Академия Грейсли. Дружба любви не помеха!

— Тэдди, помнишь, ты обещал взять меня замуж, когда мне исполнится восемнадцать?

Я, светясь счастьем и предвкушением, влетела на всех парах в аудиторию бытовиков, где мой лучший друг должен был в который раз за этот год отрабатывать за свои проделки.

Только вот прямо у входа застыла как вкопанная, потому как этот самый Тэдди и, по совместительству, моя первая и единственная любовь, целовался с нашей новой преподавательницей по травоведенью.

Увидев меня, парень поперхнулся, а молоденькая учительница отскочила от него на добрых два метра.

— Розаринна! — выставил вперёд ладони ведьмак. — Ты только не кипятись…

— Не кипятись?!

Зря он это сказал…

В грудной клетке начало разгораться пламя, которое жаждало вырваться и сожрать кого-нибудь. Например…

— Сопер-р-рница!

Когда взгляд нашёл причину моих бед, глаза заволокла красная пелена. Девушка испуганно икнула, а Тэд заорал во всё горло:

— Валите отсюда! Не видите, она сейчас взорвется!

Дважды ему повторять не пришлось. Развернувшись, преподавательница-эльфийка вылетела из аудитории сверкая пятками, а бывший друг выставил вперёд ладони.

— Розаринна, спокойно, спокойно… Мы же с тобой друзья, не кипятись. Сейчас сядем и всё обсудим… Я же не всерьёз с ней гуляю, — начал он заговаривать мне зубы. Прямо, как в детстве…

Позади него начала потихоньку двигаться мебель, пытаясь добраться до выхода. Надеется своими стульчиками позвать на помощь папулю?

Не выйдет. Потому что в моей душе вилось не пламя… В моей душе проснулась драконница. Та, которую я уже и не думала дождаться. Сейчас она подняла голову и взревела:

«МОЁ!»

А парень продолжал меня успокаивать. Правда, последняя его фраза произвела обратный эффект.

— Да, и… Рози… Неужели ты всерьёз? Наша же договорённость… Это же понарошку, правда?

Я в последний раз взглянула на своего друга, мысли о котором я холила и лелеяла последние лет пять, и улыбнулась.

— Прощай, Тэдди. Развею твой прах над Академией.

Он успел только удивлённо вытянуть физиономию, как во все стороны от нас хлынуло пламя. А взмывший под потолок пожар поглотил меня с головой, выпуская на свободу первую огненную драконницу нашего мира за последние пятьсот лет…

***

Друзья!

Добро пожаловать в новую историю! Это будет.... ну очень весело! Ваша поддержка лайками, комментариями очень поможет в продвижении книги и станет приятным подарком для меня. В добрый путь!

— Безалаберность, безответственность. Редчайшее разгильдяйство! — ректор Брейдон Никс ходил взад-вперёд по своему кабинету, бросая на нас с Тэдом осуждающие взгляды. Друг лениво зевнул и почесал подгоревший бок. Хотя его физиономия сейчас могла похвастаться хорошей степенью прожарки, но тем не менее не утратила своего наглого очарования.

— Дядя Брей, ну никто же не сгорел. А Рози вообще обернулась в первый раз! Радость же!

— Поговори мне тут! — возмутился огненный дракон и по совместительству мой отец. Потом развернулся ко мне и воздел руки к потолку. — Дочь! Ты о чём вообще думала? Вы с сестрой и братом должны показывать пример! А что в итоге?

— А что в итоге?

— А в итоге — я впервые за тысячу лет узнал, что такое седые волосы! На приёме у короля надо мной уже откровенно посмеиваются. А кто-то уже даже заикается о том, что я не могу держать в узде собственных детей! Лили три года назад взорвала восточную башню — слава Всевышнему, никто не пострадал. Рик постоянно попадает в переделки. Ты, вон, на пару с этим оболтусом, — тут он ткнул пальцем в сторону Тэда, — только и делаешь, что устраиваешь какие-то забастовки, митинги, а то и вовсе наводишь смуту среди его однокурсников.

— То ли ещё будет, раз она сама поступила, — пробормотал Тэд себе под нос.

— Папочка, в этом году я вообще веду себя как мышка! Мне не до шалостей — первый курс же. Во всём Тэд виноват!

— Я виноват! — охотно подтвердил тот. Чувствуя, что накосячил, друг пытался загладить свою вину. Только вот было поздно. Меня раздраконили…

— Так, всё! — широкая ладонь отца ударила по столу, и он, окинув нас сердитым взглядом, постановил: — Тэд, ты назначаешься куратором группы Рози. Их магистр не справляется с этими оболтусами. Будешь всё свободное от учёбы время проводить с ними. Следить, нянчиться. Накосячат — спрошу с тебя.

— Это нечестно! — взвыл парень, а я не сумела удержать гаденькую улыбку. Так тебе и надо, бабник несчастный! Уж я постараюсь доставить тебе пару-тройку незабываемых эмоций. — Когда я учиться буду?! У меня выпускной год.

— Не мои проблемы, не мои заботы, — ректор Брейдон Никс усмехнулся и перевёл строгий взгляд на меня. — Нечего так улыбаться, Розаринна. Повезло, что твоя вспышка произошла в защищённой аудитории, и огонь не перекинулся на соседние помещения. Но раз ты жаждешь справедливости, то тебя ждёт двадцать часов отработки на территории сада и подъездной аллее. В этом году навалило кучу листьев, вот и будешь разгребать. Без магии!

— Что?! Нет!

— Хе-хе-хе, — не удержался Тэд.

— А он проконтролирует, — закончил ректор.

Парень поперхнулся воздухом, а отец взмахом руки указал на дверь.

— А теперь вон отсюда, и чтобы больше я вас за сегодня не видел!

— Легко отделались, — проговорил мне на ухо бытовик, когда мы проходили мимо папиной секретарши — феи Динь-Дилень, раскладывающей сейчас огромные папки с документами внутри шкафа.

— Я бы не стала на твоём месте такое утверждать, — я поправила штору на плече и смерила бывшую свою любовь презрительным взглядом, — если ты не способен пройти мимо первой попавшейся юбки, то наша дружба кончена.

— Да причём здесь это?! — возмутился он.

— А притом! — я закусила губу, чтобы не выказать свои истинные чувства. — Доверие, Тэдди. Ты его потерял. Жди ответку.

***

Моя отработка началась сразу в этот же день. Мне дали возможность лишь переодеться в общежитии огневиков, где я иногда оставалась на ночь вместо того, чтобы идти домой, а потом наш комендант — одноглазое привидение Мому — вручил в руки метёлку и с неразборчивым уханьем отправил на каторгу.

— Что б тебя пчёлы покусали! Чтоб ты без штанов по Академии прошёлся! Чтобы лицо всё опрыщавело твоё смазливое! — ругалась я, истерично колошматя метлой по листьям.

Семейка у нас была колоритная, шалости были неотъемлемой частью семейной культуры, которую начала мама и продолжили дети. Только вот если своей любимой и обожаемой жене ректор всё прощал, то мы с сестрой и братом с самого детства были знакомы с понятием «трудотерапия».

Так что метлу я держала в руках профессионально, двигалась с одного конца дорожки в другую почти не задумываясь, сосредоточившись на ругани и оплакивании своих радужных надежд. Ну, и пропустила серьёзную проблему.

— Рози! — перед лицом возникла высокая фигура матери Тэда. По совместительству — декана факультета огненной магии, на котором я училась. — В чём дело, ты почему плачешь?!

— Я не плачу, — шмыгнула носом, злостно стирая грязной перчаткой непрошенные слёзы. — Папа отрабатывать заставил.

— Это я вижу, — декан Мириам Дэвис, только пару лет назад вступившая в должность декана, обеспокоенно обошла меня по кругу. — Милая, я слышала, ты первый раз обернулась. Поздравляю!

— Ага.

— Но ты не рада, — проявила она чудеса догадливости. — Прости, я только приехала из дома — навещала свою бабулю. Муж вызвал, сказал срочно — там Тэд что-то натворил. Я неслась порталами и лишь успела услышать, что дочь ректора обрела драконницу. Так что я пока не в курсе новостей. Вот сейчас домой приду, уши нашему разгильдяю оторву и потом могу с тобой поболтать, узнать, в чём дело. Если тебе помощь нужна — я же всегда готова!

— Не надо! — испугалась я. Это она ещё не в курсе, что именно с Тэдом мы и попали в переделку.

— Как это не надо?! Теперь я не просто подруга твоей мамы, но ещё и твой непосредственный декан. Пусть ваша группа под началом новенького магистра, но я всегда в курсе всех дел. Так что не переживай, всех виновных накажем!

