МНЕНИЕ

Экспертиза темы

Мы не случайно решили дать экспертизу темы к НФ-статистике. Вопрос, заданный Василием Мидяниным интернет-пользователям, оказался настолько острым, что без дополнительной экспертной оценки тут явно не обойтись. Редакция предложила двум писателям и критику выбрать любой из вариантов ответа, фигурирующих в анкете, и аргументировать свой выбор.


Юрий БУРНОСОВ:

Лично я полагаю, что во всем виноваты читатели, «которые голосуют рублем за низкопробные боевики». И не только поэтому. В конце сороковых годов прошлого века поэт Липкин и писатели Гроссман и Платонов беседовали как-то о том, что издавать стали слишком много книжного мусора. История, как видите, не нова, но тогдашний мусор при учете цензуры, редактуры и т. п. все же таким мусором, как нынешний, не был. Да и стоил подешевле, как ни крути. Однако не в этом дело, а в том, что Платонов коротко и красиво обозначил причину появления этого мусора: «В литературу попер читатель».

То же самое происходит сейчас. Начитавшись разного барахла, определенный процент одноклеточных читателей понимает: «И я так могу, чего же я сижу?!» Особенно когда видит, что его любимой книжке поют дифирамбы специальные критики и тираж у нее — ого-го! И читатель прет, а издателю-то без разницы, что печатать: провальная книжка отобьется за счет хита продаж, это ж не девяносто шестой год какой-нибудь. Да и из дерьма можно сделать конфетку, если потратиться на рекламные перетяжки или проплатить ряд статей о том, что роман Пупкина — «суперинтеллектуальный бестселлер».

Мне, кстати, особенно нравится, что у нас книги стали объявлять бестселлерами еще до того, как они попадают на прилавки. Читателю ведь надо заранее сказать, что перед ним бестселлер, чтобы он побежал и купил. И прочел, и понял то, что прочел. Наглядный пример, если хотите — «Метро 2033», типично читательская книга. От читателя — для читателей. Вот такое пипл хавает, только успевай подавать.

Самое печальное тут, что читателя воспитывать никто не собирается — невыгодно. А сам он воспитываться не желает, да к тому же активно лезет в писатели. Процесс, наверное, необратимый. Разве что ждать, когда читателей останется меньше, чем писателей. Шутка, конечно, но лично я в книжных магазинах давно уже покупаю либо переводную, либо специальную литературу. И ничего, не умер от того, что не прочел очередной наш «бестселлер» про героев против магии или про бывшего спецназовца, спасающего Вселенную.

Александр РОЙФЕ:

О кризисе отечественной фантастики можно рассуждать бесконечно, и на каждый аргумент «за» найдется свой аргумент «против». Но есть такая сфера, где кризис предельно очевиден, — это состояние фантастической критики. И лучше всего об этом говорит тот убогий один процент, который набрали критикующие в соревновании за почетное право считаться основными виновниками текущего «кризиса». Дорогие коллеги, наш результат немногим лучше, чем у СПС на выборах в Государственную Думу! Мы почти незаметны, а может ли быть что-то более неприятное для пишущего человека? Если мы так мало влияем на умы читателей — зачем мы вообще нужны?

Но тут главное — не перепутать. Читателям мы не нужны по одной причине, писателям — по другой, а издателям — по третьей. Мы не нужны издателям, когда позволяем себе судить об их продукции без пиетета, когда, игнорируя их посулы завалить заказами на предисловия-послесловия, зачем-то в угоду абстрактному эстетическому идеалу начинаем разбирать по косточкам беспомощные, пусть и кассовые тексты. Писателям же мы не нужны во всех без исключения случаях, когда забываем признаться в восхищении, которое у нас обязательно должна вызывать их неземная проза. Ну, мы-то с вами знаем, что поводов восхищаться их прозой в действительности раз, два — и обчелся…

С читателями сложнее. Их, вообще-то говоря, наши взаимоотношения с пишущими и издающими совершенно не волнуют. Но они никогда не простят нам, если пишем мы серо и скучно, так, чтобы нельзя было читать не из-под палки. Боюсь, что читатели требуют от нас прежде всего литературного таланта. Они готовы согласиться с любыми нашими выкладками, но хотят, чтобы мы «выкладывались» красиво. Положа руку на сердце: все ли из нас на это способны?

