Академия драконьих хранителей-2. Солнечный остров

Первая книга

Снег кончился через несколько часов нашего полёта. Воздух заметно потеплел, и колючий ветер больше не бил по щекам, превратившись в спокойный и почти ласковый. Я даже приспустила маску, чтобы сделать вдох поглубже. Златоглазка заснула, крепко привязанная ко мне ремнями, и я смогла немного размять руки и выпрямить спину. 

— Устали? Придётся ещё потерпеть, — сказал Стаф Майер, страж и хранитель Герона. 

Он вел себя со мной очень вежливо и так тихо, что порой я забывала, что лечу не одна. А еще каждые полчаса заставлял меня проверять ремни на моем креплении, но делал этот вкрадчиво и будто извиняясь. 

— Как долго еще лететь? — спросила я, вглядываясь в ночной горизонт. — Так темно… 

— Не меньше пяти часов, — ответил Стаф. —  Но мы летим навстречу рассвету, так что солнце увидим скорее, чем это было бы в Долине. 

Внизу сверкнула чёрная гладь воды, и я вся напряглась, незаметно вцепившись пальцами в седло. 

Впереди нас виднелись силуэты ещё четырёх драконов. Я знала точно, что первым летел страж Виктор Лерр с подругой Сары Сесиль. За ним  — страж Джошуа Грей и Юна. Подруга так была взволнована всем происходящим, что впервые даже не пыталась напроситься на полет к Кейну и села сразу к тому, кого ей предложили. Кейн же должен был лететь где-то позади, но с кем? 

А Шейн с кем? 

При мысли о нем сердце снова болезненно сжалось. 

— Вы можете немного вздремнуть, если устали, миз Рафор, — предложил Стаф. — Откиньтесь на меня, я слежу за обстановкой, можете не беспокоиться. 

— Нет-нет, — я немного смутилась, — все в порядке. Спасибо. 

Прошло ещё, наверное, часа три, прежде чем горизонт посветлел и стал окрашиваться в розовый. К этому времени глаза уже совсем слипались, а спина ныла безбожно, но я все так же ровно держалась в седле. 

— Теперь уже скоро, — обнадежил Стаф Майер. 

«Недолго осталось», — подтвердил Герон. 

Солнце совсем взошло, когда горы под нами сменились морем, таким безбрежным, что мне снова стало не по себе. 

«Красиво, правда?» — спросил Герон. 

— Очень, — покривила я душой. 

— Я тоже люблю море, — в голосе Стафа Майера слышалась улыбка. 

Заворочалась, просыпаясь, Златоглазка. 

«Мы ещё летим?» — сонно поинтересовалась она. 

— Ещё летим, — я погладила ее по спинке. 

Утешало одно: раз мы уже над морем, значит, остров и правда близко. 

Я все-таки немного задремала в положении сидя и ненадолго выпала из реальности, вернул же меня в нее торжествующий рев дракона во главе нашей эскадрильи. Я распахнула глаза, но увидела впереди лишь туманную дымку. 

— Что случилось? — спросила я с волнением. 

— Мы почти на месте, — усмехнулся Стаф. — Приготовьтесь к преодолению барьера! 

— Барьер? — я с опозданием вспомнила о его существовании. 

И тут же воздух пошёл крупной рябью, Герон будто толкнулся во что-то, и нас всех хорошенько тряхнуло. А потом нас ослепило яркое солнце, и впереди показались очертания земли. 

Остров стремительно приближался, и теперь стали хорошо видны отвесные скалы и спрятанная среди них бирюзовая бухта, золотистый песок пляжа и яркая зелень тропической растительности. Вдруг с одной из скал сорвался оранжевый дракон и взмыл в небо, совершая приветственный круг. Потом к нему присоединились ещё несколько, и наши драконы уже затрубили в ответ все вместе. 

Необъяснимая радость охватила и меня, губы сами растянулись в улыбке, и от нетерпения я вся вытянулась в струнку, вглядываясь вперёд и считая минуты до приземления. 

Мы уже летели над островом, внизу раскинулась целое поселение, из одноэтажных зданий с черепичными крышами стали выходить люди и махать нам. А я даже и не знала, что здесь столько жителей! 

Наконец показалось поле для посадки, и мы по очереди, чтобы не создавать сутолоку, начали снижаться. Как только всадники спешивались и забирали свои вещи, их дракон улетал, уступая место другому. 

Стаф спрыгнул первым и помог сойти мне со Златоглазкой, затем снял мою сумку и проводил меня до места, где уже столпились остальные прилетевшие ребята. Все улыбались, маленькие драконы уже бродили по траве, осматриваясь. Юна сразу обняла меня и шепнула:

— Я думала, что не смогу ходить. Моя пятая точка превратилась в бесчувственное нечто. А ещё я дико хочу есть! 

— Завтрак скоро будет накрыт, — раздался приятный мужской голос. К нам направлялся улыбающийся молодой человек с такой ярко-рыжей шевелюрой, что на солнце она казалась красной. Поверх одежды на парне был надет белый фартук, а в руках он держал такую же белую бандану. 

— А вы повар? — Юна сразу приосанилась и кокетливо улыбнулась. 

— Так точно, миз, — улыбка того стала шире. — Лайонел Ривз, всегда к вашим услугам. 

— А ничего, что вы оставили кухню, мирг Ривз? — продолжала Юна в том же духе. — Там у вас ничего не сгорит? 

— У меня никогда ничего не пригорает, миз, — заверил ее Ривз. 

— Ой ли, — Юна усмехнулась и стрельнула в него глазками. 

Но тут на посадку пошёл Елифар, и ее внимание сразу переключилось на него. Точнее, на его всадников. Сердце екнуло от радости и страха одновременно, когда я поняла, что вместе с Кейном все-таки летела Бекки. 

— Знаешь, — фыркнула Юна, тоже наблюдая за ними, — это начинает уже раздражать. Почему они опять вместе? 

— Потому что Кейн — руководитель вашей группы? — робко предположила я. 

Ох уж скорее бы вскрылся этот нарыв, честное слово! Лгать одной подруге, прикрывая другую становится уже совсем невыносимо. 

Следующий дракон привез Сару, и к моему облегчению, это был не Иллейн. Винсент прилетел вместе с миз Туффо. Почему-то это вызвало у меня чувство злорадства: уверена, наша милая наставница не умолкала ни на минуту всю дорогу. 

Рик, Чез, Барни, Джо и Люк, наконец — все больше ребят присоединилось к нам. Кто-то выглядел очень уставшим, кто-то, наоборот, был слишком возбужден, драконы на поле сменяли один одного, вот только Иллейна с Шейном все не было. 

— Как рахули перенесли полет? — спросила я у Джо, когда та поставила заплечную сумку на землю. Из нее сразу высунулась зелёная головка отца семейства. Он с любопытством осмотрелся и занырнул обратно. 

— Как видишь, все с ними в порядке, — ответила Джоанна, потягиваясь и зевая. — Интересно, покажут ли нам Камень Согласия? Или можно к нему так сходить? 

— Мне бы лучше сейчас показали, где еда и где кровать, — Юна тоже зевнула. 

— Прекратите зевать! — проворчала Бекки. — Заражаете всех, — и тоже прикрыла рот ладонью. 

Мне не терпелось расспросить ее, как ей летелось с Кейном, но придётся подождать более удобного момента. 

— Так-так, все малыши прибыли? — мы не заметили, как к нам подошла улыбчивая пухленькая женщина. — Я Магдалена и я позабочусь о ваших драконах, пока вы будете отдыхать. Только нужно перевести их под тот купол, — и она показала прозрачную полусферу, которая выступала над верхушками деревьев. — Поможете? Боюсь, пока они могут меня не послушаться… 

Мы все охотно стали подзывать своих подопечных и объяснять им, куда надо идти. 

— Как же давно у нас не было столько малышей, — Магдалена умиленно наблюдала за дракончиками. — Обычно они все прибывают к нам уже повзрослевшими. 

— Неужели на острове никогда не вылупляются драконы, кроме тех, что отправляют в Академию Хранителей? — спросила Юна. — Нам говорили об этом на лекциях, но все равно, грустно как-то… 

— Увы, драконы вообще редко высиживают яйца, одна драконица — раз в девять-двенадцать лет, — улыбнулась Магдалена, — и как раз у них это происходит поочередно и циклично, раз в три года. Обычно на свет появляется около двух десятков яиц. Драконица вынашивает яйца около года перед тем, как высидеть его, поэтому мы уже заранее знаем, сколько их будет, и передаём информацию в Академию, где уже, отталкиваясь от этих цифр, набирается именно такое количество студентов. Вот сюда, прошу… 

Мы как раз подошли к тому самому куполу, который оказался просторной ротондой, увитой цветущими лианами. 

— Пока они могут ночевать и питаться здесь, — продолжила Магдалена, впуская маленьких драконов. — Но когда ещё немного подрастут, боюсь, их тут не удержишь, — она усмехнулась. — Разбегуться по всему острову. 

— А им здесь не будет холодно ночью? — спросила я, беспокоясь об отсутствии как таков стен. Воспоминание о последних морозных ночах в Академии заставило меня содрогнуться. 

— Забудьте о холоде, — улыбнулась Магдалена. — Здесь его не бывает. Может пройти сильный ливень, но он все такой же тёплый. Кстати, а чуть дальше есть несколько мест с гейзерами. Драконам там всем очень нравится. Впрочем, мы все тоже можем искупаться в тех источниках при желании. 

