Академия Хантстил. Невеста дракона Бездны

— Молодец, Левиар. Хорошая работа. Как всегда.

Голос Императора стекает по спине, как тёплая кровь. Сладкий. Гнилой.  

Он называет хорошей работой пепелище. Деревню, которую я стёр с лица земли. Женщин. Детей. Стариков.  

— Рад, что оправдал ваши ожидания, — бросаю сквозь зубы, глядя в стену за его спиной. 

Я намеренно избегаю встречаться с ним взглядом, но он всё равно заставляет меня обернуться.  

 Ладонь Императора ложится на моё плечо имитируя дружеский жест.

Я ненавижу его прикосновения!

— Ты никогда не заставлял в себе усомниться, — он хмыкает, пальцы слегка сжимают мой погон. — Кто ещё справится с прислужниками Роя лучше, чем Дракон Разлома?  

Его улыбка — безупречна. Высокий, светловолосый, с бородкой, выстриженной по последней моде. Глаза — светятся, будто янтарь на солнце.  

Образец правителя сошедший со страниц учебников.

Но это всё ложь.

Он знает, что я вижу настоящего Варгоса. Ту трупную черноту, что копошится в его душе .  

— Скажи, Левиар… — Он наклоняется ближе, и в его зрачках вспыхивает знакомый садистский интерес. — Когда в тебе говорит Голос Бездны… ты хоть что-то осознаёшь? Или просто тонешь? Может, слышишь, как они кричат?  

Психопат.

Я сжимаю кулаки.  

— Если вам так интересно — приходите в следующий раз. Посмотрите вблизи.  

Он откидывается назад и негромко смеётся.  

— Я же не самоубийца. — Палец императора касается моего горла, проводит по рунам. — Ты же не различаешь своих и чужих, когда Оно говорит.  Только метка и может спасти.

— Но вас-то это не касается, — бросаю я, глядя сквозь него.  

Метка ограничений.

Цепь рун на шее. Ошейник. Запрет на поднятие руки против императора.  

Он знает, как я ненавижу это.  

— Увы, это максимум, что мы смогли сделать, — вздыхает Варгос, разводя руками. — Защита для всего одной личности. А сам понимаешь: без императора — нет империи.  

Его взгляд скользит к окну, где алеют проклятые утёсы Ландериза.  

— А  наша империя с её вечной битвой…, – он делает паузу. – Ей особенно нужен сильный лидер и, конечно же, такое беспощадное оружие, как ты, Левиар. 

  Его рука снова на моём плече. Дружеский хлопок.  

Я молчу.  

Он прав.

Пока Кровавый Рой отравляет наши земли — я должен убивать.  

— На сегодня вы свободны, генерал. Империя благодарна. 

Я бью кулаком в грудь.  

— Служу во славу Ландериза.

Разворачиваюсь к выходу.  

— Левиар.  

Останавливаюсь.  

— Завтра в Академии Хантстил — отбор Искр.

Я презрительно морщусь.  

— Искр, как же. Выбирают служанок и наложниц.  

— Знаменитый цинизм генерала Нокса, — смеётся он. — А вдруг попадётся действительно одарённая?  Искр всё меньше. А это проблема, сам понимаешь.

Пожимаю плечами.  Да, это проблема, но решать её нужно не мне.

— Зачем мне там быть? Я никогда не почувствую силу Искры.

— Ты — легенда, — его голос становится мягким, ядовитым. — Будущие воины должны видеть, каким должно быть идеальное оружие.

Ну, да. А знатные дома и твой главный противник — помнить, что ты можешь спустить меня с цепи.

— И, конечно… — Взгляд Императора скользит вниз. — Даже Дракону Бездны  нужна… разрядка. Поэтому, если Искр и не будет, то ты все равно сможешь подобрать себе…

Я поднимаю глаза.  

— У меня для этого есть битвы.

Он хмыкает.  

— Непробиваемый, да? Что ж… жду завтра.  

Кивок и выхожу.

Стражи расступаются при моем появлении – быстро, резко, будто боятся, что один мой взгляд  разрежет их пополам.  

Коридор замирает. Слуги прилипают к стенам, растворяются в тенях.  

Они знают.

Знают, что я сделал.  

Знают, что сделаю ещё.

Улица встречает меня тишиной. Толпа расступается, как море перед кораблём-призраком.  

Конюх подводит Дара. Мой чёрный жеребец бьёт копытом, ноздри раздуваются – он чует кровь на мне.  

Я вскидываю ногу в стремя…

“Тык.”

Под ногами яблоко – круглое, красное, нелепое на фоне пыли и камней.  

— Эй! — Детский голос. Мальчишка, лет пяти, хватает фрукт, поднимает глаза –  

— Ты... ты генерал…дракон Бездны?! Ого…  

Его взгляд горит. Не страхом – восторгом.  

Конюх тут же падает на колени:  

— Простите, ваша светлость! Он ребенок. Дурачок! Он не поним…

— Плевать.

Я рывком сажусь в седло.  

Спина горит.

За мной следят десятки ненавидящих глаз.  

— Палач..  

— Мясник...

— Чудовище...

Я привычно растягиваю губы в ледяной улыбке.

Они правы. 

— Хватит, Лада.

Голос отца обрушивается на меня, как тяжёлый кулак. Он нависает надо мной, и его дыхание пахнет дешёвым коньяком и страхом.

— Я уже сказал. Ты выйдешь за Рамиля, потому что у меня долги, которые меня убьют. А он согласился их списать — за тебя. Ты должна понять...

— Что? — Голос мой дрожит, но не от страха, а от ярости. — Что вместо того, чтобы отвечать за свои ошибки, ты продаёшь меня? Это я должна понять?

Подбородок вскинут. В глазах — огонь.

Лицо отца побагровело, жилы на шее надулись, как верёвки.

— Слишком я вас с матерью разбаловал. Ты выйдешь за него, Лада. И будешь делать всё, что он скажет. Потому что это единственная польза, которую ты можешь принести. Ты — инструмент. И тебя используют.

Слова жгут, как раскалённое железо.

— Да пошёл ты! — вырывается из горла хриплый крик. — Сам стань его инструментом, если так хочешь!

Я рвусь к двери. Бежать. Сейчас. Пока не поздно.

