Зверь. Не буду твоей

Глава 1

— Марсик! Зараза ты такая! А ну стой! — кричу на своего черного пуделя.

Это хитропопый нашел дыру в решетчатом заборе, что окружает собачью площадку, вылез через нее и теперь на всех парах несется по пустырю к гаражам.

Выхожу с площадки и бегом к гаражам. Зову его, кричу. Но Марсик совершенно не отзывается. Только оглядывается и виляет хвостом. Такое ощущение, что он воспринимает это как игру.

Надо все-таки заняться его дрессировкой. Добегаю до гаражей и сворачиваю за угол. Вижу Марсика и бегу за ним. Блин, только бы успеть его поймать, а то уже скоро стемнеет.

Сентябрь пока теплый и холод нам не грозит, но бродить ночью между гаражей на окраине города. Бр-р-р — не самое безопасное времяпровождение.

Зато у меня с собой есть ключи и перцовый баллончик. На всякий случай перекладываю их из рюкзака в карманы ветровки, чтобы быстро достать. Ну мало ли, лишняя перестраховка не помешает.

Вижу, как Марсик резко сворачивает за угол. Ускоряюсь и тоже ухожу в сторону. Глазам своим не верю, когда он пропадает непонятно куда.

Гаражи стоят так плотно, что ему просто некуда деться. Но тут в моей голове что-то щелкает. Я понимаю — единственное место, куда он мог спрятаться...

Это под вон тот огромный и угловатый черный внедорожник. Кажется, это «Мерседес». Тот самый «Гелик».

Блин!

Это же самая бандитская машина, какая только может быть. А еще дверь в гараж рядом с ней открыта. Марсик мог нырнуть и туда.

Запускаю руки в карманы. В левой сжимаю ключи, а в правой перцовый баллончик. Совсем мне не по себе. И уж тем более мне не хочется подходить ближе.

Но Марсик... Не брошу же я своего четвероногого друга здесь.

— Марсик! Марсик! Гад ты такой, выходи! — кричу я.

Ничего не происходит. Ну то есть совсем. Я медленно, с опаской и навостренными ушами, подхожу ближе. Сперва заглядываю под черный «Гелик».

Марсика под ним нет. На всякий случай обхожу машину по кругу. Тоже чисто. Смотрю по сторонам. Ну он точно не мог никуда деться: гаражи слишком плотно стоят друг к другу, сплошной стеной.

А значит... Марсик, гад такой, запрыгнул в дверь гаража. Как же мне не хочется пересекаться с владельцем «Гелика». Тем более в этом месте.

С другой стороны... Это же дорогая машина. А большие деньги бывают у успешных и богатых. Обычно такие мужчины работают в банке или там...

Просто подбадриваю сама себя. До последнего хочется верить, что владелец «Гелика» — это какой-нибудь пухлый мужичок в деловом костюме. А еще он обязательно носит очки и прическу «озеро в лесу».

Хоть бы так и оказалось. Я подхожу к двери и осторожно заглядываю. Ого! А это не простой гараж. Это целое логово. Вон диван стоит, вон телевизор на стене... И места здесь, как в неплохой двушке.

— Извините! — кричу я внутрь, борясь с инстинктом, который кричит о том, что нужно хватать руки в ноги и бежать отсюда.

В ответ ничего. Я снова кричу.

— Извините, пожалуйста! Мой песик мог забраться к вам в гараж.

И снова тишина.

— Марсик! — не выдержав, нервно выкрикиваю я.

— Гав! — раздается откуда-то из глубины гаража.

У меня сердце в пятки уходит, когда я понимаю, что мне придется зайти внутрь. Крепче сжимаю ключи. Другой рукой снимаю крышку с перцового баллончика.

Хочется бросить всё и убежать. Но я не прощу себе. Марсик, конечно, тот еще засранец и паразит, но... Как я его здесь оставлю?

Перешагиваю порог и захожу внутрь. А ничего здесь, уютно. Не прям роскошь, но жить можно. Особенно, если это временное логово. Блин. Логово ведь бывает только у бандитов.

