Академия Астор-Холт

За окном давно погасли последние лучи заходящего солнца, и на мир опустилась тягучая густая темнота. Даже луна предпочла сегодня скрыться за чёрными тучами — слишком уж зловещей и мрачной казалась эта ночь.

Городская знахарка по имени Эрида нервным жестом смахнула со лба капельку пота и снова откинулась на спинку стула. Сейчас всё произошедшее казалось ей не больше чем дурным сном. Ведь наяву она бы никогда не решилась на подобную глупость.

Устало прикрыв глаза, женщина попыталась расслабиться и прийти в себя. Но именно в этот момент со стороны закрытой занавесками кровати послышался жалобный стон, медленно переходящий в плач. Детский плач.

— Какая же я дура, — обречённо пробормотала Эрида и закрыла лицо руками.

В её голове совершенно не укладывалось, как она вообще могла согласиться? Ведь ещё с того дня, как на прошлой неделе в их городок приехал бродячий цирк, она уже знала, чувствовала, что добром это не кончится. По крайней мере, для неё. А пару дней назад к ней привели бледную девушку, худенькую и слабую, и казалось, та может скончаться прямо на пороге. Но когда Эрида увидела, что бедняжка ещё и беременная, причём вот-вот родит, то чуть сама не грохнулась в обморок.

С роженицей пришли двое мужчин, судя по одежде, все они были из цирковой труппы. Один высыпал на стол горстку золотых монет и, глядя в глаза знахарке, настоятельно попросил помочь.

Выбора не было. Хотя, конечно, женщина могла с лёгкостью выпроводить нежданных гостей и кинуть их деньги им же вслед — чувствовала же, что не стоит с ними связываться. Но как раз когда Эрида уже собиралась это сделать, девушка истошно закричала и начала обессиленно оседать на пол. Наверно, только видя жуткую боль и отчаяние в синих глазах этой несчастной, знахарка и решила согласиться.

Роды выдались долгими и невероятно мучительными. Мужчины ушли во двор, потому что выдерживать жуткие крики оказалось для них слишком сложно. Эрида сильно сомневалась, что роженица выживет — уж очень болезненной и хрупкой та казалась. Но когда часы пробили полночь, всё закончилось, а на свет появилась маленькая девочка.

Два следующих дня молодая мать вместе с ребёнком провела у знахарки, и всё это время Эрида не отходила от малышки. Было в этой девочке что-то притягательное, что-то такое, не дающее женщине покоя. А когда пришло время прощаться, в её дом снова заявились те самые двое мужчин из цирковой труппы. Но в этот раз они принесли с собой большую шкатулку, доверху наполненную золотыми монетами. Кругляши из драгоценного металла переливались в солнечном свете и больше напоминали какую-то иллюзию, хотя знахарка не сомневалась, что золото перед ней самое настоящее.

— Эрида… — тихим голоском обратилась к ней молодая мать.

— Я слушаю тебя, — отозвалась женщина, прекрасно понимая, что от неё явно чего-то хотят.

Девушка попыталась начать, но никак не могла найти подходящих слов. Тогда один из мужчин покровительственно положил большую ладонь на её плечо и заговорил сам.

— Мы очень благодарны вам за помощь, — начал он уверенным тоном. — Но вынуждены просить ещё об одном…

Именно в этот момент из соседней комнаты послышался тихий детский плач, от которого на его лице появилось странное выражение жуткой скорби.

— Эрида, — продолжил отец малышки, — мы не можем взять ребёнка с собой, ведь дорога не лучшее место для новорожденной. Поэтому просим вас оставить девочку здесь. Это, — он опустил ладонь на крышку большой шкатулки, — деньги на её содержание. Ещё столько же вам будут привозить каждый год, пока у нас не появится возможность забрать дочь. А это, — мужчина достал из кармана несколько перстней с крупными камнями, — за то, чтобы никто не знал, откуда ребёнок у вас появился.

— Эрида, — снова заговорила молодая мать, уже не пытаясь сдерживать слёзы. — Моё сердце разрывается от необходимости расстаться с дочкой, но… иначе нельзя. Умоляю вас, помогите.

В её глазах плескалось отчаянье, такое сильное, что женщина просто не смогла отказать. Она коротко кивнула и устало опустилась на стоящий у стены стул.

— Спасибо, — прошептала мама малышки, едва удерживаясь, чтобы не разрыдаться.

— Нам пора идти, — холодным тоном напомнил обнимающий её мужчина, и пока Эрида соображала, что сейчас произошло, её дом опустел.

И вот, когда ночь снова завладела своими правами, стало ясно, что с этого дня жизнь городской знахарки изменится. И она почти не сомневалась, что никто эту малышку уже не заберёт.

Никогда.

Побег

Уже месяц в нашем графстве стояла дикая жара. Солнце палило так, будто было готово сжечь любого, кто попадёт под его прямые лучи. Потому в это время дня все нормальные люди предпочитали прятаться по домам, подальше от дневного пекла.

Меня же неизменно тянуло на улицу. Не могу сказать, что совершенно не боялась беспощадного солнца. Просто давно привыкла жить с ним в согласии. Поняла, что выходить из дома в полдень без шляпы или платка — сущее самоубийство, что в тени раскидистой ивы у самой кромки большого пруда жара почти не ощущается, и что только в такое время никто не станет мешать чудным минутам моего отдыха и возможности просто побыть собой.

К этому пруду я приходила каждый раз, как только появлялась такая возможность, и искренне наслаждалась мгновениями уединения и покоя. Сидя здесь, в тишине, могла представлять себя кем угодно! Сбежавшей капризной принцессой сказочного королевства или прекрасной феей, которая держит путь к своему возлюбленному, или просто маленькой девочкой, чьи родители ждут её дома.

А когда солнечные часы перемещали тень на три, приходилось снова возвращаться в грубую реальность и со вздохом разочарования вспоминать, что я — просто я. Обычная горничная с простым именем Трил, без титулов или богатых родственников. Снова подниматься и идти драить комнаты или помогать на кухне в особняке леди Гральян, прикусывать себе язык каждый раз, когда хочется ответить на очередное оскорбление или несправедливое суждение госпожи. И только по ночам, когда весь дом погружается в сон, тайком пробираться в её библиотеку, где графиня хранит свою огромную коллекцию книг.

Но как всегда говорила моя приёмная мать: «Мы должны с благодарностью принимать свою судьбу со всеми её превратностями и сюрпризами». Помню, то же самое она сказала, прощаясь со мной, перед самой своей смертью, когда мне было всего десять и жизнь казалась прекрасной игрой.

А за два дня до того трагического события в нашем маленьком домике на краю небольшого провинциального городка появилась богатая знатная дама — графиня Гральян собственной персоной. Мама Эрида написала ей сразу же, как только поняла, что скоро покинет наш мир. Эта статная красивая женщина оказалась её родной сестрой, и она не смогла отказать умирающей в последней просьбе забрать меня к себе и присматривать до самого совершеннолетия. Вот с того самого дня моя жизнь круто изменилась.

С тех пор минуло много лет. Теперь мне восемнадцать, я уже давно работаю в доме графини и рада бы уйти… да только некуда. И пусть я уже полгода как считалась совершеннолетней, но попыток покинуть хозяйский дом не предпринимала ещё ни разу.

Естественно, ни в какую школу или пансион меня не отправляли, и я очень благодарна моей приёмной матери, за то что не оставила меня неграмотной. Она была знахаркой, причём довольно талантливой, и помимо чтения, письма и счёта, также обучила меня тому, как разбираться в травах, распознавать болезни и раны, но самое главное, она смогла открыть во мне способности для обращения к силам стихий. И для маленькой девчушки, коей тогда являлась я, это стало настоящим подарком небес, потому что на мой первый неумелый зов откликнулись сразу силы и воды, и огня. А с того дня, как мама Эрида оставила меня, эти две вечно противоборствующие стихии остались моей единственной настоящей семьёй.

Как только полуденная жара немного спала, я быстро скинула одежду и направилась к пруду. Вода мягко ласкала моё расслабленное тело, легонько покачивая его на волнах. Она нежно баюкала, нашёптывая что-то шелестом волн, будто уговаривала меня наконец решиться и всё-таки начать менять свою жизнь. Мне иногда казалось, что я слышу её тихий голос прямо в своей голове, и каждый раз она твердила только одну фразу, которая не давала мне покоя: «Иди к своей судьбе». Да только вот никак не желала указывать нужное направление.

Ну откуда мне, бедной девочке, знать, где же прячется эта моя судьба? Может, она сама ищет меня? А может, ждёт под забором соседнего имения? Или в какой-нибудь подворотне столицы? Ответа на это не было. Но одно я знала точно — из этого дома нужно уходить.

Вдруг спокойный ход моих привычных мыслей нарушил тихий шорох. И возможно, я бы даже не обратила на него никакого внимания, но взбудораженная интуиция упрямо трезвонила о надвигающейся опасности. Не скажу, что всегда безоговорочно к ней прислушивалась, по правде говоря, куда чаще все её вопли и уговоры мной упрямо игнорировались, но сейчас её крик был настолько отчаянным, что пришлось поддаться.

Осторожно перевернувшись на живот, я медленно отплыла подальше от центра пруда и замерла за небольшой изгородью из камышей. И, как оказалось, сделала это очень вовремя.

— Три-и-и-ил.

От звучания этого бархатного мужского голоса по коже мгновенно пробежала целая толпа леденящих мурашек. Он всегда действовал на меня именно так, всегда вызывал страх, и даже сейчас, находясь в относительной безопасности, я жутко испугалась.

— Здесь твои вещи, моя милая. И если не выйдешь сама… — Мой незримый собеседник на секунду остановился, явно прислушиваясь к посторонним звукам и ожидая уловить среди них тот, который бы меня выдал. — Трил, я заберу твою одежду.

А вот это было уже настоящей катастрофой. Ведь если Джером воплотит свою угрозу в жизнь, то мне придётся явиться в особняк, прикрываясь лопухами. Представляю, как на это отреагирует графиня! А в том, что ей обязательно обо всём доложат, сомневаться не стоило.

Меня в её богатом доме, мягко говоря, недолюбливали. Помню, раньше я долго мучилась, ища один-единственный ответ на закономерный вопрос «За что?». Ведь ничегошеньки им не сделала, старалась быть паинькой и никому не доставлять неудобств. Но всё равно с первого дня в имении графини я стала всеобщим изгоем.

— Давай, мой колокольчик, выходи из своего укрытия, — снова позвал Джер, а меня передёрнуло. — Не испытывай моё терпение.

Но разве он оставил варианты?

И мне правда не хотелось его злить, ведь Джером Гральян и так добротой не отличался, а уж в гневе был поистине страшен.

— Иду, — смирилась я и медленно погребла к берегу. Но добравшись до места, где ноги доставали до дна, остановилась и посмотрела на Джера.

Мне не хотелось верить, что он действительно вернулся, ведь отсутствовал так долго, что я почти начала забывать о его существовании. Эта поездка хозяйского сынка на практику в северную Эрлинию, к моей великой радости, затянулась на целый год. И время его отсутствия стало для меня сказочной передышкой. Этакой полосой спокойствия, и даже жизнь в имении начала казаться вполне приятной.

Увы, но теперь о спокойствии можно было забыть, ведь Джер на самом деле приехал. Он стоял у самой кромки воды и рассматривал меня с откровенным интересом. Благо из-за того, что вода здесь не была кристально прозрачной, моего тела ниже плеч он видеть не мог. Но судя по знакомому блеску в глазах, даже обнажённых плеч оказалось ему вполне достаточно.

За то время, что мы не встречались, Джером почти не изменился. И сейчас, как и раньше, я видела перед собой стильно одетого высокого молодого мужчину с военной выправкой, гордым разворотом широких плеч и сильным, крепким, тренированным телом. Его светлые волосы были идеально уложены, в серых глазах отражалась давно знакомая мне сталь, а их горячий хитрый взгляд уж очень красноречиво говорил о том, что именно могло понадобиться от меня этому человеку.

— Я здесь. А теперь оставь меня одну, — проговорила, собирая всё своё самообладание и стараясь говорить как можно увереннее.

— Выходи. — Его красиво очерченные губы расплылись в довольной улыбке, а в глазах блеснул хищный вызов.

— Джер, прошу тебя по-хорошему, отойди от моих вещей и дай мне спокойно одеться.

— О, как мы заговорили! — рассмеялся парень. Судя по всему, мой серьёзный ровный тон его ни капли не задел. — А я и забыл, что мне пока не удалось сделать из тебя свою маленькую покорную куколку. Но поверь, Трил, скоро ты перестанешь огрызаться.

— Думаешь? — Его гадкие слова, сказанные с такой уверенностью, подняли во мне волну протеста. И чем сильнее я злилась, тем меньше становился сковывающий меня страх перед этим человеком. — Раньше тебе этого не удавалось, что же изменилось теперь?

— Ты, милая. Ты.

На его лице расцвела довольная улыбка истинного победителя.

— И в чём же?

Я напряглась, уж очень он выглядел довольным, а это не могло сулить мне ничего хорошего.

