у них есть связи с контрабандистами и влиятельными лицами ещё во времена моей учёбы в академии. Я думал, их давно прикрыли.

— Очевидно, нет, — подтвердил Виксар. — Они действуют под покровом секретности, используя устаревшие технологии, чтобы оставаться незамеченными. Но у нас есть доказательства их причастности к исчезновению большого количества разумных существ.

— Именно поэтому мы задержались, — добавил Ксандер. — Мы внедрились в их сеть, чтобы собрать достаточно улик для предъявления обвинений. Пришлось действовать осторожно.

Зейн долго молчал, обдумывая услышанное. Наконец, вздохнул.

— Я понимаю. Торговля органами — отвратительное преступление, которое должно быть искоренено. Но, Ксандер, Виксар, вы обязаны были сообщить мне! Две декады молчания… это неприемлемо. Вы — планетарные судьи, а не вольные охотники за головами!

— Мы понимаем, отец, — смиренно ответил Ксандер. Такое поведение всегда безотказно действовало на отца. — Мы были слишком увлечены расследованием и… не оценили важность своевременной связи. Прости.

— Кроме того, — добавил Виксар, бросив быстрый взгляд на дверь каюты, за которой находилась Элора, — ситуация оказалась сложнее, чем казалась вначале.

Отец тут же считал этот взгляд и напрягся.

— Что ты имеешь в виду, Виксар?

Ксандер перебил брата, не желая вдаваться в подробности.

— Мы просто говорим, что потребуется больше времени, чтобы распутать этот клубок. «Эльсорт» глубоко проникла в местную систему власти, и у них есть влиятельные покровители.

— Влиятельные покровители? — Зейн скривил губы. — Неважно, насколько они влиятельны, закон превыше всего. Предоставьте мне полный отчёт о вашей деятельности, включая имена и должности этих покровителей. И связывайтесь со мной регулярно! Я не хочу повторения подобного.

— Разумеется, отец, — ответил Ксандер. — Будем держать в курсе.

— Хорошо, — Зейн смягчился. — Я знаю, что вы оба преданы делу, но помните, что вы — часть системы. Действуйте как единое целое, соблюдайте протокол. И… будьте осторожны.

Экран мигнул и погас, оставив Ксандера и Виксара в тишине. Они снова обменялись взглядами, на этот раз более сложными. Гнев Зейна был неприятен, но и его беспокойство — вполне объяснимо. Они оба — часть большой семьи, где превыше всего работа, долг и преданность роду. И им приходится скрывать от отца очень многое.

Что теперь? — мысленно спросил Виксар. Ему не нужно было произносить слова, чтобы Ксандер понял его.

Брат задумался.

Теперь мы должны довести это дело до конца. Мы привлечём «Эльсорт» к ответственности и покажем этим головорезам, что справедливость Содружества достигает даже самых дальних углов галактики. И… да, будем держать отца в курсе.

Потом он посмотрел на дверь.

А ещё… нам нужно поговорить с Элорой.

Ситуация с лорендийкой становилась все более запутанной и… сложной. Слишком долго скрывать обретение дарнессы от семьи не получится. Нужно решить, как поступить дальше.

Глава 9

Дархи и Элора

Ксандер и Виксар вошли в комнату, где Элора изучала звездные карты на голографическом проекторе. Свет мягко скользил по ее лицу, подчеркивая белизну кожи и задумчивое выражение глаз. Она обернулась, почувствовав их приближение, и сразу заметила что-то неладное.

— Все в порядке? — спросила, будто уловив напряжение, повисшее в воздухе.

Ксандер откашлялся.

— Мы только что разговаривали с нашим отцом…

Элора еще больше насторожилась.

— И что он сказал?

Виксар подошел ближе, почти невесомо коснувшись ее золотых волос.

— Он знает об «Эльсорт» и о том, что мы задерживаемся.

— И? — в нетерпении вскинула глаза, пытаясь прочитать их мысли.

Братья переглянулись, словно совещаясь без слов.

— И он прав. Мы слишком отвлеклись, Элора. Подвергаем тебя опасности, оставаясь здесь, и не можем сосредоточиться на деле, пока не будем уверены в твоей безопасности.

Элора вздрогнула и распахнула большие зеленые глаза еще шире.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мы решили, что для тебя будет лучше отправиться на Тэрион, — произнес Виксар, и в его голосе слышалась твердость, не терпящая возражений. — На нашу родную планету.

В глазах Элоры мелькнул страх. Виксар с Ксандером не понравилось увиденное. Это не то, чего они добивались.

— На Тэрион? Зачем? Что я буду там делать? — вопросы посыпались, словно горох.

— Там ты будешь в безопасности, — терпеливо начал объяснять Ксандер. — Тебя окружат заботой и защитой. Пока мы заняты расследованием и поимкой преступников, ты будешь в самом безопасном месте, под присмотром нашей семьи. Мы доверяем им, как самим себе. И к тому же, с тобой останется Талассия. И тебе будет не так скучно, пока мы в отъезде.

— Но… я не хочу на Тэрион! — воскликнула Элора, и в ее голосе зазвенели нотки паники. — Я абсолютно ничего не знаю про вашу планету, семью, традиции… Вообще ничего! Окажусь на краю чужой галактики совершенно одна!

— Ты не будешь одинока, — заверил ее Виксар. — Наша семья с радостью примет тебя как часть нас. Они будут рады познакомиться с той, кто… важна для нас с братом.

Элора скрестила руки на груди, одаривая братьев взглядом, полным скепсиса и недоверия.

— Важна? Вы серьезно или это просто способ избавиться от меня? Отправить куда подальше, чтобы не мешалась под ногами?

Ксандер подошел вплотную и взял ее руки в свои.

— Элора, это не так. Мы действительно заботимся о тебе. Ты должна понимать, что мы — планетарные судьи. В наших руках — жизни миллиардов. И мы не можем рисковать тобой, брать с собой в самое пекло. Это будет отвлекать и заставлять переживать. Мы не сможем сосредоточиться на работе.

— То есть я для вас — обуза? — ее голос задрожал от обиды и сдерживаемых слез. — Проблема, которую нужно решить?

— Нет, это совершенно не так, — серьезно возразил Виксар. — Ты слишком ценна для нас. Именно поэтому мы хотим, чтобы ты оказалась в безопасности. На Тэрионе тебе ничто не угрожает. Это самый безопасный уголок галактики.

Элора высвободила руки и отвернулась.

— Вы говорите так, будто у меня нет выбора. Словно уже все решили за меня. Я что, вещь? Груз, который нужно доставить в пункт назначения?

— Мы хотим услышать твое мнение, Элора, — попытался успокоить ее Ксандер. — Но пойми: на нас лежит огромная ответственность перед Содружеством. Мы не можем позволить «Эльсорт» продолжать свою деятельность, а это требует полной концентрации. Если мы возьмем тебя с собой — мы просто не сможем защитить всех.

— А что насчет меня? — спросила Элора, с вызовом вскидывая подбородок, в то время как глаза предательски наполнялись слезами. — Разве у меня нет прав? Разве я не могу сама решать, где мне быть?

— Конечно, у тебя есть права, — мягко возразил Виксар. — Но мы считаем, что это — лучшее решение для всех. Тем более, отец захочет с тобой познакомиться, как только узнает, что мы встретили свою дарнессу. Да еще и одну на двоих!