Зачем успешному банкиру жить в гараже? Точно. Знаю! Его достала вредная жена, и он тут от нее отдыхает... Блин. О чем я только думаю. Ну это всё стресс.

Вот сейчас найду Марсика. Схвачу его и убегу, а уже потом отшлепаю этого мелкого паразита. Но его нигде нет. Я... Я не хочу, но мне приходится пройти дальше.

А тут двери. Они ведут в разные комнаты. Примерно прикидываю, откуда мог прозвучать лай. Туда и иду. Делаю несколько шагов, прислушиваюсь.

*БУМ*

— Ой! — нервно вздрагиваю, чуть не выстрелив из первоцого баллончика в случайное место перед собой.

А это дверь гаража громко захлопнулась. Фух. И чего я испугалась? Это же всего лишь ветер. Он подул на нее, вот она и закрылась.

— Блядь! Я на пять минут всего отошел, — звучит недовольный низкий бас, очень грубый. — Ебучие воры.

Понимаю, что таким голосом банкиры не разговаривают. А вот какие-нибудь уголовники... Какие-нибудь бандиты...

Блин, блин, блин! Вот я Марсику устрою трепку, когда мы выберемся. Понимаю, что лучше мне этого опасного мужчину не злить. Быстро разворачиваюсь, спрятав руки с моим «оружием» в карманы, и выхожу.

Одного взгляда на него хватает, чтобы понять — я пипец как встряла.

Он высокий, широкоплечий. Во всем черном, а его руки в наколках. Уже не говорю про угрожающий взгляд из-под густых бровей. Над правой красуется заметный алый шрам.

А борода у него густая, не ухоженная. Весь его внешний вид только и кричит об опасности. Кажется, что даже аура у него какая-то недобрая.

Конечно, ведь он выглядит, как идеальный кандидат на роль криминального авторитета!

Безумного и дикого злого — авторитета.

— Ебать, это что за пташку ко мне ветром задуло? — криво ухмыляется он.

— Я... — слова застревают в горле, голос будто кто-то украл.

— Одна здесь? — спрашивает этот бандит, сверля меня взглядом.

— О-одна, — отвечаю робко.

Только мысль о ключах и перцовом баллончике в руках помогает мне не завизжать от ужаса. Сейчас я ему расскажу про Марсика, и он меня отпустит.

Точно, так и будет.

— Раздевайся, — лениво бросает он, будто так и нужно. Будто даже не думает, что я слово против сказать посмею.

— Ч-что?! — возмущаюсь я.

Может, мне послышалось? Ну пожалуйста.

— Раздевайся, говорю, — недовольно повторяет этот амбал в наколках. — Показывай, что успела спиздить. А там решу, что с тобой делать.

Глава 2

— Разумеется, блядь, ты ничего не спиздила, — угрожающе, с явным сарказмом, произносит этот уголовник и подходит ближе.

Даже с такого расстояния чувствую, как от него пахнет каким-то приятным, наверное, очень дорогим табаком. А еще улавливаю нотки запаха всяких там железных штуковин, которые у машин под капотом.

— А в гараж рядом с дорогой тачкой чисто случайно залезла. Да, пташка, попутным ветром занесло?

— Не случайно... — Мнусь, не решаюсь действовать. Даже объяснить толком ничего не могу, настолько мне не по себе.

Вот сейчас перепугает меня еще больше, заряжу ему сначала перцовой струей из баллончика по глазам, а затем еще и ключами ударю.

Ну а после сбегу, сверкая пятками.

Конечно, сбегу, ведь после такого мне точно не жить.

— Не случайно? — хмыкает амбал и останавливается. — И зачем же? — спрашивает он с издевкой в тоне.

Точно хочет меня подловить на том, что я не придумала реалистичную версию.

А мне ее даже придумывать не нужно. Только озвучить. Но тут я совсем пугаюсь и начинаю тараторить, как бабульки на рынке.

