Адвокат жены. Запретная страсть

- Сколько можно?! – слишком знакомый гневный рокот раздался за спиной. – Давайте уже покончим с этим!

Нет.

Господи, нет.

Это не может быть он.

Он уехал из страны пять лет назад, и счастливо живет с женой и, наверняка, детьми.

Артур всегда хотел детей.

Слишком острое воспоминание пронзило вспышкой затаенной боли, отрезвляя.

Это было давно.

Я, наконец, вышла из ступора и обернулась, чтобы усмирить грубияна. Не удивительно, что моя клиентка называет его психом.

Первое, на что наткнулась – чуть насмешливый тёмный взгляд, в котором бушевал вызов. Я слишком хорошо его помнила.

Следом почувствовала ауру. Ту самую, что сшибала меня с ног тогда. И сейчас.

Мужественность. Сила.

Я и забыла, какой он огромный. Высокий. Раньше Артур занимался спортом, поэтому всегда выделялся мощной фигурой. Но за эти годы, кажется, он стал ещё больше.

Почему она разводится с ним?

Я искренне не понимала. Ведь я знала, как любит этот мужчина. На разрыв. До дрожи. До исступления. Я знала, как он заботится. Как слушает. И как защищает. Я провела рядом с ним половину жизни, и мечтала прожить всю оставшуюся.

Он готовил мне завтраки по воскресеньям. Ловил губами слёзы, когда учеба доводила до истерики. И никогда не позволял чувствовать себя одинокой.

А потом в один из дней Артур просто исчез. Собрал вещи и уехал.

Сморгнув неприятные воспоминания о том, как склеивала себя по крупицам в следующий год, я вернула лицу невозмутимое выражение и холодно произнесла:

- Проходите, Артур Игоревич, моя клиентка будет с минуты на минуту.

Он прожигал меня жадным взглядом, на дне которого скользило удивление и… Восхищение?

Нет, это все лишь игра моего воображения.

Остановись, Аня!

- Я уже здесь! – в напряжение между нами ворвался чуть писклявый голос Кристины Власовой. Хотя нет. Она же по паспорту Сомова. Значит, жена не взяла фамилию мужа?

Лучше бы она сделала это. Тогда бы я никогда не взялась представлять ее интересы, и не встретила снова боль всей моей жизни.

Помню, Артур говорил, что не допустит разных фамилий в своей семье… Люди меняются.

Встреча прошла напряженно.

Естественно, Власов не хотел идти на уступки, и послал к черту соглашение, над которым я работала все выходные. Как владелец юридической империи, простирающейся на несколько стран, он представлял свои интересы сам.

Как же он был хорош. В адвокатском смысле, конечно. В какой-то момент осознала, что получаю удовольствие от пикировки. Когда-то он многому научил меня в профессии, но за пять лет я получила и свой опыт, обрела навыки, которые, кажется, впечатлили Артура.

Как много я готова была сделать ради этого одобрительного блеска в глазах. Тогда.

А сейчас?

Нет.

Сейчас я уже другая. Я повзрослела. Стала умнее. Сильнее. И теперь не растекусь лужицей у ног Артура Власова. Я доведу его развод до конца и больше никогда не увижусь с этим мужчиной.

- Вам стоит лучше подбирать контраргументы, Анна… Валерьевна, - обдал меня бархатом своего голоса Артур.

- Да пошёл ты! Козлина! Бесчувственная сволочь…

Моя клиентка, понимая, что прогнуть мужа не получается, совершенно слетела с катушек и просто стала разбрасываться ругательствами.

Я посмотрела на Артура, чтобы считать реакцию. И пропала…

Кажется, ни один из нас не слышал больше визгов его жены. Мы жадно впитывали образ друг друга. Отчаянно боролись с навязчивыми воспоминаниями. Пытались понять, что изменилось за пять лет. И как всегда, не замечали мира вокруг.

Зачем же ты вернулся?

Вдруг Кристина схватила со стола стакан, швырнув его в Артура. Я вздрогнула и с трудом сдержала вскрик. А вот Власов, кажется, совсем не удивился. Лениво отклонился назад в кресле, наблюдая, как стакан пролетает мимо и падает, рассыпаясь на осколки.