Элора отвернулась, не желая смотреть им в глаза. Она не понимала, как они могут так говорить, как будто все это — игра.

— Представить семье, как кого? Как трофей? Как экзотическую зверушку? — гнев клокотал в ней, выливаясь в неприятные и колкие слова. Не успела свыкнуться с мыслью, что отныне она — связана с этими мужчинами, как они уже пытаются избавиться от нее!

— Нет, Элора, — Ксандер приподнял ее за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Как ту, кто завоевала наши сердца. Как ту, кто изменила наши жизни. Мы хотим, чтобы ты была счастлива.

Элора заморгала, прогоняя слезы.

— А если я не хочу никого завоевывать? Если просто хочу, чтобы меня оставили в покое? Чтобы я могла жить своей жизнью?

— Мы и не просим тебя отказываться от своей жизни, — вмешался Виксар, нахмурив темные брови. — Мы просим довериться нам. Дать шанс защитить тебя. Дать шанс нашей семье полюбить тебя. На Тэрионе все дарнессы окружены заботой и почетом. Ты ни в чем не будешь нуждаться.

Глава 9.1.

Элора

После ухода дархов я долго стою неподвижно, глядя в одну точку. Слова братьев эхом отдают в голове, смешиваясь со страхом и тревогой. Трясу головой, отгоняя наваждение и делаю глубокий вдох. Мне нужно что-то делать. Но… что?

Вместо паники и мыслей о бегстве во мне внезапно просыпается упрямство. Если уж мне суждено отправиться на эту чертову планету Тэрион, я должна понять, кто такие — эти дархи. Что ими движет? Что из себя представляет их мир? Я не собираюсь ехать вслепую.

Решительно разворачиваюсь и выхожу из комнаты, и отправляюсь на поиски Ксандера и Виксара. Нахожу их в кабинете, склонившихся над столом и изучающих какие-то схемы. Они выглядят сосредоточенными и серьезными, совсем не похожими на тех страстных любовников, какими были еще несколько часов назад.

Стук в дверь заставляет их вздрогнуть и поднять головы. В глазах читается удивление и вопрос.

— Можно? — неуверенно спрашиваю.

Ксандер и Виксар переглядываются, и блондин кивает.

— Конечно, дарнесса. Что-то случилось?

— Я хочу поговорить, — вхожу в кабинет и сажусь в кресло напротив них. — Вы сказали, что у меня есть сутки, чтобы принять решение. Я хочу использовать это время, чтобы узнать вас получше. И вашу планету.

Виксар слегка хмурится.

— Ты сомневаешься в нас?

— Я не знаю, чему верить, — признаюсь. — Знакома с вами всего пару дней. И вы говорите, что заботитесь обо мне, но при этом хотите отправить меня на край галактики, к людям, которых никогда не видела. Как я могу вам доверять?

В кабинете повисает напряженная тишина. Ксандер и Виксар молча смотрят на меня, словно пытаясь найти ответы на собственные вопросы на моем лице.

Наконец, Ксандер вздыхает и откидывается на спинку кресла.

— Ты права, Элора. Мы просим тебя поверить нам на слово, но сами не даем тебе никаких гарантий. Это несправедливо.

— Тогда расскажите мне, — прошу я. — Расскажите о Тэрионе. О вашей семье. О том, что меня там ждет.

Виксар подходит к голографическому столу и жестом вызывает изображение Тэриона — прекрасной планеты с зелеными лесами, лазурными морями и величественными горами.

— Тэрион — наш дом, — начинает он, и в его голосе появляется мягкость. — Это планета, где чтят традиции и семейные ценности. Где каждый дар имеет свое место и предназначение.

Он рассказывает о семье, родителях, сестре и бабушках с дедушками, о том, как они живут и чем занимаются. О том, что на Тэрионе дарнессы пользуются особым почетом и уважением, и что меня будут окружать забота и внимание.

Ксандер дополняет рассказ Виксара, поделившись воспоминаниями из детства, о праздниках и обрядах, о том, как они с братом учились управлять своим даром менталистов и служить Содружеству.

Я слушаю, затаив дыхание. И вижу, как меняются лица дархов, когда они говорят о своем доме, как загораются их глаза, когда они вспоминают о прошлом. Впервые чувствую, что вижу не только инопланетных судей, но и простых людей, любящих сыновей, братьев и внуков.

— А что насчет меня? — спрашиваю, когда они заканчивают свой рассказ. — Чем я буду заниматься на Тэрионе? У меня нет особого дара, и я не разбираюсь в ваших традициях.

Ксандер подходит ко мне и берет мое лицо в свои руки.

— Ты будешь нашей дарнессой, Элора, — произносит, глядя мне прямо в глаза. — Той, кто завоевала наши сердца, и той, кого мы любим. И поверь, этого достаточно. А позже мы научим тебя всему, что нужно знать.

Виксар кивает, подтверждая слова брата.

— Ты станешь частью нашей семьи, Элора. И мы сделаем все, чтобы ты чувствовала себя как дома.

Смотрю на них, пытаясь понять, искренни ли они. И вижу в их глазах не только страсть и желание, но и… надежду. Надежду на то, что я смогу принять их мир и стать частью жизни.

Что ж, может быть, мне стоит дать им шанс? Может быть, за этими сильными и уверенными мужчинами скрываются ранимые души, нуждающиеся в любви и понимании. Может быть, на Тэрионе меня действительно ждет новая жизнь, полная счастья и гармонии…

И даже если это не так, по крайней мере, я попытаюсь.

— Хорошо, я согласна. И поеду на Тэрион, если в этом есть необходимость.

На лицах дархов тут же расцветают улыбки, и они одновременно обнимают меня, зажимая между собой.

— Мы не подведем тебя, дарнесса, — шепчет Ксандер.

— Ты не пожалеешь о своем решении, — добавляет Виксар.

Прикрываю глаза, чувствуя тепло их тел и надежду, зарождающуюся в моем сердце. Может быть, все будет хорошо. Может быть, я действительно нашла свой дом.

Глава 10

Элора

Слова Ксандера и Виксара о необходимости отлета и моей безопасности убеждают меня. Да и спорить особо не хочется. Что я могу противопоставить двум властным дархам? Так или иначе, они добьются того, что считают правильным. И отправляясь на Тэрион, я знаю: сопротивление бесполезно. Но в глубине души затаилась тревога. Смогу ли я понравиться семье? Примут ли меня такой, какая есть?

Полет выходит недолгим, но утомительным. Шикарный корабль с гравитационными компенсаторами и бесчисленными удобствами кажется золотой клеткой. Я жду, когда ступлю на чужую землю, и не могу перестать накручивать себя. Что меня там ждет? Как отнесутся ко мне родственники братьев? Не сочтут ли меня недостойной их высокого положения?

Ксандер и Виксар стараются меня развлечь, как могут. Показывают голографические пейзажи далеких планет, рассказывают о культуре дархов, но их рассказы кажутся мне красивой сказкой, оторванной от реальности. И я все больше чувствую себя куклой, которую везут на показ почтенным родственникам, чтобы те оценили.

Меня наряжают в традиционный костюм дархиек — длинное платье со шлейфом и множеством украшений. Это знак уважения, попытка представить меня семье как избранницу. Но чувствую себя неловко в этой чужой одежде, примеряя роль, к которой не готова.

