Зверь. Не буду твоей

Глава 1

— Марсик! Зараза ты такая! А ну стой! — кричу на своего черного пуделя.

Это хитропопый нашел дыру в решетчатом заборе, что окружает собачью площадку, вылез через нее и теперь на всех парах несется по пустырю к гаражам.

Выхожу с площадки и бегом к гаражам. Зову его, кричу. Но Марсик совершенно не отзывается. Только оглядывается и виляет хвостом. Такое ощущение, что он воспринимает это как игру.

Надо все-таки заняться его дрессировкой. Добегаю до гаражей и сворачиваю за угол. Вижу Марсика и бегу за ним. Блин, только бы успеть его поймать, а то уже скоро стемнеет.

Сентябрь пока теплый и холод нам не грозит, но бродить ночью между гаражей на окраине города. Бр-р-р — не самое безопасное времяпровождение.

Зато у меня с собой есть ключи и перцовый баллончик. На всякий случай перекладываю их из рюкзака в карманы ветровки, чтобы быстро достать. Ну мало ли, лишняя перестраховка не помешает.

Вижу, как Марсик резко сворачивает за угол. Ускоряюсь и тоже ухожу в сторону. Глазам своим не верю, когда он пропадает непонятно куда.

Гаражи стоят так плотно, что ему просто некуда деться. Но тут в моей голове что-то щелкает. Я понимаю — единственное место, куда он мог спрятаться...

Это под вон тот огромный и угловатый черный внедорожник. Кажется, это «Мерседес». Тот самый «Гелик».

Блин!

Это же самая бандитская машина, какая только может быть. А еще дверь в гараж рядом с ней открыта. Марсик мог нырнуть и туда.

Запускаю руки в карманы. В левой сжимаю ключи, а в правой перцовый баллончик. Совсем мне не по себе. И уж тем более мне не хочется подходить ближе.

Но Марсик... Не брошу же я своего четвероногого друга здесь.

— Марсик! Марсик! Гад ты такой, выходи! — кричу я.

Ничего не происходит. Ну то есть совсем. Я медленно, с опаской и навостренными ушами, подхожу ближе. Сперва заглядываю под черный «Гелик».

Марсика под ним нет. На всякий случай обхожу машину по кругу. Тоже чисто. Смотрю по сторонам. Ну он точно не мог никуда деться: гаражи слишком плотно стоят друг к другу, сплошной стеной.

А значит... Марсик, гад такой, запрыгнул в дверь гаража. Как же мне не хочется пересекаться с владельцем «Гелика». Тем более в этом месте.

С другой стороны... Это же дорогая машина. А большие деньги бывают у успешных и богатых. Обычно такие мужчины работают в банке или там...

Просто подбадриваю сама себя. До последнего хочется верить, что владелец «Гелика» — это какой-нибудь пухлый мужичок в деловом костюме. А еще он обязательно носит очки и прическу «озеро в лесу».

Хоть бы так и оказалось. Я подхожу к двери и осторожно заглядываю. Ого! А это не простой гараж. Это целое логово. Вон диван стоит, вон телевизор на стене... И места здесь, как в неплохой двушке.

— Извините! — кричу я внутрь, борясь с инстинктом, который кричит о том, что нужно хватать руки в ноги и бежать отсюда.

В ответ ничего. Я снова кричу.

— Извините, пожалуйста! Мой песик мог забраться к вам в гараж.

И снова тишина.

— Марсик! — не выдержав, нервно выкрикиваю я.

— Гав! — раздается откуда-то из глубины гаража.

У меня сердце в пятки уходит, когда я понимаю, что мне придется зайти внутрь. Крепче сжимаю ключи. Другой рукой снимаю крышку с перцового баллончика.

Хочется бросить всё и убежать. Но я не прощу себе. Марсик, конечно, тот еще засранец и паразит, но... Как я его здесь оставлю?

Перешагиваю порог и захожу внутрь. А ничего здесь, уютно. Не прям роскошь, но жить можно. Особенно, если это временное логово. Блин. Логово ведь бывает только у бандитов.

Зачем успешному банкиру жить в гараже? Точно. Знаю! Его достала вредная жена, и он тут от нее отдыхает... Блин. О чем я только думаю. Ну это всё стресс.

Вот сейчас найду Марсика. Схвачу его и убегу, а уже потом отшлепаю этого мелкого паразита. Но его нигде нет. Я... Я не хочу, но мне приходится пройти дальше.

А тут двери. Они ведут в разные комнаты. Примерно прикидываю, откуда мог прозвучать лай. Туда и иду. Делаю несколько шагов, прислушиваюсь.

*БУМ*

— Ой! — нервно вздрагиваю, чуть не выстрелив из первоцого баллончика в случайное место перед собой.