— В ваш гараж забежал мой песик. Вон в ту комнату, но его там не нашла... Извините, что я так... Залезла без спроса. Ну я звала. Никого внутри не было, никто не отзывался. А потом мой песик гавкнул, ну я и зашла. Я правда ничего у вас не воровала. Честно-пречестно. Простите... Можно я уже пойду?.. Сколько я всего наговорила.

— Закончила? — хмурится он и снова подходит ближе. — Сейчас я загляну в ту комнату, и если там нет собаки — ты разденешься.

Вот же зараза! А ведь Марсика правда там нет. Ну или я не успела его найти. Но он же гавкал! Я точно слышала. Хоть бы он просто очень хорошо спрятался.

Проходит секунда. Проходит вторая. Этот уголовник все не возвращается из комнаты. А я тихо-тихо, на цыпочках, крадусь к выходу. Успею убежать, он же не будет за мной бегать, все-таки серьезный мужчина...

Наконец добираюсь до двери и открываю ее... Пытаюсь открыть. А она заперта.

— Далеко собралась, пташка? — нагло ухмыльнувшись, спрашивает амбал, вернувшись из той комнаты.

Он показывает мне ключи, намекая, что дверь заперта.

— Напиздела ты складно, но нет там никакой псины.

— А вы хорошо поискали? Точно-точно? Может, вместе поищем? Он у меня, конечно, не карликовый пудель, а обычный... Зато черный. Очень умный! Он очень хорошо прячется. Один раз он так хорошо спрятался, что мы с мамой, — Вру на ходу, просто «трещу» без умолку, чтобы его заболтать, — весь день искали.

— Хм, так ты не просто пташка. Ты певчая, оказывается, — и вроде бы слова не оскорбления, но тон его голоса угрожающий.

— Что, простите? — спрашиваю я, робко отходя от двери. Все равно ее не открою.

— Говорю — пиздишь ты много, — грубо отвечает он и идет в мою сторону. — Раздевайся, и не заставляй меня, блядь, повторять. Поняла?

— Поняла. Ну, может, мы договоримся... Я могу как-то иначе доказать, что ничего не воровала. Детектор лжи? Может, у вас завалялся такой? — спрашиваю я и, похоже, улыбка на моем лице не очень естественная.

Конечно. Я едва от страха дар речи не теряю! Настолько не по себе, что всякие глупости говорю. А это все он виноват! Уголовник этот. Зачем меня так пугать?! Будто я правда сбегу...

Смотрю по сторонам и нахожу все больше подтверждений того, что это бандитское логово. Надо было раньше быть такой внимательной. Блин, до того момента, пока я не оказалась заперта с этим бандитом.

— Нет-нет-нет, я не буду раздеваться, — говорю я, когда он уже совсем близко.

Загнал меня в угол, что деваться некуда.

— Кто тебя, нахер, спрашивает? — хмурится он.

— Стоп! Не подходите! У меня есть средство самообороны и... кха-кха, — прокашливаюсь и продолжаю не так уверено, — я не побоюсь его применить.

На секунду он зависает. Я резко дергаю руки из карманов, но обе они застревают. Вот пакость. Как же глупо и нелепо. Дергаю снова. Вытаскиваю только руку и направляю ключи в сторону этого уголовника.

Он уже стоит и просто смеется надо мной в голос.

— Мда, пташка, приемы самообороны тебе надо отработать.

И тут я наконец-то достаю из кармана перцовый баллончик. Держу указательный палец на распылители и целюсь этому амбалу в лицо. Он совершенно меня не боится, ну оно и понятно.

— Не подходите, я нажму. Честное слово, нажму!

— Ну пиздец, а головой подумать? — усмехается он. — Ты хоть представляешь, что будет, если распылить его в замкнутом пространстве. Мне-то похуй, — хмыкает он, — а вот тебе хуево будет.

— Да вы специально так говорите, — отвечаю внезапно дерзко. Чувствую некую уверенность, ведь держу его «на прицеле».

— Ты им ни разу не пользовалась? — спрашивает он.