— Ты же помнишь, что моя мать поклялась тётке нести за тебя ответственность до совершеннолетия. Именно по этой причине я не мог использовать в реализации прекрасной миссии твоего приручения все действенные способы, — до приторного слащавым голосом пояснил он. — Но тебе скоро девятнадцать, Трил, и все границы для меня открыты уже почти год.

— Я не позволю! — гордо бросила я, вскинув голову. Что-что, а сдаваться ему без боя точно не собиралась.

— Что? Опять огрызаешься, дорогая? Может, желаешь поспорить? — усмехнулся Джер.

— Ты не посмеешь, — заявила, уже сама не веря своим словам. Ведь по глазам видела — посмеет, ещё как, и ничто его больше не остановит.

Никто за меня не заступится. Ведь Джером прав, раньше от него меня могли спасти только графиня и её обещание, данное умирающей сестре. Теперь же… я совершеннолетняя, и защищать меня больше никто не станет.

Джером был старше меня на пять лет, и к счастью, первые годы моей жизни в этом имении пересекались мы с ним крайне редко. Хозяйский сынок учился в какой-то жутко престижной школе для мальчиков и почти всё время проводил там. Но вот когда Джеру исполнилось девятнадцать, и уже будучи студентом академии Астор-Холт, он приехал на каникулы на целых два месяца… я почти забыла, что значит спокойная жизнь.

Всё пошло под откос, когда вместо нескладного подростка он почему-то начал видеть во мне юную девушку. В тот день я поняла, что моя внешность стала моим личным проклятием. Джер смотрел на меня как на куклу. Как на свою новую игрушку, которая непременно должна принадлежать ему и только ему. И тогда, в свои четырнадцать, я почти узнала всю грубость мужской похоти. Наверно, если б не своевременное появление графини, всё закончилось бы куда трагичнее, но... сейчас не время об этом вспоминать.

В тот вечер Джер пообещал матери не трогать меня, по крайней мере, до моего совершеннолетия. И пусть грубой силы он больше не применял, но своих попыток по моему «укрощению» всё равно не оставил. Я как могла старалась избегать его общества, не попадаться ему на глаза, но это мало помогало. Тогда мне впервые пришлось столкнуться с тем фактом, что кроме меня самой никто на мою защиту не встанет. Именно это и толкнуло тихоню Трил к тому, чтобы начать развивать свои природные способности к магии. Благо в богатейшей библиотеке графини было достаточно книг по этой теме.

— Джер, — я попыталась собраться с мыслями, лихорадочно вспоминая всё, что так долго и упорно учила. — Прошу по-хорошему, оставь меня в покое. И повторяю в сотый раз, я не вещь.

— Будешь сопротивляться, да, моя крошка? — опять усмехнулся парень. — Снова станешь кричать, царапаться и звать на помощь? Увы, милая, никто не придёт. Ни сейчас, ни завтра, никогда. И ты ошибаешься, Трил. Ты теперь именно вещь. Моя вещь.

— Уходи! Оставь меня в покое!

Нервы натянулись до предела, а вся моя внешняя смелость разлетелась в пух и прах.

— И не подумаю, — на его губах растянулась победная улыбка.

— Тогда заранее простите, лорд Гральян, за мой следующий шаг, но, поверьте, у меня просто нет другого выхода.

Я зажмурилась, постаралась успокоиться и сосредоточиться и, глубоко вздохнув, обратилась к водной стихии. В тот же миг на спокойном пруду поднялось волнение. С каждой секундой волны становились всё выше, всё сильнее, и вода начала стремительно подступать к ногам Джера. Он смотрел на меня с таким диким удивлением, что стало смешно. Ведь самовлюблённый хозяйский сынок даже представить себе не мог, что я имею силы ему противостоять.

Наверно, если бы он не был настолько шокирован, то ни за что бы ни попался в мою довольно примитивную ловушку, но всё получилось так, как получилось. В один момент накатила неожиданно высокая волна. Подобно аркану она обвила ноги застывшего Джера и, резко отступив, потянула его за собой. Опешивший парень даже не успел понять, что произошло, как уже оказался в пруду. Ну а я, наоборот, поспешила выбраться на берег.

— Трил! — прорычал вдруг мой «хозяин». — Выпусти меня! Немедленно!

Я обернулась, и, глядя на открывшуюся картину, лишь довольно хмыкнула. Вода держала его в плотном кольце, не позволяя даже пошевелиться. Там, где находился Джер, было неглубоко, но сойти с этого места он, увы, не мог.

— Я предупреждала тебя, — отозвалась, спешно натягивая свои широкие брюки и тунику. — Ты не послушал. А теперь, прости, но я не могу тебя отпустить. Это было бы слишком глупо.

— Тр-р-рил! — зарычал он, и в его голосе слышалось столько откровенной угрозы, что я поморщилась.

— Прощайте, лорд Гральян, надеюсь, больше мы с вами не встретимся, — бросила я напоследок и рванула к тропинке.

— Ты что, оставишь меня здесь?! Немедленно остановись, паршивка! — грозно орал Джером мне вслед. Но я и не думала повиноваться.

Наверно, это был первый мой по-настоящему стоящий поступок в жизни. Первый своеобразный подвиг, и он стоил мне слишком многих сил. Но в тот самый момент я решила, что не стану отступать. Больше не стану!

Вопли Джера ещё долго доносились до моего слуха, но я уже решила, что не вернусь. А так как в ближайшие несколько часов на пруду точно никто не появится, придётся моему «господину» пока посидеть в водичке. Ведь сам он освободиться точно не сможет. Джер умел управлять исключительно воздухом, пусть и на довольно высоком уровне. Но даже с его способностями моё плетение ему не сорвать. И придётся нашему дорогому господину сидеть там, пока оно само ни распадётся. А случится это не раньше чем через шесть часов. А может, и позже.

Но после того как он всё же вырвется из водного плена, мне лучше оказаться как можно дальше от дома графини. А значит, настал момент покинуть это место. Другого выхода теперь нет.

Расстояние до особняка я преодолела бегом и так же стремительно вломилась на кухню. За время жизни в доме графини Гральян эта комната стала для меня каким-то олицетворением домашнего уюта. Может, всё дело в том, что тут всегда было приятно находиться, а здешние вкусности не раз спасали меня от окончательного погружения в унынье. А может, причина в Марси, которая была единственным человеком в этом гигантском имении, кто относился ко мне с теплотой.

Я любила её, как тётю или старшую сестру. Но… мне всегда казалось, что она начала общаться со мной исключительно из жалости, потому что, в отличие от других, понимала, насколько мне здесь одиноко. Все же остальные — и господа, и прислуга — видели во мне только врага.

Странно, но много лет для меня было совсем непонятно, что же я им всем сделала, и ответ на этот вопрос пришёл совершенно неожиданно. Наверно, если бы не вредность Джера, я бы ещё долго терялась в догадках. Но он, сам того не зная, открыл мне глаза на причину большинства моих проблем.

Как-то в очередной момент нашей с ним борьбы мне всё-таки удалось ударить его по лицу. И когда смысл собственного поступка в полной мере уложился в моем сознании, я пришла в настоящий ужас. Глаза парня тогда загорелись каким-то страшным, жутким огнём, в котором плескался дикий гнев, и я уже приготовилась к ответному удару, но вместо этого Джером попросту схватил меня за руки и потащил к огромному зеркалу во всю стену.

— Смотри на себя! — кричал он тогда, заставляя меня поднять голову. — Смотри, тварь ты высокомерная! Видишь?

— Что? — спросила я дрожащим хриплым голосом.

— Себя! — грубо ответил он. — Или ты совсем слепая?

Я искренне пыталась рассмотреть что-то неправильное в собственной внешности, найти хоть какой-то изъян, хотя бы один, но… его не было. Только волосы немного растрепались, но даже сейчас спадали по плечам густой тёмной занавесью. А в остальном… моё лицо было таким же, каким я видела его каждый день, все его черты оставались такими же чёткими и… правильными. Если честно, иногда собственное отражение напоминало мне изображение одной из древних богинь с картин в галерее графини, потому что только они обладали настолько идеальной внешностью. Наверно, единственным, что меня от них отличало, были глаза — большие, ярко-синие с тёмным кантиком и сеточкой чёрных узоров вокруг зрачка. Вот они действительно казались необычными, но я давно перестала обращать на это внимание.

— Ты слишком красива, Трил. С моей стороны было бы глупо портить эту совершенную внешность, и только поэтому я не стану тебя бить. Хотя уже за один надменный взгляд давно следовало поставить тебя на место. Но пока это никому ещё не удалось.

— Какой взгляд? Что ты говоришь? — воскликнула я тогда.

— Ты даже не видишь этого, не замечаешь, — он закатил глаза и наконец отпустил мои руки. — Если бы не знал, что ты дочь циркачки, никогда бы не поверил. Тебе бы больше подошло быть королевой. Движения, повадки, взгляды, голос… Трил. Уже только за это высокомерие тебя искренне хочется придушить. И не только мне.

— Это неправда! — Слова Джера никак не укладывались у меня в голове. О каком высокомерии он говорил? Я же старалась вести себя всегда со всеми на равных. И никогда не ставила себя выше других!

Так как меня больше не удерживали, я тут же поспешила подальше от этого места и смеющегося Джерома. И естественно, направилась прямиком на кухню, дабы найти поддержку у Марси. Да только в этот раз она не помогла.

В ответ на рассказ о случившемся моя единственная подруга лишь покачала головой и сказала, что полностью согласна с Джером, и с моей внешностью и высокомерием мне вряд ли стоит надеяться на хорошее отношение ещё хоть кого-то в этом мире.

— Но почему, Марси? — искренне возмутилась я тогда. — Ведь красивых людей, наоборот, любят!

— Но не таких, как ты, — ответила она, тяжело вздохнув. — Такими, как ты, любуются, как картинками, и то исключительно на расстоянии. Или используют в своих целях, как кукол. Ты… — Она неожиданно замялась. — Понимаешь, Трил, ты не кажешься людям равной. Ты по сравнению с ними вообще не человек, а кто-то совсем другой. Они боятся… И поверь, мне очень жаль, но от твоей внешности у тебя будет куда больше проблем, чем у самого страшного урода.

— Что же мне делать?

— Просто жить и постараться как можно реже показывать своё лицо, да и волосы желательно прятать. Тогда ещё может что-то получиться.

С того разговора прошло уже почти три года, и если в первое время сказанное Джером и Марси казалось мне бредом, то позже я всё чаще стала замечать, что всё действительно так, как они говорят. Я перестала пытаться наладить общение с другими обитателями усадьбы, и только повариха оставалась единственной, кто относился ко мне как к человеку. Наверно, именно поэтому сейчас мне было так просто покинуть это место, ведь без меня здесь всем станет куда лучше. Да и я без них вряд ли буду скучать.

Когда я, подобно вихрю, ворвалась на кухню, Марси оказалась слишком занята чем-то у большой варочной поверхности, над которой горели красные круги горячих отсеков. Это-то и позволило мне прошмыгнуть мимо неё совершенно незаметно, а иначе пришлось бы прямо сейчас выкладывать проницательной подруге обо всём, что случилось.

Моя комната уже давно находилась отдельно от комнат остальных слуг и примыкала к кухне. Раньше здесь располагался довольно просторный чулан, но после последней перестройки этой части дома надобность в нём отпала. Тогда-то графиня и решила переселить меня сюда. И пусть здесь было намного больше места, чем в моих прошлых «апартаментах», зато не имелось ни единого окна. Пришлось две свои зарплаты потратить на новые светильники, но без них эта комната казалась слишком уж мрачной.

Вещей у меня было немного: всего пара брюк, одно выходное платьице и несколько туник. Покидав всё это в сумку, я аккуратно сложила туда несколько книг по огненной магии, лёгким движением руки смела с тумбочки все заколки с расчёсками, и, навязав на голову белый платок, двинулась к выходу.

Покинуть усадьбу, не попрощавшись с Марси, мне не позволила совесть. Поэтому, присев на диван на кухне, я стала ждать, пока она наконец налюбуется очередным своим кулинарным творением. Но когда повариха повернулась в мою сторону, её цепкий взгляд сразу же метнулся к сумке, опустился к тряпочным лёгким туфелькам на шнуровке, переместился выше, и только заметив повязку на волосах, Марси наконец вздохнула и отвернулась.

— Решилась? — спросила она, больше не смотря на меня.

— Ага, — отозвалась, опасливо косясь в окно, выходящее на задний двор. А вдруг Джера освободят раньше, чем я уеду? Он же меня просто-напросто прикончит.

На мгновение о чем-то задумавшись, Марси оторвалась от своих кастрюль и, кинув мне строгое «Жди здесь», покинула кухню. Спустя несколько долгих минут она вернулась с каким-то полупрозрачным чёрным платком, синей краской для век и ключами от картела.

— Деньги-то у тебя есть? — спросила женщина, выкладывая передо мной все эти вещи.

— Две сотни льер, — ответила я, проверяя заветные пластины в лёгкой сумке. — Негусто, но на первое время должно хватить. А там, может, на работу устроюсь… или в академию подамся.

— Трил, — Марси присела напротив и внимательно посмотрела мне в глаза, — ты же знаешь, что в академии без денег и рекомендательного письма от знатных родственников делать нечего. И будь ты хоть настоящим гением, без всего этого туда всё равно не попасть.

— Знаю, — буркнула я, опуская голову на сложенные на столе руки. — Но это мечта... и, возможно, только благодаря ей я до сих пор ещё не свихнулась.

— А если продать твой медальон? Денег бы хватило на год как минимум, — предложила Марси, взглянув на золотую цепочку на моей шее. — И думаю, мы бы смогли уговорить графиню дать тебе рекомендации.

— Ты же знаешь, что медальон нельзя снять! — перебила я повариху. — Мы столько раз пробовали…

— Может, в столице найдётся кто-то, кому это под силу? — протянула она.

— Нет. Не верю. Эта штука висит на моей шее с самого рождения. Знаешь, — я снова посмотрела на собеседницу, — раньше мне казалось, что это своеобразный привет от матери и он поддастся, когда я буду совершеннолетней, но… Как видишь, всё осталось как было.

— Может, он магический? — снова поинтересовалась Марси, протягивая руку к моей шее.

Я поспешила спрятать медальон за ворот туники и усмехнулась.

— Конечно магический. По крайней мере, над замочком кто-то явно поколдовал. Да так, что теперь не снимешь. И чтобы стянуть с меня эту побрякушку, придётся отрезать голову. Иначе никак. И думаю, в таком случае он мне уже вряд ли пригодится.

— Значит, не видать тебе Астор-Холт.

— Не такой ценой.

Моя подруга лишь покачала головой и, глубоко вздохнув, подтолкнула меня к двери. Мы вышли во двор и остановились у ангара с картелами.

— Езжай, — сказала Марси, вручая мне ключ. — Оставишь на стоянке у северной арки ворот города. А завтра я попрошу ребят его забрать. Надеюсь, графиня не заметит, а то нам всем тут мало не покажется.

— Думаю, она будет только рада моему исчезновению. Ты же знаешь, что я у неё как бельмо на глазу.

— Что правда — то правда, — проговорила женщина и добродушно мне улыбнулась. — Береги себя, Трил. И… постарайся не показывать лицо. На улице заматывайся в платок, что я тебе дала, или можешь нарисовать себе синяки. Но поверь, лучше тебе не светиться, тем более в таком городе, как Себейтир. Столица всё-таки.

— Спасибо тебе за всё.

— Прощай, Трил. Надеюсь, мы больше не встретимся. Ты не такая, как мы, и твоё место не здесь. Так что даже не думай возвращаться.

— Я напишу, — прошептала, обнимая Марси. Если честно, вообще впервые решилась на подобное проявление эмоций. Но это был скорее порыв, чем обдуманное действие.

— Буду очень ждать. — Её глаза странно заблестели, но она сразу поспешила отвернуться. И только сейчас я поняла, насколько дорога мне эта тучная женщина с непроницаемым лицом. Она редко смеялась, никогда не плакала, а сейчас… в её глазах стояли самые настоящие слёзы.

— Прощай, Марси, — махнула я и решительно шагнула к красному картелу.

Он был маленьким, одноместным с небольшим отсеком позади сидения. Если честно, я ещё ни разу не управляла такой техникой, но другого способа быстро добраться до столицы не было.

Как только ключ оказался в замке, картел тихонько пискнул и приподнялся над дорогой. Я когда-то читала, что такие штуковины работали на энергии земли. Они сами её перерабатывали и были способны преодолевать довольно большие расстояния. А пространство между ним и поверхностью дороги называли энергетической подушкой. В общем, хорошая штука. К сожалению, управлять ею я не умела.

Конкретно у моего средства передвижения не было защитных стёкол, поэтому обычно те, кто избирал такой транспорт, всегда надевали очки-маски. Именно такие висели сейчас на крючке рядом с приборной панелью. Натянув их на себя, я глубоко вздохнула и попыталась сообразить, на какие кнопки теперь нажимать.

— Управляй рычагом, что справа, — подсказала Марси, видя моё явное замешательство. — Тормоз — это шарик на колпачке. А вообще, эта машинка умная, сама всё сделает. Ты должна только задавать направление.

Я попыталась шевельнуть рычаг, и картел медленно поплыл к большим воротам. Замигала какая-то лампочка, под которой значилось, что не застёгнуты ремни безопасности. Пришлось спешно соображать, где они и как ими пользоваться, но когда мне это удалось, картел снова пискнул и стал стремительно набирать скорость.

Схватившись за рычаг, я начала истерично тормозить и, только когда эта чудная техника остановилась, смогла вздохнуть с облегчением. Но времени на лишние эмоции и переживания у меня не было. Пришлось спешно брать себя в руки и снова трогаться с места.

Постепенно скорость перестала меня пугать, да и скользить по широкой линии заросшего тракта оказалось довольно интересно. Мимо стремительно пролетали целые деревни, небольшие городишки, но дорога упорно вела меня прямиком к столице. К месту, где, возможно, я смогу отыскать свою судьбу. К месту, где теперь мне предстояло жить!

Нежданная помощь

Вышагивая по широким мощёным улицам Себейтира, я искренне старалась делать вид, что окружающее великолепие меня ни капли не интересует. Но на самом деле всё было совсем не так!

До этого дня мне приходилось бывать в столице всего один раз, восемь лет назад, когда мы с графиней делали здесь остановку на пути от моего старого места жительства. И могу сказать, что с тех пор город изменился до неузнаваемости и сейчас стал совершенно непохож на то, что я видела тогда.

Казалось бы, прошло совсем немного времени, но теперь вместо простых вывесок над зданиями мерцали полупрозрачные объёмные изображения, созданные прямо из воздуха, на улицах мне не встретилось ни единого транспортного средства на колёсах, ни одной телеги или кареты — всё заменили различные виды картелов. Дороги больше не выглядели разбитыми, и теперь ходить по их гладким поверхностям стало даже приятно. А ещё меня сильно удивило обилие зелени. Теперь даже на некогда запущенных окраинах выросли скверы и парки, а кое-где появились небольшие рощицы.

Рассматривая окружающее великолепие, хотелось удивлённо вскрикнуть, но я упорно продолжала делать вид, что всё это для меня в порядке вещей. К тому же обо всех этих преобразованиях мне было известно давно, но только в теории. Ведь графине каждую неделю привозили свежую прессу из столицы, а раз в месяц даже поставляли один очень интересный журнал, который, к моему глубочайшему удивлению, она даже не открывала, сразу отправляя в библиотеку. Наверно, ей было совсем неинтересно читать обо всех новых изобретениях магов-физиков или о достижениях одарённых студентов магических учебных заведений. А может, всё потому, что, в отличие от меня, она имела возможность видеть все инновации собственными глазами.

Я же буквально зачитывалась этими журналами и даже пробовала повторить некоторые из описанных там простеньких экспериментов. Иногда у меня даже получалось, но бывало это так редко, что я давно перестала пробовать.

Именно оттуда я впервые узнала о существовании академии магической физики Астор-Холт. Тогда-то у меня и появилась эта глупая и совершенно безумная мечта — попасть в число её студентов.

Но как правильно сказала Марси, для этого нужно было иметь как минимум три составляющие: деньги (которыми оплачивалось обучение), рекомендации родственников или влиятельных знакомых (так как в Астор-Холт училась только элита) и наконец хоть какой-то магический дар. К сожалению, ни денег, ни связей у меня не имелось, а одного дара для такого заведения было явно недостаточно.

Но я не отчаивалась. Ещё тогда, в тот осенний день, когда увидела на обложке здание академии, решила, что буду там учиться и ничто… повторяю, НИЧТО меня не остановит!

День неумолимо близился к вечеру. Солнце уже почти скрылось за дальними холмами, а над городом тускло засветилась сеть ночного купола. Глядя на это чудо, я всё-таки не смогла сдержать свое восхищение и как завороженная уставилась наверх.

Подобно лёгкой невесомой паутине, всё необъятное пространство неба над столицей постепенно покрывалось миллиардами светящихся нитей. Они причудливо переплетались, повторяя карту страны со всеми дорогами, деревнями и городами. И это изощрённое переплетение наполняло улицы ночного города каким-то очень ласковым голубоватым светом.

Конечно, обычное освещение никто не отменял, но… этот купол был не только декоративным изыском или простой прихотью. Он обеспечивал городу полную безопасность от внешнего проникновения. И я почти уверена, что, помимо всего прочего, у этого чуда имелось ещё очень много достоинств.

В суровую реальность восхищённую провинциальную девочку вернуло неожиданное понимание того, что уже ночь, а жильё я себе так и не нашла. И никакого толка, что несколько часов проходила по городу, с любопытством разглядывая вывески! Глупая. Хорошо хоть, с угнанным картелом всё получилось именно так, как говорила Марси. Я просто оставила его на стоянке и больше о судьбе сего транспорта не задумывалась. Тем более что сейчас собственное будущее волновало меня куда сильнее.

Занятая своими мыслями, я сама не заметила, как добрела до самой яркой вывески в конце улицы, которая зазывно мигала сменяющими друг друга фразами «ОРАКУЛ», «Самая вкусная еда», «Самые лучшие вечера!», «Самые удобные номера!». И так дальше по кругу. Надписи сопровождались объёмными картинками, возникающими прямо из воздуха, и, глядя на огромную зажаренную птицу очень натурального вида, крутящуюся в виде рекламы над самым входом, я, не задумываясь, шагнула вперёд. И плевать на все опасности мира и на опасения тоже. Есть мне сейчас хотелось просто до одури, а уж про остальное я вообще молчу. Ведь если всё равно придётся тратить деньги на еду и ночлег, почему бы не сделать это здесь?

Войдя внутрь, я огляделась и медленно протопала к массивной стойке, за которой стоял очень крупный мужчина. Он со странным упоением взирал на установленный у дальней стены иллюзатор, на котором мелькали движущиеся картинки. Конечно, я много слышала об этом изобретении, но вот видеть его мне ещё никогда не приходилось. Марси рассказывала, что в покоях графини был такой, но туда допускались только избранные, в число которых я, естественно, не входила. Поэтому увиденное сейчас чудо техники привело меня в настоящий восторг.

— Эй, дорогуша, чего уставилась? — насмешливым тоном произнёс бугай за стойкой. — Что, в первый раз эту штуку видишь?

— Ага, — ответила я, даже не поворачивая головы к собеседнику. — Читала о таких, но вот видеть как-то не приходилось.

— Понятно, — добродушно усмехнулся он. — Поверь, не ты первая так смотришь на эту штуковину. Они до сих пор безумно дорогие, но мой уже давно себя окупил.

Он говорил со мной без неприязни или ненависти, и это оказалось для меня куда более странно, чем все новшества и сюрпризы столицы. Со мной вообще редко кто раньше разговаривал так… по-доброму. Наверно, именно это и подкупило меня в громиле с открытой улыбкой и любопытным взглядом серых глаз. Пройдя несколько шагов, я взгромоздилась на высокий стул у самой стойки.

— Думаю, наличие такой штуки привлекает в ваше заведение много посетителей, — предположила, обведя зал внимательным взглядом.

Пока здесь было не так уж и многолюдно, но после моего прихода дверь точно открывалась ещё пару раз, впуская всё новых и новых клиентов.

— Угадала, — улыбнулся верзила и окинул меня профессиональным взглядом. — Не местная, — озвучил он свой вывод. — Нужна еда и комната.

— Правильно, — протянула я, стягивая с головы платок.

Здесь было довольно душно, да и достала меня эта полупрозрачная тряпочка за весь день. К тому же в компании улыбчивого хозяина заведения я чувствовала себя довольно уютно, и казалось, что скрываться нет необходимости.

Но стоило мне открыть лицо, как с физиономии сероглазого мужчины мгновенно сползла улыбка, а взгляд стал холодным и каким-то осуждающим. Эти разительные изменения так сильно зацепили моё внутренне эго, что я не сдержалась и впервые решила высказать всё, что думаю по поводу такой реакции на мою внешность.

— Я что, настолько страшная? Или, может, не похожа на человека? Или у меня ужасный шрам? — проговорила так, чтобы слышать меня мог только он. — Скажите, коль вы такой умный и проницательный, чего во мне такого, что у всех поголовно меняются лица, как только я попадаюсь им на глаза?

— Тише, — ответил он, неожиданно приняв серьёзный вид. — Не стоит нервничать. Пусть ты и молодая, но должна уже понимать, какое впечатление производишь на людей.

— Но я не понимаю! — решительно возразила, упирая локти в поверхность стойки. — И никто не может внятно объяснить. Единственная подруга просто навязчиво рекомендовала прятать лицо, а все остальные предпочитали шугаться… как и вы.

— Я не шугаюсь, — с притворной обидой в голосе произнёс мужчина. — Просто это было немного неожиданно. Ладно. Тебе была нужна еда и ночлег? Вот меню, — он протянул мне небольшой листок с перечнем блюд, что сегодня подавали в его заведении, — а комната будет готова, как только поешь. И если так интересно, почему у людей на тебя столь необычная реакция, я, возможно, смогу найти на это подходящий ответ. Только позже. А пока топай к дальнему столику и постарайся не сильно выделяться. Хотя в твоём случае это вообще вряд ли возможно.

С этими словами он развернулся и скрылся за маленькой дверью, а мне не оставалось ничего, кроме как последовать его указаниям.

С момента моего прихода народу в зале существенно прибавилось, но один из двух дальних угловых столиков до сих пор пустовал. Я прошла к нему и, плюхнувшись на мягкий диван, осмотрелась. Моё место было просто до неприличия удобным во всех отношениях. Отсюда открывался прекрасный обзор как на зал, так и на иллюзатор. Освещения в этой укромной части заведения почти не было, что позволяло оставаться в тени и не привлекать внимания. А ещё в соседнем углу имелся точно такой же столик, но там уже сидели два молодых человека и что-то очень активно обсуждали, совершенно не обращая внимания на остальных гостей.

Следуя странному порыву собственного любопытства, я постаралась рассмотреть своих соседей или хотя бы услышать их голоса, но при всей их внешней активности эти люди не издавали ни единого звука. Они подобно рыбам открывали рты, но оставались в полной тишине. И тут я догадалась, что это не может быть ничего кроме «полога безмолвия», а ребята не кто иные, как маги.

Этот неожиданный вывод только сильнее разогрел мой интерес и, придвинувшись ближе к краю дивана, я принялась рассматривать этих двоих, уже не скрывая своего любопытства. Один — тот, что сидел ко мне полубоком, явно хотел скрыть свою внешность. На нём была надета куртка с капюшоном, закрывающим почти всё лицо. На виду оставались лишь кончик носа, острый подбородок и лёгкая улыбка на красиво очерченных губах.

А вот собеседника этого загадочного парня я разглядела куда лучше. Но его внешность показалась мне абсолютно непримечательной. Волосы русые, причёска — обычная, я бы даже сказала, немного растрёпанная, черты лица простые, совсем не яркие, и только его глаза всё никак не хотели отпускать мой взгляд. Я не видела их цвета, не запомнила их форму — это всё казалось сейчас неважным. Меня заинтересовало нечто совсем другое. Эти глаза… в них явно была тайна. Они интриговали, завораживали и словно притягивали. И может, это выглядело слишком навязчиво и неприлично, но я же была в тени. Да и сам молодой мужчина оказался так поглощен разговором, что явно не собирался обращать на меня внимания.

— Добрый вечер, леди, — произнёс кто-то у меня над ухом.

От этого звука я резко дёрнулась и поспешила отодвинуться как можно дальше от неожиданного собеседника. И только когда расстояние между нами составило всю длину дивана, всё же решилась поднять на него взгляд.

Передо мной сидел довольно интересный тип. И я бы даже назвала его привлекательным, если бы не видела этого похабного блеска в его глазах. Да и улыбка сразу показалась мне слишком уж хищной.

— Простите, но я не нуждаюсь в компании, — отозвалась я, с каждым словом напрягаясь всё сильнее. А всё потому, что сейчас этого человека вообще мало волновало моё мнение. Ведь он уже всё для себя решил и независимо ни от чего собирался сделать то, что задумал. Как и совсем недавно Джер…

— Вы, может, и не нуждаетесь, а вот я отчаянно желаю, чтобы вы сидели со мной за одним столом. А свои желания я выполняю всегда, — промурлыкал он слащавым голосом, только подтверждая мои догадки.

— Мне жаль, господин, но сегодня ваши желания будут исполняться без моего участия. А сейчас, прошу, оставьте меня в покое, — я всеми силами старалась говорить спокойно и уверенно, но это не так просто, если тебя всё равно не желают слышать.

— Ну что же вы, красавица. Я ведь всё равно не отступлю. — Он потянулся ко мне, попытался обнять за талию, и в этот момент я отчётливо поняла, что пора уносить ноги.

Не знаю, что именно заставило меня принять такое странное решение, но сейчас я действовала на чистой интуиции, а она, кстати говоря, в последнее время почти не подводила. Резко вскочив с дивана с противоположной стороны, я перемахнула через небольшую декоративную изгородь между угловыми столами и оказалась прямо за спиной типа в капюшоне. Заметив мои действия, его собеседник заметно напрягся и одарил таким взглядом, что я тут же решила отступить назад.

Испугалась? Конечно! Ведь на меня ещё никто никогда не смотрел с такой откровенной угрозой. В этом взгляде очень явно читалось, что если я сейчас же не исчезну — меня убьют на месте.

— Куда же ты, красавица, мы ведь только начали! — послышался за спиной насмешливый голосок моего преследователя, и, судя по всему, он был уже близко.

Вот же неугомонный! Ну почему нельзя с первого раза понять, что я не желаю с ним общаться?

В голове отчаянно боролись две мысли: бежать или развернуться и дать отпор? С одной стороны, бежать-то мне было некуда, а вот что касается отпора… В конце концов, если уж я справилась с Джером, то и из этой ситуации точно смогу выйти победителем.

Резко остановившись, я сделала глубокий вдох и обернулась. Как и предполагала, этот упёртый тугодум не стал перелезать вслед за мной, а попросту обошёл препятствие и стоял сейчас всего в паре метров от меня.

— Правильно, малышка, не стоит убегать. Я тебя не съем, — усмехнулся он, а на губах растянулась до жути довольная улыбка.

— Если вы не заметили, господин, я больше не бегу. Но и с вами оставаться не намерена, — скрестив руки перед грудью, оглядела его с ног до головы самым надменным и оценивающим взглядом, на который только была способна. Не ожидая такой резкой перемены в моём поведении, он замер, но, что-то для себя решив, снова двинулся ко мне.

— Да ладно тебе.

— Ещё шаг, и я буду вынуждена применить силу, дабы защитить свою честь. Это, насколько мне известно, является смягчающим обстоятельством, и при разбирательстве все обвинения и расходы лягут исключительно на вас, как на человека, нанесшего мне оскорбление.

Он снова остановился, а на его смазливом лице отразилась явная работа мысли. Так-то лучше, пусть рассуждает, может, до чего-нибудь и додумается. Но что-то мне подсказывало — в итоге слова мои он всё равно решит пропустить мимо ушей. В любом случае я сделала всё что могла для предотвращения конфликта, а значит, теперь имею полное право действовать.

И вот он всё-таки сделал шаг… потом второй, и когда расстояние между нами сократилось до опасного, снова протянул ко мне руку. Я же стояла неподвижно, внимательно наблюдая за его неторопливыми движениями. И как только он попытался схватить меня за плечо, его пальцы, ладонь и манжет рубашки мгновенно вспыхнули ярко-алым пламенем.

Он закричал и тут же отдёрнул руку в дикой надежде, что огонь погаснет, но этого не произошло.

— Перестань! Хватит! — истерически вопил парень, пытаясь сбить пламя.

Но тут заметил на стойке массивный аквариум и в тот же момент рванул к нему, явно рассчитывая, что вода сможет его спасти. Увы, он снова ошибся.

— Простите, господин, но и это вам не поможет, — самодовольно бросила я, с полнейшим равнодушием наблюдая за тем, как между горящей рукой и водой в аквариуме образуется пространство, не позволяющее им совмещаться. — Но я готова прекратить это, если только вы пообещаете, что не станете больше мне докучать своим присутствием и двусмысленными намёками.

Он уж было открыл рот, чтобы наконец произнести заветные слова, а я уже приготовилась мысленно отпраздновать победу… как вдруг почувствовала резкий толчок между лопаток и полетела на пол, зацепив при этом стоявший рядом стол. Тот накренился, пошатнулся и рухнул рядом, накрыв меня всем своим содержимым. Наверно, я бы ещё долго соображала, что произошло, но меня снова дёрнули, на этот раз за предплечье, и резким рывком поставили на ноги.

— Туши огонь, дура! — прорычал кто-то у меня над ухом, а я всё никак не могла сфокусировать зрение на его лице. Наверное, встреча головы со столом, а затем и с полом не прошла даром, и теперь перед моими глазами всё вертелось и расплывалось.

Меня снова встряхнули, а потом я вдруг ощутила на щеке острую боль. Она сопровождалась резким шлепком, и если бы меня не держали, я бы точно снова полетела вниз. Но как ни странно, после этого зрение быстро вернулось к нормальному фокусу, и я обнаружила прямо перед собой высокого широкоплечего типа неприятной наружности, который внимательно изучал моё лицо.

— Туши! — повторил он всё тем же грубым тоном.

Неудивительно, что я решила его послушаться и, прикрыв глаза, попросила огонь потухнуть, а воду в аквариуме — занять своё обычное место.

Со стороны моего горящего обидчика послышался протяжный вздох облегчения. И тут началось…

В одно мгновение привычная тишина сменилась громким гулом голосов. Люди вокруг что-то кричали, кто-то изощренно ругался, некоторые даже порывались вызвать сюда стражей города для разбирательства.

Мне же после двух ударов было уже всё равно. Я не стала открывать глаза, решив остаться в привычном мире своих стихий. Всё ж они были для меня самыми близкими, и даже сейчас, в этой поистине идиотской ситуации приносили покой и облегчение. Тут же вспомнился Джер… его пощёчины, которыми он когда-то щедро меня одаривал. Наверно, если б не запрет графини, он бы прикончил меня задолго до этого пресловутого совершеннолетия. Хотя… ничего бы это не изменило. Наверно, у меня на роду написано постоянно сталкиваться с грубостью.

«Вот так, Трил, давно пора привыкнуть, что мировая несправедливость действует на тебя в ста процентах случаев. И сегодня, несомненно, один из них...» — проскользнула в голове мысль о собственной обречённости.

Вдруг хватка на плече ослабла, и, потеряв опору, я начала медленно оседать на пол. Но в этот момент моё почти бессознательное тело кто-то подхватил на руки, и меня куда-то понесли.

Постепенно гул голосов стал тише, и теперь до слуха доносились только звуки шагов. Судя по всему, мы поднимались по лестнице. Затем послышался звон ключей и лёгкий скрип ручки на двери, и вскоре меня опустили на что-то мягкое — возможно, на кровать.

Но не успела я перевести дух, как дверь снова хлопнула, а до моего слуха долетел незнакомый мужской голос:

— Ну и зачем ты влез?

— Они почти уже решили отдать её Бэлку, а ты прекрасно знаешь, что бы он с ней сделал, тем более после того, что она сотворила с его рукой.

Ответ прозвучал совсем рядом, и я, даже не открывая глаз, смогла определить, что человек, принесший меня сюда, стоит всего в паре шагов от моего ложа.

— У тебя и так проблемы с его несравненным дядюшкой, а теперь он тебе и вовсе прохода не даст. И вообще, думаешь, тот факт, что ты унёс у него из-под носа столь желанную добычу, сможет его остановить? Считаешь, он откажется от неё?

— Нет, — ровным тоном отозвался тот человек, который, кажется, меня спас. — Но это уже её проблемы. Пусть возвращается туда, откуда явилась, или ищет себе достойного покровителя.

— А ты что же? Бросишь эту наивную дуру на произвол судьбы? И стоило так рисковать ради этого? — продолжал отчитывать его первый.

И тут я не выдержала.

— Вы уж простите, господа… что невольно втянула вас в столь неприятную ситуацию, но… я не просила приходить мне… на помощь.

Голос мой звучал глухо, да и говорить было сложно. Полагаю, сказались два удара по лицу. При этом я продолжала лежать с закрытыми глазами. Наверное, попросту боялась увидеть этих людей, да и вообще, находиться в темноте собственного сознания было куда спокойнее.

Тем не менее я продолжила, желая сказать всё, что собиралась:

— И если вы… видели всё с самого начала, то должны понимать, что я всего лишь постояла за себя.

Повисла тишина, а потом до моего слуха донёсся какой-то шорох, звук шагов и скрип стула.

— А где же твоё спасибо? Или нам стоило оставить тебя там? Просто сидеть и наблюдать за тем, как толпа мужиков громко решает, как лучше наказать столь своенравную и непокорную пигалицу за её дерзкий поступок по отношению к особе знатного рода? Что ж… ещё возможно всё исправить. Уверен, Торилон Бэлк до сих пор ждёт внизу твоего возвращения.

Я чувствовала на себе пристальный злобный взгляд говорившего и буквально кожей ощущала всё его раздражение. Именно в этот момент наконец осознала, что пора уже и познакомиться со своими спасителями, а заодно и поблагодарить их.

Распахнув глаза, я попыталась сесть, что, кстати, оказалось довольно сложно после всего произошедшего с моим многострадальным телом. Пока мучилась, говорить никто не спешил. Но как только моя сложная миссия оказалась выполнена, всё же решила оглядеть комнату, а заодно и её обитателей.

К моему величайшему удивлению… нет, я бы даже сказала, к моему глубочайшему шоку, людьми, пришедшими ко мне на помощь в той сложной ситуации, оказались соседи по угловому столику. Те самые молодые мужчины, которых я так пристально рассматривала до появления этого… как его там, Бэлка.