А это дверь гаража громко захлопнулась. Фух. И чего я испугалась? Это же всего лишь ветер. Он подул на нее, вот она и закрылась.

— Блядь! Я на пять минут всего отошел, — звучит недовольный низкий бас, очень грубый. — Ебучие воры.

Понимаю, что таким голосом банкиры не разговаривают. А вот какие-нибудь уголовники... Какие-нибудь бандиты...

Блин, блин, блин! Вот я Марсику устрою трепку, когда мы выберемся. Понимаю, что лучше мне этого опасного мужчину не злить. Быстро разворачиваюсь, спрятав руки с моим «оружием» в карманы, и выхожу.

Одного взгляда на него хватает, чтобы понять — я пипец как встряла.

Он высокий, широкоплечий. Во всем черном, а его руки в наколках. Уже не говорю про угрожающий взгляд из-под густых бровей. Над правой красуется заметный алый шрам.

А борода у него густая, не ухоженная. Весь его внешний вид только и кричит об опасности. Кажется, что даже аура у него какая-то недобрая.

Конечно, ведь он выглядит, как идеальный кандидат на роль криминального авторитета!

Безумного и дикого злого — авторитета.

— Ебать, это что за пташку ко мне ветром задуло? — криво ухмыляется он.

— Я... — слова застревают в горле, голос будто кто-то украл.

— Одна здесь? — спрашивает этот бандит, сверля меня взглядом.

— О-одна, — отвечаю робко.

Только мысль о ключах и перцовом баллончике в руках помогает мне не завизжать от ужаса. Сейчас я ему расскажу про Марсика, и он меня отпустит.

Точно, так и будет.

— Раздевайся, — лениво бросает он, будто так и нужно. Будто даже не думает, что я слово против сказать посмею.

— Ч-что?! — возмущаюсь я.

Может, мне послышалось? Ну пожалуйста.

— Раздевайся, говорю, — недовольно повторяет этот амбал в наколках. — Показывай, что успела спиздить. А там решу, что с тобой делать.

Глава 2

— Разумеется, блядь, ты ничего не спиздила, — угрожающе, с явным сарказмом, произносит этот уголовник и подходит ближе.

Даже с такого расстояния чувствую, как от него пахнет каким-то приятным, наверное, очень дорогим табаком. А еще улавливаю нотки запаха всяких там железных штуковин, которые у машин под капотом.

— А в гараж рядом с дорогой тачкой чисто случайно залезла. Да, пташка, попутным ветром занесло?

— Не случайно... — Мнусь, не решаюсь действовать. Даже объяснить толком ничего не могу, настолько мне не по себе.

Вот сейчас перепугает меня еще больше, заряжу ему сначала перцовой струей из баллончика по глазам, а затем еще и ключами ударю.

Ну а после сбегу, сверкая пятками.

Конечно, сбегу, ведь после такого мне точно не жить.

— Не случайно? — хмыкает амбал и останавливается. — И зачем же? — спрашивает он с издевкой в тоне.

Точно хочет меня подловить на том, что я не придумала реалистичную версию.

А мне ее даже придумывать не нужно. Только озвучить. Но тут я совсем пугаюсь и начинаю тараторить, как бабульки на рынке.

— В ваш гараж забежал мой песик. Вон в ту комнату, но его там не нашла... Извините, что я так... Залезла без спроса. Ну я звала. Никого внутри не было, никто не отзывался. А потом мой песик гавкнул, ну я и зашла. Я правда ничего у вас не воровала. Честно-пречестно. Простите... Можно я уже пойду?.. Сколько я всего наговорила.

— Закончила? — хмурится он и снова подходит ближе. — Сейчас я загляну в ту комнату, и если там нет собаки — ты разденешься.

Вот же зараза! А ведь Марсика правда там нет. Ну или я не успела его найти. Но он же гавкал! Я точно слышала. Хоть бы он просто очень хорошо спрятался.

Проходит секунда. Проходит вторая. Этот уголовник все не возвращается из комнаты. А я тихо-тихо, на цыпочках, крадусь к выходу. Успею убежать, он же не будет за мной бегать, все-таки серьезный мужчина...

Наконец добираюсь до двери и открываю ее... Пытаюсь открыть. А она заперта.

— Далеко собралась, пташка? — нагло ухмыльнувшись, спрашивает амбал, вернувшись из той комнаты.

Он показывает мне ключи, намекая, что дверь заперта.

— Напиздела ты складно, но нет там никакой псины.

— А вы хорошо поискали? Точно-точно? Может, вместе поищем? Он у меня, конечно, не карликовый пудель, а обычный... Зато черный. Очень умный! Он очень хорошо прячется. Один раз он так хорошо спрятался, что мы с мамой, — Вру на ходу, просто «трещу» без умолку, чтобы его заболтать, — весь день искали.