— Нет! Пользовалась, много раз, — нагло вру я.

И чем я только думала? Почему не додумалась купить второй, чтобы потренироваться.

— Завязывай хуйню эту и раздевайся. Хватит мое время тратить.

— Нет! И не подумаю! — продолжаю направлять на него свои средства самообороны.

— Блядь, утомила ты меня, пташка, — хмыкает он.

В следующую секунду этот психованный амбал срывается с места так молниеносно, будто он какой-то супергерой, у которого есть сверхспособности.

Ни то что среагировать, даже подумать, что это нужно сделать — не успеваю. А он уже рядом. Совсем-совсем. Хватает меня за руку и выбивает баллончик. Ключи тоже отбирает.

Я понять толком не успеваю, что происходит, как оказываюсь зажата в угол и совершенно без средств самообороны. А после он хватает меня за шею и прижимает к стене.

Мамочки! У меня от страха едва земля из-под ног не выходит. Только что я держала все под контролем, готова была применить свое «оружие». А сейчас... Вся в его власти, без шанса выкрутиться.

Страшно-то как!

— Раздевайся, — недовольно, с хрипотцой в голосе, рычит мне в лицо этот бандит. — Или я сам тебя раздену, нахер!

Глава 3

— Ладно-ладно. Нет. Ну то есть... — Я тараторю как не в себя, просто не получается иначе. И стресс, и страх, всё в одно смешивается. — Я могу снять ветровку. Можете даже мой рюкзак вытряхнуть! Там ничего вашего нет. Правда-правда.

Пока он не успевает ничего ответить, я быстро снимаю рюкзак и протягиваю ему. Этот уголовник хватает его, небрежно открывает и роется внутри. Затем бросает в сторону, как пакет с мусором.

Я понимаю, что этого ему мало. Думаю, что если я сниму ветровку, то ничего страшного же не случится. Зато он увидит, что я ничего не стащила, и успокоится.

Снимаю ее, протягиваю. Он берет ее, осматривает, стучит по карманам и бросает в сторону. А затем возвращается ко мне взглядом. Просто пожирает.

А под ветровкой у меня была только клетчатая рубашка. Ну еще лифчик под ней.

— Снимай, — говорит он, сверля эту самую рубашку взглядом.

— Чего?! Да что я под ней спрячу?! Нет-нет-нет, это уже неприлично. Вы не можете требовать такое. Я не собираюсь перед вами обнажаться.

— Точно певчая, — ухмыляется он. — Ладно, можешь оставить.

— Фух, спасибо большое. Я знала, что с вами можно договориться! Правда, ведь всегда можно договориться... — облегченно выдыхаю я.

А он в лице меняется. Еще ближе подходит, и я понимаю, что, похоже, рано обрадовалась. Всё только начинается, ё-моё!

— Не хочешь снимать, значит, я тебе обыщу.

Сразу после этих слов он кладет руки мне на талию. Хлопает по бокам. Затем разворачивает к себе спиной. Я совсем офигеваю от того, что он себе позволяет. Чувствую его наглые руки на животе. На плечах.

Да этот отбитый уголовник почти всю меня облапал! Вот же урод. И даже не знаю, хуже это, чем если бы я сняла рубашку, или нет. Надо срочно отсюда выбираться... Но как, когда железная дверь закрыта?!

Вдруг вспоминаю, что могу доказать существование Марсика.

— Пожалуйста, прекратите! Ну, хватит. Я могу доказать, что моя собака существует.

Этот отмороженный на всю голову играючи разворачивает меня, не забывая пройтись руками по ребрам и талии. Хорошо еще, что грудь не лапает. Молча смотрит на меня и ждет.

Сказать ему нечего, вот и молчит. Уголовник несчастный. Знает же, что я ничего не украла. Специально всё так выкрутил, только бы меня облапать... А! А вдруг правда всё так? Вдруг это не моя больная фантазия?

Сердце едва не пропускает удар. А что, если реально я — мое тело! — изначально была его целью? Он ведь далеко не глупый. Прекрасно понимал, что я ничего не воровала, даже если, по его мнению, наврала про собаку.

