Ланселот. Глава 5

-Он здесь. Просыпайся, девочка. Твой защитник пришел.

Гвиневра слышит голос. Он доносится из-за спины. Но разобрать слов она не может. У нее не получается.

…В глазах все плывет. Она ничего не видит. Только чувствует…

Голоса, просящие о помощи…

…и силуэты их хозяев, которые уже мертвы.

-Давай. Настал твой черед, девочка. Пошли.

Ее голова поднимается.

Девушка хватает ее за волосы и тащит вперед.

Это позволяет ей почувствовать того человека.

Он поглощен порчей. Его сердце черно, а вокруг струиться тьма. Порча, проникшая из другого мира, окутывает ее тело.

Гвиневра не знает, что это значит. Но одно она понимает наверняка: от живых так не пахнет. Ее тело было смертельно ранено, но она это чем-то компенсирует.

-Она здесь, Ланселот. Опусти меч, если хочешь спасти свою королеву.

В глазах Гвиневры по-прежнему все плывет. Она не может различить людей перед собой.

Но одно только названное имя вселяет в нее надежду.

-Тварь!- слышит она голос своего спасителя.- Думаешь я поверю дракону, который обманул и меня и Артурию!?

-Придется поверить,- усмехается Туктаривэ.- Я готова отдать тебе Гвиневру, раз эта женщина так тебе дорога. Но попрошу равноценный обмен.

-Обмен?

И Ланселот, и Красный посмотрели на Туктаривэ.

-Да,- кивает она.- Для открытия врат Гинунгагапа нужен мощный катализатор. Гвиневру может вполне заменить твой меч.

-Аронди?

-Созданный из чешуи Найтстаэ и освященный силой Владычицы озера… и моей… такого предмета должно хватить, чтобы компенсировать силу Гвиневры.

Красный не выдерживает этого.

-А как же Грааль?- кричит он.

-Ты так и не понял?- Золотая поворачивается к нему.- Святой Грааль — лишь красивое название.

-Чт?..- теперь удивляется Ланселот.

-А ты не знал?- теперь Туктаривэ смотрит на него.- Люди назвали эту чашу Святым Граалем только потому, что в нее собрали кровь Христа. Но задумался ли хоть кто-то, что эту чашу переполняет энергетика смерти?

Тогда получается…

Нет, такого не может быть…

-Вместе с вами на поиски Святого Грааля отправились три наших рыцаря,- объявляет Туктаривэ.- Они знают, что такое эта чаша. И принесут ее сюда крайне аккуратно. А вы… пошли туда по приказу Артурии. Может этой девчонке и везло в управлении страной, но после смерти Мерлина она оказалась неспособна принимать решения, связанные с магией. Не знаю, что заставило ее отправить вас на поиски Грааля, но уж точно не благоразумие.

-Король всегда был мудр и…

Ланселот пытается возразить, но его вновь прерывает дракониха.

-Она была мудрой только тогда, когда ей пинок давали. Да и то не всегда. И вот сейчас она отправила рыцарей на смерть.

-Но и вы тоже,- отвечает ей Ланселот.- Зачем вам Святой Грааль? Не затем же, зачем Артурии?

-Нет. Артурия его хочет заполучить в коллекцию, а мы — закрыть с его помощью врата Гинунгагапа. После призыва драконов-богов, изначальную бездну надо будет закрыть, иначе она поглотит мир. С тьмой может справиться не менее могущественная тьма.

-Не менее могущественная?- переспросил Ланселот.

Он не знал, насколько черна и безгранична изначальная бездна. Однако, любому действию должно быть противодействие. Иногда, имеющее точно такой же вектор.

Возможно Туктаривэ и не врала, но в таком случае Грааль действительно является далеко не святой чашей.

-Тогда что такое этот Грааль!?- вопрос задает, как ни странно, Айрондайт.

Туктаривэ поворачивает голову в сторону Красного. Ее взгляд становится серьезным, а улыбка спадает с губ.

-Святой Грааль — это проклятая чаша, которая уничтожит любого коснувшегося, выполнив его желание. Люди называют его всемогущей чашей, но наполняет ее лишь кровь, тьма и проклятие.

Ланселот сглотнул ком, появившийся в горле.

Как?

Как может быть святая чаша, явившая свой облик в Камелоте и описываемая в легендах быть осквернена?

Увы, все люди мыслят одинаково. Они думают, что «раз эта вещь соприкасалась с чем-либо, что принадлежало святому человеку, то вещь обязательно будет служить добру и никак иначе».

Это и было главное заблуждение.