— Хм, так ты не просто пташка. Ты певчая, оказывается, — и вроде бы слова не оскорбления, но тон его голоса угрожающий.

— Что, простите? — спрашиваю я, робко отходя от двери. Все равно ее не открою.

— Говорю — пиздишь ты много, — грубо отвечает он и идет в мою сторону. — Раздевайся, и не заставляй меня, блядь, повторять. Поняла?

— Поняла. Ну, может, мы договоримся... Я могу как-то иначе доказать, что ничего не воровала. Детектор лжи? Может, у вас завалялся такой? — спрашиваю я и, похоже, улыбка на моем лице не очень естественная.

Конечно. Я едва от страха дар речи не теряю! Настолько не по себе, что всякие глупости говорю. А это все он виноват! Уголовник этот. Зачем меня так пугать?! Будто я правда сбегу...

Смотрю по сторонам и нахожу все больше подтверждений того, что это бандитское логово. Надо было раньше быть такой внимательной. Блин, до того момента, пока я не оказалась заперта с этим бандитом.

— Нет-нет-нет, я не буду раздеваться, — говорю я, когда он уже совсем близко.

Загнал меня в угол, что деваться некуда.

— Кто тебя, нахер, спрашивает? — хмурится он.

— Стоп! Не подходите! У меня есть средство самообороны и... кха-кха, — прокашливаюсь и продолжаю не так уверено, — я не побоюсь его применить.

На секунду он зависает. Я резко дергаю руки из карманов, но обе они застревают. Вот пакость. Как же глупо и нелепо. Дергаю снова. Вытаскиваю только руку и направляю ключи в сторону этого уголовника.

Он уже стоит и просто смеется надо мной в голос.

— Мда, пташка, приемы самообороны тебе надо отработать.

И тут я наконец-то достаю из кармана перцовый баллончик. Держу указательный палец на распылители и целюсь этому амбалу в лицо. Он совершенно меня не боится, ну оно и понятно.

— Не подходите, я нажму. Честное слово, нажму!

— Ну пиздец, а головой подумать? — усмехается он. — Ты хоть представляешь, что будет, если распылить его в замкнутом пространстве. Мне-то похуй, — хмыкает он, — а вот тебе хуево будет.

— Да вы специально так говорите, — отвечаю внезапно дерзко. Чувствую некую уверенность, ведь держу его «на прицеле».

— Ты им ни разу не пользовалась? — спрашивает он.

— Нет! Пользовалась, много раз, — нагло вру я.

И чем я только думала? Почему не додумалась купить второй, чтобы потренироваться.

— Завязывай хуйню эту и раздевайся. Хватит мое время тратить.

— Нет! И не подумаю! — продолжаю направлять на него свои средства самообороны.

— Блядь, утомила ты меня, пташка, — хмыкает он.

В следующую секунду этот психованный амбал срывается с места так молниеносно, будто он какой-то супергерой, у которого есть сверхспособности.

Ни то что среагировать, даже подумать, что это нужно сделать — не успеваю. А он уже рядом. Совсем-совсем. Хватает меня за руку и выбивает баллончик. Ключи тоже отбирает.

Я понять толком не успеваю, что происходит, как оказываюсь зажата в угол и совершенно без средств самообороны. А после он хватает меня за шею и прижимает к стене.

Мамочки! У меня от страха едва земля из-под ног не выходит. Только что я держала все под контролем, готова была применить свое «оружие». А сейчас... Вся в его власти, без шанса выкрутиться.

Страшно-то как!

— Раздевайся, — недовольно, с хрипотцой в голосе, рычит мне в лицо этот бандит. — Или я сам тебя раздену, нахер!

Глава 3

— Ладно-ладно. Нет. Ну то есть... — Я тараторю как не в себя, просто не получается иначе. И стресс, и страх, всё в одно смешивается. — Я могу снять ветровку. Можете даже мой рюкзак вытряхнуть! Там ничего вашего нет. Правда-правда.

Пока он не успевает ничего ответить, я быстро снимаю рюкзак и протягиваю ему. Этот уголовник хватает его, небрежно открывает и роется внутри. Затем бросает в сторону, как пакет с мусором.

Я понимаю, что этого ему мало. Думаю, что если я сниму ветровку, то ничего страшного же не случится. Зато он увидит, что я ничего не стащила, и успокоится.

Снимаю ее, протягиваю. Он берет ее, осматривает, стучит по карманам и бросает в сторону. А затем возвращается ко мне взглядом. Просто пожирает.

А под ветровкой у меня была только клетчатая рубашка. Ну еще лифчик под ней.

— Снимай, — говорит он, сверля эту самую рубашку взглядом.

— Чего?! Да что я под ней спрячу?! Нет-нет-нет, это уже неприлично. Вы не можете требовать такое. Я не собираюсь перед вами обнажаться.

— Точно певчая, — ухмыляется он. — Ладно, можешь оставить.

— Фух, спасибо большое. Я знала, что с вами можно договориться! Правда, ведь всегда можно договориться... — облегченно выдыхаю я.

А он в лице меняется. Еще ближе подходит, и я понимаю, что, похоже, рано обрадовалась. Всё только начинается, ё-моё!

— Не хочешь снимать, значит, я тебе обыщу.

Сразу после этих слов он кладет руки мне на талию. Хлопает по бокам. Затем разворачивает к себе спиной. Я совсем офигеваю от того, что он себе позволяет. Чувствую его наглые руки на животе. На плечах.

Да этот отбитый уголовник почти всю меня облапал! Вот же урод. И даже не знаю, хуже это, чем если бы я сняла рубашку, или нет. Надо срочно отсюда выбираться... Но как, когда железная дверь закрыта?!

Вдруг вспоминаю, что могу доказать существование Марсика.

— Пожалуйста, прекратите! Ну, хватит. Я могу доказать, что моя собака существует.

Этот отмороженный на всю голову играючи разворачивает меня, не забывая пройтись руками по ребрам и талии. Хорошо еще, что грудь не лапает. Молча смотрит на меня и ждет.

Сказать ему нечего, вот и молчит. Уголовник несчастный. Знает же, что я ничего не украла. Специально всё так выкрутил, только бы меня облапать... А! А вдруг правда всё так? Вдруг это не моя больная фантазия?

Сердце едва не пропускает удар. А что, если реально я — мое тело! — изначально была его целью? Он ведь далеко не глупый. Прекрасно понимал, что я ничего не воровала, даже если, по его мнению, наврала про собаку.

Собираюсь с духом. Отбрасываю эти глупые мысли в сторону. Он крутой бандит. Наверняка зависает во всяких там стриптиз-клубах. Наверняка у него полно каких-нибудь легко доступных подружек.

Зачем ему я? Какая-то худощавая студентка без макияжа и в обычной одежде. Нет. Я в таком виде никого сейчас не смогу возбудить. Даже если очень постараюсь. Надеюсь...

— Вот, фотографии, — мой голос едва не дрожит.

Показываю этому отморозку фото на смартфоне. Сразу несколько. На всех мой черный пудель, на некоторых мы вместе.

Уголовник смотрит фото. Ничего не говорит. А у меня до сих пор всё под рубашкой горит от его прикосновений. Всё-таки лучше бы я ее сняла и показала, что ничего не скрываю.

Или нет? Тогда бы он увидел грудь, и у него совсем башню сорвало. Знаю я этих бандитов. Они только об одном и думают. Всё я правильно сделала. Единственная ошибка — залезла в этот чертов гараж, чтоб он развалился нафиг!

— Хм, реально. Не выдумала, получается, — отвечает амбал и чешет татуировку в виде ножа на правой волосатой руке. А на ней еще волосы густые, шрамов полно.

Нервно сглатываю. Вот захочет он меня сейчас, нож к горлу подставит, и всё... Приехали. Тут уже выбора не будет. Коленки трясутся, пальцы не слушаются. Мне бы выкрасть ключ, но и так я не сбегу. Догонит же, да еще и по голове настучит.

— То есть вы мне верите? Это замечательно! — Широко улыбаюсь я, а сама едва не визжу от страха. Медленно обхожу его. Подхватываю ветровку и рюкзак, не забываю и про ключи с баллончиком. — Ну, если вы мне поверили, то... Вы же видели, что я ничего не украла? Так может я пойду? Ну, пожалуйста... Мне песика еще искать... Ну то есть, домой пора уже... Спать скоро, а мне завтра на учебу рано. И вообще я вас жутко боюсь... Упс.

Никогда я такого стресса не переживала. Даже и подумать не могла, что язык мой будет враг мой. Хотя, он вроде бы слушал меня, не перебивал. Может, удалось заболтать? Небеса, ну, пожалуйста, не готова я сегодня к новым испытаниям...

— Хах, — он усмехается. — Пиздец, у тебя язык подвешенный. Это хорошо.

— Хорошо? А почему?.. — Неловко спрашиваю я.

— Подсказать или сама додумаешься? — Криво ухмыляется он и почему-то выразительно смотрит себе на штаны.

А! Сердце вздрагивает, когда я понимаю его вульгарный намек. Главное — не играть в эту игру. Притворюсь сейчас дурочкой, и он меня отпустит. Точно, так и сделаю. Тем более, у меня на стрессе и так неплохо получается.

— Песни петь, стихи читать.

— И член сосать, — отвечает он в рифму.

Мои брови подскакивают. Я делаю шаг назад и хватаю баллончик в обе руки.

— Нет-нет-нет, это в программу не входит, — Боже, что я несу.

— Значит так, на улице уже темно, — Говорит он абсолютно серьезно, без намека на улыбку или ухмылку. — Нехуй тебе там шляться. Значит, заночуешь здесь.

— Что? С вами?! Мне нельзя! У меня тетя немного... нервная... Она хватится сразу! Она полицию вызовет! Она весь город на уши поднимет, — говорю я, уже и сама не знаю, вру или нет. — Она в курсе, что я пошла гулять на площадку.

Как-то этот уголовник совсем после моих слов мрачнеет. Наверное, не надо было ему говорить про полицию. А может, наоборот? Может, он одумается и отпустит меня.

Глазам своим не верю, когда он подходит к двери и открывает ее.

— На выход, — говорит он. — Повезло, блядь, тебе, что на мне условка висит, а то мы бы с тобой тут так повесились.

Глава 4 от лица Руслана “Зверя” Резникова

— ...Она полицию вызовет! Она весь город на уши поднимет. Она в курсе, что я пошла гулять на площадку, — щебечет, не замолкая, эта пташка.

Блядь, ну полиции мне только не хватало. Если они сюда заявятся — логово обыщут и пиздец мне. Сразу в тюрьму загребут на хер.

А так не хочется эту малую выпускать. Интересная она, забавная такая, правда, с приветом немного, но это поправимо. Волосы у нее светлые такие, ухоженные.

Черты лица нежные совсем, а губы объемные. А мимика — улет. Никогда таких эмоциональных малых не встречал. Ей бы в актрисы. Хотя, нахер. Романтизируют эту профессию сильно.

— На выход, — говорю я нехотя. — Повезло, блядь, тебе, что на мне условка висит, а то мы бы с тобой тут так повесились.

— Да и так неплохо время провели, — неловко улыбается она, а сама от страха едва не дрожит. Очень сосредоточенно ждет, когда дверь открою и выпущу.

— Странная ты, пташка, — говорю ей, усмехаюсь и выпускаю.

Она выходит и глубоко вдыхает полной грудью. Ха, пташка почувствовала свободу. Блядь, херово вообще-то. Нечему радоваться: упорхнет сейчас от меня. Выхожу следом за ней.

— Проваливай, пока я не передумал, — строго говорю ей, не хватало мне еще на этой малой помешаться. Знаю я, чем подобные истории заканчиваются. Нахуй оно надо. — Не вздумай тут шляться.

— Нет-нет, как скажете, даже не собиралась, — отвечает она, неловко улыбается и смотрит по сторонам.

Дураком буду, если отпущу. Где мне ее потом искать? Нет. Не могу. И похуй, что все это может плохо закончиться. Железно поебать.

— Номер давай.

— А зачем вам мой номер? — она явно не собирается мне его давать.

— Найду пса — наберу, — отвечаю я, не силой же его выбивать. Хотя, а хер ли нет?

— Ой, точно, конечно, запишите.

Забиваю номер в смартфон и убираю его в карман.

— Ну, я пошла... Эм, спасибо за добрый прием в вашем замечательном логове, — говорит она, просто трепится без умолку.

Делаю шаг назад, облокачиваюсь на ворота гаража. Знаю же, что сейчас она развернется и поспешит прочь. А мне откроется охуенный вид на ее шикарную попку, хотя ее бы чуточку подкачать.

Она медленно отходит дальше в темноту, затем ускоряется и просто пропадает во мраке. Возвращаюсь в гараж. Хочу своими делами заняться. Дел у меня дохера, но эта пташка все из головы не уходит.

Ее перепуганные бездонные глаза-озера. Ее эмоции, чувственные губы. Ебать, а когда я ее обыскивал. Какая же у нее точенная фигурка. Такие поискать — хер найдешь.

Не выходит из головы и всё. Чувствую себя влюбленным подростком. Такое ощущение поганое, но благо оно быстро сменяется, когда член вскакивает. Все-таки эта пташка секси.

Двадцать минут проходит, я уже и порядок в той комнате, где якобы был ее пес, навести успеваю. А она все из головы не выходит. Еще больше я охуеваю, когда вижу, что старая стена разрушилась снизу и в том месте, где всякое барахло валялось, подкоп. Ровно такой, чтобы пролез небольшой пес.

Охренеть. Так она не врала. Ее пудель, или как там его, реально ко мне в гараж залез. Да, так и было. А потом он съебался. Черт! Вспоминаю, как откровенно она мне врала, когда говорила, что искать его не будет.

Эта ебанутая пташка, она ведь правда сейчас его ищет. Посреди ночи. Да ее же тут выебут и прирежут на хер. Так меня злостью накрывает, что разнести все на хер хочется.

Нет. Нахер. Плевать на все. Сейчас же найду ее и прямым рейсом домой доставлю, а там решу. Может, уже и отпустит уже. Может, и номер не нужен будет. В прошлый раз мои серьезные отношения пиздец как плохо закончились. Поэтому я условку и схватил, а эта сука довольная осталась. Ну да хер с ней. Сам виноват.

