Академия нежных чувств

Виолетта Калин
— Может, останешься? — спросила я у Нелли, глядя на то, как она красит ресницы, вместо того чтобы убедиться, все ли вещи прихватила с собой.

— Чтобы ты там всех женихов захомутала без меня? — фыркнула сестрица. — Нет уж, довольно того, что ты три года училась магии, а я слушала матушкины нотации. Я тоже могу разгладить складки платья по щелчку пальцев, так что еду с тобой.

— Но тебе не нравится учиться, — напомнила я.

Из нас двоих я всегда сидела за учебниками, а Неля читала любовные романы и мечтала про принца на черном коне. Чем ее не устраивал белый, она и сама не знала.

— Не нравится, но я рассчитываю на твою помощь.

Я закатила глаза и не стала спорить. Бесполезно. Матушка часто повторяла, что из нас двоих сестрица раньше подберет нужную партию и выйдет замуж. Меня с детства манила магия и ее возможности, я предпочитала учебник глупым книжкам про неземную любовь бедной девушки и богача.

— Виолетта, Нелечка правильно мыслит.

Как-то незаметно в комнату сестры вошла матушка — леди Инесса и вставила свое словцо.

— Про вовремя накрасить глаза? — не поняла я.

Именно этим сейчас и занималась Неля.

— Ви, дорогая, предназначение девушки не в науке, а в удачном замужестве. Таком, чтобы не экономить на платьях и украшениях, — снисходительно произнесла матушка.

Я внимательно посмотрела на родительницу. Мы не богачи, но и не рядовые горожане. Обедневшее дворянство, слегка растерявшее свои возможности, но не достоинство. Я получала повышенную стипендию, но если бы мои родные знали, сколько нервов и сил это у меня отнимало! Объяснить попыталась, но все бесполезно.

В результате сестра решила, что раз она маг, то тоже попробует поступить в академию. У нее получилось. Только цели у нас были разные. Я туда пошла за знаниями, она за женихом.

Пожала плечами и принялась вспоминать, все ли взяла с собой. Два комплекта формы остались в общежитии, мантия, костюм для занятий физкультурой там же, как и специальная обувь. А вот насчет обычных платьев я засомневалась, нужны ли они мне там в таком количестве, в каком прихватила с собой Нелли.

— Ты что, только книги с собой повезешь? — недоверчиво спросила сестрица и ткнула пальцем в мой саквояж.

— Неля, он зачарован. — Матушка проявила гениальность, хотя обычно мои вещи настолько ее не интересовали.

— А мне такой?! — воскликнула сестра и пнула дорожный сундук, будто это именно он собирал наши вещи и разделил так, как получилось.

Неля взвыла и совершенно неаристократично выругалась, после чего рухнула на свой сундук.

— Вообще-то, когда-то это было подарком бабушки, — заметила я. — Но если хочешь, то попробую и твой саквояж зачаровать.

— А ты сможешь? — с сомнением протянула матушка, проигнорировав едкое словцо младшей дочери.

— Увидишь. — Я пожала плечами и не стала рассказывать, что один из экзаменационных билетов касался именно изменения размеров ограниченного пространства.

Попросту говоря, мне пришлось растянуть клетку попугая до тигриного вместилища.

А тут всего лишь расширить внутреннее пространство без искажения внешнего. Ерунда. У меня получилось! Только маленький побочный эффект в виде вонючего дымка матушка приняла за возгорание и вытряхнула на саквояж сестры содержимое вазы: воду и цветы. Разумеется, виноватой родительница сделала меня (не предупредила), еще мне же сушить ковер пришлось.

Спустя какое-то время мы с Нелли вышли из портального зала академии.

— Проходите, не стойте, сейчас еще народ прибудет! — скомандовал дежурный, и мы немедленно подчинились.

И надо ж было тому произойти, что из соседнего портала вышла группа парней. Высоких, привлекательных и точно не наших.

— Ты не хотела, чтобы я тут училась из-за них? — пробормотала сестрица. — Не думала, Виолка, что ты жадина. Такие женихи — и без охраны.

Я не слушала Нелли, потому что рассматривала незнакомых адептов. Они были точно не из нашей академии, а насколько я знала, в ближайшее время к нам должны прибыть темные маги из Хагендорфа. Главы академий заключили договор по обмену опытом, и теперь эти наглецы будут ходить по коридорам и строить пакости. В исключительно добрые намерения темных я не верила.

Поговаривали, что они появились у нас из-за короля. Дескать, его жена из темных, а мы дружим, вот и прислали к нам первую партию. Это с ними-то дружбу водить?!

Когда наши адепты отчалят в Хагендорф, я пока не знала. Мне осталось учиться всего год, и, надеюсь, меня никуда не отправят.

— Что? — переспросила я у Нели.

— Ты что, все прослушала? — Сестрица остановилась и взглянула на меня возмущенно.

Нелли подбоченилась, ее ноша мотнулась, и тут случилась она — подлая неожиданность.

Ручка саквояжа осталась в руке сестрицы, тогда как сам он с грохотом упал на мраморный пол. Эх, ручку-то надо было тоже зачаровать, чтобы не отваливалась. Обалдевшая от произошедшего Неля растерянно уставилась на меня, и тут же раздался громкий хохот парней.

— Светлые, что с них взять, — произнес один из прибывших магов.

Блондин с наглым взглядом и пошловатой ухмылкой, решивший, что его шутка очень оригинальная.

Даже не удивилась, когда прочие темные заржали, а я вдруг поняла, что мне хочется кое-кого ударить. Или одарить на память светлым заклинанием, чтобы не слишком радовались. Бросила взгляд на дежурного портальщика, однако того и след простыл. То ли сбежал, чтобы не участвовать в конфликте, то ли срочно вызвали к начальству, а мы не заметили.

-----------
Дорогие мои, спасибо, что вы снова со мной!🥰🥰🥰
И за комментарии спасибо, для меня это поддержка!

— Куда нас отправили, Алан, — заржал какой-то темный с залихватски торчащим чубом, напомнившим мне петушиный гребень.

Смотрели они на нас как на дно, и это мне очень не понравилось. Да что там, все светлые знают, что эти темные сами находятся на низшей ступеньке развития. И ниже их только бездна.

— Вам помочь? — спросил один из темных.

Тут сестрица спохватилась и бросилась поднимать упавший саквояж, при этом его ручка выпала из ее ладони. Паршивый темный с чубом едва не налетел на Нелли и не отдавил ей пальцы, а кто-то с разочарованием произнес:

— И среди этих куриц мы будем учиться?!

— Портал за спиной. Поторопитесь, пока не поздно, — произнесла я, окончательно убедившись, что хорошими адептами ни одна академия делиться не станет, а всякие отбросы никому не жалко.

Сестра тут же сориентировалась и поднялась. Не сговариваясь, мы двинулись прочь из портального зала. Я пошевелила пальцами, и саквояж поднялся в воздух и поплыл позади нас. Темные придурки о чем-то переговаривались, только я даже слушать их не стала. Какая разница, о чем они болтают, если мы не собираемся с ними общаться.

— А! — раздалось за спиной, а следом послышался звук падения, после еще один.

Мраморный пол, он такой скользкий, особенно под ногами тех самых чужаков, которые позволили себе насмехаться над светлыми. Видимо, в Хагендорфе смотреть под ноги не принято, вот и результат.

А нечего девочек обижать!

— Ви, почему ты мне не помогла, когда мы из кареты носили вещи к порталу?! — возмутилась сестра.

— Может, стоило по-хорошему попросить? — сказала я.

На самом деле я давала Нелли возможность передумать и вернуться к матери. Сестренка у меня одна, и она любимая, только взбалмошная, и с дисциплиной у нее плоховато.

— Ты все еще хочешь тут учиться? — спросила я младшенькую, стоило нам завернуть за угол.

— Думаешь, я испугаюсь каких-то красавчиков? — Неля вздернула нос.

— Это правильно, — согласилась я с Нелли. — Нечего идти у темных на поводу. Ты только с ними поаккуратнее, они любят поддевать. Играть на нервах и нарочно провоцировать. Сталкивать спорщиков друг с другом и наблюдать, как бывшие друзья бьют друг другу морды.

— Учту. Как ты, мстить я пока не умею, но буду стараться, — пообещала младшенькая.

Переговорив, мы двинулись дальше по коридору. К счастью, тут мы были не одни, а в компании светлых. Темные за спиной притихли, и я надеялась, что они передумают у нас оставаться и вернутся к портальному залу.

Не случилось.

С упорством и упрямством настоящих недоумков парни шли за нами. Видимо, у себя им было гораздо скучнее учиться, а тут темные решили развлечься. За наш счет.

Виолетта
— Ты куда меня привела?! — возмущенно воскликнула сестра, едва мы очутились в нашей теперь совместной комнате.

— Тебе что-то не нравится? — тихо поинтересовалась я.