Люди идут во всем положительные аспекты… черты…

Они просто не хотят замечать, что то, к чему они стремятся, с самого начала являлось вместилищем смерти пророка.

И эта смерть… темная энергия, которая выделилась, когда душа Иисуса Христа покидала тело…

…она просто пропитала Святой Грааль насквозь.

Но, тем самым, сделав ее единственной вещью, способной закрыть изначальную бездну.

Как бы люди не старались и не отрицали сего факта, но тьму можно победить только еще большей тьмой. Она займет место первой, в некоторых случаях изменяя жертвы, необходимые для ее существования.

Это правило действует и в дикой природе.

Хищники живут только благодаря охоте. Они убивают других зверей, творят зло… но только для того, чтобы самим выжить. Однако, и живут они только для двух вещей: создания потомства и охоты. И прервать этот цикл можно лишь уничтожив охотников.

Для людей того времени эти правила были как никогда верными. Одни тираны смещали с престола других, чтобы занять их место и править еще более нещадно.

Все эти отношения животных и людей между собой пошли от дикой природы. Но природа создала и магию, наделив ее точно такими же законами.

Тьма побеждает тьму.

И никак иначе.

Но вот пониманием природа наделила не всех. Осознать тонкие процессы мироздания могли всего несколько видов существ. Среди них были драконы, но не было людей.

Поэтому, и только поэтому, Ланселот не мог поверить в слова Туктаривэ.

Но Ланселот…

Он не может сойти с этого пути…

…ради людей, которых он оставил позади.

Отвергнуть этот путь будет равносильно предательству всего королевства.

И он хочет спасти Гвиневру. Действительно хочет…

…но не может пожертвовать целым миром ради этой женщины.

Его душа и разум метаются между двумя путями, что предоставила ему судьба…

Либо спасти королеву, но обречь королевство на вечные муки…

Либо не позволить Туктаривэ и Красному захватить Аронди, и скрыться из этого замка как можно быстрее, и тем самым обречь королеву на смерть.

Ланселот многое потерял в своей жизни. Он оборвал немалое количество жизней до срока. И его груз — нести вину за содеянное до конца своих дней. Он не хочет больше смертей… тем более смертей своих друзей.

Единственное его желание — уберечь Гвиневру.

Он принял решение…

-Я хочу спасти королеву, но Аронди отдавать не стану.

Наведя меч на врага, Ланселот отвечает на предложение Туктаривэ.

-Чт?..

-Ты меня не поняла, бронзовая праматерь? Я говорю, что заберу Гвиневру любой ценой. Даже если придется тут все с землей сравнять.

В ответ Туктаривэ только рассмеялась. В отличии от Красного, который сверлил своего союзника яростным взглядом.

-Ты сейчас сам отказался от своей королевы!- холодно говорит Золотая.- Ты понимаешь это, Ланселот?

-Не отказался,- возражает рыцарь.- Ты всего лишь кукловод, Туктаривэ. Обрезать тебе ниточки, и ты станешь никчемной.

Дракониха вновь засмеялась.

-Я понимаю твое недоверие ко мне, Ланселот. Знаешь что… забирай свою королеву.

Схватившись за густую шевелюру королевы Гвиневры, Туктаривэ поднимает ее на ноги. Девушка уже пришла в сознание и корчит лицо от боли.

Теперь рука Золотой касается затылка королевы. Легко подтолкнув ее, она убирает руку. Королева Гвиневра медленными шагами подходить к Ланселоту и ударяется об его грудь лицом.

Она вот-вот вновь потеряет сознание…

Но магическая сила Владычица озера, вложенная в своего сына, дает ей некоторое исцеление.

-Ланселот…- она поднимает глаза.- Это?..

-Сила моей матери. Вы скоро придете в порядок, королева.

Говорит Ланселот, все еще ощущая боль в левом плече, с котором его целительная сила справится не может.

-И все-таки жаль…- прерывает их Туктаривэ.- Я так надеялась, что мы разойдемся миром. Увы, придется применить насилие. Но, перед твоей смертью, я хочу сказать тебе кое что, Ланселот. Ты ошибся, назвав меня кукловодом. За ниточки рядовых цветных дергает кое-кто другой.

-Ты…- пытается выпалить Красный.

-Ланселот?- Гвиневра поднимает голову, пытаясь что-то сказать рыцарю, но он даже слушать не желает.

-Не беспокойтесь, ваше величество. Я смогу справиться с обоими.

Само собой, это была лож. Им остается надеяться только на помощь Белого рыцаря. По другому им не спастись.

-Интересно. Слышал, Айрондайт!? Он и меня, и тебя на лопатки уложит! Как думаешь, может бежать.

