Звезданутый Технарь 3

Глава 1: Контракт мелким шрифтом

Перед «Странником», перекрывая весь сектор обзора, висела армада. Десятки, сотни величественных и пугающих линкоров замерли в идеальном строю, их черные корпуса поглощали свет далеких звезд, превращая пространство в кладбище надежд. Настоящие левиафаны, каждый из которых мог превратить небольшую планету в облако пара одним залпом своих орудийных палуб. И сейчас все эти тысячи стволов оказались нацелены на наш крошечный, избитый жизнью и Цитаделью корвет.

— Приплыли, — выдавил я из себя, чувствуя, как руки на штурвале становятся влажными.

— Вот это флот, Роджер, — голос Мири стал тихим и лишенным всякой иронии. — Полная блокада сектора. Уровень РЭБ такой плотности, что мои сигналы гаснут, не успев выйти за пределы корпуса. Они полностью подавили наши системы связи. Мы в банке, а они держат открывашку.

Я смотрел на стальное величие раскинувшегося флота и понимал, что наш прыжок из огня да в полымя удался на славу. Тысячи стволов следили за каждым нашим маневром, и я готов поклясться, что почувствал на себе взгляд каждого канонира на этих исполинах.

— Кира! — я рявкнул, пытаясь достучаться до девушки. — Кира, очнись! У нас тут аншлаг, и мы, главные герои на расстреле!

Она медленно повернула голову в мою сторону. Ее глаза, обычно живые и любопытные, теперь светились холодным, расчетливым светом древних алгоритмов. Она посмотрела на экраны, строй линкоров и вспышки лазеров пристрелки, на ее лице не дрогнул ни один мускул. Она являлась частью чего-то большего, чего-то, что видело гибель империй и рождение новых миров, и нынешняя ситуация казалась ей лишь незначительной помехой в глобальном коде.

— Тут не технологии Древних, — произнесла она голосом, в котором слышалось эхо тысячи голосов. — Лишь примитивные орудия. Но их слишком много.

— Золотые слова! — я нервно хохотнул, вцепляясь в штурвал. — Их слишком много, а нас слишком мало, если точнее, один сломанный корабль и трое оптимистов. Мири, ты можешь взломать их сеть? Хоть как-то сбить им прицел?

Мири замерцала, ее золотистый облик на секунду подернулся серой рябью, когда очередная волна имперского РЭБ ударила по нашим сенсорам. Она выглядела так, будто пыталась удержать на плечах небоскреб, который медленно, но верно ее придавливал. Золотистая пыль осыпалась с ее рук, исчезая в воздухе рубки, и я понял, что даже с мощью нейроядра «Иджис» она сейчас на пределе возможностей.

— Я… я пытаюсь противостоять их электронной атаке, — прохрипела она, и в ее голосе впервые прозвучал настоящий, неприкрытый страх. — Но здесь не один компьютер, Роджер, а объединенная вычислительная сеть всего флота. Они используют свои линкоры как гигантские узлы подавления. Это как пытаться перекричать рев взлетающего шаттла, стоя в эпицентре взрыва. Мои защиты трещат по швам!

Кира вдруг подалась вперед, ее пальцы коснулись консоли, и по проводам пробежала фиолетовая искра. Она попыталась вклиниться в процесс, помочь Мири своей биокомпьютерной мощью, но тут же отдернула руку, издав тихий стон. Серебристая нейросеть на ее шее вспыхнула болезненно-ярким светом, заставляя ее зажмуриться.

— Нет, — выдохнула она, тяжело дыша. — Не сработает. Они полностью подавляют все пространство. Если я откроюсь, они выжгут мои цепи за секунду.

Я почувствовал, как по спине поползли ледяные мурашки. Нас снова загнали в угол в самом сердце пустоты, ма окружены стальными хищниками, которые ждут лишь одного неверного движения, чтобы нажать на спусковой крючок. «Странник» дрейфовал по инерции, и каждый метр пути приближал нас к зоне гарантированного уничтожения, где даже чудо не поможет нам уцелеть.

— Значит, будем блефовать, — я сжал зубы так, что челюсть заныла. — Как тогда, на Вавилоне-4. У нас есть Ключ, у нас есть Кира, и у нас есть наглость.

— Роджер, наглость не отражает плазменные залпы, — заметила Мири, постепенно восстанавливая стабильность своей проекции. — Но у меня есть входящий запрос. Прямой канал. Они хотят говорить. И судя по коду авторизации, с нами на связь хочет выйти не просто дежурный офицер.

Я смотрел на эту стальную стену и чувствовал, как мой оптимизм, подпитанный находкой Ключа, медленно пакует чемоданы и уходит в бессрочный отпуск. Армада не просто висела перед нами — она доминировала над самой реальностью, превращая космос в частную парковку для линкоров класса «Монарх». На фоне их исполинских корпусов, утыканных орудийными башнями размером с мой «Странник», наш корвет выглядел как ржавая консервная банка, которую случайно забыли на параде достижений народного хозяйства. Сотни красных маркеров захвата на тактическом дисплее мигали так часто, что превратили рубку в подобие дешевой дискотеки на окраине обитаемых миров. Тот самый момент, когда понимаешь, либо у тебя в рукаве припрятан «Рояль в кустах» в виде флота поддержки, либо пора начинать учить имперский гимн.

— Мы трупы. — констатировал я.

— Роджер, не будь таким пессимистом, мы — статистическая погрешность, которую сейчас просто отформатируют. — Мири нервно мерцала, пытаясь удержать проекцию в условиях дичайших помех. — Нас не просто взяли на прицел.

— Можешь прикинуться обычным бортовым калькулятором? — я лихорадочно щелкал тумблерами, пытаясь хоть как-то стабилизировать питание щитов, хотя понимал, что против одного слитного залпа наши щиты, как зонтик против ядерного взрыва.

— Уже в процессе! — Мири резко сменила свой золотистый облик на стандартную, тускло-серую голограмму имперского сервисного бота. — Скрываю все признаки «Иджис» под слоем программного мусора и старых логов. Если они не начнут копать слишком глубоко, я для них, просто глючный софт старого корыта. Роджер, приборная панель! Входящий запрос на принудительную видеосвязь с кодом авторизации «Альфа-Один».

Глава 2: Парад скепсиса

Двери Зала тактического планирования разъехались с таким тихим шелестом, будто их смазывали слезами девственных единорогов, а не обычным синтетическим маслом. Мы с Кирой шагнули внутрь, и я мгновенно почувствовал себя так, словно заявился на светский раут в костюме гигантского хот-дога. Огромное помещение наполненное холодным, стерильным светом и низкочастотным гулом сотен приборов, от которого мои зубы начали вибрировать в такт работе имперских серверов. Воздух здесь показался мне настолько чистым, словно в нем отсутствовал даже намек на человеческое присутствие, пахло только озоном и высокомерным спокойствием.

Настоящий храм войны во плоти.

В самом центре комнаты, занимая добрую половину пространства, парила колоссальная голокарта сектора, переливаясь мириадами точек-звезд. Но идиллическую картину портили жирные красные кляксы, которые медленно, но неумолимо расползались по торговым путям, словно цифровая плесень, пожирающая реальность. Король Пыли в действии — его вирусные протоколы перехватывали управление автоматическими станциями, превращая некогда безопасные маршруты в зоны тотального хаоса. Глядя на эту динамику, я понял, что ситуация пахнет не просто жареным, а полноценным пожаром на складе горюче-смазочных материалов.

— Роджер, тут столько электроники, что у меня началось цифровое слюноотделение, — прошептала Мири в наушнике. — Если я получу доступ хотя бы к десятой части этих мощностей, я смогу вычислить смысл жизни и заказать доставку пиццы в соседнюю галактику одновременно. Но будь осторожен, тут стоят такие файрволы, что даже мой «Иджис» может слегка вспотеть.

— Просто веди себя как тупой калькулятор, Мири, — одними губами ответил я. — Мы тут в гостях у серьезных дядек, которые не любят, когда их тостеры начинают философствовать.

— Я сама скромность, — фыркнула она и притихла.

Вокруг стола, в центре которого пульсировала голограмма, собралась группа высших офицеров Империи. Они выглядели так, будто их отлили из закаленной стали и покрыли слоем непробиваемого пафоса. Золотые нашивки, медали размером с блюдце и лица, выражающие высшую степень сосредоточенности — настоящая элита, привыкшая решать проблемы одним движением брови. Они вели жаркий спор, показывая друг другу терминалы и обмениваясь графиками, и в их голосах слышалась уверенность людей, которые верят, что любая проблема во вселенной решается увеличением калибра орудий.

— Адмирал, девятый флот готов к развертыванию! — гремел один из них, тыча пальцем в скопление красных точек. — Нам нужно просто накрыть этот квадрат залпом из главных калибров «Монархов». Никакая Пыль не устоит против трех гигатонн чистой плазмы!

— Это не мухи, которых можно прихлопнуть газетой, генерал! — возразил другой, более пожилой офицер с моноклем. — Нам нужна плотная блокада. Если мы растянем силы, они просочатся сквозь пальцы!

Я стоял в углу, стараясь не отсвечивать, и слушал этот бред, чувствуя, как у меня начинает дергаться глаз. Они обсуждали толщину брони и количество ракет, совершенно игнорируя тот факт, что их враг — вовсе не флот, а информационная зараза. Все равно, что лечить грипп с помощью тяжелой артиллерии. Шуму много, эффекта ноль, а пациент все равно при смерти. Императорские тактики застряли в прошлом веке, когда войны выигрывались лобовыми столкновениями железных коробок в пустоте.

— Посмотри на них, Роджер. — голос Киры прозвучал едва слышно. — Они боятся того, чего не понимают.

Она стояла рядом, плотно запахнувшись в накидку, фиолетовые глаза под капюшоном светились холодным, пронзительным светом. Я видел, как она напряжена — Ключ на ее руке, должно быть, транслировал ей потоки данных, которые эти адмиралы даже не могли себе вообразить. Для нее огромный зал выглядел комнатой, полной детей, играющих со спичками на пороховом складе, а вовсе не местом триумфа военного гения. Она чувствовала некомпетентность штаба всей кожей, и это вызывало у нее почти физическую боль.

Адмирал Ганс, ранее хранивший молчание, вдруг вышел вперед, и шум мгновенно стих, словно кто-то нажал кнопку «Mute». Он обвел присутствующих своим ледяным взглядом, а затем указал рукой в нашу сторону, заставляя всех офицеров синхронно обернуться. Я почувствовал себя экспонатом в зоопарке, на который смотрят с легким отвращением и глубоким недоумением.

— Господа, — произнес Ганс, и его голос разрезал тишину, как лазер — масло. — Позвольте представить вам нашего нового консультанта. Лейтенанта-механика Роджера Форка. Он, один из немногих, кто не просто видел технологии Короля Пыли в лицо, но и умудрился выжить после прямого контакта с охотниками Древних.

В зале повисла такая тишина, что я расслышал, как где-то в недрах корабля работает система очистки воздуха. Один из советников, тучный мужчина с лицом цвета перезревшего помидора, медленно поднялся со своего места. Он оглядел мой помятый, заляпанный маслом комбинезон, остановился взглядом на моих нечищеных ботинках и скривился так, будто только что откусил лимон вместе с кожурой.

— Специалист по нестандартному оборудованию? — переспросил он, и в его голосе прозвучало столько презрения, что им можно было бы заправлять реакторы. — Адмирал, вы, должно быть, шутите. Вы привели в святая святых флота какого-то мусорщика? Его корабль больше похож на груду лома, которую забыли утилизировать, чем на боевое судно!

— Его корабль прошел сквозь Цитадель, — сухо отрезал Ганс. — А вы, советник, в это время спорили о меню для торжественного обеда.