Ухватившись за подол платья маленькими пальчиками, я неслась по дороге из брусчатки на встречу вишневому саду, деревья которого, словно дисциплинированный отряд, выстроились на мелькающем впереди холме. Порывы ветра били по моему разрумянившемуся лицу, а медные пряди одна за другой выбивались из растрепанной от бега прически.
Взбежав наверх, я споткнулась о камень, но каким-то чудом сумела устоять на ногах. Остановилась, переводя дух от долгого бега и восстанавливая дыхание. В отдалении послышался возмущенный окрик моей нянечки, которая, кляня на чем свет стоит «бесстыжую девчонку», громко обещала выпороть меня как следует, не посмотрев на то, что я дочь ее достопочтенного лорда.
Я хихикнула и юркнула за ближайшее дерево, обхватив руками ствол. Мадам Дебора скрылась в оранжерее, и я уже было собралась облегченно выдохнуть, как вдруг услышала торопливые шаги и шелест листвы под ногами.
- Ой, - пискнула я и, поспешно задрав раздражающе длинные полы платья, поставила ножку на нижнюю ветку дерева и подтянулась вверх.
Maman разразилась бы гневной тирадой, застав меня за таким «совершенно недопустимым для приличной девочки занятием», как лазанье по деревьям. И в наказание посадила бы меня за вышивку на несколько дней.
От этой мысли я скорчила рожицу.
Я ненавидела вышивку. Ненавидела нудные уроки этикета и долгие часы в бальном зале.
Но подобная перспектива грозила стать реальностью, если мистер Рональд, наш управляющий, уже виляющий между деревьев в поисках маленькой госпожи, обнаружит меня прямо сейчас.
Поэтому, перехватившись поудобнее, я вскарабкалась выше и скрылась в кроне цветущей вишни, мысленно воспевая оды своему старшему брату, который, вопреки запрету родителей, научил меня карабкаться по деревьям. Платье цвета пыльной розы позволило мне слиться с вишневыми лепестками. Рональд сделал еще несколько кругов вокруг ближайших деревьев. Мои туфли, совсем не предназначенные для того, чтобы карабкаться по деревьям, сильно скользили. К моему ужасу, именно в тот момент, когда управляющий остановился недалеко от меня, правая нога соскользнула, и я, тихо пискнув, сильнее ухватилась за ствол. От этого движения розовые лепестки взметнулись и дождем плавно опустились на траву. Я замерла, наблюдая как Рональд медленно поднял голову, и его взгляд остановился на том самом месте, где в цветах вишни скрывалась я. Но он с все тем же невозмутимым видом развернулся и снова двинулся обратно к дому.
Из моей груди вырвался облегченный вздох.
Выждав несколько минут и убедившись, что вновь осталась одна, неспеша спустилась обратно. Стоило моим ногам коснуться земли, я рассеяно поправила платье и бросилась дальше, пересекая вишневый сад. Прямо за ним, уже на открытом пространстве, выстроенные в ряд стояли три мишени, на которых отец учил брата стрельбе из лука. А брат, в свою очередь, учил меня. Я подняла деревянный лук, приставленный к одной из мишеней, вытащила стрелу из стоявшего здесь же колчана.
Сегодня. Я сделаю это сегодня.
Отойдя на отмеренное расстояние, я отработанным движением подняла лук с натянутой тетивой.
Я докажу папе и maman, что я способна защитить себя самостоятельно и не нужен мне для этого муж! Пусть даже и через несколько лет. Особенно такой, как Кристиан Лайтвуд! Этот заносчивый, вредный мальчишка, смеющийся над моими веснушками и ростом, всего-то на пару сантиметров превышающим рост моих сверстниц. Ну и пусть! Меня совершенно не волнует его мнение о моей внешности!
Прицелившись, я выпустила стрелу. Со свистом она пронзила мишень с правой стороны.
Почему взрослые вообще решают, за кого мне выходить замуж?! И зачем вообще это делать? Я прекрасно справлюсь сама.
Вжух.
Защитить себя я смогу и без помощи какого-то там мужа. И неважно, что у меня еще не проявилась магия! Я вполне способна справиться без нее.
Вжух. Третья стрела вылетела из-под моих пальцев и вошла в мишень ровно по центру.
- Так-то! – воскликнула я, аж подскочив от восторга.
- Неплохо, но все еще неидеально.
Вздрогнув, я обернулась и столкнулась глазами с отцом. Ангус Хейден стоял в паре метров от меня с совершенно невозмутимым выражением лица. Как всегда. И что самое страшное, по его виду мне никогда не удавалось понять, в каком он настроении. О масштабе наказания за сорванный урок истории, к которому отец относился с особым трепетом, я могла только догадываться. За то, что я своим побегом оторвала его от работы, и он пришел за мной сам, меня тоже по головке не погладят. Но отчаянно стараясь скрыть подступающий страх, я лишь недовольно насупилась.
- Почему это? Я попала прямо в центр! – указала пальцем в сторону еще подрагивающей стрелы в центральном кольце.
- С третьей попытки, - оттолкнувшись от ствола одной из вишен, отец подошел ко мне, - С третьей, Аделин! В настоящем бою у тебя будет только одна.
- Но папа… Я же всего …
- Нет, - присев передо мной на корточки, папа взял меня за руки и посмотрел в глаза, - Помнишь, что я тебе говорил? Да, сейчас ты только учишься, и твои наставники прощают тебе многие ошибки, списывая на юный возраст, пол и отсутствие опыта. Но в настоящем бою поддаваться тебе только из-за того, что ты меньше, слабее и неопытнее, никто не станет. Наоборот, враг использует твои же слабости против тебя. Не приучай себя и свой разум к тому, что тебе будут идти на уступки. Потому что этого не будет. Не тогда, когда на кону стоит лишь одна жизнь. Запомни это, Аделин.
Папа говорил такие вещи, которые девятилетний ребенок еще не способен воспринимать в полной мере, но его голос, голос председателя совета, второго человека в Луксории – нашем государстве, проникал в голову, цепляясь за мозг, словно клешнями. Поэтому теперь сказанные им слова засели так прочно в моей голове, что даже если бы я хотела, не смогла бы вытащить их оттуда даже силой. Мне оставалось только согласно кивнуть.
Взгляд отца словно прожигал меня насквозь, в глазах явно читалось невысказанное еще недовольство моим побегом. Мне до дрожи хотелось отвести глаза, но я не шелохнулась.
К моему удивлению, отец сдался первым. Его взгляд в одно мгновение смягчился, и он провел рукой по моим волосам.
- Ну, а теперь расскажи мне, дочь, что заставило тебя набраться такой смелости, чтобы сбежать из-под носа мадам Деборы прямо посреди занятия? И прибежать сюда вместо того, чтобы подождать пару часов и отправиться на занятие по стрельбе согласно расписанию, не переполошив весь дом?
Теперь уже я не смогла удержаться от того, чтобы не опустить голову и не уставиться взглядом на носки своих туфелек.
- Ну? – жесткие пальцы приподняли мою голову за подбородок, заставляя вновь посмотреть на отца.
Собравшись с духом, я выпалила:
- Вчера я совершенно случайненько услышала ваш разговор с господином Лайтвудом. Ты сказал, что согласен на мой брак с его сыном. Вы не называли имен, но я прекрасно знаю, что в их семье только один сын, и это Кристиан! Этот противный мальчишка, который все время смеется надо мной! – я резко схватила папу за руки, и постаралась состроить самое жалобное выражение глаз, на которое только была способна, - А еще Коллин! Он вообще забывает про меня, когда к нам приезжает этот Лайтвуд! Он украл у меня брата, папа! Зачем мне такой муж, от которого я только страдаю?! Я не хочу за него замуж! Я вообще не хочу, чтобы у меня был муж! Не хочу, не хочу, не хочу! – на последнем слове мой голос сорвался, а слезы фонтаном брызнули из глаз.
Я хотела было даже для полного эффекта застучать ногами в истерике, но тут папа резко меня встряхнул.
- Аделин! – холод в глазах отца прошиб меня насквозь, - Разве я не говорил тебе, что подслушивать чужие разговоры неприемлемо, а МОИ – и вовсе запрещено? Если мое предупреждение выпороть тебя за это не возымело нужного действия, мне придется воплотить его в жизнь. Особенно после твоего побега с урока истории.
Если кого-то и могло это напугать, то я, то ли от глупости, то ли от упрямства, только вздернула нос. Да, я боялась того, что отец и правда может отхлестать меня розгами, тем более что однажды он уже это сделал, но эту боль можно вытерпеть, она длится недолго, а вот провести с Кристианом Лайтвудом всю жизнь – вот чего я боялась больше угрозы наказания.
Поэтому, упрямо поджав губы, я буркнула:
- Я не выйду замуж, папа! Ни за кого!
- Все приличные девушки обязаны быть при муже, Аделин! – отец поднялся, - И рано или поздно это случится и с тобой.
- Но почему? – не унималась я, - Госпожа Лиара ведь не замужем!
- Госпожа Лиара – потомственный офицер. Она приняла решение посвятить свою жизнь защите нашего государства.
- Но почему я тоже так не могу? Ты же видел, как я стреляю! Да, не так как ты, но я научусь. Тем более, что maman говорит, что муж нужен женщине для защиты, но я уже могу сама себя защитить, - я указала на мишень, в которой все еще красовались мои стрелы, - Видишь? Именно для этого я и…
- Дело не в защите, - перебил меня отец, - У каждого свой долг, Аделин. И ты обязана это уяснить. Твой брат, как старший наследник, отправится служить на границу. Твое же предназначение – обеспечить продолжение рода. Сильного рода. И Кристиан Лайтвуд подходит для этого как нельзя лучше. Драконья кровь усилит нас и обеспечит безопасность будущим поколениям. В первую очередь, тебе и твоим детям.
- Но…
- Все, госпожа Хейден. Теперь, будьте добры, отправляйтесь на урок. И не забудьте извиниться перед госпожой Деборой за свой побег.
Не дождавшись моего ответа, отец развернулся и пошел прочь со склона. Я же, охваченная жгучей обидой, швырнула лук в сторону, и скрестив руки на груди, плюхнулась попой прямо на траву.
Стоило догадаться, что спорить с отцом – совершенно бесполезная затея. Он всегда исполняет то, что задумал, и мнение других его не заботит. Уверенность председателя Хейдена ничто не может поколебать, ровно, как и принятые им решения, не имеющие срока давности. Даже людьми он торгуется, словно товаром. Пусть даже этот товар – его собственная девятилетняя дочь.
И пусть во мне все еще не проснулась магия, но вы, папенька, забыли, что я тоже ношу фамилию Хейден. А все ее представители еще никогда не отступали от своих решений.
10 лет спустя
Июнь.
- Шасс тебя побери, Аделин, ты меня с ума сводишь! – простонал Лиам, прижимая меня к холодной стене конюшни.
- Ты уже говорил это минуту назад, - я схватила мужчину за воротник его куртки и притянула вплотную к себе, впиваясь в его губы своими, - Такими темпами мы далеко не продвинемся.
Я обхватила его шею руками и подтянувшись, ногами обняла бедра, отчего моя юбка задралась гораздо выше, чем того позволяли приличия.
Лиам застонал и его пальцы сжались на моих бедрах. Я зарылась пальцами в его соломенные волосы и, спустившись губами к чувствительному местечку на шее, оставила там заметный след.
Лиам оттолкнулся от стены и, качаясь из стороны в сторону, под негромкое ржание лошадей, нетвердыми шагами двинулся вглубь помещения. В этот момент я взмолилась всем богам, чтобы парень все же удержался на ногах и не уронил меня раньше времени. С его тощим телосложением такое вполне могло произойти. Но, к моему счастью, он наконец остановился и не слишком аккуратно опустил меня на стог сена. А его руки продолжили блуждать по моему телу.
Я подавила возникшее внутри отвращение. Да, из Лиама любовник, как из коровы – дракон.
При очередном слюнявом поцелуе мне до боли захотелось оттолкнуть мужчину от себя и забыть об этом происшествии как о страшном сне. Но мое упрямство всегда было сильнее меня. Так же, как и чувство свободы, которую мне на протяжении моих двадцати лет приходилось буквально выторговывать у отца всевозможными способами, включая подобные спектакли. И он же на своем примере показал, что цель оправдывает средства. Этому я хорошо научилась.
Поэтому, стиснув зубы, я искусно делала вид, что таю от ласк Лиама, пока он неуклюже пытается добраться до моей груди. Его пальцы легли мне на спину и тщетно пытались справиться с застежками.
- Давай я сама, - поняв, что с этой задачей парню точно не справиться, я чуть приподнялась и расшнуровала завязки на платье, припуская его с плеч. Как хорошо, что я редко ношу корсет. Такая задача точно была бы Лиаму не по силам. При виде моей оголенной кожи его глаза зажглись голодным жадным огнем. Конечно, он ведь и подумать никогда не мог, что, будучи сыном простого артефактора, удостоится чести переспать с дочкой самого председателя Совета, главы клана магов, вторым человеком во всей Луксории. Я бы, честно, тоже не подумала. Но на войне все средства хороши. Скажем за них «спасибо» Кристиану Ингмару Лайтвуду. Перспектива нашего с ним замужества толкает меня на невероятные вещи.
Надеюсь, я вскоре от нее избавлюсь. А если нет… Ну, по крайней мере, у меня будет еще месяц, чтобы придумать новый план.
Не давая себе возможности передумать, я обняла Лиама за затылок и притянула к себе, снова впиваясь губами. Потянула его за собой, ныряя в стог сена. Сухая трава взметнулась от веса наших тел и застряла в моих волосах. Я потянулась к ремню на брюках Лиама, краем глаза поглядывая на специально оставленные мной приоткрытые ворота конюшни и нарочито громко постанывая. Отец должен был появиться с минуты на минуту, поэтому мне стоило поторопиться. Он будет зол. Нет, он будет в бешенстве. Может, даже лишит меня наследства и отправит на вольные хлеба. Пусть. Я смогу о себе позаботиться. Как в финансовом, так и в физическом плане. Главное, что я буду свободна. Свободна от этого дурацкого замужества, к которому нас с Кристианом принудили, когда мы были детьми. Скорее всего, после такого позора я вообще никогда больше не выйду замуж. Но я к этому и не стремилась. Единственное, чего я искренне желала – иметь свой собственный спокойный уголок, где я смогу быть предоставлена сама себе без постоянного надзора и указаний, как следует строить свою жизнь девушке высокого рода. Пусть это будет маленькая хижина где-нибудь на отшибе, съемные комнаты или чердак – неважно. Даже крохотная каморка может принести счастье, если в ней тебе не будут постоянно диктовать условия и напоминать о долге. А сменить одного надзирателя на другого – нет, спасибо.