Собираюсь с духом. Отбрасываю эти глупые мысли в сторону. Он крутой бандит. Наверняка зависает во всяких там стриптиз-клубах. Наверняка у него полно каких-нибудь легко доступных подружек.

Зачем ему я? Какая-то худощавая студентка без макияжа и в обычной одежде. Нет. Я в таком виде никого сейчас не смогу возбудить. Даже если очень постараюсь. Надеюсь...

— Вот, фотографии, — мой голос едва не дрожит.

Показываю этому отморозку фото на смартфоне. Сразу несколько. На всех мой черный пудель, на некоторых мы вместе.

Уголовник смотрит фото. Ничего не говорит. А у меня до сих пор всё под рубашкой горит от его прикосновений. Всё-таки лучше бы я ее сняла и показала, что ничего не скрываю.

Или нет? Тогда бы он увидел грудь, и у него совсем башню сорвало. Знаю я этих бандитов. Они только об одном и думают. Всё я правильно сделала. Единственная ошибка — залезла в этот чертов гараж, чтоб он развалился нафиг!

— Хм, реально. Не выдумала, получается, — отвечает амбал и чешет татуировку в виде ножа на правой волосатой руке. А на ней еще волосы густые, шрамов полно.

Нервно сглатываю. Вот захочет он меня сейчас, нож к горлу подставит, и всё... Приехали. Тут уже выбора не будет. Коленки трясутся, пальцы не слушаются. Мне бы выкрасть ключ, но и так я не сбегу. Догонит же, да еще и по голове настучит.

— То есть вы мне верите? Это замечательно! — Широко улыбаюсь я, а сама едва не визжу от страха. Медленно обхожу его. Подхватываю ветровку и рюкзак, не забываю и про ключи с баллончиком. — Ну, если вы мне поверили, то... Вы же видели, что я ничего не украла? Так может я пойду? Ну, пожалуйста... Мне песика еще искать... Ну то есть, домой пора уже... Спать скоро, а мне завтра на учебу рано. И вообще я вас жутко боюсь... Упс.

Никогда я такого стресса не переживала. Даже и подумать не могла, что язык мой будет враг мой. Хотя, он вроде бы слушал меня, не перебивал. Может, удалось заболтать? Небеса, ну, пожалуйста, не готова я сегодня к новым испытаниям...

— Хах, — он усмехается. — Пиздец, у тебя язык подвешенный. Это хорошо.

— Хорошо? А почему?.. — Неловко спрашиваю я.

— Подсказать или сама додумаешься? — Криво ухмыляется он и почему-то выразительно смотрит себе на штаны.

А! Сердце вздрагивает, когда я понимаю его вульгарный намек. Главное — не играть в эту игру. Притворюсь сейчас дурочкой, и он меня отпустит. Точно, так и сделаю. Тем более, у меня на стрессе и так неплохо получается.

— Песни петь, стихи читать.

— И член сосать, — отвечает он в рифму.

Мои брови подскакивают. Я делаю шаг назад и хватаю баллончик в обе руки.

— Нет-нет-нет, это в программу не входит, — Боже, что я несу.

— Значит так, на улице уже темно, — Говорит он абсолютно серьезно, без намека на улыбку или ухмылку. — Нехуй тебе там шляться. Значит, заночуешь здесь.

— Что? С вами?! Мне нельзя! У меня тетя немного... нервная... Она хватится сразу! Она полицию вызовет! Она весь город на уши поднимет, — говорю я, уже и сама не знаю, вру или нет. — Она в курсе, что я пошла гулять на площадку.

Как-то этот уголовник совсем после моих слов мрачнеет. Наверное, не надо было ему говорить про полицию. А может, наоборот? Может, он одумается и отпустит меня.

Глазам своим не верю, когда он подходит к двери и открывает ее.

— На выход, — говорит он. — Повезло, блядь, тебе, что на мне условка висит, а то мы бы с тобой тут так повесились.