У дальней стены, прямо напротив кровати сидел напряжённый серьёзный парень и внимательно рассматривал меня своими серыми, как грозовое небо, глазами. Его черты показались мне немного смазливыми, да и само лицо явно выражало принадлежность этого человека к рядам местной аристократии. И единственным, что никак не вписывалось в образ надменного представителя высшей касты, были волосы. Они имели светлый, почти пшеничный цвет и лёгкими локонами беспорядочно распадались в разные стороны, слегка прикрывая кончики ушей. На мой взгляд, такая причёска куда больше подошла бы мальчишке-подростку, а не взрослому человеку, которому было около двадцати семи, не меньше.

Кстати, именно он прятался в зале под массивным капюшоном куртки. Его красиво очерченные губы и изящный подбородок я запомнила хорошо. Да и одежда у него была довольно-таки запоминающаяся. Всё-таки не у каждого хватит денег на то, чтобы вот так свободно щеголять в курточке из ассиомского шёлка. Если честно, я вообще видела подобную только второй раз в жизни.

— Что, уже решила спуститься? — прозвучало справа от меня.

Повернув голову на голос, я встретилась со взглядом тёмно-синих, почти чёрных глаз. Этого самого человека я так внимательно рассматривала в зале, пока меня не отвлекли, и по иронии судьбы именно он вытащил меня из заварившейся внизу перепалки. Отчего-то я была уверена, что так поступить мог только он, а не его светловолосый приятель.

— Спасибо, — всё-таки сказала я, опуская взгляд на свои пальцы, которые как раз сейчас нервно мяли низ туники. — Если честно, я уже не надеялась, что найдётся хоть кто-то способный меня спасти. Да и вообще…

— Зачем ты стала с ним препираться? Зачем подожгла его руку? А главное — как? — снова повысил голос обладатель тёмных глаз, совершенно проигнорировав мою благодарность.

— Он отпускал в мой адрес неприличные намёки и никак не реагировал на просьбы оставить меня в покое. Я попыталась уйти — он пошёл следом. А ещё я предупредила его, что буду отстаивать свою честь.

— Да слышали мы всё! Откуда ты только всего этого набралась? Выглядишь как простолюдинка, а ссылаешься на постулаты кодекса чести представителей аристократии! Да сейчас уже и многие лорды знать не знают о подобных вещах!

— Я… — Его фраза стала для меня полной неожиданностью. — Книги… Я читала об этом в книгах. И о законах чести, и о правах девушек, и о правилах приличия.

— А какого года были эти книжечки? — съязвил сидящий у стены блондин. — Наверно, сохранились ещё с прошлого тысячелетия?

— Нет… — теперь я совсем растерялась. Ведь если всё так, как они говорят, и жизнь настолько изменилась, то все мои многочисленные знания окажутся совершенно неуместными.

— Ладно. И так ясно, что ты прибыла из дикой глуши, — продолжил темноглазый уже куда более спокойным голосом. — А ещё совершенно не знаешь, как себя вести. К твоему сведению, если Бэлк подаст жалобу, то тебя арестуют за несанкционированное применение боевой магии. А за это, между прочим, отправляют на каторгу. Потому самым правильным решением для тебя будет как можно скорее отправиться домой.

— Знаете, я бы с радостью последовала вашему совету, — мой голос прозвучал как-то особенно горько, — но увы, у меня нет дома и возвращаться мне некуда. Я приехала сюда с целью начать всё сначала и знала, что будет трудно.

На несколько долгих секунд в комнате повисла напряжённая тишина, которая была нарушена лёгким скрипом открывающейся двери. Пока эта деревянная створка медленно двигалась, я успела инстинктивно сжаться в тугой комок от накатившего страха. Ведь по всем возможным предположениям, сюда мог явиться только тот самый Бэлк, и я сильно сомневалась, что и сейчас господа-спасители продолжат меня защищать.

В голове уже начали выстраиваться самые разные варианты развития событий, а дрожь в руках стала совсем невыносимой… когда на пороге показался уже знакомый мне хозяин заведения. Он нёс в руках большой поднос с чем-то явно съедобным и так добродушно улыбался, что я мигом успокоилась.

Не говоря ни слова, он опустил свою ношу на столик у окна и, кивнув парням, так же тихо вышел, снова оставляя нас одних.

— Это твой заказ, — проговорил блондин, явно наслаждаясь моим замешательством. — Видимо, ты сильно впечатлила нашего молчаливого Серна, коль он решил принести тебе его сюда, да ещё и сам. Подозреваю, что первой причиной его появления явилось банальное беспокойство. Что ж… даже несмотря на свою явную глупость и откровенную наивность, ты умеешь производить впечатление.

Не обращая внимания на его слова, я медленно сползла с кровати и направилась к столу. Здесь стояли два мягких кресла, в одно из которых я и предпочла плюхнуться. А вот во втором восседал мой тёмноглазый спаситель.

— Как твоё имя? — спросил он, внимательно наблюдая, как я, отбросив распустившиеся волосы за спину, с хищным азартом набрасываюсь на еду.

— Трил, — ответила, пережёвывая удивительно нежный кусочек жареной индейки и запивая глотком тёплого вина. — Трил Сиерлен. Титула нет. Родственников нет. Денег нет.

Я думала, что после такого представления эти двое уж точно потеряют ко мне интерес. Но уже в который раз за этот день ошиблась. Глаза блондина странно загорелись, и он снова посмотрел на меня, только в этот раз ещё более внимательно. А мне от такого неприкрытого интереса даже жевать расхотелось.

— Сиерлен — это девичья фамилия нынешней графини Гральян, — выдал он, а я чуть не подавилась кусочком какого-то неизвестного мне овоща. — Значит, у тебя всё-таки есть родственники.

— Нет, — поспешила ответить. — Меня с рождения воспитывала сестра графини, Эрида Сиерлен. Она-то и дала мне свою фамилию. Естественно, в семью графа меня никто из её родственников принимать не стал. Так что я сказала вам чистую правду.

— А кем были твои родители? — продолжал свои расспросы светлоглазый аристократ, но теперь вся его надменность куда-то странным образом испарилась, оставив вместо себя искреннее любопытство.

— Если верить рассказам приёмной матери, они были цирковыми артистами. Эрида принимала роды у моей настоящей мамы, а так как это случилось уже поздней осенью, родители попросили её оставить меня у себя, потому что, по их словам, в условиях бродячего цирка я бы не выжила. Обещали забрать, как только представится возможность, но… так и не забрали.

— И что, твоя Эрида так просто согласилась на опеку новорожденной девочки?

— Вместе со мной ей оставили довольно много золота… так что можно сказать, что она согласилась из-за денег. К тому же моя приёмная мать была знахаркой в небольшом городке, семьи не имела, и появление ребёнка на старости лет стало для неё чем-то вроде подарка.

— Ясно.

— Откуда такие способности в магии огня и… воды? — неожиданно вступил в разговор темноглазый.

— Дар, — ответила, пожав плечами.

Сама много раз задавалась этим вопросом, потому что подобное было довольно редким случаем, а, как я успела узнать из книг, владение двумя противоположными стихиями вообще являлось чем-то крайне редким.

— А… могу я узнать ваши имена? — спросила, опомнившись.

— Конечно, — рассмеялся вдруг блондин, окончательно растеряв всю свою напускную важность. — Я — Шей, а это Тир, мой друг.

— Приятно познакомиться, — кивнула я, невольно отвечая на улыбку Шея — слишком уж она у него получилось яркой и заразительной. — И я действительно очень благодарна вам обоим за моё спасение. Хорошо, что в нашем мире ещё остались те, кому не наплевать на мою судьбу.

— Скажи, Трил… — задумчивым голосом начал сидящий напротив меня Тир, — если у тебя нет дома и некуда возвращаться, ты всё же останешься в столице? Даже несмотря на то, что совершенно ничего не знаешь о жизни здесь?

— Я собиралась поступить в Астор-Холт, — выдала с гордостью и заметила, как медленно меркнет улыбка блондина, а в глазах Тира, наоборот, появляется неожиданный интерес. — Но… не совсем уверена, что меня смогут принять туда только за талант.

— Значит, правила приёма тебе известны, — всё тем же тоном протянул темноглазый. — А стоимость годового обучения ты сможешь оплатить?

— Если честно, я даже не представляю, какая она.

— Ну, обычно размер платы варьируется от трёх до десяти тысяч льер за год. Если же у студента есть явная тяга к знаниям и талант, эта сумма заметно снижается, но в первый год она, как правило, всегда выплачивается полностью. И почему-то я почти уверен, что у бедной сиротки таких денег отродясь не водилось, — закончил Тир, довольный тем эффектом, который на меня произвели его слова.

— А если у меня есть сильный дар? К тому же редкий? — Отчего-то мне безумно захотелось доказать ему, что я смогу… и без денег.

— Конечно, твои таланты впечатляют, — протянул он. — Владение двумя противоположными стихиями — огнем и водой — это поистине уникальный случай. А если учесть, что ты управляешь ими, практически не напрягаясь, что уже само по себе странно, я почти уверен — ты сможешь себя проявить и получить возможность обучаться бесплатно, но только со второго года. Первый, как было сказано, в любом случае оплачивается полностью.

— Я найду способ, — фыркнула, со злостью вгрызаясь в зажаренный кусочек индейки.

— Конечно найдёшь, — усмехнулся Тир. — Тем более у тебя на это есть целый год.

— Как… год? — А вот эта информация оказалась по-настоящему шокирующей.

— Вот так, — он растянул губы в довольной улыбке. — Приём студентов в Астор-Холт закончился неделю назад. Через три дня начинаются занятия. А это значит, что ты уже опоздала.

— Нет, нет, нет… Этого не может быть! Я же читала, что приём ведётся в две последние недели лета.

— Правильнее сказать — вёлся, — вступил в разговор неожиданно серьёзный Шей. — С этого года правила поменялись. Странно, что ты не знала, ведь об этом писали все газеты.

— И что же мне теперь делать? — Горькая волна отчаяния и противной паники уже начала медленно заволакивать моё сознание, совершено не давая рассуждать здраво.

— Думаю, —загадочно начал Шей, — ты могла бы попытаться найти работу и накопить на своё обучение.

Я снова повернулась к нему, уже переставая удивляться тому, как часто менялось его настроение. Если минуту назад он был угрюм и молчалив, то сейчас снова стал больше походить на весёлого мальчишку. И ещё у меня сложилось впечатление, что Шей явно на что-то намекал и будто пытался подвести меня к какому-то выводу. Возможно, ему было важно, чтобы я сама попросила его помощи, ведь ясное дело, что для него это не составило бы никакого труда. Но такое поведение друга почему-то не нравилось Тиру, который с каждым новым намёком становился всё мрачнее и мрачнее.

Они сказали — найти работу. А что, если…

— Вы правы, — сказала, переводя взгляд с одного на другого. — Мне необходимо найти способ зарабатывать деньги, и я уже решила, куда подамся.

— И куда же? — с любопытством поинтересовался Шей.

— В Астор-Холт! — проговорила с гордостью.

— И кем ты собралась там работать? — не скрывая своего скептичного отношения к моей идее, спросил Тир. — Туда, к твоему сведению, абы кого не берут.

— В идеале — библиотекарем, — сказала, вскакивая со стула, но, почувствовав головокружение, поспешила вернуться на место. — А там, может, и помощником преподавателя какого-нибудь возьмут или лаборанткой. Мне всё равно кем, главное, чтобы в академии.

Честно говоря, я ожидала, что они посмеются надо мной или снова назовут глупой наивной провинциалкой, но Тир меня удивил.

— Ладно, Трил, — проговорил он, впервые за весь вечер глядя на меня без злости или раздражения. — Коль ты решила всё-таки попытать счастье в Астор-Холт, то я бы посоветовал тебе обратиться прямо к ректору, а он будет там завтра с раннего утра и до обеда. Если опоздаешь, будешь иметь дело с его заместителем, коим является декан факультета воздушной стихии — Фейрон Бэлк.

— А чем плох заместитель? — спросила я, а в голове уже сами собой стали складываться логические цепочки, потому что мне сегодня явно уже приходилось не раз слышать эту фамилию.

— Эм… — начал было Тир, но тут в разговор снова влез его белобрысый друг.

— Сегодня ты имела честь немного поджарить руку его единственному племяннику. Но даже не это самое смешное.

— Ты, когда падала, умудрилась зацепить стол, где по счастливой случайности или по вине злого рока готовился отужинать сам профессор Бэлк, — объяснил сидящий напротив Тир. — И можешь даже не надеяться, что при встрече он тебя не узнает. Фейрон — мстительный человек и очень сильный маг. Так что, Трил, постарайся совершить чудо и не попасться ему на глаза. Иначе он тебя в порошок сотрёт за прилюдное оскорбление его горячо любимого родственника.

— Спасибо, успокоили, — пробормотала со злой иронией.

Вот теперь мне отчего-то очень захотелось разбежаться и удариться головой об стену, потому что другого выхода я уже не видела. Просто для меня было совершенно непонятно, как теперь скрываться от этого злобного декана? Только если внешность изменить? Ага… за ночь? Или положиться на волю случая?

Думаю, на простое везение надеяться не стоит. Судя по последним событиям, оно явно решило меня покинуть. Но я искренне надеялась, что это ненадолго, ведь если так пойдёт и дальше, то одно из таких приключений может стать для меня последним.

Мечта за забором

Утро в столице поразило меня ещё сильнее, чем её ночной купол. Себейтир просыпался резко, стремительно и так завораживающе, что я ни на секунду не пожалела, что заставила себя так рано встать. И сейчас, стоя у большого окна своего номера, широко раскрытыми глазами взирала на настоящее чудо.

Едва над холмами показались первые лучи солнца, город будто начал оживать. Крыши его домов заблестели, шпили замерцали золотистыми искрами, а огромный ночной купол мгновенно вспыхнул алым и тут же погас. Потухли фонари и все многочисленные ночные вывески. Над магазинами появились объёмные рекламные изображения, и в тот же момент на город опустилась свежая туманная дымка. Лёгким облаком она прокралась всюду, даря душной столице спасительную влагу, питая растения парков, а достигнув земли, просто растаяла в тёплых рассветных лучах.

Эх... я, конечно, читала обо всех этих красотах Себейтира, но впечатление от увиденного оказалось в сотни раз сильнее. Наверно, этот город стоило любить хотя бы за такую красоту, и мне кажется, я уже в него влюбилась.

Мой вчерашний ужин и ночь в номере обошлись почти в семьдесят льер, а это означало, что денег осталось совсем мало, и если сегодня меня не примут в Астор-Холт — завтра придётся ночевать на улице. Конечно, можно было бы попросить о помощи у Шея… Но чует моё сердце, за эту помощь мне придётся заплатить куда больше, чем я смогу.

При всей своей напускной простоте Шей был аристократом и явно не из последних. В противном случае он не стал бы прятаться за капюшоном. Да и кроме своего короткого прозвища больше ничего о себе не сообщил. А когда они с Тиром уже уходили, я попыталась ещё раз выразить ему свою благодарность…

— Шей, — окликнула, когда хмурый Тир уже покинул комнату. Блондин обернулся и остановился, явно наслаждаясь моей растерянностью. — Я хотела ещё раз поблагодарить вас обоих за помощь. Если бы не вы, меня бы сейчас здесь не было.

В ответ на мою тираду он лишь натянуто улыбнулся и, подойдя ближе, уверенным жестом приподнял моё лицо за подбородок. От его властного прикосновения мне стало не по себе.

— Знаешь, Трил, — начал он, опустив взгляд на мои губы, оказавшиеся к нему угрожающе близко. — Благодарить нужно Тира. Это была его инициатива и его решение. Я всего лишь проявил нейтралитет. И не будь его рядом, вряд ли сам встал бы на твою защиту.

— Но… — попыталась возразить я. Да только меня остановили, легонько погладив пальцем по щеке.

— Меня слишком хорошо знают в лицо, и, помогая тебе, я бы сильно подставился. А так — проблемы будут только у Тира, но ему не привыкать. — Голос Шея звучал тихо и как-то даже ласково. Я же, как загипнотизированный кролик, продолжала покорно смотреть в глаза этого странного удава. — И ещё, если желаешь остаться в столице, научись скрывать свою внешность. Она слишком… яркая. А ты, Трил, как редкий загадочный драгоценный камень. Одни тебя сторонятся, чувствуя, что ты для них недосягаема, а другие, наоборот, желают обладать таким сокровищем. — Он шумно выдохнул, наконец отпустил меня и отошёл к двери. — Береги себя и постарайся не вляпаться в очередную историю. А там, глядишь, и встретимся ещё когда-нибудь.

— Спасибо, Шей, — ответила я, тоже отходя от его странного гипноза. — Надеюсь, при следующей встрече меня не придётся спасать.

— Ах, ну конечно! — он демонстративно всплеснул руками и сдержанно рассмеялся. — Что-то мне подсказывает, что неприятности притягиваются к тебе, как к магниту. Кстати, мы с Тиром тоже далеко не подарок судьбы. Скорее, очередной кульбит твоей невезучести. Но если меня тебе опасаться не стоит, то вот за Тира я поручиться не могу. И ты можешь ещё сотню раз пожалеть, что мы встретились на твоём пути. А сейчас нам всё-таки пора идти. Прощай, Трил.

Он быстро вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь, а я осталась с тонной новой информации и целым обозом противоречивых мыслей в голове. И если честно, думала, что после всего случившегося уснуть мне точно не удастся, но снова ошиблась. Наверное, мой собственный организм просто слишком устал и решил, что без отдыха продолжать этот марафон он не станет. Вот и отключился. Зато проснулась я свежей, отдохнувшей и как никогда готовой к новым победам и свершениям.

Расплатившись за ужин и комнату, я снова прикрыла голову и лицо тонким тёмным платком и отправилась на поиски академии. Благодаря журналам в библиотеке графини мне было известно примерное расположение нужного здания. Поэтому, оказавшись на улице, где всё ещё царила лёгкая прохлада ночи, я с наслаждением глубоко вдохнула свежий воздух и двинулась в сторону высоких шпилей, на которых виднелись знаки четырёх стихий.

Вообще в этом городе было два самых крупных архитектурных ансамбля — это уже упомянутая мной академия Астор-Холт и, естественно, императорский дворец. И как-то давным-давно я читала, что здание академии когда-то тоже являлось одним из дворцов династии Астор.

Правящий тогда император Гиралир был очень дружен со своим придворным магом Севором Холтом, который и предложил организовать в столице самую большую академию магических искусств. Императору эта идея понравилась, тем более что он давно хотел выстроить себе новый дворец, а так и для старого нашлось бы достойное применение. К тому же держава при наличии большого количества квалифицированных магов стала бы гораздо сильнее. Вот так совместная задумка императора и верховного мага стала великой академией. Оттуда пошло и название — Астор-Холт. Произошло это почти пятьсот лет назад, и с каждым годом мощь и слава этого учебного заведения только росли. А когда двадцать лет назад, в 7865 году на троне Сайлирии воцарилась новая династия Аркелир, академия перестала быть только магической. Теперь здесь изучали взаимодействие физики и магии, что уже принесло просто колоссальные результаты и продвинуло страну на передовые позиции в мире по числу инноваций и преобразований.

Прокручивая в голове все эти воспоминания, я сама не заметила, как оказалась перед массивными коваными воротами академии. И уже попыталась пройти сквозь открытую калитку, как путь мне перегородил мужчина в форме стражей города.

— Пропуск, — скомандовал он, глядя на меня с полнейшим равнодушием.

— У меня нет, — промямлила, растерявшись под его пристальным холодным взглядом. — Мне нужно поговорить с ректором.

— Приём ведётся исключительно по чётным дням и только по предварительной записи, — грубо отчеканил он, отворачиваясь к своей каморке и хватая с подоконника какую-то светящуюся доску, на которой виднелся список имён. — Могу записать вас на середину осени, десятое число месяца жёлтых листьев устроит?

— Нет, мне нужно сегодня… или максимум завтра, — проговорила, уже понимая, что через эти ворота меня вряд ли пропустят.

— К сожалению, это невозможно, — ровным тоном ответил страж. — Сегодня ректор не принимает, а на завтра у него всё уже расписано. Приходите в другой день.

С этими словами он демонстративно захлопнул перед моим носом калитку и снова скрылся в тени своей кабинки.

Очень захотелось банально разрыдаться, начать уповать на злодейку-судьбу и мировую несправедливость, но… всё это вряд ли могло бы хоть как-то помочь в моей ситуации. А сейчас было не самое подходящее время для проявления эмоций, поэтому я просто побрела вдоль массивного забора с острыми наконечниками, уже прикидывая, где его будет лучше перелезть.

Долго раздумывать не вышло. Я успела отойти от ворот всего на пару десятков метров, когда до моего слуха вновь донёсся голос охранника. И пусть из-за разделяющего нас расстояния слышно было плохо, но его слова я всё равно разобрала прекрасно:

— Доброе утро, господин ректор, — громко и чётко поздоровался он, а я замерла на месте.

Высокий темноволосый мужчина в длинном лёгком плаще серого цвета лишь коротко кивнул учтивому стражу и поспешил скрыться за воротами. Сквозь прутья забора я отчетливо видела, как он быстрым уверенным шагом пересекает довольно большую площадь перед зданием академии, и в тот же момент решила, что пора действовать. В конце концов, терять мне было уже нечего.

Перевесив массивную сумку через плечо, я на секунду прикрыла глаза и в следующее мгновение рванула с места. Очень удачно на пути моего следования оказалось большое дерево. Зацепившись за его ветки, вскарабкалась до уровня забора и, легко перемахнув через него, мягко приземлилась на траву лужайки.

А всё получилось даже проще, чем я думала. Не завыла сирена, меня не ударило волной защиты или чего-то подобного. Почему-то мне всегда казалось, что академия должна охраняться лучше. Но решив подумать об этом позже, я ринулась вперед догонять ректора.

Странно, но бежать мне не пришлось, как и кричать или уговаривать руководителя академии остановиться. Мне даже показалось, что он сам ждал меня, делая вид, что ему очень интересна скульптура какой-то девушки в центре фонтана. Я поначалу шла довольно быстро, но заметив, что спешить некуда, двинулась медленнее. А когда дошла до цели, и вовсе остановилась, никак не решаясь начать разговор.

Но зря я, что ли, так старалась, выискивая пути проникновения на территорию Астор-Холт?

— Простите, господин… не могли бы вы уделить мне несколько минут? — протянула немного дрожащим голосом. Почему-то рядом с этим человеком мне было как-то не совсем просто собрать мысли в кучу и направить их в правильное русло.

— Конечно, дорогая, — ответил он добродушным тоном и наконец повернулся ко мне. И если в его голосе не было ничего пугающего, то во взгляде очень явно читалась откровенная угроза, немного приправленная любопытством. — Но только после того, как ты мне скажешь, как умудрилась сюда попасть.

— Если честно, перелезла через забор, — призналась я, виновато опустив глаза. Но поняла, что ляпнула не то, и поспешила оправдаться: — Не думайте, я не воровка и не преступница. Мне просто нужна работа. А этот… на воротах… отказался меня пропускать.

— Стоп, — мужчина поднял вверх ладонь, призывая меня остановиться. — Как… через забор? Это невозможно!

— Ну я же здесь! А ваш охранник меня не впускал, — буркнула, наблюдая, как меняется выражение лица ректора. Он перевёл задумчивый взгляд голубых глаз на ворота, оглядел периметр забора, а потом снова посмотрел на меня.

— И кем же ты желаешь работать? — спросил он, одаривая меня странно заинтересованным взглядом.

— Всё равно. Я всегда мечтала здесь учиться, но опоздала с поступлением. Да и денег пока нет. А если бы удалось устроиться на работу в академию, у меня бы появился шанс.

Ректор снова поднял руку, останавливая мою тираду.

— Хорошо, я возьму тебя на работу и даже зачислю на первый курс… — сообщил он, а в голосе появилась самая настоящая ирония, — при условии, что ты сейчас покажешь мне, как перелезала через забор.

— Согласна, — ответила, даже не пытаясь разглядеть в его словах очевидный подвох. Ведь для меня это было настоящим шансом, и я не собиралась его упускать.

Глава Астор-Холт хищно улыбнулся и, развернувшись, отправился к воротам академии, я же покорно побрела за ним. Видя меня выходящей вслед за ректором, охранник чуть не уронил на дорожку собственную челюсть, а его глаза округлились настолько, что рисковали вывалиться. Я насмешливо отсалютовала ему рукой и, ускорившись в шаге, поравнялась со своим будущим работодателем.

Мы довольно быстро дошли до того места, где совсем недавно совершала акробатические этюды, и остановились.

— Готовы? — спросила я, читая в глазах собеседника искреннюю насмешку.

— Главное, чтобы была готова ты, — ответил он и жестом велел мне приступать.

Я лишь пожала плечами и снова разбежалась, направившись к знакомому дереву. Опять зацепилась за ветки, переползла выше и, резко оттолкнувшись от массивного ствола, перелетела через забор. В этот раз получилось куда лучше, и мне даже не пришлось напрягаться. Возможно, сказывались гены родителей-циркачей. К тому же в детстве я всегда любила лазить по деревьям. Правда, никогда не думала, что наступит день и это умение станет для меня проходным билетом в новую жизнь.

— Невероятно! — воскликнул кто-то и, обернувшись, я увидела ректора в компании пожилой дамы, которая буравила меня поистине восхищённым взглядом. — Как такое возможно?! — продолжала восклицать она.

— У нас ещё будет время это выяснить, — ответил ей необычайно довольный мужчина, а потом снова повернулся ко мне и продолжил уже громче: — Вы приняты. Подождите меня у фонтана, и мы обговорим детали.

Услышав это, я обрадовано подпрыгнула и, буквально светясь настоящим счастьем, двинулась к указанному месту. Вот уж не думала, что всё будет так легко. Но что-то упорно не давало мне покоя. Ведь вряд ли я первая додумалась пробираться сюда таким путём.

Эта мысль яркой вспышкой озарила моё сознание, и к моменту, когда рядом появились недавние зрители, почти полностью затмила собой всю былую радость.

— Скажите, в чём подвох? — выпалила я. — Что такого сложного в этом заборе?

— Ничего особенного, — пожал плечами ректор, а потом поднял с дорожки небольшой камешек и с силой швырнул туда, где несколько минут назад перелетала я. К сожалению, этому кусочку горной породы явно повезло меньше и, достигнув вертикали кованых прутьев, он вспыхнул и тут же отскочил обратно, а я застыла, не в силах произнести ни слова.

— Это… что… было… — попыталась спросить, преодолевая сковавший меня шок.

— Защита Астор-Холт, которая на тебя, дорогая моя, почему-то совершенно не действует, — усмехнулся господин ректор.

— Как такое возможно? — в точности повторила я недавнюю фразу удивлённой женщины.

— До сегодняшнего дня это было невозможно, — задумавшись на секунду, ответил мужчина. — Но в тебе явно что-то есть, поэтому ты и принята сюда. А сейчас прошу следовать за мной, ведь нам ещё нужно обсудить вопрос твоего трудоустройства.

С этими словами он коротко улыбнулся и, развернувшись, направился ко входу в здание. Мне же пришлось спешно сбрасывать с себя оковы оцепенения и двигаться следом. Но поднявшись по лестнице парадного входа, я вдруг остановилась у самых дверей. Что-то… какая-то неведомая сила как будто держала меня, не давая переступить порог. Она словно пыталась предупредить, что как только я это сделаю, всё изменится и пути назад будут отрезаны окончательно. Возможно, это был простой страх перед чем-то новым, а может, что-то другое, но тем не менее я не стала к нему прислушиваться и решительно перешагнула неведомую преграду.

Ректор внимательно наблюдал за моими сомнениями, а когда всё-таки сделала этот сложный шаг, лишь довольно улыбнулся.

— Что это было? — не удержалась я от вопроса.

— Своеобразное приветствие академии, — уклончиво ответил он, снова разворачиваясь и уходя в сторону массивной полукруглой лестницы.

Огромный холл этого поистине царственного здания поразил меня чуть ли не больше, чем вся столица. Теперь, разглядывая эту лепнину и торжественную позолоту, я ни капли не сомневалась, что раньше здесь был самый настоящий императорский дворец. И ещё, лишь только решающий шаг был сделан, я будто почувствовала себя здесь как дома. Словно само здание благосклонно приняло меня под своё родительское крыло.

— Что именно вы имеете в виду? — попыталась уточнить я.

— Вы перешли барьер, за которым все, кто имеет статус ниже магистра, просто не имеют возможности применять магический дар, — ровным тоном сообщил ректор, медленно поднимаясь вверх по широкой полукруглой лестнице.

— А как же студенты? — не удержалась от очередного вопроса.

— Можно сказать, что это было сделано именно для того, чтобы обезопасить их от самих себя. Думаю, вы прекрасно понимаете, юная леди, что необученный маг может натворить много дел, а так мы хотя бы уверены, что все свои шалости наши ученики будут осуществлять исключительно собственными руками.

— Интересное решение, — согласилась я и уже хотела попробовать по старой привычке попытаться воззвать к стихиям, но решила отложить этот эксперимент на более подходящее время.

Мы довольно спешно прошли через несколько коридоров и, преодолев ещё одну лестницу, оказались в широкой галерее. Здесь было столько картин с изображением разных людей, что я даже идти стала медленнее, стараясь рассмотреть их все. Но господин ректор явно не собирался давать мне время на ознакомление с местным интерьером и, кинув в мою сторону всего один укоризненный взгляд, жестом попросил поторопиться.

Дверь его кабинета оказалась буквально за следующим поворотом. Галантно пропустив меня внутрь, он гостеприимно предложил присаживаться. Сам же занял широкое кресло за массивным столом из тёмного дерева.

— Итак, юное дарование, рассказывай, что же привело тебя в Астор-Холт, — начал мужчина, рассматривая меня каким-то холодным, равнодушным взглядом. — Хотя, наверно, мы с тобой не с того начали. Моё имя Регран Беридор и, как ты правильно поняла, я ректор этой академии.

Он замолчал и одним взглядом показал, что ждёт от меня ответного представления.

— Трил Сиерлен, — отозвалась я, рассматривая своего будущего работодателя. — Всегда мечтала учиться здесь.

— Прямо-таки мечтала? — усмехнулся он, доставая из ящика стола какие-то документы.

— Да. Просто у меня не было возможности приехать раньше, чтобы успеть к набору этого года.

Видя, что он совершенно перестал обращать на меня внимание, я мигом сникла и растерянно уставилась на свои ногти. Тем временем господин ректор окончательно погрузился в изучение бумаг, и мне даже показалось, что он совсем забыл о моём присутствии.

— И? — неожиданно продолжил хозяин кабинета, вырвав меня из невесёлых дум. — Чему бы вы хотели здесь научиться?

— Не знаю, — честно ответила я, даже не представляя, в какой области можно найти применение моему дару. — Мне довольно легко удаётся управляться и с водой, и с огнём, а в остальном… я не особо сильна. Хотя точно сказать не могу.

— Вас кто-нибудь обучал раньше? — Голос ректора стал серьёзным. Мне даже показалось, что в нём появились нотки заинтересованности.

— Почти нет, — прозвучал мой честный ответ. — Дар помогла открыть моя приёмная мать, но научить меня чему-то она не могла, потому что была всего лишь городской знахаркой и магией практически не владела. Но она как-то умудрялась доставать мне нужные книги, пусть и нечасто. Вот из них я узнала много всего интересного и сумела хоть немного развить собственные способности.

— Хотелось бы посмотреть на ваши умения, — заявил лорд Беридор. Но видя моё явное замешательство, поспешил добавить: — В моём кабинете общее ограничение академии не действует, так что можете не волноваться.

Я глубоко вздохнула и, прикрыв глаза, привычно потянулась к столь любимым мной стихиям. Уже спустя несколько мгновений на моей ладони горел небольшой яркий огонёк, а вода из стакана ректора поднялась вверх и, приняв форму шара, опустилась на стол в виде круглой льдины.

— Впечатляет, — довольно эмоционально проговорил мой собеседник, дотрагиваясь до ледышки, а затем поднёс руку к огоньку и убрал её лишь после того, как в полной мере ощутил его жар.

— Думали, это иллюзия? — спросила я, наблюдая за его действиями. — Увы, но этот вид магии для меня недоступен. По крайней мере, все предыдущие попытки сделать что-то подобное потерпели неудачу. И всё, чем я могу похвастаться на данный момент, это сносное владение даром огненной и водной стихий. Но я готова учиться и…

— И будешь учиться, — перебил меня ректор, легко переходя на «ты». — Но я даже не представляю, на каком факультете твои способности можно будет раскрыть по максимуму и получить от этого самую большую пользу. Хотя… Скажи, Трил, интересны ли тебе новые изобретения нашей академии, я имею в виду те, в которых магия соседствует с физикой?

— Конечно! — воскликнула я, сразу же вспоминая картелы и ночной купол города.

— И ты готова отправиться именно на этот факультет? — продолжил он, но видя, как загорелись интересом мои глаза, поспешил добавить: — Только учти, помимо магии там тебе придётся углубленно изучать ещё и физику. Это сложно, тем более для молодой девушки, а ты к тому же просила найти тебе работу.

— Я уверена, что справлюсь! — выпалила, сильнее сжимая руками край стола. — Поймите, это всегда было моей мечтой, и теперь, когда она почти осуществилась, я приложу все свои силы и умения, чтобы сделать её реальностью.

— В таком случае, госпожа Сиерлен, вы зачислены. Но, как я понимаю, оплачивать обучение вы не в состоянии, а этот факультет является наиболее дорогостоящим.

— Именно поэтому мне и нужна работа.

— Боюсь, что у нас нет подходящих вакансий. Сейчас нашему заведению нужны только уборщики. А годовой зарплаты на этой должности едва ли хватит на оплату одного семестра.

— Тогда я буду работать за двоих!

— А выдержишь? Сможешь совмещать и работу, и обучение? Ведь всё придётся делать руками. Без применения магии.

— Это неважно, — снова отмахнулась я, хотя уже сейчас понимала, что взваливаю на себя слишком много всего.

— В таком случае… — его улыбка стала хитрой, — начинаешь с завтрашнего утра. У тебя будет два дня до начала занятий, чтобы освоиться в новой должности. А потом придётся как-то распределять время. За прогулы у нас строго наказывают, да и твои новые сокурсники вряд ли проявят равнодушие к такой твоей работе.

Наверное, господин Беридор добавил бы ещё что-то, но именно в этот момент в дверь его кабинета постучали. Он тут же отвлёкся на этот звук, и я смогла вздохнуть с облегчением. Жаль, что продлилось оно недолго, потому что появление в кабинете нового лица снова сбило меня с толку, окончательно запутав.

— Господин ректор, — поприветствовал визитёр, сопровождая свою фразу коротким кивком, — мне передали, что вы просили зайти к вам, дабы обсудить мою работу на этот учебный год и обговорить особенности профессорского проекта.

— Да, да, Тир, проходи, у меня как раз появилась одна замечательная мысль о том, как озадачить тебя на сей раз.

Возможно, мне показалось, но в глазах ректора промелькнула довольно хитрая искорка, но его собеседника это явно не впечатлило. Тот лишь искривил губы в уже знакомой мне усмешке и, подойдя к столу, расположился в кресле слева от меня.

— И какая же? — спросил Тир, переводя на меня любопытный взгляд, но за намотанным на голову платком явно не узнавал. Даже странно, что господин Беридор до сих пор не попросил его снять.

— Дорогая, а не могли бы вы убрать с головы этот очаровательный шарф, — попросил ректор, будто читая мои мысли, и пока я стягивала с себя сей полупрозрачный предмет конспирации, снова обратился к Тиру. — Разреши представить, это госпожа Трил Сиерлен. Довольно занятная особа с приличным списком талантов и странностей.

— Мы знакомы, — перебил его Тир, буравя меня непроницаемым взглядом. И было в этот момент в его глазах что-то такое… устрашающее, что заставило меня срочно отвернуться. — И с некоторыми… хм, странностями этой девушки мне уже приходилось сталкиваться, причём буквально накануне. Значит, вы приняли её?

— Да, друг мой, причём на твой факультет, — продолжил ректор как ни в чём не бывало. — И мне бы хотелось, чтобы именно ты стал её куратором.

— Только её? — Тир чуть склонил голову вбок, будто пытался разгадать в замысле ректора явный подвох.

— Да. Трил девушка особенная, но поразила она меня даже не своим откровенно редким даром владения двумя противоположными стихиями.

— А чем же тогда? — поинтересовался мой знакомый. — Неужели внешностью?

— Нет, — на лице ректора расцвела довольная улыбка. — Госпожа Сиерлен, конечно, сильно выделяется на общем фоне, но… Дело не в этом. — И тут он как-то даже оживился. — Представляешь, на неё совершенно не действует защита Астор-Холт! Сегодня эта особа запросто перемахнула через забор академии и даже не заметила преграды. А ещё сам дворец принял её за свою! Он впустил её без помех… вообще. Тир, эта девочка уникальна, и я не могу доверить её никому кроме тебя, к тому же ты всегда любил разгадывать головоломки, и думаю, тебе будет интересно понять, в чём же причина таких особенностей госпожи Сиерлен.

Я снова посмотрела на Тира, и мне даже показалось, что он заинтересовался выданной ректором информацией, но уже в следующую секунду на его лице снова появилась маска полнейшего равнодушия.

— Вы взяли её на работу? — спросил Тир, снова поворачиваясь ко мне.

— Да. Она согласилась отвечать за чистоту основного здания и спального корпуса. Только так её заработка хватит для оплаты обучения, — безразличным тоном ответил ректор. — Я, конечно, постараюсь добиться для неё свободного посещения занятий, но вряд ли господа преподаватели согласятся пойти на это. Так что твоя помощь ей явно понадобится.

— Вы на самом деле считаете, что она справится? — уже не скрывая собственного раздражения, выдал Тир, а потом снова смерил меня оценивающим взглядом и продолжил: — Неделя… Максимум — месяц, и она сама будет умолять вас её отпустить.

— А вот я в этом совсем не уверен, — ответил лорд Беридор, переводя взгляд с меня на Тира и обратно. — Но необходимо придумать, как скрыть её внешность от других. Не хотелось бы, чтобы у девочки возникли проблемы ещё и из-за этого.

— Попросите леди Ассирию этим заняться. Думаю, она сможет найти способ, — пробурчал Тир, поднимаясь со своего места.

— Так ты согласен? — поспешил уточнить ректор.

— А разве у меня есть выбор? — усмехнулся его подчинённый, а потом снова кинул на меня холодный взгляд, от которого безумно захотелось сжаться в комок и спрятаться под столом, и явно собрался что-то добавить, как его перебил ректор.

— Тир, — позвал тот, и когда этот обладатель тяжёлого взгляда соизволил переключить своё внимание на него, заговорил: — Помни, зачем ты здесь, и прошу тебя, постарайся не угробить девочку.

— Да, господин ректор, — только и ответил мой новый куратор и поспешил покинуть кабинет.

***

Так как набор в академию уже закончился, все места в комнатах спального корпуса оказались распределены. К тому же все студенты Астор-Холт являлись обладателями как минимум мелких титулов и почти всегда предпочитали жить поодиночке. Должность же обыкновенной уборщицы вообще не предполагала предоставление жилья. Именно поэтому вопрос о том, куда бы меня поселить, сильно озадачил господина Беридора. Пришлось даже снова вызывать Тира в надежде, что он сможет найти выход. И, к нашей общей с ректором радости, у этого темноглазого буки нашлась по данному поводу дельная мысль.

— Вот, это всё, что мы можем тебе предложить, — сказал глава академии, открывая передо мной дверь нужной комнаты.

Войдя внутрь, я с любопытством осмотрелась. Предложенные мне апартаменты оказались, мягко говоря, странными, но лично для меня подобная обстановка была вполне привычной. Здесь не имелось ни одного окна, потому дневной свет сюда не проникал никак.

Если честно, сие жилище сильно напоминало то, в котором я жила в имении графини, но оказалось не в пример больше. А ещё здесь имелась личная ванная комната — пусть старая, захламлённая, со ржавыми кранами, но зато своя. На стенах красовалась местами потрескавшаяся лепнина, посредине стояла большая кровать с балдахином и, на мой скромный взгляд, могла по возрасту поспорить с самим зданием. Ещё здесь были стол, пара кресел и большая древняя софа, а у дальней стены располагался огромный шкаф, заваленный всякой рухлядью.

— Раньше, лет тридцать назад, эту комнату занимал библиотекарь академии. А ещё раньше помещение использовалось как реставрационная комната, — уточнил ректор. — Если тебя устроит, то можешь жить здесь.

— Устроит, — отозвалась я, проводя пальцем по пыльной столешнице.

Да, чувствую, тут в последний раз убирали ещё при жизни предыдущего владельца. Но это всё поправимо, к тому же в моём новом месте жительства были ещё два поистине огромных плюса. Во-первых, оно располагалось в основном корпусе — так сказать, в главном здании, и здесь меня мало кто мог потревожить, по крайней мере, по ночам. А во-вторых, эта комната примыкала к огромному залу библиотеки, и теперь для меня открывался поистине неограниченный доступ ко всем её богатствам.

Видимо, все эти мысли в полной мере отразились на моём лице, потому что Тир усмехнулся, а ректор лишь покачал головой.

— Вижу, тебе действительно нравится, — сказал он, проходя к выходу. — Так что поздравляю с новосельем. Если всё будет хорошо, то это место станет твоим домом надолго. А пока… придумайте что-нибудь с внешностью.

С этими словами лорд Беридор покинул мою новую комнату, оставляя нас с новым куратором в полной тишине. Тир не спешил говорить, и мне показалось, что он сейчас очень занят какими-то своими думами. И решив его не отвлекать, двинулась к шкафу, который, как мне казалось, таит в себе много чего интересного.

Но первым, что попалось мне на глаза, оказался старый порванный башмак, который крайне гармонично соседствовал здесь с книгами, пыльными свёртками и какими-то коробочками. Когда же я попыталась потянуться за одной из них, неожиданно зацепилась за массивную паутину с огромным коричневым пауком. Руку тут же отдёрнула, справедливо посчитав, что сейчас не самое подходящее время для борьбы с местными жителями. Да и вообще, пауки, тем более такие большие, всегда вызывали у меня приступы брезгливой паники. Хотя в доме графини их водилось очень много.

— Пойдём, — неожиданно позвал Тир и стремительно вышел из комнаты. Ну а мне не оставалось ничего другого, как просто последовать за ним.

Мой куратор шагал по пустынным коридорам академии, засунув руки в карманы брюк и сосредоточенно разглядывая пол. Мне показалось, что он чем-то сильно озадачен, но после его выпада в кабинете ректора заводить разговор первой совершенно не хотелось. Я вообще не до конца поняла, что там, собственно, произошло. Но испытать подобное снова точно не желала.

Вокруг было тихо и как-то мрачно. Коридоры оказались пустыми, и сейчас в них слышались только наши шаги. Идти рядом с Тиром мне не хотелось, поэтому предпочла покорно семенить за его спиной.

Если честно, я на самом деле начала его побаиваться. Странно, что вчера ничего подобного не испытывала. Да, смотрела на него с опасением, но не больше. А вот после нашей встречи в кабинете ректора я будто увидела то, чего раньше не замечала. Всё же у Тира действительно был жуткий взгляд. Стоило ему хоть немного разозлиться, и его синие глаза сразу начинали темнеть, а смотреть в них становилось очень сложно.

К тому же он явно не испытывал восторга от того, что именно ему поручили стать моим куратором, и даже не пытался скрывать своего раздражения. Смотрел на меня, как на врага или на ненужную обузу. А ведь вчера мне казалось, что он на самом деле желает мне добра. Помог ведь.

За всеми этими размышлениями я совершено не заметила того момента, когда Тир остановился у какой-то двери. Естественно, я довольно предсказуемо врезалась в его спину, но быстро поспешила отскочить подальше, совершенно искренне испугавшись его реакции.

— Трил, — позвал он меня, но я упорно делала вид, что очень увлечена рисунком мраморного пола.

— Прости, это произошло случайно, и впредь я буду внимательней, — выпалила на одном дыхании.

Помню, в своё время графиня тщетно пыталась добиться от меня подобного повиновения, покорности, но… ничегошеньки у неё не вышло. Что она только не предпринимала, чтобы поставить на место свою наглую подопечную. А оказывается, меня нужно было просто хорошенько напугать. Даже не думала, что когда-то буду бояться всего лишь одного раздражённого взгляда.

Тир хотел что-то добавить, но именно в этот момент дверь распахнулась и перед нами предстала немолодая дама со странной причёской, сложенной из локонов самых разных оттенков. Увидев её, я мгновенно забыла и про куратора, и про свой страх, потому что никого подобного никогда раньше не встречала.

Думаю, её правильнее было бы назвать «ходячей радугой» или палитрой, но помимо своей странной разноцветности в волосах эта дама обладала ещё и аристократическими чертами лица, и безумно притягательными глазами нежно-фиолетового цвета. А лёгкая россыпь морщинок на щеках только подтверждала, что улыбается эта женщина довольно часто.

— Добрый день, лорд Элур, — проговорила она, рассматривая меня, замершую за его спиной. — Могу поинтересоваться, что привело вас ко мне?

— Леди Ассирия, прошу прощения за столь неожиданный визит, но мне просто жизненно необходима ваша помощь в одном не совсем обычном деле, — очень галантно обратился к ней Тир.

— А не это ли необычное дело сейчас маячит за вашей спиной? — хитреньким голосом спросила она, переводя взгляд на меня.

— Да, именно оно, — ответил Тир, и впервые за весь день я увидела на его мрачном серьёзном лице лёгкую улыбку.

С этими словами он бесцеремонно схватил меня под локоть и вытащил вперёд. В этот же момент взгляд леди Ассирии изменился с добродушного на возмущённый. Но потом, кажется, она что-то разглядела в моих глазах (думаю, это был испуг) и легонько улыбнулась.

— Проходите, — бросила она, разворачиваясь к нам спиной и возвращаясь в свой кабинет.

Конечно, мы вошли.

Леди-радуга, как я решила называть её про себя, гостеприимно предложила нам присесть в мягкие кресла, расположенные у круглого стола, угостила ароматным чаем и пирогом и только после этого решила поинтересоваться, что же, собственно, нам от неё нужно.

— Эта особа — Трил Сиерлен, теперь будет учиться на моём факультете, — начал Тир. — Но в виду того, что ей совершенно нечем оплачивать учёбу, наш благодетельный ректор принял её на двойную ставку уборщицы. Как понимаете, при такой загруженности ей лучше не отвлекаться на проблемы, которые нашей скромной девочке обязательно доставит её внешность. Поэтому мы и пришли к вам.

— Значит, — задумчивым голоском проговорила леди Ассирия, внимательно разглядывая моё лицо, — вы хотите, чтобы я помогла вам скрыть её красоту?

— Именно, — уверенным тоном согласился мой куратор.

— А что вы думаете по этому поводу? — спросила она, поворачиваясь ко мне.

— Ну… — Почему-то под её пристальным оценивающим взглядом у меня совершенно не получалось говорить связно.

— Ладно, — леди-радуга резко поднялась и, пройдя по комнате, остановилась у большого окна, — я займусь решением вашей проблемы. Если честно, мне впервые попадается столь неправильный экземпляр. Вы, лорд Элур, можете быть свободны, а вот вашей подопечной я займусь немедленно. Уверена, что одни лишь слухи о появлении в академии такой необычной девушки могут принести нам немало проблем.

Тир лишь кивнул и, попрощавшись, оставил нас с леди Ассирией одних. Я же всё никак не могла понять, как стоит общаться со столь странной особой, и даже немного опасалась её, но тут мои сомнения развеяла сама леди Ассирия.

— Знаешь, Трил… — начала она, внимательно вглядываясь в мои глаза. — Я почти уверена, что ты не имеешь ни малейшего понятия о собственном даре.

— Огонь, вода… — попыталась ответить я, но она лёгким жестом попросила меня замолчать.

— Что только подтверждает мою догадку, — добавила женщина, снова усаживаясь в кресло напротив. — В таком случае для начала я кое-что тебе расскажу. Может, ты и не слышала, но в лесах нашей империи встречаются удивительно красивые цветы, от которых почти невозможно отвести взгляд. Некоторые называют их «детьми тьмы», другие же, наоборот, считают их «оплотами света». Ими можно любоваться бесконечно долго. Глядя на них, многие люди начинают чувствовать себя лучше, кто-то даже рассказывал, что рядом с таким цветком излечился от тяжкого недуга. Одним словом, если не наносить ему вред, то он платит добром, но если только подойти слишком близко или попытаться сорвать его, случается непоправимое. При возникновении опасности эти растения начинают выделять страшный яд, который на всех действует по-разному. Но чаще всего обидчики такого цветка попросту сходят с ума.

— Никогда не слышала о подобном, — подтвердила я, завороженная рассказом.

— В нашей оранжерее есть несколько экземпляров, но они растут отдельно от других цветов и отгорожены от любопытных непроходимой преградой. Мы называем их астории, потому что эти образцы привёз сюда Гардиан Астор, младший сын одного из императоров прошлого, и было это лет двести назад.

— Как же ему удалось такое сделать, если эти цветки столь ядовиты? — поинтересовалась я, с большим любопытством глядя на свою собеседницу.

— Во-первых, он привёз их вместе с землёй, почти не повредив корневую систему, а во-вторых, Гардиан был не совсем обычным парнем. Можно сказать, что с этим цветком у него оказалось куда больше общего, чем у кого бы то другого.

— Как это понимать?

— Как астории в царстве растений, и среди людей встречаются такие, которые слишком отличаются от остальных. Чаще всего они просто до невозможного красивы. У них очень правильные пропорции тела, изящные черты лица, шикарные волосы, но самое главное — это их глаза. Они притягивают других людей, подобно магнитам, они всегда необычных оттенков, в них хочется смотреть не отрываясь, но именно в них и кроется основная сила таких людей. Ими можно любоваться со стороны, но… стоит подойти слишком близко, стоит только вторгнуться в личное пространство, как включается защитная реакция. Иногда одного взгляда может хватить для наступления полного помутнения рассудка его обидчика. Но такому человеку, как и цветку, до подобного нужно дорасти.

Она замолчала, разливая по чашкам новую порцию чая, а когда эта процедура была завершена, снова подняла на меня взгляд и продолжила:

— Конечно, в отличие от растений, люди-астории могут контролировать свой дар, а в идеале — очень умело его использовать. Естественно, таких, как они, боятся, потому что слишком уж искушает соблазн обладать, и велика вероятность при этом погибнуть. Но такие люди и появляются нечасто. Лично я слышала только об одном… и даже имела честь быть знакомой с ним лично. И пусть сей дар встречается даже слишком редко, но никогда нельзя с точностью сказать, кто им владеет, а кому просто повезло родиться чарующе красивым.

— Значит… — попыталась сделать вывод я, но тут же замолчала, не веря собственным выводам. Как-то не особо моя привычная внешность вязалась с «чарующей красотой», о которой говорила эта женщина, хоть и Марси, и Джер неоднократно утверждали обратное.

— Ты, Трил, слишком красива, настолько, что это отталкивает. Многие на уровне подсознания боятся приближаться к тебе. Возможно, ты и не опасна, сейчас ещё рано об этом судить. Но пока всё говорит о том, что довольно скоро в тебе может проснуться дар астории. Именно поэтому Тир и попросил меня по максимуму скрыть необычность твоей внешности.

— Эх, знала бы я об этом раньше! — выпалила, только сейчас понимая, как сильно бы изменилась моя жизнь, если бы не эта дурацкая красота.

— Прошлое уже ушло, его нельзя исправить, — философским тоном заметила леди Ассирия. — Нам же важно правильно выстроить будущее, а для этого, дорогая, придётся кое-что в себе изменить. Надеюсь, ты согласна со мной?

— Ещё как!