После того как мы встретились с темными, даже ни разу не поссорились, да и спорить было не о чем.

Моя комната была отведена на двоих, и если бы Нел знала, сколько стоило труда уговорить коменданта поселить тут сестру, а не кого-то другого. Моя бывшая соседка получила диплом и освободила место, которое отчего-то не понравилось Нелли.

— Ну… — протянула младшенькая, на ходу осознав, что переборщила. — Ви, я хочу самостоятельности. Дома матушка, тут ты опекаешь. А я мечтаю познакомиться с новыми людьми.

— То есть ты решила захомутать того, кто отдавил тебе пальцы? — Я заинтересованно посмотрела на сестру.

— Он не отдавил!

— А ты бы хотела?

—Ви, ты решила последовать наказу матушки и присматривать за мной круглосуточно? — возмущенно воскликнула Нелли. — Я самостоятельный человек. Маг, между прочим.

— Самостоятельный? Планируешь сама себя содержать и точно уверена, что получишь отличный балл и повышенную стипендию? — поинтересовалась я.

— Понятия не имею, но от денег не откажусь, — передернула плечами собеседница.

— Значит, пока ни о какой самостоятельности речи не идет. Расслабься, я тоже так жила первое время.

— Ну ты-то у нас всегда была умницей, даже домашние коты тебя боялись, — язвительно припомнила сестрица.

На самом деле живность от меня не шарахалась. Просто после одного эксперимента на каникулах я целые сутки воняла гадостью, залитой в мой шампунь двоюродным братцем. Он тогда прибыл к нам в гости со своими родителями. В ответ я всего лишь склеила все его штаны, и так, что пришлось срочно отправлять слугу в лавку готового платья.

Нет, я нисколечко не умаляла талантов Нели, а вот ее планы знать хотелось. Заодно настучать по макушке тому, кого она уже выбрала в свои герои, если таковой успел попасться нам по пути от академических ворот до комнаты. Пришлось вспомнить, с кем мы успели встретиться, и самыми подозрительными мне показались именно темные.

— Я просто хочу, чтобы у тебя все получилось, а для этого не стоит с первого дня строить парням глазки.

— Не собиралась, — фыркнула Неля и открыла свой саквояж, после чего принялась доставать из него вещи.

Наконец-то!

Как-то не планировала я воевать с собственной сестрой, но что поделать, я старше, а значит, придется опекать. Иначе матушка проест мне плешь, что не помогла дорогой деточке и не оградила ее от неприятностей.

На удивление, вещи мы разобрали быстро и довольно мирно. В процессе я рассказывала Неле про общие правила, действующие внутри академии. Затем мы быстро перекусили прихваченным из дома пирогом, после чего отправились за формой для сестрицы.

В нашей академии выдачей мебели, а также постельного белья и даже одежды заведовал комендант. Низенький гном с пронзительным взглядом и крепким словцом сидел за дубовым столиком и что-то корябал в тетради. Отгороженный от нас такой же дубовой стойкой, он грозно смотрел снизу вверх на вошедших, и неважно, что почти все мы были его выше.

— Виолетта Калин, да ты, оказывается, еще и не одна такая! — с каким-то священным ужасом произнес гном, переводя взгляд с меня на сестру. Он тут же нахмурился: — Форму не портить, запасной не выдам!

— А тебя здесь хорошо знают и уважают, — язвительно усмехнулась сестрица и ткнула меня локтем в бок.

— Так и есть. А ты запомни дорогу сюда, потому что скоро вернешься, — посоветовала я.

И мне было совершенно не стыдно и даже не обидно, потому что знала: первокурсники всегда портят форму чаще остальных.

— Не смейте разбазаривать академическое добро! — прикрикнул на нас гном. — Нажалуюсь ректору!

После гневной угрозы на стойке перед Нелли возникли вещи, сложенные аккуратной стопочкой. Обувь в мятой коробочке тоже обнаружилась рядом. Даже размер господин Тильдом не спросил, вот что значит опыт!

— Пошли в примерочную. — Я потянула сестру прочь от стойки гнома.

Нелли отправилась надевать обновки, мне же оставалось только ждать результат за шторкой.

— С ума сойти! — воскликнула младшенькая, стоило ей увидеть в зеркале свое отражение.

Я тут же отодвинула шторку и уставилась на сестрицу. Разумеется, наряд отличался от тех модных платьев, которые она привыкла носить дома. Но все в рамках приличия, и потом, это же стандартная академическая форма, что в ней может быть не то?!

— А что тебе не нравится? — спросила я прямо.