Следующим нас перехватил высокий грузный мужчина средних лет с внушительными усами и окладистой бородой, он представился местным заведующим хозяйством Тимоти Гингом и повел показывать, куда всех расселили. 

— Для нас ваш прилет стал большой неожиданностью, — объяснял он по пути. — Подготовиться времени было мало, да и свободного жилья сейчас тоже не хватает, так что мы сделали, все что в наших силах… 

Смотритель говорил что-то ещё, но я его уже не слышала. Меня толкнула Бекки и показала взглядом в небо, на горизонте которого появился чёрный дракон. Он стремительно приближался, и через пару секунд в нем уже без труда можно было узнать Иллейна. Я испытала смесь облегчения и волнения. 

— Шейн летел один, — шепнула мне на ухо Бекки. — Так Кейн сказал. 

Я опустила голову, пряча улыбку. Глупо такому радоваться, но я ничего не могла с этим поделать. Мне хотелось спросить у Бекки, не говорил ли ей Кейн ещё что-то про магистра, но мы уже пришли к месту нашего будущего проживания. Дом оказался таким же одноэтажным, как и все здесь на острове, с той лишь разницей, что имел чуть вытянутую прямоугольную форму. 

— Здесь пять спален, на четыре человека каждая, — стал показывать Тимоти Гинг, запуская нас в дом, — и одна общая. Ванных комнат две. 

— То есть нам придется жить всем вместе и ещё делить ванные комнаты? — возмутилась Юна, правда, шепотом. 

— Выходит, что так, — я тоже была не в восторге от этого, но что поделаешь?

— Предлагаю сразу разделить ванные комнаты! — громко, чтобы все ее слышали, произнесла Бекки. — Для парней одна, для нас, девушек, другая! 

— Да-да! — поддержала ее тут же кузина. Сара выглядела особенно раздосадованный всем происходящим. — Я не хочу мыться в одной и той же ванне с этими мужланами. Они, небось, даже не убирают за собой. 

— Заходи проверить, — ухмыльнулся ей Декс Фирс. 

Сара в ответ презрительно фыркнула и отправилась выбирать с подружками комнату. Мы тоже не стали медлить и заняли себе угловую спальню сразу с двумя окнами. 

— В тесноте, да не в обиде, — вздохнула Юна, оглядывая нашу маленькую комнату, где кровати стояли почти вплотную друг другу, а из остальной мебели было пару полочек, небольшой стол с несколькими стульями и один шкаф на всех. 

— Это, чур, моя, — сказала я, падая на кровать подальше от окна. Вокруг меня сразу поднялось облачко пыли.

— Джо, — увидев это, позвала Бекки. — Выпускай наших рахуль. Кажется, для них уже есть первая работа. 

Рахули не особо обрадовались нашему заданию, но мы, как водится, пообещали им принести чего-нибудь сладенького, а ещё заверили, что не будем против, если они решат обосноваться у кого-то из нас под кроватью. В любом случае, вариантов у нас больше не было. Придётся как-то научиться сосуществовать вместе. Рахули ещё немного поломались для вида, а потом принялись за уборку. 

Мы же решили им не мешать и, быстро переодевшись с дороги, отправились на поиски местной столовой. Это оказалось не так уж трудно, поскольку аромат жареного бекона долетал даже до нашего общежития, по его следу мы и дошли до очередного здания, больше похожего на бунгало. Столики здесь стояли прямо на улице под навесом; сделаны они, как и стулья, были из плетеного ротанга, а крышей служили большие пальмовые листья. Буфет же с едой обнаружился внутри самого бунгало, а вместе с ним и уже знакомый нам повар Лайонел Ривз. 

— Проходите, миз, мы вас уже заждались, — широко улыбнулся он нам. — Вниманию вашего желудка представлены: бекон, омлет, яйца в мешочек, яйца вкрутую… 

— А не многовато ли яиц? — хмыкнула Юна. 

— Привыкайте, миз, яйца на острове — один из главных продуктов, поэтому они всегда будут в меню, — ответил повар, ничуть не стушевавшись. — Как и фрукты. Не желаете, кстати, фруктового салата? 

— На самом деле я сейчас желаю все, — уже без кокетства заявила Юна и вздохнула. — Но остановлюсь на омлете, беконе и фруктовом салате, так уж и быть… И ещё вон ту булочку. 

Лайонел быстро наполнил тарелку и подал ей:

— Приятного аппетита, миз. 

— Мне то же самое, — попросила я, и вскоре уже сидела за столиком вместе с Юной. А ещё через несколько минут к нам присоединились Бекки и Джо тоже с полными тарелками, и мы, забыв о приличиях, накинулись на еду. 

Столовая постепенно заполнялась студентами, все были голодны не меньше нашего и сметали еду с тарелок под чистую. 

— А этот Ривз вкусно готовит, кстати, — сказала Юна, тяжело откидываясь на спинку стула. — Интересно, как они поладят с Бобо? Им придётся делить кухню? 

— Я сейчас не хочу думать об этом, — протянула Бекки с зевком. — Потому что теперь ещё сильнее хочу спать. 

После сытной еды и меня начало безбожно клонить в сон, казалось, я могу заснуть прямо здесь на стуле. Джо тоже начала зевать, и было единогласно решено идти спать. Накатила такая усталость, что у нас даже не хватало сил навестить наших дракончиков. Оставалось надеяться, что Магдалена за ним будет хорошо присматривать. 

Рахули к нашему возвращению успели навести порядок и уже вовсю шуршали под кроватью Джо, обустраивая себе новый дом. 

— Сахар пока раздобыть не удалось, — повинилась перед ними Джоанна. 

— Но у меня завалялась шоколадная конфета, — спасла положение Бекки. — Вам за хорошую работу. 

В результате рахули остались довольны, а мы смогли наконец упасть в кровать и сомкнуть веки. Прежде чем провалиться в сон, я успела подумать о том, что так до сих пор и не увидела Шейна. 

Проснулись мы только вечером, незадолго до ужина. Что нас снова уже ждут в столовой, мы узнали от Люка, который пришёл будит Джо и заодно заставил подняться остальных. Но, как ни странно, мы вновь ощущали голод, поэтому охотно отправились в столовую. 

По пути  мы встретили Рика с друзьями, и от них  узнали о крупной ссоре между Лайонелом Ривзом и нашим Бобо, в которую пришлось вмешаться даже ректору. Как Юна и боялась, Бобо не желал мириться со второй ролью на кухне и был прямо-таки оскорблен, что ему придётся работать вместе с Ривзом. К сожалению, как и многие гении, Бобо был слишком чувствителен к критике и конкуренции, а оттого временами капризен. Чем закончился конфликт, пока было неизвестно, поскольку ректор разговаривал с поварами уже без свидетелей. Однако на качестве обеда это точно не сказалось, а на раздаче по-прежнему стоял местный повар Ривз и все так же всем приветливо улыбался. Особенно Юне. 

— По-моему, ты ему нравишься, — шепнула я Юне. 

— Ну и пусть, — та пожала плечами. — Мое сердце все равно уже занято. 

Мы украдкой переглянулись с Бекки: да что ж такое-то? Нет, нужно срочно что-то придумать, чтобы заменить в сердце Юны место Кейна на какого-то другого. И Лайонел Ривз, кажется, вполне подходил на эту роль. 

Но планы по смене власти в сердце Юны были забыты, стоило мне увидеть Шейна. Он снова был далеко от меня и, кажется, подходить не собирался, да и вообще, как всегда, был занят разговором, на этот раз с профессором Лагером. Беседа была, наверное, какая-то очень важная и серьёзная, поскольку оба были слишком увлечены ею, но как же мне хотелось обратить на себя его внимание! Просто чтобы он хотя бы посмотрел на меня! Просто, чтобы прочитать в этом взгляде, что он чувствует по отношению ко мне. Презирает? Зол? Или ему безразлично? 

Может, выкинуть что-нибудь эдакое? Например, разбить «случайно» тарелку? Или упасть в обморок? 

Святые провидцы, какая чушь! Мне сразу стало стыдно от подобных детских мыслей. Когда-то я, может быть, так и поступила… с Винсентом Муром. Но с Шейном так вести себя совсем не хотелось. За последний месяц во мне будто что-то изменилось. Теперь все эти шалости больше не казались мне нормальными. 

— Чем займёся? — спросила Юна, вырывая меня из круга моих мыслей. — Предлагаю прогуляться и обследовать окрестности. Можно на горячие источники сходить. 

— Почему бы и нет? — сказала Бекки. 

— Почему бы и нет? — эхом повторила я, глядя в спину уходящему Шейну. 

По пути мы наконец зашли к нашим драконам, проверить, как они обустроились. Все выглядели довольными и сытыми и активно изучали окрестности. Так, Златоглазку и подопечного Юны мы нашли плескающимися в ближайшем источнике. Златоглазка, правда,  по-прежнему игнорировала Жемчужного, а тот, несмотря на это, продолжал искать ее расположения. 

Мы решили не мешать драконам и отправились к более дальним гейзерам. 

— Давайте сделаем привал здесь, — попросила Юна, присаживаясь около куста, усыпанного крупными красными цветами. 

— Провидцы, как они пахнут потрясающе, — Бекки понюхала один из цветочков, а потом и вовсе сорвала его и села рядом. 

Мы с Джо последовали ее примеру, а затем и Юна. Насладившись ароматом вдосталь, я вставила сорванный цветок в волосы, но его сладкий запах продолжал витать в воздухе. 

— Слушайте, я будто немного пьяная, — хихикнула вдруг Юна и, подскочив на ноги, закружилась вокруг себя. 

— Меня тоже что-то слегка ведёт, — усмехнулась Бекки, задрав голову к розовому от заката небу. 

— Возможно, привыкаем к новому климату, — проговорила Джо, пристально рассматривая цветок. — Не могу понять, что это за растение… Что-то знакомое, но не могу вспомнить… 

На меня же, наоборот, вместе с шумом в голове навалилась такая печаль, что захотелось просто разреветься. Я вдруг ощутила себя жутко несчастной и всхлипнула. 

— Эй, ты чего? — Юна перестала кружиться. — Все же хорошо. 

— У меня все плохо, — всхлипнула снова я. — Меня поцеловал Винс и все испортил, — вырвалось само собой. 

— Тебя поцеловал Винс и все испортил? — снова хохотнула Юна. — Как это? Разве ты не должна радоваться? 

— Нет, — мотнула я головой. — Поэтому теперь меня ненавидит Шейн. 

— Моя логическая цепочка нарушена, — моргнула Джо. 

— Кажется, у кого-то от нас есть секреты, — Юна снова плюхнулась на траву, на этот раз напротив меня. 

— Она теперь не любит Винсента, — вставила Бекки, уткнувшись носом в свой цветок. 

— Давно пора, — медленно кивнула Джоанна. 

— Я требую объяснений, — Юна смешно нахмурилась, отчего я тоже улыбнулась. 

— Все очень запутано, — призналась я. 

— Давай распутывать, — просто сказала Юна. 

— Нет ничего невозможного, — подтвердила Джоанна. 

— Ладно, — вздохнула я и стала рассказывать. Мне казалось, что я делала это как-то очень путанно, постоянно соскакивая с мысли на мысль, но девочки странным образом все понимали. И, главное, никакого удивления или осуждения. 

— Все-таки поцелуй во время Ночи Разноцветных огней работает, — лыбясь, заключила Юна. 

— А я бы все-таки подсыпала Муру перекрасавку, — сказала Джо. 

— Да, Мур — гаденыш, — согласилась Юна. 

— Мерзавец ещё тот, — отозвалась Бекки, тоже став какой-то печальной. — Но с Шейном надо что-то делать! 

— Что? — я шмыгнула носом. — Мы ведь даже не разговаривали после поцелуя. Я не знаю, как он к нему относится. Не знаю, зачем он это делал. Возможно, это просто порыв в моменте, а теперь он жалеет… Вдруг тот поцелуй с Винсентом просто избавил его от необходимости объясняться со мной? Вдруг он решил, что я до сих п-пор люблю Винс… сента, — я начала спотыкаться на словах, словно язык стал хуже слушаться. 

— Подожди, ведь прошло… совсем мало… времени, — Бекки тоже говорила как-то замедленно. — Если быть точнее, то чуть… б-больше суток, верно? Б-большая часть из которых мы были в п-пути, а п-потом отсыпались. У Ш-шейна сейчас других хлопот хватает… И у К-кейна тоже. 

— Кейн? — встрепенулась Юна. 

— Юна, — Бекки изменилась в лице и уставилась на нее серьезным  взглядом. — Я д-должна тебе признаться… 

— Ой, — не дослушав ее, пробормотала та и, поморщившись, схватилась за горло, — что-то меня тошнит… 

— И меня мутит, — Джоанна, пошатываясь, поднялась. 

К моему горлу тоже стала подкатывать тошнота, а перед глазами заплясали круги.

— Д-девочки, меня сейчас вывернет наизнанку, — призналась Юна. 

— Ч-что мне тоже нехорошо, — Бекки потерла виски. 

— О боги, — простонала я, понимая, что дурнота только усиливается. — Может… Это ужин… 

— Это не ужин, — раздался посторонний женский голос, и из-за деревьев вышла молодая светловолосая женщина с корзиной в руке. Она смотрела на нас, удрученно качая головой. — И как вас угораздило устроить посиделки под кустом алого дурмана? Это ведь ядовитое растение. 

— Точно! Вот что это! — воскликнула Джо, с отвращением отбрасывая в сторону цветок. 

— Хорошо, что я на вас набрела, — вздохнула блондинка. —  Можете сами встать? Нужно дойти до моего дома, я дам вам лекарство, чтобы вывести все токсины. 

Мы потихоньку начали подниматься на ноги, а Юна спросила:

— Вы здешний лекарь? 

— Угадали, — усмехнулась женщина. — Меня Тесса зовут. А вы, как я понимаю, студенты, прибывшие сегодня. 

— Угадали, — кивнула Юна. 

— Ну что, все стоите на ногах? Можете идти? А то некоторые так иногда надышаться этим дурманом, что впадают в состояние транса, — поделилась Тесса.

— А ведь такой красивый цветок, — пробормотала я. 

— Увы, — целительница достала бутон из моих в волос и забросила его подальше. — Теперь уходим отсюда поскорее. Мне самой тоже не очень хочется ощутить на себе все прелести этого чудесного цветка. Мне ещё вас в чувство привести надо. 

Мы на ослабевших ногах последовали за Тессой. Ее дом и по совместительству местная больница, как оказалось, располагался не так уж далеко от нашего общежития. 

— Теперь вы знаете, где искать помощи, если понадобится, — усмехнулась Тесса, пропуская нас внутрь своей обители. 

Здесь витал насыщенный аромат сушеных трав, ими же, только в пучках, были завешаны две стены. 

— Садитесь на кушетку, сейчас принесу лекарство, — сказала целительница. 

Мы послушно опустились на ту самую кушетку в рядок. Голова все ещё кружилась, а тошнота не отступала. 

Тесса проворно достала какой-то пузырек из шкафчика и стала отсчитывать капли, разливая его по стаканчикам. Затем плеснула в каждый ещё какого-то отвара и раздала нам. 

— Будет горько, но эффективно, — предупредила она. — Лучше пить залпом. 

Мы так и сделали, после чего дружно закашлялись: на вкус это, и правда, была одна горечь. 

— Сейчас я вам ещё чайку заварю, — усмехнулась целительница, собирая пустые стаканы. — Обычного, не бойтесь. С печеньем. 

Пока Тесса готовила чай, в голове начало потихоньку проясняться. Вначале отступила тошнота, потом боль в висках. Я уже осмысленней стала смотреть на мир и на лекаря, которая хлопотала у стола. Теперь она показалась мне моложе, чем сразу: лет двадцать пять, не больше. Озорная улыбка, горящий взгляд голубых глаз. Она мне даже чем-то напомнила Юну, и не так внешне, как характером: такая же лёгкая в общении, беззаботная. 

— Подходите сюда, чай готов, — позвала Тесса, расставляя чашки и вазочки с печеньем. — Ну как, лучше вам? Отпускает? 

— Намного, — ответила Юна, первая усаживаясь за стол. — Спасибо. Мы, кстати, забыли представиться. Я Юна. 

— Меня зовут Ребекка, — подхватила Бекки. 

— Джоанна, — кивнула Джо. 

— Оливия, — представилась я. — Можно просто Лив. 

— Рада знакомству, — улыбнулась Тесса. — Жаль, что при таких обстоятельствах. 

— Это было ужасно, — вздохнула Бекки. — Хорошо, что вы пришли. 

— Ко мне можно на «ты», — попросила Тесса. — И да, я тоже рада, что встретила вас вовремя. 

— Почему эти кусты не вырубают под корень, если они такие опасные? — Юна потянулась за печеньем. 

— Потому что оно полезно для драконов, — ответила за целительницу Джо. 

— Верно, — кивнула Тесса. — Им можно лечить драконов, например, от потери сил. Особенно хорошо после очень долгих перелетов или сильного переохлаждения. Поэтому алый дурман никто не трогает, просто стараются обходить стороной, как только учуют запах. 

— В нашем регионе такой не растёт, — я задумчиво покрутила чашку между ладоней, потом сделала маленький глоточек. Мята, лемонграсс и что-то ещё очень душистое. 

— Зато теперь будет тоже знать алый дурман «в лицо», так сказать, — засмеялась Тесса. 

Она было тоже взяла чашку, но в этот момент скрипнула входная дверь, открываясь. Я, движимая неким чутьем, обернулась, и тотчас голова закружилась с новой силой: на пороге стоял Шейн. 

— Аарон? Заходи! — радостно воскликнула Тесса. 

— Я на минуту, но если ты занята… — судя по растерянному взгляду, он тоже не ожидал нас здесь увидеть. 

— Нет, нисколько, — ответила Тесса. — Мы с девочками пьем чай. Давай я и тебе налью? 

— Нет, спасибо… — покачал головой Шейн. 

— Здравствуйте, мирг Шейн, — улыбнулась ему Юна. — Мы сегодня ещё не виделись. 

— Здравствуйте, девушки, — тот кашлянул и тоже улыбнулся. Никому и всем одновременно. 

Я промолчала, потому что моё сердце так билось, что его стук отдавался в ушах, язык же просто прирос к небу. А потом я посмотрела на Тессу, уловила ее взгляд, направленный на Шейна, и меня постиг ещё один удар. Так не смотрят на друга. 

— Ну хотя бы присядь… Не стой в дверях, — теперь она ещё и собственнически провела рукой по его плечу, и голос у нее стал будто ниже, весёлая тональность сменилась на интимную. 

Я готова была провалиться сквозь землю. Но вместо этого оставила чашку и поднялась. 

— Мы, пожалуй, пойдём, — я заставила себя улыбнуться. Оказывается, это простое действие иногда тоже бывает болезненным. — Не будем вам мешать. Спасибо за помощь и чай, Тесса. 

Подруги поняли все тоже без слов и стали подниматься, оставляя чай недопитым.

— Да, мы пойдём. 

— Спасибо, Тесса… 

Удивительно, но гостеприимство Тессы вмиг куда-то улетучилось, она даже не попыталась нас задержать. Только и сказала на прощанье:

— Увидимся, девочки. 

Я первая оказалась за дверью и быстро, не оглядываясь, направилась к нашему общежитию. Подруги молча следовали за мной, и только когда мы очутились в своей комнате, Бекки заговорила:

— Это ещё ничего не значит, Лив! 

— Ну мало ли что у них было раньше… — подхватила Юна. 

— Не думаю, что они поженятся, — попыталась «успокоить» Джо. 

— Ну хватит, — я стала демонстративно раздеваться. — Давайте спать. 

— Лив… — позвала меня осторожно Бекки. 

— Ничего не произошло, — отрезала я. — Правда. И я очень хочу спать, — добавила уже мягче. 

Я забралась под одеяло, и подруги тоже стали медленно готовиться ко сну. Больше меня никто не беспокоил, понимая, что мне нужно время побыть наедине со своими переживаниями. 

Странное дело, но я все-таки заснула и довольно быстро, однако проснулась под утро, рассвет только-только зарождался. И снова налетели ядовитые мысли, разъедая меня изнутри.  Я сбросила одеяло, встала и, закутавшись в вязаный плед, вышла на улицу, чтобы проветрить голову. 

На углу дома нашла скамейку и присела на нее. Под ногами плыл утренний туман, воздух ещё был прохладным, но не до зябкости. Я, немного расслабившись, бросила взгляд в сторону и сразу наткнулась на дом Тессы, отсюда даже было видно ее крыльцо. 

«А, может, действительно ничего между ним нет серьёзного? — подумала я уже без прежней остроты. — Может, показалось?..» 

Но тут дверь Тессы отворилась, и из нее вышел Шейн, растрепанный, в расстегнутой рубашке. 

Я зажмурилась, не желая этого видеть. Сжала зубы, не желая принимать правду. Признавать, что все-таки не показалось… 

Аарон не ожидал ее здесь увидеть, и это, надо признать, снова выбило его из равновесия. Он шёл к Тессе с определенной просьбой, теперь же пытался собраться мыслями, которые ускользали совсем в другом направлении. 

— Увидимся, девочки… 

Дверь за ними закрылась, и Тесса воззрилась на него с улыбкой:

— Как хорошо, что ты зашел, Аарон. 

Он отступил на шаг, и рука Тессы, до этого лежавшая на него плече, одиноко зависла в воздухе. 

— Я к тебе по делу пришёл, Тесса, — Аарон ущипнул себя за переносицу. 

Та удрученно усмехнулась:

— Кто бы сомневался. Правда, я все же понадеялась… 

Он поднял на целительницу потяжелевший взгляд, и та примирительно взмахнула руками:

— По делу так по делу. Что же вам нужно от меня, мирг Шейн? 

— Завтра вечером я снова улетаю, — сказал Аарон, игнорируя сарказм в ее голосе. — Возможно, на несколько недель. Есть вероятность, что будут долгие перелёты, и Иллейну нужна будет поддержка. Я хотел попросить, чтобы ты сделала для него несколько флаконов того тонизирующего снадобья. Успеешь за сутки? 

Тесса повела плечами:

— Успею, почему нет? 

— Спасибо, — кивнул Аарон и сделал шаг к двери. 

— И что, даже чаю не попьешь? — усмехнулась Тесса. 

— Нет времени, — его взгляд остановился на недопитом чае в кружках на столе. — А… Что делали у тебя эти студентки? — всё-таки поинтересовался он. — Кроме того, что пили чай. 

— Не поверишь, они надышались алым дурманом, — с лёгким смешком отозвалась Тесса. — Присели под ним отдохнуть, дурехи! Они уже едва соображали, когда я их нашла. 

— С ними точно все в порядке? — Аарон не смог скрыть тревоги, и Тесса это сразу заметила. 

Посмотрела на него с прищуром:

— Конечно. Ты же видел, что они все выходили отсюда вполне себе здоровые. Я вовремя дала им противоядие. Или… Тебя волнует состояние кого-то из них конкретно? 

— Они мои студентки, — Аарон напустил холода в голос. — И да, я за них волнуюсь. Они впервые на острове и по незнанию могут столкнуться ещё со многими опасностями. 

— Пусть будет так, — Тесса улыбнулась одними уголками губ. — Что ж… Займусь тогда снадобьем для Иллейна. Прямо сейчас. 

Аарон кивнул и повторил:

— Спасибо, — затем стремительно покинул ее дом.

Он направился к себе, решив, что перед предстоящей дальней дорогой не помешает лечь пораньше и выспаться. Однако сон никак не шёл, и он просто сходил с ума от одолевающих его мыслей. В конце концов, Аарон не выдержал и, набросив на себя первую попавшуюся одежду, вышел на улицу.

 Ночь была прохладной и ясной, Аарон сел на ступеньки крыльца и задрал голову, глядя на небо, усыпанное звездами. 

За спиной раздались тихие шаги, а следом голос друга:

— Тоже не спится? 

— А ты чего не спишь? — спросил Аарон, не оборачиваясь. 

— Да рахули его знают, — Деймон опустился рядом с ним на ступеньку и протянул ему откупоренную бутылку яблочного сидра. 

— Рахули? — с усмешкой переспросил Аарон. 

— Это я от Бекки услышал, — Деймон тоже улыбнулся. Правда, тут же поправил себя: — В смысле, миз Линдсей, да. У них с подругами живут рахули, ты знал? 

Аарон отрицательно покачал головой и сделал большой глоток из бутылки. Если подумать, он вообще мало что знал об Оливии, и это почему-то вызывало досаду. 

— Вижу, вы совсем сблизились с миз Линдсей, — заметил он. 

Деймон долго молчал, прежде чем ответить:

— Не так близко, как хотелось бы, — он забрал у друга сидр и тоже отпил из бутылки. 

Аарон промолчал. Но тут Деймон пихнул его плечом:

— Ну скажи хоть что-нибудь. Вернее, выскажись наконец! Ведёшь себя как… Прыщавый подросток. 

— У меня вообще-то никогда не было прыщей, даже когда был подростком, — хмыкнул Аарон. 

— Ну повезло, что тут скажешь, — тоже ухмыльнулся Деймон и почесал щеку. — Но это не отменяет того, что ты ведешь себя как подросток. 

Аарон хотел было огрызнуться, но потом признал, что друг прав. Он запустил пальцы себе в волосы и сжал голову. 

— Я и чувствую себя так же. Как подросток. 

— Признание проблемы — уже половина успеха, — изрек Деймон. 

— Со мной такого не было уже лет десять, а то и больше.

— С прыщавой юности, в общем. 

— Именно. Я не знаю, что мне делать, и от этого мне так погано, — сидр снова оказался у Аарона. 

— Влюбленные всегда уязвимы и не уверены в себе, — кивнул Деймон. 

— Кто б говорил, философ фигов… 

— Так я и говорю. Про себя в том числе, — вздохнул Деймон. 

— В таком случае ты ведешь себя не лучше меня, — Аарон криво улыбнулся. 

— Да, наверное… — друг очередной раз вздохнул. 

Они снова на какое-то время замолчали. 

— Вот что бы ты хотел сделать? — спросил Деймон потом. 

— Поцеловать ее снова, — не раздумывая, ответил Аарон. — И стереть с ее губ поцелуй того… 

—... прыщавого юнца, — закончил за него Деймон. 

— Тебя что-то заклинило на прыщах, — покосился на него Аарон. 

— Тем, у кого их не было, этого не понять, — пожал плечами Деймон и ухмыльнулся. — А твой поцелуй выглядит как план. Не хочешь осуществить в реальности? 

Аарон вместо ответа отпил из бутылки. 

— Да отдай ты уже, — забрал ее Деймон с напускным раздражением. — Присосался тут… Другим оставь.

— А тебе бы почему не осуществить такой же план? — задал встречный вопрос Аарон. 

Деймон сразу сник:

— Потому что я не уверен… В ее чувствах. Вдруг я ошибаюсь? 

— Так вот я тоже не уверен, — признался Аарон в самом сокровенном. До этого момента он боялся признаться даже самому себе. — Я все время думаю о том, что она все еще влюблена в Мура. И мой поцелуй она приняла лишь в порыве… Атмосфера бала, игристое вино, танцы, фейерверки… Ну ты понимаешь… Ещё и обида на Мура, желание отомстить ему… 

— Эка тебя занесло, — протянул Деймон. — Может, вам просто стоит поговорить? Обсудить все как цивилизованные люди. Но что-то я не замечал, чтобы миз Рафор выглядела счастливой после того поцелуя со своим Муром. Наоборот, на ней лица нет. Чего ты боишься? 

— Того же, чего и ты, — ответил Аарон. И вдруг почувствовал себя до презрения жалким. 

— Тебе сколько лет? — огорошил его вопросом друг. 

— Двадцать девять, — ответил он. 

— И мне столько же, — кивнул Деймон. 

— Спасибо за это полезную информацию. Впервые ее слышу. 

Но друг даже не ухмыльнулся, вместо этого продолжил, нахмурившись:

— Мы взрослые мужики, верно? Прошли огонь и воду, воевали и… познали не одну женщину, как говорил какой-то поэт. Так почему мы сейчас себя ведем как мямли? 

— Ты хотел сказать, прыщавые юнцы, — печально усмехнулся Аарон. 

— Возможно. Но сейчас у нас все же есть одно весомое преимущество перед юнцами, — поднял указательный палец Деймон.

Аарон посмотрел на него недоверчиво. 

 — У нас больше нет прыщей, — закончил Деймон. 

Воцарилась секундная тишина, которая потом взорвалась дружеским хохотом, местами надрывным, но таким необходимым для избавления от всех тягот, что лежали на сердце. 

— Ты прав, — сказал наконец Аарон, ероша себе волосы. — Я поговорю с ней. 

— Давай, я посмотрю на тебя и, может, тоже… — Деймон осекся, хватаясь за ногу, и протяжно выдохнул. 

— Что? — встревожился Аарон. — Опять та рана? 

— Да что-то прихватила, зараза, — пропыхтел Деймон, борясь с болью. 

— Я схожу к Тесс за обезболивающим, — Аарон поднялся. 

— Да ладно, ночь же на дворе… Демоны, — друг стиснул зубы. 

— Я сейчас, — бросил Аарон и быстрым шагом направился к целительнице. 

— Что случилось? В такую рань-то, — открыла та дверь, сонно потирая глаза. — Аарон? — ее взгляд сразу прояснился. 

— Деймона снова рана беспокоит, есть чем обезболить? — без предисловий объяснил Аарон. 

— Заходи, сейчас, — глаза Тессы сразу потухли, но она пропустила его в дом и тут же приступила к поиску лекарства. — Это те, что я обычно ему даю, — она достала маленький флакон с пилюлями. — Но, может, стоит показать его ногу королевскому целителю? 

— Ты же знаешь, что Деймона вообще не заставить ходить к лекарю, — покачал головой Аарон и забрал лекарство. — Спасибо, Тесса. 

— Обращайтесь, — вздохнула она с усмешкой и проводила взглядом исчезающего в дверях Аарона. 

— Вот же гад! 

— Ну как так можно? 

— Я разочарована в нем… 

— Мужчины такие ненадежные! 

Я сидела на своей кровати, подтянув коленки к груди, и печально наблюдала, как Юна и Бекки возмущенно расхаживают по комнате и осыпают проклятиями Шейна. У меня же самой уже давно кончились и слова, и слезы. 

— У меня осталось ещё немного перекрасавки, — Джо вылезла из-под кровати, где проверяла, как идут дела у рахуль. — Только подсыпать ему ее будет проблематично.

— Ещё? — покосилась  на нее Бекки. — Ты на ком-то ее уже использовала? 

Этот вопрос повис в воздухе, поскольку где-то в коридоре громко хлопнула дверь и раздалась приглушенная ругань. 

— И теперь нам такое терпеть постоянно, — проворчала Юна. 

— Давайте собираться, — Бекки глянула на часы. — Опоздаем на завтрак. Миз Туффо предупреждала же, что сегодня занятия возобновятся. Лив? — она повернулась ко мне. 

— Иду, — вздохнула я, спуская ноги с кровати. Хоть сердце и разрывалось от боли и разочарования, жизнь все равно продолжалась. И была ещё Златоглазка, которая нуждалась во мне.

— А вдруг у Кейна тут тоже есть подружка? — Юна замерла, испуганная своим предположением. 

Бекки тоже вздрогнула и стала напряженной. 

— Надо как-то выяснить это, — пробормотала Юна, возвращаясь к застежкам на своём платье. — Я видела тут несколько симпатичных девиц, может, кто-то из них? 

Между тем в коридоре кто-то продолжал кричать и ругаться, и мне даже показалось, что я узнаю голос Винсента. 

— Это Мур, что ли? — тоже поняла Юна и открыла дверь. 

Мы с Бекки высунулись следом за ней в коридор и на мгновение застыли в изумлении. 

Это действительно был Винсент Мур, злой как демон. Что не мудрено: все его лицо, плечи и грудь (а он был без рубашки) покрывали ужасные прыщи. 

— Когда узнаю, кто это сделал, убью! — кричал он неизвестно кому. — Слышите? Руки оторву! Ноги оторву! Четвертую! 

— Что это с ним? — прошептала Юна. 

— Перекрасавка, что ещё? — невозмутимо отозвалась Джоанна. 

— Так это ты сделала? — глаза Бекки округлились. 

Я тоже не могла поверить ушам. Юна быстро закрыла дверь и вместе с нами вопросительно воззрилась на Джоанну. 

— Нет, ну а что? — та пожала плечами. — Вы же вчера не были против, когда я предложила отомстить ему за Лив. 

— Мы, вообще, слегка были не в себе, — напомнила я. — Но… Спасибо, — улыбка все же прорвалась сквозь мое унылое настроение.

Юна тоже хохотнула, смех подхватила Бекки, и вскоре мы уже все смеялись, держась за животы. 

— Как тебе это удалось? — спросила я, когда наш безумный хохот поутих. 

— Это Люк подсыпал ему в кровать порошок, — призналась Джо. — Он прокрался  к ним в комнату, когда Мур и Фирс куда-то отлучились, Мален отправился в душ, а Линк уже спал. Мы боялись, что Люк мог не угадать с кроватью, но, оказывается, все получилось. С логикой у Люка все в порядке! 

— А если бы его застукали? — Бекки кусала губы, борясь с очередным приступом хохота. 

— Люк придумал бы что-нибудь, — Джоанна отмахнулась с беспечным видом. — Все равно бы на него никто не подумал. Он же ботаник для всех. 

Меня затопила благодарность к подруге и ее парню, которые решили таким образом заступиться за меня и проучить подлеца Винсента. 

— Это невероятно, Джо, но он так рисковал. Из-за меня, — проговорила я. 

— Мур уже давно на это напрашивался, — фыркнула Джоанна. — Ты сама не разрешала мне осуществить правосудие. И я наконец удовлетворена. 

— И долго он таким красивым будет? — спросила Юна. 

— Если не будет ничего делать, то несколько месяцев точно, — ответила Джоанна. 

— Ого! А если пойдёт к нашей миз Фине или этой… Тессе? — Юна поморщилась, упоминая ее. 

— Может, они чем-то и помогут ему, но все равно мгновенно ничего не сойдет, — заверила Джо. — Перекрасавка тяжело выводится из организма. Так что день-два позора его точно ждет. 

— Интересно, а Сара пожалеет его? — хмыкнула Бекки. 

Сара не пожалела Винса, наоборот, шарахалась от него весь завтрак и смотрела, как на прокаженного. А он продолжал огрызаться и рычать на всех, кто смотрел в его сторону или пытался острить. В конце концов, кто-то все-таки надоумил Мура сходить к миз Фине, и тот, быстро съев свой завтрак, умчался к ней. Но вернулся ещё злее, чем раньше. Юна смогла подслушать, как он сказал друзьям:

— Дали какую-то вонючую мазь, но и от нее, говорят, пройдёт все не раньше следующей недели. 

— Чего и следовало ожидать, — удовлетворенно заключила Джоанна. — Так что насчёт Шейна? Возмездие или милосердие? Если что, у меня есть план… 

— Давай все же немного подождем, — ответила я, подавив вздох. Напоминание о Шейне иголкой вонзилось в сердце. 

Джоанна кивнула:

— Согласна, это слишком мелкая для его проступка месть. Надо придумать что-то посерьезнее. 

Я с опаской покосилась на подругу:

— Только в этот раз посоветуйся со мной, ладно? — мне уже было страшно от ее будущих идей. 

— Ладно, без твоего одобрения ничего не буду делать, — смилостивилась та, и я немного успокоилась. 

После завтрака за нами пришёл профессор Лагер и сообщил, что мы отправляемся на экскурсию к Камню Согласия. 

— Наконец-то! — воскликнула Джоанна. — А я уже собиралась туда идти одна. 

— А можно мне не идти? — спросил его Винсент. 

— С какой такой стати? — уточнил профессор. 

— По состоянию здоровья, — огрызнулся тот. — Разве не видно, что со мной? 

Лагер окинул его взглядом:

— У вас есть освобождение от лекаря, мирг Мур? 

— Нет, — процедил тот. 

— У вас нездоровы ноги, руки? Может, голова? 

— Нет. 

— Вы в состоянии думать? 

— Конечно, — нехотя отозвался Винсент. 

— Тогда в чем дело, мирг Мур? Не вижу причины отпускать вас с занятия, — произнёс профессор довольно холодно. — А это именно занятие, чтобы вы отдавали себе отчёт. Я могу только засчитать вам это как прогул, что, сами понимаете, скажется на результатах сессии. Каково же ваше решение? Вы с нами? 

— С вами, — буркнул под нос Мур. 

— Тогда вперёд, — и профессор Лагер бодро зашагал по тропинке в гору. 

— А где мы вообще будем заниматься дальше? — поинтересовался у него Рик. 

— Недалеко от вашего общежития есть библиотека, — ответил профессор, — там нам для теоретических занятий выделили зал. Ректор и миз Туффо уже готовят его для вас. Что касается практики, теперь у вас для этого  весь остров. Лучшего места точно не найти. 

— Представляю, какую полосу препятствий устроит нам тут Гарольд Дик, — сказала Юна, тяжело дыша. Начался крутой участок дороги, и идти в гору становилось все труднее. — Здесь ему прямо раздолье для своих издевательств над нашими бедными телесами. 

— Интересно, а занятия по полётам продолжатся? — Бекки была задумчива. 

— Почему они должны прекратиться? — отозвалась Юна. — У нас ведь тоже по ним будет экзамен. 

— Мы встретили перед завтраком нашего куратора, — встрял в разговор Чез, — он сказал, что как раз сегодня будет занятие по полётам. Как всегда в пять. 

— Может, и у нас тоже? — встрепенулась Юна, глядя на Бекки. — Если так, то с нетерпением жду вечера! 

Бекки вяло ей улыбнулась и отвернулась. Я же взволнованно подумала, что и меня, возможно, ждёт сегодня встреча с Шейном. Как я ее переживу? 

Наконец мы подошли к площадке, где стоял знаменитый Камень Согласия. Это был огромный валун, высотой доходящий мне до макушки, а шириной, наверное, в пять моих охватов. С одной стороны он был отполирован почти до блеска, с другой же — покрыт мягким зеленым мхом. 

— Кто готов нам поведать этот важный этап в нашей истории? — спросил профессор. 

Конечно же, первыми из желающих были Джо и Люк. Люк, немного поборовшись с собой, все же отдал это право Джоанне.

— В те давние времена наши земли ещё не были заселены человеком, — заговорила она, — на них жили только драконы. Однако их виду грозило вымирание, поскольку многие детёныши драконов умирали, не достигнув зрелости. С чем именно это было связано, нам до сих пор точно не известно. Одно из предположений — затяжные зимы, которые маленькие драконы не переживали. Второе — подземные хищные змеи, для которых яйца и детеныши драконов были лёгкой добычей. Взрослые драконы не всегда могли их отбить, поскольку змеи появлялись из-под земли непредсказуемо и в таких местах, где более крупный дракон имел меньше возможностей для маневров. Так, несмотря на долголетие, популяция драконов стремилась к исчезновению. Но однажды на этих землях появились люди, переселенцы. Гайрон Лоуфит был первым, кто встретился с детёнышем драконов и смог спасти его от нападения змеи с помощью магических атрибутов. В тот же момент между ними возникла необычная связь, которую ощутили оба. Лоуфит стал заботиться о маленьком драконе, защищая его от хищников и холода, пока тот не вырос. Дракон, повзрослев, в свою, очередь стал защищать самого Лоуфита и его семью, помогать ему с перемещением на дальние расстояния для охоты. Время шло, и все больше людей обнаруживали свою связь с маленькими драконами, начиная о них заботиться. Взрослые драконы тоже постепенно стали доверять людям,  в конце концов, в День Высокого Солнца они заключили друг с другом союз, пролив по капле крови на этом самом месте в знак объединения, и установили Камень Согласия, чтобы никогда об этом не забывать. Позже на ближайшем к острову материке образовалось наше государство, а это остров, омываемый теплыми течениями, стал прибежищем для драконов. Драконы продолжали добровольно помогать людям в их нуждах, а люди — заботиться о них самых первых дней появления ещё в яйце и до тех минут, пока те будут готовы к самостоятельной жизни, — Джоанна перевела дух. — Но все же важнее всего является та самая глубокая связь между драконом и человеком, которая делает их как бы продолжением друг друга. Связь, больше похожая на родство и которую невозможно ничем разорвать. Если только смертью кого-то из них. 

Последние слова прозвучали как-то печально, и на несколько секунд вокруг Камня воцарилась тишина. Ее нарушил профессор, кашлянув несколько раз:

— Спасибо, Джоанна, все ключевые моменты вы передали. Ну а подробно мы с вами все это изучали весь прошлый год. Надеюсь, никто из вас этого не забыл. Теперь же у вас есть возможность прикоснуться к этому Камню, чтобы самим ощутить ту самую нить времён и осознать всю глубину и чистоту связи драконов и людей. 

Мы по очереди прикоснулись к Камню, действительно проникаясь моментом и чувствуя ещё большую ответственность от своей роли в жизни драконов, а их — в нашей. 

Назад мы шли в воодушевленном настроении, на некоторое время забыв обо всех прочих проблемах и волнениях. А уже в посёлке на занятии у миз Туффо мы узнали, что нас и правда в пять вечера состоится занятие по полётам, и я снова потеряла покой. 

Впервые я чувствовала себя неуютно в своей команде. Сара шла с кислым лицом, Винсент продолжал пребывать в молчаливом гневе и зло реагировал на все подколки Фирса, а Мален, как всегда, витал в своих мыслях. У меня же все внутри было натянуто как струна. 

Место занятия находилось прямо у взлетного поля. Ещё издалека я заметила Иллейна, и мое сердце пустилось вскачь. 

«Давно не виделись», — коснулся моих мыслей чёрный дракон. И, по всей видимости, только моих. Остальные в команде были заняты своими разговорами и не обращали внимания на дракона. 

«Здравствуй, Иллейн», — так же мысленно ответила я. 

«Как поживает маленькая драконица?» — поинтересовался он. 

«Спасибо, с ней все хорошо», — я улыбнулась. 

«Нравится на острове?» 

«Да, тут чудесно». 

— Приветствую всех. 

От этого голоса сердце чуть не выскочило из груди. 

Я заставила себя посмотреть на подошедшего Шейна. В полном обмундировании, даже защитная повязка в руке. Он тоже будет летать? Недалеко от него стоял Стаф Майер, а над нашей головой парил Герон. 

— Мирг Мур? Что с вами приключилось? — Шейн между тем обратил взгляд на Винсента. В нем полыхнул едва заметный огонек веселья. — Вчера вы выглядели получше. Заболели? 

— Немного, — Винс глянул на него исподлобья. 

— Надеюсь, были у целительницы? — вежливо поинтересовался Шейн, а я стиснула зубы, вспомнив о Тессе. 

— Был. 

— Желаю вам скорейшего выздоровления. 

— Спасибо, — отозвался Винс, как выплюнул. 

При других обстоятельствах меня бы позабавил этот диалог и завуалированное подтрунивание Шейна над Муром, но сейчас меня вновь стала захлестывать обида и негодование. Образ Тессы и Шейна, сплетенных в объятиях, в моем воображении становился все ярче, а дыра в груди — все больше. 

«Интересно, он Тессу целовал так же, как меня?» — блуждали у меня между тем назойливые мазохистские мысли. 

— У меня для вас есть кое-какие новости, — заговорил Шейн, обращаясь уже ко всем. 

«Она, конечно же, более опытная в любовных делах… Куда мне до нее?» 

— Я снова вынужден улететь. Не знаю точно, насколько… 

«Они были вместе до утра…» 

Что? Я встрепенулась, когда до меня дошёл смысл его слов. 

— Недели две, не меньше. И все это время меня будет замещать Стаф Майер, — Шейн показал на молодого стража. — Полагаю, вы уже с ним хорошо знакомы. 

— Конечно, знакомы, — я не сразу поняла, что эта фраза, с нотками кокетства, принадлежит мне. Улыбка тоже сама появилась на моих губах. 

Щеки Майера при этом покрылись лёгким румянцем, и он смущённо улыбнулся мне в ответ. 

— Да, миз Рафор, вы знакомы с ним больше всего, — я испытала болезненное удовлетворение, уловив в тоне Шейна намек на уязвленность. Или все-таки… ревность? 

— И я благодарна миргу Майеру за безопасный и легкий полет прошлой ночью, — парировала я. 

— Вы правы, мирг Майер — хороший страж и, уверен, будет таким же хорошим наставником для вас, — Шейн кивнул Стафу. — Я со спокойным сердцем вверяю вашу команду ему и его дракону Герону. На этом я вынужден попрощаться с вами. До скорой встречи. 

Не думала, что после всего, это внезапное прощание вызовет новый приступ душевной боли. 

«Хотя, может быть это и к лучшему, — попыталась взбодриться я. — С глаз долой и все. Пусть улетает куда хочет». 

Шейн было развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился и посмотрел на меня:

— Миз Рафор, можно вас на короткий разговор? 

Пульс участился, дыхание перехватило. Мне это не послышалось? 

Я неопределённо пожала плечами и направилась за ним. Сердце при этом билось о грудную клетку, точно испуганная птица. 

Мы отошли недалеко, всего за угол ограждения, и остановились за пышными кустами, которые скрыли нас от любопытных глаз. 

Шейн пристально посмотрел на меня, затем произнёс:

— Я думаю, нам давно пора объясниться. К сожалению, обстоятельства препятствовали тому, чтобы это сделать раньше. 

— Что вы имеете в виду? — я приподнялась подбородок.

— Наверное, то, что произошло на балу? — он вопросительно изогнул бровь. 

— А, вы об этом? — мне удалось произнести это на удивление легко и даже усмехнуться. — Думаю, оно не стоит нашего внимания. 

«Куда больше внимания стоит ночь, которую вы сегодня провели у Тессы», — добавила я мысленно. 

— Действительно? — взгляд Шейна пронизывал насквозь. 

— Конечно, — я снова улыбнулась, смело выдерживая этот взгляд. — Признаться, я даже подзабыла подробности. Игристое вино, танцы, сами понимаете… Даже странно, что вы про это вспомнили. К тому же столько событий с тех пор произошло… 

— Ну да, событий случилось много… — медленно проговорил он. И оглянулся на Иллейна, который нетерпеливо взмахнул крыльями. 

— Что ж, счастливого пути, магистр. Вы ведь спешите? 

— Признаться, спешу, — тут Шейн тоже улыбнулся и прищурился. — У меня будет для вас задание, миз Рафор. 

— Какое? — моя броня дала трещину. 

— Научиться плавать, пока меня не будет. 

— Что? — я растерялась. 

— Вы должны научиться плавать, — повторил Шейн с такой знакомой лукавой улыбкой. — А я, когда вернусь, проверю это. Лично, — последнее прозвучало как-то слишком многозначительно, что сердце заплясало уже в другом темпе. — Берегите себя, — и он, ухватившись за ограждение, легко перепрыгнул через него. Снова улыбнулся мне и, уже не оглядываясь, направился к Иллейну. 

Мне до сих пор не удалось встретиться с герцогиней Ливин. Всю прошлую неделю она продолжала гостить во дворце у принцессы Селены, где мне появляться было совсем нежелательно. Я жил в гостинице инкогнито, наблюдал за ней и ждал момента, когда она соберется домой. Ты ведь понимаешь, Дей, что говорить с ней нужно сугубо конфиденциально. Я надеялся, что Хелен отправится в свое герцогство на днях, однако она улетела на одном из наших королевских драконов в Джезирес. Это выглядит подозрительно, поэтому теперь я тоже держу путь туда. Как будут новости, отошлю тебе посыльного. Передай миргу Форесту, что пока никакой информации у меня нет. И что нетипично для нашего региона сильные морозы продолжают распространяться по всему Иеризейскому королевству. Драконам очень тяжело летать, королю даже пришлось проредить летную охрану дворца, заменив ее пешей. Горячие драконьи купальни Вартейна  работают круглосуточно, как и тепловые панели. Я пролетел по соседним городам и увидел ту же картину. Воздушные пути заметно опустели, теперь с драконами в дальний путь отправляются только в безотлагательных случаях. Иллейн держится лишь благодаря тонизирующему снадобью. Хорошо, если его хватит на всю нашу дорогу. Иначе придётся искать целителя, который сможет восполнить наши запасы. 

Дей, надеюсь, на Острове все хорошо. Присматривай за той, о ком я тебя просил. В ближайшие дни я прилечу в Джезерис, если что-то срочное, отправляй вести туда. Ты знаешь, как со мной можно связаться в таких случаях. 

(Из письма Аарона Шейна Демону Кейну) 

Уже прошло две недели, как мы прибыли на Солнечный остров. Две недели, как мы пытались привыкнуть к новому месту, новому климату и новому распорядку дня. Драконы наши заметно подросли, теперь мне было уже не под силу поднять Златоглазку на руки. Правда, ей это больше и не требовалась. Она становилась все более самостоятельной и, кажется, изучила остров лучше меня. 

Дни проходили за днями и были похожи один на другой. Занятия вернулись в прежний ритм, мы усиленно готовились к сессии, до которой оставалось чуть больше месяца. Гарольд Дик тоже успел освоиться в новых условиях и с прежним остервенением гонял нас на своих новых тренажерах, созданных из подручных средств. 

Отдельное место в учёбе по-прежнему занимали тренировки по полётам. Шейн до сих пор не вернулся, и нашим куратором оставался Стаф Майер. Он был со всеми нами дружелюбен и вежлив, всегда готовый прийти на помощь и что-то подсказать, однако… Для меня это были уже совсем не те занятия. Потому что без Шейна. 

Как бы я ни пыталась злиться на него, обижаться и даже ненавидеть, с каждым днем эти чувства все больше теряли остроту и их затмевала глухая тоска, которую я отчаянно пыталась запрятать поглубже в сердце. А ещё я действительно пробовала учиться плавать, как всегда, втайне ото всех, но у меня снова ничего не выходило. В такие моменты я опять начинала злиться то на себя, за то, что не способна овладеть столь необходимым навыком, то на Шейна, за то, что ему всё-таки удалось спровоцировать меня на это. Что я, несмотря на все обиды, хочу ему что-то доказать. Понятно, я могла попросить помощи у кого-то из подруг, но мне было стыдно. Поскольку пришлось бы признаваться, что я делаю это из-за Шейна, которого они, к слову, все дружно осудили за это «задание». 

— Может, он и Тессе дал какое задание на прощанье? — фыркнула тогда Юна. 

— Я его совсем не понимаю, — вздохнула Бекки. Впрочем, возможно, эти сомнения она адресовывала не только Шейну, но и тому, о ком страдало ее сердце и кто тоже не торопился его утешить. 

— Чистой воды манипуляции, — припечатала Джо. — Пусть и в этих его словах есть рациональное зерно. 

Вот я и мучилась молча. 

Но все же не могу сказать, что не случалось в эти дни чего-то забавного или интересного. Так, в одно из утр мы узнали, что наши повара решили устроить кулинарное состязание. Да-да, за прошедшие две недели Бобо и Лайонелу так и не удалось поладить на кухне, и это соперничество уже всех порядком утомило, поскольку не раз и не два сказывалось на нашей еде. Нет, она не была пересоленной и или пригоревшей, просто… слишком оригинальной. Таким образом наши повара-соперники пытались выделиться и порой  превращали обычное блюдо в нечто особенное, добавляя в него новые, иногда весьма нестандартные ингредиенты. Например, рыба с лимоном — это вкусно, а под вишневым соусом, согласитесь, странно… 

Так, однажды закончилось терпение и у ректора, и он предложил устроить соревнования, чтобы разрешить этот затянувшийся спор, кто лучше. 

— Заодно устроим праздник в честь нашего переселения, — заключил он. — Надо же хоть иногда развлекаться, а то что-то приуныли все, гляжу. 

Идея всем понравилась, и мы с нетерпением стали ждать назначенного вечера. 

Праздник решили провести на улице, на небольшой площадке в центре посёлка, который здесь именовался «главной площадью». Сюда вынесли столы с угощениями и напитками, украсили все по периметру цветами, гирляндами и фонариками. 

— Как же тут замечательно! — воскликнула Юна, восхищенно оглядываясь. — Надеюсь, танцы тоже будут. 

— Конечно, будут, миз Голд, — ее мимолетно приобнял за талию проходивший мимо Лайонел Ривз. 

— Вы уже готовы к состязанию? — поинтересовалась у него Юна. 

— Да, и надеюсь, что ваш голос будет за меня, — он весело подмигнул ей. 

— Не уверена, я слишком люблю вишневый пирог Бобо, — в тон ему ответила подруга. — Но если вы сможете меня удивить… 

— Я сделаю все возможное, — заверил Лайонел. 

На площади появился Винсент со своими дружками. От тех ужасных прыщей остались лишь небольшие покраснения на лице и шеи, и к Винсу уже вернулась его прежняя уверенность и самодовольство. Джоанна, увидев Мура, презрительно поморщилась:

— Жаль, что так быстро успел оправиться. Но если бы не мазь миз Фины… 

— Фу, не напоминай, — Бекки даже зажала нос, — этот ужасный запах только-только начал выветриваться из нашего коридора. 

Я отвлеклась от разговора, потому что заметила Тессу, болтающую с Деймоном Кейном, и испытала уже привычный укол неприязни. 

— Не один, так другой, что ли? — Юна тоже окинула их убийственным взглядом. Бекки же вовсе отвернулась.

Наконец объявили о начале состязания. Бобо и Лайонел заняли свои места за кухонными столами, которые поставили друг напротив друга. Перед каждым поваром лежал одинаковый набор продуктов и одинаковое количество посуды. Духовой шкаф и переносная плитка — по центру на двоих. Бобо был выше Лайонела на целую голову и вдвое крупнее, поэтому, взирая  на соперника исподлобья, был похож на быка, готовящегося атаковать. Лайонел же широко улыбался ему и временами подмигивал, поддразнивая. 

— Итак, нашим поварам нужно приготовить три блюда, — огласил ректор, который взял на себя роль ведущего. — Сырный суп, мясное рагу и пирог с ягодами. Такие блюда мы выбрали с той целью, чтобы их можно легко разделить на много частей и все желающие могли попробовать. На все у вас, Бобо и Лайонел, один час. Три… Два… Один! Вперёд! 

И повара вступили в свой кулинарный бой с рвением, которому позавидовали бы опытные борцы на каком-нибудь ринге. И если Бобо полностью ушёл в себя, сосредоточившись на готовке, то Лайонел устроил из этого целое представление: жонглировал ножами и овощами, пританцовывал и даже напевал какие-то песенки. 

За всем этим зрелищем час пролетел незаметно, и в назначенное время повара представили свои блюда для дегустации. 

— Голосовать будем яблоками! — объявил ректор Форест, демонстрируя целый мешок фруктов. — В корзину с синей лентой кладем яблоко за Бобо, с красной лентой — за Лайонела. Всем удачи! 

Дегустация была сумбурная, но весёлая. Каждый пытался урвать себе кусочек то того, то другого блюда, все толкались, смеялись и подшучивали друг над другом. Мы с девочками тоже перепробовали все и зашли в тупик с выбором. 

— Рагу мне понравилось больше у Лайонела, а пирог — у Бобо, — колебалась Бекки. 

У меня с предпочтениями было все наоборот, но от этого выбор не становился проще. В конце концов, наши голоса разделились: я и Джоанна положили свои яблоки в корзину с синей летной за нашего Бобо, а Юна и Бекки — за Лайонела. 

— Чтобы никому не обидно было, — заключила Юна и с довольной улыбкой посмотрела на розу из теста, который ей украдкой подарил Лайонел. Ее бутон был покрыт малиновой глазурью и присыпан сахарной пудрой — такую красоту даже есть не хотелось. 

— Да тебя просто подкупили, — хмыкнула Джо. 

— Не завидуй, — отмахнулась Юна, засмеявшись. 

Далее начался подсчёт яблочных голосов, и результат оказался непредсказуемым. 

— Их одинаковое количество! — огласил ректор с улыбкой. — Значит, ничья! Да и разве могло быть иначе? А Бобо с Лайонелом придётся признать, что они оба хороши и достойны звания лучшего. 

Лайонел первый протянул руку Бобо, и тот, чуть поколебавшись, все-таки пожал ее. 

Когда стихло всеобщее ликование, наступило время развлечениям. Нашлись даже музыканты из местных стражей и гонцов, а миз Туффо приготовила забавные конкурсы. Танцы тоже были. Юну, на радость Бекки, перехватил Лайнел, её же саму пригласил Рик. Конечно, это был не тот, когда она ожидала увидеть рядом, но все равно с улыбкой приняла приглашение. Деймон Кейн же вовсе не танцевал, лишь наблюдал за всеми со стороны. 

Я же не могла отказать в танце Стафу Майеру: он был приятным и обходительным молодым человеком, к которому я испытывала пусть и дружескую, но симпатию. 

Во всеобщем веселье и суматохе я не сразу заметила, что Бекки куда-то пропала. Точнее, я слышала, как она вскрикнула, когда неожиданный порыв ветра сорвал с шеи ее лёгкий шарфик, но никак не думала, что она помчится его ловить, а потом и вовсе решится полезть за ним на дерево, где тот запутался в ветках. Поэтому не успела ее остановить. Но Бекки временами такая отчаянная и самостоятельная, что наперёд трудно предугадать, как она поступит в той или иной ситуации. Вот как сейчас. 

Все произошло в несколько секунд. Вот Бекки цепляется за верхние ветки, пытаясь достать свой шарфик, а вот уже ветка под ее ногами подламывается — и подруга летит вниз, даже не успев закричать. Она упала — и замерла. 

— Бекки! — я бросилась к ней со всех ног. 

А с другой стороны площади к ней уже бежал Деймон Кейн. Он на доли секунды опередил меня и, опустившись на колени, наклонился над Бекки. В его глазах плескались страх и отчаяние, сродни моему. 

Но тут Бекки вздохнула и издала тихий стон. 

— Хвала провидцам, — вырвалось у Кейна облегченное, и он, подхватив Бекки, бережно прижал ее к себе. 

Я случайно посмотрела на Юну и перехватила ее взгляд, вначале полный недоумения, а в следующий миг — горького осознания. 

Что ж, это должно было когда-то случиться. 

— Несите ее ко мне! — потребовала Тесса, которая тоже была уже тут. — Надо осмотреть ее. 

Кейн кивнул и поднял Бекки на руки. Веки той затрепетали, она слегка приоткрыла  глаза, но тут же закрыла обратно. 

Я устремилась за Кейном и целительницей, позже к нам присоединилась миз Фина, и они начали на ходу переговариваться с Тессой. В отличие от поваров, обе лекарки сразу нашли общий язык и вполне успешно работали вместе. 

— Что случилось? — теперь ко мне подбежала Джоанна, а с ней и молчаливый Люк. 

— Бекки упала с дерева, — я оглянулась в поисках Юны, но, кажется, за нами она идти не спешила. 

— Что она там забыла? 

— Шарфик, — вздохнула я. 

В лекарню мы зашли со всеми вместе. Кейн бережно положил Бекки на кровать, тревога так и не покинула его: лоб пересекала глубокая морщина, губы напряженно сжаты, взгляд взволнованно мечется от Бекки к целительницам. 

— Сейчас попробуем привести ее в чувство, — сказала Тесса, извлекая из своего шкафа очередной пузырек. Она откупорила его и поднесла к носу Бекки. Та сделала вдох и, закашлявшись, распахнула глаза. Резкий запах лекарства достиг и нас, и мы  с Джо одновременно поморщились, прикрывая нос. Немудрено, что Бекки так быстро очнулась. 

Лицо Кейна осветилось радостью при взгляде на Бекки, которая уже более осознанно осматривалась по сторонам. 

— Как ты? — спросила Тесса. — Что болит? Голова кружится? 

— Да, и болит немного, вот тут, — ответила Бекки слабым голосом и показала на затылок. 

Тесса кивнула, а миз Фина задала следующий вопрос:

— Больше нигде не болит? Руки? Ноги? Спина? Все целое? 

Бекки на миг прислушалась к себе, пошевелила ногами и руки, потом ответила:

— Если только слегка плечо правое побаливает. Кажется, ушибла. 

— Значит, к счастью, ничего серьёзного, — улыбнулась Тесса. И обратилась к миз Фине: — Джес, можешь идти, я справлюсь сама. Тем более сегодня мое дежурство. 

Та кивнула:

— Хорошо, если нужна будет помощь, зови. Бекки, выздоравливай. 

— Давай я посмотрю твой затылок, — предложила Тесса, присаживаясь на лежанку к Бекки. 

Бекки попыталась подняться, и ей на помощь, опережая Тессу, подоспел Кейн. Бекки чуть порозовела от смущения, но помощь приняла. 

— Что-то я ничего не понимаю, — вполголоса произнесла Джо, наблюдая за ними. — Мирг Кейн и Бекки… 

Я подавила вздох и шепнула:

— Правильно ты все понимаешь. Но они не вместе, если ты об этом. Пока не вместе. 

— Да ладно? — глаза Джо округлились. — А Юна знает? 

— Боюсь, что уже да. 

— Ее поэтому тут нет? 

Я пожала плечами. 

— Может, пойти ее поискать? — предложила Джоанна. 

— Было бы славно, — ответила я. 

Джо кивнула, и они с Люком тихо удалились. 

Теперь в приёмной комнате остались только я, Бекки, Кейн и сама целительница. Тесса осмотрела ушиб Бекки и заключила:

— Есть небольшая шишка и ссадина, сейчас я все обработаю, но все же хотела бы подержать тебя у себя до утра, чтобы удостовериться, что с тобой действительно все в порядке. Ты не против? 

— Она не против, — ответил за Бекки Кейн. Затем он серьёзно посмотрел на девушку: — Так действительно будет правильнее. 

Та вздохнула, но согласно кивнула. Удивительная покорность для Ребекки Линдсей! 

Тесса поднялась, чтобы взять очередное лекарство, и, проходя мимо, окинула меня изучающим взглядом. Мне это не понравилось, потому что я сразу вспомнила о Шейне и их связи. А Тесса между тем продолжала поглядывать на меня со странным выражением, а потом я расслышала, как она тихо проговорила:

— Значит, это все-таки ты… 

— Что — я? — уточнила я прямо. 

— Да так, ничего, — она усмехнулась каким-то своим мыслям. — Не поможешь мне с бинтами? Их нужно разрезать надвое. 

— Помогу, почему бы и нет? — ответила я довольно прохладно. 

— Спасибо, — Тесса улыбнулась мне, вроде как дружелюбно, но взгляд ее при этом оставался напряженным. 

К моменту, как я подготовила бинты, Тесса уже обработала голову Бекки, а потом наложила на нее повязку. 

— Утром сниму, не волнуйся, — заверила она с усмешкой. — Так быстрее заживёт. А теперь рекомендую тебе отдохнуть, — и Тесса выразительно посмотрела на нас с Кейном. 

— Да, отдыхай… те, миз Линдсей, — поспешно произнёс Кейн. — Выздоравливайте. 

— Спасибо… Мирг Кейн… 

Они с Бекки обменялись такими взглядами, что я ощутила себя здесь лишней. Тесса, похоже, тоже, потому что она тихонько кашлянула и отошла.

— Я зайду к тебе перед завтраком, — сказала я подруге на прощанье. 

— Хорошо, — она улыбнулась и добавила взволнованно: — Юна…? 

— Видела, — подтвердила я ее опасения. — Но ты пока не переживай, я попробую поговорить с ней. 

Она кивнула мне с благодарной улыбкой, и мы наконец расстались. 

На ступеньках лекарни мы с Кейном оказались вместе. 

— Бекки любит белые лилии, — обронила я как бы невзначай. — Местные орхидеи тоже пойдут… До свидания, мирг Кейн. 

— До свидания, миз Рафор, — я заметила на его лице растерянную улыбку. 

Надеюсь, он правильно понял мой посыл, и наконец начнет действовать. 

Юна и Джо уже были на месте, когда я переступила порог нашей комнаты. Сбылись худшие опасения: Юна выглядела оскорбленной, раздавленной и, конечно же, была заплаканной. Джоанна, увидев меня, сокрушенно качнула головой. 

— Ты знала? — вопрос Юны звучал с вызовом. 

— О чем именно? — осторожно уточнила я. 

— Что Кейн и Бекки… вместе… — ее губы задрожали. 

— Во-первых, они не вместе, — я старалась говорить, как можно мягче. — Но они нравятся друг другу, это правда. Но между ними ничего нет, потому что… 

— Она ведь знала, что я в него влюблена! Знала, но увела его! — Юна снова залилась слезами. 

— Она не уводила его, Юна! — я тоже повысила голос. — Бекки из всех сил боролась со своими чувствами, чтобы не ранить тебя! Но с чувствами Кейна поделать ничего нельзя! Я понимаю, как тебе сейчас больно, но, наверное, придётся принять это… Если тебе дорога Бекки, ты должна ее понять… Она тоже страдает… Юна… — я посмотрела на нее умоляюще. 

— А я ей дорога? — глухо произнесла Юна. — А тебе? Вы обе предали меня. Обманули. И я не хочу больше ничего знать, ясно? 

Она бросила на меня оскорбленный взгляд, забралась в свою постель и демонстративно отвернулась к стенке. 

Мы с Джо переглянулись: кажется, мир нашей дружбы серьезно пошатнулся.