— Я поэтому и переживаю, — ответила совершенно честно. Как только она узнает, что мы натворили, то уши оторвёт не только Тэду, но ещё и мне заодно. Огненные ведьмы, они такие… Их лучше не злить… — Тётя Мири, вы идите домой, я тут это… Закончу скоро. Спасибо за предложение.

— Хорошо, как скажешь. Побегу я… — она на ходу чмокнула меня в щёку и убежала в сторону общежитий для преподавателей. Учитывая, что многие из них жили на территории Академии семьями, ректором было принято решение поставить не только одно здание для одиноких, но и воздвигнуть небольшие дома, в которых многие из магистров жили круглогодично, забросив родовые имения и замки. Так что с Тэдом мы были не только друзья, но ещё и соседи, когда не оставались в общежитии, конечно…

Я же быстренько начала мести улицу, понимая, что недалёк тот час, когда нежная подруга мамы превратится в полыхающую яростью ведьму, и придётся мне спасаться бегством. А это лучше сделать всё же тогда, когда отработка завершена.

Боковой взор уловил какое-то движение, и я, рывком развернувшись, пальнула обезвоживающим заклинанием в… в метлу. Огромную, красивую метлу, которая сама по себе подметала площадь перед входом в Академию.

— Ты издеваешься?! — взревела я. — Она же в другую сторону метёт! Я туда, она — обратно!

— Да что ты паникуешь, она лишь поможет, — из тени осторожно вылез тот, кому сейчас, по идее, должны были отрывать уши, и негромко поинтересовался: — Матери на горизонте нет?

— Она пошла домой, планировала осуществлять насилие над членом семьи. Рыжим таким, — хмыкнула я, разглядывая огненную шевелюру друга.

— Ага… — кивнул он. — Ну, тогда немного времени у нас есть. Слушай, мы же не успели договорить. Я тут подумал, ты что, реально обиделась, что я с Глиндой... это... того?

— Нет, — тут же испортилось у меня настроение. — Ты вообще можешь гулять с кем хочешь. Хоть с Глиндой, хоть с Сульфеной, хоть с этой, как её… чернявой такой, волчицей…

— Ариндой? — подсказал он, наивно хлопая глазами.

Скрипнув зубами, я кивнула.

— Да мне вообще всё равно, Тэд! Всегда было всё равно. Просто в моих глазах ты упал ниже некуда, когда повис на преподавательнице, вот и всё. А про предложение я просто так сказала — мне же папа встречаться запретил до восемнадцати. А после вчерашнего дня уже можно. Но не переживай, если я выберу кого-нибудь на эту роль, то это явно будет не главный бабник Академии! Так что на твою честь не покушаюсь.

— Правда? — недоверчиво переспросил он. — В аудитории ты не выглядела так же спокойно.

— Там просто оборот был, — отмахнулась я. — Откуда тебе знать, как он у драконов происходит? Бред, в общем, болтала. Забудь.

— А, ну хорошо… — метёлка вокруг нас пошла по кругу, осторожно огибая препятствия в виде деревьев и довольно резво сметая листья в кучи. Вот узнает папочка, что Тэд жульничает, и заставит меня ещё часов двадцать отрабатывать! — А я уже было решил, что ты и правда в меня втрескалась! Чуть было не испугался, что дружбе нашей конец.

— Не переживай, я себе получше найду, — улыбнулась, показывая клыки. Драконница в душе после выброса затихарилась, но сейчас снова недовольно заворочалась, требуя забрать своё. — Вот прямо завтра и искать начну. Скажем, одного из новоприбывших оборотней.

— Медведей?! — недоверчиво переспросил он.

— Ну да, почему нет, — пожала я плечами. — Меня всегда мощь привлекала, — постаралась презрительно осмотреть крепкую фигуру парня и не выдать, что внутри драконница слюной исходит. — В общем, Тэдди, мне и без тебя неплохо.

— Но мы же дружить продолжим? — обеспокоенно спросил он.

Ответить я не успела, потому как от дома парня полыхнуло пламя, и грозный голос его мамочки прогремел на всю Академию:

— Тэд!

Бытовик схватил меня за руку и понёсся сквозь кусты, петляя как заяц и пытаясь замести следы.

— Быстрее, быстрее, быстрее…

— Оставь меня, сам спасай свой зад, — пробормотала я, но договорить не успела, потому как услышала второй крик. Но это уже была моя мамочка, вернувшаяся из поездки и, видимо, узнавшая новости.

— Розаринна!

— Бежим! — перехватив покрепче руку Тэда, я рванула в академический лес, ища какую-нибудь нору, чтобы переждать бурю.

Мама — это вам не папа…

Конечно, нас нашли.

Фамильяр матери Тэда — черный кот Лордик с яркими зелёными глазами — препротивнейшее создание — высунул свой черный нос из кустов, а увидев нашу парочку, начал орать истошным воплем на всю округу.

— Мя-я-я-у-у-у! Мя-я-я-у-у-у!

— Уйди, изыйди, — ругался бытовик, метая в кота гальку с клумб, — ябеда противная! Похуже твари хаоса!

Один из камней угодил вбок скотины и кот, выгнув спину, угрожающе зашипел. Из раскрытой пасти закапала на землю ядовитая слюна.

— Вот давай без угроз, — попросил Тэдди и в этот момент его за ухо перехватила рука мамочки.

— Ага! — Мириам Дэвис торжествующе дернула панч вверх.

Мы переглянулись с другом и не смотря на все разногласия, решили быть сейчас вместе. Потому что час расплаты пришёл.

Но нас всё равно растащили.

Даже несмотря на то, что мы вцепились друг в друга, словно попугаи-неразлучники. Ведь пока мы вместе, мамы будут соблюдать хоть какое-то подобие приличий — люди же смотрят…

Особенно Тэд старался. Он обнимал меня с такой страстью, которую Глинде и во снах не видать.

— Я не брошу свою лучшую подругу в тот момент, когда она обрела своего дракона! — косил он хитрым зелёным глазом на родительницу. — Ей нужна поддержка!

— Я тебе сейчас дам поддержку, морда ты рыжая! — буквально полчаса назад милая Мириам Дэвис сейчас с упоением лупила полотенцем спину своего детины. — Как ты мог закрутить романчик с новой учительницей?! У тебя совесть вообще есть, кот мартовский?! Как мне теперь ей в глаза смотреть? Нам же ещё лет пять минимум вместе работать, пока не пройдёт минимальный срок её контракта после выпуска. Я же со стыда на месте сгорю! Тэд! Да отпусти ты её! — последний раз полотенце попало мне по руке, и я жалобно хныкнула.

— Вот! — взревел ведьмак. — Смотри, что ты наделала! Ребёнка обидела! Как тебе не стыдно? А ещё магистр!

— Ах, ты… — слов приличных у женщины не осталось, так что она лишь пыхтела, пока парень пытался совершить тактическое отступление. Ему, конечно, уже далеко за двадцать — всё же последний, четвёртый курс. Но будь я на его месте, я бы тоже его мамочку боялась.

— Розаринна уже второй день как совершеннолетняя, — хмыкнула вдруг моя мамочка, не делая ни единой попытки мне помочь. Несмотря на то, что она принадлежала к той же расе, что и её подруга, но ведьминские черты проявлялись в ней не в ярости, а скорее в хитрости и изворотливости. — Дочь, идём домой, там поговорим.

— Нет! — я спряталась за широкой спиной бытовика и вела переговоры оттуда. — Мамуль, честное слово, это не я. Это драконница. Ну, знаешь там… выбросы силы, помутнение рассудка… Человек не может отвечать за то, что делает зверь. Не за что меня ругать.

— Ага, ещё скажи, что Тэд виноват, — в голосе жены ректора прорезались стальные нотки.

— А… эм… нет? — я неуверенно ковырнула спину товарища. Конечно, отцу я именно это и сказала. Но мама — это совсем другое. Мамочка терпеть не может, когда стрелки на других переводят.

— Так, Рози, или ты выходишь, или сейчас вся Академия узнает, что такое домашнее насилие, — совершенно спокойно заявила женщина. А так как я не откликалась, то прибегла к беспроигрышному методу: — Я считаю до трёх. Один… два…

— Ладно, ладно! — я выскочила на пустое пространство и с печалью посмотрела на свою ширму, которую родительница схватила за ухо и прямо в таком виде поволокла за собой домой.

— Ай, ай, мама, не надо!

— Надо! Я тебя выпорю! — шипела та. — Огромный детина, а всё нервы мои треплешь! Съезжай от нас тогда!

— Ни за что! — открестился он, понуро семеня согнутым в три погибели за суровой родительницей. — Кто мне тогда блинчики на завтрак готовить будет?

Ответа я не услышала, потому как они скрылись за растущими вдоль дорожки кустами. Вдобавок, их разговор заглушила гомонящая толпа зевак.

Последним, вслед за хозяйкой и её сынком безмятежно семенил чёрный кот, довольно крутя откормленным за столько времени задом. Предатель!

Бедный Тэд! У него, наверное, на всю жизнь травма будет! Какой позор… ходить так… с мамой… мимо своих одногруппников.

Со мной обошлись менее сурово. Татьяна Грейс, по совместительству магистр по контролю аномальной магией, по совместительству ведьма, жена ректора-дракона и, наконец, моя любимая мамочка, вздохнула.

— Так, дочь, пойдём домой. Нечего народ зрелищами кормить. Твой друг уже достаточно внимания привлёк. Ох, грехи наши тяжкие… — тут она резко развернулась в сторону глазеющих адептов и обманчиво ласково спросила: — Дорогие ученики, а что это мы стоим? Дел мало? Уроки кончились? Так мы сейчас вам найдём дело…

Дальше никто слушать не стал, зная методы мамули, и в один миг на площади стало абсолютно чисто.

Я же пошла домой, по дороге выслушивая в сотый раз в своей жизни лекцию о том, насколько опасен огонь, кого может поранить неконтролируемый хозяином зверь и, наконец, о том, что мне вбивали с самого детства. Человек — всегда главный. Его воля, его контроль должны брать верх над инстинктами, и нет ни одного оправдания вышедшей из-под контроля магии любого вида, если она поранила хоть одно живое существо.

Я шла, понуро свесив голову, и кивала в те моменты, когда нужно было дать реакцию.

Чего она взбеленилась? Никто же не пострадал. И вообще, я сама всё знаю. А Тэд вообще заслужил. Как вспомню, что он мял бока той белобрысой тощей эльфийке, так такая злость берёт, что хочется кусаться!

— Рози, ты слушаешь?

— Да-да, мне очень стыдно, мамуль…

— Ну, вот и славно, — кивнула она, — надеюсь, не зря мы столько лет вбиваем с папой в твою голову технику безопасности. Ты — драконница. Причём огненная, а не зельевар. У тебя нет права терять контроль, — тут она улыбнулась и открыла дверь дома. — Ну, с нравоучениями закончили, а теперь будем праздновать! Моя дочь первый раз обернулась, ура!

— Ура!!! — из дома послышался звук разрывающихся хлопушек, а потом с громкими криками в гостиную выбежала вся наша семья.

— Поздравляем, Рози! — проорал восьмилетний Рик с такой же бордовой шевелюрой, как и у меня, протягивая мне на вытянутых руках большой и довольно кособокий торт.

Там, среди кремовых розочек, которые уже кто-то успел попробовать, была выведена шоколадом надпись:

«С обретением Дракона!»

— Поздравляем, Рози, — вторила моя сестра Лилианна, сидя на диване и рассматривая свой новый чёрный маникюр. Подросток сверкнула на меня хитрым взглядом и подмигнула. — Мы с Риком уже составили график, в каком порядке ты будешь нас катать.

— Ну, знаете ли! — возмутилась я, но договорить не успела, потому как к нам с мамой подошёл папуля и, взяв у Рика торт, протянул мне.

— Я горжусь тобой, дочь, — улыбнулся он. — Когда-то я даже не мечтал, что моя раса возродится. Смирился с тем, что буду последним огненным драконом. А потом встретил вашу маму, мою истинную любовь. И тогда понял, что не зря всю жизнь ждал. Так что теперь вы с Риком — моя награда.

— А я? — подняла белобрысую голову Лилианна и поправила ведьминскую шляпу.

— А ты — моя радость, — усмехнулся он. А потом, снова посмотрев на меня, пожелал: — Задувай свечи, дорогая. Тебя ждёт долгий, но очень интересный путь знакомства со своей драконницей и много счастливых дней. Ведь сегодня ты обрела себя!

Я так растрогалась, что даже хлюпнула носом и, задув свечи под громогласное «ура», потеряла бдительность. Наклонившись над тортом, я уже открыла было рот, чтобы укусить его за кривой бочок, как моя любимая мамочка с наслаждением резко макнула меня лицом в кремовые розочки, а потом на всю гостиную раздался многоголосый смех родственников.

— Она всегда попадается, — хохотал Рик.

— Дракон же, что с неё взять, — ухмыльнулась сестрица.

— Пойдёмте за стол, — предложили родители, затаскивая нас всех в столовую.

А я в последний раз подумала о Тэде. Обычно я всегда приглашала его на подобные праздники, но… не в этот раз.

Никому, даже самой себе, я бы не призналась, что его поступок и, что важнее, его равнодушие, больно ранили моё большое драконье сердце…

Следующим утром девушки моего курса словно с цепи сорвались.

— Вы видели, видели?! — галдели они. — Сын декана теперь будет нашим куратором! На стенде объявлений появилось распоряжение ректора!

— Мамочки, он такой красивый!

— Конечно! Он же ведьмак! Они все красивые! — фыркнула Нарин — девушка-фея с практически неуправляемой силой огня. Поговаривали, что её перед поступлением проверяли сразу две наши мамы: и моя, и Тэда, боясь, что она может спалить полкурса. Она была единственной из всех девчонок, которая осталась абсолютно равнодушна к назначению друга. Конечно, ей-то что? Её раса женится только на себе подобных, что неудивительно, учитывая их кукольные габариты. — Вы бы поаккуратней, девчонки, ведьмаки, небось, ещё и приворотами не брезгуют!

— Тэд не такой! — выкрикнула я, открыв рот раньше, чем подумала.

Вся группа разом обернулась. Даже парни, которые сбились в кучу и изо всех сил делали вид, что им неинтересны девчачьи разговоры. Конечно, куда им до ведьмака-старшекурсника!

— О, Розаринна! — обрадовалась ведьмочка Алина. — Вы же с ним друзья! Какие девушки ему нравятся?

— Да, расскажи нам! — загудели все вместе.

А скромная магичка из людей вздохнула:

— Эх, везёт тебе, можешь в любой момент с ним видеться! Я слышала, ты для Тэда как младшая сестрёнка!

— Правда? — скрипнула я зубами.

— Ну, так он же тебя постоянно опекает! Видимо, тут сыграло свою роль, что у вас семьи дружат. А он — самый старший. Приходится с малышнёй возиться.

— Возиться, значит... — прорычала глухо. — Ну, слушайте. Тэд обожает девушек посочнее. Таких, чтобы в двери не пролезали!

— Но у него же все девушки были худенькие! — удивлённо переглянулись девчонки.

— Это потому, что в Академии нет нормального выбора, — отрезала я. — У магичек большой расход энергии, а значит, они все тощие. Вот он и страдает, бедный... Приходится выбирать из того, что есть. Но когда видит девушку с хорошим... даже не так... зверским аппетитом, у него аж сердце стучит. Он мне сам это много раз говорил!

— Блин, а я как раз хотела на диету сесть, — вздохнула светловолосая эльфийка, до жути на нашу преподавательницу по травоведению похожая. У меня аж челюсть свело, как захотелось её из аудитории выпереть, когда Тэд придёт!

— Отъедайся! — отрезала мстительно. — Во-вторых! Тэд ненавидит шумных, активных девушек. Его идеал — заучки и зубрилки. Он говорил, что чем скромнее одета девушка — тем лучше. Недаром с преподавательницей стал встречаться.

— Оу... — послышался многоголосый вздох, а потом тоненькие пальчики как-то незаметно начали прикрывать вырезы на блузочках и опускать пониже слишком короткие юбки.

— Ну, и в-третьих! — я взяла долгую паузу, а потом с торжеством улыбнулась. — Он любит постарше. Зачем ему мелкие соплюшки, которые всего на несколько лет старше его сестры? Препротивной личности, между прочим.

— А ты откуда знаешь? — подозрительно прищурилась Алина, тряхнув огненными кудрями. Моя драконница недовольно рыкнула, осматривая девичью половину курса.

Сопе-р-р-рницы! И чего они все такие красивые?! Ведьмы, эльфийки, оборотницы... Хищные птицы! Как тут Тэд будет вообще находиться?! Ему же плохо станет от такой концентрации девчачьих прелестей.

Вопреки моим ожиданиям, зверь не собирался меня покорно слушаться. Куда там! Я еле удержалась от того, чтобы не потерять управление и не спалить свисающие красные локоны приятельницы!

— Знаю, — показала я клычки. — Молли — лучшая подруга моей родной сестры. Они... довольно вредные обе. Так что у Тэда давно уже аллергия на агрессивных женщин. Только нежность. И взгляд в пол! Он ведьмак и любит это... как его... — я пощелкала пальцами, вспоминая незнакомое слово, — о, скромность, точно! Скромность и повиновение! Будете молчать — привлечёте внимание... не сразу... но когда-нибудь точно!

Прозвенел звоночек, и девичья половина курса с задумчивым видом разбрелась по местам.

А я потёрла руки под партой.

Ну, Тэдди! Если дальше так пойдёт, мне придётся прославиться на всю Академию как ревнивая стерва.

Это всё потому, что я уже взрослая, а парня всё нет.

Надо срочно исправлять. Чтобы потом всякие Тэдди локти себе кусали!

План я решила начать исполнять в столовой.

Среди своих однокурсников искать ДОСТОЙНУЮ пару было глупо — там все неумелые юнцы, многие из которых даже магию в руках держат ещё плохо.

А мне надо такого, чтобы стразу было понятно, что он... УХ! Сильный маг, обязательно красивый. Идеально, если будет высокий, с обольстительной улыбкой и огненными волосами...

Правда, последние характеристики уж очень сильно напоминали одного нашего знакомого, но это не специально, а случайность.

«Случайность», — подтвердила из груди драконница и хмыкнула. — «Только у нас рыжих мало — лишь оборотни-лисы и... ведьмаки.»

— Нет, лисы — не то, — пробормотала в ответ, хищно осматривая варианты, — уж слишком гибкие и пронырливые. Я как-то более массивных уважаю... Ну, даже и не обязательно рыжего... каштановый... с рыжим отливом вполне неплохо... Наверное...

Вообще-то, я нацеливалась на оборотней-медведей, которые вполне подходили под эти характеристики, но так как их почему-то сегодня не наблюдалось, пришлось выбирать из того, что есть.

— В принципе, можно рассмотреть и блондина, — сама себе кинула, остановив взгляд на знакомом эльфе. Это как раз был один из дружков Тэда.

Драконница в груди возмущённо взревела, отказываясь смотреть на белобрысых. Ей вообще такие не нравятся!

— Привыкнешь, — рыкнула я, уверенной походкой от бедра приближаясь к первой цели.

— Алирель, — пропела сладостно, кладя ладошку на хрупкое плечико высокого эльфа с четвёртого курса водников.

Парень резко передёрнул плечом и сделал плавный шаг в сторону, и лишь потом развернулся.

— Розаринна? — удивлённо поднял он белобрысые брови. — Как неожиданно... Ты что-то хотела? Тебя Тэд послал?

— Нет, — сцепила я зубы, с неудовольствием наблюдая за тем, как парень потоком воды счищает с пиджака след от моей руки. Боится, что занесу заразу или запачкаю их драгоценный эльфийский шёлк? — Я к тебе с предложением.

— Слушаю, — кивнул он, заложив руки за спину и дежурно улыбаясь.

— Не хочешь сходить со мной на свидание?

Улыбка моментально слетела с губ эльфа, и он почему-то испуганно обернулся.

— А ты... Ты что, с Тэдом поссорилась?

— Причём тут он?! — не выдержала я, топая ногой. — Ты что, без согласия своего друга и шагу не можешь ступить?

Парень недовольно прищурился и задрал нос повыше.

— Мне просто казалось, что для тебя больше никого не существует — вы всегда вместе, когда он не на свиданках.

— Тебе показалось, — процедила я. — Так что, идёшь со мной или нет?

Несколько секунд Алирель задумчиво меня рассматривал, а потом кивнул.

— В пять возле главного входа. Оденься празднично. Надеюсь, твой отец меня не испепелит за то, что гуляю с его дочуркой?

— Не переживай, я совершеннолетняя и официально могу делать что хочу.

— Это радует, — чопорно кивнул парень и, вдруг наклонившись, легко дотронулся холодными губами до моих пальцев. — До вечера, моя леди.

«Фу, беее!» — прокомментировала сие действие драконница.

— До вечера, Алирель, — нежно улыбнулась я, пытаясь косить под вежливую эльфийку.

Парень летящей походкой уплыл за свой столик, а я развернулась и встретилась с полыхающим взглядом Тэда. Ведьмак стоял в окружении щебечущих девчонок со своего курса и пожирал глазами моё лицо.

«Он видел!!!» — взревел внутри зверь.

«На то и расчёт!» — мысленно ответила я, с широкой улыбкой махая другу детства ручкой. — «Пусть гуляет со своими бытовичками, нам всё равно!»

«Да, пусть почувствует, что потерял!» — по-своему согласилась со мной драконница.

В конце концов, мы обе развернулись в обратную сторону. Я — физически, она — мысленно, и походкой от бедра направились к столу раздачи. Романтика — романтикой, а новорождённого дракона надо кормить.

И нет, мы не оглядывались на то, как у Тэда хмурится лоб — мы просто случайно в зеркальной стене увидели...

И нам о-о-очень понравилось...

Долго наслаждаться триумфом у нас не получилось, потому как Тэд не собирался молча смотреть на всё издалека.

— Что от тебя хотел Алирель? — появилась его рыжая голова перед моим носом.

— На свидание звал, — как ни в чём не бывало улыбнулась я, показывая домовушке на блинчики с вишнёвым джемом. Мои любимые…

— Кого? — не понял Тэд.

— Меня, Тэдди, меня.

— Тебя?! — кажется, парня сейчас удар хватит. Он непонимающе посмотрел на стол, за которым сидел его друг, — боюсь, что уже бывший, — потом на меня. Причём, внимательно осмотрел снизу доверху. Затем грозно нахмурился и снова посмотрел в зал. — Он что, совсем?!

— Ты куда?! — схватила я его за рукав, потому как ведьмак, уже кипя праведным негодованием, пошёл на таран старого друга с твёрдым намерением запихать его длинный белобрысый хвост в одну из кадок с цветами, украшающими столовую. — Тэд, вообще-то, я уже взрослая. И мы с тобой говорили, что раз ты встречаешься, значит и мне можно.

— Тебе нельзя! — отрезал он. — Я — это другое. А ты ещё маленькая! Я тебя на коляске катал!

— Ты меня с этой коляски уронил, вообще-то.

— Это было один раз!

— Три! Мама считала! И вообще… О, блинчики, спасибо тётя Глаша… Тэд, будешь блинчики?

— У тебя поем, — отмахнулся парень, подхватывая меня за локоть и уводя подальше от стола своих дружков. — Розаринна, я же о тебе беспокоюсь! Какая же ты большая? От горшка два вершка, а Алирель — матёрый хищник!

Я скептически посмотрела на этого хищника, который с видом вселенской брезгливости резал филе рыбки на маленькие кусочки и отправлял их по одному в рот, каждый раз вытираясь салфеткой.

— Где ты это выражение услышал, Тэдди?

— Какое?

— «От горшка два вершка»?

— От твоей мамы, от кого же ещё, — рассмеялся вдруг он, утаскивая у меня блинчик и закидывая в себя не жуя. — Она, мне кажется, всю Академию на свои земные словечки подсадила давно.

— Ну да… — я кивнула, а потом вернула его к теме разговора: — И что же ты предлагаешь?

— Встречайся с кем-нибудь своего возраста, — предложил он, показывая на моего однокурсника — человека. Парень задумчиво ковырялся ложкой в манной каше, уткнувшись носом в учебник. Заметив наш интерес, он испуганно икнул, покраснел, а потом оглушительно чихнул, уронив в тарелку собственные очки.

— Вот, идеальный экземпляр, — одобрил друг.

Я скептически на него посмотрела.

— Издеваешься?

— Нет, я абсолютно серьёзен! — он стащил ещё один блинчик с тарелки на одну секунду раньше меня. Глядя прямо в глаза, вытер блином последние капли варенья и с наслаждением умял его.

— Так, всё! — я решительно встала, чувствуя, что осталась страшно голодной. Сейчас даже драконница поддерживала моё негодование, предлагая последние красные капельки заветного варенья собрать с тарелки одной наглой физиономией. — Я иду на свидание с Алирелем. Если ты против, можешь хоть следить за мной — мне всё равно! Но только попробуй помешать, и я нажалуюсь твоей маме, что ты три года подряд вылезал из дома по ночам и бегал на академические тусовки!

— И не стыдно тебе друга подставлять?

— Вообще нисколько! Пока, Тэдди, у меня сейчас пара у твоей мамы.

Из столовой я вышла не оглядываясь, надеясь на то, что хотя бы вечернее свидание пройдёт как надо.

****

— Я очень рад, что ты согласилась со мной поужинать, — мило улыбнулся Алирель.

Я смущённо кивнула и, получив свою порцию мяса с салатом, воткнула в блюдо вилку.

Драконница жадно облизнулась — мы не ели с тех пор, как у нас украли эти злополучные блинчики — чтоб они не переварились в желудке похитителя! А после уже было не до еды — страшно! Это же моё первое настоящее свидание!

Ведь кто считает, что быть дочерью ректора весело — просто подумайте, какая я неудачница — за мной следит буквально вся Академия, и каждая собака при любом удобном случае готова бежать к папочке жаловаться на аморальное поведение его отпрыска…

— Расскажешь, какие у тебя планы на жизнь после того, как закончишь Академию? — продолжил светскую беседу эльф, отвлекая меня от поглощения довольно скромной порции коронного блюда в ресторане. Самого лучшего в городе — я тут даже не бывала никогда, так как это было заведение для снобов.

Я попыталась побыстрее прожевать, чтобы ответить, но это не понадобилось.

— Вообще-то она в погодники собиралась, — заметил сидящий с края стола Тэд, закидывая в пасть ветку винограда. — Будет лесные пожары останавливать. Или начинать — там уж как пойдёт.

Я раздражённо вздохнула и, повернувшись к нему, рявкнула:

— Ты уйдёшь наконец-таки отсюда или нет?

— Не-а, — усмехнулся он. — Я обязан проверить, чтобы всё было благопристойно!

По лицу эльфа заходили желваки. Он и так собирался сбежать, когда увидел меня в обществе Тэда, который припёрся на место встречи раньше друга и наотрез отказался уходить. Пришлось приложить титанические усилия, чтобы уговорить Алиреля не отказываться от свидания. В итоге, пошли втроём… Да, потому что я этому наглому ведьмаку слово драконье дала. Не подумав. А он воспользовался этим, естественно…

Сейчас же мне хотелось убить… да хоть кого-нибудь!

Тем временем бытовик совершенно не терялся.

— Али, передай, пожалуйста, соль. Розаринна, ты же любишь посоленее, да?

Он нагло сунул солонку в мою тарелку и от души посолил и салат, и оставшееся мясо.

— Кушай, кушай. Драконница должна кушать. Али, почему ты не предлагаешь ей покушать?

— Я не успел, — замороженным голосом проговорил эльф.

— А вот надо было успевать, — нравоучительно произнёс Тэдди, перехватывая раньше друга блюдо с дорогущим сыром и от души насыпая и себе, и мне на тарелку целую кучу кусочков. — Кушай, Рози, кушай. Твоя драконница наверняка хочет нормально питаться, а то эти эльфы… у них же знаешь как? Одна травка на уме. Они листик салата скушают и счастливо живут потом много-много лет.

— Тэд! — воскликнули мы оба.

У блондина чуть ли не пар из ушей пошёл, а учитывая его замёрзшую физиономию, надо было очень постараться, чтобы до такого довести.

— Тэд, мы друзья, но… Ты сейчас дождёшься, — проговорил он, разминая кулаки.

— Но-но-но! Рози, смотри, смотри! Видишь, вот это — признак того, что у объекта могут быть неконтролируемые вспышки гнева. Ты внимательно присмотрись и запомни, домашнее насилие — это не только когда твоя мама полотенцем папу бьёт, но ещё и что похуже! Надо всегда быть настороже…

Не выдержав, я вскочила и, схватив парня за шкирку, поволокла прямо вместе со стулом в сторону выхода. Сил во мне было много. Праведного гнева — ещё больше.

— Достал! Сколько можно?! Иди отсюда!

Парень волочиться не хотел, поэтому он схватился руками за край стола. Стол скрипнул, накренился, а потом медленно и с оглушительным скрежетом поехал вслед.

Перед носом Алиреля прокатилось изысканное блюдо из печёных овощей с добавлением морских гадов с самых берегов Морении. Аристократические ноздри дрогнули, и он, не выдержав нашего привычного с Тэдом цирка, элегантно поднялся на ноги.

— Розаринна, прошу меня простить, но похоже, наше свидание не получилось.

— Нет-нет! — испугалась я. — Сейчас я его выкину и вернусь! Не уходи, Али!

— Мне очень жаль, — эльф снял салфетку с воротника и педантично сложил её в маленький треугольник. Так как стола уже не было, он положил полученную фигуру на край стула и склонил голову в лёгком поклоне. — Мне правда жаль. Ты — дочь ректора, и для моей семьи твоя кандидатура стала бы хорошей партией, но… боюсь, мы слишком разные, — он окинул взглядом мой взъерошенный вид и, наконец, посмотрел на Тэда. — Боюсь, твоя семья предпочтёт кого-нибудь другого. Прошу меня простить…

С этими словами он прошёл мимо нас и, ещё раз поцеловав мою ладонь, с достоинством и идеально ровной спиной вышел из зала.

Я растерянно отпустила ворот друга и огляделась. И что теперь делать?

Драконница во мне советовала не отчаиваться и желала ушедшему Алирелю всего хорошего.

С ней согласился и Тэд.

— Скатертью дорожка, правда, Розаринна? Мы тебе получше найдём! — он широко улыбнулся и, ничуть не стесняясь того, что стол стоит посреди зала, а на нас пялятся все посетители, придвинул к себе тарелку с морскими гадами. — Теперь можно спокойно и поесть.

Несмотря на всю выдержку, которую мне вбивали родители годами, я вспыхнула. Перехватив из рук ведьмака большое блюдо, с великим наслаждением перевернула его на рыжую макушку, оставив болтаться, как ведро на палке.

— Чтоб тебя устрицы сожрали, Тэд Тэй!

Парень, конечно, быстро привёл себя в порядок — буквально одним щелчком пальца — бытовик же. Причём гениальный.

— Домой пойдём? — как ни в чём не бывало спросил он.

— Нет, — вопреки обыкновению, я не успокоилась сразу после того, как выплеснула негатив. — Сиди тут, я с тобой даже разговаривать не хочу.

— Рози, — удивлённо моргнул он, снимая с головы кристально чистое блюдо и ставя на стол. — Ты чего, обиделась? Из-за белобрысого? Хочешь, я его обратно к тебе притащу?

— Не хочу! — шмыгнула я. — Тебе бы всё ржать! Ты мне первое в жизни свидание испортил!

— Так я же… — судя по виду, ведьмаку даже в голову это не приходило. Мы всегда вместе хулиганили, а тут… — Рози!

Я схватила свою сумку и, чётко печатая шаг, вышла из ресторана. Позорище! Чтобы я ещё раз сюда пришла! Меня же теперь весь персонал знает, и все пальцами будут тыкать.

Я была такой злой, что даже вякающая поначалу в защиту лучшего друга драконница как-то притихла.

— Он предал нас! — бормотала я. — Разве друзья так поступают?!

«Он просто не подумал… это же весело — ты всегда смеялась…»

— А сейчас — не весело, — отрезала я, заворачивая за угол.

Тэд за мной не шёл, и это было к лучшему… наверное…

До самой Академии я шла и ругалась.

— Чтоб ему в прорубь провалиться! Чтобы его мамочкин свирд сожрал, хоть и жалко старичка… Чтобы… Ой!

С разбегу налетев на стоящее по пути препятствие, я чуть не упала, но была вовремя схвачена и поставлена на ноги высоким темнокожим дроу.

— Драконницы всегда под ноги не смотрят? — ворчливо поинтересовался он, отпихивая меня на расстояние вытянутой руки и продолжая покрывать скалодром тонким слоем льда. — Не видишь, я работаю?!

— Простите, дядя Рэй, — покаялась я перед отцом Тэда. От него парень взял… ровно ничего. Весь в мамочку пошёл… — А что вы делаете?

— Вообще-то, ты уже поступила, так что будь добра обращаться нормально к учителям, без «дядь» и «тёть». Хотя, кому я это говорю? — закатил он глаза.

— Простите, магистр Тэй, — покаялась я, не обращая внимания на завуалированные оскорбления. — Так что?

— Это моя прелесть, — улыбнулся он, поглаживая скользкую и даже чуть липкую стену с вмонтированными в неё камнями. — Сейчас старший курс факультета водников придёт тренироваться. Пусть повеселятся.

— Ааа, так вы развлекаетесь, — поняла я. — Не поздно для пар?

— Шутишь? — дроу посмотрел на темнеющее небо, — самое время!

— Ну да, логично, — кивнула я, с содроганием вспоминая свои первые уроки по физической подготовке. Дядя Рэй из ворчливого, но довольно безобидного отца Тэдди превратился в чудовище, заставляющее нас бегать до изнеможения. Еще и улыбался! — Ну, ладно, не буду мешать. Хорошего урока!

— Погоди! — опомнился он. — А балбес мой где?

— В городе остался, — отмахнулась я, чувствуя привычную обиду за Тэда.

— Опять ерундой мается, — постановил магистр физической подготовки, накладывая второй слой льда на стенку.

«Кто бы говорил!» — возмутилась драконница. — «Вечно он Тэда задирает! Давай его поджарим, а?»

Я мысленно послала зверя прогуляться. Кого мы поджарим? Отца Тэда? Мило. И что, нам кто-то будет благодарен за это? Нет, конечно. Его все любят, несмотря на противный и сварливый характер. А то, что Тэда оскорбляет… Так тому так и надо!

«Не надо!» — возразила драконница.

«Надо», — мысленно отрезала я, быстро уходя с полигона, на который уже начали прибывать адепты.

Бедняги, они ещё не знают, что для них приготовил магистр!

«Куда теперь?» — недовольно поинтересовался зверь.

— Страдать, — вздохнула я.

Почему-то не хотелось ничего сейчас. Сердце ныло от того, что Тэд… такой… А я ведь хотела…

«А давай полетаем?» — вдруг прервала мои упаднические мысли вторая половина.

Стыдно признаться, но я ни разу не оборачивалась с тех пор, как сделала это первый раз в аудитории… совсем ни разу.

Для драконницы это было практически нереально. Ведь меня должно было тянуть обернуться, расправить крылья… взмыть к небесам…

Но мысли, переживания из-за одного любвеобильного ведьмака вытеснили вообще все остальные мысли из головы.

— А почему бы и не полетать! — решилась я, резко сворачивая с дороги к дому в сторону большого полигона, с которого часто стартовали в небо драконы.

«Отец!» — предупредил зверь ещё до того, как я своим физическим зрением узрела пикирующего с неба огромного огненного дракона.

Я задрала голову вверх, а затем проворно отпрыгнула в сторону, освобождая место для посадки.

— Рози? — Ректор Никс обернулся прямо на подлёте в человека и улыбнулся. — А я всё думал, когда же ты сюда придёшь?

— Но не спрашивал? — я подошла ближе, задирая голову к небу и рассматривая кучерявые облака. Неужели я… тоже смогу… к ним? Не на отцовской спине, а сама?

— Нет, не спрашивал. Всё же я очень надеялся, что достаточно хорошо тебя воспитал для того, чтобы ты могла подойти ко мне в любой момент, — он тоже поднял взгляд и вздохнул. — Не представляешь, как я мечтал об этом моменте. Чтобы со своим родным ребенком… в небеса! Это самое ценное, чем я могу с тобой поделиться, что хотел бы показать.

— А разве то, что ты нас катал, не считается?

— Это лишь немногое из того, что можно ощутить. Но той же Лилианне это не столь важно. Её с мамой раса не воспринимают небеса так, как драконы. А для нас это — как воздух. И чем больше твой дракон будет входить в силу, тем больше ты будешь чувствовать эту тягу. К полёту, к свободе и к широте сердца… — тут он немного помялся, но всё же не смог удержаться от чисто отцовского нравоучения: — Рози, мы с тобой и Риком — огненные драконы. Но если твоему брату слишком рано обретать своего дракона, то для тебя настала очень важная пора…

Мужчина опустил взгляд с неба и перевёл на меня.

— Рози, с обретением драконницы тебе сильнее, чем когда-либо, захочется открыться другому существу. Такие, как мы, не могут любить многих. Поэтому… не ошибись, пожалуйста. А ещё лучше — не торопись — твоё никогда от тебя не уйдёт. Сейчас ты часть нашей семьи, и мы любим тебя. Этого достаточно. Когда я был в твоём возрасте, у меня и этого не было. И это было… тяжело. Но даже так лучше не бросаться в омут с головой — иначе потом разбитое сердце будет очень и очень сложно склеить.

Я смутилась и отвела взгляд. Такие вещи… обычно я обсуждала с мамой. Чтобы отец… это был первый раз, чтобы он так прямо предостерегал меня от чего-либо.

Но ректор не собирался устраивать долгую лекцию. Кинув на землю сумку с документами, он залихватски подмигнул.

— Так что, полетаешь со своим стареньким папулей?

— Папа, ты не старый!

— Тысячу лет это слышу, — рассмеялся он. — Я многих адептов на крыло ставил, но чтобы собственную дочь — это что-то новое. Будем вместе бояться!

Я растерянно поглядела на валяющуюся на земле сумку.

— А тебе не нужно работать?

— Думаешь, сейчас для меня есть что-то более важное, чем первый полёт дочери? — насмешливо сверкнул на меня глазами магистр Никс.

Отойдя на пару десятков метров, он достал палочку — пережиток прошлого, как по мне, но именно с ней он обычно и магичил — и поддерживающе кивнул.

— Не бойся, Рози, я всегда рядом.

Рядом… эту фразу от отца я слышала с самого детства. Она так сильно въелась мне в подкорку, что я не представляю, как бы жила без неё. Ну, рядом так рядом…

Сбросив свою сумку рядом с отцовской, я встала ровно и закрыла глаза.

Было ли мне страшно? Очень…

Но ещё больше всё моё существо трепетало от того, что сейчас должно было произойти. Драконница внутри нервно перетаптывалась на месте, боясь даже подумать лишнего. Она была безумно рада, что с нами будет этот большой и сильный отец-дракон. Неужели мы всерьёз думали, что справимся сами? Это же так страшно!

«Ну что, девочка, ты готова?» — спросила я у своей второй половины.

«Не знаю», — нервно отозвалась она.

«Поздно. Давай, вылезай!»

Я вздрогнула всем телом и, словно дав мысленное разрешение, почувствовала, что открыла огромные двери. С громким рёвом моя драконница вырвалась наружу, на секунду ослепляя меня светом.

Когда сознание вернулось, я поняла, что уже не стою на земле, а… нет, стою, но только очень и очень высоко над землей!

— Ох, МА-МА! — проревела в воздух, с трудом ворочая большим неудобным языком. Ноги как-то сами собой разъехались в стороны, и я, не удержав равновесие, завалилась на довольно объёмную попу.

— Рози? — голос Ректора Никса раздался откуда-то снизу. — Рози, милая, ты в порядке?

Я судорожно начала рыскать мордой по земле в поисках отца. Почему-то в первый раз в облике дракона всё произошло словно на автоматизме — я нашла и Тэда, и эту… Глинду легко и вообще без напряжения. Сейчас же любое движение давалось с трудом. Мало того — приходилось постоянно думать, какой частью тела куда вертеть.

— ПА-ПА! — обрадовалась я, обнаружив родителя под мышкой. То есть он, конечно, стоял на земле, но увидеть я его смогла лишь задрав переднюю лапу. — ПА-ПА! Я не… не… — следующее слово никак не хотело выговариваться, поэтому я раздражённо фыркнула. И тут же испуганно вздрогнула, потому как в ректора Никса полетел столб пламени.

К счастью, он лишь отмахнулся от драконьего огня палочкой, скрутил его в тугой узел и одним пшиком развеял над землей. Затем успокаивающе вытянул вперёд ладони.

— Рози, всё нормально, сейчас я тоже обернусь, и тебе будет легче.

«Что это мне легче будет?» — проворчала я мысленно, понимая, что не слышу свою драконницу. Где она?! Пока отец оборачивался, я судорожно звала зверя и даже шарила глазами по земле. Я её что, выкинула?!

«Так, Рози, я тут», — раздался в голове голос мужчины — все драконы умеют мысленно передавать слова, когда они во второй ипостаси. Те же оборотни могут лишь тем, у кого хорошо развита ментальная магия. А драконы… ну, это драконы…

«Сейчас, пап, подожди, я потеряла!»

Вскочив на четыре лапы, я закрутилась вокруг своей оси, поочередно поднимая то хвост, то одну из лап, и внимательно осматривая траву на поле.

«Что ты потеряла?»

«Драконницу! Мою! Она разговаривала со мной, а сейчас куда-то делась!»

Я истерично начала бить хвостом по земле, вырывая огромные куски грязи и посылая их во все стороны.

«Что дела-а-а-ать?!»

«Рози, стоп!» — попытался было утихомирить панику ректор, но куда там!

От страха я заносилась кругами по стадиону. Вот сколько лет не было этого голоса в голове, а тут всего неделя, как появился, и я уже жизни без него не представляю!

На очередном повороте отец довольно бесцеремонно ухватил меня зубами за хвост, а я, не успев затормозить, сначала дернулась вперёд, а затем с размаху уселась на драконий зад.

«Так, Розаринна», — увидела я перед собой морду ящера. — «Я тебе сколько раз всё втолковывал? Неужели ничего не отложилось?»

«А что ты втолковывал?» — шмыгнула я носом, выпуская колечки дыма. — «Ничего не помню».

«Оно и видно», — устало вздохнул отец. — «Рози, ты сейчас — и есть твоя драконница. Если во время того, как ты находишься в человеческой ипостаси, ты слышишь её как второй голос в голове, то будучи в облике дракона, вы объединяетесь в одно».

«То есть, она меня не заменяет?» — спросила я неуверенно и сама же начала смутно припоминать многочасовые лекции отца для нас с Риком на эту тему. Проблема была лишь одна: Ректор Никс был довольно… ну, скажем так, обстоятельным педагогом. Рассказывал всё в мельчайших деталях, и… что греха таить, мы с братом не сказать чтобы всегда внимательно вникали. Рик вообще спал постоянно. Я же старательно делала вид, что слушаю, но нет-нет, а тоже клевала носом. — «Я просто думала, что во время оборота мы с ней как бы местами поменяемся…»

Отец раздражённо фыркнул.

— Розар-р-ринна! — прорычал он вслух, до того был возмущён моим вопросом. И лишь затем снова перешёл на мысленное общение. — «Дочь, я много раз тебе говорил: главный — всегда человек. Ты — человек, просто у тебя есть способности. У тебя есть, если хочешь, часть твоей души, которая тоже умеет мыслить и чувствовать. Но она — не главная. И не автономная. Она живёт в первую очередь инстинктами и помогает тебе стать полноценной, стать собой. А те, у кого преобладает животная часть, — в большой беде, дочь. Напомнить тебе, что делают с обезумевшими драконами, потерявшими человеческий разум?»

«Лишают магии и второй ипостаси», — прошептала я мысленно. Это я помнила. Но если когда-то это было лишь частью того, что мне было необходимо выучить, тем более, что до восемнадцати я так и не обернулась и уже думала, что мне и так неплохо, то сейчас всё, что когда-то втолковывал нам отец, стало реальностью. Настоящей реальностью! — «Значит, сейчас я и… драконница вместе? Мы вот такие?»

«Да, дорогая», — немного успокоился ректор. — «В этой ипостаси ты будешь чуть более раскрепощенной в том, что для тебя важно. Я, например, в своё время во второй ипостаси хулиганил много, хотя…» — тут он задумался. — «С меня, дочь, пример брать не надо, я вообще с раздвоением личности долго жил. Если бы не твоя мама…»

«Ой, нет, папуль, давай не надо», — взмолилась я. — «Ты много раз нам рассказывал, как наша мама тебя спасла и тому подобное. Раз всё нормально, пойдём полетаем».

Родитель тяжело вздохнул и согласился.

«Ну, давай».

И пока он мне показывал, как правильно при полёте ставить крылья и в какую сторону вертеть хвостом, я думала о том, что похоже отличительным признаком моей драконницы будет излишняя восторженность, паникёрство и раздражительность…

Пятнадцать минут инструктажа, во время которого я нервно переминалась с лапы на лапу, и наконец… взлетели!

— ИХ-ХА! — проревела я так, что стекла в Академии задрожали.

Словно две стрелы мы ринулись с отцом вверх. Два бордовых огненных дракона. Великие, всемогущие! Разве что я была раза в три меньше… и красивее — очень на это надеюсь.

— Своб-бода!!!

Ветер, воздух, облака! Как развеваются мои крылья, как щекочут потоки воздуха животик! Блаженство!

«Розаринна, — окликнул меня голос отца, — осторожно расправь правое крыло, а то ты косишь.»

Я кошу?! Я не могу косить по определению!

Недовольно заворчав, я всё же попыталась выправить одно из крыльев. Но, похоже, что не то…

— ПА-ПА! — завопила я, как огромное торговое судно, заваливаясь на один бок и стремительно летя к земле.

Миг, и огромная тень, поднырнув под меня, подставила спину, дав возможность вцепиться в костяные наросты когтями. Для надежности я ещё и хвостом его обвила. Хотела и зубами впиться, но всё же здравый смысл победил, и мы почти спокойно опустились на землю.

«Слезай», — попросил ректор, мягко встав на лапы на том же самом полигоне, с которого стартовали.

«Ни-низа что!» — ответила я мысленно, чувствуя, как трясутся лапки. — «Всё же хорошо было, я всё по инструкции делала, почему падать начала?»

«Потому что нельзя научиться летать, стоя на земле», — меланхолично ответил родитель, передергивая плечами и сбрасывая мою тушу на землю. — «Это обучение, Рози. Будешь учиться — всему научишься. Не будешь учиться — ничему не научишься. Всё как обычно.»

— Не хочу учи-и-и-иться! — завыла я, складывая лапки на пузе и воя на появившуюся луну.

Хоть где-то же должна быть справедливость? Почему мама управляет силами интуитивно, а я должна не только с огнём быть в ладах, но ещё и учиться летать?!

— Ну что, пойдём домой? — передо мной вновь возник папочка в человеческой ипостаси. Ни одной складочки, ни одного залома. — Поздно уже, мама будет ругаться. Ты, кстати, взяла в сокровищнице артефакт, возвращающий после оборота одежду?

Упс…

Я повернула виноватую морду к отцу и улыбнулась. Если в прошлый раз меня Тэд после выплеска сил и оборота оперативно замотал в штору и сам доставил в лазарет, то сейчас я как приличная девушка с двумя ипостасями должна была… должна была!.. взять у духа-хранителя артефакт, помогающий оставаться одетым после оборота. Его изобрели лет пятнадцать назад. А до этого всем оборотням приходилось по кустикам прятаться, чтобы одежку свою из пространственного кармана вытащить…

— Только не говори, что ты его не взяла, — нахмурился родитель.

Я покачала головой, потом подумала и покивала, затем снова покачала.

— Розаринна… Погоди, ты вот сейчас со мной летала, а отработкой сегодня занималась? Мне кажется, что я видел лишь управляющих мётлами домовушек…

— О-О-О! МА-МА!

Ректор живо развернулся к приближающейся к нам со стороны Академии беловолосой ведьме, а я, быстренько поднявшись на лапки, дала дёру в сторону дома, громко топая и ломая своей новой тушей росшие по краям дорожки кусты. Для кого такую тонкую дорогу делают? Для тощих эльфиек?! Нормальным драконницам пройти нельзя!

Родители либо сделали вид, что не заметили моего фееричного побега, либо слишком были заняты друг другом. Так что я беспрепятственно избежала неудобных вопросов и последующей взбучки. Не говорить же им, что первое, да ещё такое неудачное свидание я предпочла отработке! А домовушки меня не выдадут — я их любимица!

Когда моя туша тяжело перевалилась через наш низенький забор, стало уже совсем темно. Лишь фонарики освещали очертания дома.

Обойдя довольно скромный по меркам аристократов двухэтажный особняк, я задрала голову и шёпотом заорала:

— ЛИ-ЛИ!!!

К сожалению, получилось громче, чем я рассчитывала, так что стая ворон, пасущаяся недалеко от дома, с громким карканьем поднялась в небо.

— Что шумим? — на балкон вышла моя младшая сестра и, глянув вниз, усмехнулась. — А… пышечка пришла. Тебе полотенчико скинуть или эклерчик?

Я зарычала и постаралась донести до этой грубиянки своё возмущение.

— П…п… АТЬЕ! — потом подумала и добавила: — ДУР-РА!

— Приятно познакомиться, — совсем не впечатлилась Лили. — А то я всё думала, как зовут твою драконницу. А вот оно как…

Но потом, видя, как я злобно молочу хвостом по маминым розам, вытянула ладошки вперёд.

— Ладно, ладно, платье так платье. Хотя, я тебе всегда говорила, много будешь кушать — ни в одно платье не влезешь. Вон и так какую попу себе отрастила — видимо, поэтому и не летается…

— КУ?! — удивлённо вытянула я морду. Откуда она узнала?!

Но так как сестра уже скрылась в доме, я испуганно заметалась по саду, пытаясь с наименьшими потерями попасть к небольшому прудику в углу участка. Мне нужно зеркало! Срочно! Не может быть, чтобы пирожки тети Глаши отложились на пятой точке моей драконницы.

— НЕ-Е-ЕТ! — в воде отображалась довольно-таки откормленная, для моего вида, большая…

— На курицу похожа, — заметил тонкий голосок Рика.

Я свирепо развернулась, когда Лилианна закрыла ладошкой рот брата.

— Платье, — улыбнулась она, протягивая мне одежду. — И даже туфельки. Обращайся, мы пойдём!

— Я хочу посмотреть оборот! — заупрямился Рик.

— НЕТ! — рявкнула я.

— Обойдёшься, — поддержала Лили, таща мальца обратно в дом. — Уговор был на то, чтобы ты посмотрел на Розиного дракона. Ты посмотрел. Какие претензии?

— Какой же это дракон?! — возмутился он. — Она же похожа на праздничную индейку… только с головой…

Уходили они в дом под мой громогласный рёв.

Ещё раз оглядев себя со всех сторон в водной глади, я с сожалением похлопала лапой по внушительной попе и, припомнив все уроки отца, обернулась обратно.

— Ну, хоть тут без приключений, — проворчала довольно, ныряя в единственные уцелевшие кусты. — Домовушки завтра ругаться будут, когда порядок начнут наводить. Ай, ладно. Скажу, что не я!

Уже позже, когда весь дом спал, а я в третий раз вскочила с кровати, потому что никак не могла найти удобную позу, в голову пришла светлая мысль перестать мучиться и пытаться заснуть.

— На воздух хочу… — прошептала еле слышно, крадясь к лестнице, ведущей на крышу, — хоть поплачу вволю. Всё не так…

Правда, когда я открыла дверь, то тут же поняла, что спокойной ночи мне тоже не видать.

Тэд меня уже ждал…

— Рози, у меня есть пончики! — проговорил он довольно, скидывая на крышу небольшой сверток, а затем, сделав круг в воздухе верхом на метле, приземлился рядом.

— Тэд, ты бытовик — тебе летать не положено, — проворчала я, уже думая уйти. Но… пончики в промасленном свертке неприлично манили…

— Я ещё и ведьмак, — усмехнулся он, — так что мне закон не писан. Ну так что?

Он распахнул края свертка и, издав блаженное мычание, повернул его нутро в мою сторону.

— Смотри, с джемом, со сгущенкой и вот эти… — достав румяный колобок, он с блаженством втянул носом воздух, — с шоколадом…

Я облизнулась. Мои любимые…

— Нет, я спать хотела!

Рывком развернувшись, я уже было поставила ногу на первую ступеньку лестницы, как меня догнал его вкрадчивый голос:

— И горячее какао… с зефирками… — судя по звукам, Тэд полез в свой пространственный карман, где, как настоящий бытовик-хомяк он хранил всё на свете.

«Мы любим какао с зефирками», — облизнулась в голове драконница, которая до этого спала после тяжёлого первого полёта.

«Я на него обижена».

«Ну так обижайся, кто же тебе мешает?» — удивилась она. — «Пончики-то в чём виноваты?»

«Мы толстые!» — привела я последний аргумент, однако уже убирая ногу со ступеньки.

«За себя говори!» — оскорбилась вторая половина. — «Не знаю, какие там стандарты красоты у двуногих… Может, быть тощими, как эльфийки всякие?» — наслаждаясь тем, как злобно скрипят мои зубы, она эффектно завершила свою мысль: — «А я — идеальна! И мне нужно питаться, иначе летать никогда не сможем!»

— Ладно, Тэд, — рывком развернулась я, — ты не заслуживаешь прощения, но я не собираюсь уходить со своей собственной крыши. Так что ты уходи! Сейчас опять фамильяр твоей матери придёт и тебя стащат вниз силком.

— Не, эта скотина уже спит, — отмахнулся он, а потом клятвенно пообещал, — Я подальше сяду.

И с этими словами отправил по воздуху высокую кружку с крышкой. Следом полетела промасленная упаковка с ещё дымящимися пончиками.

Я скосила глаза на подношение и, недовольно вздохнув, всё же протянула руку, чтобы поймать на лету кружку.

Тэд поднял вверх стакан с какао и, отсалютовав им, сделал большой глоток.

— Хорошо… — протянул он, усаживаясь на крышу и свешивая ноги с края. — Люблю, когда небо безоблачное. А ты?

— А я с тобой вообще не разговариваю! — заявила я, садясь с другого края.

Пончики услужливо подлетели ближе и удобно расположились рядом с правой рукой — чтобы было легко и быстро их брать.

Какое-то время мы молча ели. Я пила горячее какао и задумчиво смотрела за тем, как поднимается в воздух горячий пар.

— Тебе правда нравится Алирель? — спросил наконец друг.

— Нет, — ответила честно. — Он просто согласился сходить со мной на свидание.

— Уф, — тут же заулыбался ведьмак, — так, а чего тогда переживать? Я-то думал, у тебя драконница с ним связь почувствовала. Уже переживать начал, как же он, бедный, с тобой-то будет? Он же ледышка замороженная, а твой зад — вечно в неприятностях.

— Ой, да иди ты, — огрызнулась по привычке.

— Ну слушай, — начал разглагольствовать Тэд, — если ты сейчас ни с кем связи не чувствуешь, может, ну их, эти свидания? Я же за тебя переживаю! Зачем тебе тот, кто никогда не станет истинным? Только нервы трепать — а ты честная, тебе неудобно потом отказывать будет. Может, подождём того, на кого сердце ёкнет? Лет пять… десять… Да и вообще, вон, твой отец вообще почти в тысячу встретил — никого подходящего не было. Может, и ты такая же? Так куда торопиться? А так мы хорошенько приглядимся, подумаем, я тебе подсказывать буду. Глядишь, и подберём когда-нибудь подходящего…

Я с тоской посмотрела на этого воодушевлённого идиота.

«Скажи ему!» — потребовала драконница. — «Скажи, он не понимает!»

«Ага, и разрушить нашу дружбу?» — парировала я. — «Он не любит нас. Если я сейчас на него всё это вывалю, то он никогда не сможет воспринимать нас как подругу».

«Но тогда он не узнает и опять начнёт встречаться с какой-нибудь Глиндой!»

Я вздохнула. Неважно. Я не готова его потерять. Ни в каком виде.

Пока я предавалась упадническим мыслям и спорам с самой собой, Тэд как-то незаметно оказался ближе. Так что когда я подняла взгляд, то вздрогнула, обнаружив друга около своего бока.

— Да ладно тебе дуться! — обхватил он меня за плечи и, впечатывая в свой бок, продолжил: — Каюсь, не подумал. Просто этот белобрысый такой ледышка — я боялся, как бы он тебя не заморозил.

— Ой ли? — я посмотрела на него скептически. — Не сыну магов льда и огня мне подобное говорить.

— Мои родители — это другое, — отмахнулся он, — от них искры летели. И сейчас летят. А там… А там будет холодное болото. Надо оно тебе? Нет же…

Я вздохнула. Ну да, мне не надо. А что надо — недоступно.

Положив голову на плечо товарища, я меланхолично откусила от пончика.

— У меня драконница толстая, — незнамо зачем пожаловалась ему.

— Что? — он непонимающе скосил глаза на мой нос и нахмурился. — С чего ты взяла?

— Она большая… Я видела.

— Я тоже видел! — отрезал Тэд. — И скажу тебе, что никогда в жизни не видел такого красивого дракона!

«О да!» — простонала та, растекаясь внутри счастливой лужицей.

— Ты не рассмотрел просто, — проворчала я.

— Уж поверь мне, Рози, — усмехнулся он, утешающе гладя меня по голове, — я в женской красоте разбираюсь. У тебя очень красивая вторая ипостась. Блестящая бордовая чешуя и, словно кусочки вишни в йогурте, сверкающие наросты на спине и хвосте. Даже ресницы длиннющие и чёрные. Клянусь, никогда не видел такого красивого дракона! А представь, как ты будешь хороша, когда научишься рассекать воздух? Это же потрясающе!

— Сначала научиться надо, — проворчала я, внутренне вместе со своим зверем млея от такой похвалы.

— Научишься, — уверенно кивнул он, — ты же Розаринна Никс, у тебя не может не получиться.

«Он идеален!» — вопила внутри вторая половина, счастливо отбивая хвостом победную дробь.

Но снаружи я лишь позволила себе чуть улыбнуться — всё равно голова лежит так, что Тэд ничего не видит.

— Ну так что, мир? — протянул мне ладонь ведьмак.

Несколько секунд я смотрела на его руку, а потом всё же вложила в неё свою ладошку.

— Ну вот, другое тело! — обрадовался парень, сжимая меня в медвежьих объятиях. — Надо это дело отметить!

Взяв ещё один пончик, он вонзил зубы в самую середину.

— Это ты ректору скажи, — усмехнулась я, поднимая голову от его плеча и тоже беря из пакета ещё один пончик. — Я сегодня отработку пропустила, а ты не только не проследил, но ещё и забыл, что тебя назначили нашим куратором.

Сдоба выпала изо рта бытовика и полетела вниз с крыши, мягко плюхнувшись в куст роз, растущий под окнами родителей. Парень повернул ко мне испуганное лицо и нервно проглотил то, что успел прожевать.

— Паршиво, — резюмировал он.

— Не то слово, — усмехнулась я. — Жди завтра взбучки.