— Какие-то проблемы, барышни?! — сидя на своем месте, прогрохотал гном.

Даже у меня по коже пробежали мурашки. Этот мелкий мужичок был мстительным, а мы сейчас его чем-то разозлили. Или не совсем мы, а тот, кто пришел сюда до нас?

— Ви, да ты только глянь — юбка ниже колен, а пиджак только-только пупок прикрыл.

Я посмотрела на сестру и решила, что все отлично.

— Не нравится? — снова повысил голос гном.

— Все замечательно, господин Тильдом! Ткань так вообще просто отпад. Спасибо вам! — Я постаралась как можно вежливее улыбнуться вредному коменданту.

Незаметно погрозила пальцем сестрице, чтобы она не смела и рта открыть, и жестом велела переодеваться. Мы довольно быстро покинули каморку коменданта, а едва вышли, как Нелли недоуменно спросила:

— Это что сейчас было? Почему я не могу сказать, что мне этот фасон не идет?! Я что, должна все время прикрываться мантией, чтобы скрыть неудачную одежду?!

Все, достала!

Я резко развернулась к младшей:

— А знаешь, иди и требуй себе отдельную комнату.

— Ви, ты чего?! — Сестра уставилась на меня с недоумением и даже выданную форму (включавшую в себя не только пиджак и юбку, но еще и брючки с блузкой, а также мятую коробку с обувью) прижала к груди как ценность.

Я глубоко вздохнула, мысленно досчитала до трех и ответила:

— Неля, ты тут находишься всего несколько часов, а уже предъявила кучу претензий. Скажи, ты делаешь это нарочно, чтобы вывести меня из себя? Или решила, что все должны уступать исключительно потому, что ты одаренная? Так оглянись, магия тут у всех, только матушки рядом нет, чтобы прихоти исполнять. И таким темпом ты не только друзей не заведешь, но очень скоро вся академия будет во врагах.

— А ты? Ты тоже желаешь стать моим врагом?

— Вообще-то, ты моя сестра, и я тебя люблю, но если пожелаешь… — Я многозначительно подмигнула, после чего повернулась и отправилась к себе.

Наверное, я встала не с той ноги или все-таки не стоило пить на завтрак какао, раз день совершенно не задался. А на что еще подумать, если стоило мне завернуть за угол, как я врезалась в темного из Хагендорфа? Да не в какого-то, а в блондина! Того самого, с пошленькой улыбкой, и он снова был не один, а со всей своей дурной компанией.

Падать я, разумеется, не собиралась. Однако незнакомец отчего-то решил, что у адепток Лаории при виде него подгибаются коленки. Темный схватил меня за плечи, и так, что наверняка останутся синяки. После чего с насмешкой произнес:

— Осторожнее, светлячок.

— Алан, это та самая девчонка, которую мы встретили у портала! — зачем-то напомнил один из темных. — Только с ней была еще одна.

— Надо же, а у него еще и память имеется, — пробормотала я, дернув плечом и тем самым скинув руки нахала.

Обойти блондина не составило труда, как и вернуться к себе.

Первой мыслью было щелкнуть пальцами, чтобы вещички Нелли втиснулись обратно в ее саквояж. Затем я решила, что будет лучше, если займусь чем-то полезным — добуду себе расписание на завтра. Тем и занялась, а когда покинула комнату, Нел все еще не вернулась. Признаться, это меня немного беспокоило, потому что в почтовой шкатулке уже лежали письма от матушки, читать которые мне совершенно не хотелось. Я была больше чем уверена, что она требовала с нас отчета, и особенно в той части, как устроилась Нелли.

Сделав вид, что меня тут не было, я отправилась в канцелярию. Расписание мне вручили, а заодно я забрала листок для Нелли. Еще раз идти вместе с ней и показывать дорогу было откровенно лень. И без того сегодня ушло много времени на сборы и разговоры. А мне хотелось еще и учебники полистать, чтобы знать, какие темы мы будем рассматривать на ближайшей неделе и вообще проходить в этом году.

Выпускники академии могли выбрать работу с неплохой оплатой, но это исключительно для отличников и хорошистов. Я очень старалась держаться в первых рядах, хотя давалось мне это не всегда просто.

Вернулась я быстро и даже встретила по пути девчонок из своей группы. Мы немного поболтали, а после я отправилась к себе, отчего-то уверенная, что Нелли воспользуется моментом и переедет в другую комнату.

Я ошиблась.

Сестра обнаружилась у шкафчика. Она с умным видом развешивала новенькую форму и что-то там напевала себе под нос.

Когда я вошла и прикрыла за собой дверь, Нелли спросила:

— Виолетта, твой почтовик разрывается от сообщений. Наверняка это матушка хочет узнать, как мы устроились. Волнуется.

— Вот и займись этим, ответь матушке, — произнесла я и сунула свою почтовую шкатулку сестре под нос.

— Но это твоя вещь! — возмутилась младшенькая.

— Думаешь, что пишут именно мне? — поинтересовалась я.

Родительница писала мне регулярно, раз в месяц точно. Оправдывала она это тем, что еще раз в месяц я приезжала домой. Это было к лучшему, хотя первое время я скучала по матери, по вечно занятому отцу и мелкой сестре.

— Пф! — Сестрица достала свою шкатулку, и из нее высыпался десяток записок.

Не сговариваясь, мы переглянулись и уставились на идеально сложенную в несколько раз бумагу. И так каждый листочек, хоть бери линейку и сверяй.

Гневные матушкины письма даже в руки брать было неудобно.

— Ви, скажи, сколько времени сжирает этот портал? У меня такое чувство, что мы вышли из дома год назад, оттого и корреспонденции накопилось вагон.

— Мы перемещались не больше минуты, — заверила я родственницу, — так что можешь смело отвечать.

— Утешила.

— А что с отдельной комнатой? Нашла, к кому подселиться?

— Нет еще. — От моего вопроса Нелли поморщилась. — А что, полностью свободных в академии не бывает?

— Очень редко, и то после сессии, когда кого-нибудь отчисляют, — радостно заявила я. — Можешь попросить у господина Тильдома, только я не уверена в результате.

Нелли наморщила нос и вздохнула:

— Похоже, придется нам друг друга потерпеть. Летта, а когда здесь ужин?

Остаток дня пролетел почти незаметно. Я выдала сестре ее расписание и пояснила, где находится библиотека. За книгами она сходила одна и даже не стала бурчать, что примирило меня с существованием этой занозы вместе со мной в одной комнате.

В столовую мы отправились отдельно — Неля, пока получала книжки, успела познакомиться с кем-то из однокурсниц. Я выслушала их имена, но ни одно из них не было мне знакомо.

А вечером мы приготовили сумки на утро, чтобы собраться без спешки, после чего легли отдыхать. Даже не верится, что больше ни разика не повздорили, хотя один раз я видела Нелли с открытым, как у рыбы, ртом. Она точно что-то собиралась сказать, но вовремя замолкла, заметив мой заинтересованный взгляд. Сестрица опасалась, что в этот раз уже я сама выставлю скандалистку за дверь, а следом отправлю и саквояж.

Ночью я проснулась от непривычного шума и резко распахнула глаза.

Храп, но не тот, от которого хочется прикрыться подушкой, а тонкий, с вздохами и свистом. И исходил он не откуда-то из-за стены, а с кровати сестры! Я приподнялась на локте и повертела головой. Щелкнула пальцами, и тусклый светляк загорелся над макушкой Нелли.

Сестрица лежала на спине, раскинув руки, и крепко спала. В уголке губ младшенькой образовался пузырь, и я опешила. Даже и не подозревала, что Неля храпит!

А как сплю я сама? Прежняя соседка не жаловалась, но она всегда спала крепко, а утром вставала с трудом.

Я ткнула пальцем в плечо сестрицы, и храп прекратился. Довольная результатом, я немного потопталась, после чего отправилась спать. И вдруг Нелли снова принялась издавать странные звуки, так что пришлось вернуться.

Разбудить ее, что ли?! А если потом не заснет?

Я подняла тапки Нели на уровень своих глаз, а затем отпустила их. Подошва обувки стукнула об пол, прогрохотав в тишине, однако сестра и не подумала заткнуться.

— Интересно, матушка в курсе, что из-за храпа с женихом могут быть проблемы? Вот же засада, да он сбежит в первую брачную ночь! Разве что найти такого же шумного, — пробормотала я, глядя на родственницу.

— Хр-р! — выдала Нелли в ответ.

— Да что ты будешь делать?! — приглушенно воскликнула я и щелкнула пальцами.

На комнату опустилась тишина, точнее, на кровать шумной сестрицы.

Я потерла лицо ладонями и отправилась спать. Учебный день предстоял долгий, а как известно, если с самого первого урока на себя косо посмотрит преподаватель, то всю неделю будешь тереть доску и драить полы в лаборатории или в кабинете. И получать хорошие оценки станет в разы труднее.

Виолетта Калин

На удивление, заснула быстро, а утром поднялась бодрая, словно не я скакала ночью с целью угомонить храпящую сестрицу. Бросила взгляд на кровать Нелли, а ее и след простыл. Тревожная мысль улетучилась в мгновенье, едва до меня донесся звук льющейся воды.

Сестра показалась очень быстро. Выглядела Неля свежо, что не помешало ей высказать претензию:

— Ви, тут во всех комнатах такие крошечные ванные?

Мне самой места хватало, хотя в первое время не раз стукалась локтями в душевой. Однако ко всему можно привыкнуть, да и идти никуда не надо — все удобства рядом.

— Везде не была, а что?

— Тесно, — пожаловалась сестрица.

Она стянула с головы полотенце и принялась им вытирать волосы.

— Это не проблема, — заверила я и пошла в сторону ванной, чтобы тоже привести себя в порядок. — В конце коридора есть общая купальня, можешь ходить туда. Вечером покажу, что к чему.

— Учту, — серьезно ответила сестрица, — но не пойду. Не хочу раздеваться перед всеми.

Разумеется, мыться в одежде еще никто не додумался.

— У нас приличное общежитие. — Я поджала губы. — Главное — не перепутать мужскую купальню и женскую.

— Не обижайся, но ведь и правда тут тесно, — примирительно протянула Нелли.

В столовую мы отправились вместе. Набрали подносы с едой, а потом сестрица от меня упорхнула. Я заметила незнакомые лица, сразу приписала их к первокурсницам, после чего отвернулась в поисках своих девчонок.

Бонни, рыжая оборотница, первая заметила меня и помахала рукой, привлекая внимание. Я не стала больше никого выискивать и поспешила к ней, аккуратно лавируя между столиками. Даже один раз прошлась по чьей-то неосторожно выставленной ноге, получив в спину недовольное шипение.

— Привет, а где все наши? — поинтересовалась у лисицы.

— Наверное, проспали или прибудут прямиком порталом к занятиям, — пожала плечами однокурсница и потянулась к чашке с чаем. — Ты пришла сюда с сестрой?

— С ней, — не стала я скрывать и села за стол.

Рисовая каша на молоке, бутерброд с ветчиной, черный чай с лимоном — мой завтрак был вполне сытным и вкусным.

— А вы похожи, — заметила подруга (мы неплохо ладили на протяжении всей учебы, и я вполне могла назвать таковой оборотницу).

Отвечать посчитала излишним делом. Подчерпнула ложкой кашу и отправила ее в рот, принялась жевать. Готовили в академии вкусно, и это было жирным плюсом.

Бонни откинула спавшую на лоб прядь, и тут я заметила, как ее рыжий волос спланировал прямо в чашку. Неужели линька началась? Пока я раздумывала, сказать или нет, пришла к выводу, что показалось. Подруга принялась активно размешивать сахар в чае, а потом и вовсе сменила тему:

— Ты уже знаешь, что у нас в академии появились темные из Хагендорфа?

— Видела вчера в портальном зале, — кивнула я, вмиг забыв про лисью линьку. — Лишь бы к нам их не распределили.

— Я бы так не надеялась, — сумничала рыжая и вздохнула: — Они не выглядят как первокурсники. Считаю, что кто-то из них точно старше нас.

Я молча ее поддержала. А что сказать, если каждый светлый понимает, что темные ничего хорошего в учебный процесс не принесут.

Словно в ответ на наши слова раздался громкий смех парней. Мы с Бонни, не сговариваясь, повернулись на хохот. И я почему-то не удивилась, заметив в трех шагах от нас стол, за которым сидели хагендорфцы. Они-то и ржали как полковые кони, разве что копытами по полу не били. Что их так развеселило, мы с Бонни не поняли, но у одного из гостей Лаории на лбу красовался синяк.

Мне даже похорошело, стоило подумать, что эту отметину парень нашел в портальном зале! Смотри, как качественно получилось приложить идейного врага! Порадовалась от осознания, что самостоятельно свести синеву им не удалось.

— Смотри, Виолка, они едят и не давятся! — то ли с укоризной, то ли с восхищением произнесла подруга.

— Вражеский хлеб слаще? — посмеялась я.

Едва успела договорить, как неожиданно поймала на себе взгляд того нахала Алана. Парень подмигнул мне и отсалютовал чашкой.

Я сделала вид, что ничего не заметила. Даже того, что этот наглец принялся жевать пирожок.