Собираться мне помогает Талассия. Пока мужчины заняты подготовкой к посадке, я делюсь с ней своими тревогами.

— Как думаешь, что нас ждет там?

— На Тэрионе? — задумчиво переспрашивает Талассия, поправляя складки платья. — Не переживай, Элора. Тебя ждет роскошь, внимание и забота. Ты же теперь дарнесса!

— Мне бы твой оптимизм, — вздыхаю, прогоняя дурные предчувствия. Первые эмоции и впечатления от нового мира поутихли, и просыпается здоровый скептицизм. Слишком гладко все идет.

Когда корабль мягко приземляется на Тэрионе, сердце бешено колотится. В иллюминаторе виднеется город с причудливой архитектурой, сверкающий белизной фасадов и мерцающий неоновыми огнями. Он кажется неземным и футуристичным, словно сошедшим со страниц фантастического романа. Но этот идеальный мир вызывает у меня не восхищение, а тревогу.

Все это кажется слишком нереальным, — мелькает мысль.

— Все будет хорошо, Элора! Вот увидишь! — обещает Виксар, протягивая руку. Как старший брат, он больше чтит традиции и считает своим долгом представить меня семье.

Я смотрю на его руку, потом — в глаза. В них я вижу не только заботу, но и… какое-то напряжение. Неужели он тоже волнуется?

Сделав глубокий вдох, принимаю его ладонь и выхожу из корабля. Буду держать лицо до последнего! Не позволю посторонним увидеть свой страх.

На посадочной платформе нас ждут… двое. Я ожидала увидеть целую делегацию, во главе с суровым отцом, но его нет.

Это даже к лучшему, — усмехаюсь про себя.

Высокая статная женщина с серебристыми волосами, собранными в сложную прическу, широко улыбается при виде нас. Рядом с ней стоит молодая дархийка с надменным взглядом и тонкими губами, поджатыми в презрительной гримасе. Кто же она?

— Мама, Анора! — восклицает радостно Ксандер, идущий за нами. Он словно почувствовал мое напряжение и пытается разрядить обстановку.

— Позвольте вам представить — это Элора, девушка, о которой мы вам рассказывали, — чопорно произносит Виксар.

Женщина постарше, очевидно, мать дархов, одаривает меня теплой, мягкой улыбкой.

— Добро пожаловать на Тэрион, Элора. Мы очень рады тебя видеть, — звучит ее мелодичный голос. В умных серых глазах я вижу искреннее любопытство и… надежду.

— Спасибо, — киваю я, стараясь выглядеть соответственно: доброжелательно и с достоинством.

Но Анора оглядывает меня с ног до головы и кривится, будто увидела насекомое, прилипшее к ботинку.

— Низшая раса?! — произносит с легким отвращением. — Не думала, что у моих братьев такой… непритязательный вкус.

Кровь мгновенно приливает к лицу. Непритязательный? Да, я и сама не понимаю, что во мне нашли эти инопланетяне. Но это не значит, что не достойна элементарного уважения!

— Анора, будь любезна, замолкни! — строго произносит Виксар, крепче сжимая мою руку.

Но сестрица игнорирует его слова.

— Не понимаю, что вы в ней нашли. Она такая… хрупкая. Такая… обычная. Неужели среди всех рас галактики вы не могли найти никого более достойного?

Ее слова ранят меня, словно острые осколки. Я все еще пытаюсь держаться, но внутри все кипит от злости и обиды.

Я покажу тебе, на что способна «хрупкая и обычная» землянка!

— Анора, хватит! — прикрикивает Ксандер, сжимая кулаки. — Элора наша избранная, и мы не потерпим неуважительного к ней отношения!

— Избранная? — дархийка усмехается, выгибая бровь. — Не смешите меня. Вы что, забыли о нашем происхождении? Наша раса — одна из древнейших и благороднейших в галактике. Мы не можем осквернять ее святость, принимая у себя… это!

Мать дархов кладет руку на плечо Аноры.

— Дочь, не стоит судить по внешности. В сердце Элоры может быть больше мудрости и благородства, чем у многих из тех, кого ты считаешь достойными.

Глава 11

Элора

Замираю у окна, вглядываясь в бесконечную черноту космоса. Слова Аноры, словно занозы, въелись в память, напоминая о моей «недостойности». В этом роскошном дворце, среди чужих звезд, чувствую себя бесконечно одинокой и ничтожной.

За спиной раздается тихий шелест открывающейся двери, а следом — мужские шаги. Зная Ксандера и Виксара, понимаю, что кто-то из братьев заглянул перед сном, чтобы убедиться, что со мной все в порядке. Вот только это далеко не так.

На плечи ложатся теплые ладони, обдавая знакомым теплом. Чуть повернув голову, вижу Ксандера. Обычно невозмутимый и с улыбкой на губах, сейчас он кажется напряженным, словно разделяет мою тревогу.

— Не спится? — мягко спрашивает он, притягивая меня к себе и вдыхая аромат волос.

Я пытаюсь скрыть слезы, которые все-таки набежали на глаза, как бы ни держалась. Но он замечает, как я шмыгаю носом.

— Все в порядке, — вру, быстро вытирая лицо. — Просто… тоскую по дому.

Ксандер бережно разворачивает меня к себе и заглядывает в глаза, словно пытается прочитать мои мысли. В его взгляде, как всегда, отражается целый космос, необъятный и загадочный.

— Я понимаю, Элора, — шепчет он, целуя в висок. — Тэрион — совсем другой. И тебе нужно время, чтобы привыкнуть к нему.

— Иногда мне кажется, что это невозможно, — признаюсь, прижимаясь к его груди. — Я никогда не стану такой, как вы… Я не дархийка. Мне не стать достойной вашего рода!

Ксандер отстраняется и серьезно, но с теплотой в голосе, произносит:

— Перестань так говорить, Элора. Ты уже достойна. Мы с Виксаром полюбили тебя с первого взгляда. Ты — наша дарнесса, понимаешь? Самое ценное, что может обрести дарх. Это как найти ту часть души, без которой не можешь дышать. Рядом с тобой я чувствую, что, наконец, начинаю жить по-настоящему. И мое сердце навеки принадлежит тебе.

Его слова трогают до глубины души, но сомнения не отступают. Неужели это правда? Неужели этим сильным инопланетным мужчинам я нужна как воздух? И что я могу им дать взамен?

Ксандер словно читает мои мысли.

— Когда мы вернемся, — продолжает он с мягкой улыбкой, — сразу же женимся на тебе. И сделаем частью нашей семьи, частью этого мира. Ты станешь нашей женой и обретешь новый дом. Нужно только немножко подождать.

— Хорошо, — шепчу в ответ. — Я подожду… Только не оставляйте меня слишком надолго!

Ксандер кивает и касается моих губ. Поцелуй получается долгим и тягучим, и будит во мне массу эмоций. Отвечаю, вкладывая в поцелуй всю свою тоску по Земле, всю нерастраченную любовь и робкую надежду на счастье. Мужские губы настойчиво и жадно берут мой рот в плен, язык проскальзывает глубже, даря ласку и приводя меня в трепет.