- Да, Крис, ты так и не научилась держать лицо, - презрительно проговорил он, буравя взглядом бывшую.

- Ненавижу! – выкрикнула она и выбежала из переговорной.

Нет, пожалуйста! Только не сейчас. Я не готова остаться наедине.

- Ну привет, Аня, - вкрадчиво произнес Власов, особенно выделив последнее слово.

По спине сразу же пробежала горячая волна. Только он умел произносить моё имя так, что колени подкашивались. Как в простые буквы можно было вложить столько личного? Я не могла понять. Ни тогда, ни сейчас.

Прекрати реагировать!

- Здравствуй, Артур, - чуть севшим голосом ответила и прокашлялась.

Бежать!

Собираясь закончить на этом, вскочила со своего места, не сводя глаз с двери. Но мое бегство не продлилось и пары секунд. Артур среагировал молниеносно. В два шага оказался рядом, схватив за предплечье, и рванул на себя.

- Пусти меня! – я начала вырываться и колотить его свободной рукой по груди. Но проще было сдвинуть гору, чем хоть как-то подействовать на Власова.

- Я скучал, - шепотом произнес он, перехватывая запястье.

- Сочувствую! – ядовито выплюнула я.

Но эту несносную глыбу никогда не трогал мой гнев. Ухмыльнувшись, в своей обыкновенной манере, он невозмутимо спросил:

- А ты, Аня? Ты скучала?

Дыхание перехватило от такой наглости. Как смеет он задавать этот вопрос после всего, через что заставил меня пройти?!

Сердце, рвущееся до этой секунды на части, вдруг покрылось коркой льда. Я перестала вырываться, прямо заглянув в глаза, в которых когда-то таился весь мой мир.

- Я продолжала жить, Власов, - проговорила со всей уверенностью, на какую была способна. – Работать. Строить планы. И в этих планах тебя не было, и нет. Ты потерял возможность задавать мне подобные вопросы в тот самый момент, когда сбежал, оставив чёртовы красные розы и сухое «Прости», написанное даже не твоей рукой. Но это осталось позади. Так что ответ на твой вопрос – нет. Я не скучала по тебе. Не думала. Не вспоминала. Я пережила всё, связанное с тобой, и хочу, чтобы ты убрал от меня руки, и больше никогда не прикасался.

Этими жестокими словами, я саму себя на части разрывала. Затянувшиеся раны в одно мгновение открылись и стали кровоточить. Мне нужно было уйти, иначе я просто разрыдаюсь в присутствии Артура. А такой слабости я себе позволить не могла.

- Аня, - Артуру больно. Я слишком хорошо знала его боль, чтобы не уловить её. Во взгляде. В сжатой челюсти. В участившемся дыхании. Но сейчас мне не было жаль Власова. Что бы я ни сказала, это и вполовину не будет так жестоко, как он поступил со мной.

Артур разжал руки, даруя долгожданную свободу. Я тут же рванула к выходу. Уже на самом пороге мне в спину прилетело твердое:

- Я всё исправлю, Нютик. Обещаю.

Никто не узнает, каких трудов мне стоило держать внутри бушевавшие эмоции. Скрывшись, наконец, в тишине своей маленькой квартиры, я рухнула на пол, больно ударившись коленками и разрыдалась что было сил.

Воспоминания, слишком сладкие и от того резавшие по живому, роились в голове. Все, что я, казалось, преодолела, в мгновение вернулось обратно, словно и не было этих пяти лет.

Дрожащими руками достала телефон из сумочки и набрала номер подруги. В последнее время мы редко общались. У Юли сейчас были совершенно другие заботы. Муж. Малыш. Я прекрасно понимала, что все ее внимание сосредоточено на семье, поэтому старалась лишний раз не беспокоить. До этого момента. Потому что, если я не поговорю с кем-нибудь, то просто сойду с ума.

- Что случилось? – напряженно спросила Юлька без приветствия.