Выхожу из гаража. Закрываю его и прыгаю в «Гелик». Завожу, выжимаю педаль и вперед, на поиски этой малой. Благо фары ярко светят. Не заметить ее будет сложно.

Проходит минута, проезжаю приличный кусок. Проходит вторая. Проезжаю еще часть гаражного комплекса. Затем выруливаю за угол — чисто. Еду дальше.

И только минут через десять, в зоне, докуда не дотягиваются фары, вижу знакомый силуэт. Тонкая фигура, светлые джинсы и знакомая ветровка, которая частично прикрыта распущенными светлыми волосами.

Нажимаю педаль, мотор ревет. Фары облизывают силуэт, и я узнаю малую. Фух, это точно она. Живая и невредимая. Она оборачивается на фары. Щурится и резко меняется в лице.

Срывается с места и спешит к забору. Ну и не зря я подумал, что она с приветом. Реально ведь — ебанутая. Будто я для нее угроза, а не единственная защита от местных отбросов.

Выруливаю и вижу, как на сетчатый забор карабкается. Такая, блядь, чудачка. Выхожу из машины и спешу к ней. Вижу же, что нихера у нее не получается. Не убежит.

— Пташка, далеко собралась?

Глава 5

Иду во мрак, свечу фонариком и внимательно смотрю по сторонам. Зову Марсика, но шепотом. Наверное, это не очень умно, но повышать голос я не хочу, иначе меня тут услышат те, с кем я бы точно не хотела встретиться.

Хватит с меня уже стресса. Я чуть в том гараже-логове не посидела. Как вспомню уголовника этого, так сердце быстрее бьется. Инстинкты только о том и кричат, что держаться от него подальше надо.

Хотя он вроде бы симпатичный, по-мужски. Если бы еще не борода его эта и наколки, так хоть сейчас на обложку. Вот зараза, о чем я вообще думаю? Он меня чуть не того, а я... Нет. Прочь из головы.

Ищу Марсика, захожу в разные закутки, заглядываю под коробки. Изучаю груды всякого барахла. И тут замечаю движение. Кто-то пушистый прячется под ящиками.

Неужели Марсик?! Вот я ему устрою сейчас. Подхожу ближе, наклоняюсь и зову его. Еще фонариком свечу.

— Марсик, Марсик.

— Гав! — тявкает из мрака какая-то одноглазая плешивая собака.

— Ой! — отскакиваю и убегаю.

А эта хромоногая собака за мной бежит. Тявкает громко и рычит. Если бы это чудище не хромало, уже бы давно укусило меня. Ускоряюсь, а собака следом.

Понимаю, что не даст мне спокойно поиски продолжить. Блин! Сколько же проблем мне на голову за один день. Хотя, как говорила когда-то моя мама: иногда проблемы — это возможности.

Вот я и думаю, как превратить в возможность мою ситуацию. Шестеренки в голове работают, и решение приходит будто бы само собой.

Я резко разворачиваюсь и достаю из кармана перцовый баллончик. Отобьюсь сейчас от этой собаки, а заодно научусь пользоваться этим средством самообороны.

Жду, когда собака подбежит ближе. Целюсь. Целюсь и... Нажимаю на красный распылитель указательным пальцем. Вместо облачка, как от освежителя воздуха, из баллончика вырывается струя.

Сразу пахнет так ядрено, что глаза слезятся, а горло дерет. Едва вдыхаю, закрыв лицо рукавом. А струя эта перцовая... Мимо собаки. Целюсь лучше, двигаю рукой и прямо в морду ей.

Она так рявкает громко, что вздрагиваю. А затем чихает, кашляет, поджимает хвост и, скуля, убегает от меня. Чувствую свою победу! Но какой ценой?

Возвращаю баллончик в карман. Теперь главное... А глаза и нос так чешутся, едва не плачу. Руками к лицу тянусь и, только прикоснувшись, понимаю, что допускаю фатальную ошибку.

Глаза теперь еще сильнее жжет. Губы, нос, и в горле першит. Спешу отсюда подальше, чтобы на шум ко мне никто не сбежался. А у самой слезы бегут. Неприятно, но я же не расплакалась. Это просто такая реакция на жжение. Даже нервно улыбаюсь своей неловкости.

Ну зато теперь я умею пользоваться перцовым баллончиком. Собаку еще эту страшную прогнала. Надеюсь, она от перца копыта не отбросит, я же не живодерка все-таки... И тут сердце пропускает удар!

А если Марсик на бездомных псов нарвется? Он же у меня домашний. Глупый и безобидный. Надо скорее его найти. Потирая слезы рукавом, спешу вперед.

Свечу во все места, куда может спрятаться Марсик. Но его нигде нет. Нет просто и всё, будто растворился. Засранец. Мелкий паразит. Точно ему дрессировщика найду... Ага, где бы еще на него денег взять.

Позже слышу рев мотора. Громкий такой, отчетливый. Не обращаю внимание до тех самых пор, пока фары от машины не светят мне под ноги сзади.

Оборачиваюсь, чтобы посмотреть. Хоть бы это какая-нибудь безобидная машина с престарелым дедушкой за рулем... Хотя откуда в дедушкиной машине такой громкий и мощный мотор?

Вот пакость! Да это же тот самый черный «Гелик». И хоть его я плохо вижу из-за фар, что бьют мне по глазам, но определяю безошибочно.

Меньше, чем с еще одним агрессивным бездомным псом, я хочу пересекаться только с тем отмороженным уголовником. Зачем я ему только понадобилась?! Ну сидел бы у себя в логове и сидел... Будто я его звала.

Ускоряюсь и бегу. Слезы так и льют из глаз. Какойже этот баллончик все-таки мощный. Надо будет с ним в следующий раз поосторожнее.

Сама себя загоняю в тупик. Передо мной груды всякого барахла — деревянные ящики и подобная ерунда — а путь преграждает сетчатый забор.

Тут только один вариант — мне срочно нужно через него перелезть. Это я и пытаюсь сделать. А «Гелик» уже совсем рядом. Он, судя по звуку, останавливается.

Затем звучит громкий хлопок дверью и низкий бархатный голос, от которого по спине бегут мурашки:

— Пташка, далеко собралась?!

Только не к тебе в лапы. Только не это. Карабкаюсь выше, не оборачиваюсь. А глаза до сих пор слезятся. И будто бы только сильнее.

В какой-то момент я практически перелезаю через забор, но неловко оступаюсь. Не могу удержаться. Падаю вниз, прямо на грязный, мокрый и, наверняка, жутко твердый асфальт.

Ощущениям своим не верю, когда... Никакого удара, максимально мягкое приземление. Как если бы меня кто-то поймал. Ну точно! Резко открываю глаза, потираю слезы, и вижу, что меня держит тот самый уголовник.

Еще так пристально в глаза смотрит.

— Ты чего разревелась? — недовольно спрашивает он.

Ставит меня рядом с собой и смотрит сверху вниз. Боюсь ему хоть что-то ответить. Надо было все-таки сбегать, когда у меня был шанс. А теперь — даже не знаю.

— Найдется собака твоя, нехер нос вешать, — отвечает он, будто пытается подбодрить.

А через секунду спрашивает:

— Зачем убегала?

— Зачем догоняли? — выдаю ему в ответ, потираю лицо рукавом.

— Пташка-Пташка, — ухмыляется он. — Да трахнут тебя здесь и глотку перережут. Повезло тебе, что ни на кого не нарвалась.

Хочется выругаться матом! Это он так прикалывается?! Он так издевается надо мной? Ну да, конечно, как же! Прям таки ни на кого не нарвалась. А этот уголовник, который сейчас передо мной стоит и взглядом пожирает?

— Давай в машину, — бросает он и идет к «Гелику».

— Зачем? — неловко спрашиваю я, стоя на месте. Рука уже нащупывает в кармане баллончик.

— Домой тебя отвезу, — отвечает он.

Глава 6 от лица Руслана “Зверя” Резникова

Просыпаюсь утром в своей берлоге. Скучаю ли я по нормальной квартире или по той роскошной, где теперь живет моя бывшая? Плевать в целом. Знаю же, что сейчас восстановлюсь после всего, в первую очередь физически, и возьмусь за дело, наверстаю, как нехер нахер.

Первым делом утром водные процедуры, затем таблетки. Голова после одного дерьмового замеса по утрам болит, хоть на стену лезь. Пиздец. Звон такой, будто ебучая обезьяна в черепушке барабанит.

Но похер. Сейчас кальян себе забью, вылезу из своей берлоги на свежий воздух. А потом... Дел сегодня один хер нет. Вдруг ловлю себя на мысли, что, когда голова гудеть почти перестает, то только и думаю, что про вчерашнюю пташку.

Сука, ну вот бывает же такое. Совершенно случайная встреча. Ждать ничего подобного не ждал. А главное — сама в гараж залезла. Так накрывает от нее, что ни о чем другом думать не хочется.

Ее светлые волосы, голубые бездонные глаза и это милое лицо, не обезображенное операциями и косметикой, способное выдавать десять тысяч эмоций в секунду. Вау!

Уже не говорю про ее охренительную фигуру. Жалко все-таки, что она ничего из гаража не утащила, а то получилось бы ее раздеть. Совсем уж я охуевать не стал, она и так едва держалась. Не по душе мне силой брать, нет в этом ничего хорошего.