Забыв о печалях и страхах, растворяюсь в ощущениях. Руки Ксандера перемещаются с моей спины к бедрам, притягивая ближе, сокращая расстояние между нашими телами. Я чувствую силу его желания, и оно передается мне, обжигая кожу. Сердце колотится как бешеное, а дыхание сбивается, но мы продолжаем целоваться, пока не заканчивается кислород в легких.

Ксандер прикусывает мою нижнюю губу, и полностью обмякаю в его объятиях, отдавшись власти. Скользнула вверх руками, зарываясь в шелковистые прядя волос, притягивая его еще ближе. И почувствовала, как мужские крепкие ладони пробираются под мою одежду, нежно и чувственно ласкают кожу, задевая напряженные от возбуждения соски. От каждого прикосновения по телу разбегаются мурашки, и меня всю охватывает пламя порочного желания.

Ксандер отстраняется лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание, и его глаза горят той же страстью, что сейчас бурлит во мне.

— Ты прекрасна, Элора, и я тебя очень хочу…

Низкий вибрирующий голос дарха выжигает последние крохи самообладания, и я сама тянусь к нему, за новой порцией поцелуев. И он отвечает. На этот раз более требовательно и настойчиво. Его руки освобождают мою грудь от одежды, и терзают соски, вынуждая прогибаться в спине от удовольствия и остроты ощущений. Громкий стон срывается с моих губ, и я запрокидываю голову, позволяя Ксандеру беспрепятственно ласкать меня.

Он дергает меня на себя, и мы вместе падаем на кровать. Тут же оказываюсь под шикарным мужским телом. Ксандер вдавливает меня в постель, не забывая при этом оставлять острые поцелуи-укусы. Шея, плечи, зона декольте… Он плавно смещается ниже, разрывая на груди остатки наряда.

Целует мой живот, обводя языком пупочную впадинку и дуя на кожу. Толпы мурашек разбегаются по телу, и я вся извиваюсь под ним в нетерпении. Никогда ранее я не чувствовала себя настолько желанной и любимой.

Ксандер медленно стягивает платье вниз, обнажая мои ноги. Его взгляд физически ощущается на коже. Он любуется мною и это заставляет дрожать от накатывающего волнами возбуждения.

— Ты само совершенство! — горячо шепчет, целуя мои колени и внутреннюю сторону бедра.

Встает на минуту, чтобы избавиться от одежды и впервые предстает передо мной полностью обнаженным. Его прекрасное мускулистое тело чуть мерцает в лунном свете, льющемся из окна. И я не могу отвести взгляд от крепкого члена, увитого венками. Все в Ксандере гармонично и красиво, и мужское естество гордо вздымается вверх под моим голодным взглядом.

Глава 12

Элора

Утро наступает слишком быстро. Вчерашняя ночь, наполненная страстью и обещаниями, кажется сном. Ксандер и Виксар просыпаются рано, собираются быстро и деловито. А когда прощаются — каждый одаривает долгим, сладким поцелуем, словно пытаются оставить частичку себя, чтобы мне было легче пережить разлуку.

Но легче не становится. Когда их корабль взмывает в небо, оставляя за собой лишь шлейф света, на душе скребут кошки. Мне предстоит провести несколько недель в компании абсолютно чужих для меня людей, к тому же — из высшей расы. Почему мне нельзя было отправиться с братьями?! Наверняка, я бы там пригодилась, помогла бы им… Хотя, признаюсь, идея столкнуться с головорезами Эльсорт меня совсем не прельщает.

Возвращаюсь в свою комнату и останавливаюсь напротив зеркала. В нем отражается мое усталое лицо, покрасневшие глаза. Действительно ли я достойна этих могущественных дархов? Смогу ли вписаться в их мир? Прежние сомнения вспыхивают с новой силой.

Первые дни в незнакомом доме тянутся мучительно медленно. Мать Ксандера и Виксара, Эйра, добра и внимательна. Она старается меня развлечь, показывает сады с удивительными растениями, рассказывает об истории рода. Но я чувствую, что между нами остается стена, непроницаемая и холодная. Она приветлива, но держится чуть отстраненно, словно боится сблизиться со мной по-настоящему.

Но истинный кошмар меня ждет с Анорой. Сестра Ксандера и Виксара не упускает ни единой возможности, чтобы уколоть, напомнить о «недостойности» и подчеркнуть мою «примитивность». Она смотрит на меня, как на грязное пятно на дорогом ковре, которое нужно поскорее вывести.

— Тебе не скучно здесь, Элора? — как-то спрашивает Анора, когда мы оказываемся вдвоем в просторной гостиной комнате. У дархов неплохая коллекция винтажных книг, собранных с разных уголков вселенной, которую я просматриваю, пытаясь хоть чем-то занять себя.

— Нет, — сухо отвечаю, чтобы не раздувать скандал на ровном месте. Но дархийка не успокаивается.

— Мы, дархи, привыкли к более интеллектуальным развлечениям, чем… разглядывание цветных корешков у книг! Неужели у тебя нет каких-то увлечений? Например, изучение квантовой физики или решение сложных математических задач?

— Мне нравится читать. История, романы, путешествия…, — пожимаю плечами, стараясь не выдать раздражения.

Анора презрительно фыркает.

— Беллетристика? Неужели ты считаешь это достойным занятием для будущей жены планетарных судей?

— Пока я не считаю себя их женой, — отвечаю резковато, не выдержав. — Они просто… сделали мне предложение. Я еще ничего не решила.

— Не решила? — в голосе Аноры звучит неприкрытое изумление. — И ты еще раздумываешь? Тебе оказали честь, приглашая стать частью могущественного рода дархов, а ты — крутишь носом… И неужели ты всерьез полагаешь, что у тебя есть выбор?

— Я благодарна за гостеприимство, — цежу сквозь зубы, — но это не значит, что должна терпеть твои оскорбления!

Анора язвительно улыбается.

— Оскорбления? О, нет! Я просто пытаюсь открыть тебе глаза, Элора. Ты не подходишь моим братьям. Ты слишком слабая, приземленная, слишком… человеческая. А они достойны самого лучшего! И я уверена, что они рано или поздно это поймут.

— Они любят меня! — восклицаю, хотя в глубине души не уверена в этом.

— Любовь — это иллюзия, Элора, — холодно отвечает Анора. — Чувства быстро проходят, а вот родственные связи остаются навсегда. И Ксандер, и Виксар скоро поймут, что совершают ошибку, связавшись с тобой.

Устав спорить, я ухожу к себе, оставив слова Аноры без ответа. После этого разговора чувствую себя подавленной. Слова надменной дархийки отравляют душу, посеяв семена сомнения и неуверенности. Я перестаю выходить из своей комнаты, боясь столкнуться с ней снова.

Часами смотрю в окно, вспоминая Ксандера и Виксара. Представляю, как они сражаются с преступниками, защищают галактику, и ощущаю себя такой бесполезной, никчемной. Они — герои, а я — обычная землянка, волею судьбы заброшенная в чужое тело.

Проходит неделя. В один из дней я смотрю в зеркало и вижу, как сильно изменилась за последние несколько недель. Лицо осунулось, в глазах поселилась тоска.

Что со мной стало? — спрашиваю себя и не нахожу ответа. Я выгляжу жалкой и беззащитной, но я ведь никогда не была такой!