Я грустно улыбнулась. Не важно, сколько между нами километров или сколько дней мы не общались. В конечном итоге, что бы ни было, Юля будет рядом. Именно она удерживала меня на плаву тогда…

- Власов вернулся, - провыла в трубку и начала всхлипывать.

- Чёрт, - выдохнула она. – Я буду через двадцать минут. Зайду за вином.

- Нахрен вино, - пытаясь унять рыдания, возразила. – Мне нужно мороженое и шоколадка с изюмом.

- Женщина, неужели настолько все плохо?

- Ещё хуже, Юль. Я очень тебя жду.

Подруга примчалась даже раньше. Швырнула в меня килограммом мороженого и уселась за стол.

После десяти минут моего сбивчивого рассказа, прерываемого рыданиями, Юля выдала:

- Анька, тебе надо сместить фокус. Не вспоминай счастливые моменты. Лучше обрати внимание на его недостатки. Жена же с Власовым не просто так разводится. Может он её не удовлетворяет?

- В каком смысле? – шокировано спросила я, даже перестав всхлипывать.

- Ну… во всех, - Юлька многозначительно поиграла бровями.

- Юль, я прекрасно знаю, как Власов удовлетворяет. Во всех смыслах. Точно не в этом дело.

- Так он может постарел и не справляется? Или пострашнел и пузо отрастил?

- Нет, - я снова расплакалась, - стал еще лучше.

- Может хоть волосы красит? – с надеждой разрушить образ из моих мечтаний, уточнила подруга.

- Не красит, Юль! Он все такой же идеальный! Самый лу-у-у-чший, - я опять начала завывать, жалея, что отказалась от вина.

- Ну-ка угомонись! – строго сказала Юлька. – Если он самый лучший. Разводится. И до сих пор заставляет тебя выть как вобла – заполучи его обратно.

Я затихла, шмыгнула носом и уставилась на подругу округлившимися глазами.

- Юль, ты дура? Какой обратно? Чтоб он опять свалил в закат, а я в монастырь ушла?!

- А чего он вообще вернулся-то?

- Понятия не имею.

- Так узнай! Может специально. За тобой.

- Глупости не говори. Кристина сказала, что они уже полгода в России. И за всё это время, Артур ни разу не объявился. Если бы его жена случайно не наняла меня, мы бы даже не встретились.

- Ань, можешь мне ложкой от мороженого по лбу настучать, но вам поговорить надо. Спокойно. Он должен объяснить, почему поступил так пять лет назад. А ты должна это услышать. А уже потом будем думать.

- Не хочу я его слушать! – упрямо заявила, шлепая ладонью по столу. – Все в прошлом. Пусть там и остается. Я спокойно жила все эти годы, и ни разу не доходила до такого состояния, как сегодня! Без Власова мне лучше!

- Дорогая, - осторожно заговорила Юля, - ты не спокойно жила. Ты жила никак. Закрылась в панцире от любых сильных эмоций, чтобы больше не чувствовать и не страдать. Он тебя обездвижил, и он же вытащил обратно. Поэтому сейчас так больно. Вместо того, чтобы прожить и пережить, ты затолкала это внутрь себя. Но рано или поздно должно было рвануть.

Я задумалась над словами Юли. Конечно, она была права. После истории с Власовым я жила вполсилы. Не отрываясь от земли ногами. Чтобы больше не падать с таким грохотом вниз. У меня были попытки завести отношения. Гордые две. Первый парень не продержался и полугода. Потому что как бы я ни убеждала себя в том, что Артур сволочь, и я его ненавижу, память о нашей любви была слишком свежа. Я неизбежно сравнивала Марка с Власовым, и он неизбежно проигрывал Артуру. О близости и говорить не стоило. На каком-то инстинктивном уровне не могла подпустить к себе другого мужчину.

Через пару лет познакомилась с Артемом. Веселый, лёгкий и чуткий. Я была уверена, что с таким потрясающим парнем точно выброшу из головы даже самые глубинные мысли о Власове. У нас был очень красивый роман. Тёма водил меня по безумным местам, о которых я и понятия не имела. На одном из свиданий мы рисовали картину по номерам и объедались фруктами. Еще был невероятный пикник в парке. Парень заморочился: украсил деревья гирляндами, наставил свечей и даже еду сам приготовил.