Справившись с застежкой ремня и уже приступив к пуговицам брюк, я услышала приближающиеся шаги. К счастью, услышала только я, так как Лиам был полностью занят ощупыванием моей задницы.
Рано. Слишком рано!
Я мгновенно ускорилась и рванула края его брюк так сильно, что две пуговицы отлетели в сторону. Сдернула брюки вниз и пораженно застыла.
- Принцесса, ты такая нетерпеливая! – промурлыкал Лиам, наклоняясь к моей шее.
Я тихо пискнула и зажмурилась, всеми силами стараясь стереть из памяти то, что я только что узрела у Лиама между ног. Как хорошо, что в этот момент он не видел моего лица! И это… это я должна… оно должно… Святая богиня Аэронвен, помоги мне это пережить и не свихнуться!
Тем временем Лиам уже задрал мою юбку аж до талии и потянулся к моему белью, как вдруг позади него послышался скрип тяжелых ворот.
- Госпожа, ваш отец просил передать, чтобы вы его не ждали и возвращались в дом. До праздничного ужина он останется в кабинете. Из здания совета пришла срочная депеша и… Лиам?!
- Проклятье! – выругалась я, услышав вместо отцовского голоса голос своей камеристки Луизы.
Глаза Лиама распахнулись, и он ошеломленно уставился на меня. А в следующую секунду мужчина подскочил и принялся неуклюже натягивать брюки. Я облегченно выдохнула, когда почувствовала, как его вес перестал на меня давить.
- Аделин? Что… происходит?
- Г-госпожа?!
Воскликнули одновременно Луиза и Лиам. Две пары глаз тут же уставились на меня.
Вот же шасс! Подстава хуже некуда. Теперь мой гениальный, хоть и не очень приятный план с треском провалился!
Ну почему… почему именно сейчас? Именно сегодня мой до омерзения педантичный папочка решил нарушить установленный им же распорядок дня и поменять планы?! В свое время даже сообщение о прорыве границы не заставило его перекроить четко составленное расписание.
А ведь я продумала почти все! Хотя, кажется, главное слово здесь – «почти». Но до этого момента, еще никогда, никогда за тринадцать лет папа не пропустил ни одного нашего выезда верхом. И почему это злосчастное «все когда-то случается в первый раз» случилось именно сегодня?! От обиды мне хотелось выть.
Но вместо этого я с невозмутимым видом только оправила платье-амазонку, настолько, насколько это было возможно в данной ситуации, вытащила солому из волос, и обыкновенно пожала плечами.
- Аделин? – Лиам все также прожигал меня взглядом, при этом поддерживая свои брюки без пуговиц, которые затерялись среди сена.
Я перевела взгляд с него на неуютно переступавшую с ноги на ноги Луизу. Девушка поняла, что застала картину, не предназначавшуюся для ее глаз, но не имела понятия, как выйти из ситуации.
- Луиза, - обратилась я к ней совершенно беззаботным тоном, - Спасибо, что оповестила меня и не заставила томиться в напрасном ожидании. Можешь идти.
В конце концов, камеристка не виновата. Если отец и правда решил остаться в кабинете, то даже хорошо, что Луиза явилась сюда, причем - вовремя. Не хотелось, чтобы моя жертва была напрасной. Особенно такая. Мнение людей меня, конечно, мало волновало, но прослыть проституткой за просто так – перспектива весьма скверная.
Благо, Луиза не была болтушкой - знала, чем ей может это грозить - и я могла быть почти уверена, что к вечеру среди домочадцев не расползутся нелицеприятные слухи.
Хотя поговорить с ней не мешало бы.
Девушка тем временем неуверенно присела в книксене и уже было двинулась обратно к воротам, но тут замерла и вновь обернулась ко мне.
- Ад… Аделин… Госпожа Оливия…, - заметно заикаясь, проговорила она.
- Ищет меня? Скажи, я скоро подойду.
На этот раз Луиза только кивнула и выскочила на улицу.
Я обратила свой взгляд на пыхтящего Лиама. Казалось, еще немного и из его ноздрей повалит дым.
- Что? – я скорчила самое невинное выражение лица и, как ни в чем не бывало, принялась зашнуровывать завязки на платье.
- Я правильно понял, что твой отец мог завалиться сюда с минуты на минуту?... В ту самую минуту, когда мы с тобой… занимаемся этим?!
Врать и отнекиваться уже не было смысла. Лиам хоть и имел статус гораздо меньше моего, но дураком уж точно не был. За те восемь лет, что мы знакомы, я успела в этом не раз убедиться. Поэтому в ответ я вновь просто пожала плечами, задумчиво отряхивая подол.
- Мог.
- И ты знала об этом? – его карие глаза недобро прищурились.
- Знала.
С минуту мужчина просто пораженно смотрел на меня. Потом нервно запустил пальцы левой руки себе в волосы. Правой он все еще поддерживал свои штаны.
- Аделин! Шасс тебя побери! Да ты… ты хоть представляешь, чтобы он со мной сделал за то, что я прикоснулся к тебе?!
Я поднялась на ноги.
- Ой, да брось! Ничего бы он не сделал. По крайней мере – тебе.
- Ошибаешься, - Лиам отшатнулся от меня, когда я шагнула к нему, чтобы помочь закрепить брюки хотя бы ремнем, - Да он вздернул бы меня на виселице!
- С чего ты взял? – я замерла в полуметре от него, - Он бы не посмел. Да, мой отец – хладнокровный и расчетливый чурбан, но казнить человека только за то, что…
- Да, Аделин! Да! – голос Лиама сорвался, — Именно это он бы и сделал! И если ты считаешь по-другому, значит, плохо знаешь своего отца. Он – председатель. Он – власть, а власть никогда не делает ничего просто так, даже если дело касается его детей! Всем известно, что вы с Лайтвудом помолвлены! Об этом было объявлено, еще когда мы с тобой были детьми. И если бы господин Хейден…, - тут он резко замолчал, и я прямо услышала, как шестеренки суматошно крутятся в его голове. В следующий миг его лицо приобрело устрашающее выражение, и он с ненавистью посмотрел на меня. Шестеренки встали на место, - Только не говори мне, что ты специально все это затеяла только для того, чтобы расстроить свадьбу?
- Я бы не позволила отцу причинить тебе вред!...
Чувство вины, которое в принципе довольно редко меня посещало, сейчас обрушилось с удвоенной силой. Мы с Лиамом не были близкими друзьями, скорее просто знакомыми – мой отец заключил с его отцом сделку об изготовлении и поставке артефактов в здание Совета. Некоторые вещи Ангус Хейден покупал у него же для семьи, поэтому время от времени мы с Лиамом пересекались и проводили время вместе. Я знала, что нравлюсь ему и решила обернуть этот факт в свою пользу. Упорно убеждала себя, что от этого никто не пострадает, ведь, если Лиам и правда питал ко мне какие-то чувства, то явно был не против со мной переспать. Таким образом я бы даже сделала ему одолжение. Но тут меня осенило. В глазах Лиама, где сейчас плескалась обида, все выглядит так, будто я его просто использовала. Хотя, на деле, наверное, так и было. Но отступать и раскаиваться в своих деяниях было поздно. Отец всегда учил меня никогда не жалеть о своих решениях и поступках, даже самых сумасшедших. И я всегда хорошо усваивала его уроки. Успокоив себя этой мыслью, я с вызовом подняла глаза на Лиама.
- Ты затеяла все это только для того, чтобы расстроить свадьбу! - обреченно выдохнул он, - Проклятье, как я сразу не догадался?! Как ты могла, Аделин?!
- Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Лиам. Ты все равно меня не поймешь, - я прошла мимо него и подняла с земли свою ленту, которую Лиам сдернул с меня несколько минут назад. Отряхнула ее от песка и наспех собрала волосы, - Тем более, что ты сам был очень даже не против, разве нет? По крайней мере, твой…кхм… твое тело говорит само за себя.
Я кивком указала на выпирающий бугор у него между ног.
- Какая же ты все-таки дрянь, Аделин Хейден! – выплюнул Лиам. Глаза его метали молнии, - Копия своего отца.
Сказав это, он поспешно заправил рубашку в брюки, и, развернувшись на каблуках, вылетел из конюшни.
- Трус! – выкрикнула я ему вслед только для того, чтобы последнее слово осталось за мной. В ответ на это тяжелая дверь с грохотом закрылась, оставив меня в тишине, нарушаемой только редким ржание лошадей.
Да, где-то в глубине души я чувствовала, что Лиам прав, но отчаянно не желала это признавать. А я ведь и правда не подумала о том, что могу поставить его под удар. При этой мысли кошки на душе заскребли сильнее. Все-таки над составлением планов мне необходимо еще поработать. И над оцениванием рисков тоже.
Наверное, стоило извиниться перед ним, а не смеяться и посыпать оскорблениями. Но я никогда не умела это делать. Я вообще никогда не была ангелом, не была послушным ребенком. Количество сбежавших от меня гувернанток перевалило за десятичное число. Одна мадам Дебора смогла меня выдержать. Может быть потому, что, по ее словам, она и сама в детстве обладала невыносимым характером. Исходя из этого я привыкла, что каждый норовит сорвать на мне злость и придумать выражение пообиднее. Но Лиам переплюнул всех моих злопыхателей вместе взятых.
Я со злостью пнула валявшийся неподалеку камешек, и он с глухим стуком врезался в стойло. Лошадь заржала и нервно забила копытом, но быстро успокоилась, когда я погладила ее по носу. После я тихо вышла на улицу, стараясь держаться в тени.
Копия своего отца.
Мне казалось это невозможным. Стать подобной Ангусу Хейдену – наименьшее, чего бы я хотела в своей жизни. Но, видимо, гены из крови не выгрызешь.
Что-либо менять было уже поздно. Максимум, что я могла бы сделать – это подождать пару дней, пока Лиам остынет, и извиниться перед ним. Ну или пару недель… Нет, лучше месяцев, чтобы наверняка. И пусть любовником Лиам и впрямь был никудышным, но как друг, даже просто знакомый, все же получше многих.
В дом я прокралась незаметно, через излюбленный мной черный ход на кухне. Я могла бы, конечно, зайти и через главные двери, но на душе было паршиво – то ли из-за неудавшейся затеи, то ли из-за ссоры с Лиамом. В любом случае, сейчас мне хотелось бы видеть как можно меньше людей.
На кухне царила настоящая суматоха. Повара и кухарки носились туда-сюда и их думы были полностью заняты приготовлением праздничного ужина. В помещении было невыносимо жарко и почти ничего не видно из-за стоящего здесь дыма. В воздухе витал запах запеченной курицы, жареного картофеля и черничного пирога, приготовленного, судя по всему, специально для меня. Я повела носом, и как только смесь запахов проникла в мои ноздри, в животе издевательски заурчало. Но не обратив на это внимания, я по стеночке пересекла комнату, прихватив при этом румяное яблоко со стола, и приветственно кивнула единственной заметившей меня кухарке Лоле. Она улыбнулась в ответ и жестом указала на блюдо с брускеттами, мол, возьми поешь еще что-нибудь, но я покачала головой и прошмыгнула из кухни в столовую.
Я любила Лолу. В отличии от матери и приближенных слуг, вообразивших, что имеют право меня воспитывать наравне с родителями и наставниками, она никогда не ругалась, когда я воровала что-то с кухни посреди ночи или сидя рядом с ней, ела торты руками, облизывая пальцы. И даже иногда наливала мне полбокала вина, если я бродила ночами по дому, не в силах заснуть после очередного кошмара.
Мне удалось незаметно подняться на второй этаж, не попавшись на глаза maman. Она была бы в ужасе от моего растрепанного вида, а потом весь оставшийся вечер читала бы мне нотации. К счастью, сейчас она была занята более важными делами – контролировала работу слуг и подбирала цветовую гамму скатерти, подходящую под цвет посуды на столе. Ну, или наоборот.
Шагая по длинному коридору мимо жилых комнат и поедая яблоко, я слышала громкие голоса пребывающих гостей внизу. Но ни один из них не принадлежал Кристиану или его отцу. Конечно, я не видела младшего Лайтвуда уже несколько лет, с тех пор как ему исполнилось двадцать, и он уехал учиться в академию военно-магической подготовки. И хоть это было четыре года назад, не думаю, что его голос, впрочем, как и он сам, сильно изменились.
Могли ли ему отменить увольнительную вопреки указу его отца? Или он сам принял решение не появляться сегодня у нас? Все же, как я помню, Кристиан хоть и был гораздо благоразумнее меня, но также не горел желанием связывать со мной свою жизнь брачными узами.
Впрочем, ни одна из причин меня не волновала. Его отсутствие было мне только на руку. Я могла бы разыграть еще один спектакль. Только вот…
Я вновь прислушалась, стараясь из всего этого гомона вычленить родной голос брата. Но его тоже не оказалось в доме.
Приехал или тоже задерживается? Может, я его просто не услышала? Нет, это же Коллин. Будь он тут, мне не пришлось бы искать его по всему дому, он сам бы меня нашел, и я уже повисла бы на его шее. Не стал бы он прятаться от меня в такой день.
Конечно, он мог задержаться в академии вместе с Лайтвудом, ведь они вместе учились, но тогда бы Коллин предупредил. Брат всегда старался приехать раньше, только чтобы поздравить меня в числе первых, если не самым первым из всех. Тогда почему его все еще нет здесь?
Стараясь унять зарождавшееся внутри беспокойство, я мысленно закинула его поглубже и, подойдя к своей комнате, толкнула дверь. Приведу себя в порядок и после поищу Коллина. Возможно, он занят чем-то у себя в покоях или беседует с отцом.
Шагнув внутрь, я пересекла комнату и остановилась у большого настенного зеркала. Распустив растрепавшиеся волосы, наспех собранные лентой, я заплела косу. Но некоторые короткие пряди у лица выбились из прически и завились у висков. Перебросив волосы через плечо, я всмотрелась в свое отражение. Зеленые глаза с серыми крапинками, веснушки, разбросанные по щекам и собравшиеся на носу, длинные темно-рыжие пряди. И почти ни одной схожей с родителями или братом чертой. Мама – обладательница темно-каштановых волос, отец и Коллин – голубоглазые блондины. И только слегка я унаследовала папины черты лица – полные губы и ромбовидную родинку на шее.
Моя внешность была слишком яркой и непривычной для Луксории, где преобладал в основном натуральный светлый, либо же темный, почти черный цвет волос. А такие рыжие как у меня волосы были скорее редкостью. Но несмотря на это (а может и благодаря этому), я всегда считалась одной из красивейших девушек Луксории. И как по мне, мнение людей было вполне оправданным. При этой мысли я улыбнулась своему отражению, отчего серебристые блики в моих радужках засияли еще ярче.
Я отвела взгляд от зеркала как раз в тот момент, когда в мою дверь тихо постучали.
Мое сердце замерло в радостном ожидании.
- Войдите! – крикнула я, развернувшись на месте и раскрыв свои объятия навстречу брату.
Но когда дверь открылась, в проем вместо брата заглянула маленькая женская фигурка.
- Джослин! – выдохнула я одновременно разочарованно и удивленно.
- Привет, - с привычной обезоруживающей улыбкой, близкая подруга впорхнула внутрь комнаты, прикрыв за собой дверь, - Кажется, ты не очень-то рада меня видеть?
- Нет, что-ты, - я подошла к ней и заключила в объятия, уткнувшись носом в ее иссиня-черные волосы, которые девушка всегда носила распущенными. Джослин была ниже меня ростом и тонкого телосложения, отчего со стороны казалась очень хрупкой. И только близкие люди знали, что это лишь обманчивое впечатление, - Я очень рада, что ты приехала.
- Но?... – подруга отстранилась и посмотрела на меня.
Мы с Джослин дружили больше двенадцати лет, и я знала, что врать ей не имеет смысла. Она была чересчур проницательна для своего возраста.
- Я ожидала увидеть брата. Он должен был приехать домой еще вчера вечером, но кажется, его что-то задержало и …
- Коллин тоже не приехал? – перебила она, и в ее голосе я отчетливо различила тревогу.
- Тоже?... Значит, Кристиан…
- Не прилетел, да. Хотя должен был еще позавчера. Отец не смог связаться с ним по ментальной связи, и академия тоже молчит.
Джослин отстранилась от меня и присела на край кровати.
- Утром отец отправился в здание Совета. Хочет попробовать пробиться до связующих каналов академии. Мы с мамой приехали вдвоем.
Я слушала подругу, обняв себя за плечи и задумчиво уставившись в стену напротив. Значит, о Кристиане тоже ничего не известно. Что могло произойти? Знают ли об этом мои родители? Если да, то почему ничего не сказали мне о пропаже брата? Не хотели волновать?
Нервно теребя ткань платья, я присела рядом с подругой.
- Считаешь, что-то произошло? И их не просто задержали по учебе?
По напряженному выражению лица подруги, которая явно волновалась за своего брата также, как я за Коллина, я уже поняла, каков будет ее ответ. Но Джослин, так ничего и не сказав, обернулась и посмотрела на меня уже с улыбкой, от которой не осталось ничего от прежнего волнения.
- Нет смысла гадать, Аделин, и накручивать себя попусту. Мы еще точно ничего не знаем. Если бы и в самом деле случилось что-то ужасное, родители не стали бы это умалчивать. А даже если и так, Кристиан и Коллин – наследники двух сильнейших родов, они в состоянии постоять за себя.
Я прислушивалась к словам подруги в надежде унять отголосок плохого предчувствия, но не они, не мои собственные увещевания о том, что Джослин права, не возымели никакого результата.
Видя мои сомнения, подруга положила свою ладонь на мои пальцы и сжала их в ободряющем жесте.
- Отбрось дурные мысли. В такой день ты точно не должна грустить, - Джослин поднялась, и взяв меня за руки, поставила на ноги, - Тебе сегодня двадцать, Аделин. Поверить не могу…
- Ты старше всего на полгода, а говоришь, словно моя maman, - со смехом заметила я.
- Мне просто не верится, что мы с тобой уже совершеннолетние, и теперь никто не будет контролировать нашу жизнь и …
- Твою жизнь, Джослин, - поправила я ее, - Я же скоро сменю одного надсмотрщика на другого. Или ты забыла, что через месяц у меня свадьба с твоим братом?
Подруга сморщилась буквально на мгновение, после чего ее лицо снова приняло невозмутимый вид, и Джослин, потянув за руку, подвела меня в центр комнаты.
- Давай-ка приведем тебя в порядок. Где ты уже успела так испачкаться? - девушка открыла дверцы шкафа и принялась перебирать мою одежду. Пока я задумчиво пыталась оттереть пальцем мутное пятно на подоле, которое не заметила ранее, Джослин уже вытащила новое платье красивого изумрудного цвета с золотой вышивкой и протянула мне, скомандовав, - Переоденься.
Я скинула платье, в котором проходила с утра, и молча влезла в то, которое подобрала подруга. Подозрительно поглядывая на Джослин, я отметила, что по мере взросления в девушке стали проявляться черты ее брата. Даже командный тон голоса, по крайней мере тот, который я еще помнила, теперь звучал и в голосе Джослин.
Подойдя ко мне со спины, подруга принялась зашнуровывать корсаж на платье. Когда она дернула слишком сильно и из моих легких будто выпустили весь воздух, я хрипло выдохнула.
- Прости, - Джослин ослабила завязки и следующе ее движение было уже более аккуратным, - Аделин… Честно говоря, я надеялась, что ты поменяла мнение о Кристиане, - растягивая слова, произнесла подруга, - Да, я помню, что вы не ладили в детстве…
- Не ладили?! – услышав это, я обернулась к Джослин и посмотрела на нее недоуменным взглядом, - Джослин, он столкнул меня в овраг и я сломала руку!
- Аделин, вы были детьми…, - я спиной почувствовала, как подруга закатила глаза.
- Поправочка - я была ребенком. Кристиану на тот момент уже исполнилось тринадцать.
- …И, по его словам, - продолжила она, не обратив на меня внимания, - так он хотел помочь тебе высвободить магические способности.
- Да, у него великолепно это получилось, - теперь настала моя очередь закатывать глаза.
Потому что никаких магических способностей у меня тогда не проявилось. Так же, как и сейчас. Что, к слову, до невозможности озадачивало всех моих преподавателей и гувернеров. Я же прекрасно без них обходилась, потому что магия была необходима, в основном, старшим наследникам мужского пола, которые составляли военную силу Луксории. Женщин же, владеющих магией, отправляли в магические учебные учреждения, только чтобы те научились управлять своими способностями, а на защиту границ они могли отправиться по желанию. Я была второй наследницей и магией не владела от слова совсем, поэтому отец счел это еще одним обоснованным поводом, чтобы выдать меня замуж.
- Да, я знаю, что Кристиан время от времени может вести себя как последний засранец, и, поверь мне, он тоже не в восторге от вашей помолвки, - Джослин последний раз затянула завязки на платье и повернула меня к себе лицом, - Но он, как наследник старейшего рода, осознает всю ответственность перед семьей и не рушит свою репутацию в пух и прах лишь для того, чтобы избежать вашей свадьбы.
Я изумленно уставилась на подругу, пока та совершенно равнодушно распускала мою косу и пыталась уложить вьющиеся локоны по плечам.
- Да-да, я видела Лиама, выбегающего из конюшни с такой скоростью, будто ему подпалили зад и при этом он безуспешно старался удержать свои штаны.
Я хихикнула, когда мое воображение живо нарисовало в уме эту картину. Бедный Лиам.
- И с чего ты решила, что это я?
- Интуиция, - пожала плечами Джослин, и помедлив, шепотом произнесла, - Ну еще я видела Луизу у ворот конюшни за несколько минут до того, как оттуда выскочил Лиам. Пришлось ей заплатить, чтобы держала язык за зубами, - придержав меня за плечи, подруга подвела меня к зеркалу и выглянула из-за моего плеча, - Все. Вот теперь ты похожа на наследницу рода Хейден, достигшую совершеннолетия, а не на взбалмошного подростка, которому не хватает приключений на одно очень хорошенькое место.
Я улыбнулась нашему с Джослин отражению.
- Святая Аэронвен, какая же ты красавица, Аделин, - выдохнула она, и посмотрела на часы, - Так бы и любовалась тобой. Но нам пора, а то твоя мама там уже рвет и мечет в поисках тебя. Пойдем?
Я кивнула, и мы покинули спальню.
***
Коллин так и не пришел. Как и Кристиан. Лорд Лайтвуд все еще был в здании Совета.
Прошло уже два часа после нашего с Джослин разговора, но никто из этих троих так и не появился. Я всеми силами старалась отвлечься от тревожных мыслей, сидя за столом вместе с родителями и приглашенными гостями, краем уха слушая их беседу и обращенные ко мне речи. Время от времени согласно кивала и даже ненадолго вступала в разговор, хотя мой взгляд был неотрывно прикован к дверям столовой. Я слышала монотонное тиканье часов, и с каждым новым прыжком минутной стрелки чувство беспокойства все ближе подступало к моему горлу.
- Аделин, милая, - услышала я шепот матери справа от меня, - Хотя бы сделай вид, что тебе интересна беседа.
Я подняла на нее взгляд. Maman улыбалась двум своим собеседницам, смотрела на них, а не на меня, но я кожей чувствовала ее недовольство. Ведь показывать скуку и безразличие во время разговора – вверх неприличия. При воспоминании об одном из уроков этикета, я чудом сдержалась, чтобы не закатить глаза.
- Зачем, если это не так? – также тихим шепотом спросила я, но все же выдавила из себя улыбку.
Maman же в ответ на мои слова пронзила меня свирепым взглядом.
Неужели она не волновалась за своего сына? Отца-то я могу понять, место в Совете всегда было для него важнее собственных детей. Но мама… я вновь взглянула на нее и только сейчас смогла разглядеть мелкие тревожные морщинки у глаз. Нет, все-таки Оливия Хейден просто ловко умела скрывать свои чувства.
Еще пятнадцать минут спустя мы переместились в гостиную. Джослин расположилась за пианино, наигрывая старинную эльфийскую мелодию, а я присела на бархатную кушетку с бокалом вина, осматривая помещение в поисках знакомых лиц. Луиза еще в самом начале пиршества поднялась наверх и благоразумно скрылась в своей комнате, чтобы не мешать празднику господ. Но вот в углу комнаты обнаружился Лиам, общающийся с Мирабель Хатворт – дочерью помещика. Я смотрела на него достаточно долго, давая понять, что нам необходимо поговорить. И мужчина явно заметил мое внимание к его персоне, но отчаянно делал вид, что меня не существует. Что ж, ладно. Поговорим в другой раз.
- Аделин, - вдруг прямо надо мной раздался суровый голос отца.
Вздрогнув от неожиданности, я поднялась на ноги, немного склонила голову и присела в глубоком реверансе, традиционно выражая свое почтение родителю. Обычно я старалась всеми способами избегать всех этих устаревших, на мой взгляд, условностей, но делала это только в узком кругу семьи. Сейчас же на нас смотрели около двадцати пар чужих глаз.
- Папочка, – только теперь посмотрела на отца.
Отец скупым движением притянул меня к себе и поцеловал в лоб.
- С совершеннолетием, дочка! – произнес он, совершенно не обращая внимания на притихших зрителей вокруг, - Рад признать, что несмотря на то, что ты до сих пор не открыла в себе способности к магии, я очень тобой горжусь, - теперь же отец обернулся к гостям и уже громче произнес, - Потому что моя дочь всегда стремилась к тому, чтобы стать наследницей, достойной своей фамилии, даже без магического дара! Будучи ребенком, она наравне со своим старшим братом, изучала искусство владения мечом и стрельбу из лука, и последним овладела в совершенстве! В следствии чего я решил, что лучшим подарком на совершеннолетие станет оружие, изготовленное специально для тебя, Аделин.
Я смотрела непонимающим взглядом на отца, размышляя, с чего вдруг он решил снизойти до моей похвалы впервые за двадцать лет, и не сразу заметила, как к нам подошел один из слуг и передал что-то отцу. Медленно переведя взгляд на это «что-то», я удивленно выдохнула. Потянувшись, я приняла из отцовских рук запечатанный в кожаный чехол лук из темного дерева и колчан со стрелами. На древке лука мелким шрифтом была вырезана надпись. «I’st dael turhael leh pred’h».
В словах я узнала древнеэльфийское наречие. Но перевести его не смогла, потому что этот язык утратил свое значение четыреста лет назад после Объединения четырех государств. И в настоящее время древнеэльфийским владели только сами жители Долины Гилларель – первородные эльфы. Нам же, современному поколению, были доступны лишь послеобъединенные языки.
Но даже не гравировка имела для меня значение. Лук и стрелы были изготовлены из редкого лиорданского дуба – одного из редчайших материалов на всем Континенте. Он ценился своей прочностью, устойчивостью к огню и был невосприимчив к магии. Такие болты и стрелы невозможно отразить ни одним заклинанием.
Я аккуратно провела пальцем по гладкому древку лука.
- Спасибо! – присела в реверансе, склонив голову перед отцом, - Он прекрасен. Лучшего подарка я не могла и представить!
Когда я выпрямилась, папа снова притянул меня к себе, на этот раз гораздо нежнее, и поцеловал в лоб.
— Это от нас с мамой. Надеюсь, он тебе действительно понравился, - шепнул он мне на ухо, и уголки его губ дернулись в слегка заметной улыбке.
- А мне можно сейчас его опробовать? – предвкушение клокотало во мне до такой степени, что я чуть не начала подпрыгивать на месте.