Вспоминаю свою жизнь на Земле и усмехаюсь. В налоговой меня боялись, подружки называли занозой в заднице, и вообще — я всегда была строгой и решительной. Где все это? Неужели влияние настоящей Элоры так сильно изменило меня? Я даже с Талассией перестала общаться, избегая всех и вся… Это совсем на меня не похоже. Неужели я позволила Аноре сломить меня? Поверила ее словам и перестала верить в себя? Да, я точно знаю — это не так!

Оглядываю комнату. Роскошная, просторная, но такая… чужая. В ней много дорогих вещей, но нет ни одной, которая отражает мою личность. Я чувствую себя здесь гостьей, а не хозяйкой. Это не мой дом. И если не начну что-то менять, то просто сойду с ума.

И тут меня осеняет! Я должна сделать что-то, чтобы почувствовать себя здесь как дома. Что-то, что напомнит о прошлой жизни, о том, кто я есть на самом деле. И это должно быть что-то настоящее, живое, а не эти холодные и идеальные стены. Мне нужно прикоснуться к земле, почувствовать запах травы. И тогда прежняя я вернется — это уж точно!

Глава 13

Элора

Мы оказываемся в моей комнате и Талассия замирает, прижавшись спиной к двери. Словно опасается, что я ее сейчас выгоню или еще чего похуже. Ее большие фиолетовые глаза, обычно полные веселья, сейчас кажутся пустыми, лишь на дне плещется тоска и всепоглощающий страх. Бедняжка… Ее можно понять.

— Ну что с тобой, Мальвинка? — спрашиваю и отхожу вымыть руки. — Ты чего такая напуганная? Что-то стряслось?

— Ничего, тана Элора, — бормочет, опуская глаза к полу.

— Талассия! — повышаю голос. — Я же просила, никаких «тана»! Мы же с тобой подруги! Что происходит?

Мальвинка всхлипывает.

— Тана Анора… она…

— Что она? — выхожу из ванной комнаты, всматриваясь в бледное лицо лорендийки.

— Она всегда мной недовольна. Ругает меня за все! За то, что пыль не так протерла, за то, что цветы не так полила, за то, что суп пересолила… Хотя я его даже не готовила! — по щекам Талассии катятся крупные слезы.

От злости сжимаю кулаки. Ну и дрянь! Как же она меня достала! А я еще надеялась, что в итоге мы сможем с ней подружиться. Или в крайнем случае — найти точки соприкосновения. Как я могла быть такой наивной?

— Тана Анора говорит, что я глупая, неуклюжая, бесполезная…, — продолжает Мальвинка, захлебываясь слезами. — И сказала, что лорендийцы — самые никчемные слуги во всей галактике! После того, что случилось с моей планетой… я просто боюсь не угодить, боюсь оказаться на улице.

Мое сердце сжимается от жалости к бедной девочке. Анора перешла все границы. И я тоже хороша: совсем позабыла про робкую лорендийку. Да и сама чуть не стала ее копией. Вот ужас-то! Нужно срочно исправлять ситуацию.

— Хватит, Талассия, не плачь! — обнимаю ее, стараясь успокоить. — Я уверена, что со своей работой ты справляешься на отлично. А Анора… она просто пытается выместить на тебе свои комплексы. Не обращай на нее внимания. Она и ко мне относится не лучшим образом, поверь.

— Но она же госпожа! — всхлипывает в ответ Мальвинка. — Я не могу ей перечить. Если не стану угождать, она выгонит меня на улицу! Или еще хуже того: продаст кому-нибудь и дело с концом. У меня никого нет…

— Не выгонит! — обещаю. — Я этого не позволю, слышишь? И поговорю с ней. И объясню, чтобы к тебе больше не лезла. Братья ведь обещали, что мы будем вместе жить, вот и оставайся сегодня в моей комнате. Я тебя не обижу.

— Вы правда это сделаете, тана Элора? — в глазах Талассии мелькает надежда, как луч света в темном царстве.

— Конечно, сделаю! Я ведь твоя подруга, и всегда буду на твоей стороне. И никому не позволю тебя обижать.

И решительно направляюсь к двери.

— Куда вы, тана Элора? — испуганно спрашивает Мальвинка, когда я ее смещаю в сторону.

— Иду поговорить с этой «госпожой»! — фыркаю. — Кое-кому пора преподать урок хороших манер! И прошу, милая, никаких больше «тан»! Услышала?

И, оставив ошарашенную Талассию в своей комнате, я отправляюсь на поиски своенравной Аноры, полная решимости поставить ее на место. С меня хватит! Больше не позволю издеваться над Талассией и надо мной тоже. Может, мы и другой расы, но уж точно ничем не хуже дархийки! Пора ей это усвоить. И кто она такая, чтобы обращаться так со своими слугами?

Нахожу Анору в тренировочном зале, где она оттачивает навыки владения каким-то экзотическим оружием. Дархийка ловко вращает в руках сверкающий клинок, и блики света пляшут на стенах. Выглядит все это довольно устрашающе, но меня таким не остановить. Я не из пугливых.

— Анора! — выкрикиваю, переступая порог.

Дархийка теряет равновесие в очередном выпаде, отчего ее клинок улетает в сторону. Она разворачивается ко мне лицом, в глазах стоит неприкрытое раздражение и злость. Сверкает глазами, словно разъяренная кошка.

— Что ты здесь забыла? — спрашивает ледяным тоном.

— Я пришла поговорить о Талассии, — отвечаю, складывая руки на груди.

— О лорендийской служанке? Что не так с этой неумехой? Одни от нее проблемы! — пренебрежительно хмыкает. — Только и жду, чтобы от нее избавиться.

— С ней все в порядке. А вот с тобой — нет! — выпаливаю. — Зачем ты ее обижаешь? Постоянно унижаешь? Она тебе ничего плохого не сделала.

Анора цедит сквозь зубы:

— Она — служанка, Элора, и этим все сказано. Ее задача — служить мне и этому дому. И если девчонка не справляется, имею полное право ее наказывать.

— Наказывать? Ты же постоянно ее оскорбляешь и унижаешь! Это не наказание, а просто жалкое самоутверждение! Ты черствая и высокомерная, — говорю, стараясь не повышать голос. Ведь знаю — это еще больше разозлит ее. Но я не боюсь, просто пытаюсь решить вопрос цивилизованно.

— Да как ты смеешь так со мной разговаривать, мерзавка? Забыла свое место? Забыла, из какой дыры тебя вытащили братья? Ты всего лишь жалкая представительница низшей расы! — красивое лицо Аноры искажается от гнева, становится почти уродливым. Она не привыкла, чтобы ей перечили. Она думает, что ей все дозволено и старшие братья всегда ее прикроют. Но она ошибается. И зашла слишком далеко.

— А ты забыла, в каком веке живешь? — парирую. — Все расы равны! Или считаешь, что тебе все дозволено? Что можешь унижать тех, кто слабее? Ты просто слабачка, которая пытается возвысится за чужой счет!

Глава 14

Элора, следующий день

Прихожу в себя медленно, словно выбираюсь из липкого, вязкого болота. Кажется, каждая косточка ноет, отзываясь тупой, изматывающей болью на малейшее движение. Новый вдох дается с трудом, словно в легких больше нет места для воздуха.

Голова гудит, а во рту — терпкий, отвратительный привкус крови. Перед глазами пляшут размытые, искаженные тени. Пытаюсь пошевелиться, но острая боль в боку, заставляет замереть и тихо, сдавленно застонать. Что, черт возьми, произошло?