Думаете, я сидела, краснела и текла?

Нет. Как последняя идиотка, думала о том, что у Власова мясо получалось вкуснее.

А когда пришло время секса… Это было ужасно. Не в смысле Артема. Он-то, как раз, выкладывался по полной. Но чёртова память подбрасывала образ мужчины, который отныне не прикоснется ко мне. Из-за этого я так и не смогла расслабиться. Но и Тёму обижать не хотела. Поэтому закусив губу, перетерпела боль от растяжения и дискомфорт от… процесса. А когда Артем кончил, уверила его, что все было прекрасно.

В следующий раз было легче. Со временем я смогла привыкнуть к его прикосновениям, не испытывая неловкости и напряжения. Вот только… До пика дойти с Артемом не получалось. У меня случались оргазмы, но каждый из них все равно принадлежал козлу Власову. Потому что только представляя его на месте Тёмы, я взрывалась и возносилась на небеса. Правда, после мне было невероятно стыдно. Артём не заслуживал того, чтобы в постели с ним я думала о другом мужчине. В итоге решила, что лучше чистая совесть, чем фееричный оргазм, и держала фантазии при себе.

А потом, окрыленный «идеальными отношениями» Артём сделал мне предложение. И я отказалась. Потому что на пороге такого важного решения очень быстро поняла, что мои чувства – выжженное поле. А те из них, которые еще остались во мне, все так же принадлежали Артуру.

С тех пор не заводила отношений. Решила дать себе время, чтобы освободиться от Власова. В какие-то моменты даже казалось, что получается. Но вот один лишь взгляд в его уверенное мужественное лицо, и я снова тону и задыхаюсь от эмоций.

- Аньчик, тебе бы поспать, - участливо сказала Юля. – Сама знаешь: утро вечера мудренее.

- Да, ты права, - вздохнула я.

Но стоило мне подняться из-за стола, как телефон пиликнул, выдавая сообщение от Кристины:

«Эта сволочь назначила встречу завтра в 11 у себя в офисе. Сходи сама. Видеть его не могу.»

Хотите расскажу, что такое патологическая дура?

Это женщина, которая сначала в рупор орёт, как ей на него насрать, потом обжирается мороженым, теряет дневной запас жидкости через слезы, а в итоге утром выряжается в лучшее платье и высоченные шпильки, и надевает гребанные чулки!

Чулки!

Зачем?

Да потому что дура!

И чего я хотела добиться?

Показать Власову, кого он потерял? Естественно!

Заставить ползать на коленях и вымаливать прощение? Несомненно!

Сорвать ему тормоза, чтобы он трахнул меня на столе в кабинете?

Нет! Нет! И еще раз нет!

Ничего такого у меня и в мыслях не было. Обойдемся как-нибудь своими силами, что называется. Не очень-то мне нужно его шикарное рельефное тело и нахальные руки, которые знают меня лучше, чем я сама. Не нужны мне горячие голодные поцелуи и влажные касания языка на каждом миллиметре кожи.

Не нужны говорю!

Максимально обозленная и расфуфыренная, я даже не заметила, как оказалась возле высоченного здания, большую часть которого занимала юридическая фирма Власова.

На удивление, охрана пропустила без вопросов, выписав временный пропуск. Зато ярчайшая представительница губище-сисечной индустрии, замаскированная под секретаря, выдала мне миллион причин, почему я не могу пройти к «Артуру Игоревичу». При этом не забывала бросать презрительные взгляды.

Господи, кто-то уже должен провести исследование о том, как силикон влияет на мозги. Вот серьёзно.

- Послушайте, Алина, - устало выдохнула я, прочитав имя на бейдже. – Немедленно сообщите вашему начальнику, что здесь адвокат его жены, или будете сами объяснять ему претензионное письмо, которое через десять минут пришлет моя фирма.