- Конечно, - отец отстранился от меня и обратился к столпившимся гостям, - Аделин изъявила желание испытать свое новое оружие прямо сейчас. В связи с этим предлагаю всем желающим выйти в сад и увидеть своими глазами мастерство моей дочери. Возможно, кто-то из присутствующих желает посоревноваться с младшей госпожой Хейден в стрельбе из лука?
***
Выдох, и еще одна стрела из лиорданского дуба пронзила мишень с оглушительным свистом прямо по центру, едва не задев соседнюю.
Я опустила лук и с победной улыбкой воззрилась на отца.
- Удивительно, - воскликнул стоящий с ним рядом граф Лиорто, - Подобные меткость и уверенное владение оружием – редкость для представительниц женского пола, не служащих в армии. Я поражен до глубины души, мисс Хейден! Признаться, до сего момента я был уверен, что ваш отец сильно преувеличивает, но сейчас убедился в обратном. Вы достойны моего восхищения.
- Благодарю! Слышать эти слова от вас – большая честь для меня, майор Лиорто! – я присела в легком реверансе, и затем бросила взгляд на отца.
Он лишь сдержанно кивнул. Кажется, лимит его похвал для меня на сегодня исчерпан.
Я вытащила из колчана еще одну стрелу.
- Может, мой драгоценный папочка тоже желает посостязаться со мной? Только ради развлечения, разумеется, - я не смогла сдержаться, чтобы не подмигнуть отцу.
Казалось, что за такую вольность он вполне мог бы поставить меня на место, но вместо этого лишь покачал головой и дернул уголком рта в едва заметном подобии улыбки. Принял лук из рук графа Лиорто, и потянулся к колчану.
- Сколько попыток? – спросил отец, пристраивая стрелу на грифе.
- Ровно столько, сколько бывает в настоящем бою. Одна, - я чуть повела плечом, потому что правая рука уже ныла от напряжения. Но постаралась не показать вида.
Но мы успели только натянуть тетиву.
- Ваша Светлость!
Прямо позади нас послышался громкий возглас Рональда, направлявшегося к нам стремительным шагом. Мы с отцом одновременно обернулись, опуская оружие. Остальные присутствующие тоже обратили взгляд на управляющего.
Лицо Рональда казалось совершенно спокойным, но блеск в глазах выдавали тревогу и…слезы?
Я переглянулась с отцом.
- Что случилось? – спросил он, передавая мне лук.
- Прибыл лорд Лайтвуд. Его сиятельство настоятельно просит встретить его в вашем кабинете. С госпожой Оливией.
Просит? Я удивлена, что не приказывает. С его-то надутым драконьим самолюбием. Хотя, возможно, именно Рональд в своей речи чуть изменил слова, дабы не ударить по отцовской гордости в присутствии гостей. Потому что лорд Лайтвуд никогда за свою долгую бессмертную жизнь, я уверена, не снисходил до того, чтобы подбирать слова с той лишь целью, чтобы пощадить чужую гордыню во вред своей. Что ж, его право.
Ведь на самом деле несмотря на то, что «Совет объединения» - именно таким было полное название правящей ныне структуры, в которую входили мой отец, лорд Лайтвуд, и еще двое представителей других рас – эльфов и вампиров. Поправочка – представителей других официально признанных рас. Потому что, не считая их, на Континенте в общем, и в Луксории – в частности, существовало еще около десяти менее малочисленных народов. Но первые четыре считались сильнейшими из всех. И хотя членство в Совете приравнивало всех его участников законодательно, на самом же деле среди «первых четырех» до сих пор сохранялась строгая иерархия. И возглавляли ее - естественно, а как же иначе – драконы. Да-да, именно они, неприкосновенные, единственные и неповторимые, чванливые и… кхм… в общем, древнейшие, умнейшие и все в этом духе. Ну еще потому, что драконья раса была одной из немногих, кто обладал чрезвычайным долголетием – средний их возраст составлял около пятисот лет. А все потому, что их тело было практически неподвержено никаким болезням. Ранений и несчастных случаев, конечно, никто не отменял, хотя и тогда эти чешуйчатые снобы имели такую привилегию, как быстрая регенерация. Как они еще не перенаселили континент, остается загадкой века. Одаренные, шасс бы их подрал.
По логике, следующими на ступени величия должны были бы стоять эльфы, которые могли похвастаться вечной жизнью и ко всему прочему, являлись хранителями древней магии. Но маленькие эльфята рождались довольно редко, отчего народ был крайне малочисленный. А Луксории были необходимы сильные наследники на постоянной основе, которых в союзе с драконами могли обеспечить только маги. Вот они, точнее мы, и заняли почетное второе место. Самыми последними в иерархии находились вампиры, которые тоже не имели особого желания вести какие-либо дела с другими расами, вполне обходясь общением со своими сородичами. И место в Совете отвоевали только для того, чтобы избежать притеснения своих свобод и иметь право на участие в принятии законов.
Так вот это я к чему… лорд Лайтвуд… который и не Лайтвуд вовсе, кстати говоря, а Латвудтиллертакх - просто из-за сближения к более «примитивным» существам, как за спиной называли нас драконы, им пришлось сокращать свои имена и фамилии - буквально являлся первым человеком в Луксории, а то и на всем континенте, практически королем, и вел себя Райеггал Лайтвуд соответствующе.
- Прошу меня простить, - хрипло произнес отец и поспешил вниз к дому. Мама двинулась за ним, бросив на меня мимолетный взгляд.
От этого у меня по спине пробежал холодок плохого предчувствия. Отец отправился на встречу с членом Совета вместе с maman. Которую до этого момента никогда не вмешивал в свои дела. А она, в свою очередь, принципиально их не касалась, утверждая, что это мужское занятие. Значит, разговаривать они будут о чем-то, что касается их обоих. А из общего у них только семья и дети. И если я сейчас находилась здесь, значит…Коллин. С ним что-то произошло.
- Рональд, - я повернулась к управляющему. В уголках глаз затаились морщинки, и тревожная складка все-таки прочертила его лоб. Благодаря чему я убедилась в своих размышлениях, - Ты ведь в курсе того, что произошло. Я вижу это по твоему лицу. Лорд Лайтвуд не стал бы ставить тебя в известность, если бы это не касалось дел семьи. Что случилось? Что-то с Коллином?
- Простите, госпожа, - голос Рональда заметно срывался, - Я не могу посвящать вас в детали без разрешения вашего отца. Но думаю, вы все узнаете от него сами чуть позже. А сейчас вам, как виновнице торжества и хозяйке поместья, следовало бы развлечь своих гостей.
Какие, к шассу, гости?! О чем он вообще говорит, когда Коллин может быть ранен?... Сдержав в себе жгучее желание сорваться на управляющего, я уронила лук и, подобрав юбки, кинулась вниз с холма. Но не успела сделать и шага, как меня кто-то дернул за руку. Я обернулась с яростным выражением лица и увидела перед собой Джослин. Подруга крепко держала меня за рукав.
- Не надо, - она покачала головой, - Они сами тебе скажут, если посчитают нужным. Последнее, что тебе стоит делать – это подслушивать чужие разговоры.
- К сожалению, это единственное, что я могу сделать, Джослин, - выдохнула я, - Ты ведь сама прекрасно понимаешь, что мне ничего не скажут. Как и тебе. А если это касается моего брата? Мне необходимо это знать, иначе я просто сойду с ума, теряясь в догадках.
Да, из нас двоих Джослин была истинной наследницей высокого рода. В отличие от меня, ей даже в самых критичных ситуациях удавалось сохранить холодный рассудок. Я ведь прекрасно понимала, что она тоже переживает за брата, который пропал вместе с моим. Можно было, конечно, предположить, что Кристиан просто не захотел здесь присутствовать и предпочел компанию поприятнее меня, но, как будущий муж, он был просто обязан явиться сюда и лично поздравить невесту. И, каким бы вредным он ни был, ответственность перед своим родом и благоразумие всегда перевешивали его желания. Он бы не подвел своего отца. И меня, хоть мы друг друга и недолюбливали. А Джослин лучше меня знала своего брата. И также все это понимала.
- Родители не будут о таком молчать, Аделин. Мои – не будут, - подруга сделала еще одну слабую попытку удержать меня от бездумного шага, за который я могла быть жестко наказана. В нашем доме было запрещено подслушивать чужие разговоры. Но, к счастью, мне не впервой, - Да и я бы почувствовала, если бы Кристиан…
Если бы он умер. Подруге не нужно было договаривать, чтобы я ее поняла. Драконы имели особую крепкую связь со своей стаей. Особенно между членами семьи. Или теми, кого считали таковыми. Они могли общаться ментально, чувствовать эмоции друг друга. Или… смерть. Может, поэтому, Джослин была спокойна внешне. Она предполагала, что Кристиан мог быть ранен, но точно знала, что он жив.
У меня такой связи не было.
Видимо, Джослин заметила в моем взгляде что-то такое, что точно сказало ей, что я не отступлюсь. Поэтому отступила сама. Отпустила мой рукав и кивнула мне с грустной улыбкой.
- Иди, - произнесла она, - Я придумаю, чем развлечь гостей и присоединюсь к тебе.
- Спасибо.
Вот почему мы с Джослин дружили много лет. Мы были совершенными противоположностями, но несмотря на это, понимали друг друга.
Пролетев мимо ошарашенных и перешептывающихся людей, я в считанные секунды преодолела расстояние между садом и усадьбой, и вошла внутрь. На мою удачу, в столовой только сновала редкая прислуга, которая не имела права поднять взгляд на госпожу. Я лишь коротко кивнула Лоле, собирающей со стола грязную посуду, и та еле заметным движением головы указала на дверь отцовского кабинета. Я благодарна ей улыбнулась.
Взяв со стола пустой стакан, бесшумно приблизилась и так же тихо приложила его к двери кабинета, где приглушенно переговаривались трое человек. Как оказалась, я почти успела к началу разговора.
- …изошло нападение, - узнала я голос лорда Лайтвуда.
- Когда? – спросил отец.
- Вчера вечером, около полуночи, - голос Райеггала Лайтвуда сохранял хладнокровное равнодушие, и, если бы я не знала, что драконы владеют контролем в разы лучше остальных, я бы даже могла спокойно выдохнуть. Должен же все-таки отец волноваться за собственного сына? - Из-за всплеска огромного объема сырой магии связующие артефакты вышли из строя. Либо же их повредили специально. Я склоняюсь ко второму варианту. Именно поэтому ночью мы не смогли связаться ни с одним из фортов.
- Кто посмел? – папа спросил что-то еще, но в это мгновение кто-то коснулся моего плеча. Я вздрогнула и обернулась, увидев перед собой Джослин. Быстро же она справилась. Я открыла рот, чтобы сказать ей это, но драконица приложила палец к губам, приказывая молчать и сама прислонилась к двери. Еще один плюс драконов – им не нужен стакан, чтобы что-то расслышать за закрытыми дверьми.
Я снова прислушалась.
- Никто не знает. Со слов генерала Солвейг – это были маги, - Лайтвуд нервно усмехнулся и поспешно добавил, - Но их заклинания не были похожи ни на одно из знакомых нам. Более того – имели совершенно чужеродную природу и власть над гарпиями, которые и разрушили основную часть здания. Но ты не те вопросы задаешь, друг мой. Тебе следовало бы спросить, где именно произошло вторжение. Впрочем, вижу по твоему лицу, что ты уже догадался.
Тут я притихла и максимально прислушалась.
В кабинете повисло недолгое молчание. Кажется, все присутствующие догадались, что то, что они сейчас услышат, перевернет весь ход событий нынешнего уклада жизни не только в Луксории, но на всем Континенте.
- Адирн, – наконец выговорил охрипшим голосом мой отец.
- Прямо у стен академии, - подтвердил лорд Лайтвуд.
Мое сердце пропустило удар. Остров Адирн. Тот самый, где нерушимой крепостью была выстроена военно-магическая академия Драгомир. Гордость Луксории, ее военная мощь, стратегически важный объект. Единственное высшее учебное заведение государства, тем не менее считающееся чуть ли не самым лучшим на всем Континенте, где готовили истинных профессионалов военно-магического дела. Обучение в академии было бесплатным, и поступить туда мог каждый желающий, независимо от статуса и положения в обществе, при условии прохождения достаточно жесткого внутреннего отбора. Но по иронии судьбы, в основном там учились дети дворянского сословия, чьи родители были в состоянии оплатить своим детям достойных учителей для подготовки к поступлению.
Но удивительно было другое: академия Драгомир специально в целях безопасности была выстроена на острове посреди бушующего Алорского моря таким образом, что добраться туда было крайне затруднительно. Не говоря уже о том, что сам остров от и до завешен охранными заклинаниями. Доступ к порталам из континента в академию находился непосредственно у ректора и открывались телепорты только по определенным дням.
Поэтому проникновение на территорию академии было практически невозможно, если только…
- Этим шассам каким-то образом удалось обойти охранный щит острова, - с ненавистью выплюнул Лайтвуд, - Здание академии сильно пострадало, но преподавателям с рекрутами удалось ее отстоять. Я уже выслал туда отряды артефакторов, стихийников и лучших целителей. Мы попробуем восстановить крепость за два месяца, до начала нового учебного года, но…
- Какие потери? – перебил отец, и голос его казался безжизненным.
Я зажмурилась, отгоняя от себя мрачные мысли, и почувствовала, как Джослин взяла меня за руку. Ее ладонь едва заметно дрожала.
- Погибло двенадцать преподавателей и семь рекрутов. Пятнадцать человек в лазарете в тяжелом состоянии, из них четверо – драконы.
Девятнадцать. Эта цифра не укладывалась у меня в голове. И неважно что в академии училось около двух сотен студентов, не считая преподавателей. Все равно девятнадцать – это слишком, слишком много…
Слезы навернулись на глаза от осознания того ужаса, что произошел сегодня ночью, пока мы мирно спали в своих постелях. Господи, так вот почему Коллин и Кристиан не приехали домой. От Адирна до дома, Кристиану в истинном облике лететь около шести часов, а Коллин добрался бы до Луксории через портал за считанные минуты, а до дома, еще около получаса верховой езды. Они должны были выехать не вчера, а только сегодня утром, чтобы успеть к полудню. Но утром уже все закончилось, а их до сих пор нет. Значит ли это, что они ранены? Иначе вернулись бы уже домой.