Но Красный не отвечает. Лишь отвернув от Золотой голову, он всем видом показывает, что она чем-то его огорчила. Точнее говоря, даже взбесила.

-Последнее желание есть?- все так же надменно спрашивает Туктаривэ.

-Есть вопрос,- спокойно отвечает Ланселот.- Если не управляешь всем этим балаганом… тогда кто?

Она бросила на рыцаря удивленный взгляд. Дракониха думала, что он уже догадался…

Но нет.

Когда ее лицо исказилось улыбкой, полной наслаждения, она посмотрела на дверь за спиной рыцаря и королевы, приглашая последнего персонажа.

-Чт?...


И Красный, и Ланселот напряженно замерли, когда увидели его…

Тяжелая поступь белоснежных латных доспехов доносится сверху.

-Думаю в этом нет необходимости, но позвольте представить его. Это Белый рыцарь. Первый из цветных рыцарей, который создал всех остальных, став их… так сказать, королем.

…появляется Белый рыцарь.

Атмосфера моментально меняется.

Белый рыцарь, который остался неподвижно стоять еще на входе, всматривается в Ланселота и в Красного.

-И что ты задумала, Туктаривэ?- равнодушно спрашивает он.- Будешь боем устранять эти две неприятности? Едва ли мне хочется смерти королевы и ее верного рыцаря.

-Для меня это тоже неожиданность,- оправдывается Золотая, говоря, в общем-то, правду.- Они сами отказались разойтись миром. Поверь, я все понимаю и выслушаю твои возмущения позже.

-Раз понимаешь, то ладно.

Его голос настолько холоден… настолько равнодушен. Белый рыцарь привел Ланселота в эту ловушку сам…

Этот человек не знает принципов рыцарской чести. Как его вообще можно называть рыцарем!?

-Что за херня, Золотая?- в заговор встревает Красный.- Хочешь сказать, мы были игрушками «этого»?

-Ох, извини, ты же не знаешь,- действительно сожалея, Туктаривэ посмотрела на Айрондайта.- Этот человек был тем самым, кому Ди даровал силу ветра. Он первый из цветных рыцарей, и именно ему ты обязан своим становлением.

Но Айрондайт помнил, как сражался с ним несколько дней назад посреди деревни.

И если тогда Белый рыцарь показался ему слабым… то сейчас Красный четко ощущает бесконечную ауру смерти.

Даже не смотря на это, он считает Белого рыцаря своим личным врагом. Айрондайт просто не может поверить, что Гае Бюид не оставил на нем даже царапины…

-Мне плевать на его судьбу. Скажи лучше, почему ни я, ни остальные не знали о нем?

-А смысл был распространяться? Об этом знали я, Пурпурный и Желтый. Этого больше, чем достаточно. Да и к тому же… знай ты о таком человеке, согласился бы подчиняться мне?

-Щас! Я бы скорее сдох, чем подчинился лживой свинье.

Теперь их трое.

Красный и Золотая внутри помещения, Белый закрывает выход своим телом.

Нет никаких шансов на победу. С Белым Ланселоту не тягаться. А уж если здесь еще и Золотая с Красным, то они даже дернуться не успеют.

-Вот поэтому и промолчала.

-Достаточно!- прерывает их Белый.- Будьте так добры, позаботьтесь об этом мусоре. Золотая, ты убей Ланселота. Красный — Гвиневру.

Повернувшись к рыцарям спиной, Белый рыцарь выходит из подземелья.

Остались только Ланселот и Гвиневра…

И двое цветных рыцарей, готовых разорвать противника в клочья.

Время идет.

Чтобы выбраться отсюда, Ланселот в одиночку должен одолеть одного из самых сильных цветных рыцарей и дракониху, чья сила почти равна силе короля драконов Найтстаэ.

Но это невозможно.

-Леди…- тихо бормочет рыцарь, чуть опустив голову.- Прошу, возьмите меня за руку и не отходите далеко.

И девушка крепко сжала его руку, давая рыцарю понять, что она готова.

-Хорошо. Я из всех сил буду стараться не отставать от тебя.

Кивает она в ответ.

Все равно, Гвиневра не боец. Она может исцелить Ланселота, но не сражаться бок о бок с ним. Ланселот тоже это понимает… но, все же, хочет прорваться…

-СЕЙЧАС!

Не отпуская руку королевы, Ланселот разворачивается, и бежит к выходу. Реакции Гвиневры хватило, чтобы среагировать на резкий выкрик.

Оба рыцаря так же реагируют на его действия.

Лязг стали за спиной Ланселота удивил его. Он, как и королева, обернулись, чтобы посмотреть, что произошло.

Меч, летевший в них, был отражен желтым руническим копьем. А отбитый клинок тут же исчезает, словно был простой обманкой.

Теперь Айрондайт переместился чуть вперед. Его тело закрывало Ланселота и Гвиневру. Копье было готово к новой атаке.

-Твой враг — это та сопля сзади!- возмущается Туктаривэ, явно не ожидавшая подлого предательства.

-Я передумал,- спокойно говорит Красный, всматриваясь в созданное за спиной драконихи оружие.- Мне надоело это все. Вся твоя ложь.

-Красный…

…Ланселот настолько поражен, что слова едва слетают с его губ…

-…ты ведь понимаешь, что схватка один на один…

-Не пойми меня неправильно. Я объединяюсь не с вами. Я…

Красный рванул вперед, замахиваясь копьем для рубящей атаки.

-…объединяюсь со своими убеждениями!

Его оружие почти достигло брони Золотой. Ее драконья реакция и чувство предвидения были развиты куда лучше, чем у Айрондайта. Она смогла отскочить, уклонившись и от первой атаки, и от второй.

-Хм…- в голосе Туктаривэ слышатся неподдельные нотки удивления.- Хочешь разорвать контракт, скрепленный кровью, когда почти достиг бессмертия?

-Мое имя и так вписано в историю!- вскрикнул Айрондайт, вновь атакуя Золотую.- Такие как я не заинтересованы в бесконечном существовании!

Ей вновь удалось уйти от удара, всего лишь подавшись влево. Гае Бюид даже не задел ее доспехов.

А вот сама Туктаривэ смогла отогнать от себя Красного. Она создала в руке клинок, и намеренно медленно атаковала Айрондайта. Ему пришлось защититься и поменять позицию, ибо та, которая получалась после отражения не была выгодна для дальнейшей атаки.

Он отпрыгнул чуть назад, вновь загородив ошарашенных Ланселота и Гвиневру.

-Ты псих! Она тебя…

Не успел Ланселот попросить Красного быть осторожнее, как тот сам прервал его крик.

-Заткнись и убирайся отсюда! Кто ты такой, чтобы давать мне советы? Не думай, что, защищая вас, я встаю на твою сторону! Вот поэтому-то я и не люблю благородных рыцарей, которых все мнят образцом подражания!

Красный сам подталкивает их к бегству.

Ланселот не хочет упускать такой шанс, и уже уходя, он оборачивается и смотрит в спину Красному.

-Удачи. Я верну этот долг.

И, схватив Гвиневру за руку, он выбегает из подземелья.

-Твою мать, Айрондайт,- на лице Туктаривэ мелькает неестественная улыбка.- Они ушли.

Она просто наблюдала за их побегом ничего не предпринимая.

-Сука! Значит ты изначально планировала дать им уйти!?

-Естественно. Для призыва еще нужна чешуя патриарха и праматери драконов. Праматерь тут. А вот патриарха можно вызвать только сразившись с Ланселотом. И желательно сделать это на открытой местности, чтобы Найтстаэ было куда приземляться.

-Значит все идет по твоему плану… мразь…

-Даже если бы ты их не отпустил, я поступила бы так же. Стоит поблагодарить тебя, Эхнатон. Такая развязка просто идеальна для меня.

Дистанция между ними сокращается.

Но не успевает Красный предпринять хоть что-то, как его сковывает невидимая для глаза магия. Он даже почувствовать ее не может, не то что освободиться.

Тело фиксируется настолько хорошо, что даже пальцем пошевелить не получается.

Телекинез.

Это — одно из сильнейших заклинаний праматери бронзовой стаи.

Ее рука касается одного из клинков висящих сзади. Латная перчатка крепко сжимает рукоять.

Оглядывая предателя с ног до головы, Туктаривэ прицеливается…

А Красный не может поверить своим глазам…

Туктаривэ держит в руках меч фараонов… тот самый меч, который когда-то держал сам Эхнатон.

Но Красный лишь усмехается. Для него нет ничего более заветного, чем умереть от своего собственного меча.

Клинок пробивает его грудную клетку.

Стерпев боль, Красный рыцарь смотрит на улыбающуюся Туктаривэ.

Это уже вторая смерть для его тела. Больше душе Эхнатона в этой эпохе не было отведено ни минуты.

Волшебное сияние разрушает латные доспехи. превращаясь в миллиарды разноцветных песчинок, тело Красного рыцаря исчезает.

На этот раз навсегда.

Загрузка...