Но проклятое свадебное платье — эти метровые кружева, эта клетка из шёлка и жемчугов — опутывает ноги. Я спотыкаюсь, и в этот момент его рука впивается мне в руку, чуть выше локтя

— Прекрати!— Я заставлю тебя слушаться! — Он трясёт меня, как тряпичную куклу. Глаза бешеные. Ладонь заносится для пощёчины...

Дверь распахивается.

— Эй, Юрочка, — раздаётся масляный голос. — Ты что это, мою невесту пугаешь?

Рамиль.

Дорогой костюм, уродливо обтягивающий его рыхлое тело. Жирные пальцы с перстнями. И эти глаза — маленькие, свиные, ползущие по мне, как слизни.

Отец сразу съёживается, бормочет что-то, но Рамиль уже не слушает. Он приближается, и его дыхание — тёплое, липкое — обволакивает мою щёку.

— Не бойся, Ладушка, — шепчет он, и от этого голоса сводит зубы. — Больше никто тебя трогать не будет. Только я.

Облизывается.

— Первая ночь будет... незабываемой. Я знаю, ты у нас дикарка. — Его пальцы сжимают моё запястье. — Но это исправляется. Фиксация. Доминирование. И вот...

Рамиль щелкает пальцами.

— Ты уже смирная овечка, дрожащая от ласки хозяина.

По моей коже пробегают ледяные волны отчаяния и абсолютной беспомощности. Я не могу этого допустить. 

Я… Я просто не перенесу этого. 

В крови  взметается адреналин.

Я совершаю рывок настолько резкий, что даже охрана не успевает среагировать. В голове нет никакого плана — только единственное желание: сбежать, оказаться как можно дальше от этого места, от этих монстров в человеческом обличии, для которых я всего лишь вещь, которую можно использовать, как им хочется.

Пробежав по коридору второго этажа, я подбегаю к лестнице, но едва делаю шаг, как меня резко дёргает за руку один из охранников.

— Ты куда собралась?

Вместо ответа я изо всех сил вцепляюсь зубами ему в руку.

— А, твою мать, больная истеричка!

Он инстинктивно отшатывается, толкает меня. Я делаю неуклюжий шаг на ступеньку, пытаясь удержаться, но снова наступаю на подло проклятое платье и скатываюсь вниз.

Последнее, что я помню перед тем, как сознание меня покидает, — это мелькнувшая мысль: вот бы никогда не просыпаться.

Увы, жизнь решила, что ещё не дошутила шутку обо мне. Я очнулась в совершенно другом мире — империи Ландериз, как я узнала чуть позже. Но главная ирония была даже не в этом, а в том, что я оказалась в теле Элиры Вейл, которую хотели выдать замуж за какого-то мелкого аристократа, чтобы он простил семье карточный долг их главы. Какая до боли знакомая история! Это что же, моя судьба — быть использованной теми, кто не умеет сам нести ответственность за свои поступки?

Элира сбежала прямо перед алтарём. Её поймали, но вернули в родительский дом уже меня в её обличии.

 Скандал был такой, что никто Элиру, то есть меня, уже замуж брать не хотел, а долги отдавать как-то надо.

И вот я еду в карете в какую-то Академию Хантстил вместе с красивой, но отстранённой матерью и отцом, который буквально дышит ненавистью ко мне.

— Довольна собой, Элира? — рычит отец, когда мы въезжаем во двор академии и останавливаемся, — опозорила нас, поставила семью на край выживания…

— Ну, это сделал ты, а не я, — вполголоса говорю я.

— Что? Что ты сказала? — резко подаётся вперёд отец и хватает меня за плечо. — Элира, ты должна была стать спасительницей нашей семьи. Тебе просто нужно было выйти замуж за Барона Алксария и всё. Но ты включила свою гордость. И что?! Чего ты добилась своим побегом?! Мы опозорены и теперь единственный выход – это академия Хантстил.

Мама впервые смотрит прямо на меня и шевелит ярко накрашенными, но сухими губами:

– Это военная академия для драконов. Доя огненного легиона. Тебя здесь как женщину будут использовать только в качестве служанки и наложницы кого-то из огненного легиона. 

Что опять?! 

Нет, такой вариант мне точно не подходит. Точнее, служанкой еще нормально, но точно не наложницей.

– Может, если ты окажешься крайне везучей, – морщится отец. –  То кто-то из драконов почует в тебе истину и тогда возьмёт тебя в жёны. Но я что-то в этом сильно сомневаюсь. Нам вряд ли повезет породниться с кем-то из настолько сильного и влиятельного рода.

 Звучит конечно получше, чем наложница, но всё равно не огонь.

Что за дракон? Может, он мне не понравится? 

Интересно, а вариант без постели и насильной женитьбы вообще существует для меня?

И тут отец выдаёт:

— Ну а если удача отвернётся от тебя полностью, то в тебе обнаружат силу Искры. И тогда, встретившись в бою с Кровавым Роем, ты будешь мечтать работать в борделе, в самой грязной низине, лишь бы сбежать оттуда. Но будет поздно. 

Я оживляюсь. 

– Постой-ка… Если я окажусь этой Искрой, то никаких постелей и женитьб?  Отлично! Мне это подходит. А что для этого нужно сделать?!

Отец и мать потрясённо переглядываются.

— Я давно подозревал, что ты слабоумная, — в конце концов говорит отец. — Впрочем, если ты так рвёшься, чтобы тебя заживо сожрали, то я могу лишь поддержать тебя в этом стремлении. Если дочь оказывается Искрой, то семье за неё платят просто огромную сумму, плюс списывают все долговые обязанности и расписки.

— Вот это что нужно…

Я распахиваю дверь и становлюсь на ступеньку.

— Тогда все вместе скрестим пальцы, чтобы я оказалась Искрой. До скорых встреч!

Я посылаю своим родителям издевательский воздушный поцелуй и, взяв небольшой чемоданчик со своими скромными пожитками, выхожу на громадную площадь перед академией.

 У меня невольно перехватывает дыхание от величия и масштабности этого здания.

Я застываю, не в силах оторвать взгляд от того, что возвышается передо мной.

Академия Хантстил.

Она простирается ввысь, как каменный исполин, высеченный самими богами. Её шпили, острые как клыки дракона, пронзают низкие свинцовые тучи, будто бросая вызов самому небу. Стены из тёмного базальта, испещрённые серебряными прожилками, мерцают в бледном свете, словно покрытые инеем.

Главные ворота — две массивные арки, украшенные барельефами сражающихся воинов и чудовищ — зияют, как пасть гигантского зверя. Между ними висит мост из чёрного камня, такой узкий и высокий, что дух захватывает. Он ведёт к центральному зданию, где окна-бойницы бросают на землю длинные, искажённые тени.

Я непроизвольно сглатываю.

Это не похоже на школу. Это — оплот власти.

Ветер доносит до меня странный запах — дыма, металла и чего-то древнего, почти звериного.

Но долго восторгаться красотой мне не дают.

— Привет! Ты же будущая Искра?

Генерал Левиар Нокс – Дракон Бездны

Элира Вэйл (Лада) – кандидатка в Искры

Ко мне подбегает какой-то парень: невысокий, светловолосый, с большущими голубыми глазами и широкой улыбкой. Настолько милый, что напоминает мне золотистого ретривера, радостно виляющего хвостом.

— Да, — неуверенно киваю я. — Очень надеюсь, что да.

Он приходит в неописуемый восторг:

— Раз надеешься, то точно получится! Я знаю, верю. Когда будешь проходить испытания на резонанс с драконом, то выбери меня, ладно? Кстати, меня зовут Арзас Зевиус.

— Элира Вейл, — улыбаюсь я. — Очень приятно.

Он забирает у меня чемодан:

— Пойдём, проведу тебя в зал испытаний. Кстати, а где твой фонарь?

Арзас оглядывает мой чемодан:

— Сюда же не поместится…

Так, что я только сейчас выяснила? 

У меня должен быть какой-то фонарь для испытаний, который точно не поместится в чемодан. 

И что, будут какие-то испытания резонанса, для которого нужен будет дракон? 

Ну, вроде дракон у меня уже есть… 

 Я бросаю взгляд на Арзаса. 

Быстро я справилась, хех. Знать бы ещё, что значит этот самый резонанс… 

Ладно, будем разбираться по ходу.

К нам подходят ещё двое парней — полная противоположность “золотистому ретриверу”.

Но всё внимание на себя сразу перетягивает один из них.

Высокий, длинноногий, гибкий, с хищной грацией пантеры, он подходит медленно, будто намеренно растягивая каждый шаг. Его черные волосы слегка растрёпаны, словно он только что встал с постели, но в этом есть нарочитая небрежность. На правый глаз, время от времени падает челка, придавая его взгляду еще более скрытого лукавства.

Широкие плечи, узкая талия, мощные руки, скрещённые на груди - всё в нём кричит о силе и уверенности.

Но главное - его глаза. 

Ярко-зелёные, как ядовитый мох, с золотистыми искорками. Они изучают меня с неприкрытым интересом, но в этом взгляде нет ничего простого - только расчёт и какая-то странная, почти кошачья игра.

 – Арзас, может, дашь девушке хоть немного оглядеться? - его голос низкий, бархатистый, с лёгкой хрипотцой. В уголках губ играет ухмылка - недобрая, но чертовски притягательная.

Он подходит ближе, и я невольно замечаю, как ловко он двигается - будто каждое его движение продумано на три шага вперёд. Когда он наклоняется ко мне, от него пахнет дымом, мятой и чем-то опасным.

– Килсар Рэмси, - представляется он, и его улыбка становится шире, обнажая чуть острые клыки. – Если хочешь кого-то действительно надёжного, то на испытаниях резонанса... - он делает паузу, намеренно затягивая момент, - ...выбирай меня. Поверь, ты не пожалеешь.

 – Кстати, а насчет фонаря. Ты что, не в курсе? — Килсар наклоняется к Арзасу, будто делится секретом, но говорит громко, чтобы слышала я. — Искр слишком мало. Теперь в академию берут всех подряд, даже тех, у кого нет денег на фонарь. Бедненьких. Инициатива нашего нового ректора. 

Ой, как удачно!

Я тут же делаю максимально грустное лицо. 

— Д…да, если честно, мой отец всё и проиграл, и у нас просто не было возможности...

Арзас тут же густо краснеет:

— Прости, пожалуйста, я такой бестактный, даже не подумал...

Неожиданно второй подошедший –  худее, с полностью отсутствующим, пустым выражением лица, вдруг подает голос и он звучит…мертво.

— Вам это не нужно.  – Он поднимает серые, пустые глаза сначала на Килсара,  затем переводит взгляд на Арзаса и, наконец, на меня. — Никому из вас. А ты… — он смотрит на меня. — Лучше включи мозги и попросись служанкой или наложницей.

После этого он разворачивается и уходит.

— Чего это он? — хмурюсь я, глядя вслед уходящему.

— В прошлом бою Кровавый Рой сожрал его Искру, — глухо сообщает Килсар, внезапно став серьезным.— А он не смог защитить… 

– У них был очень глубокий резонанс, — тихо выдыхает Арзас. — Я даже не знаю, сможет ли он оправиться после этого.

Арзас Зевиус – студент академии Хантстил. Боец Огненного Легиона. Дракон Льда

Килсар Рэмси  – студент академии Хантстил. Боец огненного легиона. Дракон грома

На пути в академию Арзас несёт мой чемодан, болтая без остановки, как заводной. Его светлые волосы взъерошены, а голубые глаза сияют, будто он ведёт меня не на испытания, а на праздник.

– Ты только представь, Элира! В этом зале собираются все кандидатки! Ну, почти все. Там будет…ну…таких как ты там…

Его перебивает громкий вздох. Килсар идёт слева от меня, его движения ленивы и грациозны, как у большого кота. Когда мы проходим мимо группы девушек, я замечаю, как они сразу замолкают, а потом начинают перешёптываться, бросая на него томные взгляды.

– Арзас, ты её напрасно пугаешь, - Килсар растягивает слова, оборачиваясь через плечо к девушкам и посылая им беглую улыбку. Те сразу краснеют.  – Там просто... специфическая обстановка. А еще сегодня вроде даже император будет присутствовать.

Я свожу брови к переносице: 

– Что значит "специфическая"?"

Арзас нервно переминается с ноги на ногу: 

– Ну... Видишь ли, не все девушки там хотят стать Искрами. Большинство...

– Большинство надеются устроиться служанками или наложницами, - Килсар заканчивает за него, его зелёные глаза скользят по моему лицу, оценивая реакцию. - Искр мало. Очень мало. У них и сама сила редкая, и сами девушки не желают идти на эти испытания. Никто Искрой быть особо не хочет. Впрочем, это объяснимо. Потому что…

Он не успевает закончить. Мы подходим к массивным дубовым дверям. Арзас распахивает их с торжествующим видом: "Вот и пришли!"

Общий зал оказывается огромным - высокие сводчатые потолки, витражи, изображающие драконов, и... сотни девушек. Шум стоит такой, будто я попала на рынок.

– Чёрт возьми... - вырывается у меня.

Килсар усмехается: 

– Впечатляет, да? Но запомни, - он наклоняется ко мне, его дыхание тёплое у моего уха, - из всех этих курочек настоящих бойцов - единицы. Надеюсь, что ты одна из этих бойцов. 

Я хочу что-то ответить, но в этот момент двери с грохотом распахиваются. В зал входит группа мужчин, и шум мгновенно стихает.

Впереди идёт высокий мужчина с тёмными короткими волосами. Его лицо - резкое, с острыми скулами и холодными даже ледяными голубыми глазами. Он одет в чёрный мундир с серебряными эполетами, и каждый его шаг отражается леденящим эхом от стен.

За его спиной, словно живая тень, движется худощавый мужчина. Его пепельные волосы спадают на лоб, закрывая один глаз. 

Второй – мертвенно серый,  холодный, как сталь - сканирует зал без всякого интереса. Его руки покоятся на рукоятях двух клинков. На груди - значок с изображением змеи.

– Ректор Оберон Стилс, - шепчет Арзас, и в его голосе смесь страха и восхищения. - Новый ректор. А это...

– Аспид, - тихо говорит Килсар. -  Настоящее имя - Вейс Крэйг. Капитан. Убийца драконов. Говорят, он может перерезать горло, прежде чем жертва поймёт, что умерла.

Оберон поднимается на возвышение. Его голос, когда он начинает говорить, тихий, но наполняет весь зал:

– Добро пожаловать в академию Хантстил, леди.

Он делает паузу, его ледяной взгляд скользит по залу.

– Сегодня все вы будете проходить испытания на Искру.

Сначала воцаряется секундная тишина, а после воздух буквально взрывается криками.

– Что?! - кричит рыжая девушка в дорогом платье. 

– Вы не имеете права!
– Это же смертный приговор! - визжит кто-то справа.
– Я буду жаловаться императору!

Одна из девушек, которая судя по форме собиралась идти в служанки падает на колени, её тело сотрясают рыдания: 

– П-пожалуйста, я не хочу умирать...

Аспид делает шаг вперёд, его рука уже на кинжале.

Он что? Собирается устроить здесь резню?!

 Но ректор Стилс едва заметно поднимает палец, и тот мгновенно замирает.

– Быть Искрой это не обязательно смерть, - говорит ректор, и его голос вдруг становится почти мягким. - Те, кто не пройдёт, вернутся к прежним ролям. Но… - он делает паузу, - у каждой из вас есть возможность сделать действительно правильный выбор. Раскрыть свой потенциал.

Тишина становится гнетущей.

– Вы можете остаться служанкой. Можете стать наложницей. Или...-  голос ректора крепнет, становится как сталь, - вы можете стать той, перед кем склонят головы даже драконы.

Рыжая наложница первой ломает молчание: 

– А если в…в нас окажется сила искры, но мы всё равно откажемся?

Зал замирает. 

Все глаза устремлены на рыжую наложницу, осмелившуюся задать вопрос, и на высокую фигуру ректора, чья тень падает на неё, как клинок гильотины.

Ректор Стилс не спешит с ответом. Он медленно поворачивает голову, и лёгкий поворот его шеи выглядит так, будто на неё смотрит суровое безжалостное божество. Его голубые глаза - два осколка арктического льда - фиксируются на девушке.

– Откажитесь? - его голос звучит почти задумчиво, но в нём уже слышится сталь. Он делает шаг вперёд, и сотни девушек инстинктивно отстраняются.  – Вы спрашиваете, можете ли вы отказаться служить империи в её самый тёмный час?

Он внезапно разворачивается ко всему залу, его красный плащ взмывает, как крыло хищной птицы.

– За этими стенами, на алых утесах - Кровавый Рой! Они уже сожрали три пограничные провинции! Они идут сюда - к вашим домам, к вашим семьям! - его голос гремит, заполняя каждый уголок зала. - И пока вы тут спорите о своём комфорте, солдаты гибнут на стенах, сдерживая эту тьму!

Стилс резко бьёт кулаком в каменную колонну, и эхо удара разносится, как пушечный выстрел.

– Нет, вы НЕ МОЖЕТЕ отказаться! Вы - последняя надежда Ландериза! Каждая из вас - потенциальное оружие против тьмы! И если для проверки этой возможности мне придётся переступить через ваши страхи - я сделаю это без колебаний!

В зале стоит гробовая тишина. Даже рыжая бунтарка опустила глаза. Ректор медленно выдыхает, его следующий голос звучит тише, но от этого не менее страшно:

– Но я дам вам выбор. Вы можете пройти испытание как героини... или как трусливые овечки, которых будут гнать к бойне. Решайте. У вас есть полчаса подготовиться к испытанию. Но из академии вас не выпустят, пока вы не пройдете испытания на Искру.

Он резко разворачивается, его плащ взметается, когда он направляется к выходу. Аспид бросает на зал один-единственный обещающий расправу взгляд и следует за хозяином.

В наступившей тишине слышно, как капают слезы одной из девушек на каменный пол.

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как его слова разожгли во мне что-то древнее и дикое.

Килсар наклоняется ко мне, его губы почти касаются моего уха:
– Ну что, мышонок? Готова стать оружием? 

Оберон Стилс – Ректор академии Хантстил, командор огненного легиона, маг высшего ранга.

Император Ландериза – Карл Варгос

Вэйл “Аспид” Крэйг – убийца драконов, капитан огненного легиона.

Когда Оберон Стилс выходит, снова воцаряется тишина: все будто ещё под впечатлением от него, да и я сама тоже. Вот это мужик! Да за таким явно хоть в самое пекло пойдёшь… Наверное, именно так и выглядят личности, из которых создают культ. Харизма и властность просто зашкаливают — обалдеть! 

Я выдыхаю, а потом шёпотом говорю:

— Он, наверное, какой-то родственник императора. Брат?

Килсар слегка изгибает бровь.

— Ректор-то? Да,  скорее заноза в его заднице. 

Арзас бросает на него встревоженный взгляд, будто убеждаясь в его реакции, после чего мило улыбается мне.

– Ректор Стилс даже не дракон.

Я моргаю.

–  Он — ректор академии драконов, но сам даже не дракон?!

– Мощно, да? – Лениво ухмыляется Кисар:

— А знаешь, что ещё более мощно? Его заместитель — капитан Крэйг –  дрэгхант. Он  из рода убийц драконов. Более того, он лучший среди них!

У меня округляются глаза.

— А зачем… 

 — Так, все мужчины на выход,  — вдруг командует какая-то стройная атлетичная женщина в плаще, похожем на плащи Арзаса и Килсара, но не алого, а зелёного цвета. — Искрам пора готовиться.

–  Все, мы пошли. – Арзас приобнимает меня за плечи. — Удачи! И всё же, на испытание гармонии выбери меня.

Килсар, как всегда, медленно, с ленивой грацией смотрит на нас сверху вниз:

— Но если хочешь в бою иметь хоть какую-то передышку, чтоб не защищать дракона вечно, то ты знаешь, чьё имя назвать.

Килсар смотрит на меня с хищной, и при этом всё равно расслабленной полуулыбкой, после чего похлопывает Арзаса по плечу:

— Ладно, ладно, не обижайся, дружище. Я шучу… почти.

После чего разворачивается и с той же ленивой грацией направляется к двери, собирая на себя все взгляды, при этом ничего для этого не делая. 

 Ну и какой он дракон? Котяра, самый настоящий. 

И что-то я сомневаюсь, что у него будет мало девушек, которые захотят провести с ним испытание гармонии, в чём бы оно ни заключалось.

 Кстати, а в чём оно заключается? 

Пора наконец прояснить ситуацию.

— Так, император и генерал Нокс уже прибыли! — громко сообщает женщина.

Все при этой фамилии вскрикивают, но мне как-то всё равно — у меня есть конкретная цель.

— Пора начинать, — сообщает она. — Кто готов идти первым?

Все разом делают шаг назад, а я поднимаю руку:

— Я! Можно? Я?

Женщина впечатлённо кивает головой:

— Ого, какой похвальный энтузиазм. Назовись.

— Элира Вейл, — с готовностью отвечаю я.

— Ты готова идти первой на испытание Искры? — уточняет она.

— Конечно, готова, — киваю я. — А что надо делать?

Несмотря на общую нервозную обстановку, все начинают хихикать. Но женщина поднимает руку, и одного этого жеста хватает, чтобы все успокоились. Она спокойно осматривает меня:

— Фонаря тоже нет, как я понимаю?

Я качаю головой:

— Неа.

— Ничего страшного, — она оглядывает меня, — сейчас выдам. Но первой тебе идти не стоит. Просто посмотри, как всё будет проходить.  Может, и хорошо, что ты ничего не знаешь об испытаниях Искры. Наша магия… она идёт из души и внутренней силы. Осознанность всё только портит. Идём, посажу тебя в испытательном зале. Пойдёшь пятой.

***

Зал для испытаний напоминает древний храм, высеченный из чёрного базальта. Высокие своды теряются в полумраке, а по стенам тянутся гигантские фрески, изображающие драконов, сражающихся с какими-то отвратительными, чудовищными тенями. Это и есть Кровавый Рой? 

Брррр...

В центре — круглый помост, окружённый двенадцатью каменными колоннами, на которых выгравированы руны. Они слабо светятся изнутри, пульсируя в такт какому-то незримому ритму. В воздухе пахнет дымом и металлом — запах, который въелся в эти стены за сотни лет испытаний.

Вдоль стен стоят скамьи, заполненные девушками. Я устраиваюсь на указанное место, осматриваюсь. Напротив, на возвышении, расположены три массивных кресла. Пока что они пусты.

Тишину нарушает гулкий стук сапог по каменному полу.

Я сжимаю холодные перила скамьи, когда в зал входит Оберон Стилс. 

И снова я поражаюсь незримой ауре власти этого мужчины.

Он шагает так, будто зал принадлежит ему — спокойно, уверенно, без тени сомнения. Его чёрный мундир с серебряными эполетами подчёркивает широкие плечи, а голубые глаза, холодные, как лезвие, скользят по залу, будто оценивая каждую деталь. За ним, словно тень, следует капитан Крэйг — его пепельные волосы спадают на лоб, скрывая один глаз, а второй, серый и безжизненный, фиксирует всех присутствующих с убийственной точностью.

Ректор останавливается перед помостом, скрестив руки за спиной.

— Приветствую вас, кандидатки.

Его голос негромкий, но наполняет весь зал, заставляя всех замереть.

— Сегодня вы сделаете первый шаг к тому, чтобы стать оружием империи. Или — её щитом, но ваша роль будет…

Он не успевает продолжить. 

Двери распахиваются с грохотом, нарушая момент.

— Его Величество Император Варгос и генерал Левиар Нокс! — громко объявляет распорядитель.

Император Варгос входит с театральной лёгкостью, улыбаясь так, будто даёт аудиенцию простолюдинам. Его светлые волосы идеально уложены, карие глаза теплы — и при этом будто бы абсолютно пусты.

Сказать, что я разочарована — это ничего не сказать. 

После ректора он кажется, ну… никаким, что ли?

Рядом с ним вышагивает, видимо, тот самый генерал Левиар Нокс, который одной фамилией всех напугал: чёрный мундир, шрамы, мёртвый взгляд.

Оберон поворачивается к ним и кланяется — формально, ровно настолько, чтобы это не считалось оскорблением.

— Ваше Величество. Генерал.

Варгос улыбается ещё шире.

— Ректор Стилс. Всегда приятно видеть, как ты вдохновляешь молодёжь.

Голос его звучит тепло, но в глазах — лёд.

Ректор не моргает.

— Без вдохновения нет прогресса. А без прогресса — нет победы.

Тишина в зале становится тяжёлой.

Император и ректор смотрят друг на друга, и между ними пробегает незримый разряд.

Я задерживаю дыхание.

Что-то не так.

Они говорят вежливо, улыбаются, но... каждый их взгляд — как удар клинка.

И самое странное — ректор Стилс выглядит настоящим лидером.

Рядом с ним император кажется... декорацией. Красивой, но пустой.

Я вдруг понимаю разницу между ними: Император — как позолоченная статуя, блестящая, но пустая внутри. Ректор же — живая сталь.

Я замечаю, как капитан Крэйг — тот самый убийца драконов — слегка сдвигается, его рука непроизвольно касается рукояти клинка.

Генерал Левиар же даже не смотрит в его сторону, но я вижу, как напрягаются его плечи.

Два оружия. Два смертоносных клинка, направленных друг против друга. И готовые скреститься по первому же приказу своего господина.

— Выглядишь бледной, новенькая, — шепчет подсевшая ко мне наставница. — Генерал напугал?

Я не отвечаю. Потому что это не страх. Это что-то другое.

Но всё же мой взгляд снова невольно скользит к генералу Левиару Ноксу — и тут же застревает на нём, будто прикованный.

Он красив.

Но не так, как Стилс — благородной, ледяной красотой айсберга. И не как Варгос — выхолощенной ухоженностью дворцового портрета

Его красота — как у обнажённого клинка.

Опасная.

Тёмные волосы, коротко остриженные, будто он не терпит ничего лишнего. Лицо — резкое, с высокими скулами и бледной кожей, изборождённой шрамами. Один из них — тонкая белая линия — пересекает левую бровь, чуть не задевая глаз.

И глаза...

Они — пустые.

Не холодные, как у Стилса. Не ядовито-насмешливые, как у Килсара.

Мёртвые.

Будто за ними — только тьма.

И тут — он поворачивает голову.

Наши взгляды сталкиваются, и я невольно содрогаюсь.

Мир сужается до этих двух бездн, в которых нет ни искры тепла.

Моё сердце замирает.

Не потому, что он красив.

А потому, что в этот миг я ощущаю: этот мужчина будто бы мёртв. Не телом, а душой.

И всё, что от него осталось, — это обязанность быть оружием.

Я резко отвожу глаза, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Но поздно.

Этот взгляд уже врезался в память.

И почему-то мне кажется...

Он тоже меня запомнил.

— Испытание начинается, — объявляет ректор, и снова в его голосе слышится естественная привычка отдавать приказы.

Император удобно устраивается в кресле, будто готовится к представлению. Но его пальцы продолжают барабанить по подлокотнику.

А я вдруг понимаю, что он, как и все присутствующие, тоже осознаёт: в этом зале настоящая власть принадлежит не тому, кто сидит на троне.

И это ему не нравится.

Левиар

Каменный холод зала проникает под мундир, но это не сравнить с ледяной пустотой внутри. Варгос усаживается в кресло с театральным изяществом, его пальцы барабанят по золочёному подлокотнику. Демонстрация силы. Как всегда.

Я знаю, почему меня притащили сюда. Не для защиты. Не для совета.

Я — живое напоминание Оберону Стилсу.

Смотри, наглый ублюдок, вот он — Дракон Бездны. Мой личный убийца. Можешь ли ты противопоставить ему что-то равное?

Мой взгляд скользит к капитану Вэйлу Крэйгу. 

Аспид. Убийца драконов. Тень Стилса.

Он стоит чуть позади ректора, неподвижный, как каменный идол. Но я видел, как их плечи касались у карты военных операций перед боем, как Стилс наклонялся к нему, слушая тихий совет, как в бою их клинки двигались в смертельном танце, прикрывая спины друг друга.

Вот что бесит.

Мы с Крэйгом — одно и то же. Орудия. Но...

Он — меч в руках воина. Я — топор палача.

Император шепчет что-то придворному, бросая на меня быстрый взгляд: 

– Приготовь генерала. Завтра — устранение лорда Верона. Слишком громко критикует налоги.

Я медленно сжимаю кулаки.

Не Рой. Не чудовища, пожирающие деревни. Очередной политик, ставший неудобным.

— Ваше Высочество, — мой голос звучит как скрежет камня, — разве не лучше бросить силы на Восточный фронт? Там Рой...

Варгос машет рукой, не глядя:

— Ректор Стилс справится со своими дракончиками. Твоя задача — здесь.

Стилс слышит. Его ледяные глаза встречаются с моими. В них — ни презрения, ни злорадства, только понимание.

Он видит. Знает, во что меня превратили.

И это хуже любой насмешки.

И я испытываю…зависть.

Не к авторитету Стилса. Не к его влиянию.

К тому, как он смотрит на Крэйга.

Как на... личность... равного... друга.

Интересно, каково это — когда есть кто-то, кому ты важен?

Почему-то думается, что вступи мы в схватку с Крэйгом для защиты своих хозяев, я, скорее всего, проиграю, потому что буду просто выполнять приказ, а он — защищать того, кто придаёт его жизни смысл. Крэйг будет драться до  смерти и заберет с собой того, кто посмеет посягнуть на его командира.

Внезапно я ловлю чей-то взгляд. Девчонка-кандидатка. В её глазах — не ужас, как у остальных, и даже не презрение, а... любопытство?

Очень странное чувство. Какое-то пронизывающее.

Искра?

Нет. Только кандидатка.

Да и я ауру Искр не способен почувствовать из-за своей силы.

Я резко отвожу глаза.

Не твоё дело, девочка. Лучше молись, чтобы в тебе не оказалось нужной силы, и тебя не отправили на встречу с Роем. Светлая такая. Изящная. Такой легко будет стать наложницей...

Странно, но почему-то при мысли, что она будет кого-то ублажать, в груди, под слоем льда, что-то едва дернулось.

Мне... это не понравилось?

С чего бы?

Какая мне разница?

Видимо, всё же недосып даёт о себе знать.

Я на миг прикрываю глаза.

В этот момент объявляют о начале испытаний.

И на мгновение наступает тишина.

Каменный зал будто бы наполняется душным воздухом, пропитанный потом страха и тлеющей магией. 

Первая девчонка выходит, на явно непослушных ногах.

Она прикасается к своему фонарю, по коже пробегают искры и её фонарь выдаёт жалкую искру — золотистый огонёк, едва теплящийся на донышке. Слабо. Ничтожно.

– Негодна, — сухо сообщает наставница Искр.

Девчонка  чуть не прыгает от радости. Молодец. Не идиотка.  Понимает, что спасена.

Вторая. Фонарь вспыхивает жёлто-зелёным — стабильно, но тускло. 

– Годна.

— Нет! Пожалуйста! — её визг режет слух. — Я не смогу!

Она умоляюще бросается к нам.

– Прошу! Пощадите!

Стилс медленно поднимается и делает  шаг вперед, уже одного которого хватает, чтобы девчонка затихла:

– Высшие одарили тебе непревзойденной силой,Айрис. Магия Искры – это дар. Дар иметь возможность защищать свое королевство. Своих близких и тех, кто не способен защитить себя сам. Скажи, Айрис…

(Стилс уже успел запомнить имя?)

–...если не это важнейший смысл существования, тогда что же? – ректор говорит спокойно, но каждое его слово приковывает к себе всеобщее внимание. –  Замужество? Дети? А сможешь ли ты смотреть на одного своего ребенка, зная что могла своей силой спасти жизни сотни других детей?

И я вижу как истерика девчонки постепенно гаснет. Уступая совершенно другому – решимости.

Более того, настроение меняется вообще у всех присутствующих. Студенты и поступающие смотрят на него как на живое божество.

И только Крэйг остается спокоен. Он будто знает, что так и должно быть. Естественно как то, что бриллиант сверкает, а огонь обжигает.

– Д…да, – девчонка вместо привычного для аристократок реверанса, вдруг поднимает руку и неуверенным жестом кладет кулак на сердце. – Я гот…

– Ну-ну…, – внезапно подает голос Император. – Ректор Стилс, я и не знал, что вы внезапно решили настолько ужесточить правила и считаю, что это неверно. Об этом стоило рассказать заранее. Поэтому, я как правитель заботящийся о дочерях своей империи, разрешаю пройти проверку на искр только желающим.Как это было раньше.

И от имени ректора Стилса приношу извинения, – император бросает взгляд на ректора сознательно его провоцируя.

Но натыкается на привычный ледяной взгляд.

– Уверен, что правителю виднее как лучше распоряжаться силами и потенциалом своих подданных, – холодно отвечает тот.  – Особенно в настолько сложные времена.

– Не преувеличивай, – усмехается Император. – И не пугай девочек. Все нападения происходят лишь на отдаленные деревни и городки. Да и то, твой огненный легион отлично справляется. А крупным городам и тем более столице ничего не угрожает. А самое главное для нашей Империи – чтобы его жители следовали собственному выбору.

Стилс смотрит вперед. Не в зал, а будто в какую-то незримую пугающую даль. 

 Прямые высокие скулы очерчиваются еще больше.

– Кровавый рой развивается с каждой битвой. Хорошо бы и мы взяли со своих врагов пример.

Император пытается улыбнуться, но получается раздраженный оскал:

– Вы на что-то намекаете, ректор?

Ректор бросает на него спокойный взгляд.

– Озвучиваю факты, которые, я уверен, и так вам известны, Ваше Величество.

Варгос с явным трудом удерживает очередную гримасу раздражения, после чего переводит разговор:

– В общем, девушки. Вы свободны. Можете идти.

Уходят практически все. Но всё же…всё же  остается больше, чем я ожидал. 

Магия влияния Оберона Стилса. 

Остается даже та, которая истерила.

Ну и идиотка.

Испытания продолжаются.

Третья и четвёртая. Фонари мертвы. Они садятся на лавку со смешанным видом разочарования и облегчения. 

И вот... она.

Элира Вейл.

Та самая, что смотрела на меня без страха. Только с любопытством. Сейчас в её глазах — возбуждённая неуверенность. Рука дрожит, когда она берёт свой  фонарь.

Но явно не от страха. От ожидания.

Зря. Почти наверняка она пуста как и все ост…

Взрыв.

Не огня — живого изумруда. Чистое, яростное пламя бьёт из фонаря, заливая зал волшебным светом. Колонны трещат, руны на них вспыхивают в ответ. Воздух гудит, будто пронзён тысячей струн.

— Цвет Истинной Гармонии! — голос Стилса режет тишину. 

Он подается вперед. В холодных глазах вспыхивают искры воодушевления. 

— За десятилетия... первый случай! – Император привстаёт, его лицо — маска алчного интереса. 

«Орудие. Новое. Мощное», — читаю я в его глазах.

Элира поворачивается к нам с растерянностью и надеждой поднимая свой фонарь.

Его блики падают на меня, а потом...

Удар.

Как молния по позвоночнику. Волна жара — чужого, но дико знакомого, — прокатывается под моей кожей. Вены горят. Мускулы сводит. Я... вздрагиваю.

Резко. Неконтролируемо.

Что это?!

Пустота... дрогнула.

Я впиваюсь пальцами в подлокотник кресла. Позолота крошится под перчаткой.

 — Генерал? — император бросает на меня колючий взгляд.

— Ничего.

Но это не «ничего». Это... пробуждение. Как будто что-то внутри, давно уснувшее, взревело в ответ на её пламя.

Проклятый Стилс смотрит прямо на меня. Не на императора — на меня. Его ледяные глаза сужены. Он понял. Уловил всплеск. Аспид — тенью сдвигается на полшага, рука — на рукояти клинка. 

Чувствует угрозу.

А Элира... Она смотрит на свой фонарь, залитый изумрудным сиянием. Не радуется. Не боится. Анализирует. Будто разгадывает загадку. Потом её взгляд скользит... ко мне.

Наши глаза снова встречаются.

И по венам вновь пробегает болезненная оживляющая волна.

Стиснув зубы, я отвожу взгляд первым. Впервые за долгие годы.

Под кожей всё ещё бегут искры. Моя вечная пустота дала трещину.

Кто ты, Элира Вейл? И почему твой огонь. жжёт мою тьму?

Изумрудное пламя в фонаре пульсирует в такт моему бешеному сердцу. У меня получилось!

 Я — Искра! Мысль звенит, как колокольчик, заглушая шёпот зала. Никаких наложниц, никаких принудительных браков — только битва, свобода, смысл!

Но восторг длится недолго.

Его взгляд.

Генерал Нокс сидит, откинувшись в кресле, будто высеченный из мрамора. Но глаза… Эти мёртвые, бездонные глаза неотрывно следят за мной. Холодный ужас сковывает плечи. Что ему от меня нужно?

— Второй этап! — голос наставницы Хилз прорезает гул. — Кандидатки-Искры должны вступить в резонанс с драконом! Начнём с тебя, Элира Вейл. Выбирай партнёра. Хочешь попробовать с кем-то конкретным или мне самой выбрать?

Я глубоко вдыхаю, отгоняя страх. 

Цель. Помни цель. 