Судя по всему, этим же вопросом задалась и притихшая до этого мать.
- Райеггал, - подала голос maman. Ничто в нем не выдавало лишних эмоций, - Что с нашими детьми?
За дверью снова повисла тишина. Пальцы Джослин крепче сжали мою руку. Я закрыла глаза. Ну почему, почему он медлит? Все же хорошо. Я верю, что все хорошо. Кристиан жив, иначе Джослин уже что-нибудь почувствовала и сказала бы мне. И если так, значит и Коллин в порядке.
Казалось, глухая тишина стала давить мне на мозги, и мне уже захотелось ворваться внутрь, как вдруг я услышала приглушенные шаги, после чего Лайтвуд медленно произнес:
- Кристиан серьезно ранен, он в коме, а Коллин…
- Райеггал, шасс тебя побери! - услышала я разъяренный голос матери, впервые за много лет, - Хватит тянуть! Говори!
- Оливия, Ангус. Коллин погиб.
Стакан выскользнул у меня из рук и с оглушительным звоном ударился о каменный пол, разлетевшись хрустальными осколками.
Тук-тук.
Тук-тук.
Тук…
Я слышала каждый удар своего сердца, он молотом отзывался в моей голове.
Нет…
Нет! Нет! – лихорадочно повторяла я у себя в мыслях, - Этого просто не может быть! Это сон. Просто кошмар. Галлюцинация. Этого не могло быть на самом деле.
Коллин жив. Он жив. Он не мог умереть. Не мог оставить меня… одну. Он ведь обещал всегда быть рядом. Обещал…
Из горла вырвался душераздирающий крик, сотрясая дом.
Боль, все чувства поглотили меня до темноты в глазах. Ноги подкосились, но чьи-то тонкие руки обняли меня за плечи прежде, чем я рухнула. Кажется, это Джослин, но и здесь я не была полностью уверена, потому что не видела перед собой ничего, кроме поглощающей меня тьмы. Она погружала меня в себя с головой, проникала под кожу, заполняла легкие, не позволяя дышать. Я тонула в этой темноте, даже не предпринимая попыток выбраться.
Где-то далеко, за гранью сознания, я почувствовала, что мы с Джослин опустились на холодный, усыпанный осколками пол, которые царапали ноги, но я не ощущала боли. Спустя мгновение… а может, целую жизнь… скрипнула дверь, и в удушающую черноту сознания проникли новые голоса. Кто-то всхлипывал, кто-то кричал, кто-то тряс меня за плечи, но мне было все равно. Мне было совершенно все равно.
Лишь одна мысль без остановки крутилась в голове:
Коллин мертв.
Мой брат мертв.
И стоило этой страшной правде обрушиться на меня с новой силой, как в груди что-то щелкнуло, выпуская боль наружу, и в ту же секунду мир взорвался.
Лето в том году выдалось жарким. Светловолосый юноша с глазами того же цвета, что и небо над головой, щурился от яркого солнца, бликами отражавшегося в окнах его родного поместья. Ветер еще гулял в волосах и бил по щекам, когда молодой лорд натянул поводья, приказывая коню остановиться. Послушное животное замедлило шаг, радостно принимая предложение об отдыхе после продолжительной прогулки. Отец, разделивший с сыном утреннюю традицию конной езды, оставил юношу еще четверть часа назад, сославшись на работу.
Молодой лорд с нежностью погладил мягкую шею лошади и подведя животное к конюшне, спешился. Но не успел сделать и шага, как из тенистой аллеи глициний до него донесся оглушительный голос:
- Коллин! Коллин!
Девочка восьми лет, словно огненный вихрь, неслась к нему со склона, оставляя позади ворчащую няню и неуклюже поддерживая полы длинного платья. Все это время она кричала так громко и радостно, что стоявшая рядом с юношей лошадь принялась пыхтеть и нервно забила копытом.
Девочка летела, не разбирая дороги. Он поймал ее в последний момент, прежде чем та угодила бы под копыта коня. Поднял на руки, прижал к себе, зарываясь пальцами в рыжие непослушные кудряшки.
- Шветлого утра, Коллин, - воскликнула девочка чуть шепеляво, обнимая его за шею и улыбаясь во весь рот, демонстрируя брату очередное пустующее окошко от выпавшего накануне зуба.
- И тебе, Принцесса, - кивнул юноша, - Но должен заметить, что время близится к обеду, и утро давно уступило место дню. Так что, Светлого дня тебе, Аделин.
- Но я ведь только проснулась, - насупилась малышка, - Почему тогда сейчас не утро?
- Потому что ты его благополучно проспала, - сдерживая смех, совершенно серьезно произнес Коллин.
Лицо ребенка сморщилось в недовольной рожице, будто сейчас она подобно пусковому механизму, готовилась выдать рассерженную тираду, но тут ее взгляд огромных изумрудных глаз зацепился за благородное животное. В сию же секунду недовольная гримаса сменилась на выражение абсолютного восторга. Маленькая Аделин заерзала в руках брата.
- Это же Ветер! Коллин, ты опять катался на Ветре и не взял меня с собой? Ты же обещал меня покатать! Я хочу, хочу! Ну, пожалуйста!
Он и правда обещал ей. Причем уже три раза. Хотя предыдущие два ему успешно удавалось оттягивать этот момент. Но взглянув на лицо сестры, на ее ставшие, кажется, еще больше глаза и подрагивающую губу он понял, что на этот раз точно не сможет отказать этой маленькой проказнице, которая в столь юном возрасте уже в совершенстве владела навыком манипулирования. А может, он сам хотел просто порадовать малышку.
Коллин взглянул поверх головы Аделин и кивнул подошедшей воспитательнице сестры, которая уже хотела воспротивиться и забрать малышку у него из рук.
- Лорду Ангусу и госпоже Оливии это не понравится, - проворчала она, предпринимая последнюю попытку вразумить детей.
Но пусть Коллину Хейдену было лишь тринадцать лет, все-таки он являлся молодым лордом, и уже мог оставить последнее слово за собой:
- А мы им ничего не скажем, да, Принцесса?
- Ничего-ничего, - весело подтвердила девочка, качая головой.
И с заливистым смехом была аккуратно посажена на фыркающего коня.
- Держись крепче, Аделин! – предупредил брат, в одной руке удерживая поводья, а другой придерживая сестру за ткань платья, - Нет, не трогай гриву…и уши!…Вот же мартышка! Держись за седло! Да, вот так.
К счастью, Ветер хоть и был быстрым конем, за что и получил свою кличку, тем не менее, норов у него был весьма спокойный, поэтому хулиганство маленькой разбойницы у себя на спине конь выносил терпеливо. Только с вредностью фыркнул в лицо своему юному хозяину, когда тот приблизился к нему, шепча извинения:
- Прости, друг, но у этой принцессы особый талант добиваться своего, - усмехнулся юноша, - Потерпи немного. После я принесу тебе целое ведро морковки.
От такого предложения Ветер не смог отказаться и послушно двинулся за хозяином, осторожно ступая на неровной местности – понимал, что везет особо драгоценную ношу.
Коллин повел коня по гравийной дорожке вдоль цветущего сада, улыбаясь при виде хохочущей сестры.
- Коллин, - вдруг позвала она.
- Да, Принцесса?
- А как ты думаешь, кон алас существуют?
Юноша беззвучно усмехнулся. Кажется, сестра опять на ночь читала эльфийские сказки про волшебных летающих коней. Легенды длинноухого народа про лошадей с крыльями, название которых на их языке звучало как kohn alais – крылатые скакуны – были популярны среди детей по всей Луксории. Но малышка Аделин их особенно любила.
- Конечно, существуют, - подыграл ей брат, - Днем они пасутся на пастбищах Долины Гилларель, а ночью летят по звездному небу и навевают на маленьких девочек красочные и счастливые сны.
Аделин грустно вздохнула и нежно провела рукой по гриве Ветра. Тот, почуяв пальчики девочки и уловив ее легкую печаль, ободряюще заржал.
- Жалко, что они не появляются днем, - произнесла она, - Кон алас такие красивые! Мне так хочется стать всадницей Аэрин из сказки о Древнем Городе, чтобы оседлать одного из них и взмыть в небо! – из груди девочки вырвался восхищенный вздох, - Всегда мечтала научиться летать! А еще хоть разочек увидеть настоящего кон аласа!
- Увидишь, - с улыбкой на лице, произнес Коллин, - Когда-нибудь обязательно увидишь. Я тебе обещаю.
Воспоминания Аделин
Настоящее время.
Два месяца спустя.
Дома на Портальной улице проносились у меня перед глазами один за другим, сливаясь в цельный разноцветный поток. Луксория издавна славилась своей необычайно яркой архитектурой с изогнутыми колоннами, позолоченными и расписными скульптурами драконов, грифонов, эльфов или даже мифического черного Змия. Когда в детстве родители или же госпожа Дебора вывозили меня в город на выходные, я любила гулять среди этих скульптур и рассматривать огромные драконьи крылья, орлиные головы грифонов и переливающуюся змеиную чешую. Образ каждой фигуры был настолько передан в деталях, что все скульптуры зачастую казались живыми, а некоторые из них вселяли страх. Но запихивая свой ужас перед этими существами подальше, я никогда не проходила мимо, не оседлав каждую из них. И хоть мы вполне привычно жили в соседстве с большинством этих рас, особенно с драконами, я еще никогда в жизни не видела их истинный облик, а мне было до жути интересно на него посмотреть.
Как-то раз в детстве я даже попросила Кристиана обратиться в дракона, пообещав, что тогда точно соглашусь выйти за него замуж, хоть и с великим нежеланием. Я тогда, конечно, блефовала. Замуж за него я не собиралась ни под каким предлогом. Но Кристиан только фыркнул и заявил, что ему самому наше замужество не очень-то и надо, он вполне проживет без него. И в дракона не обратился. К моему горькому сожалению и обещанию проучить его за вредность. Позже, правда, мне объяснили, что юные драконы не могут самостоятельно обратиться в свою звериную ипостась до сознательного возраста, потому как прежде им надо овладеть полным контролем над собой и своими магическими способностями. До этого момента их человеческая психика полностью ограничивала звериную. Умный у чешуйчатых организм, однако. Обычно юные драконы впервые обращались ближе к шестнадцати годам. У Кристиана, по словам моего отца, это произошло в четырнадцать. Ранее обращение было довольно редким явлением, но для рода Лайтвуд оно считалось как раз-таки нормальным.
Когда городской пейзаж в окне экипажа поредел и сменился на лесной массив, я откинулась на спинку рядом с Джослин. Maman, следившая за дорогой в противоположное окно, хмуро объявила:
- Подъезжаем.
Впереди показалась портальная станция. Та самая, откуда каждый год в последнее воскресенье августа магов и драконов, достигших совершеннолетия, отправляли в Академию Драгомир для прохождения вступительных испытаний.
Для драконов обучение там было обязательным, так как их магия в разы превышала нашу. Поэтому то, что Джослин отправится на остров Адирн после своего двадцатилетия, было понятно сразу после ее рождения. А вот что там делать мне, женщине, второй в очереди наследования, и ко всему прочему не владеющей ни каплей магии?
Да ничего – сказала бы я еще два месяца назад, даже не представляя, как круто все может измениться за такой короткий срок. Но именно за этот период моя жизнь перевернулась с ног на голову. И причиной тому стала внезапная смерть брата. В одну секунду я стала единственной наследницей рода Хейден, единственным ребенком в семье, и… во мне наконец проявились магические способности. Правда, при этом чуть не разгромив весь дом.
Я сама плохо помнила, как это произошло. В памяти осталась только боль, разрывающая на части, и отдаленные звуки бьющегося стекла вперемешку со взрывом, сотрясшим стены дома. Потом я, кажется, потеряла сознание и очнулась только спустя сутки с нестабильным магическим резервом и абсолютной пустотой внутри, которая образовалась вместе с осознанием смерти брата. Потеря Коллина будто лишила меня значительной части собственной души. Я даже не помню, сколько дней пролежала так, бессмысленно уставившись в потолок, не видя ничего и никого вокруг, кроме собственного горя и боли. Я чувствовала, будто умерла вместе с ним. Похоронила себя в своей же комнате. И как бы ни старались Джослин, Луиза и даже Лола, все их попытки растормошить меня были бесполезны. Мама приходила пару раз. Я видела ее покрасневшие глаза, бледное лицо и беспокойные морщинки в уголках рта. И хоть она, в отличие от меня, отчаянно пыталась скрыть свою скорбь, сохранить невозмутимость, я видела, что она тоже страдает. Просто старается делать незаметно. Мама всегда была сильнее меня. Я помню, как она говорила со мной, даже, кажется, обнимала, пока я спала.
Мое полукоматозное состояние продлилось до тех пор, пока только-только нормализовавшийся резерв снова не стал выплевывать магию сам по себе, как нечто инородное, из моего тела. И к всеобщему ужасу, у меня никак не получалось его контролировать. Спасали только вовремя нацепленные на мои запястья андезитовые браслеты, способные поглощать в себя магию, отчего мой резерв снова опустевал, и я чувствовала себя словно живой труп. Все прекрасно понимали, что постоянно обходиться браслетами я просто не смогу.
Поэтому однажды отец поставил меня перед фактом – через месяц он отправляет меня в академию Драгомир. И если я была даже в какой-то степени рада этому факту – все же не каждый день выдается случай вырваться из приевшейся рутины и постоянного контроля, то maman по какой-то неизвестной никому причине пришла в ужас.
- Нет, Ангус, - громко возразила она, глядя на мужа с вызовом, - Ты что, с ума сошел?! Какая академия?!
- Самая лучшая, - невозмутимо ответил Ангус, сцепив руки в замок за спиной.
- Издеваешься? – воскликнула мать.
Тогда мы находились в кабинете, куда отец пригласил нас с матерью несколько минут назад и объявил о своем решении. Родители, споря, стояли по обе стороны от меня, а я только успевала переводить взгляд с одного на другого.
- Я совершенно серьезен, Оливия. В Аделин слишком поздно проявились магические способности. А ты знаешь, что контроль лучше всего поддается в детстве, пока магия не так сильна. Мы этот момент упустили, поэтому одним домашним обучением нам не обойтись. Академия Драгомир – лучший вариант в нашей ситуации. Да, Аделин придется брать дополнительные занятия по практическим дисциплинам, но другого выхода у нас нет.
