Академия для строптивых ведьм

Я проснулась от того, что кто-то плюхнулся ко мне на кровать. Твёрдые пальцы решительно потянули меня за нос. Пробуждение не из приятных!

– Уйди! – буркнула я, не открывая глаз.

– Вставать пора, Диана, – проскрипел знакомый голос. – Всё на свете проспишь!

Я попыталась стряхнуть нахала на пол, но он предусмотрительно спрыгнул сам и принялся стягивать с меня одеяло.

– Отстань, – я наугад лягнула ногой в его сторону и, конечно, промахнулась.

– Вставай, говорю, позор семьи!

От такой наглости мои глаза сами собой раскрылись. Я резко села на кровати. Наш домовой Шуршаня тут же отбежал к двери, готовый выскочить в коридор. И как он так быстро передвигается на своих коротеньких ножках?

– Как ты меня назвал? – возмущённо переспросила я.

– Вот позор семьи и есть, – невозмутимо произнёс Шуршаня. – Все нормальные студенты уже встали, готовятся, в путь собираются, а ты...

– Ты где нормальных студентов видел? – хихикнула я.

Мохнатые брови домового сдвинулись, нижняя губы упрямо оттопырилась. Толстенький старичок, покрытый реденькой серой шёрсткой, погрозил мне пальцем.

– Я и бабушку твою на учёбу провожал, и маму, и сестёр их...

– Шурш, ну хватит, – зевнула я. – Сколько там времени до выхода?

– Двадцать минут, – сурово отчеканил домовой.

– Что?!

Я вскочила с кровати и понеслась в ванную. Шуршаня привычно отскочил в сторону.

Двадцать минут! С ума сойти!

– Вещи я уже собрал, – сообщил мне вслед домовой.

За двадцать минут я успела умыться, натянуть лёгкие джинсы и футболку, причесаться и даже накраситься. Шуршаня при этом осуждающе смотрел на мою косметичку и ворчал:

– Лучше бы вместо этого поела!

Родители вышли из комнаты, когда я уже обувалась.

– Солнышко моё, – умилилась мама. – Удачи тебе в первый день занятий!

– И не только в первый день, – добавил отец. – У тебя будут прекрасные наставники, я узнавал. Ректор – сам профессор Гелероид!

– Этот похотливый старый?.. – начала я.

– Вижу, ты о нём наслышана, – перебил отец. – При некоторых его недостатках Гелероид – прекрасный педагог. Еще будут Велеира Триглазая, Берестов, Караиль...

– Сборище психов и клоунов, – буркнула я.

– Не говори ерунды, Дианочка, – отмахнулась мама. – Это замечательная школа Магического правопорядка и, главное, – совсем недалеко от дома.

– Не вздумай там ничего вытворить, – строго добавил отец. – Если тебя оттуда выгонят – учиться будешь в закрытом пансионе.

– Окей, – буркнула я.

– Это что значит? – подозрительно нахмурился он.

– Учту, – сказала я и подняла с пола собранную Шуршаней дорожную сумку.

– Я тебе пирожков бабушкиных на дорожку положил, – почти промурлыкал домовой. – И термос.

– С кофе? – я с надеждой посмотрела на Шуршаню.

– Дался вам этот кофе! Отрава новомодная! – недовольно забурчал домовой. – Я тебе налил отвар из полезных травок.

– Угу, спасибо, – вздохнула я и вышла в подъезд.

Бабулины пирожки – это вещь! Хорошо, что со вчерашнего дня остались. Спасибо Шуршане, припрятал. А вот "полезный" отварчик надо будет куда-нибудь вылить. Домовой готовит его по особому "фамильному", скрытому от людей рецепту, но судя по вкусу, основные компоненты этого засекреченного напитка – корень солодки и полынь. По крайней мере, их гадостный вкус затмевает остальные составляющие.

Я выскочила из дома и огляделась. Никого. Правильно, все нормальные люди в выходной ещё спят. Я достала из сумочки письмо-приглашение, которое неделю назад принёс почтовый голубь. Не успела закончить обычную человеческую школу – и на тебе! Даже летом погулять не дали.

"Уважаемая Диана Валентиновна Щепочкина!

Сообщаем Вам, что Вы зачислены в Академию Магического Правопорядка. Занятия начнутся 25 июня, срок обучения составляет три года.

25 июня в 6.30 утра у Вашего дома Вас будет ждать один из кураторов, который и доставит Вас в Академию. Убедительная просьба не опаздывать.

С уважением,

Заведующая учебной частью, Велеира Триглазая»

Ну и где тот, кто должен доставить студентку Диану Щепочкину к месту учёбы?

Припаркованный во дворе древний "запорожец" плавно тронулся с места и, проехав несколько метров, остановился прямо передо мной. Стекло у окна водителя поползло вниз. Сидящий за рулём небритый мужчина лет на десять старше меня неприветливо спросил:

– Щепочкина?

Я кивнула.

– Опаздываешь.

– Почему опаздываю? – удивилась я.

– Это тебе лучше знать. Я стою здесь уже полторы минуты. Сумку в багажник, сама садишься рядом – и поехали.

– Сесть рядом с сумкой? В багажник? – едко уточнила я.

– Ты туда не влезешь, – с откровенным сожалением ответил куратор. – Рядом со мной садись. Меня зовут Андрей.

– А можно назад? – я с неприязнью оглядела небритого мужика.

Пожалуй, он был бы симпатичным, если бы умел улыбаться.

– Нельзя. В следующий раз сама за руль сядешь, а сейчас будешь смотреть, что нужно делать.

Я с опаской втиснулась на переднее сиденье крохотной старой машинки.

– Автомобили у нас необычные, попасть в неприятности не дадут, – спокойно принялся объяснять Андрей. – Всё сами делают, ты только глазами ведёшь.

Он положил руки на руль и сказал:

– Выезжаем.

"Запорожец" послушно двинулся к выезду со двора. Я в обалдении смотрела, как сам включается поворотник, вращается руль и двигается рычаг переключения передач.

– Класс! – вырвалось у меня.

– Нравится? Вот на нём и будешь учиться ездить, – сказал куратор. – Под моим руководством. Сотруднику службы Магического Правопорядка машина необходима, вождение входит в число обязательных дисциплин. Оформим тебе обучение в автошколе, сдашь на права и, если закончишь курс и хорошо себя проявишь, тебе выдадут служебный автомобиль. Но смотри – учить буду всерьёз, так, чтобы могла сесть за руль любой машины.

– Угу. Пирожок хотите? – нехотя предложила я, открывая сумочку.

Андрей даже не взглянул в мою сторону.