Не мне вам объяснять, коллеги, что всем трем категориям одновременно угодить нельзя. Надо как-то определяться. И я бы призвал определяться в пользу читателей. Только так можно будет полноценно участвовать в литературной жизни. Хотя уверенности, что к моему призыву прислушаются, у меня нет. Вот открыл недавно одну антологию в яркой обложке, а в ней некий критик на голубом глазу объявляет молодого и не очень-то умелого фантаста наследником Лермонтова и Льва Толстого. Тематика-де у них совпадает… И почему тогда Дарью Донцову в наследницы Достоевского не записать? У Федора Михалыча ведь тоже об убийствах говорится!

И не то чтобы этот критик ничего не смыслил в предмете — прекрасно он знает, насколько не прав. Но гонорар, похоже, совсем глаза ему застил. И несчастный один процент «влиятельности» критического цеха зря стучит в его холодное сердце…

Олег ДИВОВ:

Глядя на ценники в книжных магазинах, люди говорят: «Издатель обезумел, почему все так дорого?!» Иногда еще ругают жадных авторов.

Между тем отпускная цена на серийную фантастику в ЭКСМО около 80 рублей. Все, что «накручено» сверху, вы платите посредникам, задача которых — довезти книги до торговых точек и разложить по полкам.

Мнение посредников о том, чего вам надо и за сколько вы готовы это купить — решающее. Оно формирует витрину русской фантастики.

Витрина нынче странная. Сплошь «новые бестселлеры», назначенные таковыми еще до начала продаж. Качество товара не играет роли. Главное — чтобы все было свеженькое.

Это грустная история в целом, но самое грустное вот: никто не заинтересован в длительном жизненном цикле отдельно взятой книги. Лонгселлеры не делают погоды на рынке. На рынке правят бал ротация, вал, поток.

В свое время у торговцев-лоточников было правило: держать несколько «статусных» книг, а остальной ассортимент обновлять как можно чаще. Не купили что-то — да и черт с ним, другое купят. Нельзя ждать, пока читатель «распробует» товар, это рискованная стратегия. Зато свеженькое точно возмут.

Некоторые из лоточников теперь руководят торговыми сетями — на тех же принципах. Больше свежих книг!

Издатель может продать оптовикам одну и ту же книгу многократно. Для этого он должен изворачиваться и хитрить. Я уже сосчитать не могу, сколько раз переиздана моя «Выбраковка». Раньше ее просто допечатывали. Теперь она в допечатке никому не нужна, оптовик воротит нос. А вот с обновленным дизайном «Выбраковку», это ветхозаветное старье, охотно берут, и она снова расходится. Хотя содержание книги за последние девять лет не изменилось.

Со стороны ситуация выглядит так: книжную торговлю, со всей ее уникальной спецификой, взяли и директивным методом приравняли к торговле колбасой. Свеженького!

Что может читатель противопоставить этой уравниловке? Казалось бы, он голосует за книги рублем. За хорошие книги, естественно. Но давайте посмотрим правде в ее недобрые глаза. Спрос определяет вовсе не потребитель-интеллектуал, не разборчивый читатель, а совсем другой. Запойный. Тот, кто покупает много и часто. Кому надо побольше свежих книг.

И вот с таким читателем — беда. Один мой знакомый, как раз из числа запойных потребителей фантастики, недавно писал у себя в ЖЖ, рецензируя некую книгу: язык безобразный, персонажи картонные, но представляете — читается легко!.. Вообще-то, слабый текст не может восприниматься «легко» по определению. От него остается чувство стыда за автора. Это не «легко», это противно. Но времена изменились, критерии оценки текста тоже. О том, что будет именно так, нас еще в 1999-м предупреждал со страниц «Если» Сергей Переслегин. Приехали?

Сплошь и рядом люди, которые еще вчера не стали бы покупать графоманскую белиберду, относятся к ней все снисходительнее. А новое поколение уже полностью дезориентировано. «Яркий образный язык» из отзывов читателей на поверку оказывается набором красивеньких клише литературной попсы полувековой давности. Вычурная фраза, напыщенные метафоры уже идут за высокий стиль. Клише, штампы, пустозвонство: вы это покупаете? Ничего, за вас купят другие.

Ответить на такой читательский запрос проще простого, и торговля отвечает. Сообразно запросу, она уже откомпостировала мозги издателям, а авторов и просить не надо, их много разных, хватит на всех. Это кризис фантастики? Отнюдь. Это нормальное состояние развлекательного жанра, нишу которого захватила, на свою беду, русская фантастика. Соответственно, изначально сниженные критерии «развлекалова» переносятся на фантастику в целом.

И те, кто пророчит обрушение рынка фантастики, ошибаются. Такого рынка в чистом виде больше нет.

Есть длиннющий колбасный ряд, в котором изредка попадается фантастический сервелат. Обычно нарезкой.

На бутерброды.

Загрузка...