Казалось, папа привел все логические аргументы в пользу моего поступления и возразить ему просто нечем. Мама, однако, считала по-другому.
- Ангус, шасс тебя побери, ты отправляешь собственную дочь с бесконтрольным магическим проявлением в разрушенную академию без стабильного охранного щита и где совсем недавно погиб твой старший сын! Там слишком опасно, особенно сейчас, особенно для нашей дочери! Я уже не говорю о том, что только к поступлению туда детей готовят годами, а ты хочешь отправить ее уже через месяц! Это же все равно, что отправить на войну несмышленого ребенка!
- Ну спасибо, мамочка, - пробормотала я себе под нос, - Твоя вера в меня несказанно воодушевляет.
Maman бросила на меня предупреждающий взгляд, мол, не лезь.
Ой, больно надо. Я равнодушно пожала плечами. Мы все равно все здесь понимаем, кто выйдет победителем из этой словесной перепалки.
- На самом деле, дорогая, ты забываешь, где наша дочь проводила все свободное время в юном возрасте и чему училась наравне с братом. Аделин может гораздо больше, чем мы все можем себе представить. Все-таки в ней течет моя кровь.
А дети Ангуса Хейдена просто не могут быть несовершенными – эту заповедь вдалбливали нам с Коллином чуть ли не с пеленок.
- К тому же, - продолжил отец, - Кристиан обещал за ней присмотреть.
Я ошарашенно замерла и уставилась на отца. Нет, только не это. Мне ведь показалось? Кто-нибудь, скажите, что мне показалось!
- Кристиан? – переспросила я.
- Я рад, что у тебя прекрасный слух, милая, и ты с первого раза разбираешь мои слова, - процедил отец нарочито медленно, - Да, Кристиан. Твой жених, если ты еще не забыла.
- Но… я думала…что свадьбу отменили…, - растерянно пробормотала я.
- С чего такие глупости, Аделин? – спросил отец, - Свадьбу не отменили, а перенесли на неопределенный срок в связи с трауром и ранением младшего Лайтвуда. Все -таки он был при смерти, и никто не знал, как скоро он встанет на ноги. Но, к всеобщей радости, твой жених - весьма крепкий молодой человек. Кристиан пришел в себя всего несколько дней назад, но уже заявил, что готов сдать пропущенные из-за ранения экзамены для перевода на последний курс. Хотя ему предлагали отложить сессию до полного выздоровления, при этом пропустив год, но он категорически отказался. Весьма упертый малый, скажу я тебе.
Да, я заметила.
На какое-то мгновение в комнате наступила тишина, и по маминому взгляду было понятно, что она обдумывает другие аргументы против отцовского решения. Но также она знала, что это абсолютно бесполезно. Ведь если Ангус Хейден пришел к какому-либо решению, опровергнуть его может разве что смерть.
И в первые в жизни у меня не было никакого желания спорить с отцом. Потому что теперь мне было необходимо отучиться в академии. Не только для того, чтобы овладеть контролем над магией. Я хотела разобраться, что же там все-таки произошло в тот злополучный день. Но еще больше я хотела отомстить. Отомстить за смерь Коллина этим шассовым магам, посмевшим лишить меня брата.
За тот месяц, пока я готовилась к отъезду в Адирн, все размышляла о том, кто мог стоять над нападением и какой была причина. У меня имелось крайне мало исходных данных, чтобы прийти к какому-то логичному выводу. Пару раз я предпринимала попытки расспросить отца, который по долгу службы ездил на остров для проведения следственных мероприятий сразу после произошедшего. Но внятных ответов так и не получила, что, впрочем, только подкрепило мою цель провести собственное расследование, если наш могучий Совет Объединения не справляется.
Поэтому, когда в столицу прибыли адирнские магистры для отбора новобранцев, я чуть ли не бегом неслась туда, расталкивая людей по дороге. По словам отца, в этом году отбор ужесточили и принимать в академию будут только самых сильных перспективных магов. В связи с чем, по-хорошему, мне не стоило бы и пытаться, потому как я не то, что не умею ей управлять и создавать заклинания, у меня даже контролировать резерв без браслетов не выходит.
И, если бы я не была Хейден, я бы вероятно, уже забросила эту глупую затею. Но, упрямство и отцовская фамилия должны были привести меня к успеху. Тем более я была почти уверена, что отец уже обо всем договорился. А мне оставалось только прибыть, позволить измерить свой резерв и через пару дней с гордо поднятой головой шагнуть в портал.
Все-таки была пара положительных моментов в том, чтобы родиться дочерью председателя Совета.
Правда, работали они не везде и не всегда, потому как выстоять огромную очередь из желающих поступить в академию нам с Джослин все же пришлось. Ни магистрам, ни тем более поступающим не было до нас никакого дела. Для меня эта ситуация оказалась крайне непривычной, ведь обычно все горожане знали председателей Совета в лицо, равно как и членов их семьи. В связи с чем за все свои двадцать лет я еще ни разу не стояла в очереди и не была намерена начинать. Отчего раздражение вскипело во мне достаточно быстро. И если бы не более сдержанная Джослин, удерживающая меня за руку, я бы уже устроила знатную истерику.
- Успокойся, Аделин, - твердила она, подозрительно косясь на то, как я нервно постукиваю каблуком по полу, - Перед нами осталось всего пара-тройка человек.
В ответ я только приглушенно зарычала, напряженно наблюдая за тем, как магистр, сидящий за столом перед магометром – инструментом, с помощью которого можно было измерить резерв, уже в который раз качает головой очередному юному магу. После чего еще один поступающий был благополучно отослан домой. Когда очередь наконец дошла до нас, я уже почти потеряла терпение. Спешно расстегнула браслеты и постаралась незаметно убрать их в карман. В ту же секунду по коже словно пробежал ток и пальцы неприятно закололо – это магия высказывала мне все свое недовольство, что я заперла и заковала ее в наручники. Но не обратив на это внимания, я вскочила на помост, нетерпеливо отдернула рукав и протянула руку магистру:
- Аделин Хейден, - нарочито громко объявила я.
Но магистр только вздернул бровями и одним ловким движением прицепил провод магометра к моему запястью.
- Что, не терпится отучиться и отдать долг родине, мисс Хейден? – как бы между прочим поинтересовался мужчина.
- Не представляете насколько, - раздраженно пробурчала я, - Наша семья – истинные патриоты.
За спиной послышался приглушенный смешок Джослин.
Тем временем стрелка магометра уже скакала между делениями, будто не решаясь остановиться у одной конкретной черточки. Но в конце концов приняв решение, она замерла над жирной цифрой тридцать три.
Быть не может. Это даже ниже, чем среднестатистический показатель! Я не могла разгромить дом с таким уровнем резерва. Это точно какая-то ошибка.
Кажется, магистр был того же мнения, ведь не может родная дочь сильнейшего мага Луксории иметь уровень ниже пятидесяти пяти единиц, когда у того он выше ста. Мы с мужчиной несколько секунд следили за ней в надежде на то, что она поползет выше, но противная стрелка так же оставалась на месте.
- Хм, странно. Очень странно, - пробормотал магистр себе под нос.
- Это ошибка! – прорычала я, - Ваш магометр неисправен! У меня не может быть настолько низкого показателя!
- Но, к сожалению, это так, мисс Хейден, - не согласился мужчина, - Все академические инструменты совершенно точны. Ваш уровень резерва слишком низкий даже для среднего, а мы принимаем в академию студентов только с уровнем не ниже семидесяти пяти.
Взгляд магистра вернулся к магометру, и мужчина резко потянулся к нему пальцами, но я отдернула руку и уперевшись ладонями в стол, прошипела:
- Да вы знаете, кто мой…
- Аделин! – из-за спины предупреждающе прозвучал голос Джослин.
Я уже хотела повернуться к подруге, как магистр все же дотянулся до моей руки и приблизился к ней лицом.
- Не торопитесь с угрозами, мисс Хейден. Смотрите-ка.
Я нагнулась вслед за магистром и удивленно смотрела на то, как стрелка магометра вновь дернулась и уверенно поплыла выше, пересекая деления в сорок, пятьдесят, шестьдесят и семьдесят единиц. Остановилась на цифре восемьдесят четыре и дернувшись, снова упала вниз. Я пару раз моргнула, уверенная, что от нервного ожидания у меня помутилось зрение, но даже спустя три, четыре, пять секунд стрелка магометра не переставала скакать между делениями, то опускаясь почти до нуля, то снова поднимаясь вверх. Кажется, она и не собиралась останавливаться.
- Вот теперь это действительно странно, - на этот раз искренне произнес магистр, - Никогда раньше подобного не наблюдал. Резерв не должен так скакать.
- Возможно это потому, что магия пробудилась у меня совсем недавно? – предположила я.
- Насколько недавно? – спросил мужчина, наконец снимая с меня аппарат. Кажется, я его всерьез озадачила.
- Пару месяцев назад.
- Интересно, и как же вы собираетесь учиться с таким нестабильным резервом?
- Так я и еду в академию для того, чтобы меня научили его стабилизировать, - я натянула на лицо самую милую улыбку, и предвещая следующую фразу магистра, быстро добавила, - И в последствии, конечно же, использовать свои способности на благо родины!
Улыбнуться еще шире у меня уже не получалось.
Мужчина, покачав головой, записал что-то в журнал перед собой.
- Вам бы замуж, да детей рожать, - проворчал он, - А вы все на рожон лезете. Слышали, что пару месяцев назад там творилось?
Слышала. Но уж лучше сражаться с магами-захватчиками и их порождениями, чем добровольно идти замуж.
- Ну так что, я принята в академию? – спросила я, оставляя вопрос магистра без внимания.
- Вы допущены к вступительному испытанию, - поправил магистр, - А вот будете ли вы приняты в академию, мы сможем сказать только после его успешного прохождения. С вашим случаем мы встречаемся впервые, следовательно и потенциал вашей магии и способностей нам не понятен, но сразу отказываться от возможного сильного мага было бы глупо, - мужчина протянул мне подписанный лист с моей фамилией, - Это пропуск. Ждем вас у портальной станции послезавтра, мисс Хейден. Следующий!
Я подскочила на месте от неожиданно-громкого окрика магистра. Теперь уже с по-настоящему счастливой улыбкой спустилась с помоста и подмигнула сменяющей меня Джослин.
Как я и думала, подруга была допущена к испытаниям почти сразу, и уже спустя считанные минуты мы спешили домой с новостями.
И вот теперь я стремительно приближалась к своей новой жизни вне стен родительского дома и с бушующей время от времени магией внутри меня. К которой я, кстати, так и не успела привыкнуть.
Экипаж слегка дернулся перед тем, как полностью остановиться перед помостом с пространственными вратами.
- Приехали? – спросила Джослин, отдергивая занавеску и всматриваясь в усеянное каплями начавшегося дождя окно.
Ответом послужила открывшаяся дверь кареты, за которой стоял спешившийся кучер.
- Прошу, леди, - пожилой мужчина подал руку, и мы по очереди спустились на пыльную брусчатку, на ходу расправляя зонты.
- Луиза, будь добра, передай мои вещи, - я повернулась к своей камеристке.
Луиза протянула мне чемодан и обратилась к матери:
- Мне подождать вас здесь, госпожа?
- Да, я вернусь через несколько минут.
Служанка кивнула и забралась обратно в экипаж. Джослин, подхватив свой багаж, поспешила встать в очередь к порталу. Когда я хотела последовать за ней, мама вдруг придержала меня на рукав накидки.
- Я не пойду дальше, Аделин, - объявила она, потянув меня чуть в сторону от экипажа и любопытных глаз новобранцев, - Там слишком много тех, с кем я знакома. Не нужно, чтобы некоторые адепты узнали твою фамилию раньше, чем стоило бы. Многие из них… недолюбливают представителей семей Совета, как мы с тобой. Постарайся, чтобы этого не произошло хотя бы до прохождения вступительного испытания, в противном случае кто-то может попытаться тебе его подпортить.
Спрашивать, зачем бы кому-нибудь это понадобилось, не имело смысла. Среди людей сложилось мнение, что, если у тебя есть деньги и власть, значит тебе все дается за просто так, без особых усилий. И этот факт вызывал в людях зависть, которая могла сподвигнуть их на очень глупые поступки. Я выучила этот закон жизни еще в детстве, когда родители пытались отдать меня в школу. Да, там тоже учились дети из знатных семей, но их статус все равно был гораздо ниже моего. И вместо того, чтобы попытаться подружиться со мной, как сделали бы люди с мозгами и смекалкой, они всеми силами дружно старались испортить мне жизнь. Из-за чего я, в свою очередь, была вынуждена защищаться. Один раз даже кулаками. Поэтому долго я в школе не продержалась, и родители сошлись во мнении, что домашнее обучение будет никак не хуже, но сбережет им нервы, а моим одноклассникам – здоровье и целые кости.
- Мам, я понимаю, не переживай. Все будет хорошо, - успокаивала я, видя неподдельную тревогу в глазах женщины.
- Да, конечно…, - мама протянула руку и погладила меня по щеке, - Я знаю, ты у меня сильная девочка, Аделин, но прошу тебя – будь осторожна.
- Всегда, - я шутливо отдала честь, - Я - сама осторожность.
Мама неодобрительно покачала головой.
- Аделин, это не шутки. Академия Драгомир не терпит слабости и безрассудства. Ты даже не представляешь, что тебя там ждет. Твой брат много лет готовился, и все же чуть не погиб во время вступительного испытания.
Зато погиб спустя пять лет в бою на территории той же академии. Судьба или злой рок?
- Вы мне этого не говорили.
- Не хотели волновать - знали, как сильно ты привязана к брату, - объяснила мама, сжав мои плечи. Ее взгляд в секунду посерьезнел, - А теперь послушай меня, дочка. Я вижу по твоим глазам, что ты что-то задумала. И я уверена, что это связано с Коллином.
Какая проницательная, однако.
- Мам…
- Нет, Аделин, послушай. Не смей никуда лезть, ты слышишь меня? Я уверена - ты пройдешь вступительное испытание. Но на Адирне сейчас неспокойно, охранный щит сбоит, а нападение может повториться. Поэтому сейчас ты мне поклянешься, что, если это произойдет, ты окажешься как можно дальше!
- Мам!
- Иначе я сейчас же посажу тебя обратно в экипаж, и мы поедем домой. И мне плевать, что скажет твой отец. Одного ребенка я уже потеряла. Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится.
Голос матери звучал твердо, как никогда, но в ее глазах бушевало столько эмоций, самой яркой из которых была тревога. За меня.
Поэтому, чтобы не расстраивать маму еще больше, я нагнулась к ней, чтобы обнять, и произнесла:
- Клянусь, что буду забиваться в самый дальний угол и пинать всех, кто захочет меня оттуда вытащить, - при этом за маминой спиной я не забыла скрестить пальцы.
- Я ей о серьезных вещах, а она паясничает, - закатила глаза мама.
У меня самой от этой картины глаза на лоб полезли. Чтобы Оливия Хейден и закатывала глаза?... Да-а, все серьезнее, чем я думала. Беспокойство помутило ее разум, если она позволила себе такой жест, недостойный знатной леди.
- Аделин! Портал активировали! Быстрее! – услышала я позади нас взволнованный голос Джослин.
Я обернулась. Руны на портальных воротах вспыхнули и между двух каменных колон возник телепорт, по виду напоминающий черную дыру – хотя, по сути, так и было. И в следующий миг оттуда вышел человек в черном кителе и таких же брюках – униформе магистра академии. Держа свиток в руках, он принялся по одному запускать будущих рекрутов через портал, сверяя их имена со списком тех, кто прошел первый отбор. А как я уже знала, проверку магометром прошли лишь тридцать человек из тысячи. И основную часть составляли, конечно же, драконы.
Поняв, что следует поторопиться, я быстро чмокнула маму в щеку.
- Я буду очень по вам скучать. Передавай папе привет. И Лоле с мадам Деборой! – бросила я, отстраняясь от женщины.
И хотела уже развернуться и поспешить к подруге, но мама дернула меня за рукав, принуждая наклониться, и шепнула:
- Обязательно сразу же, как появиться возможность, найди Кристиана. Не враждуй с ним, Аделин. В Адирне он – твоя защита. Вы обручены, и каждый в академии должен об этом узнать. Только так ты будешь в безопасности.
Я упрямо хотела возразить, но мама уже подтолкнула меня к движущемуся потоку и напоследок улыбнувшись, скрылась в экипаже.
***
- Имя? – прозвучал у меня над ухом суровый голос, стоило мне вылезти из удушающего темного вязкого пространства.
- Адел… Аделин Хейден, - пробормотала я, пытаясь вздохнуть.
Какая же все-таки дрянная вещь – эти порталы. После них всегда такое ощущение, что тебя хорошенько пожевали и выплюнули.
Я всегда думала, что новая жизнь должна начинаться с ощущения эйфории, воодушевления, чувства свободы… а не с тошноты, головокружения и жгучего желания послать эту самую новую жизнь в одно очень глубокое место.
- Укачало? – невозмутимо и совершенно равнодушно поинтересовался стоящий рядом маг, даже не поднимая на меня взгляда, - Бывает.
И пока я стояла в ступоре спустя несколько секунд после перемещения в попытках совладать с собственным желудком, Джослин уже успела переместиться вслед за мной и теперь оттаскивала меня за руку в сторону от все прибывающих из портала рекрутов.
- Ты в порядке? – поинтересовалась подруга, обеспокоенно вглядываясь в мое позеленевшее лицо.
Сама она, между тем, выглядела как моранская принцесса из сказок – краше прежнего. Шасс бы побрал их драконью регенерацию и устойчивость организма.
- Да, лучше некуда, - отмахнулась я и выпрямившись, огляделась.
От представших передо мной видов челюсть отвисла сама собой. Остров Адирн оказался куда больше, чем я себе его представляла. А еще он не был похож ни на одно из самых красивейших мест, где мне когда-либо приходилось бывать.
Здесь, у самого края острова, скалы возвышались высоко над бушующим морем, и его волны с громким шипением бились о скалы. А пасмурное небо, сквозь которое просачивались лучи солнца, сливалось с бурными темно-синими водами в далекой линии горизонта.
Я обернулась и всмотрелась в глубину острова. Там простирались бесконечные горы, покрытые обширной зеленью и неровной тропой уходящие вдаль. Пики самых высоких из них тонули в пушистых облаках. Но мой взгляд приковало вовсе не это. Не менее десятка острых серебряных шпилей, торчащих из-за гор, врезались в небеса. Каменные стены замка почти сливались с природным горным массивом, но ровные геометрические формы сооружения выдавали работу человеческих рук. Издали сооружение выглядело почти идеальным, и только самые крупные из разрушений – те, которые были заметны на расстоянии, говорили о том, что совсем недавно здесь была битва.
- Это академия Драгомир? – спросила я у Джослин, не отводя взгляд от крепости.
- Она самая, - подтвердила девушка, перехватывая свой чемодан в руке и всматриваясь в ту же сторону, что и я, - Быстро же они ее отстроили. Отец говорил, что от верхних этажей почти ничего не осталось.
Но не только мы были заворожены представшими видами. Три десятка рекрутов, собравшихся в одну кучу после закрытия портала, тоже устремили свои взгляды на крепость и окружавшие ее просторы.
- Посмотрите! – послышалось откуда-то из толпы, - Это что, драконы?
Рыжий парень, судя по всему маг, указал рукой в далекое небо над шпилями академии. Я проследила за его взглядом, и с моих губ слетел завороженный вздох. Там и правда были драконы. В их истинной ипостаси. Отдаленные фигуры кружили над крепостью стройным клином, один за другим выполняя сложные маневры и пике. И пусть нам были видны только их отдаленные силуэты - даже они заставляли все внутри трепетать от восторга и благоговения.
От созерцания легендарных рептилий нас отвлекли строгие голоса преподавателей академии. Двое мужчин в черных мундирах выстроились перед нами и одним суровым взглядом заставили гомонящую толпу замолкнуть. Все замерли в ожидании.
Дождавшись абсолютной тишины, один из магистров, уже знакомый мне по недавнему отбору, прочистил горло и заговорил:
- Доброго дня, будущие рекруты. Меня зовут магистр Киаран Таррос. Я рад видеть перед собой такое значительное количество талантливых молодых людей, несмотря на недавнее происшествие. Надеюсь, что мне представится удача лицезреть вас в том же количестве и после вступительного испытания. Прошу прощения за то, что приходится встречать вас вне стен академии, но того требуют нынешние обстоятельства – после прорыва портальная сеть, также как и охранная, весьма нестабильна, а нам не хотелось бы потерять кого-то из вас в подпространстве раньше времени, - объяснил мужчина, при этом ухмыльнувшись и сцепив руки за спиной - что невзначай напомнило мне об отце, - В связи с этим добираться до стен академии мы будем своим ходом через подземные пути, - и на мгновение задумавшись, магистр добавил, - Впрочем, если среди представителей драконьей расы есть те, кто уже достаточно освоился в своей звериной ипостаси, могут полететь вместе с магистром Моррано, - Таррос кивнул в сторону стоявшего справа от него мужчины с длинными иссиня-черными волосами, - Если есть желающие, прошу выйти вперед.
Последняя фраза магистра не достигла моего слуха. В голове, подобно барабанной дроби, отбивали свой ритм слова: подземные пути. Место, где нет ни одного проблеска света, а вокруг лишь холодные каменные стены. Сердце гулко забилось в груди.
Я вздрогнула, мыслями вернувшись к событиям многолетней давности.
Мне снова было семь лет. Я с трудом открыла глаза, чувствуя невыносимую боль в голове. Ресницы слиплись от чего-то неприятного, струившегося по лицу. Я кулачками терла измученные глаза, и только с третьей попытки мне наконец удалось разлепить веки. Я огляделась, но не увидела ничего, кроме темноты. Густой, удушающей, абсолютной темноты. Что с моими глазами? Почему я ничего не вижу? Я ослепла? В панике зашевелила руками, стараясь нащупать хоть что-то осязаемое, но ободранные в кровь пальцы из раза в раз натыкались лишь на холодную, кислую от сырости и наросшего мха землю. Я попыталась встать, но ноги то и дело разъезжались на скользкой почве. Черная мгла сильнее проникала под кожу, заставляя меня захлебываться в нарастающем страхе. Я подняла голову вверх – туда, где должно было светить яркое солнце – но и там царствовала темная бездна. Я шарахнулась, когда мое плечо соприкоснулось с чем-то твердым и очень холодным. Мне казалось, что за пеленой тьмы скрываются невидимые мне чудовища и только выжидают подходящего момента, чтобы напасть. Поглощающий страх перерос в ужас. Я схватилась за голову, и не в силах больше этого выносить, закричала.
Святая Аэронвен, я не пройду туда. Если в туннелях нет света, я не смогу сделать и шага.
Я, как наяву, снова переживала кошмар прошлого, который липкой испариной расползался по моей спине. Чтобы вернуться в реальность, я переместила свое внимание на ощущение руки Джослин в своей ладони. Мне будет тяжело, если она все-таки решит сейчас присоединиться к своим сородичам.
Девушка, будто догадавшись о чем я думаю, сильнее сжала мои пальцы. «Не волнуйся. Я останусь с тобой», - читалось в этом молчаливом жесте.
Поддержка подруги успокоила меня, хотя я уже начала искренне жалеть, что не родилась драконом, и вместо того, чтобы лететь в небе вынуждена ползти по сырым темным пещерам.
Однако желающие присоединиться к драконьему магистру все-таки нашлись. Чуть больше десятка ребят, четверо из которых – девушки, вышли из строя, и одновременно поведя плечами, шагнули к профессору Моррано.
- А почему, в таком случае, кто-то из нас не может полететь на них? Понятное дело, поместятся не все, но так же все равно удобней и быстрей…, - возразил кто-то из рекрутов позади меня.
Я обернулась и принялась искать взглядом этого смельчака. Уж очень интересно было посмотреть на пример полного отсутствия инстинкта самосохранения.
На лицах драконов тут же появилось недоброе выражение, и вместо улыбок их рты растянулись в зверином оскале.
Тем временем Таррос перевел взгляд на смельчака за моей спиной и так же невозмутимо пояснил:
- Конечно, именно вы, молодой человек, непременно можете попытаться оседлать одного из этих прелестных созданий. Правда, сомневаюсь, что у них, в свою очередь, имеется хоть какое-то желание тащить вас на своем горбу. Поэтому перед этим я бы все-таки настоятельно советовал убедиться, что никто из них не скинет вас по пути. Так, чисто из вредности, - сказал он и, как ни в чем не бывало, пожал плечами.
Среди толпы раздался оглушительный хохот, а группа молодых драконов злорадно заулыбались. Но веселье в миг прекратилось одним суровым возгласом магистра.
- А теперь, дорогие мои, если больше никто из вас не желает прокатиться, предлагаю двинуться в путь.
Так мы все – ну почти все - двинулись к скрытой под тенью высоких елей пещере. Джослин рядом со мной шла спокойным размеренным шагом и наверное, была единственной из нашего чуть поредевшего строя, кто не обернулся с немым восхищением на блеснувший за спиной ослепительный белый свет, громкое рычание, похожее на перекличку, и порыв толкнувшего нас в спину ветра, вызванного огромными крыльями драконов, что уже взмывали в небо.
***
Скрытый от чужих глаз путь через подземелье к академии показался мне мучительной вечностью. Узкий каменный проход, испещренный сталактитами, неприятно давил своей ограниченностью и холодом. Я чувствовала дрожь в ногах, когда ступала на каменные своды и отчаянно боролась с порывом повернуть назад к солнечному свету и свежему воздуху. И только крепко сжимающая мою руку Джослин и замаячившие впереди яркие огни магических факелов, освещающих путь, ослабили мой страх и заставили ступить в глубь пещеры. После недолгого колебания я все-таки присоединилась к остальным.
Неровная поверхность то и дело заставляла оступаться каждого из нас, кроме магистров. Мы шли неровным строем в полном молчании, слишком сосредоточенные на каждом шаге, чтобы ненароком не сломать себе конечности. Хуже всех это, конечно, получалось у меня. В отличие от остальных рекрутов, мое тело не было достаточно ловким и натренированным за долгие годы подготовки. Хоть зачастую я и занималась вместе с братом под пристальным наблюдением отца, мои занятия все же не были и отдаленно похожи на военную подготовку, которая была у рекрутов и шагающей рядом Джослин.
Я поудобнее перехватила ручку своего багажа и прижалась ближе к подруге, почувствовав, как пронизывающий холодный воздух ласкает мои плечи, спрятанные лишь в легкий хлопок рубашки. Выбившиеся волосы слегка зашевелились от легкого сквозняка и затаенного в глубине беспокойства.
Но вдруг нос защекотал едва ощутимый запах утренней травы и недавно прошедшего дождя, впитавшегося в землю. Мои мысли были полностью заняты болью в ноющих мышцах, поэтому я не сразу сообразила, откуда в затхлой сырой пещере неожиданно появился свежий воздух. Я удивленно подняла глаза и чуть не вскрикнула - то ли от радости, то ли от еще большего огорчения.
Впереди, всего в нескольких метрах от нас, возвышалась вырубленная в камне лестница, ступени которой покрывал утренний солнечный свет.
Рекруты, один за другим, шагнули на каменный выступ. Одна ступенька, вторая, третья…
- Они что, издеваются? – воскликнула я, вновь переводя глаза к лестнице и трезво оценивая свои возможности по нарастающей боли в ногах, - Да я не взберусь туда.
- Куда ты денешься, - проворчала подруга, беря меня за руку, и потянула вперед, - Сомневаюсь, что у тебя есть желание остаться здесь навечно.
Я оглянулась назад, раздумывая о том, что если здесь будет достаточно света, то это не такая уж и плохая идея.
Вон, даже вода есть, - подумала я, с интересом рассматривая грязную лужицу, накапавшую с одного из сталактитов.