Кажется, до Барби наконец дошла суть происходящего, и она, лениво зажав когтем кнопку на селекторе, обратилась к Власову:

- Артур Игоревич, пришла…

- Пусть войдет, - не дал договорить он.

Я ухмыльнулась. Терпением этот мужчина не отличался никогда. Он всегда думал быстрее окружающих, и раздраженно вздыхал, когда приходилось притормаживать из-за этого в беседе, рассуждениях или действиях.

- Проходите, - ехидно протянула Алина, на что я лишь закатила глаза.

- Доброе утро! – с наигранной бодростью произнесла, заходя в кабинет.

Но тут же застыла у двери, не в силах пошевелиться. Этот офис Власов занимает недавно, поэтому, разумеется, здесь я впервые. Но раньше, частенько приходила к нему на работу и знала его кабинет лучше собственной квартиры. Нашей квартиры.

И вот сейчас меня охватило дежавю.

Пусть помещение было другим, но он был всё тот же. И обстановка вокруг была пропитана Артуром. Его парфюмом. Его аурой. Даже чёртов кактус, похожий на тот, что я подарила однажды, стоял на столе.

Глубоко выдыхая, я пыталась взять себя в руки, а заодно понять, где же сам Власов. Кресло за столом пустовало. Но я чувствовала каждой клеточкой, каждым оголенным нервом, что он здесь.

За мной вдруг захлопнулась дверь.

От неожиданности я слегка отпрянула назад, тут же врезаясь в твердое тело.

Глаза расширились от ужаса. По венам словно ток пустили. Казалось, еще немного и с моей кожи можно будет искры высекать. Сейчас главное не выдать ему эту сладкую дрожь внутри. Вернуть твердость ногам и ясность мыслям. Не думать о том, что Артур рядом. Не чувствовать его жар. Не ощущать родные руки, слегка сдавливающие мне плечи. Не представлять мягкое касание его губ, и сводящие с ума движения языка.

Твою ж за ногу, Аня! Он бросил тебя и женился на другой!

Всплывшая на поверхность женская гордость помогла собраться.

- Убери…те руки, Артур Игоревич, - холодно произнесла я.

- Прошу прощения, Анна Валерьевна, я это машинально, - чуть хрипло произнес он мне на ухо, а затем разжал ладони, вышел из-за моей спины и направился к столу. – Присаживайтесь.

- Полагаю, вы хотели обсудить Соглашение? – решила перейти сразу к делу и убраться поскорее. Не стоило забывать, что на мне чулки. А значит сегодня Аня может совершить любую глупость.

- На самом деле, я хотел обсудить события пятилетней давности.

- Здесь нечего обсуждать, - отрезала, не желая расковыривать раны, - это в прошлом.

- У меня другое мнение, Нютик, - произнес так, что у меня сердце защемило. – Мы должны поговорить.

- Разговор предполагает две стороны, - я поднялась со стула, на который успела сесть, - а я ухожу.

Стремительно развернулась, убегая от Власова и боли, которую он хотел снова заставить меня пережить.

- Я подпишу Соглашение, - прилетело в спину, когда я уже положила ладонь на ручку двери.

- Что? – взглянула на Артура через плечо.

- Половину пунктов, - поправился он. – Без прений.

- Какие пункты? – наконец-то включилась Аня-юрист, повернувшаяся к оппоненту всем корпусом.

- Любые. На твой выбор, - хитро улыбнулся Власов.

- Доверишь мне распоряжаться своим имуществом? – удивилась я.

- Разумеется, - серьезно произнес. – Хоть по миру пусти, плевать. Без тебя всё это не имеет смысла.

Во рту пересохло. Дышать стало сложно, из-за подступившего к горлу кома.

Какого черта ты делаешь это со мной, Власов?!

- Об этом ты должен был подумать раньше, - дрожащим голосом выдавила из себя и вернулась обратно на стул. – Говори. Но знай – это ничего не изменит. И еще. Пункты я выберу, полностью исходя из интересов клиентки.

- Другого я и не ждал, Анна Валерьевна.