– Обойдусь, – ровным голосом ответил он. – Первое правило – ты ведёшь автомобиль глазами и держишь хотя бы одну руку на руле. Вторая периодически будет переключать передачи – этому надо научиться, мало ли на чём когда-нибудь придётся ездить. А это значит что?

– Что?

Я с аппетитом надкусила пирожок. М-м-м, мой любимый, с малиной! Настоящей малиной, сочной, ароматной, из леса. Такая только у избушки Бабы-Яги растёт, а моя бабуля с местной Ягой давно дружит.

– Что есть за рулём нельзя, – сдержанно сказал Андрей. – Во всяком случае, тебе. Ты хоть дорогу запоминаешь?

Я подняла взгляд. "Запорожец" неожиданно быстро нёсся по какому-то переулку, с лёгкостью объезжая ямки на грунтовой дороге.

– Смотри и пытайся запомнить, – после паузы сказал куратор.

– Угу.

Я отправила в рот остатки пирожка. Хорошо, что небритый Андрей отказался от угощения: Шуршаня положил мне с собой всего два пирожочка. Пока я дожевала их всухомятку, машина сбавила скорость и плавно остановилась. Андрей погладил руль со словами:

– Молодец, ласточка, хорошо поработали! – и, повернувшись ко мне, неприветливо буркнул: – Приехали.

Я еле сдержала вздох. Начало обучения не вдохновляет. Мало того, что мой куратор – зануда, так он ещё и сумасшедший, болтающий со служебным автомобилем.

Кстати, куда это мы приехали? Вот уж не думала, что Академия Магического Правопорядка может оказаться прямо в городе. Как я ни допытывалась, родители и бабуля соблюдали дурацкую традицию – не рассказывать будущей адептке ничего об Академии. Да уж, хоть что-то приятное – учиться я буду сравнительно недалеко от дома. Машина остановилась перед железными воротами метра в три высотой. На них красовался плакат-растяжка: "Автошкола "Чародей" – магия за рулём". Прямо под вывеской выстроились в шеренгу древние "запорожцы" и "копейки" с надписями "За рулём ученик".

– Кто захочет на таком учиться? Это что – антиреклама? – фыркнула я.

– Именно, – ответил Андрей. – Обычные люди сюда не приходят. На всякий случай, правда, вход стерегут страшники.

– Стражники? – я ещё раз внимательно посмотрела по сторонам. Вокруг – никого. – Где они?

– Страшники, их ещё называют дрожниками, – спокойно ответил куратор. – Их не видно, это духи робости и трусости. Случайный человек почувствует здесь испуг до мурашек по коже и поспешит уйти. Позже тебе расскажут о страшниках подробнее. Тебе пора, Щепочкина. Выходи и не забудь сумку.

Я с удовольствием выбралась из "Запорожца". Багажник плавно открылся и завис в воздухе, будто его кто-то держал.

– Андрей! – калитка бесшумно приоткрылась, и на улицу выглянула растрёпанная русоволосая девушка, явно адептка. – Доброе утро! На ласточке сегодня получится покататься?

– Утро доброе, – хмуро отозвался куратор. – Обязательно покатаешься. Я записал тебе занятие после завтрака.

Я вытащила сумку и двинулась к калитке.

– Диана! – окликнул Андрей.

Я нехотя обернулась.

– Это Оксана, она проводит тебя в корпус. До встречи.

"Запорожец" развернулся, подняв облако пыли, и неторопливо покатил прочь, увозя куратора.

Я шагнула в калитку, и она тут же захлопнулась, ощутимо подтолкнув меня пониже спины.

– Осторожнее с ней, очень быстро закрывается, – предупредила Оксана.

– Раньше нельзя было сказать? – буркнула я, слегка пнув калитку каблуком.

В ту же секунду калитка приоткрылась и стремительно захлопнулась, заехав мне по ноге так, что я отлетела на пару метров и плюхнулась на свою дорожную сумку.

Калитка при этом заскрипела, и в скрипе отчётливо послышались слова:

– Ходят тут всякие...

Я выругалась.

– Не успели порог переступить, уже правила нарушают, – снова заскрипела калитка.

– Не ссорься с ней, она злопамятная, – сказала Оксана. – Вставай, пошли потихоньку к общежитию.

– Как-кому общежитию? – от неожиданности я подскочила с сумки. – Мне общага не нужна!

– Она всем нужна. Домой на ночь не отпускают, на это нужно особое разрешение, – "обрадовала" меня Оксана. – Пошли скорей, все уже приехали. Разместишься – и на завтрак. А потом сразу начнутся занятия...

Я подняла сумку и оглядела просторный двор. Неприветливая картинка! На незаасфальтированной земле стоят три длинных серых двухэтажных дома – совершенно безликие, взгляду зацепиться не за что. И вокруг не видно ни деревца, ни цветочка, ни даже травинки.

Оксана повела меня к самому дальнему строению, по пути комментируя:

– Это учебный корпус. Здесь четыре входа, ваш будет крайний слева.

– А ты здесь давно? – поинтересовалась я.

– Второй год, только с каникул вернулась. Закончила курс по нечеловеческим нарушениям Магического Правопорядка, теперь буду заниматься человеческими. Они гораздо сложнее, работа ответственнее. Вот дом для профессоров и кураторов, нам туда без приглашения заходить запрещено...

– А с приглашением? – ехидно спросила я, подумав об Андрее.

Интересно, зазывает куратор девчонок в гости? Он сравнительно молодой, может и попытаться воспользоваться служебным положением.

– С приглашением – можно, конечно, – пожала плечами новая знакомая. – Велеира Триглазая, например, иногда кого-нибудь приглашает на чай и дополнительно консультирует у себя в комнате.

– Значит, кураторы приглашают? – я постаралась сделать невинное лицо и хлопнула ресницами.

– Очень редко, они и так с нами в постоянном контакте. Андрей вообще никого не приглашает, он в машине много общается, он, кстати, один из лучших педагогов.

Я проглотила ехидное замечание. Какие же тогда худшие?

– Общежитие, – Оксана кивнула на последнее строение. – Внизу всякие хозяйственные помещения, наши комнаты на втором этаже. Ты будешь жить в третьей комнате.

– И много нас на курсе, не знаешь? – поинтересовалась я.

– Трое.

Я остановилась, словно налетев на невидимую стену. Это что за Академия такая – с тремя адептками?

– Трое?! А на твоем курсе?

– На моём нас осталось двое – я и Даша. Третья, Вита, решила пока отдохнуть и попрактиковаться с нечеловеческими преступлениями. Кстати, прислала письмо, занимается наведением порядка у водоёмов. Ей очень нравится общаться с водяными и русалками. Заходи.