Воспоминания накатывают, как ледяная волна, обжигая жестокой реальностью. Анора! Это все она виновата!

Перед глазами стоит ее лицо, искаженное злобой и презрением. Напоминая о ярости и шквале ударов, обрушившихся на меня, словно град камней. И унижение, которому подверглась благодаря дархийке.

Меня захлестывает гнев, ослепляющая жажда мести, но я усилием воли отгоняю эти деструктивные чувства. Сейчас не время поддаваться эмоциям. Нужно подумать о следующем: как выжить и восстановиться, и при этом не позволить Аноре сломать меня.

С трудом открываю глаза и вижу над собой встревоженное лицо Талассии. В ее больших сиреневых глазах плещутся слезы и искреннее сочувствие. Она нежно обтирает мои щеки прохладной влажной тканью, ее прикосновения мягкие, осторожные, словно она боится сломать меня, как хрупкую фарфоровую куклу.

— Тана Элора… — начинает дрожащим, срывающимся голосом, но я тут же, слабо улыбнувшись, останавливаю ее.

— Никаких «тана», Талассия. Помнишь? Просто Элора. Как я?

— Очень плохо, — шепчет, смаргивая слезы. — Тана Эйра вызвала целителя. Он сказал, что у вас сломано несколько ребер, сильный ушиб и сотрясение мозга. Вам нельзя двигаться.

Попытка приподняться отзывается новой вспышкой боли, и я вынуждена отказаться от этой затеи. Талассия мягко, но настойчиво, возвращает меня в горизонтальное положение.

— Нельзя, вам нужен покой. Лежите, а я буду рядом. И присмотрю за вами.

Послушно откидываюсь на подушку, чувствуя, как Талассия бережно укрывает меня теплым, невесомым одеялом. Ее ненавязчивая забота трогает меня до глубины души. В этот момент я понимаю, что эта робкая, скромная лорендийка — мой единственный верный союзник, мой якорь в этом чужом, враждебном мире. И очень хочется защитить ее от невзгод. Защитить от Аноры и ее высокомерия, от всех тех, кто попытается причинить нам боль.

— Спасибо, Талассия, — произношу искренне, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, несмотря на слабость. — Твоя поддержка бесценна. Ты даже не представляешь, как мне помогаешь.

— Я… я просто хочу, чтобы вам стало лучше, — отвечает, скромно потупив взор.

Беру ее маленькую, хрупкую ладонь в свою и крепко сжимаю.

— Ты уже сделала мою жизнь лучше. Просто тем, что есть рядом. Твоя доброта — это то, что дает мне силы. Смотрю на нее и думаю, что даже среди этих чужих звезд у меня есть, о ком заботиться…

В комнату, тихо ступая, заходит мать дархов — Эйра. Удивительно видеть в ее обычно властных глазах такую глубокую печаль. Она подходит и почти робко присаживается на краешек моей кровати, совсем не похожая на ту уверенную в себе женщину, которую видела раньше. Пальцы нервно теребят тонкое кружево шелкового платья. Кажется, она растеряла всю свою аристократическую горделивость, ссутулилась, и выглядит такой…человечной.

— Как ты себя чувствуешь, Элора? — спрашивает мягко, с тревогой в голосе.

— Жива, — отвечаю сухо, стараясь скрыть свою неприязнь. — Пока еще.

Эйра вздыхает, и опускает голову. Прячет взгляд, словно ей стыдно смотреть мне в глаза.

— Мне невыразимо жаль, что так произошло. Анора повела себя… чудовищно. Я не знаю, что на нее нашло. Это совершенно не в ее характере…

— Не в ее характере? — перебиваю, приподнимая бровь. — Она просто перестала притворяться. И я рада, что увидела ее истинное лицо сейчас, а не потом, когда было бы слишком поздно.

— Я накажу ее, — произносит Эйра и ее голос дрожит от волнения. — Она понесет заслуженное наказание. Она ответит за то, что сделала. И я постараюсь, чтобы это не повторилось.

— Накажете? И что вы сделаете? Посадите ее под домашний арест? Лишите карманных денег? Это ее не остановит. Она привыкла к вседозволенности, —горько усмехаюсь, даже не пытаясь скрыть сарказм.

— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы загладить вину, — произносит Эйра, поднимая на меня взгляд, полный сожаления. — Пожалуйста, поверь мне. И позволь… я найду для тебя лучших врачевателей со всей галактики, чтобы как можно скорее залечить твои раны. Это хоть немного облегчит твою боль.

Пристально всматриваюсь в ее глаза, пытаясь понять, что скрывается за этим фасадом искренности. Вижу там боль, раскаяние, искреннее желание все исправить. Понимаю, что она действительно сожалеет о случившемся, что ей стыдно за поведение дочери. Но этого недостаточно. Это ничего не меняет. Анора все равно должна ответить за свои проступки.

— Мне не нужны ваши извинения, — произношу твердо, стараясь говорить спокойно и уверенно. — Мне нужна справедливость. И я хочу, чтобы Анора понимала: за каждым ее действием непременно последует ответ.

— Я понимаю, — кивает мать, — и помогу добиться справедливости, обещаю! Но сейчас тебе нужно отдохнуть и восстановить силы. А об остальном мы поговорим позже, когда ты почувствуешь себя лучше. Позволь мне позаботиться о тебе. Распоряжусь на счет обеда для тебя и твоей подруги.

Глава 15

Боль постепенно отступает, оставляя после себя неприятную слабость и тянущее ощущение в ребрах. Целитель, вызванный Эйрой, и правда, оказывается знатоком своего дела. Он быстро залатал переломы и обмотал тело каким-то эластичным, поддерживающим бандажом. Двигаюсь пока еще скованно, но, по крайней мере, могу вставать с постели без гримасы боли.

Лежать без дела — вовсе не в моем характере. Поэтому, пока Эйра пытается загладить свою вину, засыпая меня цветами и замысловатыми сладостями, которые я, к слову, почти не трогаю, приступаю к активным действиям. Мой план мести начинает обретать конкретные очертания.

Первый шаг — собрать как можно больше информации о ненавистной мне Аноре. Нужно узнать все: ее привычки, распорядок дня, круг общения, слабости, тайны… Все, что хоть немного может мне пригодиться. И, разумеется, выяснить, что кроется за ее лютой ненавистью ко мне. Слабо верится, что дело только в расовых предрассудках.

Решаю начать с самого простого, с наблюдения. Стараюсь быть незаметной. Словно тень, растворяюсь в тенистых коридорах дворца, сливаюсь с обстановкой. Вспоминаю, как в налоговой месяцами выслеживала самых скользких уклонистов, как подмечала малейшие детали, анализировала их поведение. Конечно, здесь все совершенно иначе, но старые навыки не ржавеют.

И уже в первый же день замечаю кое-что, вызывающее подозрение. Анора ведет себя странно. Она то и дело ускользает из дома, не говоря никому, куда направляется. Встречается с какими-то сомнительными личностями в укромных уголках парка, словно боится, что их увидят. Переписывается с кем-то тайком, лихорадочно пряча экран коммуникатора, когда я оказываюсь поблизости. Все это слишком подозрительно. Что-то здесь явно нечисто. И как раньше я не замечала этих ее отлучек?

Сообщаю о своих наблюдениях Талассии.

— Ты уверена, что Анора что-то замышляет? — переспрашивает, присаживаясь рядом со мной на кровать. Ее сиреневые глаза полны беспокойства. — Может, тебе просто показалось? После всего, что произошло…

— Нет, Талассия, мне не кажется, — отвечаю твердо. — Я видела ее. Она встречается с какими-то подозрительными типами, что-то скрывает. Я уверена, что Анора что-то затевает.

— Может, стоит рассказать об этом тэну Ксандеру и тэну Виксару? — предлагает Талассия. — Они бы разобрались.

— Нет, — качаю головой. — Они и так слишком заняты. К тому же, Анора — их сестра. Они не поверят мне на слово, нужны доказательства.

— И что ты собираешься делать? — спрашивает Талассия с тревогой.

— Следить за ней, — отвечаю. — И выяснить, что она скрывает.

— Это опасно. А вдруг она что-то заподозрит?

— Я буду очень осторожна, — обещаю. — И мне пригодилась бы твоя помощь.

Глаза Талассии расширяются от удивления и испуга.

— Моя помощь? Но чем я могу помочь? Я же ничего не умею.

— Ты умеешь быть незаметной и хорошо знаешь дворец. Ты можешь помочь мне следить за Анорой, собирать информацию. Что думаешь?

Мальвинка колеблется, но потом, должно быть, вспоминает сколько крови попила Анора и выражение ее лица меняется.

— Хорошо. Я помогу тебе.

И мы начинаем слежку за Анорой вместе. Это оказывается не так-то просто, как казалось.

Дархийка ловкая, быстрая и осторожная. Но я не сдаюсь. Следую за ней по пятам, стараясь не упускать из виду.

И мне везет! В один из вечером удается подловить Анору, когда она встречается с каким-то молодым дархом. Они оживленно о чем-то беседуют, жестикулируют, а потом обмениваются свертками.

— Кто это? — шепчу Талассии, прячась за колонной.

— Это тэн Лувин, — отвечает. — Слуги болтают, что он студент какой-то престижной академии. И давно влюблен в Анору, правда, безответно.

А вот это уже интересно! Запоминаю имя и лицо молодого дарха. Эта информация может пригодиться в будущем. На следующий день замечаю, как Анора прячет что-то в тайнике за картиной в гостиной комнате.

— Нужно посмотреть, что же у нее там, — говорю Талассии.

Ночью, дождавшись, когда весь дом уснет, мы пробираемся в гостиную. За картиной оказывается небольшая ниша. А в ней лежит коммуникатор и несколько зашифрованных сообщений.

— Попробуй их расшифровать, — прошу Талассию. — Ты же у нас умница и владеешь всеобщим языком.

Талассия пытается, но безуспешно. Шифр слишком сложный и нам понадобится специалист. А я так и не сумела освоить письменность дархов.

— Ничего страшного, — говорю, стараясь скрыть свое разочарование. — Мы что-нибудь обязательно придумаем.

И решаю поискать другого союзника. Кто в этом доме ненавидит Анору так же сильно, как я? Кто мог бы мне помочь расшифровать эти сообщения?

Вспоминаю о слугах. Наверняка, многие из них пострадали от ее высокомерия и жестокости. Но как найти того, кому можно доверять? Рисковать не хочется.

— Талассия, а ты не знаешь, кто из слуг особенно недолюбливает Анору? — спрашиваю я.

— Ну… многие ее побаиваются, — отвечает Талассия. — Но, пожалуй, больше всех Фирли́н. Анора часто на нее срывается, придирается по пустякам. Не раз видела эту девушку в слезах.

Глава 16

Элора

Солнце пробивается сквозь плотные шторы, окрашивая комнату в теплые, золотистые тона. Я просыпаюсь с тупой головной болью, которая напоминает о вчерашней бессонной ночи, проведенной за обдумыванием планов мести. Крепко уснуть удалось только под утро.

Сегодня все должно измениться. У меня запланирована встреча с Варлоком, сотрудником службы безопасности, и я наконец-то смогу узнать — продвинулось ли его расследование. И, возможно, пойму, что именно замышляет злобная дархийка.

Автоматически поворачиваюсь к Талассии, чтобы разбудить ее, тихонько подтолкнуть в плечо, как делаю это обычно. Но… постель за мной пуста. Сначала не придаю этому особого значения. Может, она уже встала и отправилась на кухню, чтобы помочь с завтраком? Талассия всегда такая заботливая.

Вскакиваю с кровати и быстро одеваюсь. Ребра беспокоят все меньше, и я уже не та неповоротливая больная «старушка», что пару дней назад. Иду искать Мальвинку и заглядываю на кухню. Но ее там не оказывается. Спрашиваю у слуг, не видели ли они Талассию. Но те лишь пожимают плечами. Никто не видел ее со вчерашнего вечера.

Неприятное ощущение надвигающейся беды давит в груди. Талассия никогда не уходит, не предупредив меня. Никогда! А вдруг что-то случилось? Мои дархи еще не прилетели, так что бежать мне с вопросами не к кому. Они все еще заняты разборками с «Эльсорт» и я даже не знаю, когда снова выйдут на связь и в каком уголке галактике носится их серебристый космический корабль.

Бегу в комнату Талассии, где она жила до того, как перебраться в мою спальню. Но здесь царит идеальный порядок, вещи разложены на своих местах, кровать заправлена.

Осматриваю комнату еще раз, тщательно сканируя каждый уголок. И замечаю маленький клочок бумаги, небрежно брошенный на столе. Подхожу ближе и дрожащими руками раскрываю. Это записка. Написана аккуратным почерком. Должно быть, это Талассия! Вот только с письменностью местной я не дружу.

Придется обратиться за помощью к Эйре. Она единственная, кому хоть сколь-нибудь доверяю. И она хозяйка дома. Должна же знать, что происходит здесь в самом деле!

Забираю записку с собой и отправляюсь в покои Эйры. И пусть на часах раннее утро, ждать я не могу. Дурное предчувствие не дает покоя.

Эйру застаю сидящей за туалетным столиком и сосредоточенно рассматривающей собственное отражение в зеркале. Увидев меня, она вздрагивает от неожиданности.

— Что-то случилось, Элора? — спрашивает с тревогой в голосе. — Ты выглядишь так, будто увидела привидение.

— Мне кажется, что-то стряслось с Талассией. Не могу ее нигде найти. Зато нашла вот это, — протягиваю бумажку с инопланетными закарючками.

Эйра удивленно вскидывает брови и медленно разворачивает записку. Читает вслух:

— Элора, прошу, прости меня. Я должна уйти. Так будет лучше для всех. Пожалуйста, не ищи меня. Талассия.

Кровь отливает от лица, оставляя за собой ледяную пустоту. Что за ерунда?! Почему она ушла? Куда?! Талассия ведь так боялась остаться без места, на улице. Она ни за что бы не сбежала, не предупредив меня, не имея четкого плана действий!

Паника сдавливает горло невидимой рукой. Моя Мальвинка пропала!

Эйра хмурится и возвращает мне записку.

— Не понимаю… Куда же она могла отправиться? И зачем?

— Я не знаю! — отвечаю, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Талассия не могла просто так уйти! Только не она! Наверняка за всем этим стоит Анора! Это она что-то сделала с ней!

На этот раз Эйра реагирует резче.

— Не говори глупостей, Элора! Зачем моей дочери так поступать? Да, между вами произошел конфликт, но это не значит…

— Затем, что она ненавидит меня! Ненавидит Талассию! — грубо обрываю эмоциональную речь матери, так как меня саму кроет от сильных эмоций. — Затем, что она хочет мне навредить! И использовала Талассию, чтобы сделать больно мне!

Эйра встает и подходит ко мне.

— Элора, успокойся немедленно, — произносит и протягивает руку. — Ты придумаешь лишнее! Я понимаю, что ты напугана, но не позволяй эмоциям взять верх. Анора никогда бы не поступила так с твоей служанкой, зная как ты привязана к этой девочке.

— И что вы предлагаете? — сдаюсь под ее напором. Может, я и правда зря паникую?

— Мы опросим всех слуг, проверим каждый уголок дворца. Уверена, что Талассия найдется. Может, гуляет в саду или сплетничает с другими девушками?

И хоть внешне я соглашаюсь, на самом деле — не верю в подобные варианты.

Только не Талассия! Она редко оставляет меня одну, а уж сплетничать с другими слугами — и вовсе не в ее духе.

Эйра кивает на дверь и уверенно произносит:

— Идем, отыщем твою пропажу. Наверняка Талассия где-то поблизости.

— Хорошо, — выхожу следом. — Но если вдруг окажется, что Анора причастна к этому… Что будет?

— Я сделаю все от меня зависящее, чтобы справедливость восторжествовала. А сейчас… иди и постарайся успокоиться. Я займусь этим делом лично, — категорично отрезает Эйра.

Тревога никуда не уходит, но в душе поселяется робкая надежда. Я все еще боюсь за Талассию и уж точно не стану сидеть сложа руки. Мне и крошка в горло не полезет, пока не найду лорендийку!

Глава 17

Элора

Слово «продала» повисает в воздухе. Эта новость не просто оглушает, она лишает дара речи и вымораживает кровь в жилах. На мгновение мир сужается до искаженного от злорадства лица Аноры. Она продала мою подругу! Как вещь!

— Ты… монстр! Жестокое чудовище! — нападаю на дархийку, едва первый шок сходит. Внутри меня клокочет такая ярость, что я оборачиваюсь в поисках того, чем можно было бы огреть негодяйку. Но на плечо ложится рука Эйры, останавливая меня.

— Анора! — голос матери звучит непривычно резко, в нем слышны стальные нотки, которых раньше я не замечала.

Эйра смотрит на дочь с нескрываемым разочарованием и… да, кажется, с отвращением.

— Как ты могла?! После всего, что случилось, после моего предупреждения… Продать живое существо! Лорендийку, которая была под нашей защитой! Ты опозорила весь род!

Анора вздрагивает под суровым взглядом матери. Ее самодовольство потихоньку тает. Но это лишь страх за собственную шкуру! На самом деле она ни о чем не жалеет, я уверена!

— Мама, она ведь просто служанка! — пытается оправдаться. — Я не думала, что она дорога тебе.

— Молчать! — обрывает ее Эйра. — Ты не думала? Ты никогда не думаешь о последствиях! Но на этот раз ты зашла слишком далеко. — Она делает паузу, и глаза опасно сужаются. — Боюсь, мне придется сообщить обо всем отцу. Пусть он решает твою дальнейшую судьбу!

Анора становится белее мела. Вот уж не думала, что она так боится отца.

— Нет! Мама, пожалуйста, не надо! Отец… ты же знаешь, он… он не простит! Он будет в ярости! — голос Аноры срывается. Видимо, суровый Зейн — это та сила, которую она действительно опасается.

— Об этом стоило подумать раньше, когда обрекала невинную девушку на рабство или что похуже! — Эйра неумолима. — Где Талассия? Кому ты ее продала? Говори! Немедленно!

Анора судорожно сглатывает. Ее глаза мечутся между мной и каменным лицом матери.

— Я не знаю имени, — наконец выдавливает она, — это был… посредник. Торговец экзотическими товарами. Он называет себя Ка’Зар. Его можно найти на теневых рынках сектора Крейг.

Ка’Зар, сектор Крейг — пытаюсь запомнить названия. Это уже что-то!

— Планета? Конкретный рынок? Корабль? — подключаюсь к разговору, не давая дархийке передышки.

— Он не сказал… просто… упоминал что-то о передаче на станции «Забвение». Это перевалочный пункт на границе сектора, — Анора сыпет словами, спотыкаясь и нервничая. — Корабль — какой-то старый грузовик, без опознавательных знаков… Ка’Зар хвастался, что его не отследить.

Информация скудная, но это больше, чем ничего. И это ниточка к спасению Талассии.

— Ты заплатишь за все, Анора, — произносит Эйра тихо, но ее голос не предвещает ничего хорошего для дочери. — Стража!

Двое охранников, бесшумно возникших в дверях, подходят к нам.

— Уведите тану Анору в комнату и проследите, чтобы она никуда не выходила до прибытия тэна Зейна, — приказывает мать.

Анора бросает на меня взгляд, полный ненависти и страха, прежде чем ее уводят.

Я остаюсь стоять посреди столовой, чувствуя, как адреналин отступает, оставляя после себя пустоту и ледяной ужас. Талассия в руках торговца рабами. На пути к какой-то богом забытой станции на границе опасного сектора! И время уходит.

— Элора, мне так жаль! Прости, что не прислушалась к твоим словам сразу. — Эйра подходит ближе и берет за руки. — Я немедленно свяжусь с нашими службами безопасности. Мы организуем поиски…

— Нет, — перебиваю я ее, отстраняясь. Руки Эйры бессильно повисают в воздухе. Ее безопасники будут действовать по протоколу, медленно и осторожно, утопая в бумагах и разрешениях. У меня нет на это времени. Талассия может быть в этот момент очень далеко. — Я сама свяжусь с нужным человеком. Простите, Эйра, но вашей семье я больше не доверяю!

С этими словами резко разворачиваюсь и почти бегом покидаю комнату, оставляя Эйру стоять посреди комнаты с каменным лицом. Гнев, страх и отчаяние смешиваются внутри в гремучий коктейль, но он не парализует, а наоборот, придает сил. Я должна действовать. Быстро и решительно.

Мчусь по коридорам дворца в свою комнату. Сердце колотится как сумасшедшее, в висках стучит. Каждая секунда кажется вечностью. Нужно как можно скорее связаться с Варлоком. Возможно, в тех шифрованных сообщениях, что он взялся посмотреть, есть хоть какая-то информация о друзьях и контактах Аноры. Возможно, там упоминается этот Ка’Зар или станция «Забвение». Любая мелочь, любая зацепка может оказаться спасительной.

Заперев за собой дверь комнаты, я достаю небольшой, неприметный коммуникатор, который дал мне Варлок для экстренной связи. Пальцы дрожат, но я заставляю себя сосредоточиться, набирая код вызова. Гудки ожидания кажутся бесконечными.

«Ну же, ответь!» — мысленно кричу ему.

Наконец, на той стороне раздается спокойный, немного хриплый голос Варлока:

— Слушаю.

— Это Элора, — выпаливаю, стараясь при этом говорить четко и по существу, несмотря на бушующие внутри эмоции. — Ситуация критическая. Мою подругу Талассию похитили и продали. И к этому причастна тана Анора.