С завтраком мы не затянули, а после двинулись на занятия. И первым стояли магические заклятия у профессора Дарбора. Опоздавших он наказывал по-своему — устраивал допрос по формулам, плетениям и способам защиты и нападения. И делал это преподаватель с вечно издевательской ухмылкой, отчего каждый провинившийся сразу понимал: лучше бы он пришел в кабинет с рассветом, а не следом за профессором.

— Пошли поближе к окну, пока кто-нибудь не занял тот ряд, — предложила Бонни, и мы заторопились.

Увы, осталась только предпоследняя парта, но нас она вполне устраивала. Профессор маг громогласный, с дикцией у него полный порядок, поэтому мы всё всегда слышали.

Пока шли, здоровались с теми, кого не успели увидеть утром в столовой. Настроение в первый учебный день было приподнятым, хотя опыт подсказывал, что слишком веселиться не стоило — удача может отвернуться.

Так и случилось. И первым звоночком стало появление трех темных в дверях. Они вошли в аудиторию как к себе домой, и я даже не удивилась, что среди них был тот самый блондин Алан и парень с синяком.

— Я сплю? — раздался женский голос. Громкий такой, прозвучавший на всю аудиторию. — Какой красавчик!

Разумеется, темные это услышали, и ухмылки на их лицах стали просто запредельными. Похоже, природа кое-кого щедро наградила внешностью и наглостью, но забыла про мозги. Так бывает.

— Как думаешь, они у нас надолго? — спросила Бонни.

Лисица не отрывала взгляда от вошедших, а мне вдруг стало обидно за наших парней, потому что они точно лучшие, а сейчас девчонки просто проявляют вполне объяснимый интерес — некоторые наши учащиеся были оборотнями. А тут новенькие пришли, почему бы и не обнюхать!

Темные двинулись в нашем направлении. Они заняли последнюю парту позади, и это стало довольно неприятным раздражителем. Только боевой факультет светлых известен своей выдержкой, все же не истеричками нам быть. Поэтому мы с Бонни сделали вид, что вот вообще ничего не заметили и никого нового рядом не появилось.

Всеобщее внимание от темных отвлек вошедший профессор. Он проследовал к преподавательскому столу, после чего осмотрел присутствующих. И я даже не сомневалась, что Дарбор знал про новеньких.

— Что ж, раз все в сборе, повторим то, что мы проходили в прошлом учебном году, — произнес профессор. — Но сначала познакомимся с адептами из Хагендорфа. Я говорю, а вы встаете по очереди. Алан Ламберт, Генрих Шарго, Седрик Бах. Садитесь.

Ламберт — довольно известная аристократическая фамилия темных, и отчего-то я не сомневалась, что блондин из тех самых. За что же его родственнички сюда выперли?

После того как парни вернулись на свои места, профессор хищным взглядом обвел группу и заявил:

— А сейчас повторим магические заклятия высшего уровня. К доске выходят Виолетта Калин и Алан Ламберт. Один нападает, а другой защищается, все как обычно. Заодно посмотрим, на что способны наши гости.

Даже если бы я и хотела отсидеться и не видеть ни одного темного, выбора не осталось. Я поднялась и направилась к доске, чувствуя, как парень смотрит мне в спину.

Мы с Ламбертом, как два подопытных кролика, остановились у доски и уставились друг на друга изучающе. Сейчас я могла не прятаться, рассматривая соперника, но, как говорится, молча талант не прощупать. Прикасаться же к темному не было никакого желания.

Первые ряды сразу отпрянули назад. Видимо, они заподозрили, что кто-нибудь из нас забыл про щиты и формулы, отчего пострадают именно наблюдающие, а не мы сами.

— Сначала нападает Ламберт, — с нескрываемым предвкушением произнес Дарбор и потер руки. — Вы, Калин, защищаетесь. Напоминаю обоим, что вы находитесь в академии и за намеренную порчу имущества несете ответственность. Начали!

Профессор сделал приглашающий жест, дескать, не стесняйтесь, адепты, колотите друг друга заклинаниями на радость всем.

Я перекинула косу за плечо, приподняла руки и немедленно построила щит. Переступила с ноги на ногу, выбрав более удобное положение, и все это проделала, не отрывая взгляда от Ламберта. Темный же по-прежнему казался расслабленным, но все присутствующие понимали: это маска.

— Ты проиграешь, светлячок, — одними губами шепнул хагендорфец и подмигнул.

В следующую секунду в меня полетел горящий шар, который я сразу уничтожила. Остальные файерболы также были благополучно поглощены моим заклинанием, хотя я видела: они непростого порядка — с непонятной начинкой, вложенной самим адептом. Один шар рассыпал серебристые искры, кое-что перепало моим рукам. Стало неприятно, словно кто-то коснулся горячей иглой, но я быстро разобралась, что это иллюзия, и избавилась от ощущения.

Ламберт меня изучал — подачи меняли направление и мощь, сам темный же практически всегда оставался на месте. Его сила, она была скрыта, но я сразу осознала, что передо мной не рядовой маг, а кто-то из перспективных адептов, за что-то сосланных в Лаорию.

Неожиданно соперник выкинул молнию, и она понеслась на меня. Пришлось подпрыгнуть и извернуться, а светящуюся стрелу перенаправить в стоящий на окне фикус. Магически закаленное растение молча проглотило всплеск темной силы и тут же выпустило пять черных тюльпанов.

— Однако, — хмыкнул Дарбор.

Профессора все устраивало, а у меня из-за этих телодвижений появился азарт. Очень хотелось дать сдачи, но по условиям преподавателя я всего лишь защищалась. И все же я могла собой гордиться — на каникулах ни дня не проходило без специальной разминки, ни разу не пропустила.

— Девчонка, — с пренебрежением фыркнул кто-то из темных с последнего ряда.

— И гордимся этим! — послышался возмущенный голос Бонни.

— Желающие поговорить будут следующей парой на проверку, — вставил свое едкое словцо профессор.

Болтунов больше не нашлось, зато Ламберт неожиданно двинулся на меня. Первой мыслью было отступить, но я из упрямства не сделала этого. Уплотнила щит и мысленно толкнула его на ничего не подозревавшего парня.

Темный стремительно шагнул навстречу и сразу же наткнулся на невидимую стену. Соперник удивленно уставился на меня, но при этом выражение его лица мог заметить только профессор. Все остальные замерли в ожидании, когда я оконфужусь. Подозреваю, что предприимчивые однокурсники успели сделать ставки в надежде поживиться.

Даже обидно стало, что ни одно присутствующее лицо не выкрикнуло мое имя в знак поддержки. Исключение — Бонни.

Не знаю, о чем сейчас думал сам профессор, а Ламберт мне подмигнул. В следующую секунду мой щит треснул, я же успела отскочить назад и построить новый. Преподавательский стул по инерции подняла заклинанием, посчитав, что он тоже защита. Неожиданно открылась дверь, и в аудиторию заглянул ректор. При виде меня, нависающего Ламберта и профессорской мебелишки над блондинистой головой глава академии коротко выругался. После чего мы с темным были немедленно обездвижены.

— Что здесь происходит?! — прогрохотал лорд Кроссман. — Дарбор, поясните!

Стоять с выпученными глазами и смотреть на Ламберта, раскрывшего рот, да еще при всей группе, — удовольствие ниже среднего. Хорошо, что никто не посмел не то что издать смешок, но даже комментировать. Многие уткнулись в тетради и старательно делали вид, будто перечитывают материал.

— Магический поединок, господин ректор, — с охотой ответил профессор. — Темные против светлых, классическое противостояние.

— И как? — Ректор тут же заинтересовался нашей с Ламбертом битвой. — Гордость Лаории не испугана, гость тоже не вышел из себя, я прав?

— Совершенно верно, лорд Кроссман. А стул — это так, импровизация. Защита адептки, как ни крути. — Профессор ловко забрал свою мебель и сунул ее под стол. — А в общем мне понравилось. Калин даже модернизировала щит, нацепив на него невидимые колючки.

Заметил, надо же!

— Отлично. — Ректор тут же повернулся, но не ко мне, а к Ламберту, желая убедиться, что гость цел и невредим. Вдруг за него еще придется компенсацию платить, а академия не готова к такому расточительству. — Раз так, тогда отпускаю адептов.

Удерживающие невидимые путы спали, и я смогла двигаться. Локоть слегка затек, но это быстро прошло. Ламберт же прикрыл рот, после чего потыкал пальцем в свою челюсть, возвращая нормальный кровоток.

Нас с темным отпустили на места, ректор тоже ушел, а профессор все еще не желал успокаиваться.

— Надеюсь, на этот раз нас никто не прервет и мы посмотрим бой достойных противников, — заявил Дарбор.

Ламберт первым двинулся к своей парте, мне пришлось идти следом, старательно делая вид, что не замечаю на себе сочувствующих взглядов от сокурсников. Даже от тех, кто еще в прошлом году считал, что мне завышают оценки.