Оксана открыла железную дверь.

– Эта хоть не дерётся? – я кивнула на дверь.

– Нет. Но с десяти вечера до шести утра она не открывается, учти на всякий случай. Уговаривать ее бесполезно, делает вид, что не слышит, и откроется только по приказу преподавателя.

По скрипучей деревянной лестнице мы поднялись на второй этаж. Оксана стукнула в белую дверь под номером три.

Дверь распахнулась. В большой комнате прижались к разным стенам три узкие койки, и две из них были уже заняты. Неприятный сюрприз, я была уверена, что окажусь в комнате одна. На одной койке жевала чудовищных размеров бутерброд полноватая блондинка в бесформенном цветастом сарафане. На другой, сидя по-турецки, нервно жала кнопки телефона темноволосая красотка с большими выразительными зелёными глазами. Одета она была так, будто собралась на пляж: обтягивающая футболка с большим вырезом и коротенькие шорты.

– Здесь не работают телефоны, – сказала Оксана. – Через семь минут можно пойти на завтрак, – добавила она, покосившись на разъевшуюся блондинку.

– Страшника в мозг! – взвизгнула красотка. – А интернет?

– Себе страшника забери, – огрызнулась Оксана. – На территории Академии ничего не работает. Во-первых, аномальная зона создаёт помехи, а во-вторых, профессор Гелероид считает, что современные изобретения отвлекают адепток от учёбы.

Красотка с досадой выругалась.

– Что ещё здесь не работает? – полная недобрых предчувствий, поинтересовалась я.

Ответ оправдал мои ожидания.

– Да ничего не работает, – сказала Оксана. – Радио, телевизор, холодильник, телефон, компьютер... Даже электрочайник не включается.

Темноволосая соседка страдальчески застонала. Блондинка продолжала равнодушно дожёвывать бутерброд, щедро намазанный маслом, с толстыми кусками сыра и колбасы.

– Через пять минут подходите в столовую, на первом этаже в конце коридора, – сказала Оксана.

Она вышла. Я плюхнула сумку на свободную койку.

– Зря, – буркнула блондинка.

Темноволосая хмыкнула. Моя сумка тут же слетела на пол, словно её кто-то скинул ударом ноги.

– Сумкам место под кроватью, вещам – в шкафу, – проскрипел противный голос, напомнивший мне о Шуршане.

– Домового забыла спросить! – возмутилась я. – Ты что себе позволяешь?

– Приказ за номером пятнадцать, от первого июня сего года, – занудил голос невидимого домового. – Домовые студенческого общежития имеют право применить силу, чтобы призвать адепток к порядку. Подпись – профессор Гелероид.

Я молча запихнула сумку под койку. Пожалуй, соглашусь, что на кровати ей не место.

– Вещам место в шкафу, – не унимался домовой.

– Если тебе это мешает – возьми и сам повесь всё в шкаф, – рявкнула я. – Домовой ты или кто?

– Приказ за номером шестнадцать от первого июня сего года, – снова завёл голос. – Домовые студенческого общежития должны следить за порядком, но не обязаны помогать адепткам в бытовых делах, дабы адептки не расслаблялись и готовились к самостоятельной жизни. Подпись – профессор Гелероид.

– Дабы не расслаблялись, – хмуро повторила я.

– Девчонки, по-моему, мы круто попали, – заметила красотка. – Кто-нибудь знает в подробностях, какие тут условия?

Мы с блондинкой дружно мотнули головами.

– Ничего, отсюда и вылететь можно, – задумчиво протянула я. – Надо будет узнать правила Академии поподробнее.

Невидимый домовой отчётливо хихикнул.

– Каждый год одно и то же, – заметил он. – Нельзя отсюда вылететь, если ваши родители сами вас не заберут. Номер приказа нужен?

– А свалить ты отсюда можешь? – нежно произнесла темноволосая. – Или домовой обязан всё время торчать у нас в комнате?

– Могли бы ради приличия и познакомиться, – обиделся голос. – Ладно, ушёл. Завтрак через три минуты.

Соседки поднялись с коек – блондинка быстро, темноволосая откровенно нехотя.

– Давайте, и правда, познакомимся, – хмуро предложила я.

– Влада, позор уважаемой магической династии, – с усмешкой представилась темноволосая.

– Диана, позор семьи, как говорит наш домовой, – хмыкнула я.

– Ника. И тоже позор семьи, – хмуро буркнула блондинка.

– Интере-есно, – протянула я.

– Ещё как интересно, – согласилась Влада. – Пошли в столовку, по дороге обсудим.

Обсуждать начали сразу, пока шли по длинном узкому коридору.

– Ты почему позор семьи? – спросила я Нику.

– У нас все по женской линии тоненькие, стройные, вот как Влада, – печально объяснила она. – А я непонятно в кого уродилась.

– Кушать меньше надо, – хмыкнула темноволосая красотка.

– А ты почему позор? – обиженно сверкнула на неё глазами Ника.

– Мужчин слишком привлекаю, – улыбнулась Влада. – И мне это нравится. А моей правильной родне – нет.

Ника вздохнула и завистливо взглянула на соседку.

– Ты чем семью не устроила? – спросила у меня Влада.

Мы шли по коридору первого этажа, где-то неподалёку звякала посуда. Ноздри неприятно щекотали совершенно невкусные запахи травяного отвара и какой-то каши.

– Послушанием не отличаюсь, – усмехнулась я.

Мы вошли в призывно распахнутую дверь и оказались в комнате с покрашенными в весёлый оранжевый цвет стенами. Большое, в половину стены, окно прикрывали снежно-белые гардины. В комнате стояли четыре круглых столика, накрытые белыми накрахмаленными скатертями, вокруг каждого – по три табуретки. Вернее, вокруг каждого свободного стола. Потому что у окна уже устроилась Оксана с маленькой, коротко стриженой однокурсницей. Видимо, с Дашей. Да уж, не думала, что в первый день в Академии нас окажется всего пятеро.

Как только сели за столик, перед нами тут же возникли три тарелки с овсянкой, тарелка с тремя подсушенными тостиками и стаканы с напитком, по цвету и запаху подозрительно напоминающим полезный отварчик Шуршани. В следующую секунду рядом с тарелками возникли ложки.

– Какая гадость, – скривилась Ника.

Я мысленно согласилась с толстушкой. Ненавижу овсянку! Хорошо хоть Шуршаня успел сунуть мне пирожки в дорогу. А вот Влада спокойно отправила в рот ложку каши.

– И как? – поинтересовалась я, с отвращением глядя на завтрак.

– Овсянка как овсянка, по утрам полезно, – пожала плечами красотка. – Только ягод бы в неё добавить каких-нибудь или ложечку варенья.

Каша в её тарелке тут же окрасилась в розовый цвет, и в ней появилась щедро добавленная малина.

– О, вот за это благодарю, – просияла Влада.

Я вздохнула. Чем бы ни посыпали овсянку – я не буду её есть! Взгляд упал на соседний столик. Оксана и её соседка уплетали творожную запеканку с фруктами, а в стаканах у девушек был апельсиновый сок.

– Я тоже так хочу, – пробормотала я.

– Лопай, что дают, – на всю комнату пропищал в ответ тоненький голосок.

Я аж подпрыгнула на месте. Это ещё кто?

Соседка Оксаны хихикнула. Оксана повернулась и объяснила:

– Выбирать меню у вас пока не получится.

– А вы можете выбрать для нас что-нибудь посъедобнее? – с надеждой спросила Ника.

– Скатерть не даст, – ответила Даша.

– Конечно, не дам! – возмущённо пропищал голосок. – Ишь, только пришли, а туда же – привередничают, обмануть меня собрались.

– Ух ты, это самобранка, что ли? – заинтересовалась Влада. – Никогда их не видела.

Я взяла с тарелки тостик. Занятия ещё не начались, а мне уже хочется отчислиться отсюда домой. Во всём виноваты дурацкие традиции! Ну какой умник выдумал, что каждый маг обязательно должен закончить курс Правопорядка?!

Ника задумчиво жевала тостик. Готова поспорить, что толстушка тоже хочет домой!

В приоткрытое окно влетели два здоровенных чёрных ворона. Один за другим они вынырнули между гардин. В грозных острых клювах птицы несли какие-то бумажки. Один из воронов подлетел к нашему столику и выпустил из клюва свою ношу прямо нам на головы. Второй более осторожно скинул бумажки на стол второкурсниц.

Я взяла сложенный листок, на котором была написана моя фамилия.

"Расписание занятий на понедельник, 25 июня.

8.00 – Ознакомление с Уставом Академии Магического Правопорядка. Аудитория 12. Ректор Гелероид.

8.15 – "Магические существа и духи, живущие на одной территории с людьми. Вводная лекция". Аудитория 11, профессор Берестов.

10.00 – "Привидения. Вводная лекция" Аудитория 3, профессор Духова.

11.45 – экскурсия по учебному корпусу.

12.30 – обед.

13.00-17.00 – практическая работа с куратором.

17.20 – ведение дневника.

18.00 – ужин

18.30–21.30 – выполнение домашних заданий. Свободное время.

22.00 – рекомендуется сон".

На последней строке я чуть не подавилась последним куском тостика. Сон в десять вечера? Летом?!

– Ну-ну, – усмехнулась Влада и отложила своё расписание в сторону. – Не знаю, кто как, но лично я не собираюсь торчать тут весь вечер.

Скатерть противно хихикнула. У меня снова появилось нехорошее предчувствие. Сегодня вечером у меня назначено свидание с Никитой. Первое свидание с самым классным парнем школы. Он давно мне нравился, и я даже подумывала попросить у Бабы-Яги любовное зелье и подсунуть ему, но всё решилось само собой. Ник просто позвонил вчера и предложил встретиться в восемь вечера у кинотеатра "Горизонт".

И вот теперь у меня появились серьёзные сомнения – а получится ли прийти на это свидание? Или хотя бы позвонить Нику и что-нибудь соврать? Телефон-то здесь не работает.

Мои худшие опасения оправдались в самом ближайшем будущем. После завтрака мы вошли в комнатушку, которая в расписании гордо называлась двенадцатой аудиторией. В классе поместились только большой круглый стол, несколько стульев вокруг него и шкаф с какими-то папками и книгами. Шкаф вплотную прижимался к стене напротив входа и угрожающе нависал над столом.

На высоком стуле восседал крохотный старичок с густой белой бородой до пояса и нечёсаными волосами до плеч. Старичок был одет в яркий розовый халат и забавный колпак с кисточкой – под цвет одеяния. Дед нетерпеливо потирал руки и вертелся на месте, как будто ему на стул подложили кнопку.

– Приветствую вас в нашем филиале Академии Магического Правопорядка, – заговорил он, как только мы появились на пороге. – Меня зовут профессор Гелероид. Прошу садиться.

Мы вразнобой поздоровались. Ника тяжело опустилась на стул, и он жалобно скрипнул. Влада картинно встряхнула волосами и грациозно присела, закинув ногу на ногу. Похожий на гнома старичок с интересом посмотрел на её декольте и по-отечески улыбнулся. Я чуть не фыркнула: о профессоре Гелероиде и его любвеобильности ходили легенды. Значит, бабушка с подругами и мама не преувеличивали: профессор, и правда, старый козёл.

– Сейчас я познакомлю вас с уставом нашего учебного заведения, – всё так же улыбаясь, заговорил дед. – Вы, конечно, уже обратили внимание, что группы учащихся у нас небольшие. Наш филиал был создан специально для тех студенток, с кем в обычной Магической Академии могли бы возникнуть проблемы.

– Простите? – нахмурилась Влада.

– Здесь не принято перебивать профессоров, – неожиданно строго заявил Гелероид. – Да, именно проблемы. В нашей Академии делается всё, чтобы ничто не мешало вам учиться. Ваши родные знали, куда вас отправляют, и заранее сообщили, какие именно трудности могут с вами возникнуть. Форма одежды у нас свободная, но это - единственная свобода, которая возможна в нашем учебном заведении. Итак, по уставу Академии, вы должны строго следовать режиму дня, посещать все занятия и следить за чистотой и порядком в своей комнате. Студентам запрещается покидать территорию Академии без разрешения преподавателей, изготавливать или проносить сюда магические артефакты, покидать здание общежития с 22.00 до 7.00.

Я с трудом сдержала усмешку. Неужели они всерьёз считают, что всё предусмотрели? Надо поскорее нарушить правила Академии – и домой, на свободу. Как родители могли так со мной поступить?!

Ника слушала профессора с равнодушным видом, а вот Влада смотрела на старикана как хищная птица на мотылька.

– То есть родственнички отправили нас в тюрьму? – уточнила она.

– Я бы так не сказал, – погрозил пальцем Гелероид. – Родные отправили вас в учебное заведение с индивидуальным подходом к каждой адептке. У вас троих есть проблемы с дисциплиной. Более того, родные опасались, что вы заведёте ненужный роман с неподходящим молодым человеком. Эх, молодость, – старик лирически вздохнул и картинно закатил глаза. – Подозреваю, что у них были основания для беспокойства, – взгляд профессора снова остановился на декольте Влады.

– И они считают, что тут мы в безопасности? – я изо всех сил пыталась не выдать иронии.

Парней-адептов в Акадмии нет, но есть сам Гелероид, профессор Берестов, куратор Андрей. Или они считаются подходящими для возможного романа? Мой взгляд остановился на длинной бороде Гелероида. По ней неторопливо скользил паучок, плетя среди седых волос домик из воздушных нитей. И у этого дедули с пауками в бороде репутация сердцееда? Я не удержалась и хихикнула.

– Разумеется, в безопасности, – почти пропел старик. – К тому же, насколько мне известно, ваши родные приняли свои меры, чтобы оградить вас от ненужных связей. Должен вам сказать, они совершенно правы. Во-первых, вам сейчас будет не до противоположного пола, а во-вторых, первый мужчина, получивший ваше тело, оставит след в вашей душе. И, должен сказать, след одарённого мага отличается от следов обычных современных юношей как выдержанный элитный коньяк от прокисшего пива. Даже если он ранит душу, то даст вам больше сил и возможностей, как будто маг передал вам часть мастерства. Но если вы заведете роман с обычным молодым человеком – вы можете растратить на него часть своих сил, которые ещё даже не раскрыты до конца.

– А что будет, если нарушить устав Академии? – поинтересовалась я.

– Каждый год один и тот же вопрос, – снисходительно вздохнул старик. – Ну и как вы собираетесь его нарушить, Диана?

Разумеется, я хотела сбежать с территории Академии, и желательно – навсегда. Однако профессору лучше озвучить более безобидный вариант.

– Ну, например, если в комнате будет беспорядок, и я буду опаздывать или пропускать занятия.

Гелероид противно захихикал.

– Беспорядка не потерпят домовые. А на занятия вас, в случае необходимости, разбудят и доставят в аудиторию.

– А если покинуть территорию Академии? – заинтересованно подалась вперёд Влада.

– Сомнительно, что у вас это получится, милая, – проворковал профессор. – Но за такую провинность, разумеется, положено наказание – исправительные работы под руководством вашего куратора. Скажу сразу, что бы вы ни сделали, вас не отчислят из Академии. Возможно, срок вашего обучения несколько увеличится, только и всего.

Лицо Влады вытянулось, я прикусила нижнюю губу. Разумеется, тут всё продумано. Ну, спасибо, мамочка! Запихнула меня сюда на несколько лет. А ведь как притворялась, чуть не всплакнула, когда я выходила из дома.

Следующая мысль оказалась ещё неприятнее. Неужели бабуля знала, куда меня отправят? Мама, отец, бабушка врали, что я буду приезжать домой каждый день, как если бы училась в нормальном колледже или университете. Даже Шуршаня был в курсе – домовые ведь всё знают о хозяевах – и молчал. Пирожки собрал, отварчик свой фирменный приготовил, а о главном не сказал.

– Даже если пронести на территорию магический артефакт? – неожиданно подала голос Ника.

– Я заметил ваш амулет от сглаза,– снисходительно улыбнулся Гелероид. – Речь шла о по-настоящему тёмных артефактах, а не о безобидной магии. Вряд ли вы сумеете достать что-то запретное и, тем более, пронести сюда.

– Как сказать, – еле слышно выдохнула Влада.

Я слегка толкнула её ногой. Не хватало ещё раскрыть перед Гелероидом все возможные козыри! Такие вещи лучше обсудить потом, между собой. К счастью, профессор не обратил на слова красотки никакого внимания, а может, и не услышал – в это время он сладко и громко зевнул.

– С уставом я вас ознакомил, – деловито произнёс Гелероид. – С положением вещей – тоже. Надеюсь, что вы будете прилежно учиться...

– И хорошо себя вести, – ехидно буркнула Влада.

– И хорошо себя вести, – согласился старик. – У вас для этого будут созданы все условия. А теперь вам пора на лекцию профессора Берестова, нехорошо опаздывать на первый же урок.

Надо ли говорить, что в соседнюю аудиторию, где ждал профессор Берестов, мы не спешили? Влада заявила, что ей срочно нужна дамская комната, и мы все неторопливо направились её искать.

Нужная дверь, к нашему сожалению, нашлась слишком быстро. Её украшала чёрная фигурка-силуэт сидящей на метле дамы в шляпе и мантии.

– Каменный век, – буркнула я.

– Почему? – подала голос Ника.

– Кто сейчас летает на мётлах? – я фыркнула. – Бабы-Яги давно уже ездят на машинах и автобусах, а если далеко – летят обычным самолётом. Подруга моей бабушки, правда, берёт в такие полёты дорожный веник на всякий случай: боится, что самолёт начнет падать.

– Подруга твоей бабушки - Баба-Яга? – заинтересовалась Влада.

Она толкнула дверь, и мы шагнули в дамскую комнату. Туалет как туалет – светлый кафель, три кабинки, рукомойник. Единственное, что привлекло моё внимание, – зеркало во всю стену. Зеркало было в узорчатой старинной раме из желтоватого металла.

– Класс! – выдохнула Ника.

– Зеркал, что ли, не видела? – буркнула Влада и достала из сумочки губную помаду. – Диана, а ты с подругой бабушки общаешься? Может, она поможет нам, пришлёт что-нибудь запретное?

Она неторопливо принялась подкрашивать губы вишнёвой помадой.

– Не поможет, она слишком законопослушная, – хмуро сказала я.

– Надо сначала осмотреться. Может, тут не так уж плохо, – подала голос толстушка, с любопытством разглядывая зеркало.

Я подумала про Никиту и еле сдержала вздох. Вечером нужно выбраться отсюда, и неважно – каким путём. Я слишком хочу встретиться с Ником, чтобы испугаться какого-то наказания от старикашки Гелероида.

– Начало первой пары, – на весь туалет произнёс приятный женский голос. – Вам пора на занятия.

Я огляделась. Вокруг никого не было, и никаких динамиков на стенах не наблюдалось.

– Да, это я вам говорю, – строже добавила невидимая женщина.

Ника дрожащей рукой показала на зеркало. Голос звучал изнутри стекла. По отражению пошла рябь, словно невидимый ластик стирал наши лица и фигуры. Когда наши силуэты в зеркале полностью растаяли, там, как сквозь туман, проявилась фигура в строгом коричневом платье. Она шаг за шагом приближалась к нам. Я остолбенела от неожиданности, рядом замерла Влада. Ника тоненько взвизгнула и попятилась к выходу.

Женщина из зеркала приблизилась настолько, что казалось, будто она смотрит на нас из стеклянной стены. На вид загадочной даме было лет пятьдесят, пепельные волосы с сединой были уложены в аккуратную старомодную причёску-ракушку, серые глаза казались грязными льдинками. Талия женщины была настолько тонка, что её можно было бы полностью обхватить ладонями, а в чересчур ровную спину словно вогнали металлический штырь – казалось, она не может согнуться.

– Вам пора на занятия! – уже сердито повторила дама. – Покиньте дамскую комнату.

– А вы кто? – поинтересовалась Влада, убирая помаду в сумочку.

– Удивительно невоспитанные новички! – возмутилась дама. – Никакого уважения к старшим, даже не поздоровались! Я – Аверинна, этого вам пока достаточно. И если вы сейчас же не отправитесь на урок, я просто...

– Просто – что? – с интересом уточнила я.

– Выкину вас отсюда! – рявкнула дама.

Она протянула руку, и из зеркала показалась ладонь – настоящая, изящной формы, с тонкими пальцами и длинными алыми ногтями. Или, скорее, когтями – загнутыми, заострёнными, сантиметров по семь в длину. Мы с Владой одновременно шарахнулись от зеркала, однако дама успела вцепиться ногтями в ремешок сумки Влады. Короткое движение – и сумка вылетела в коридор, в приоткрытую дверь, с размаху врезалась в стену и шмякнулась на пол.

Из зеркала показалась вторая рука, затем голова, плечи, нога...

Я с визгом ринулась к двери, рядом неохотно отступала Влада.

– Вон! – повелительно воскликнула нам вслед зазеркальная дама.

– Кто это? – почти одновременно выдохнули мы с Владой в коридоре.

Ника уже стояла там. Она молча пожала плечами. За нашими спинами натужно, отчаянно заскрипела дверь. Я обернулась. Из аудитории 11 выглянул... Карабас-Барабас – огромный, черноволосый, с длинной густой бородой, обёрнутой вокруг шеи как гигантский толстый шарф.

– Что здесь происходит? – неожиданно писклявым голосом спросил он. – Ах, это у нас первый курс! Почему вы не на уроке?

Мы с Владой переглянулись и хихикнули. Очень уж не подходил гиганту забавный, почти женский голосок. Мужчина прищурился.

– Смеёмся? В аудиторию не идём?

– Идём, – торопливо отозвалась Ника и шагнула в класс.

Мы с Владой не спешили следовать её примеру. Надо же проверить, что здесь бывает за непослушание.

– Подметень, будь добр, наведи порядок! – пискнул черноволосый.

Видимо, он пытался говорить грозно, но пищал, как мышь. А грозная мышь – это очень забавно. Во всяком случае, нам так казалось. Бородач стремительно скользнул в класс, как здоровенная мышка в норку.

В следующую секунду посреди коридора на нас налетел вихрь. Ураганный ветер растрепал волосы, забивался в нос, в уши, подталкивал под колени и давал пинков пониже спины. Я ощутила себя тараканом, который пытается бороться с гигантской метлой. В завываниях ветра четко слышались слова:

– Не опаздывать! Не хамить!

Вихрь впихнул нас одну за другой в класс и швырнул на стулья. Я еле успела схватиться за край парты, чтобы не свалиться на пол.

– Благодарю, – лучезарно улыбнулся бородач.

Ветер мгновенно стих, как будто его и не было. Похоже, всё ещё хуже, чем мне казалось. Я нервно пригладила растрепавшиеся волосы. За соседним столом Влада осторожно вытирала заслезившиеся глаза, стараясь не размазать по лицу тушь.

– Здравствуйте, – как ни в чём не бывало обратился к нам бородач. – Я – профессор Берестов, Анатолий Вадимович. Мы с вами будем встречаться на занятиях почти каждый день. За этот год я познакомлю вас с магическими существами и духами, которых можно встретить на территории нашей страны, и некоторыми из зарубежных. После вводных лекций мы будем учиться правильному общению с ними и, если это будет необходимо, их обезвреживанию.

Я хмуро слушала о домовых, банниках и овинных. Интересно, кто такой Подметень? Ни на одного из них он не похож.

– А к каким духам относится Подметень? – спросила в конце урока Влада.

– О, это тема для особого разговора, – пропищал профессор. – Позже обязательно расскажу подробно о нем и ему подобных. Пока могу сказать, что Подметень – олицетворённая сила природы. О таких, как он, упоминают редко. В каком-то смысле, силы природы – одно из самых грозных орудий, что существуют на земле.

– И вы его укротили? – недоверчиво спросила я.

– Разумеется, нет! Укротить такого духа невозможно, скорее, он способен укротить человека. Но тот, кто имеет разум выше человеческого, не станет стремиться к безраздельной власти, он всегда даст окружающим свободу выбора. Мы просто подружились. Подметень – дух сравнительно молодой, горячий, сам пока опасается своей силы, вот и решил пожить в филиалах академии, осмотреться.

– То есть, по коридору учебного корпуса летает неукротимый и вспыльчивый сильный дух?! – вырвалось у меня.

– Именно, – улыбнулся Берестов. – Но вам не о чем волноваться, Подметень бережно относится к людям.

– Ну да, как мы к муравьям – стараемся не затоптать, – хмыкнула Влада. – Замечательно безопасное учебное заведение – в коридоре молодой и горячий Подметень, в туалете – милашка в зеркале...

– О, вы уже познакомились с одним из телесных призраков Академии? – чему-то обрадовался профессор. – Если соблюдать правила, наши привидения совершенно безобидны.

– И сколько же у нас привидений? – едко поинтересовалась я.

– Признаюсь, не считал. Лучше спросите об этом у профессора Духовой.

Влада нахмурилась.

Да уж, всё идёт к тому, что бунтовать здесь бессмысленно. Попробуй сбежать с территории, которую охраняют Подметень и привидения! Впрочем, я сегодня вечером и попробую.

Профессор Духова оказалась тоненькой бледной блондинкой неопределённого возраста в бесформенном светлом одеянии. Она была гораздо больше похожа на привидение, чем зазеркальная дама.

– Привидение из зеркала? – пропела она, уставив на нас отсутствующий взгляд. – О, там их много, очень много. Но показываются обычно дама в коричневом – Аверинна – и старик Дионисий. Они не любят, когда кто-то слишком задерживается перед зеркалом и потому ревностно следят, чтобы ученицы не крутились в дамской комнате во время занятий.

– То есть старик подглядывает за нами в туалете? – возмутилась я.

– Разумеется, нет, – тонко улыбнулась Духова. – Он видит вас, только если вы стоите у зеркала. Вообще-то я хотела рассказать сегодня о бестелесных призраках, но, раз вы уже увиделись с Аверинной, для начала немного скажу о таких, как она. Есть маги, которые привязаны к жизни настолько, что выбирают форму существования телесного призрака. Они не считаются живыми, но они и не мертвые.

– Зомби! – громким насмешливым шёпотом прокомментировала Влада.

– Вампиры, – включилась я в игру.

Духова неодобрительно покачала головой.

– В зомби и вампирах нет ничего смешного, это порождения темнейшей магии, – бесцветным голоском произнесла она. – К счастью, на наших территориях их почти не встретишь. Такие маги, как Аверинна, не умирают, их почти невозможно уничтожить. Но существовать, как обычные люди, они тоже не могут. Несколько веков назад привязанные к земной жизни колдуны задействовали поистине чёрную магию зеркал, чтобы создать свой мир – мир для тех, кто не хочет расставания души с телом. Каждый маг волен отправиться туда, когда его душа собирается покинуть тело, но немногие выбирают путь через магическое зеркало. В том мире нет никаких законов, человек полностью свободен. А это очень вредно для души – когда главным законом становится: "Я так хочу". Внешне мир за стеклом зеркала прекрасен – там царит вечное лето, поселение окружают лес, море, горы. Но всё это пронизывают скука и ненависть. Скука – потому что там ничего не требуется делать, им ведь не нужно спать, отдыхать, есть, работать. И потому все усилия направлены на развлечения и удовлетворение различных желаний. Конечно, постоянно происходят стычки: столкновение желаний неизбежно. Если бы обитатели зеркального мира могли – они давно перебили бы друг друга.

– То есть из зеркала в любой момент может выскочить древний колдун, который подчиняется только своему "хочу"? – Ника боязливо поёжилась.

– Нет, это единственное ограничение для зеркальных призраков, – голос профессора зазвучал твёрже. – Им запрещено появляться в обычном мире.

– Но эта Аверинна вылезала из зеркала, – возразила Влада.

– Они могут показаться на минуту-другую, не больше того. Иначе их ждёт смерть – наш мир не приспособлен для зазеркальных колдунов. А теперь поговорим о настоящих привидениях или призраках, как их ещё называют...

Влада демонстративно зевнула. Я развалилась на стуле. Взгляд Ники стал откровенно скучающим. Что нового Духова может рассказать нам о призраках? Любая ведьма знает о них с детства и большинство лично общались с привидениями. Подвал нашей пятиэтажки ещё до моего рождения облюбовал призрак – безумная гадалка, которая искренне считает, что без её предсказаний мир не обойдётся. Обычным людям она не показывалась, но иногда прозрачная старуха вплывала в нашу квартиру и пыталась предсказать кому-нибудь будущее. Чаще всего её успевал перехватить Шуршаня, я периодически слышала, как они болтают в какой-нибудь пустой на тот момент комнате. Да и вообще где только не встретишь привидений! В кафе, в кинотеатре, в обычной школе… Я даже в паспортном столе заметила серьезного прозрачного дяденьку, он пытался шуршать бумажками на столе у чиновницы. Женщина его, правда, не видела, но нервно косилась на шелестящие сами собой документы.

– Каждый год одно и то же, – произнесла Духова, возведя взгляд к потолку. – И каждой молодой ведьме кажется, что она знает не меньше, чем профессор Академии. Ну что ж, у вас будет возможность доказать свои познания. Ваше первое задание – реферат на тему «Призраки – их происхождение, типы поведения и внешние отличительные признаки». Объем не меньше десяти страниц, сдать нужно будет послезавтра.

– Здесь есть работающий компьютер? – встрепенулась Влада.

Я воспряла духом. Если тут есть возможность выйти в интернет, я смогу хотя бы написать Никите и отменить встречу под каким-нибудь благовидным предлогом. А ещё я свяжусь с родителями и напишу всё, что думаю об их обмане и об Академии. Хотя нет, лучше попробую достать что-нибудь запретное, надо только сообразить, к кому обратиться и как передать в Академию контрабанду.

– Конечно, нет, — пропела Духова, мгновенно разрушив все мои планы. – Все задания выполняются без новомодных штучек вроде интернета. Представляю, какую чушь там пишут о призраках! Реферат должен быть написан от руки, бумагу и ручки вам в комнату доставят домовые. Впрочем, всё это можно будет найти и в нашей библиотеке.

– Ручки? — не удержалась я. – Хорошо, что не перья!

– О, отмена перьев – это больной вопрос. По мнению всех профессоров, она могла поспособствовать падению уровня образования, – неодобрительно заметила профессор. – Но мы всё же пошли на эту уступку по настоянию ректора Гелероида. Литературу для реферата вы найдёте в библиотеке в подвале Академии. Анфиса покажет, где искать нужные книги. А теперь поговорим о призраках в связи с магическим правопорядком. Главное правило для привидения – его не должны видеть обычные люди. Желательно, чтобы призраки вообще не выдавали своего присутствия, но – увы – этот закон нарушается чаще всего.

– Значит, если мне дома надоедает привидение, то оно нарушает закон? – оживилась Ника.

– В вашем случае – нет, – безмятежно ответила Духова. – Насколько мне известно, ваш домашний призрак обитает в доме с разрешения ваших родителей и выполняет их поручения, напоминая вам о диете или работая вашим личным будильником.

Ника покраснела. Мы с Владой хмуро переглянулись. Похоже, заботливые родители составили на Нику досье для Академии. Не удивлюсь, если информация у профессоров есть и на меня, и на Владу.

– Вашей первой практической задачей будет научиться утихомиривать расшалившихся или, что хуже, разъяренных призраков и отправлять их в тихое место, где никто их не увидит и не услышит. В идеале, конечно, надо убедить их отправиться дальше, пройти путь, положенный любой душе, но это получается очень редко. Практика сначала будет проходить с призраками Академии, они ждут-не дождутся своей любимой игры в нарушителей законов. Позднее каждой из вас представится случай применить свои знания в обычных городских или сельских условиях. Я уже присмотрела для вас несколько подходящих объектов. Один призрак регулярно хулиганит в ночном клубе – помешивает ложечкой кофе, звякает бокалами, дышит кому-нибудь в затылок. В общем-то ведёт себя безобидно, так что вполне может вас дождаться. Ещё один нервирует сотрудницу паспортного стола: в своё время эта дама довела его до сердечного приступа, ставшего причиной его смерти. В принципе, это допустимое поведение, так как призрак больше ни перед кем не выдаёт своего присутствия. Но годами это продолжаться не может, пусть или отправляется к даме домой и продолжает мстить там, или уходит дальше. Допускаю, что он согласится покинуть мир привидений, достаточно потрепав нервы своей невольной убийце.

Наверняка Духова говорит о том самом серьёзном дяденьке, на которого я обратила внимание в паспортном столе. Мне он показался совершенно безобидным, а вот сотрудницу действительно сильно нервировал. Что ж, имеет право, раз она виновата в его смерти. Профессор продолжала перечислять сравнительно безобидных привидений города и области, на которых мы через какое-то время сможем попрактиковаться. Я слушала вполуха, прикидывая, как можно удрать вечером из Академии. Задача, конечно, сложная, сбежать отсюда наверняка пытаются часто, и меры предосторожности приняты все, какие только можно. Стоит сделать шаг вправо или влево, и домовые тут же донесут на меня кому следует. Плюс зеркальная дамочка, плюс Подметень, который просто сдует меня назад в комнату. Ну, допустим, я выберусь во двор. Какие там могут быть ловушки, кроме страшников?

Задавать вопросы в открытую не имеет смысла, вряд ли кто-то из профессоров подскажет слабое место в охране Академии. Я надеялась что-то выяснить во время обещанной экскурсии по учебному корпусу, но её вёл всё тот же Гелероид. Профессор всячески подчёркивал, что покинуть территорию без разрешения не удавалось никому из адепток со дня основания Академии.

– А когда она была основана? – поинтересовалась Влада.

Как оказалось, двадцать четыре года назад. Не такой уж большой срок, надо сказать. Если бы отсюда никто не смог выбраться за несколько веков, это прозвучало бы более серьёзно. Гелероид водил нас по коридорам, демонстрируя учебные аудитории, упомянул прачечную общежития, в которой можно попрактиковаться в бытовой магии, и комнату для проглаживания белья.

– А домовые Академии чем занимаются? – не удержалась я.

– А домовые, Щепочкина, следят за порядком в коридорах, учебных аудиториях и комнатах профессоров. Адепткам нужно уметь обходиться без помощников, – противно хихикнул Гелероид, ковыляя дальше. – Здесь лестница, ведущая в библиотеку, но туда заходить мы сейчас не будем. Анфиса сама вам всё покажет, когда спуститесь к ней. Вот здесь у нас хранятся травы для простых учебных зелий…

Я перехватила заинтересованные взгляды Влады и Ники в сторону шкафов с многочисленными ящиками. На каждом были указаны название травы и дата её сбора. Наверняка девчонки уже прикидывают, что здесь можно использовать не для учебных целей. Я бы, например, на всякий случай подлила Гелероиду зелье-остуду, чтобы не интересовался никем из нас. Не нравятся мне заинтересованные взгляды этого старого пенька. Впрочем, на травах наверняка стоит какая-нибудь хитрая защита, чтобы их не таскали отсюда в личных целях.

За обедом я хмуро ковыряла ложкой фасолевый суп, рядом ждала своей очереди порция гречки с какой-то овощной икрой. Я понимаю, что Нике не помешало бы сбросить вес, но нас-то зачем сажать на диету? Оксана с подругой на этот раз получили такой же суп на воде с каким-то растительным жиром и гречку. За третьим столом расположились Гелероид, Берестов и куратор Андрей. Я раздражённо отметила, что они едят солянку на первое и аппетитные отбивные на второе. Ну и где справедливость?

– Профессор Гелероид, – громко заговорила Влада. – Можно узнать, чем объясняется наше скудное меню? Насколько мне известно, обучение в Академии оплачено родителями адепток и питание входит в общий счёт.

– Прекрасно, дорогая, – Гелероид просиял улыбкой. – У вас определённо есть задатки правозащитницы. Вашими родителями действительно оплачено здоровое, полезное питание. А отказ от мясного, жирного и сладкого может поспособствовать развитию магических способностей. Ну и разумеется в Академии действует запрет на различные конфеты, жевательные резинки, сигареты и алкоголь.

Чем дальше, тем больше неприятных открытий. Ну ладно, с табаком и алкоголем ясно, и меня эти запреты вообще не волнуют, я в этом плане исключительно за здоровый образ жизни. Без жвачки тоже спокойно обойдусь. А вот какой садист придумал запретить конфеты?

Дальше меня ждала практическая работа с куратором. Как оказалось, так называется катание вокруг Академии на «ласточке» Андрея. Ну что интересного нарезать круги на старой машине вдоль высокого забора? Заговор на удачную дорогу я запомнила быстро, тем более что куратор заставлял повторять его после каждого круга.

– А теперь своими словами – от чего защищает этот обережный заговор? – скучающим голосом спросил Андрей.

– От поломок в пути, дорожных пробок, аварий, злых глаз и «стражей, до денег жадных», – я хмыкнула. – В общем, от всех неприятностей. Кстати, от пешеходов, которые считают себя бессмертными и бегают через дорогу, где захотят, тоже защищает?

– Сказано же – от аварий, – равнодушно ответил куратор. – Значит, и от таких случаев тоже. Учти, если ты будешь просто так, из хулиганства нарушать правила, от штрафов заговор не защитит. Хотя если что-то придётся нарушить по работе – и глаза всем, кому надо отведет, и дорожным видеокамерам помехи создаст. Но обычно в нарушениях нет необходимости. Давай-ка сделаем ещё круг.

– Андрей, мы будем кататься тут кругами все четыре часа? – сдержанно спросила я, вспомнив о времени занятий.

– Сколько нужно, столько и будем, – отрезал он. – Когда увижу, что ты уверенно себя чувствуешь, проедемся по проселочным дорогам, где движение поменьше. А пока будем разбираться с теорией вождения. Адептки обычно через полгода обучения получают водительские права, и теорию в любом случае нужно выучить.

Я хмуро слушала бесконечные правила дорожного движения. Интересно, куратор действительно думает, что я запомню всё это с одного раза? Эх, вышел бы он из своей «ласточки» хоть на минуту! Уверена, что с обережным заговором я без проблем добралась бы до кинотеатра и встретилась бы с Ником. Долго бегать, конечно, не получится, но я успела бы посидеть с парнем в кино, как-то объяснить ему свое исчезновение на ближайшее время и задействовать заклинание-незабудку – чтобы Никита не забывал и ждал меня. Всё бы хорошо, только будет ли у меня возможность сбежать от куратора на древнем «Запорожце»?