Но тут мои размышления прервало что-то, сорвавшееся с дальней стены пещеры и с огромной скоростью пронесшееся мимо меня, едва не задев лицо. Я вскрикнула от ужаса и подскочила к лестнице, чуть не сбив с ног Джослин. Звук хлопающих крыльев еще несколько долгих секунд эхом отзывался в стенах пещеры. И столько же - в моей голове. Я обернулась, когда подруга потянула меня за руку вслед за остальными, которые, кажется, даже не заметили нашей задержки.
Из подземных ходов мы вышли прямиком к воротам академии. Я подняла глаза к небу и прищурилась от яркого солнечного света. Крепостные стены возвышались над нами грозными каменными великанами, а шпили замка терялись далеко в небесах.
Я обернулась назад на мгновение, но дороги, ведущей к подземельям, больше не было видно. Земля в том месте казалась нетронутой, будто туда ни разу не ступала нога человека. И только опытный маг мог бы заметить легкую рябь иллюзии, прошедшей по воздуху в тени деревьев увядающей магнолии.
У ворот нас уже ждали драконы во главе с магистром Моррано в своем человеческом обличье.
Снова воссоединившись и дождавшись, когда магистры откроют перед нами врата, внутрь академии вся наша гурьба зашла чуть ли не церемониальным шагом, гордо подняв головы.
***
Территория академии Драгомир оказалась просто невероятно огромной. По словам преподавателей, она включала в себя несколько корпусов – основное здание, где проводились занятия, женское и мужское общежития, а также лазарет, тренировочный полигон чуть в отдалении от академии, парк, храм богини Аэронвен и главная достопримечательность – висячие сады.
- Правда, два месяца назад большая часть из них значительно пострадала, а восстановить их у стихийников академии пока руки не доходят. Главной задачей было восстановление, в первую очередь, учебного корпуса, - пояснил магистр Моррано, для дракона на удивление более дружелюбный и разговорчивый, в сравнении с другим преподавателем, молча вышагивающим впереди.
- А само здание сильно разрушено? – спросил кто-то из нашей толпы.
- Да, - кивнул преподаватель, сцепив руки за спиной, - Больше всего пострадало женское крыло общежития и часть основного корпуса. Учебные аудитории восстановили, а вот жилые комнаты девушек еще отстраиваются.
- Где же мы тогда будем жить? – воскликнула незнакомая светловолосая драконица впереди меня.
- Большую часть комнат освободили в правом жилом крыле, потеснив мужскую половину студентов, и еще четыре учебные аудитории перепланировали под спальные комнаты в главном корпусе, - пояснил мужчина, - Но, скажу вам честно, из-за случившегося условия в этом году гораздо хуже, чем во все прошлые года. Мест не хватает, квалифицированных преподавателей тоже. Поэтому вступительное испытание в этот раз обещает быть гораздо сложнее, и отбирать будут только по-настоящему талантливых и способных рекрутов. Готовьтесь.
От разглядывания обстановки меня отвлек странный звук снаружи. Мы шли по нескончаемым коридорам, направляясь в жилой корпус академии, где комендант должен был распределить нас по комнатам. Это крыло не успели восстановить окончательно, и кое-где прослеживались следы недавней битвы: стены с позолоченными фресками и изображениями исторических событий Луксории были испещрены трещинами, в углах виднелись не оттёртые пятна и подтеки запекшейся крови, под ногами хрустело стекло от выбитых окон, через которые внутрь проникал сквозняк и шум с улицы. И этот шум смутно походил на приглушенное рычание и хлопанье крыльев.
Не успела я обернуться, как почувствовала, что на моем предплечье напряженно сжались пальцы Джослин, все это время хранившей молчание.
- Что случилось? – я обеспокоенно посмотрела на подругу.
- Кристиан…, - еле слышно прошептала девушка. Ее пальцы на моей руке едва заметно подрагивали, - Он где-то рядом.
В следующую секунду я догадалась - Джослин ощутила присутствие брата. Вот что вызвало такое волнение. Конечно, ведь она не видела его уже много месяцев. Даже во время ранения Кристиана Лайтвуды не позволяли Джослин навещать его, переживая, что девушка, в прямом смысле, не перенесет еще большего потрясения при виде безжизненного лица брата. Их связь была слишком крепкой даже для представителей драконьей расы. Родители Джослин понимали это и также боялись потерять дочь. Сердце защемило от об боли за подругу.
Святая богиня Аэронвен, а я ведь, полностью погрязнув в собственной скорби о Коллине, даже не поинтересовалась о том, что чувствовала в это время Джослин. Я до боли закусила губу, явственно ощутив чувство вины.
Тем временем Джослин все чаще взволнованно вглядывалась в пустые глазницы окон и темноту встречных коридоров. Я переместила руку девушки в свою ладонь и крепко сжала ее в безмолвном проявлении поддержки. Шум снаружи становился все громче по мере нашего приближения к мелькнувшему впереди выступу открытого балкона. Таррос остановился у противоположной от выступа стены, ожидая, пока наша процессия соизволит его догнать.
Когда мы поравнялись с магом, мой взгляд зацепился за тот самый балкон. А точнее, за возвышающуюся на нем фигуру.
Молодой мужчина, чуть старше меня, стоял, непринужденно опершись на перила и устремив свой взгляд в небо – туда, где невероятной красоты существа с переливающейся на солнце чешуей, один за другим совершали головокружительное пике над раскинувшимся внизу полигоном. Я не видела лица мужчины – он стоял боком ко мне - но один только его вид, мимолетное движение головы уже приковывали взгляд. Прямая спина, темные форменные брюки и белая шелковая рубашка, натянувшаяся на широких крепких плечах, волосы цвета темного шоколада, собранные в небрежный хвост кожаным шнурком. Все в этом мужчине излучало силу, уверенность и в тоже время - легкость. Легкость мыслей, жестов, движений. И лишь левая рука его была закована в перевязь, нарушая целостность созданной картины, но, в то же время, будто дополняя ее. Я неосознанно наклонила голову, рассматривая мужчину. Захотелось тут же взяться за кисть и запечатлеть его на холсте.
Дракон. Что ни на есть самый настоящий дракон, - подумала я, - Только они бывают настолько идеальными.
Знала бы я в этот момент, насколько была права.
- А сейчас, дорогие мои, вы можете лицезреть еще одну нашу местную достопримечательность, - воодушевленно прозвучал голос магистра Моррано, выдернув меня из собственных мыслей, - И это …
В следующую секунду парень, с которого я не сводила взгляда, обернулся. В отражении неестественно-голубых глаз блеснуло солнце. Одновременно с этим, словно по команде, пальцы Джослин выскользнули из моих, ее багаж с грохотом был брошен на пол, а над моим ухом, отражаясь от стен, прозвучал надрывный возглас:
- Кристиан!!
Кристиан?
Подруга рванулась с места, не обращая внимания на удивленные взгляды остальных студентов из нашей группы, и с следующую секунду оказалась в крепких объятиях брата.
Я с невероятным усилием удержала свою намеревавшуюся отвалиться челюсть на месте.
Быть. Этого. Не может. Только не со мной.
Я помнила Кристиана в юном возрасте. Он уже тогда был высокого роста, но на мой взгляд, слишком худого телосложения – каждая рубашка, которую он носил, оказывалась ему велика. Волосы парня всегда находились в беспорядке, горбинка на носу слишком явно выделялась на заостренном лице, а губы каждый раз сложены в упрямую линию. Его внешность, как у всех представителей чешуйчатых рептилий, не была отталкивающей. Но и красивым я его в детстве не считала. Были ли тому виной его внешние черты или просто зловредный характер, оставалось только догадываться.
Но в любом случае, поверить в то, что мужчина, стоящий сейчас на расстоянии пары метров от меня – это тот самый Кристиан Лайтвуд, которого я помнила с детства, было просто невозможно. От того мальчишки остались только темные волосы и голубые глаза.
Пока я тщательно складывала этот пазл у себя в голове, остальные внимательно следили за воссоединением брата и сестры. Кто-то с интересом, кто-то с умилением, кто-то в равнодушном молчании, подобно преподавателям, кто-то с тихими перешептываниями, а кто-то, такой же как я - со смешанными чувствами. Меня наполняла искренняя радость от того, как на лице Джослин медленно расплывается улыбка, когда Кристиан, сжимая девушку в своих объятиях, здоровой рукой гладит ее по волосам. Она же, будто не веря в реальность происходящего, ласково проводит пальцами по его лицу, а затем приподнимается на носочках и крепко обнимает мужчину за шею, стараясь не задеть раненую руку. И в каждом их взгляде, обращенном друг на друга, в каждом случайном жесте читается бесконечная любовь двух родных душ – брата и сестры.
Но на месте Джослин и Кристиана я вдруг увидела Коллина и себя. Приглушенная до этого боль снова начала терзать мое сердце. А сразу же следом за ней внутри всколыхнулась неприятное ощущение, похожее на зависть. Осознание того, что я, в отличие от Джослин, уже никогда не смогу вот так подбежать к брату и сжать в своих объятиях. А он больше не потреплет меня за щеку, как несмышленого ребенка, не испортит мне прическу, и я не услышу из его уст обращенное ко мне «Опять балуешься, принцесса?» Осознание настигло меня так внезапно, что я даже не заметила, как из моей груди вырвался случайный полувсхлип-полувздох, нарушивший затянувшуюся тишину и идиллию брата и сестры.
Стоило мне поднять взгляд, как пронзительные голубые глаза Кристиана встретились с моими. Я тут же натянула на себя маску невозмутимости и, кажется, даже выдавила из себя улыбку.
- Сомневаюсь, что именно эту достопримечательность собирался показать нам мистер Моррано, - послышался нарочито громкий шепот из толпы.
- Не знаю, как вас, а меня и эта вполне устраивает, - присоединился женский голос за моей спиной, - Интересно, это его возлюбленная или сестра? Очень надеюсь, что второе.
Послышались тихие смешки. Свой же я, на удивление, сдержала.
- Мира, это же Лайтвуд – сын члена Совета, - высказался невысокий парень, стоявший рядом со мной, - О браках их детей договариваются чуть ли не с рождения. Так что тебе хоть второе, хоть третье, хоть десятое. К исследованию этой достопримечательности у тебя доступа нет.
Теперь уже наша группа разразилась нескрываемым хохотом, и только я краем уха услышала, как Мира – худенькая шатенка – пробурчала себе под нос:
- Подумаешь. А кто сказал, что я хочу именно замуж?
Всеобщее веселье прервал громогласный голос магистра Тарроса:
- Мисс Лайтвуд, я бесконечно рад вашему семейному воссоединению, но, будьте добры, вернитесь в строй. Вы задерживаете всю группу.
Джослин спешно отстранилась от брата. Выражение ее лица приняло спокойное выражение, и только я, хорошо изучившая подругу за долгие годы дружбы, уловила легкое смущение в блуждающем взгляде, приопущенных веках и проступившем едва заметном румянце на щеках. Ей было неловко оттого, что она не сдержалась, и позволила себе проявить чувства на глазах у стольких людей.
- Прошу прощения, магистр Таррос, я…
- Позвольте заметить, магистр, что вы сами предпочли задержаться, - голос Кристиана – властный, уверенный, с легкой хрипотцой и одновременно тягучий, как мед – прогремел в помещении набатом, - За руку вас никто не держал. Джослин вполне догнала бы вас уже через пару минут.
Голос Кристиана звучал совершенно равнодушно, но холод глаз прожигал магистра насквозь. Конечно, ведь тот посмел упрекнуть его сестру, что для Лайтвуда было непозволительным. Сколько себя помню, Кристиан всегда трепетно относился к Джослин и оберегал ее словно самое хрупкое и драгоценное сокровище на свете. Даже один косой неправильный взгляд в сторону сестры мог привести его в бешенство.
- И тем не менее, - ответил Таррос с таким видом, будто пытался объяснить что-то глупому ребенку, - Джослин, прошу вас присоединиться к нам. К тому же, рекрут Лайтвуд также должен вернуться к своим обязанностям, - магистр кивнул в сторону широкого балкона, где, вцепившись когтями в крепкие каменные перила, уже восседали два просто невероятных размеров дракона – с коричневой и бирюзовой чешуей. Переминаясь с лапы на лапу, они склонили головы и кажется, с интересом рассматривали наше сборище. Остальные три зависли в воздухе, взмахом широких перепончатых крыльев поднимая пыль с земли, - Занятие еще не окончено. Не заставляйте ваших же подопечных дожидаться вас из-за ерунды.
От меня не ускользнуло, как пальцы Кристиана сжались в кулак, и Джослин поспешила незаметно успокоить брата, прикоснувшись к его руке. Кажется, она даже сказала ему что-то по ментальной связи, потому как Кристиан будто кивнул своим мыслям, после чего Джослин оставила его и вновь заняла место рядом со мной.
И только тогда я почувствовала на себе внимание Лайтвуда. Я ощутила его настолько явно, что мне захотелось потянуться рукой к голове, чтобы нащупать дыру, которую во мне прожгли его глаза. Но я сдержалась, и вместо этого подняла голову, встретилась с ним взглядом, и улыбнувшись, помахала рукой.
Каково же было мое удивление, когда уголок его губ дернулся в скупом подобии ухмылки, а на левой щеке появилась ямочка.
- Рекрут Лайтвуд, - на этот раз прозвучал голос магистра Моррано, - Вернитесь к занятиям.
Кажется, этого магистра Кристиан уважал больше, потому как, не произнеся ни слова, он развернулся и направился к ожидавшим его драконам.
Я следила за ним взглядом до того момента, пока наша процессия не скрылась за углом. Джослин наверняка заметила мой интерес к ее брату, который был вызван лишь тем, как внешне изменился Лайтвуд за то время, что мы не виделись.
Подруга же, если и хотела что-то сказать по этому поводу, все же решила оставить свои мысли при себе, объявив только:
- Кристиан попросил передать, чтобы после собрания ты дождалась его. Он хочет поговорить.
- Сомневаюсь, что он думал обо мне во время ваших теплых объятий, - пробормотала я, задумчиво теребя андезитовый браслет на запястье, - Когда он тебе это сказал?
- Примерно десять секунд назад, - ответила Джослин, по привычке снова ухватив меня за предплечье.
Ментальная связь, как же я могла забыть.
- Ну так что? Ты встретишься с ним?
- Угу, - промычала я, - Конечно.
Конечно нет.
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги