Академия магии. Магистр моих снов

Лея

Открываю глаза и томно, сквозь опущенные ресницы, смотрю на него. Он нависает надо мной, и я понимаю, что сейчас наконец-то всё произойдёт. Чувствую, как гладкая головка члена уже проталкивается в меня... Издаю стон блаженства, когда он заполняет меня полностью. Не дав привыкнуть к своему размеру, мужчина начинает жёстко двигаться, набирая темп. Мне так хорошо, что голос уже охрип от стонов. Тянусь к нему за поцелуем, но он сразу отворачивается, и я лишь скольжу губами по его щеке. После этого, резко выходит, одним быстрым движением ставит меня на четвереньки, хватает за волосы и резко входит, начиная яростно вколачиваться. В моих глазах пляшут мушки, я уже не стону, а кричу от блаженства... чувствую, что он кончает, но всё равно продолжает с той же силой толкаться в меня...

— Лея, милая моя, это всего лишь страшный сон, — я всё ещё не до конца понимаю, где я нахожусь, но слышу голос своей соседки по комнате и, по совместительству, моей подруги Рины, значит, я в общежитии, — всё будет хорошо, — чувствую, как она прижимает меня к себе и ласково гладит по волосам.

— Ты громко кричала и стонала, милая, я так сильно испугалась, — Ри продолжает баюкать меня, как маленькую.

— Ри, — мой голос очень хриплый, — можешь пода́ть воды, пожалуйста.

— Конечно, сейчас — сейчас, — подруга начинает суетиться, но стакан воды подаёт, жадно выпиваю всё, до последней капли.

— Спасибо, Ри.

— Лея, тебе опять приснился кошмар?

Киваю, а сама думаю. Опять мне приснился «кошмар» с ним в главной роли. Такой кошмар, в котором я никогда и никому не призна́юсь. Уже несколько недель мне почти каждый день снится этот мужчина в пикантных «кошмарах». Но кто он такой, я не знаю. И сны эти... вовсе не сны.

— Да, милая, какое-то ужасное чудище за мной гонялось, было так страшно, — чудище, только не гонялось, а кое-чем занималось и не со мной, но я ощущала эмоции той, с кем он это делал. Вот и за что мне это?

— Лея, тебе нужно обратиться в лекарское крыло к главному целителю, это же ненормально! — возмущается подруга, — ты уже несколько недель не спишь, постоянно снятся кошмары. Ты кричишь и стонешь, я очень переживаю за тебя! — тут Ри всплеснула руками, и из них вырвалось зелёное свечение, озаряя всю комнату.

— Ри, держи свою силу в руках, ещё один всплеск и ты нам здесь какой-нибудь сад с пионами вырастишь, — я осуждающе посмотрела на неё, а она быстро сжала ладони в кулаки, и свечение прекратилось.

— Я переживаю, — она присела на краешек моей кровати и взяла меня за руку, — я правда волнуюсь о тебе.

— Всё в порядке, это просто сон, — ободряюще сжала её руку в ответ, — я схожу к целителю, если тебе так будет спокойнее, — пришлось соврать, иначе поспать нам дальше не удастся и Ри будет причитать мне до самого утра. Ни к кому я не пойду, я знаю, что со мной, но не знаю почему.

— Я прослежу, — она сделала жест двумя пальцами глаза в глаза, — давай спать, — и Ри, зевая, отправилась в свою кровать, где через минуту уже раздалось её сопение.

А я лежала и смотрела в потолок. Сколько можно мучить меня? Почти каждый день я вижу его чужими глазами женщин, которых он... я покраснела. Вот же ненасытный! Меняет их, как лорд перчатки. И ведь каждая из них мечтает, что он останется с ней навсегда. Я знаю это, потому что чувствую их эмоции. А мужчина ни одну из них даже ни разу не поцеловал, но они продолжают надеяться. На что?

Кто он вообще такой? И почему я к нему перемещаюсь?

С этим мне предстоит разобраться. А сейчас нужно поспать, через пару часов уже начнутся лекции. Ри права, эти недели я хожу разбитая, ведь я вроде сплю, но по факту не сплю. И всё из-за этого… му… мужчины! Ярко представляю, как сжимаю своими пальчиками его шею, за все те ночи, что я пережила. Ух! Я его не знаю, но уже ненавижу. Только попадись мне, мужчина с красивыми янтарными глазами. Тьфу ты, причём тут его глаза, ещё и красивыми назвала. Ещё раз, тьфу! Недосып плохо на меня влияет, точно, всё дело в нём, не в мужчине, а в недосыпе...

Всё, Лея, спи. Даю себе установку на сон, но его образ так и не выходит из моей головы. Янтарные глаза прожигают меня своим взглядом, да таким, каким он на своих перчаточных женщин никогда не смотрел...

Вслух стону от бессилия, потом быстро прикрываю рот двумя руками. Нельзя разбудить Рину, иначе она меня прямо сейчас отведёт к лекарям. В этой комнате теперь любой стон под запретом, и всё из-за него.

Приходится засыпа́ть с мыслями о нём, смотреть в его глаза и повторять слова, как мантру, «только попадись мне! Только попадись...»

от автора:

Мои дорогие читатели!

Рада приветствовать вас в романе «Академия магии. Магистр моих снов».

После глав будет встречаться визуализация

Мне будет приятно, если вы поддержите книгу сердечком.

всех обнимаю

с любовью, Настя Петухова ❤️

Лея

Мне снится приятный сон, я наконец-то понимаю, что сплю. И столько счастья испытываю от этого, что не передать словами. Босыми ногами иду по лужайке, трава с росинками приятно холодит кожу, солнце ласкает меня своим теплом, ветер развивает белоснежные волосы. Воздух такой свежий, что хочется вдохнуть его полной грудью и только я делаю вдох...

...Кто-то настойчиво начинает трясти меня. Ри, арр, хочется зарычать, это точно она. Такой сон испортила. Всю душу сейчас из меня вытрясет. Не буду просыпаться и открывать глаза. Отворачиваюсь, накрываюсь одеялом с головой и бормочу:

— Дай поспать, Рина.

— Лея, ты проспишь практику по боевой магии, у вас сегодня она будет, вам нашли нового магистра, — подруга пытается до меня достучаться. И чётко выговаривает каждое слово.

— Не пойду, — продолжаю бурчать. Я уже несколько недель не высыпаюсь, сегодня силы окончательно закончились, — отстань.

— У нас последний курс, адептка Лея, вставай! Нельзя прогуливать, потом замучишься отрабатывать.

Я продолжаю лежать и никак не реагировать.

— Не помогает, — слышу, как бубнит подруга и куда-то уходит. Ну слава древним драконам. Итак, лужайка, солнышко, травка, свежий возд...

— Ух! Рина, ты с ума сошла? — резко сажусь и, отплёвываясь от воды, произношу.

Она стоит и довольно улыбается. Откуда у неё ведро в руках?

— Помогло, — удовлетворённо кивает и хлопает в ладоши, — теперь в душ.

— Ты думаешь, он мне ещё нужен? Ты мне душ в постели устроила! Я теперь свежая и отдохнувшая, и мокрая, — сквозь зубы язвительно шиплю.

— Вставай, Лея, — она весело щебечет. Весело ей. Вот бы и тебе ночами любовными утехами непонятного мужчины «любоваться», я бы на тебя посмотрела, Рина. Одариваю её недовольным взглядом, но поднимаюсь, оставаться в луже мне совсем не хочется.

— Пошли, — бурчу. Я никогда не любила просыпаться рано, а теперь тем более. Методы Ри хоть и жёсткие, но действенные, иначе я бы осталась в кровати. Возможно, до завтра, может, как раз за день бы выспалась. Ведь днём он явно этим не занимается, хотя кто его знает, проверять мне не хочется. Насмотрелась уже.

Я учусь на последнем пятом курсе факультета боевой магии. Я маг огня. Хороший такой, способный. С наглостью и уверенностью в себе у меня тоже всё хорошо и способно.

Наша академия ГолдСтарс самая большая на континенте. Сюда мечтает поступить каждый юный маг, но ведётся очень строгий отбор. Я прошла — я молодец. Сдала на максимальный балл все вступительные испытания. Родители мной гордились, даже несмотря на то, что все в моей семье выпускники из этой академии. Они знают, что поступить самое сложное и от случайного промаха никто не застрахован. Но я не подвела, ни себя, ни семью.

С Риной де Болье мы поступали вместе, поддерживали друг друга на испытаниях и сдружились. Попросились в одну комнату и уже четыре года живём вместе, душа в душу. Она учится на факультете магических животных и растений. Рина талантливый маг земли и, периодами, очень вредная соседка и подруга, вот как сейчас.

— Лея, поторопись, иначе будем стоять в очереди, — хочется закатить глаза, она меня разбудила ещё раньше, чем я предполагала, раз очереди в душевую до сих пор нет. Деваться некуда, понуро плетусь за ней в душевую.

Мы приводим себя в порядок и возвращаемся в комнату.

Я щелчком пальцев сушу наши с Ри волосы. Я не маг воздуха, но с лёгкостью могу высушить волосы или вещи. Я испаряю воду огнём, это тонкое искусство, которому меня научили родители ещё в детстве.

Ри смотрит на меня с благодарностью. Я вновь щёлкаю пальцами и у нас появляется лёгкая укладка.

Вспоминаю, что мне, первой парой, на практику по боевой магии, и убираю свои белоснежные волосы в тугой хвост. Нужно найти форму для тренировок, в этом году ещё не было практик по этому предмету, потому что прошлый магистр ушёл на пенсию, а замену ему не успели найти вовремя. Три недели с начала учебного года, мы, мягко говоря, прохлаждались без занятий по своему профильному предмету.

Так, форма. Роюсь в шкафу, нашла. Форма у нас слишком сексуальная, кто её придумал, я не знаю, кажется, такая она здесь уже давно. Наши парни очень рады этому. Ещё бы. Чёрные обтягивающие лосины, топ, поддерживающий грудь, и сверху спортивная кофта на замочке, тоже обтягивающая каждый изгиб и выпуклость. На ногах удобные ботинки. Всё выполнено из защитного материала, чтобы на занятиях адепты не пострадали от заклинаний и плетений.

— Ри, я готова, идём на завтрак? — выглядываю из-за двери шкафа.

— Идём, — она восхищённо смотрит на меня. Подруга в коротеньком зелёном форменном платье, которое очень подходит к её ярким зелёным глазам и чёрным волосам. Вообще Ри — симпатичная девушка, ей повезло с внешностью, кукольное личико и идеальная фигура, — я уже и забыла, какая у вас сексуальная форма на боёвке, — мечтательно вздыхает и бровями поигрывает, проказница.

Ну да, даже чересчур сексуальная, сейчас пол-академии будет пожирать меня глазами. И я имею в виду, как раз всю мужскую половину.

Последний раз смотрю на себя в зеркало. Хороша. Все считают меня красивой и я с ними полностью согласна. У меня белые, словно снег, волосы и серо-голубые глаза, которые в моменты гнева или злости горят огнём, под стать моей стихии. Брови и ресницы черно-коричневые, пухлые губы, аккуратный носик. Фигура спортивная, где нужно округлая, живот плоский. Грудь третьего размера, не жалуюсь, только иногда, на интенсивных тренировках. Зато в спаррингах парни часто отвлекаются и это большой плюс,сможет, и в реальном бою поможет.

В последний раз кручусь перед зеркалом и довольно улыбаюсь.

Мы с Риной отправляемся в столовую на завтрак.

Коридоры академии уже наполнены адептами, все спешат на лекции и практики. Вся масса в разноцветных форменных костюмах и платьях.

У нас много различных факультетов и у каждого есть свой цвет.

Мой факультет боевой магии — наш цвет чёрный. Ри, учится на факультете магических животных и растений их цвет зелёный. Артефакторы носят фиолетовый, некроманты — белый, возможно, адепты из других академий удивились бы, но наши некроманты обожают свой цвет, а кто его не любит, тот всё равно ходит в белом, ждёт до выпуска и уже потом носит что хочет. Целители — голубой, менталисты — оранжевый.

Так-так про кого ещё не вспомнила, точно, бытовой факультет, я скривилась. Там учатся те, кто своими силами не поступил, потому что магии и способностей не хватило, но зато денежных средств оказалось достаточно. Как говорит папа, академию же надо на что-то содержать, вот их и учат уборке, готовке и всякой такой ерунде. Этакий курс идеальной жены — домохозяйки. Бытовые носят — коричневый, им бы ещё чепец на голову для завершённости образа. Хихикнула. Вроде всё.

Академия ГолдСтарс очень уютная и за четыре года стала моим вторым домом. Хоть она и старая, говорят, её построили древние драконы, которые когда-то жили в нашем мире, но красивая. То, что драконы приложили свою руку понятно по золотой отделке, золотому орнаменту на стенах и золотым люстрам. И по названию. Ох, уж эти древние любители золота. На стенах висит множество живых картин, на которых показываются разные значимые события из истории. Я как раз засмотрелась на одну из них, там происходит битва между магами и тьмой, которая хотела завладеть нашим миром. Мощно. Смотришь и будто окунаешься в эту атмосферу. Такие картины стоят очень дорого, но в академии ими завешаны все стены. Не бедствуем.

— Лея, ты что зависла, идём, не хочу торчать в очереди в столовой, — и потянула меня за руку.

Вот же не любительница очередей. С Ри мы везде приходим заранее, была бы моя воля, я бы всё просыпала, потом опаздывала и уже никаких очередей. А что, отличный план! Может предложить его Рине? Представляю её лицо, когда я предлагаю проспать и опоздать, объясняя тем, что зато никаких нелюбимых очередей не будет. Я опять хихикнула, даже вышло слегка вслух.

Тем временем мы уже добрались до столовой и только вошли в двери, как я увидела его.

О, древние драконы!

Теперь надо представить, каково было моё лицо в этот момент... тут уже не до «похихикать».

Визуализация:

Лея

Я резко остановилась и стала прожигать его глазами. Как же я тебя ненавижу, похотливый жеребец. Вот ты и попался, злобно смеюсь про себя, я тебя нашла! Теперь моя месть будет страшной...

Уже начала представлять, с чего начну войну, и маленький огонёк непроизвольно зажёгся на моей руке...

Как Ри опять схватила меня за руку, да что с ней сегодня?

— Лея, ты уже который раз зависаешь за последние полчаса, что ты там увидела? — она направляет свой взгляд, точнее, нос, в ту сторону, где только что был он. Я тоже поворачиваюсь, но уже никого нет.

Ничего, я тебя найду, перчаточных дел мастер, да помогут мне древние драконы. Здесь должен быть злобный смех, с запрокинутой назад головой, но мы в столовой полной адептов и магистров, и мне нужно держать себя в руках.

Ой, Ри же задала вопрос, пауза затянулась, а она выжидательно смотрит на меня:

— На платье засмотрелась, такое красивое, — мечтательно ляпнула первое, что пришло в голову. Подруга скептически приподняла бровь:

— На платье? Лея, ты в порядке? Здесь все в одинаковых форменных платьях, у нас лишь цвет отличается, на какое платье ты засмотрелась? — и машет передо мной руками.

Закатываю глаза, вот же привязалась. Не скажу же, что увидела чудище из своих кошмаров. Перевожу тему.

— Что у нас на завтрак? — но, кажется, перевод темы не сработал. Ри прищуривает глаза:

— Ты что-то скрываешь, — тычет в меня пальцем.

Я начинаю наигранно смеяться, выходит не очень: — Ничего я не скрываю, просто красавчика увидела, а ты меня подловила, и я не ожидала, — фи, красавчик. На какую ложь только не пойдёшь, чтобы избавиться от вездесущей и везде-нос-сующей подруги. Но то, что я не ожидала встретить здесь этого мужчину, нет, лучше жеребца, нет, кобеля, это правда!

Что он здесь делает? Неужели учится? Как-то староват для адепта. И вновь надо бы злобно засмеяться.

Так, наша очередь выбирать завтрак. Всё-таки мы немного отстояли очередь за адептами, назло Рине, но она стоически терпела. Ммм, столько блюд, глаза разбегаются.

— Мадам Пигс, доброе утро, — приветствую нашего повара, — можно мне яичницу с ломтиком бекона и кофе покрепче, пожалуйста.

— Лея, ты всё не высыпаешься? — мадам Пигс любит во всё засунуть свой пиговский нос, этакая Ри на максималках, на очень больших максималках. Очень больших.

— Так заметно? — делаю грустное лицо, кофе покрепче, это всё, что мне от вас нужно, мадам, и желательно никаких разговоров.

— Заметно, заметно. Лицо такое бледное, что им только мертвецов у некромантов пугать, а ты по академии такая разгуливаешь, — цокнула она и покачала головой. Да вы сама любезность, мадам Пигс, а ваше лицо такое розовое, что скоро сольётся цветом вон с теми пирожными. Может, вы их переели и поэтому стали такого же цвета?

Я язвлю про себя, а внешне стою и улыбаюсь. Всё замечательно, всё хорошо, ещё пара фраз от этой мадам и можно идти завтракать. Кажется, улыбка уже приклеилась к моему лицу, скулы стало сводить. Пожалуйста, быстрее. Где мой кофе?

Вижу боковым зрением, что Рина еле сдерживается, чтобы не засмеяться или даже не заржать, вот же подруга. Шикаю на неё одной стороной рта, второй продолжаю улыбаться, смотря на мадам Пигс.

Наконец-то мой поднос наполнился завтраком, я пулей улетаю от раздачи и сажусь за ближайший свободный стол, чтобы перекусить. Через несколько минут, следом за мной, приходит Ри.

— Что она к тебе привязалась? — спрашивает подруга, а сама еле сдерживается. Уже всё лицо покраснело.

Я смотрю на неё с укором: — Смешно тебе? А она меня с первого дня невзлюбила, ещё четыре года назад, когда у меня случайно вырвалось, что пиг с древнего драконьего языка переводится как свинья.

Ну всё, Рина больше не выдерживает и на всю нашу огромную столовую, примерно на пятьсот адептов и магистров, раздаётся её дикий смех. Истерика, привет. Она смеётся до слёз, ика́ет, булькает и шмыгает носом. Мне уже становится страшно.

— Ри, сходить за лекарем? Не хотелось бы потерять подругу от приступа смеха, — язвлю ехидно.

— Лея, ик, только ты могла такое сказать, ик, женщине, ик, под сто двадцать килограмм, — и продолжает заливаться смехом.

Да как её успокоить? Она сто раз слышала эту историю, знает всё в деталях, но каждый раз у неё случается припадок, на десять минут, безудержного веселья. Надоело, нам уже скоро на пару, а мы даже не позавтракали. Одариваю подругу злым взглядом, мои глаза полыхают красным огнём. Это немного приводит её в чувства, быстро сую ей стакан с водой, пока не опомнилась.

— Пей и ешь, — голосом строгого магистра произношу, и сама начинаю завтракать, а Ри пьёт воду и успокаивается. Ну наконец-то.

Быстро перекусив, мы с Риной прощаемся и расходимся в разные стороны. Она уходит в свою аудиторию, а мне нужно выйти из академии и пройти до полигона, на котором у нас обычно проходят занятия по боевой магии.

Выхожу из здания, и меня сразу же встречают яркие лучи солнца. Тёплая осень — моё любимое время года. Листва уже где-то пожелтела, где-то осталась зелёной, а где-то и вовсе стала красной и оранжевой. Красота!

И как-то меня сильно увлекло любование природой, что звонок на пару я услышала, будучи ещё далеко от полигона. Пришлось ускориться и побежать. Когда я добралась до места, парни уже встречали меня с открытыми ртами. Ну да, моя грудь очень эротично подпрыгивает при беге. Пора бы им привыкнуть и не обращать на меня внимания, но их рты открыты и, кажется, слюна стекает до самой земли.

Одариваю их безразличным взглядом, а вот я за четыре года привыкла быть единственной девушкой боевиком и причиной множества облизывающих взглядов.

И что они не видели за столько лет, спрашивается? Каждый раз глазеют, как в первый раз. — Рты прикройте, — всё-таки не выдерживаю и рявкаю на одногруппников.

Перевожу дыхание и оглядываюсь по сторонам, новый магистр уже должен быть здесь.

Оборачиваюсь, а меня нагло прожигают взглядом его янтарные глаза.

Он — мой новый магистр?

— Адептка Лея де Ришелье, объясните своё опоздание, — насмешливо смотрит на меня этот кобель.

— Магистр? — делаю паузу, имени-то я не знаю. Вот всё знаю: размер его этого самого, любимые позы, любимый темп, а имя до сих пор нет.

— Если бы вы не опаздывали, то уже были бы в курсе, как зовут вашего нового декана и магистра боевой магии, адептка де Ришелье, — продолжает издеваться.

Да если бы вы, неуважаемый магистр, не были таким ненасытным кобелём, я бы высыпалась и была чуть-чуть расторопнее. Думаю про себя, а сама продолжаю молчать и прожигать его взглядом, сжимая за спиной кулаки.

Он стоит и чего-то ждёт от меня? Что ему надо? Ах, извинений. Я скривилась, но всё-таки произнесла: — Магистр, извините за опоздание, разрешите встать в строй? — чтоб ты уснул сегодня, а не перчатки вновь менял, вместо извинений подумала про себя.

— Разрешаю, адептка. Для опоздавших, — ещё раз одаривает меня насмешливым взглядом, — я ваш новый декан и магистр боевой магии Николас де Лорелье. Приятно познакомиться с будущими выпускниками самой сильной академии и самого сильного факультета. Надеюсь, вы покажете мне, чему научились за четыре года. И не разочаруете. А теперь, для разогрева, десять кругов по полигону, марш! — и заржал, вот же жеребец.

Я побежала, но мысли так и крутились вокруг этого... декана.

И я думала, как же мне неприятно познакомиться с тобой, магистр кобелиных искусств — Николас де Лорелье. Как же мне неприятно!

Мы с тобой ещё повоюем, да помогут мне древние драконы!

Визуализация:

Лея

Десять кругов по полигону пролетели. Не сказать чтобы незаметно, но мы привыкли к такой нагрузке.

Магистр де Кобелье уже ждал нас, недовольно сверля глазами. Я сказала де Кобелье, вместо де Лорелье и нет, я не ошиблась. Нужно называть вещи или, в нашем случае людей, своими именами, а я знаю его истинную суть. Его настоящее имя!

Декан факультета боевой магии, магистр Николас де Кобелье, аплодисменты, фанфары и яркий свет софитов!

Это же надо было, так меня достать своими ежедневными сменами перчаток, что я уже придумываю прозвища, коверкаю фамилии, и это в свои почти двадцать два года.

Ух! Ненавижу! Смотреть на него не могу... И он на нас, по всей видимости, тоже. Слишком яростно и недовольно прожигает взглядом.

Так и хочется ехидненько спросить, что ж с его настроением, после жаркой ночи с очередной перчаткой? Плохо получилось? А мне казалось, всё было, как всегда… и он остался вполне удовлетворён.

Древние драконы, помогите!

Очистите мой разум, сотрите память, сделайте что-нибудь. Три недели ни о чём другом думать не могу... в чём я провинилась, что вы меня так наказали?

— Плохо, адепты, очень плохо, — рявкает наш неуважаемый магистр.

Что ему плохо-то? Мы один из самых сильных выпусков за последние десять лет. И это разминка была, а он уже выводы какие-то делает в своей кобелиной голове. Там мозг вообще есть? Или только жидкость, которая вытекает по ночам из другого места.

О, великие, о, древние драконы, что со мной? Неужели это какая-то болезнь и она передаётся ментально-половым путём?

Надо усилить защиту мыслей, не дай древние, какой-нибудь менталист подслушает бред, что творится сейчас в моей голове.

Надеюсь, де Кобелье не владеет ментальной магией. Скептически осматриваю его, ну нет, не должен. Чтобы он тогда на боевом факультете делал, ещё и деканом. Он же не уникум, был бы им, не вёл перчаточный образ жизни. Хотя это может быть связано или нет?

Ну и что он стоит, и сверлит нас своими янтарными глазами. Насмотрелись уже. Ближе к делу бы.

— Очень плохо, адепты, — да что заладил-то одно да потому, — самым первым пришёл, прибежал — здесь даже нельзя использовать, адепт Рейнхольд, его время на минуту превышает допустимый минимум, про остальных я вообще молчу, — он начинает распаляться, — вы на прогулку вышли? Вам сказано было пробежать десять кругов, а не прогуляться, — его глаза яростно сверкают янтарём.

Да-а-а, умеешь ты злиться, магистр кобелиных искусств: — Все получают неуд за сегодняшнюю пару, и завтра в семь утра я жду вас на пересдачу. Кто не пробежит на минимум, будет приходить каждый день и пересдавать, пока не сдаст. Ясно? — рявкает так, что уши закладывает. Кто же тебя разозлил, жеребец? Ночью же тебе было так хорошо...

Мы всей группой дружно закатываем глаза, наша мечта «сбылась». И зачем только мы жаловались на нашего прошлого старичка, он хоть и глуховат, ну и слеповат, ну ладно, уже и туповат, но занятия с ним проходили, по крайней мере, продуктивно. А сейчас что, вместо того, чтобы отрабатывать магические приёмы и плетения, мы стоим и выслушиваем крики кобеля о том, что мы медленно бегаем. Как будто бег нас спасёт на поле боя или на задании. Нам правильная тактика нужна и отработка приёмов.

И здесь у меня возникает закономерный вопрос. Он точно магистр? По этому поводу ещё раз скептически осматриваю де Кобелье и скрещиваю руки на груди, она сразу приподнимается вверх и парни устремляют свои взоры ко мне в декольте. Одариваю их прищуренным взглядом, и они сразу делают вид, что не при делах. Ну сколько можно, четыре года одно и то же.

Магистр Де Кобелье обращает внимание на мою позу, видимо, остаётся ей недоволен и язвительным тоном спрашивает: — Вы чем-то недовольны, адептка Лея?

Хочется закатить глаза, я уже начинаю движение, но замечаю прищуренный взгляд магистра и тут же останавливаюсь. Опускаю руки по швам: — Никак нет, магистр.

И глазки в пол. Надеюсь, поверил. Но что-то мне подсказывает, что нет.

— Адептка Лея, а мне кажется, что вы всё-таки чем-то недовольны, — о, древние драконы, пусть он уже замолчит. Иначе я ему скажу, чем я недовольна. И ему этот ответ явно не понравится.

— Никак нет, магистр, — продолжаю стоять на своём.

— А должны быть, — шипит он. Конечно, должна, но не говорить же о твоих перчаточных делах при всей академии.

— Всем разбиться на пары, отрабатываем атакующие плетения. Хочу, чтобы каждый из вас показал, каким уровнем владеет. Качество плетения тоже буду оценивать. Приступить!

Фух, проще простого. Когда ты вырос в семье потомственных магов огня, тебя с детства учат плетениям, постепенно наращивая мощность и сложность. К поступлению в академию я владела девятым уровнем плетения из десяти возможных. И уже, к пятому курсу, в совершенстве познала десятый.

Ух, покажу ему!

Планирует и дальше унижать нас? Ничего не выйдет, сейчас я за всю группу с ним поквитаюсь.

Визуализация:

Ой, простите!

Лея

Мой ход. Подхожу к неуважаемому: — Разрешите обратиться, магистр? — елейным голоском произношу.

Кажется, он хотел закатить глаза. Да нужен ты мне был, я по другому поводу пою соловьём. Быть твоей очередной перчаткой, меня не интересует.

— Разрешаю, адептка, — выплёвывает слова в мою сторону.

Ах так! Держите меня, древние драконы! Я ему сейчас задам!

— Магистр де Ко... кхм-кхм, де Лорелье, — о, великие, чуть не проговорилась, — я бы хотела в спарринге участвовать с вами.

Кажется, он подавился, чем не знаю, может быть воздухом. Окинул меня насмешливым взглядом, как бы говоря «ты? со мной?». А я ему ответила «кобель» и мило улыбнулась.

— Хорошо, адептка де Ришелье, попробуйте меня удивить, — и всё та же насмешка.

Ну веселись, пока можешь, магистр. О, здесь должен быть мой любимый злобный смех.

Я кивнула, и мы прошли в центр круга, прозрачный купол за нами закрылся, защищая остальных адептов от нашей магии, но давая обзор на происходящее внутри. Парни отвлеклись от своих отработок и уже вовсю мне улюлюкали, они знают, что я могу и на что я способна. Ещё ни один из них не достиг десятого уровня, поэтому проверить свои способности в полной мере в академии было не на ком, только дома с отцом тренировалась.

А в академии и с моим девятым уровнем плетения я уделывала большинство парней, вне зависимости от того, какой магией они обладают. Только Марк де Шансье мог выстоять со мной в бою, но в полную силу я с ним не сражалась. Десятый уровень можно тренировать только с десятым. Сейчас и попробуем, мысленно потираю руки.

— Какой уровень будешь показывать, Лея? — а где же адептка и почему на «ты»? Или мы перешли на новый уровень близости, хотя куда уже ближе. Я такое у него видела, и чувствовала, и знаю, что ближе некуда. Хотя есть куда, но не в этой жизни, в этой я уже на всё насмотрелась, наощущалась, хватит с него или с меня, — Пятый? Или, может, шестой дотянешь?

Так вот, ты какого мнения обо мне, де Кобелье? Зыркаю на него.

Ну, держите меня семеро древних драконов!

— Десятый, — говорю я надменно, задрав нос. А этот му... магистр, засмеялся во весь голос и похлопал в ладоши со словами:

— Повеселила. А теперь серьёзно, какой уровень? — его голос стал строгим, и между бровей прорезалась морщина. Строжься не строжься, а я не отступлю.

— Десятый, — всё-таки убеждаюсь, что мозги в его голове напрочь отсутствуют, только жи-жа, а куда она вытекает... Я уже знаю. И надеюсь, древние драконы помогут мне не вспоминать об этом вновь.

Пока он стоит и пытается понять, дура я или только притворяюсь, я уже сделала треть плетения, сейчас оно выглядит, как идеальный седьмой уровень. Смотрю на де Кобелье, удивлён. То ли ещё будет.

Продолжаю. Восьмой уровень, кажется его янтарные глаза, скоро вылетят из глазниц. Но я не останавливаюсь и плету дальше. Девятый уровень, чистый и идеальный. «Что? — смотрю на него с вызовом, — выкусил?». Язык бы ещё показать, но жаль, нельзя.

Начинаю добавлять петли, чтобы получилось плетение десятого уровня. Очень деликатная работа, стоит ошибиться и всё придётся начинать сначала, с первого уровня. Я сосредоточена, меня не отвлекают ни огромные глаза де Кобелье, ни его открытый рот от шока. Я плету. Остаётся совсем немного до завершения, а он стоит и ничего не делает. Защищаться не будет?

Да всё равно, древние драконы ему в помощь. Умрёт, я хоть спать спокойно начну, без ночных перчаточных приключений.

Осталась последняя петелька, заканчиваю плетение десятого, максимального уровня. И окидываю магистра кобелиных искусств надменным и насмешливым взглядом: — Защищаться будете, магистр?

Он очнулся от шока и быстро намагичил десятый уровень защиты, что же, над скоростью мне ещё нужно будет поработать. Но какие мои годы, а вот его годы, уже явно не те.

Я отправила в него своё атакующее плетение с довольной улыбкой победительницы. Но этот магистр, чтоб его, отзеркалил его, и теперь уже в меня летело моё же плетение, а я просто стояла и хлопала глазами. Защиту я не планировала ставить, на занятиях обычно мы тренируем что-то одно. Один атакует, другой защищается и наоборот.

Но этот му… магистр, сделал по-другому. А я не ожидала и не подготовилась. Теперь уже мои глаза были готовы вывалиться из орбит, смотря как немедленно и неверно, приближается моя смерть.

Я ещё молодая и красивая, жизни не знала, древние драконы, помогите!

Кажется, настала пора прощаться с моими почти двадцатью двумя годами... но жизнь меня покидать не планировала, потому что де Кобелье щёлкнул пальцами, когда плетение почти коснулось меня и оно разлетелось с невероятной мощью, да такой, что меня отбросило ударной волной на несколько метров.

Откуда в нём столько силы? Только щелчком пальцев развеял сложнейшее плетение. Я даже на пару секунд забыла о том, кто он на самом деле. Так была поражена. Но моё восхищение быстро сошло на нет, когда он подошёл и надменно произнёс, смотря на меня сверху вниз:

— Не прыгайте выше головы, адептка де Ришелье, больно будет падать, — и не подав мне руки, развернулся и покинул купол. А я так и осталась сидеть на земле, злобно глядя ему вслед своими, уже красными от злости, глазами.

Один — ноль в твою пользу, магистр Николас де Лорелье.

Да помогут тебе древние драконы пережить мою месть!

Лея

Всё оставшееся время нашего занятия я ходила надутая и злая. Парни шарахались и боялись, затравленно на меня поглядывая. И правильно делали. У меня в «хорошее настроение» характер, мягко сказать, не сахар, а если сказать твёрдо, то вредный, язвительный и мстительный. А в «плохое настроение», вот как сейчас, я готова убивать одним лишь взглядом...

Огненный маг — огненный характер. Хотя, родители у меня тоже огневики, но у них характер как у драконьих одуванчиков.

В кого интересно я такая у них получилась?

Мои глаза горят огнём и просят смерти де Кобелье, который вывел меня из себя, а сам ходит как ни в чём не бывало и насмешливо поглядывает. Р-р-р...

Он решил теперь не только ночью мне жить мешать, точнее, спать, но и днём уничтожать последние нервные клетки, которые с трудом выживают после ночи с ним?

Ух, как же я зла!

Я так зла, что в этот раз Марк де Шансье со мной не справился и, кажется, ему требуется помощь целителя. Переборщила, ох и переборщила я с плетением, и случайно, почти десятым уровнем, его атаковала. Пришлось даже извиняющимся взглядом провожать, когда он всё-таки пошёл в лекарское, точнее поковылял. И так как спарринг-партнёра я обезвредила или, правильнее сказать, устранила, я осталась без пары.

Нового партнёра мне не нашлось не потому, что все были заняты, а потому, что парни реально боятся за свою жизнь. Огненные всполохи на моих руках и огонь в глазах, включают у них режим самосохранения, который не позволяет подходить ко мне, да что там подходить, он советует им даже не смотреть в мою сторону.

Поэтому я стою в одиночестве, сложив руки под грудью и стуча ботинком какой-то ритм, непонятный даже мне. А ещё параллельно веду сложные мыслительные процессы.

Мне нужно попасть в библиотеку, чтобы понять, почему я перемещаюсь именно к магистру кобелиных искусств. И не в него самого, а в бесконечные перчатки, которые он меняет изо дня в день.

Вот как перемещаюсь, я знаю.

Была у меня одна прабабка, у которой был дар перемещаться. Почему она это делала и к кому, никто не знал. Вредная была, даже на смертном одре не рассказала подробностей про дар и не написала нигде о нем. Представляю себе старуху (да простит меня прабабка и не покарают древние драконы за мой язвительный язык), которая говорит «сами разбирайтесь, внучки» и злобно смеётся своим беззубым ртом, испуская последний дух. Бррр.

Я вот что думаю. Может, я в неё пошла? И вредная, как она, и зловещий смех — моё второе я. И дар перемещения от неё взяла, чтоб его древним драконам под хвост.

Все в нашей семье знали про него и все боялись его получить. Кому же захочется ночью «путешествовать», не зная, куда. Хотя, может, кому и повезло бы, это я попала на кобеля. А кто-то мог бы мир посмотреть, в птичку какую-нибудь вселяться и летать. Красота же. Но я не все. Я — особенная. И мне, откровенно говоря, очень не повезло нарваться на магистра... может, в библиотеке найдётся хотя бы одна книга, в которой что-то будет сказано? Умоляюще посмотрела на небо, помогите, великие!

Вот же прабабка, ведь всё из-за неё. Хоть иди к некромантам и проси скелет её поднимать, чтобы расспросить. А что, кажется, неплохая идея, на случай, если в библиотеке ничего не узнаю.

Теперь я посмотрела на небо с хитрым и вредным прищуром, подумала, и на землю тоже посмотрела. Кто ж знает, где она оказалась с таким-то характером. Так и знай, бабуля. Вот всё бы рассказала и жила там себе спокойно и покойно, а раз скрыла, то не попивать тебе коктейльчики на пляже того света или тьмы, а скелетом ходить в подвалах у некромантов-недоучек. И зловещий смех, да чтоб тебя, прабабская натура.

Из академии доносится звонок. Ну наконец-то, мой теперь нелюбимый предмет с неуважаемым де Кобелье закончился.

— Все свободны, — небрежно машет рукой в сторону академии, — завтра в семь утра всех жду на пересдачу, — насмешливо произносит этот магистр и отправляется прочь, туда ему и дорога. Пусть древние драконы осветят его путь.

Я смотрю вслед и не понимаю, как он, со своим ненасытным кобелиным образом жизни, планирует каждый день вставать в такую рань. Неужели, хочется от радости захлопать в ладоши и попрыгать, у меня будет пара дней нормального сна? Верю, надеюсь и жду, что так и будет. Скрещиваю пальцами знак надежды на правой руке, потом немного подумав, ещё на левой. Для надёжности, так сказать. И настроение-то моё улучшилось! Мстительность отошла на второй план. Никуда не делась, просто решила немного отдохнуть, уступив место предвкушению спокойной ночи.

Вот бы ещё подговорить одногруппников подольше сдавать эту ерунду!

Подумала... Ну не-е-ет, поцокала сама себе и покачала головой, никто не согласится вставать в такую рань дольше пары раз. Скажут: «нам сон дорог» (передразниваю и кривляюсь). А мне тоже сон дорог, и может, это вообще мой единственный шанс высыпаться, пока не узнаю все правды. Но кому какое дело до этого, не расскажешь же им, чем я так занята была ночами, что не высыпалась три недели подряд.

Иду довольная в сторону общежития, подскакивая вприпрыжку. Всё-таки буду надеяться на несостоятельность магистра, связанную с ранними подъёмами. Ещё пара скрещиваний пальцами, для закрепления результата. Ждите меня лужайка, солнышко и ветерок, скоро мы встретимся. Предвкушающе закатила глаза и врезалась в Рейнхольда, своего самого быстрого одногруппника, чтоб его, молодца такого. Одарила недовольным прищуром, что встал-то или он шёл, а я догнала. Неважно, главное — прищур и правильное намерение: я же не виновата, что ты на моём пути оказался.

Что-то совсем замечталась, нужно ускориться, до общежития осталось чуть-чуть. Мне надо успеть сходить в душ и привести себя в порядок после занятия, если его можно так назвать и переодеться в форменное чёрное платье.

Впереди ещё несколько лекций, занудных и скучных, но, как говорят магистры, которые их преподают, очень необходимых.

Бегу в душ, затем надеваю платье, белоснежные волосы оставляю распущенными. На ноги - стильные чёрные кеды, слава древним драконам, в обуви у нас полная свобода выбора, кроме боёвки, там выдают ботинки из специального защитного материала. Осталась только сумка с писчими принадлежностями и учебниками. Готова!

— Вперёд получать знания, Лея! — язвительно произношу вслух. Интересно, прабабка тоже сама с собой разговаривала? Смеюсь от души, показываю язык отражению и выдвигаюсь в сторону аудиторий.

Визуализация:

Лея

— Вперёд получать знания, Лея! — язвительно произношу вслух. Интересно, прабабка тоже сама с собой разговаривала? Смеюсь от души, показываю язык отражению и выдвигаюсь в сторону аудиторий.

Сегодня у меня день опозданий.

Хотя почему сегодня? Каждый день — день опозданий. Звонок прозвенел уже пару минут назад, коридоры академии опустели — красота! Идёшь себе, никакой толпы адептов, радуешься дню, наслаждаешься тишиной. Сколько бы Рина ни пыталась искоренить мою непунктуальность, за четыре года у неё так и не получилось. Нравится мне так. Никто не раздражает, не нужно лишний раз одаривать людей своим фирменным взглядом с прищуром.

Зачем отказываться от этого? Нет, нет и ещё раз нет.

Иду вразвалочку, спешить некуда. Меня ждёт очередная скучная лекция и думаю, она не расстроится, если я немного опоздаю. Аудитория на втором этаже, поднимаюсь по лестнице и подхожу к двери. Для начала натягиваю милую улыбочку дракончика — одуванчика, затем стучусь и открываю дверь.

— Разрешите войти, магистр де Менье? — громко, чётко, на автомате произношу имя нашего заменяющего магистра по лекциям боевой магии.

Древние драконы! Хочется ударить себя по лбу, потом побиться головой об стену. Потом поджечь что-нибудь и надеяться, что меня утопят в воде, которой будут тушить мой пожар.

Как я могла забыть! И это риторический вопрос.

Раз нам нашли нового магистра и декана в лице де Лорелье, в народе он зовётся де Кобелье, то и заменяющего лекции тоже больше не будет.

На замене был де Менье — милый старичок неизвестного возраста, но дам ему навскидку лет сто пятьдесят. Очень медлительный и нудный — занудный. Боевая магия совсем не его предмет, но он каждую лекцию усердно читал записи с листочков, которые ему оставил наш прошлый, такой же престарелый, магистр. Я поэтому и не воспринимала всерьёз это занятие, потому что, то, что пытался рассказывать нам листочек — старичочек, я уже знала. А интересного и нового на его лекциях никогда не было. Практику он вообще не вёл...

Но теперь появился он...

Продолжаю мило улыбаться, вдруг всё-таки сработает.

— Извините, магистр де Лорелье, разрешите войти? — улыбка уже приклеилась, скулы болят. Давай уже, разрешай, и я пошла слушать твои кобелиные речи.

— Адептка Лея, я смотрю у вас привычка опаздывать на занятия, или вы только на мои ходите с опозданием? — и опять этот насмешливый взгляд.

— Никак нет, магистр. Задержали, — не по-драконьи вру.

— Кто вас задержал, адептка? — в янтарных глазах смешинки, понял, да?

— Там адепту плохо стало, пришлось проводить его в лекарское крыло, пока возвращалась, звонок уже прозвенел, — что я несу? Великие, призываю вас, закройте мне рот. Ну сказала бы, что опоздала, что больше не повторится, и ходила бы на его занятия вовремя, сделав исключение в своих привычках. Но нет же, мой язык продолжает работать не в том направлении.

— Доброе дело сделала, разрешите пройти? — доброе дело она сделала. Лея, тебя покарают древние драконы за твою ложь. Тем более, за такую, в которую никто не поверил. Вон магистр стоит, смотрит на меня и продолжает смеяться глазами, а парни хихикают, вот знают же мой характер. Ничем не проведёшь.

— Проходите, адептка де Ришелье, — киваю и прохожу, как только поворачиваюсь спиной к де Кобелье, смотрю на парней горящим огнём взглядом. Хихиканья прекратились в ту же секунду. Но сзади заржал магистр... вот же жеребец.

— Лея, перестань уже запугивать адептов, проходи на своё место и не задерживай лекцию, — как он понял? И опять на «ты» перешёл. Имя моё понравилось, что ли? Не помню, чтобы он хоть одну свою перчатку по имени звал, он с ними вообще особо не церемонится. Не ласкает, не целует, по имени не зовёт. А они слюни по нему пускают, магия какая-то, что ли, или в чём дело?

Я села за парту, мой сосед и, по совместительству, товарищ, и спарринг-партнёр — Марк де Шансье сидит уже подлеченный. Ещё раз извиняюще на него смотрю, он кивает в ответ, и мы оба переводим своё внимание на магистра.

Де Кобелье начинает рассказывать про плетения и заклинания. Атакующие, защитные, отражающие, чтоб их, ими он меня и подловил на практике. Рассказывает, как совмещать плетения разного назначения. Лекция на удивление проходит интересно. Магистр много знает и интересно излагает.

Решаю присмотреться к нему. Почему женщины так хотят быть с ним?

Красивый? Да, если не знать его кобелиную натуру, то даже очень красивый. Чёрные, слегка отросшие, волосы небрежно торчат в разные стороны. Это не смотрится неухоженно, это придаёт ему шарм и некую сексуальность. Янтарные глаза, обрамленные пушистыми чёрными ресницами. Аккуратный нос, губы довольно пухлые. Массивная челюсть с ярко выраженными скулами. Морщина между бровей, будто он часто хмурится или думает. Спортивное, мускулистое тело. Я даже вижу кубики пресса через расстёгнутую рубашку.

Кажется, сейчас уже у меня слюна стечёт, которая накопилась, пока я его рассматривала. Древние драконы, верните мне разум! Надо разозлиться! Да кто так ходит в академии, где куча бытовичек в поисках мужа? Кто-кто? Де Кобелье ходит, видимо, после занятий отправится на охоту за очередной перчаткой! Так-то! Я разозлилась! Фух, сразу легче стало.

Нельзя думать об этом мужчине, нет, жеребце, в таком ключе. Он жеребец, нет, кобель! Красивый, но кобель.

Звонок прервал мои попытки поиска новых оскорбительных словечек, точнее, вспоминание старых. Ну наконец-то! Пулей вылетаю из аудитории, но дальше иду, не спеша, ведь впереди остались скучные лекции, на которые точно можно опоздать.

Визуализация:

Лея

Все лекции пролетели на одном дыхании, потому что половину времени я дремала с открытыми глазами. Никогда не думала, что умею так, но, как говорится, жизнь научит. Хотя в моём случае правильнее будет сказать — кобель вынудит.

Надо срочно в библиотеку. В моём понимании, срочно — это неспешным шагом, чтобы не дайте драконы, меня кто-нибудь не задел или сшиб, спалю же тогда академию, к демонам. Брр. Про них лучше вслух не вспоминать, ой! Не вслух, а про себя тем более нельзя вспоминать. Чур меня, срочно послать три поцелуя в небо и жест «сердечко» руками сделать, в честь древних драконов. Говорят, в каких-то мирах, крест на себя накладывают и плюют через плечо, странные они. У нас всё просто: посылаем любовь и поцелуи своим великим. Ох, надеюсь, успела, и дем..., то есть рогатые, не услышали мой зов.

По пути в библиотеку рассматриваю живые картины. Четыре года хожу мимо них и никак не могу налюбоваться. Ай да артефакторы, ай да молодцы! Такое чудо сотворили. Я мало чем восхищаюсь в жизни, но эти картины...

Остановилась около самой любимой. На ней невероятной красоты антрацитовый дракон парит над пропастью. Его чешуя переливается в лучах закатного солнца, крылья делают тяжёлые взмахи, а наросты выглядят так величественно, словно у него корона на голове. Потрясающе красивый! Жаль, что древние драконы покинули наш мир. Но как говорится, в одной из моих детских сказок: «Они улетели, но обещали вернуться!». В этих же легендах и сказках великие имели вторую ипостась и умели обращаться в людей. Интересно, какой человек был бы этот чёрный дракон? Сразу в голове возник образ де Кобелье, ну нет, я мысленно протянула эту фразу. У магистра вторая ипостась может быть только лошадь или кобель, но точно не дракон.

Пока я стояла, любовалась картиной и размышляла о всякой ерунде, меня нашла Рина. Только не это.

— Лея, вот ты где! Я тебя по всей академии обыскалась, — она выглядит запыхавшейся, неужели правда бегала и искала, — в комнате тебя не было, занятия давно закончились... Так и знала, что ты здесь! Всё мечтаешь о драконе? — она лукаво улыбнулась.

— Ни о ком я не мечтаю, — буркнула на нее в ответ, — просто наслаждалась неспешной прогулкой и случайно забрела к этой картине, — зачем я оправдываюсь? Ну, смотрела и смотрела.

— Лея, я всё про тебя знаю, — она смеётся, — и про твою любовь к этому антрацитовому красавчику тоже, — пожурила меня пальцем как строгий магистр.

Пришлось закатить глаза: — Всё-то она знает, — я скривилась и передразнила Ри, — зачем ты меня искала?

— Как зачем? — подруга натурально удивляется, — в город идём, нужно начинать приглядывать платья на осенний бал.

Кажется, у меня начал дёргаться глаз. Спасите меня, великие! И глаза к небу, и руки в молитвенном жесте.

Ри окинула меня недовольным взглядом: — Пойдём, тебе всё равно придётся это сделать, — и потащила меня за руку.

— У меня дела были, — язвительно заявляю и пытаюсь освободиться от хватки. Но если Рина решила, что нам надо именно сегодня идти по салонам с бальными платьями, то её уже никто не остановит. В ней просыпается гоблин, который обладает невероятной силой. А вот мне хочется зарычать от бессилия. Впереди меня ждут несколько часов места, где живут рогатые. Произносить это слово, даже мысленно не буду. Начинается на «а», заканчивается на «д».

— Хорошо, — цежу сквозь зубы, другого выхода у меня всё равно нет. Сегодня библиотека опять отменяется.

— Вот и отлично, — Ри весело отвечает, идёт вприпрыжку и продолжает тащить меня за собой.

В город мы добрались быстро. У нас в академии стоят порталы для удобства перемещения адептов и магистров, так как сама академия находится в горах, а до города примерно несколько часов на карете. Порталы представляют собой полукруглую арку с фиолетовым свечением. Уникальная разработка наших артефакторов. Драконам в своё время порталы были не нужны, так как они сами владели портальной магией или перемещались на крыльях. Магам, увы, ни тот, ни тот, способ перемещения не подходит.

Ри заранее позаботилась о пропусках в портальную комнату и на выход из академии, и для меня, разумеется, тоже. Вот бы забыла, но нет. Тогда это была бы не Рина де Болье.

Свою «увеселительную» прогулку мы начали с самого модного салона бальных платьев. Надеюсь, что здесь же она и закончится. Ну не люблю я мерить и выбирать.

Дом нарядов мадам Дрессье, кстати, с древнего драконьего её фамилия переводится как платье. Интересно это реальная фамилия или псевдоним? Белое здание, всё такое зефирное и воздушное, аж тошнит. На входе в сие царство нас встречает милая девушка-консультант: — Добро пожаловать в дом нарядов мадам Дрессье. Чем могу вам помочь?

Мне ничем, хочется ответить, но я молчу, сложив руки под грудью. Ри же начинает восхищённо щебетать: — Добрый день, нам с моей подругой, — подталкивает меня поближе к консультанту, — нужны самые лучшие платья на осенний бал в академию ГолдСтарс.

После этих слов всё завертелось и закрутилось, бесконечные примерки. Ахи и вздохи Рины, её восхищённое: — Это оно! — на каждое платье, потом слёзы, потому что нравятся все и она не может выбрать, затем возмущённое: — Лея, ты совсем не помогаешь! — и так по кругу.

Древние драконы, помогите! Спасите меня из сумасшедшего дома. Этому салону нужно поменять название. Вместо дома нарядов мадам Дрессье - сумасшедшей дом мадам Дрессье.

...Я, уже как часа полтора, сижу на диванчике, пью кофе и жду, когда всё-таки неугомонная душа моей подруги успокоится и выберет самое первое платье, которое она померила. Я так и сделала.

Ещё через час, Ри наконец-то определилась: — Лея, я беру первое платье. Сколько бы ни мерила, оно самое лучшее, — ну, и что я говорила. Так и знала, что она его выберет. Стоило ли три часа заниматься примеркой других? Она могла справиться за полчаса, как я.

Первым я померила красное изящное платье, которое подчёркивает мою сексуальную фигуру. Ничего лишнего, никаких бантов и рюшечек, и тем более десяти слоёв пышных юбок. Лишь небольшой шлейф. Просто, лаконично и со вкусом. Мужа мне искать не надо, я же не с бытового факультета. Это они в академию на золото родителей поступают, чтобы замуж поудачнее выскочить, а я учиться пришла.

Рина выбрала похожее платье, только в белом цвете. Надеюсь, за все мои сегодняшние мучения, её на каждый танец будут приглашать некроманты, которые, неизменно, тоже придут в белом. И мой любимый зловещий смех в голове после этой фразы.

Мы расплатились. Можно отправляться в академию, подумала я, но у подруги были другие планы: — Теперь за туфлями! — сказала она восторженно, а в глазах был сумасшедший блеск.

Сегодня от меня отвернулись великие. Они хотят моей смерти от избытка салонов и мадам.

— Следующий пункт салон обуви мадам Шузье, — деловито сообщила Ри.

— Хорошо, — у меня просто нет другого выхода. Зато сейчас отмучаюсь и целый месяц до бала не буду о нём вспоминать. Надеюсь, скрещиваю пальцы.

Салон обуви мадам Шузье, что с древнего драконьего — туфли. И всё-таки меня волнует вопрос, почему у каждого известного и модного дома, такие фамилии? Так вот, в салоне обуви всё повторилось с точностью, как в салоне нарядов. Я выбрала первые же красные туфли, на которые упал мой взгляд. А Ри перемерила полсалона, потом тоже взяла одни из самых первых.

Всё, я без сил. Выжата, как жёлтый фрукт, такой же кислый, как сейчас, моё лицо.

Свершилось! Мы возвращаемся в академию. Ри чересчур довольная, а я просто рада, что этот день закончился. Убираем покупки в шкаф, и здесь я вспоминаю, что завтра в семь утра мне на пересдачу к магистру кобелиных искусств.

Стону в голос и сразу прикрываю рот руками. Ри переводит на меня прищуренный взгляд: — Что опять? Ты ещё даже спать не легла!

— Завтра в семь утра пересдача у нового магистра боевой магии, — обречённо выдыхаю и плюхаюсь на кровать.

— Древние драконы тебе в помощь, — смеётся Ри, — меня не будить, — это зеленоглазое создание — точно моя подруга?

Вредно смотрю на неё в ответ: — Буду собираться как самый шумный и неповоротливый гоблин, — и вслух зловеще смеюсь.

Визуализация:

Лея

Здравствуйте лужайка, солнце, поющие птички, свежий воздух и мягкая травка. Я по-настоящему сплю, никаких путешествий к кобелям в кровать. Красота!

Вдыхаю полной грудью и с наслаждением прикрываю глаза. Это ли не счастье? Сон, сладкий сон. Подставляю лицо под яркие лучи солнца. Тепло и приятно.

Неожиданно становится темно. Открываю глаза, а в небе, прикрыв солнце своими мощными крыльями, пари́т антрацитовый дракон.

Ты мне приснился! Мой взгляд, направленный на него, полон восхищения.

Дракон начинает снижаться на мою лужайку. Я с нетерпением жду с ним встречу! Какой прекрасный сон. Невероятный, впервые я вижу так близко дракона, пускай даже не наяву. А он именно такой, как на моей любимой картине.

О, великие!

Антрацитовый мягко приземляется и пристально смотрит на меня своими янтарными глазами, словно что-то пытается разглядеть и склоняет голову набок.

— Привет, — я здороваюсь и протягиваю ему руку. Дракон утыкается в неё своим носом, он мокрый и холодный, как у котёнка. Я слегка глажу его, — ты такой красивый, — не удержалась и сделала комплимент этому красавчику.

Мне кажется, или он заурчал, или даже замурчал, драконы так умеют? Видимо, да, или же просто моё воображение так разыгралось, ведь это всего лишь сон.

— Как жаль, что ты только сон...

Я сделала шаг, ещё шаг и ещё. Подошла максимально близко. Дракон насмешливо наблюдал за мной, но не двигался с места.

— Позволишь обнять тебя на прощание? Скоро прозвонит мой будильник, а мне утром к де Кобелье.

У дракона изменилось лицо или морда, как правильно, даже не знаю. Будто бровь приподнял, если бы она у него была.

— Не обращай внимания, дракоша, это кобель один, поэтому и де Кобелье. Не хочу во сне о нём думать, итак, последние три недели из головы не выходит.

Он кивнул и позволил обнять его, какой же жар исходит от его тела. Невыносимо, очень горячий, но чешуя такая приятная на ощупь, словно бархатная.

— Я буду скучать, — честно сказала я. Чмокнула его в нос на прощание...

…И проснулась с улыбкой до самых ушей, и ни противный будильник, ни ближайшая встреча с магистром кобелиных искусств не могли стереть её с моего лица.

Как и обещала Рине, я собиралась шумным и неповоротливым гоблином. Ри накрылась одеялом с головой, потом ещё сверху подушку прижала. Лежала и не шевелилась, но я слышала, как она недовольно бурчала что-то про мстительных подруг. То-то же, нечего мне драконью помощь предлагать и хихикать. Я люблю сон, а сон любит меня. Ранние подъёмы это не моё. Ну совсем не моё. И злорадство, со стороны единственной подруги, тоже не для меня, и оно должно быть отомщено.

На пересдачу я шла в хорошем настроении, благодаря антрацитовому красавчику, который сегодня навестил меня во сне, и свершённой утренней мести Рине.

И я даже не опоздала, ну почти на минутку всего, но это же не считается, правда?

Магистр де Кобелье посчитал, что всё-таки одна минута — это уже опоздание:

— Адепка Лея де Ришелье, вы себе не изменяете, опять кого-то к целителю отводили? — насмешливо произнёс.

— Извините, мастер де Ко… де Лорелье, больше не повторится, разрешите встать в строй? — великие, ну вот опять, проговорюсь когда-нибудь полностью и тогда одним отражающим щитом я от него не отделаюсь.

На моё «ко» он вопросительно выгнул бровь, неужели догадался, что я хотела произнести. Сомневаюсь, протягиваю про себя. Откуда ж он знает, что я его кобелём величаю, потому что перемещаюсь в интимные моменты с его бесконечными перчатками. Сколько их уже было за три недели, штук восемнадцать, точно не помню, жаль, не считала. То есть не жаль, не хватало мне ещё его перчаточных женщин считать и на листок записывать, перепись вести, так сказать. А потом ему принести и сказать: — На вот, смотри, никого не забыла? — брр, какие глупости в мою красивую голову только не лезут, а всё из-за недосыпа.

Я на выгнутую бровь ответила извиняющей улыбкой, не помогло. Он прищурил глаза, обсмотрел меня с головы до ног и обратно, а потом просто лениво кивнул, мол вставай в строй, несчастная.

Да что за человек такой. Нет! Высокомерный, насмешливый кобель! А не человек. Вот так-то!

— Доброе утро, адепты, — ага, доброе, спала бы я сейчас, может, на драконе полетала, тогда было доброе, через час примерно, — сдаём десять кругов по полигону на время, кто не уложится в минимум, завтра приходит в шесть утра.

Что? Хочется заорать. В шесть утра, да он издевается!

— Кто не сдаст завтра в шесть, придёт послезавтра в пять утра и так далее. Всем ясно? — рявкает уже совсем неуважаемый магистр.

— Так, точно, — недружным хором ответили мы, чем, похоже, начали злить или смешить де Кобелье, по его лицу эту эмоцию не разберёшь.

— А что сонные и кислые такие? Бодряком побежали, марш! Время пошло, — сам бы побежал в рань такую, я на него посмотрела. Бодряком ему, тьфу. Язык показать этому му... мужчине.

Но деваться некуда, бежать так бежать. Совсем не хочется завтра вставать на пересдачу к шести утра. Конечно, если судить по сегодняшнему удавшемуся сну, ранние подъёмы — это хорошо, де Кобелье тоже спит и не делает свои кобелиные дела, но всё-таки лучше поспать подольше. Хотя, не знаю как лучше.

Лучше, если бы Николаса де Лорелье вообще не существовало в моей жизни. Именно!

Древние драконы, за что вы так со мной? Зачем послали такое испытание? Жалобно смотрю в небо, бегу, но смотрю. Ответа я, конечно, не получила. Но ускорение себе прибавила, так как не решила, что хуже: перчаточные приключения или очень ранние подъёмы и забеги.

Солнце уже начало подниматься достаточно высоко. Хорошо, что осень на дворе, оно не печёт, но согревает, потому что на улице достаточно прохладно. Зимний тепловой купол над территорией академии ещё не активирован, а за ночь температура прилично опускается.

Осталось три круга, де Кобелье в нормальном расположении духа, значит, время ещё есть, решила я. Немного сбавляю темп, чтобы передохну́ть. Смотрю на магистра, а он в этот момент смотрит на меня и прожигает недовольным взглядом, тыча в циферблат часов.

Отворачиваюсь, чтобы он не видел и закатываю глаза. Ясно, отдыхать нельзя, ускориться можно. Не всё так гладко по времени, как казалось или просто кобель придирчивый попался. Оставшиеся три круга пролетают, точнее, я их пробегаю. Пришла пятая из двадцати адептов нашей группы.

Стою, поставив ладошки на колени, согнувшись и оттопырив свои идеальные ягодицы. Я же говорила, с самооценкой у меня всё отлично. Пытаюсь отдышаться, всё-таки утренний сон это моё, а вот утренний бег совсем не моё. Слышу покашливание сзади меня, резко поднимаюсь и разворачиваюсь.

— Поздравляю, адептка де Ришелье, ваш результат засчитан, — и опять этот насмешливый взгляд. Он по-другому смотреть не умеет?

— Спасибо, магистр, — отвечаю, чтобы отвязался, но нет.

— Ты на все пары опаздываешь, Лея? — фи, да что ты с ним будешь делать, опять на «ты» перешёл и имя моё без внимания не оставил.

— Никак нет, магистр, — вру. Бессовестно, не по-драконьи, вру.

— На тебя лежат старые жалобы в архиве деканата ото всех преподавателей. Говоришь, значит, не опаздываешь? — теперь прищур со смешинками. Скучно стало? Поговорить не с кем? Ночь спал, заскучал и теперь отрывается?

— Считаешь, что десяти магистрам почти одновременно показалось? — продолжает неуважаемый.

А я отвечаю, будто у меня магстинка заела: — Никак нет, — а что я скажу ему? Вообще удивлена, что они, оказывается, жалобы писали. Я вроде в аудитории всегда заходила с милой улыбкой дракончика — одуванчика. Неужели не срабатывало? Или они на сотое опоздание всё-таки не выдержали и написали?

Ох, золотой человек — наш прошлый престарелый декан, чихать он хотел на жалобы и на опоздания. Ему лишь бы быстрее на пенсию уйти, только она его и волновала. И ушёл ведь, но улики не уничтожил, а теперь де Кобелье намерен на мне из-за них оторваться.

— Что ж, раз признаваться ты не хочешь, а ведь я не поленился и уточнил правдивость и актуальность жалоб у самих преподавателей, — кошмар какой, магистры такими занудными казались, а оказались ещё и ябедами, — я решил назначить тебе наказание.

Что? Вот теперь я не выдержала и одарила его злым взглядом красных, горящих огнём, глаз, прямо и упрямо смотря в его смеющиеся глаза. На что он только улыбнулся. Ой! Как-то соблазнительно у него получилось… тьфу ты! Мысленно три поцелуя в небо и жест «сердечко». Чур меня! Кобель! Никакой не соблазнительный.

— Наказанием за опоздания будет месяц отработки моим секретарём после занятий, — древние драконы, спасите. Или рогатые, откройте врата в своё царство тьмы подо мной прямо сейчас, — сегодня начинаешь.

И вновь кобелиная улыбочка.

Великие, кажется, двадцать два года жизни всё-таки мой предел. Если его не прибью я, то за мой язвительный язык, меня прибьёт он.

Ух, магистр Николас де Лорелье, зря ты всё это затеял.

Лея

Уже неделю я отрабатываю своё наказание секретарём у декана боевого факультета магистра де Лорелье.

В мои задачи входит: приносить Его Величеству кобелю кофе, разбирать корреспонденцию и следить за канцелярией.

Но главная обязанность — это отпугивание бытовичек и магистресс, которые толпами, как на работу, ходят в его кабинет. То забредут случайно, то дверью ошиблись, то плохо стало и помощь нужна их отнести. Да, именно отнести, а не отвести, в лекарское к целителям. Каких только причин я не услышала за эту неделю. Кажется, уже вся женская половина академии здесь побывала. Ух, какой жеребец! Нарасхват!

Сначала мой стол стоял в уголке и эти мадам успевали зайти в приёмную, прежде чем встретятся с моим, горящим огнём, взглядом. Потом я переставила стол, и теперь он стоит прямо напротив двери. Им удаётся лишь приоткрыть её, я тут же одариваю мадам огненным прищуром и дверь сразу закрывается с другой стороны.

Когда де Кобелье увидел перестановку, он только усмехнулся и сказал: — Молодец, Лея. Хорошо держишь оборону.

На что я, уже не стесняясь, закатила глаза. Так вот, для чего я нужна ему в качестве секретаря. Неужели в местных перчатках не нуждается? Своих предостаточно, видимо.

Но кстати говоря, с того момента, как магистр появился в академии, мои эротические приключения закончились. Чему я несказанно рада. Древние драконы всё-таки услышали мои молитвы и избавили от перемещения в кобелиных женщин.

Интересно, почему он сменил свой перчаточный образ жизни на монашеский? Может, женился и решил блюсти верность своей жене? А может, здесь звучит прабабский зловещий смех, его хворь несостоятельности одолела? Хотя почему это смех прабабский, он уже давно мой родненький.

Не удержалась и громко, всё так же зловеще, засмеялась вслух. А в кабинете магистра что-то упало, испугался, что ли? И вновь, ещё громче, смеюсь от души.

Дверь открывается, и я встречаюсь с кобелиным прищуром: — Лея, что веселимся? Тебе работы мало? — на что я покачала головой, едва сдерживаясь, чтобы не заржать как ездовая лошадь, — так я найду, — не обращая внимания на моё отрицательное покачивание, он ушёл в кабинет и вернулся через минуту с огромной стопкой каких-то старых, или даже древних, книг. Здесь мне стало не до смеха.

— Перечитай, выпиши и зарисуй все плетения десятого уровня. Их раньше не изучали в академии, точнее их вообще нигде не изучали. Это из недавно найденной библиотеки, которая осталась от драконов.

У него совесть есть? Мозгов нет, и что вместо них, я уже давно выяснила. А теперь, оказывается, и совести в наличии не имеется.

Он поставил книги на мой стол и развернулся, чтобы уйти, но я не вытерпела такой наглости: — Магистр, это входит в мои обязанности? — язвительно произнесла, а мои глаза зажглись огнём. Я очень зла. Руки под столом сжимаю в кулаки так сильно, что ногти уже впились в кожу. Что этот неуважаемый себе позволяет!

— Теперь входит, — насмешливо произнес не оборачиваясь и продолжил идти.

— Да здесь работы на пару месяцев, — мой голос звенит от еле сдерживаемой ярости. Сейчас спалю академию, к дем... рогатым.

— Справишься за три недели или, если хочешь, можешь остаться моим секретарём ещё на два месяца, пока всё не выполнишь.

Он закрыл за собой дверь, а я не выдержала, зарычала и бросила чернильницу в ту сторону, куда он ушёл. Потом очнулась, в полёте спалила огнём и она пеплом осыпалась на пол. Не дайте великие, ещё книг своих принесёт, учить заставит и пересказывать.

— Ненавижу! — шепчу сквозь зубы, — как же я тебя ненавижу! — ночью перестал изводить, теперь днём жизни не даёт. Слишком много магистра в моей жизни.

Мне нужно сбросить напряжение, решаю я. Моё состояние никуда не годится. А для этого отлично подойдёт мой товарищ, сосед по парте и спарринг-партнёр Марк де Шансье. Периодически ещё и сексуальный партнёр. Вот вечером к нему и пойду. Предвкушающе потираю руки и сжимаю коленки. Ух!

За книги всё-таки пришлось сесть, слово декана для меня закон, подумав об этом, я скривилась.

Три недели осталось продержаться и я сделаю всё, но ни дня дольше не задержусь рядом с этим высокомерным кобелём.

Древние драконы, дайте мне сил и терпения. И молитвенный жест для лучшего результата, и глаза закатить к небу.

***

Перед сном я лежала в своей кровати неудовлетворённая, вредная и злая. На все попытки Рины узнать, что со мной, я только бурчала, что устала. Не скажешь же ей, что после ночей с чудищем из моих кошмаров, Марк меня не смог удовлетворить.

Те эмоции и ощущения, что я чувствовала от перчаточных женщин, которые им дарил де Кобелье, не идут ни в какое сравнение с тем, что пытался дать мне Марк. И ведь де Шансье старался как никогда. Я сама от него такого не ожидала, неужели понравиться хотел и на что-то большее рассчитывал? Знает же, что он только для того, чтобы периодически сбрасывать напряжение. Ни больше, ни меньше.