Оглядываюсь, выискивая в толпе Арзаса, и едва наталкиваюсь на знакомые, широко распахнутые синие глаза, выпаливаю:

— Арзаса Зевиуса!

Арзас вздрагивает, словно его толкнули, и его лицо заливает яркий румянец. Он выглядит так, будто его только что объявили королём бала.

— Я... Я готов! — голос его дрожит от волнения, но в голубых глазах, глубоких, как зимние озёра, горит решимость. Он делает шаг вперёд, и воздух вокруг него тут же загустевает от холода. Иней серебристой паутиной заплетает по каменным плитам. — Э-Элира! — он шепчет так, что слышу только я. — Не бойся! Теория проста: представь наши энергии как волны... Твоя гармония должна найти частоту моей! Я верю, ты сможешь! Дай мне твой огонь! — Его слова льются плавно, с попыткой объяснить сложное через логику, хотя он сам дрожит, как осиновый лист.

В этот момент по глазам бьёт вспышка — и сам Арзас… изменяется.

Вау… Он дракон! Настоящий дракон!

Серебристая чешуя блестит на его коже, как лунный свет на снегу, крылья — изящные, перепончатые, с ледяным отливом — расправляются за спиной. Он не огромен, скорее изящен и лёгок, как зимний ветер, но в этой хрупкости чувствуется скрытая сила. Дракон Льда.

— Чтобы создать резонанс — особую связь с драконом, ты должна потянуться к нему мыслями и душой, — спокойно объясняет наставница Хилз. — Он возникнет в тот момент, когда ты услышишь его мысли, и огонь твоего фонаря уловит ритм сердцебиения дракона, и возникнет тот самый резонанс.

Так… вроде понятно, но при этом совсем непонятно. 

Логика Арзаса сталкивается с хаосом моих ощущений.

Я закрываю глаза, сжимая фонарь. Сердцебиение. Мысли. Связь… Ничего. Только холодное эхо его магии и бешеный стук собственного сердца. Изумрудное пламя в фонаре бьётся хаотично, как пойманная птица, не в такт ровному, ледяному ритму Арзаса, который вибрирует в воздухе.

— Спокойнее! — наставница Хилз сжимает моё плечо. — Огонь должен пульсировать в унисон с драконом!

Я пытаюсь. Изо всех сил. Но моё пламя — дикий, необузданный ручей, а его магия — глубокое, замёрзшее озеро. Они не сливаются. Они отталкиваются.

— Не выходит… — бормочу я, чувствуя, как Арзас сникает, его серебристые крылья чуть опускаются. Разочарование на его драконьей морде написано так ясно, что больно смотреть.

— Не страшно! — Он быстро трансформируется обратно, пытаясь улыбнуться, но улыбка выходит натянутой. — Это... это просто неоптимальное сочетание элементов! Килсар сильнее! Его энергия... она более импульсивна! Возможно, она лучше резонирует с твоей природной искрой! Попробуй с ним! — Он говорит быстро, сбивчиво, явно пытаясь найти рациональное объяснение неудаче и тут же предложить решение.

Килсар Рэмси выходит вперёд с привычной ленивой, чуть надменной усмешкой, но в его хищных зелёных глазах горит азарт игрока, увидевшего интересную ставку. Он потягивается, как большая кошка, и его движения полны скрытой силы.

— Ну что, новенькая, — его голос звучит бархатисто-насмешливо, — у тебя есть шанс покрасоваться перед Императором и ректором. Так что постарайся. Или... тебе нужна мотивация? — Он поднимает бровь, и уголок рта дёргается в ехидной ухмылке. — Представь, что если не получится — Арзас зачитает тебе длинную лекцию об истории происхождения Резонанса.

Его трансформация — ослепительная вспышка молнии. Передо мной стоит зверь будто бы  из чистой энергии: золотисто-чёрная чешуя искрится статикой, огромные крылья вибрируют с неслышным гудением, наполняя зал ощущением невероятной скорости и необузданной мощи. Дракон Грома. 

Сила Килсара и правда гораздо ощутимее: она бьёт в грудь, заставляя сердце колотиться в унисон. А ещё... я слышу его мысли! Они не такие чёткие, как слова, а как вспышки эмоций: азарт, вызов, лёгкое презрение к правилам и... жгучее любопытство.

— Лови ритм, Искра, — его голос грохочет у меня в голове, как отдалённый гром. — Не думай головой, чувствуй телом! Моя молния — твоё оружие и щит! Дай мне жара!

Я вцепляюсь в фонарь, игнорируя жгучий взгляд Нокса со стороны. Сердцебиение… Быстрое, неистовое, как битва барабанов! Мысли… хаотичные, острые, полные дерзости и какого-то дикого веселья! Я перестаю пытаться и просто тянусь к нему душой, к этой бушующей стихии. Изумрудный огонь дрожит… замирает… и — бам! — начинает пульсировать в такт бешеному ритму Килсара! Свет становится ярче, сливаясь с искрами на его чешуе.

— Есть контакт! — восклицает Хилз, и в зале раздаются аплодисменты.

— Видишь, новенькая? — Мысль Килсара звучит самодовольно, но при этом с оттенком искреннего одобрения. Странно, но будто бы внутри он оказывается куда более сопереживающим, чем кажется по внешности. — Я же говорил: просто расслабься и получай удовольствие. — Молнии на его шкуре вспыхивают ярче, почти ослепительно.

Но уже через мгновение пламя снова начинает танцевать в каком-то своём, странном, ни на что не похожем ритме. Оно словно отталкивается от его энергии, ищет что-то другое...

— Что...? — Килсар в моей голове звучит озадаченно, его уверенность дала трещину. — Эй, Искра, не отвлекайся! Фокус!

Да, что же это такое? Нужно постараться лучше!

Я сосредотачиваюсь сильнее. И вдруг, будто вижу в воздухе прерывистую, похожую на нить пульса в больнице линию.

К которой явственно тянется мое пламя.

Кажется, я поняла! Вот, что надо сделать. 

Я протягиваю руку к этой подрагивающей странно извивающейся нити в пространстве. 

На моих пальцах сам собой вспыхивает зеленый магический свет. 

Действуя совершенно интуитивно я захватываю эту нить и соединяю с пламенем в фонаре.

А в следующий миг…со своего места вскакивает Левиар Нокс. Его кресло с грохотом отлетает назад.

— Ты что натворила, ведьма?! — его голос, низкий, полный звериной ярости, сотрясает зал, как удар грома.