Сижу перед гаражом на складном стуле, ноги на порог «Гелика» закинул. Делаю глубокие вдохи, вода в колбе кальяна «кипит». Как же я обожаю табак «Смородина с шоколадом», а эти кокосовые угли — заебись.

До того накуриваюсь, что глотку комом дерет. Похер, все равно не отпускает. Думал посплю и забуду эту малолетку несчастную, но хер там. Совсем из головы не выходит.

Как вспомню, так хоть сейчас к ней сорваться готов. Номер у меня ее есть. Точно. Хер ли я до сих пор не позвонил? Достаю смартфон из кармана, затягиваюсь дымом и звоню.

Ебать. А нет, оказывается, такого номера. Вот сучка мелкая! Вроде наивная пиздец, какая-то даже беззаботная, а еще и с приветом, но все равно ума хватило напиздеть.

И как мне ее теперь нахуй искать?! К дому ее поехать. Хм, вот это точно идиотская мысль. Вдруг понимаю, что и про адрес пташка мне нащебетала. Напиздела, если по-русски. Хитрая сучка, мозг у нее работает, когда надо.

Остается один вариант — найти ее этого черного пуделя. Блядь. Не по статусу: делать мне нехер, как псов всяких в гаражном секторе искать. Но, ебать, не отпустит же.

Похуй.

Если для следующей встречи с пташкой — твою мать, даже имени ее не знаю! — нужно найти этого чертова пса, то я его хоть из-под земли достану.

Вижу цель — эту голубоглазую пташку с вечно не закрывающимся ртом, хех! — и все препятствия идут нахер. Не найду псину сам, так я на хер всю братву на уши поставлю.

Докурив кальян, завожу «Гелик» и отправляюсь на поиски. Три часа бесплодных покатушек по этим ебеням, понимаю, что ни хера-то я в поиске псин не понимаю.

Злостью накрывает, по рулю стучу. Хочется разнести все нахер, ебло какому-нибудь ублюдку снести. Так и прет ярость. А всё почему? Да потому, что пташку упускать не хочется. Горы сверну, но хер она от меня упорхнет. Моей будет.

А пока возвращаюсь в гараж. Нужно пообедать, дальше продолжу поиск. Открываю дверь и захожу внутрь. Ушам своим не верю. Даже думаю, что это глюки. Но нихера!

В той самой комнате, куда так старательно пташка прорывалась, реально скулит псина. Срываюсь с места и бегом туда. На уровне инстинктов понимаю, что если не поспешу, то эта псина драная удрать может.

— У-у-у, — воет черный пудель.

Ну, или не может. Смотрю на этого четвероногого бедолагу. Блядь, никогда в жизни мне еще собак жалко не было. Действительно жалкое зрелище. Такое ощущение, что ночью он с другими псами пиздился. Выглядит не вау, его бы к ветеринару.

А что самое интересное — не рычит на меня, не кусает. Наоборот, судя по мелким черным глазам и выгнутым собачьим бровям, помощи просит.

— Собачьего корма нет, — отвечаю ему.

Твою мать, уже с собаками разговариваю. Ладно, похер. Первым делом я заставляю подкоп в стене всяким хламом, чтобы собака не убежала. А дальше нахожу для него что-нибудь перекусить, наливаю миску с водой.

Поев и утолив жажду, пес нагло запрыгивает на диван. Охуевший он, видно пташка его дрессировкой совсем не занималась.

— Слез нахер, быстро, — приказываю псу.

И он реально слушается. Спускается с дивана и ложится рядом, только глазами по сторонам смотрит.

А дальше? Пса пташки я нашел, вернее — он меня нашел. Но как теперь с ней связаться. Пока я думаю, брожу по логову. В какой-то момент псу видимо надоедает лежать у дивана и он спешит ближе к двери, может свежего воздуха захотел.

Вдруг замечаю, что у него на ошейнике болтается металлический брелок в виде косточки. Так-так-так, нахер. Я надеюсь, пташке хватило ума оставить на нем свой номер. Так ведь часто делают.

— А-ну как иди сюда, — говорю псу.

Он смотрит на меня с подозрением. Явно хочет удрать, но я успеваю его поймать. Хватаю на руки и смотрю на брелок. Есть, бинго нахер!

Читаю, что написано:

«Марсик. Его хозяйка — Мария.»

Так пташку Машей зовут. А рядом как раз номер указан. Недолго думаю, забиваю его в смартфон и делаю вызов. Собаку отпускаю, пусть шатается: все равно не убегает.

Звучит гудок, звучит второй. Представляю, что сейчас услышу ее голос, и сердце быстрее бьется. Нет, никакого волнения. Вообще не помню, чтобы я за последние двадцать лет волновался. Но как же я предвкушаю услышать ЕЕ голос.

— Алло, — раздается из динамика.

Улыбка сама собой на лице вырисовывается.