Марк ласкал меня языком и брал в разных позах, он хотел доставить мне наслаждение и делал для этого всё… Но это был просто детский пшик по сравнению с де Лорелье. Николас имел жёстко и властно, он не дарил перчаткам и толики внимания, не заботился об их удовольствии, но они всё равно его получали, да ещё какое.

Вспомнила ночи с кобелём и возбудилась. А от этого ещё сильнее разозлилась! Древние драконы, очистите мой разум! Рогатые, заберите мои порочные мысли обратно в своё царство тьмы и разврата!

Последние фразы я, оказывается, пробубнила вслух. А везде-нос-сующая Ри всё услышала.

— Лея, может, расскажешь, что с тобой? Ты с начала учебного года сильно изменилась, — какие-то переживательные нотки проскальзывали в её голосе.

— Милая, всё хорошо, — решаю быть мягкой, язвы от меня сегодня Ри уже наслушалась, ну не могу я ей рассказать про сны, которые вовсе не сны, а демоновый, тьфу ты, три поцелуя и сердечко, …рогатый прабабкин дар перемещения.

— Новый декан и магистр в одном лице, — я продолжаю, — отработка опозданий, последний учебный год. Впереди новая жизнь. Понимаешь, всё навалилось. А с моим характером такие перемены тяжело приживаются.

Стараюсь говорить твёрдо и убедительно, но судя по скептическому взгляду подруги, она не верит ни единому моему слову.

— Не хочешь — не говори, — обиженно надулась Рина и отвернулась, сидя в позе лотоса в своей кровати.

— Ну, Ри, — протянула, — я ещё сама не разобралась со всем, что происходит в моей жизни. Я тебе обязательно расскажу, но не сейчас, — подошла к ней и обняла, всё-таки терять единственную подругу, которая может меня терпеть вот уже как четыре года, мне не хочется.

— Хорошо, — недовольно буркнула она, но обняла в ответ, — теперь спать, — командным тоном, как бы ненавязчиво, отправила меня в постель. Ещё и подтолкнула для ускорения.

И это называется подруга! Да кто ещё кого терпит!

— Вот и спи, — вредно сказала я и погасила свет.

А сама стала мечтать вновь увидеть антрацитового красавчика во сне: — Я скучаю по тебе, — прошептала и закрыла глаза.

Визуализация:

Лея

И закрыла глаза в надежде увидеть свою любимую лужайку...

Но, древние драконы решили, что с меня достаточно недели, я выспалась и отдохнула, и сегодня мне пора в кобелиную постель, точнее сказать, не в постель.

Мы стоим перед зеркалом. В какой-то комнате, точно не в академии. Я, то есть не я, а какая-то так себе брюнетка, которую можно разглядеть в отражении, и сзади Николас.

Он держит меня одной рукой за шею, второй властно сжимает грудь. Его движения чёткие и размашистые. Он входит до упора и резко выходит. Я стону так сильно, что уже сорвала голос... Я хочу его всего полностью. Слегка поворачиваю голову, чтобы найти своими губами его губы, мне так необходим нежный поцелуй в этом вихре необузданной страсти, но он отворачивается. Я испытываю досаду, но она не мешает мне продолжать получать удовольствие, что дарит этот мужчина. Лучше него у меня никого и никогда не было...

— Лея, Лея! — кто-то трясёт меня, я начинаю возвращаться в себя, Ри, это точно Ри, — Лея, что с тобой?

— Рина, что случилось? — открываю глаза, в комнате ещё темно, но за окном уже начинает розоветь небо, значит очень раннее утро. Я делаю вид, что ничего не понимаю. Великие вновь отвернулись от меня, и я бесстыдно наблюдала за наслаждением очередной перчатки, когда сама вчера шиш только получила, — ненавижу!

Ой, кажется, я сказала это вслух. Точнее, прошептала или процедила, в горле пересохло, я опять стонала и, судя по всему, долго и громко. Бедная Ри, как же ей живётся с такой путешественницей. Да простят меня древние драконы за все её страдания и даруют Ри много счастья, любви и золота.

Смотрю на подругу виновато, вижу в её руках стакан воды и молча тяну к нему руки. Рина суёт мне его немного резко, и по взгляду я вижу, что сегодня она точно отведёт меня к целителям за ручку. Её терпение закончилось.

— Лея, сегодня же, перед лекциями идём в лекарское крыло на осмотр, — вот, я же говорила, — и никакие отговорки не принимаются. Это ненормально, — по слогам произносит она, — то, что происходит с тобой. Ты стонешь будто не от ужаса и страха, а от наслаждения, — она прищуривается.

Ой, великие! Неужели спустя месяц она таки догадалась.

— Хорошо, Ри. Эти кошмары, — делаю акцент на слове, — меня замучили окончательно, полностью с тобой согласна, надо к целителю, — сдаюсь, схожу для её успокоения, всё равно мне ничего нового не скажут, может, настойку пропишут успокоительную. Заодно и нервничать меньше буду, и раздражаться. И Ри перестанет меня во всём подозревать. А что, отличный план выходит.

— Я серьёзно, не отделаешься! Ты меня знаешь, — и руки в боки, и лицо серьёзное сделала.

— Хорошо, — теперь по слогам повторила уже я и скривилась в ответ, — сходим после завтрака.

— Нет! — рявкает, аж страшно стало, да что на неё нашло, — сходим до, не дайте драконы, у тебя неотложные дела резко возникнут. Я не буду так рисковать.

Вот же подруга. Киваю, — Давай ещё поспим немного, — умоляюще смотрю на неё. Чувствую себя разбитой, сегодня я устрою де Кобелье весёлый денёк за все его ночные наслаждения...

***

Просыпаться было тяжело, но Рина сделала всё, чтобы поднять меня с кровати. Водой только окатить не успела, я её всю испарила и с бурчанием всё-таки поднялась.

Ри права, так больше продолжаться не может. Но целители мне в этом деле точно не помогут. Мне нужно в библиотеку, и если там ничего не найду, прабабку придётся поднимать с некромантами. А вот это уже сложно. Но не буду заглядывать вперёд, ещё есть надежда на книги или на нашего библиотекаря, который, кажется, знает всё и даже больше, чем всё.

Надеюсь, древние мне помогут избавиться от этого дара или хотя бы найти способ перемещаться в другое место, да хоть в цветочек или в травинку, даже в росинку, всё лучше, чем в кобелиных женщин.

Каждый день думаю и не понимаю, кого я так прогневала? Если бы не прабабка с таким даром, я бы подумала, что меня бытовичка какая-нибудь прокляла или ухажёр, который к рогатым был отправлен грубым словом… Но это точно дар и он мне достался по вредному наследству, чтоб его.

Мы с Ри собрались и дружной парочкой направились в лекарское крыло. Я голодная и злая, она в предвкушении спокойных и тихих ночей, ах, так жаль её огорчать. В голове зазвучал зловещий смех, но я ему цыкнула, я-то тоже огорчусь. Здесь не до смеха.

Подруга как строгая мамочка, явно не моя, потому что моя драконий одуванчик, зашла в кабинет к целителю вместе со мной.

— Месье Докторье, — обратилась она, — нам нужна ваша помощь.

— Слушаю, адептки, — ответил ей худой старик неопределённого возраста в голубом форменном костюме и колпаке. У него короткие седые волосы и такая же бородка. Брр. Типичный целитель. С детства их не люблю, а колпак вообще меня пугает.

Я уже хотела открыть рот, но Рина взялась сегодня за роль мамочки по полной программе и превратилась в упрямого гоблина: — Уважаемый месье Докторье, мою подругу и соседку по комнате мучают кошмары. За прошедший месяц она двадцать раз стонала и кричала во сне, просыпалась в поту и с осипшим голосом. Это же ненормально, поэтому нам срочно нужна ваша помощь.

Так вот, кто у нас считает кобелиные перчатки. Значит, я ошиблась, когда прикинула в прошлый раз. Было не восемнадцать, а девятнадцать. А с сегодняшней брюнеткой уже все двадцать! И это за один месяц! Уму непостижимо… древние драконы, смилуйтесь!

Целитель скептически поднял бровь на заявление Ри, а на меня посмотрел как на не́мощную. Мол «ты что, сама говорить не умеешь?». А я ему взглядом ответила, «сегодня она у нас мамочка, я не при делах».

Месье Докторье с самым серьёзным лицом встал около меня и стал водить руками вокруг моей головы. Я скосила глаза и любовалась его голубым свечением. Красиво, но абсолютно бесполезно. Минут пять он водил, потом сел на своё место и вытер пот со лба. И стоило так напрягаться?

— Адептка, проклятий на вас нет, — я и сама это знаю, что ещё скажете, — у вас не было недавно каких-либо потрясений, которые вызвали бы кошмары на постоянной основе?

Были! Ещё как были. Но я только отрицательно покачала головой.

— Что ж, — продолжил целитель, потерев затылок, — могу вам выписать успокоительное, принимайте на ночь по пять капель.

А вот за это спасибо. Глядишь, смогу сохранить последние нервные клетки. После целой ночи, а потом и дня с де Кобелье.

— Благодарю, целитель, — мы с Ри одновременно сказали и обе скривились. Вот же синхронность.

Когда мы вышли из кабинета и отправились в столовую, Ри бубнила теперь уже как моя вредная прабабка: — Лея, я буду следить. Пять капель на ночь, ты запомнила?

Закатив глаза, я язвительно буркнула: — Да, Ри-и-и.

— Вот и хорошо, а теперь на завтрак, — и она засмеялась.

Ну да, впереди меня ждут пара ежедневных колкостей от мадам Пигс. А потом можно отправляться на лекции, и после, мстить де Кобелье.

И злобный смех. Ух, прабабская натура!

Визуализация: