Академия невест-попаданок и Дракон под прикрытием

Что я вообще тут делаю? Я ведь даже не в основном составе, так, приходящий сотрудник. Не живу здесь, хотя мои прежние комнаты в преподавательской башне снова мои, и там после меня никого не было. Могу в любое время въехать или остаться ночевать, если поленюсь возвращаться. Сегодня как раз останусь. Будет уже поздно, чтобы в город ехать.

Можно было сказать, что я занята, когда замректора Зильда Ирзиг попросила подежурить. Но не сказала. Теперь придется любоваться на этих надутых павлинов. Ох, простите, драконов! И следить, чтобы молоденькие вертихвостки вели себя относительно прилично.

Относительно чего? Относительно правил Академии, ясно дело, которые выдумал кто? Надутые павлино-драконы. Здесь одно правило всегда работает безотказно: “Дракон всегда прав”. А если дракон не прав, смотри первый пункт. Кажется, проще не бывает, а на деле без допинга не разобраться.

Но у столиков с напитками я не поэтому стою, а чтобы студентки не злоупотребляли хитростью и не хватали как бы случайно бокальчики, предназначенные для гостей. Двоих особо хитрых уже развернула. Причем что обе — мои бывшие ученицы.

Чисто по-девчачьи могу понять, разница в возрасте у нас символическая, но по-преподавательски обязана бдить.

Здесь у девушек из другого мира судьба незавидная. Попаданка? В Академию. Затем три курса с диким набором дисциплин, выпускной и неизбежный замуж. Большинство уже заранее знает в чьи лапы попадет, сопротивляться бесполезно. Кто же в здравом уме будет своему счастью сопротивляться?

Сочувствую от всей души, сама чудом подобной перспективы избежала. Мне сказочно повезло, несмотря на то, что я все равно оказалась в Академии. Да, я избавлена от неизбежной участи стать драконьей женой, но это не значит, что я в безопасности.

Когда дракон делает выбор, мнения девушки никто особо не спрашивает. Правильно подготовленная невеста все равно скажет “да” и будет вне себя от восторга. Покладистой эндорфины в голову ударят, более решительная изобразит, как учили. Потом привыкнет. Возможно, будет счастлива. Возможно даже долго.

Наверное, не стоило соглашаться и возвращаться сюда после всего, что было, но Синяя Дама, мад Хольген умеет уговаривать. В каком-то смысле я ей должна. Ведь это она нашла мне место в школе для девочек после моего ухода из Академии, который не только выглядел как побег, но и был им. Ушла в растрепанных нервах, зато с ценным опытом, не хватать первое, что подвернулось.

Нервное дело эти балы…

Подумала и злоупотребила сама. Служебным положением и тем, что оказалось на расстоянии вытянутой руки.

Зараза, пузырьки. Ну и Вер с ними…

Где один бокальчик, там и второй, больную голову полечу, а глупостей наделать вряд ли успею. Слишком все… живо. Думала, переболело, но увы. Дергает и ноет.

Вон прохаживается, заноза зеленоглазая. Надо же было так вляпаться? Никогда с мужчинами проблем не было, все строго по плану, а тут сплошная проблема.

Имя проблемы — Эмерайд Виридан, здешний преподаватель придворного этикета и танцев, Малахитовый Сэр. Темноволос, зеленоглаз, поперек брови шрам. Как только без глаза не остался? Высок, сложен атлетически. Загадочен, как киношный темный властелин, таскает за сапогом стек, которым любит шлепать студенток по неуклюжим рукам, плечам и коленкам на уроках. Характер… драконий. И это не комплимент, ровно настолько, насколько он сам не дракон.

Говорят, первое впечатление обманчиво. Ну-ну. Ж… женской интуицией чуяла — мутный тип, так и вышло. Нечего было с ним мутить, может и обошлось бы. Главное опять на эти грабли не наступать и ладненько. Академия большая, курсы разные, шанс пересечься где-то кроме людных мест небольшой. А на случай нечаянной встречи наедине у меня, кроме основного инстинкта, еще и здравый смысл есть. Был. Где-то.

Виридан тоже. Только что был где-то на другом конце зала и вдруг принесло. Ни “доброго вечера”, ни еще какого приветствия, будто у него при виде меня вся вежливость испарилась, и осталось… все остальное. А как ухаживал, как уха…

Появление виновника моего нервного состояния в шаговой доступности спровоцировало тот самый основной инстинкт. Мгновенно вспомнилось фееричное появление учителя танцев у меня в спальне в чем мать родила. Настолько хорош был, жеребец, что слов не нашлось. Заорала и швырнула в него полотенцем. От чувств. А он взял и этим же полотенцем всю красоту прикрыл. Вот тогда голос и прорезался.

Интересно, он так и будет молча бровями двигать и глазищами изумрудными меня прожигать или наконец родит хоть слово?

— Вы мне танец должны, мад Арлинд. По сути, даже два, — тут же заговорил Виридан.

— С какой радости? — резонно удивилась я.

— Проценты. Вы мне его уже год как должны.

— И вы отвяжетесь? — Надежды особой не было, но вдруг.

— Пока что. Да, — относительно сдержанно ответил Виридан, но руки в кулаки сжал, а потом и вовсе за спину спрятал.

— Найдите себе другую пару, если вам так потанцевать захотелось. Здесь огромный выбор. Половина зала студенток, которые по-прежнему следят за вами раскрыв рот, как голодные птенцы. Или с мад Хольген потанцуйте, ей явно нужно расслабиться. Или с Зильдой, она вся издергалась в неведении, останется ли внезапный инспектор Стоун на инспекцию или он здесь на недоразобранных девиц посмотреть.

— Уже всех разобрали.

— То есть вы ко мне подошли, потому что больше не к кому?

— У вас просто талант придумывать самой себе оскорбления, — заявил мужчина. — Не любите себя?

— Люблю. Я вообще много чего люблю. Особенно люблю, когда мне не докучают всякие…

— Вкусно? — изогнув бровь вопросиком ехидно поинтересовался Малахитовый Сэр.

— Что?

— Вы сейчас себя за язык прикусили. Это чтобы мне гадость не сказать или розвин закусываете? Преподавателям не положено с этого столика пить ровно так же, как и ученицам. Но я вас не выдам. При одном условии. Догадываетесь?

— Преподавательницам точно так же не положено на семестровых балах танцевать.

— Приглашать на танец не положено, а танцевать вполне. Вы еще долго намерены препираться? — потерял терпение Виридан, придвинулся, резко выдернул бокал у меня из рук и так опустил его на столик, что ножка не хрупнула.

— Вер с вами, — впечатлилась я, — что танцуем?

— Мне разницы нет, я умею все.

То, что я сейчас выйду танцевать у всех на виду с этим… этим… невыносимым типом меня явно не красило. Но он вдруг предложил пойти в коридор.

— Там никого нет, а музыку слышно и места достаточно. Нас никто не увидит, вы отдадите долг, — глаза подозрительно блеснули, — и я отвяжусь. Пока. Да?

— Да.

— Вон туда. За кадки, там есть дверь для прислуги.

И распустил руки, подхватывая меня под локоток, как бы для того, чтобы я в эти пару десятков шагов с пути не сбилась.

Розвин был причиной или я слишком желала… избавиться от долга? Может все разом и кое-что в придачу. Да еще места в коридоре было не так много, как мне обещали. А иначе каким образом я оказалась лопатками к стене без шанса улизнуть от объятий?

Попала? Как бы не так!

Впрочем, когда я именно что попала, сюда, в Проходной мир, было почти так же темно, нервно и зеленоглазый учитель танцев там тоже был.
Действующие лица (самые важные)

___________________________________

Доброго времени суток.
Спасибо всем заглянувшим, ваша поддержка - такой же важный атрибут создания новой истории, как и авторское вдохновение. Начинаем новое приключение.

ПыСы. Трое самых активных и интересных комментатора получат подарки от автора.

Как попасть в другой мир? По щелчку.

Именно этот звук я услышала, войдя в рамку контроля в аэропорту перед тем, как отовсюду засияло и посыпалось искрами.

Кричали, выла противопожарная сирена. Я, ослепленная вспышкой, запаниковала, рванулась вперед, на выход, надеясь, что если споткнусь и буду падать, упаду не на пол, а на плечистого охранника, но не упала.

Так мы и стояли. Я и тишина. В темноте. Цветные пятна в глазах не в счет, да и они как-то подозрительно жались на периферию. Меж тем тишина стояла такая, что даже кричать было не просто неловко – страшно.

То ли мои глаза наконец отошли от шока, то ли в помещении, где я непонятным образом оказалась, было не так уж темно, но я разглядела под ногами выложенный камнями странный узор из кругов и дуг, а над головой – арку. Слева, у стены, неопознаваемой грудой высился не то металлический шкаф, не то здоровенный распределительный щиток. Опоры смыкающейся надо мной арки выглядели зловеще и словно курились невидимым дымом.

– Люу-у-уди-и-и, – жалобно заныла я, боясь шевельнуться, – помоги-и-и…

А что если я умерла? Или умираю, а это предсмертный бред?

Но жизнь не успела пронестись у меня перед глазами.

Снова полыхнуло, я взвизгнула, наконец отмерла, бросилась вперед, где прямо передо мной как по волшебству распахнулась дверь, из которой, ослепляя хлынул яркий свет, шум, а я с разгону повисла на шее у… Да плевать, у кого! Главное, он был большой и достаточно плечистый, чтобы на нем повиснуть, а я в достаточной форме, чтобы с наскока эту вершину взять.

Видела я с трудом, а слышать, что говорит кто-то рядом с тем, на ком я, вцепившись всеми конечностями, висела, мешало противноватое “и-и-и”.

И тут до меня дошло, что звук издаю я сама, а руки незнакомца уверенно расположились у меня на заду.

Для путешествий я одеваюсь максимально удобно, почти как на работу. Я фитнес-тренер. Так что на мне были легинсы, короткий топ и толстовка.

Я мгновенно прекратила позорную панику, попеременно разжала ноги, руки и развернулась к источнику взволнованных слов, поскольку тот, кто меня только что держал, молчал, а на ощупь больше походил на боксерскую грушу, на которой я как-то на спор вот так же провисела больше двух часов.

– Вы в порядке? Вы в порядке? – допытывался… кажется сотрудник. На его одежде с трудом, но различались признаки каких-то нашивок.

– Я похожа на того, кто в порядке? – огрызнулась я.

Я делала, как все люди, внезапно переставшие хорошо видеть: максимально таращила глаза и прислушивалась, чтобы хоть как-то ориентироваться. Но видно мне было плохо, а слышно…

Где-то что-то объявляли, куда-то кого-то просили пройти, не толкаться, убрать с ноги чемодан, саму ногу, и на разные лады спрашивали, что за хаос происходит. Я бы тоже хотела знать. Я все еще в аэропорту?

– Вы меня видите? – наконец среагировал на мое поведение сотрудник.

– Большой мужик, маленький мужик, – попеременно указывая пальцами на встречающих ответила я. – И раз уж мы перешли к диалогу, логично поинтересовалась: – Где я? И где мои вещи?

Большой мужик все так же молча обошел меня, двинулся к арке, и нагнулся, чтобы поднять с пола помесь саквояжа и чемодана. И вот что странно, стоило мне отвернуться от света, как четкость зрения резко возросла. Я ясно увидела арку, мозаику на полу, красивые мужские ноги в узких штанах и то, откуда эти ноги растут.

– Это Главный портальный терминал, – отвлек меня от созерцания маленький. – Проходной мир.

– Проходной мир? Вы издеваетесь?

Пятно лица сотрудника сделалось значительно светлее, он совершил глотательное движение и осторожно спросил:

– Можете сказать, куда вы собирались?

– Я! – несколько громче и напряженнее, чем рассчитывала, ответила я, наступая на сотрудника терминала, поняв, что случилась какая-то задница. – Собиралась! В отпуск!

На последнем слове я ткнула ему пальцем в грудь. С пальца сорвалась зеленая искра, сотрудник закатил глаза и рухнул. Я совсем уж было тоже собралась уйти в глубокий обморок от потрясения, но большой мужик выронил саквояж, ловко скрутил мне руки за спиной и позвал других.

– Отпустите! Что вы себе позволяете? – для порядка подергавшись в тисках рук принялась возмущаться я.

– Я? Позволяю? Я устраняю опасность для окружающих, – угрожающе процедил сквозь зубы “большой мужик”, наплодив у меня во вздыбленных волосах орду прохладных щекотных мурашек. – Если вы не в состоянии держать себя в руках, я сам вас подержу. Мне это труда не составит, а вы прекратите калечить сотрудников терминала, которые желают вам помочь.

Я виновато оглянулась на “маленького”. Видела я по прежнему не очень, но поняла, что сотрудника довольно быстро привели в чувство. Все равно странно… Разве статическое электричество обладает такой разрушительной мощью?

Меня провели вдоль стены большого зала, напоминающего футуристический вокзал и по кивку другого сотрудника втолкнули в небольшую, аскетически обставленную комнату: узкий стол, пара стульев, кушетка, стеллаж с глухими дверцами, странный куб на ножках с двумя выступающими полками на противоположных сторонах. Следом шлепнулся на пол знакомый мне саквояж.

– Сядьте вон там, – рука указала на кушетку у стены, – и подождите.

– Здесь? – слегка струхнула я.

В руках плечистого темноволосого типа было не так нервно, как стало теперь, потому что обстановка больше напоминала помещение для индивидуального досмотра, чем комнату ожидания.

– Здесь, – категорично ответил конвоир, развернулся, чтобы уйти, снова дав полюбоваться на привлекательный тыл, но не ушел. В помещение почти тут же ворвался пострадавший от моих рук сотрудник. Узнала по росту, силуэту и прическе. Он открыл было рот, чтобы заговорить, но высокий, на нем, кстати, не было формы с нашивками, развернулся ко мне и будто бросил что-то.

Я рефлекторно зажмурилась. В лицо дохнуло озоном, уши на миг придавило и тут же отпустило. Когда я открыла глаза, меня и мужчин разделяла перегородка похожая на пленку мыльного пузыря, их голоса слышались, как сквозь толщу воды, но все равно слышались.

– Причина сбоя – внутримировой портальный переход, мист Итил. Это я вам точно могу сказать. Исходная точка в Хвосте Драгсита, а эхо-след вывел сюда, в парк недалеко от терминала. Так что настоятельно рекомендую вызвать кого-нибудь более сведущего в аномалиях портальной магии, чем я. Миста Гая, например.

– А разве вы не… Я знаю, что вестников отправили, но поскольку Академия ближе, я как раз и решил, что вы… Но если вы не, то как вы?

– И я здесь почти так же случайно, как эта раздраженная мад. Меня выбросило порталом. А… Вы хорошо себя чувствуете? – резонно озаботился брюнет. – Она довольно сильно вас ударила. Пусть ею займется кто-то другой.

– Перенервничала, и остаточный фон от перемещения, тут не каждый выдержит… А все прочие заняты другими пассажирами. Так поздно вечером минимум сотрудников, так что…

– Вы неоправданно лояльны. Впрочем, дело ваше.

– Подождите, мист Виридан, раз уж вы здесь, не поможете мне поговорить с пассажиркой? Мне кажется, она лукавит и нарочно пытается…

– Раздуть скандал?

– Да!

Они оба посмотрели на меня, и я уверенно сделала вид, что изнываю от скуки и бешусь от слишком долгого ожидания. Последнее давалось легче легкого. Думать о том, что эти двое мололи между собой о разных магиях, я потом стану.

– Что это у нее на щеках? – вдруг спросил… Виридан.

– Где? – удивился Итил.

Я тоже удивилась и потянулась рукой к лицу.

– Она нас слышит, – чуть склонив голову на бок произнес брюнет и странно дернул бровью, вовлекая в движение часть лица, будто потянул за нитку… Шрам.

У него шрам поперек брови? Кажется, способность видеть возвращается. И способность соображать. Этот весьма привлекательный товарищ вовсе не охранник и вообще не сотрудник, но явно какая-то важная шишка. Вон как Итил с ним вежливо. Вежливее, чем со со мной.

– Теперь я просто обязан остаться, – проговорил мужчина, буквально прожигая меня взглядом и взмахнул рукой.

От резкого жеста пелена лопнула, вновь обдав меня запахом озона.

– Идите-ка сюда, с вещами.

Это я с радостью. Долго уговаривать не пришлось. Даже саквояж этот левый прихватила, как попросили, но поскольку девать его было особо некуда, пристроила на одну из полок куба на подпорках.

У них там сканер запрещенных к ввозу предметов и веществ?

– Смотрю, вы опытная путешественница, мад? Часто приходится проходить личный контроль? – прокомментировал мои действия брюнет, но я проигнорировала и его слова, и его попытки заглянуть мне в глаза, Демонстративно отвернулась и выжидающе посмотрела на официальное лицо в форме.

– Танет Итил, оператор первой категории, старший ночной смены Главного терминала, – назвал себя ушибленный мною сотрудник и показал на продолговатую металлическую нашивку на груди. – Пожалуйста, представьтесь.

– Каролина О́рлина, фитнес-тренер. К сожалению мне нечем подтвердить мои слова. Но я с удовольствием сделаю это, как только вы найдете мои вещи.

Мист Итил скрипнул зубами, смял в комок бланк, который только что начал заполнять, ручка у него в руке, щелкнув, сложилась пополам.

– Прекратите меня путать, – угрожающе вежливым голосом произнес сотрудник терминала. – Чем быстрее мы закончим формальности, тем скорее вы сможете уйти… куда-нибудь.

“Подальше от меня, очень, очень, очень далеко” читалось на его напряженном лбу невооруженным глазом. Но мой глаз уже был вооружен. Я снова видела нормально. Лучше бы еще немного не видела. “Большой мужик” оказался красив не только с полуслепу.

По роду деятельности я насмотрелась на красивых людей в разных вариациях. В этом же типе напрямую виделась порода. А эти глаза его невозможного цвета зеленого бутылочного стекла?

От вида густых длинных черных ресниц давила жаба. От взгляда, нет-нет да и бросаемого вскользь на шрам, по спине толклись мурашки. От звуков голоса тоже, но поименованный мистом Вириданом образец мужской привлекательности и красоты подозрительно молчал с момента, как Танет Итил принялся разводить бюрократию.

Сначала сотрудник терминала сунул прибывший вслед за мной саквояж в куб, действительно оказавшийся аналогом сканера. Затем велел сесть за стол, сам устроился напротив, а зеленоглазый облюбовал подоконник и глаз с меня не сводил.

Стол стоял близко к окну. За стеклом было темно, проглядывали какие-то огни и деревья, шум в зале за дверью почти сошел на нет.

Взъерошенный мист Итил достал чистый бланк и ручку.

Надо сказать, не только мои сумбурные сбивчивые ответы мешали процедуре регистрирования, но и заглядывающие в комнату сотрудники, которым от Итила, как от старшего смены, было что-то нужно. Так что Танет держался, кажется, только на служебном упрямстве.

– Цель прибытия, – вслух проговорил он, а закончили фразу мы вместе.

– Рабочий контракт, – сказал Итил.

– Отдых, – сказала я.

– Вы издеваетесь? Вы же мне только вот сказали, что ехали работать!

– Я сказала, у меня отпуск, большой долгожданный отпуск. Я собиралась отдыхать, но почему не совместить, если работа не пыльная? Вот я и согласилась. Каких-то три месяца с тремя занятиями в неделю в интересном месте с полным пансионом, да еще и с недурной оплатой. Что здесь непонятного?

– Рабочий контракт, – упрямо повторил служащий и дальше заполнял молча, неразборчиво бормоча себе под нос и переписывая что-то с ярлычка, который выдал куб после сканирования саквояжа.

Я наткнулась на взгляд Виридана, поежилась, застегнула толстовку до упора, прищемила волосы молнией. Ругнулась, расстегнула до конца, почувствовала, что мне пялятся на грудь. Еще поругалась, мысленно, но громко. Выпутала волосы из зубцов, попыталась вновь застегнуть молнию, оборвала подвес, скрипнула зубами, запахнула толстовку просто так и сложила руки на груди.

Меня знобило, организм выдавал все признаки пониженного давления, включая легкий шум в ушах и ломоту в затылке, что мне было совершенно не свойственно. А тут еще смотрят так, что, хоть под стол лезь. И с каждой минутой взгляд становится все пронзительнее.

Ощущение, будто меня под рентген засунули или в трубу МРТ, не шевельнуться, только дышать, слушать, как вокруг гудит и щелкает, и бороться с подступающей паникой.

Бред. Совершеннейший бред. Так не бывает. Не бывает порталов, портальных терминалов, других миров и сексапильных до одури мужиков с изумрудными глазами.

Он даже одет в зеленое. Не полностью, так, деталями. Они с Итилом здесь смотрятся совершенно органично, а я в своих кроссовках, легинсах и толстовке натуральным пришельцем.

Пришелец и есть. Пришла же. И самым надежным местом чуяла – надо молчать и прикидываться кем-то вроде местной, иначе…

Лучше бы это был бред. Сейчас меня откачают в медпункте аэропорта, и окажется, что самолет улетел без меня, но с моими вещами. Так что можно потренироваться скандалить. Не бывает вокзалов, в которых не теряются вещи. Вот. Сейчас я приду в себя. На раз, два…

Я зажмурилась до звездочек, открыла глаза.

– Все, – сказал служащий. Облегчению на его лице не было предела. – Мы закончили.

– Очень интересно. А мои вещи? Где мои вещи?

– Вот ваши вещи, – Итил некультурно ткнул пальцем в саквояж.

– Это не мое, – угрожающе и уже в… я со счета сбилась, в который раз, сказала я. – Это. Не. Мое.

– Это прибыло с вами, значит ваше.

Знаете, я очень сдержанный человек. Обычно. Но сегодня моя выдержка столько раз подверглась краш-тесту, что…

Я вскочила, оставив зацепившуюся карманом толстовку на спинке стула, рывком распахнула саквояж, вытащила первое, что попалось под руку и как флаг развернула розовые кружевные… панталоны. Огромные.

Понятия не имею, что бы я плела, окажись в саквояже одежда моего размера, но вышло удачно.

– Все еще думаете, что это мои вещи? Считаете, что я могу такое носить?

– Я уже готов вас просить это надеть. Все равно будет выглядеть приличнее, чем то, что на вас сейчас.

– Мне кажется, или вы мне хамите, уважаемый старший смены?

– Мист Итил, – вдруг подал голос Виридан, изображавший статую со встроенным рентгеном, – выйдем.

Едва Виридан скрылся за дверью, мне прямо дышать легче стало. И, что удивительно, тут же перестало знобить и ловить в затылке. Для чего Итилу он тут был нужен настолько, чтобы просить остаться? Давить одним своим присутствием? Сидел, молчал…

Они надолго? Устала ждать. Возможно, это субъективно, и время как раз не тянется и бежит вприпрыжку, но за окном по прежнему было темно, а у меня заканчивались силы на какую-либо деятельность вообще и на продуктивную в частности. Так что я сначала покосилась на кушетку, потом присела на нее, потом подумала и прилегла, накрывшись толстовкой.

Был соблазн поискать в саквояже что-нибудь под голову положить, кроме тех панталон, но… Нет уж, еще найдется владелец, тогда проблем не оберешься.

Я попробовала лежать на обоих боках и решила, что удобнее всего на спине, положила руки под голову, заставила себя расслабиться и только прикрыла глаза, как дверь распахнулась.

– Что вы делаете? – удивился Танет Итил.

– Устраиваюсь поудобнее, – ответила я, приоткрыв глаза.

– Для чего?

– Собираюсь с относительным комфортом подождать, когда мне вернут мои вещи и отправят меня с моими вещами обратно домой. Я уже молчу про то, что я не прибыла, куда собиралась, про потерянный контракт, репутацию, нервы…

– Понимаете, уважаемая мад Арлинд…

– О́рлина, Каролина Орлина, так сложно запомнить?

Я резко села.

Служащий стушевался. Зеленоглазого рядом не было, и мисту Итилу сложнее стало на меня давить. Массы тела не хватало. Но мужчина подсобрал остатки выдержки и терпения, расправил плечи, чтобы казаться внушительнее, и, так и не сумев правильно произнести мою фамилию, продолжил:

– Послушайте, мад Арлинд, в настоящий момент мы не можем отправить вас ни туда, куда вы направлялись, ни обратно, к месту отправной точки, поскольку из-за сбоя в системе терминальной сети база данных за последний час не сохранилась. С вами вообще вышло неудачно, вас отправило в остановленный на калибровку портал пятого сектора. Так что даже по остаточному следу не вычислить…

Я угрожающе стиснула зубы

– Вы хоть немного понимаете, насколько вам повезло, что вас выбросило в цивилизованное место и что вообще выбросило? – зашел с другой стороны служащий.

– Понимаю, – гневно прошипела я, поднимаясь. – Я прекрасно понимаю, что вы кругом виноваты, но при этом отказываетесь компенсировать мне неудобства и… Погодите. Что значит, не вычислить? Я что, тут надолго?

– Очень. Я бы даже сказал, насовсем.

Волосы не только зашевелились, но и начали седеть. Кажется.

– У вас при себе никаких документов, кодировку мира для портального переноса вы не знаете, их никто не знает, это информация не для путешественника. Тест на созвучие, если б его можно было сейчас провести, выдаст порядка десяти-двадцати наиболее подходящих вам миров и еще столько же потенциально подходящих. Нет! Не смейте меня перебивать, мад Арлинд! – прикрикнул до сего времени сдержанный сотрудник. едва я открыла рот.

Понимаю, сама вся дыбом от нервов, опять знобит… Ага.

В проеме вновь и тихо открывшейся двери стоял, прислонившись к косяку, зеленоглазый. Я тут с голым пузом, а он сквозняк развел.

– Вы меня слушаете? – обиделся за невнимание мист Итил.

– Да, – кивнула я, снова глядя на осунувшегося и вполне даже милого мужчину, хотя и не в моем вкусе, а вот стоящий в дверях…

Обойдемся без вот.

– Да, Танет, – повторила я. – Слушаю. Я ведь могу называть вас Танет? Я уже так много знаю о вашей сложной и нервной работе, а вы про меня целую анкету написали…

– Мад Арлинд…

– Извините, – искренне сказала я и потянулась за толстовкой.

Хоть так от пронзительного взгляда спрятаться.

– Вас отвезут в гостиницу, предоставят предметы первой необходимости, вы сможете поесть, отдохнуть, побыть там, пока мы разбираемся с произошедшим. На счет гостиницы на ваше имя поступит компенсация...

– Много?

– Порядочно. Но я бы посоветовал не спускать все на… наряды в ближайшую неделю.

Намек на наряды я поняла, но упрек был несправедлив, мне же сейчас не во что переодеться. Кроме чужих вещей в как бы моем саквояже.

– И что же делать, когда все компенсированные недели закончатся?

– Мы решим это в одну из первых. Вам помогут устроится, найти жилье и работу если решить, как вернуть вас домой совсем никак не выйдет. Мад Арлинд, вы не единственная пострадавшая. Не единственная попавшая не туда или застрявшая на полпути, но…

– Я помню, что вы говорили про законсервированный терминал и пятый сектор. Хорошо. Давайте вашу гостиницу и компенсацию.

– Мист Виридан вызвался вас проводить, но сначала вам нужно будет переодеться.

– А можно без этого?

– Таковы правила. Что бы ни носили в вашем мире, останавливающиеся у нас путешественники не могут покинуть терминал не будучи в относительно приличном виде, чтобы показаться на…

– Я не про переодевания. Я про сопровождающего, – шепотом произнесла я, не для того, чтобы меня не услышал “этот”, помещение было довольно гулкое, мне подумалось, что так мой голос звучит интимнее и доверительнее. – Вы не можете сами меня проводить? Или другой ваш коллега?

Воцарилось многозначительное молчание. Очень выразительное. Так что я оставила толстовку лежать на кушетке, молча подошла к саквояжу, нашла там что-то похожее на платье и принялась вворачиваться в вытащенный парашют.

В целом, я двигалась в верном направлении. В направлении воротника. Но в конце пути где-то не там свернула.

– Эй? – позвала я, окончательно потерявшись. Ощущения были почти, как во время прибытия. Темно, непонятно и страшновато. – Здесь есть кто-нибудь?

– Стойте спокойно, – сказал “этот”, одернул парашют, и моя голова оказалась снаружи.

Стоило шевельнуться, воротник съехал до самой выпуклой точки в верхней части меня. Сейчас нечаянно выдохну и выскользну целиком, будто и не надевала ничего. Мист Виридан скривился, подернул вверх просторные рукава, затем решительно потянул за какие-то невидимые мне шнурки, и сползание прекратилось.

Отошел подальше. Лицо у него было, будто он сейчас разрыдается. От смеха. Но на мое счастье, правило, что мужчины не плачут, кажется, действовало и здесь, куда бы меня не занесло. А этот конкретный мужчина оказался еще и достаточно воспитанным, чтобы не комментировать мой внешний вид.

Старший ночной смены Итил бросил меня наедине с Вириданом даже не попрощавшись. Ну и ладно. Я подхватила свою толстовку и, путаясь в юбке, поплелась следом за нетерпеливо оглядывающимся сопровождающим.

В зале от одного входа-арки к другому тихо и деловито слонялись с планшетками серьезные личности в униформе и другой одежде с претензией на умеренный Версаль. Эту часть пути я преодолела без приключений, а у самого выхода наступила-таки кроссовкой на край юбки.

Хвататься за предложенную и отвергнутую минутой ранее руку было не к лицу, и я, вся гордая и независимая, едва не украсила собой дорожку. Если бы не шнуровка на платье и не поймавший меня с ругательным звуком хозяин отвергнутой руки.

– Жеребец. В смысле, лошадь, – вдохнув, выдала я, увидев поджидающий метрах в трех экипаж.

– Лошадей не видели? – хмыкнул мужчина.

– Откуда бы я тогда знала, что это лошадь?

– Тем более жеребец.

– Тем более же…

На язык просилось другое животное о четырех ногах, с рогами и альтернативным характером. Не успела сказать. Передо мной, как перед Золушкой, распахнули дверцу кареты. А спустя минут десять экзотической для меня езды в замкнутом пространстве с двумя скамейками и наглухо закрытыми окнами вообще не до слов стало.

– У вас странный цвет лица, – чуть обеспокоился сидящий напротив Виридан и на всякий случай отодвинулся подальше.

Я посмотрела на него, сглотнула и сказала:

– Меня тошнит.

– Надеюсь, не от меня.

– Нет, от вас у меня голова болит. Мы скоро приедем?

– Вы всегда бросаетесь на руки незнакомцам? – внезапно спросил мужчина.

– Я испугалась.

– Разве вам не выдали памятку, как себя вести во время непредвиденных ситуаций в портальном зале?

– Да кто их вообще чита… Выдали, – тут же поправилась я, изо всех сил изображая из себя бывалую путешественницу сквозь волшебные черные дыры. – Догадываетесь, где она?

– С вашими вещами? – дернулась рассеченная шрамом бровь.

– Именно.

– Мы приехали.

– Какое счастье, – обрадовалась я, вскочила, экипаж остановился, меня дернуло навстречу Виридану, но я успела сгруппироваться и эффектно плюхнулась на скамью впритирку к нему.

– Поздновато вы решили ко мне пересесть. Мы выходим.

То что он подал мне руку, когда, я, неловко подобрав платье, выбралась из кареты, не означало ровным счетом ничего. Так здесь было принято.

Мужчина тоже явно устал. На щеках и подбородке четко обозначилась щетина. Изумруды померкли. Теперь глаза были совершенно обычными глазами совершенно обычного человека, только красивого. То, что он птица высокого полета, я еще в терминале поняла. Какой ему резон со мной возиться? Так впечатлился моими формами и бунтом с панталонами наперевес? Три раза “ха”. Что-то тут не то.

Но недосып, нервы, адреналин, карета с жеребцом настроили на романтический лад, тем более что небо начало светлеть.

Обалдеть, я встречаю рассвет в новом мире, куда попала через неисправный портал. Как-то мне уже не хочется, чтобы это оказалось бредом ушибленной головы, несмотря на туманные перспективы и подозрительного сопровождающего.

Не успела я расслабиться, как снова получила впечатлений до вздыбленных волос.

Что-то огромное, как падающий самолет, пронеслось над головой, подняв пыль и мелкий сор с мощеной камнем площадки потоком воздуха.

У меня уже был опыт искать спасения в тени широких плеч Виридана, за них и спряталась дрожащей мышью, позорно вцепившись в его руку своими двумя. Не мешало бы платье, уже висела бы на шее, как в терминале.

– Это что было? Это что? Это др…

– Дракон? – скосил глаза мужчина. – Да.

Он не спешил осовобождаться от моих слишком тесных объятий, но как-то так шевельнул локтем, что сразу стало понятно – хорошенького понемножку.

– У вас, в вашем мире, они тоже есть?

– Еще не хватало, – ответила я.

– Но вы о них знаете.

– У нас не такая уж и дыра, – обиделась я, а в голову пришла неожиданная мысль, что сказкам нужно откуда-то браться. Может когда-то и были вот такие же летающие… ящеры.

Я потаращилась на тающий в рассветном небе силуэт. Не единственный между прочим. И отпустила нервный локоть.

– Ящеры? – переспросил Виридан со странной интонацией.

Кажется, я уже от переутомления вслух говорю то, что не собиралась.

– Если хотите жить долго и относительно счастливо, – добавил зеленоглазый, – никогда не называйте дракона ящером. Обижаются. С последствиями. И привыкайте. Их тут много. Относительно других местных жителей.

– Как же они по улице?..

– Обычно, как и вы, ногами. Или в экипаже. Или порталом. Находиться в городе во втором облике можно только в предназначенных для этого местах.

– А если мне приспичит кого-нибудь обозвать? Как понять, что это дракон?

– Поверьте, – ухмыльнулся Виридан, – вы не спутаете.

– А вы случайно не? – тут же заподозрила я его и изобразила размах крыльев широкими рукавами платья.

– Нет.

– Тогда кто же вы такой, мист Виридан?

– Скромный учитель танцев и придворного этикета в Академии для девушек вроде вас.

Скромный, угу…

– Вроде меня? – переспросила я.

– Они тоже прибывают сюда порталом. Не по своей воле и порталом естественного происхождения. И это пока единственное, что отличает вас от них.

Глаза снова сделались ярче. Я стояла достаточно близко, чтобы рассмотреть. К тому же уверенно рассветало.

– А если бы отличия не было? – насторожилась я.

– С очень большой вероятностью, я учил бы вас танцам и придворному этикету, Коралин. Доброй но… Доброго утра. О вашем прибытии известили. Так что просто войдите и назовитесь.

*Эмерайд*

Если бы в сообществе известных миров существовал список самых опасных существ, эльфы бы его возглавляли. Или даже один конкретный эльф – Силмэ Алданэль. Попаданец, что для Драгсита дело не удивительное, менталист и эмпат, что более редко, но знакомо, практически абсолютный универсал в магии, редко, однако встречается. А вот его стремление и способность к каверзам и шуточкам – вещь совершенно уникальная. Учитывая, что при создании проказ Алданэль никогда не гнушался пользоваться всеми своими прочими многочисленными талантами, последствия часто аукались еще долго, даже после устранения основной причины и выдворения исполнителя.

Сумбурное, но действенное проклятие по сотворению дыр в охранном периметре уничтожить полностью было невозможно. Едва находили и заделывали один лаз за пределы Академии, спустя время появлялся другой и каким-то образом о нем становилось известно студенткам.

Ликвидация одного из черных ходов однажды обошлась Виридану ночью в домике целителей. Старший, мист Фирис, сам занимался напастью с профессионально серьезным и внимательным лицом, а Виридан надеялся, что дальше палаты сия подробность не уйдет. Лежа пострадавшим местом к целителю, пожаловался на поганца эльфа и его заклинание. Жаловался долго, с подробным описанием характера действия “лаза”.

– То что вы мне тут описали, Эмерайд, очень похоже на хроническую болезнь, которая если уже завелась, то навсегда.

– И как с этим бороться?

– Профилактика и купирование симптомов на ранней стадии, если с профилактикой не удалось.

Вот Виридан и купировал, когда обнаруживал, что в ограде новый выход в город, не оборудованный привратником и заклинанием контроля, позволяющим находить вышедших за пределы Академии студенток, если те не вернулись вовремя.

“Дыра” оказалась с секретом. У Эмерайда даже зачесалось в пострадавшем когда-то месте, которое, по бытующему в народе мнению, имеет магическое свойство чуять подвох. Виридан не стал бодаться с непонятным элементом в структуре, отвечающим за “красивое”.. Решил показать красоту заместительнице ректора по воспитательной работе мад Эрхт, мастеру-иллюзору, специалистке по маскирующим и визуальным заклятиям, и мад Беррике Росу, которая ведет в Академии курс магического и не только макияжа и уж точно понимает в красоте куда больше учителя танцев.

Он запечатал лаз, чтобы через него больше никто не улизнул, пошел обратно в Академию. Нужно было заглянуть в административное крыло, взять в кабинете мад Зильды, другой зам ректора, следящий артефакт и проверить, кто их студенток отсутствует у себя в домике.

Но Эмерайд до администрации не дошел. Почуял неладное рядом с лестницей преподавательской башни.

И едва не бегом бросился вниз, к первому порталу, Хранителем которого являлся. Временно, но уже довольно долго.

Это был спрятанный от глаз непосвященных большой круглый зал, больше похожий на облагороженную пещеру, которой, собственно и являлся изначально. Именно здесь началась история Проходного мира. Сюда пришли из погибающего родного мира драконы и создали уникальный новый, перекресток портальных дорог.

Розетки самоцветов густо росли на потолке, высоком и округлом, как переверутая чаша. Прямо под друзами камней располагалась еще одна чаша – идеально круглое озеро с бирюзовой водой. Обычно вода слабо посвечивала, намекая на свое магическое происхождение, и позволяла рассмотреть на дне камушки и ракушки. Последние были размещены прихотливым образом совсем не естественным путем. Не бывает в природе узоров, сложенных в гармоничную систему геометрических фигур.

Озеро было полно до краев. Вода волновалась. Из центра расходились мелкие, но частые рубчики кругов, будто со свода в одно и то же место, падали невидимые увесистые капли. По поверхности туманными струйками стелилось золотое свечение. Струйки завивались спиральками и дугами, скрадывались в треугольники и кольца, повторяя рисунок на дне чаши, поднимались вверх и таяли.

Эмерайд насторожился. Спящий портал был слишком активен для спящего. Пульсация в бассейне усилилась, золотой туман завис в паре метров над водой, делаясь плотнее.

Такое случалось. В последнее время все чаще. Виридан догадывался о причинах. Он присел, собираясь как обычно пропеть “колыбельную” успокаивая сердце мира, и вдруг заметил, что почти на самом дне в центре фигуры что-то есть. Блокнот? Миниатюрная книжка?

Находка покачивалась, шевеля размокшими страницами, на одной из которых смутно угадывался портрет.

Эмерайд поманил книжку к себе, потянулся, чтобы схватить, потому что при движении наверх, напитавшаяся водой бумага принялась расползаться, а интересующий портрет отделился от страницы.

Портал полыхнул в тот же момент, как пальцы прижали едва не улизнувшее рыбкой изображение темноволосой молодой женщины со скептически поджатыми губами и чуть вздернутой правой бровью.

Не удержав равновесия Эмерайд такой же рыбкой, только куда крупнее, нырнул в озеро-портал, успев подумать о возвышенном в совершенно некуртуазных выражениях.

*Эмерайд*

Виридану давно не случалось полежать в кустах, а лежать там в мокрой одежде вообще ни разу. И он бы куда быстрее привел себя в порядок, не услышь совсем рядом романтичную возню.

– Теперь можете звать меня Аркейн, – с непередаваемым самодовольством произнес мужской голос. – Предположу, что вы понятия не имеете, кто я, иначе сейчас уже вскочили бы с меня с извинениями, либо наоборот, были бы поактивнее.

Самодовольство разбавилось чуть язвительным урчащим воркованием, а Виридан повторил про себя все, что сказал, падая в озеро, и добавил сверху.

Дракон, растопыривший гребни перед потенциальной избранной, явление не удивительное, удивительно было слышать и почти что видеть в этой роли королевского инспектора учебных заведений Аркейна Стоуна.

Инспектора Виридан знал давно, но общаться желанием не горел. Зато можно теперь обрадовать Дам в Академии, а то они уже измаялись придумывать, который из уполномоченных королем драгов явится на проверку.

Вторым участником, вернее, участницей, была как раз студентка Академии и его, Виридана, подопечная, Эрмира Марциус. Вопрос о том, кто воспользовался лазом и, с большой вероятностью, устроил портальный переполох, тут же потерял актуальность.

Эмерайд был опекуном скорее номинальным, чем фактическим, девочка особых проблем никогда не создавала. Единственный преподаватель Академии, который от нее на стенку лез – Лазурный Сэр, мист Милтон Гай, ведущий курсы пространственной магии.

Студент-портальщик с практически полной неспособностью к точным вычислениям – это… быть готовым оказаться среди ночи в кустах в мокрой одежде. Мади Марциус вполне могла устроить себе внеплановое путешествие, но захватить с собой Стоуна?

– Надеюсь, вы осознаете, мади, что своими опрометчивыми действиями в “Трех кубках”, я о портале, навлекли на своих родителей или опекунов неприятности и немаленький штраф, – назидательно выговаривал девушке Аркейн, стоя перед ней в позиции ноги на ширине плеч руки в карманах.

Здесь занудный дракон-инспектор был кругом прав. И штраф, и неприятности. Последние уже начались. Несмотря на это Эмерайд поймал себя на ощущении, что ему интересно, только мокро и холодно.

Прятаться особого смысла не было, Стоун как токующий глухарь, сейчас и виверну у себя на загривке бы не заметил, но Эмерайд все же дождался, пока эти двое ушли к смутно виднеющемуся неподалеку зданию Главного терминала.

Только тогда Виридан встал, почистил и высушил одежду. Прямо на себе – то еще удовольствие. И снова ругнулся. Причина падения в озеро-портал, портрет-миниатюра, который он положил в нагрудный карман, чтобы не потерять, после сушки и чистки превратился в неопознаваемый сморщенный комочек.

Потоптавшись там, куда выпали Стоун и Марциус, Виридан прикинул примерное расположение исходной точки магических возмущений. Собственные возмущения подопечной решил не высказывать, ей и так нотаций отсыплют, морально подготовился расстаться с приличной суммой неустойки за выходку и направился в ту же сторону, что и невольные путешественники – к площадке перед терминалом, чтобы найти, чем добраться до Академии.

Там было пусто. А потом разом подкатило несколько омнибусов, в распахнутую дверь высыпала галдящая возмущенная толпа, и Эмерайду стало совсем интересно. Кажется, портальный переполох имел куда более значительный размах.

Едва Виридан вошел в зал терминала, навстречу выскочил Итил и с признаками паники на лице, едва не хватая за руки, попросил пойти с ним, сбивчиво объясняя про сбой сети и остановленный на калибровку и техобслуживание портал, в который в принципе никто попасть не мог, но попал.

Экзотично одетая гостья скандалила. Приступ первой паники, заставивший ее искать спасения, бросившись на шею первому встречному, прошел, и характер не замедлил себя проявить.

Но не попроси Итил остаться, Эмерайд все равно остался бы.

Во-первых, некое сходство с миниатюрой, рассмотреть которую так и не удалось. По крайней мере темные волосы и язвительно вздергивающаяся бровь у привлекательной мад Арлинд присутствовали. Это явно был знак.

Во-вторых, хитрый ментальный блок, из-за которого казалось, что в голове у молодой женщины абсолютная пустота. Мад Арлинд не производила впечатления пустышки, глаза выдавали. А абсолютной пустоты в мыслях даже у пустышек не бывает.

Было еще и в-третьих, которое задевало лишь мужское самолюбие. Постоянное пребывание в Академии приучили к вниманию. Но восторженные молоденькие студентки с восхищением в глазах, это вам не взрослая мад. Его оценили, признали годным и… все. Больше никаких движений, если не считать явное нежелание вообще в его сторону смотреть. Но тут он сам виноват: немного грубо ликвидировал очаг спонтанного магического выброса (понял и даже простил, хоть Итил слегка пострадал), насильно в голову полез.

Давить еще сильнее Виридан опасался. Темноволосой язве явно делалось дурно от его попыток пробраться под блок.

Любопытство и “в-третьих” довели до того, что Эмерайд предложил Итилу лично проводить мад Арлинд в гостиницу.

– Она врет? – допытывался сотрудник терминала, когда они вышли поговорить..

– Визуально – нет, – ответил Эмерайд, – может, в мелочах.

– Визуально?

– Выражение лица, мимика, жесты, позы. Допустимая, согласно ситуации, ментальная мера воздействия не дала никаких результатов. Чтобы сковыривать имеющийся у нее блок мне нужны более веские причины и разрешение. А с чего вы взяли, что она врет?

– Компенсация при сбое портала. Сумма достаточно приличная, чтобы попытаться отхватить по максимуму. Да и ведет она себя как-то…

– Вы просто мало общались с женщинами из миров, где эти самые женщины сами за себя отвечают наравне с мужчинами.

– Она прыгнула вам на руки, едва мы вошли, – напомнил Итил.

– Минута слабости. Она все же женщина, а не боевой маг, хотя приложила вас основательно.

Всю дорогу до гостиницы Виридан пристально наблюдал. Были у него кое-какие подозрения на счет характера перемещения настойчивой мад, но слишком уж зыбкие. Нужно было подумать, но не думалось.

Мад Арлинд, Коралин, даже в этом жутком платье на три размера больше, умудрялась выглядеть достойно и независимо. Забавно, что прежде Эмерайду приходилось только раздевать женщин, а не помогать им одеваться.

Недосып, нервы, адреналин, и любопытная во всех отношениях соседка по карете настроили на романтический лад, тем более что Виридан прекрасно помнил, как именно мад Арлинд выглядит без платья. Облегающая одежда оставляла мало места для фантазий, а еще он достаточно живо помнил за какие части стройных ног поддерживал, когда мад бросилась искать спасения.

Рассветало. Эмерайду вдруг подумалось, что встречать рассвет в такой интересной компании ему еще не случалось. Еще подумалось, что он был бы совсем не против…

Какой-то молодой идиот пронесся над самыми макушками зданий. Мад Арлинд шарахнулась. Инстинктивно, в поисках укрытия, прижалась ближе. И вот тут он ее услышал. Даже дернулся от неожиданности и переспросил:

– Ящеры?

Так глупо выдать свою способность подглядывать в голову… Поэтому Эмерайд поступил как… как дракон: предупредил, пригрозил, разбавил вежливостью.

“Так кто же вы такой, мист Виридан?” – звучал в голове голос, пока Эмерайд, воспользовавшись услугами того же возницы, ехал к Академии.

Кто такой… Да Вер его знает. Дракон без дракона не дракон, случайно выжившая аномалия. Потерять способность к обороту, но сохранить возможность пользоваться магией все равно что ослепнуть на один глаз. Однако Эмерайд считал, что один глаз лучше, чем ничего.

Рано утром на территории Академии можно встретить обслуживающий персонал вроде садовников, уборщиков, спешащих к месту службы работников кухни и… мад Хольген.

Синяя Дама караулила у главного входа в Академию и похоже, что именно его.

– Эмегайд, – просияла она. – Кажется, вы единственный ответственный сгеди этого сбогища лентяев с дыгявой памятью. Как все пгошло? Она пгибыла благополучно? Я слышала, в тегминале был какой-то сбой.

– Что? – переспросил Эмерайд потому что как обычно пропустил часть сказанного мимо ушей. Сознательно. Маги порядка совершенно… уникальны в общении, и Виридан начинал прислушиваться где-то на третьей-пятой фразе, благополучно минуя нравоучительные высказывания и упреки. Но иногда случались накладки.

– Вы ведь из Главного тегминала возвгащаетесь? – насторожилась Синяя Дама.

– Да, – удивился Эмерайд.

– Где же она?

– Кто?

– Наша пгеподаватель здоговья и физического газвития, – губы мад Хольген поджались, свободно лежащий в руках веер издал жалобный хрусь, а Эмерайд почувствовал себя идиотом и безответственным лентяем с дырявой памятью.

Гостиница выглядела как гостиница с претензией на дворец: ступеньки, колонны, дворецкий. Холл в позолоте, ковровые дорожки, люстры, полировка, тренированные улыбки.

Комфорт, обстановка номера и обслуживание были на уровне.

Едва я открыла глаза, а случилось это в районе полудня, мне доставили в номер обед и комплект одежды. Ошалело наблюдая, как служанки в одинаковых платьях сервируют столик, развешивают в шкафу отглаженное платье и кучу всяких прибамбасов к нему, я восстанавливала в голове прошедшую ночь и с трудом верила в реальность происходящего.

С трудом отклеившись от подушек, в которые упала лицом после условного омовения в одну пятую глаза, я, следуя недвусмысленным намекам одной из горничных, последовала в ванную, где эту самую ванную и обнаружила. Полную ароматной воды, пены и лепестков.

Фу эти лепестки, выныриваешь, а они по тебе аппликацией.

Затем мне помогли… облачиться. Одеванием этот процесс сложно назвать. В одиночку я бы не справилась.

Вкусила местных хлебов, подобрела и милостиво приняла чиновника, притащившего мне временное удостоверение личности и распоряжение, с помощью которого я могу пользоваться компенсацией за “недолет”.

Тут же потребовала всю сумму наличными.

Чиновник слегка ошеломился, робко спросил: “Зачем?”, на что получил исчерпывающий ответ: “На булавки”. Когда требуемое исполнили, я поняла, что погорячилась, но поздно было идти на попятный. Решила, лучше за покупками.

Нужно же куда-то деть хоть небольшую часть этой прорвы?

Я была не сведуща в местных котировках и ценах, но отступные проштрафившейся транспортной компании выглядели настолько внушительно, что вместо кошелька впору было вытряхивать вещи из трофейного саквояжа, которой доставили в гостиницу вместе со мной.

Плюс – поняла, что такое денежный мешок, минус – вряд ли я сдвину его с места.

Но у меня была проблема куда более существенная, чем невозможность поднять “кошелек”. Если я чудесным образом понимала, что вокруг меня говорят и прекрасно изъяснялась сама, то с чтением и письмом дело обстояло совсем иначе. Документ, который мне дали подписать выглядел как свиток с арабскими письменами. Вот будет номер, если я случайно в рабство продалась.

Краткий опрос среди населения (горничные, коридорный) показал, что брюки дамы здесь носят только в исключительных случаях, шьют подобное на заказ, а готовое можно купить только в магазине мужской одежды (срамота и бесстыдство!) или у ЭТИХ.

– У каких ЭТИХ? – с подозрением уточнила я, и как человек просвещенного века вообразила себе варианты от специалисток самой древней профессии до лиц с нетрадиционными предпочтениями.

– У эльфов, – сделав глазами восклицательный знак и совершив рукой круговое движение, будто ручку мельницы повернула. – Бессовестно.

– Что бессовестно? – уточнила я, потихоньку примиряясь к эльфам, но раз тут драконы есть…

– Бессовестно красиво и бессовестно дорого, – вздохнула горничная и завистливо покосилась на мой саквояж.

Надеюсь у них тут с воровством не как у нас.

– Как найти?

– В путеводителе есть. Модный дом “Бессовестно”.

Когда я осталась одна, уже вечерело. Сочла, что это лучшее время для прогулок и транжирства. Напихала полные карманы монет, прихватила со стойки регистрации в холле брошюру-путеводитель и как аэростат выплыла наружу.

С аэростатом меня роднила ширина платья, груз в карманах, которые удачно прятались в складках юбки, и мое осторожное передвижение. Платье было рассчитано на обувь повыше, ту что мне вместе с ним принесли, но я осталась верна кроссовкам, поскольку променад планировался пеший.

Брошюра была лаконичной и большую часть места на ней занимали не “арабские” буквы, а картинки, стрелочки. По ним оказалось легко ориентироваться. Как и по вывесками с витринами. Или приставать к прохожим. Все равно меня за местную никто не принимал.

Все потому, что я несколько раз шарахнулась прятаться от пролетавшего дракона, а местные вообще на них внимания не обращали. Я же кроме того, что норовила забиться под ближайший козырек, потом оттуда, едва не раскрыв рот, смотрела в небо, как малолетка на вертолет. Зрелище совершенно умопомрачительное. До озноба. Не так волнительно, как когда Виридан меня взглядом прожигал во время допроса в терминала, но все же, все же…

– Твою мать, – вырвалось у меня вместе с хрустом угодившей под кросовок ткани. Я пошатнулась и боднула головой кого-то высокого.

– Моя мать? – удивленно спросил пострадавший очень музыкальным и довольно высоким, но мужским голосом. – Я вообще-то сирота.

– Эльф! – воскликнула я, разглядев, на кого чуть не свалилась. Причем классический такой эльф, волосы золотые, глаза как трава весной, мордашка смазливая до оскомины, но при этом возвышенно благородная.

– Дракон! – так же восторженно отозвался эльф.

– Где? – дернулась я.

– А вот, – просиял нахал и панибратски ткнул в меня пальцем.

– Я дракон? – я убрала палец нахала утыкающийся в мое мягкое.

– Ну не я же. Я эльф. У меня вот. Вторичные признаки, – наклонился и голову развернул так, чтобы ухо можно было получше рассмотреть.

Глаза из-под длиннющих темных ресниц так и блещут. Мордаха лукавая. А ухо… Ну ухо. Длинноватое, остренькое. Как у ослика. Народ со своей внешностью чего только не творит. Я даже приуныла. Встретила натурального эльфа, а восторга на три копейки и тот прошел.

– Ну?

– Что “ну”?

– Трогать будешь? – продолжал фамильярничать нахал. – У меня уже шея болит.

– Вы адресом не ошиблись, молодой человек? Где на мне написано, что я каждого встречного по первому желанию за просто так трогаю?

– А за деньги? – просиял эльф, наткнулся на мой взгляд, выпрямился и серьезно произнес: – Простите, драгни.

– Откуда такие выводы? Тоже по, – я невольно скосила глаза на грудь, нахал сделал то же самое, – вторичным признакам?

– По первичным, – парень постучал пальцем по виску. – вас не слышно. Позвольте представиться, Силмэ Алданэль, мыслечтец, эмпат, в настоящее время студент Университета прикладной магии, изучаю порталы… Оу! Вы из другого мира, – догадался парень, уставившись вниз, где из-под длинной юбки кокетливо торчала совсем не туфля. – Как называется такая обувь?

– Кроссовки. Где можно найти приличные штаны?

– Одни на расстоянии вытянутой руки, но вряд ли это будет прилично.

– Бессовестно…

– И так тоже, – перебил болтун.

– Я ищу модный дом “Бессовестно”, – продолжила я.

За следующие пару часов я не только нашла этот бессовестный дом, и бессовестно прибарахлилась, но и обзавелась кучей полезной и еще большей кучей бесполезной информации. А также информацией удручающей в разной степени.

Оказалось нет волшебного средства, чтобы понимать письменную речь и, если я планирую задержаться, придется учить буквы проверенным способом. Встроенный в межмировой переход механизм понимания речи это одно, а чтение и письмо – совсем другое.

Первый урок был проведен в открытом кафе. После того, как мои карманы стали значительно легче. В качестве букваря использовалось меню и моя брошюра-путеводитель. Я уверенно отличала гласные от согласных и цифры от букв, может и по слогам читать бы начала, если бы на меня так не таращились.

Дело было в брюках, а не в моей неземной красоте, упакованной в бессовестно дорого и красиво, однако чуялся какой-то подвох. Эльф вел себя подозрительно.

Внешне все было прилично, учитывая обстоятельства, но у меня создалось впечатление, что он не только со мной болтает, но и к окружающим прислушивается. Причем как-то очень знакомо.

– Умение шастать по чужим головам настолько распространенное явление?

– Совсем нет. Я бы даже сказал, довольно редкое. Но нечитаемые не драконы встречаются еще реже. Разве что вы уже чья-то.

– Своя собственная, слава… Э-э-э… Здесь кого упоминают в качестве высшей силы?

– Вера и его жернова. Можете на досуге полюбопытствовать. Храм отсюда недалеко, а зрелище весьма показательное. Только жертвенных цветочков прихватите. Впрочем, если явитесь без них, вас на входе все равно настоятельно отоварят.

– Я настолько плохо выгляжу, что мне пора в храм с цветочками?

– Выглядите вы прекрасно и почти так же сногсшибательно, как я. А еще вы мне напоминаете кое-кого. Просто удивительно, до чего похоже.

Эльф подпер головушку рукой и окинул меня взглядом. Не влюбленным и не мечтательным, а каким-то предвкушающим что ли? Разобрать мешала картинка. Все же этот паразит (зуб даю, что паразит!) внешне был изумительно хорош.

Я не стала уточнять подробности сходства, спросила о принадлежности кому-то и как это соотносится с непроницаемостью мыслей, а мне прочли краткую лекцию о драконах. Испытала легкий шок и решила, что правильно, что их не слышно.

Зачем в такую голову лезть? Не представляю, что может твориться в мыслях у существа, которое одновременно сексапильный мужик и гигантский летающий, пышущий огнём монстр.

Кстати. На обратном пути к гостинице я с удовольствием поиграла в игру “он – не он” и теперь так же уверенно отличала мачо обыкновенное от дракона, как цифры от букв. Причем цифра была всегда одна – один.

Представила своего ночного знакомца миста Виридана и тут же зашла в тупик. Это как смотреть на нашу “з” и гадать, это буква или цифра три. Почему “з”? Потому что зараза. По любому поводу вспоминается.

Мои покупки отправились в гостиницу прямо из модного дома, потому гуляла я налегке. Обувь только пришлось сменить, чтобы еще больше не шокировать окружающих, хотя решающим было упоминание о штрафе за нахождение в общественном месте в непристойном виде.

Несмотря на несомненное очарование и непосредственность, Силмэ меня порядочно утомил. От обилия новых сведений пухла голова, знакомо ломило в затылке, и я еще сильнее заподозревала Виридана в злостном коварстве.

Какой шанс попасть в новый мир и тут же встретить двух менталистов, которые здесь редкость? Либо теория невероятности на мне споткнулась, либо кто-то глобально врет.

Последние триста метров я, слава местному Веру, проделала в одиночестве, а войдя в холл была обрадована администратором, что покупки доставлены в номер, а меня ожидает гость. Ожидает давно и уже слегка нервно.

Честно признаться, сначала у меня сердце дрогнуло. Мысленно нарисовался темноволосый спаситель с зелеными глазами и убойной харизмой, но это был не он. Она.

И харизмы в даме было хоть отбавляй, особенно когда она заговорила. Этакая заслуженная гувернантка французских кровей с железным характером, несгибаемой волей и вся в синем.

– Вы не О́глин Когн, – сурово поджав губы сказала она после сдержанного приветствия.

– Похоже, но нет.

– Не похоже, – возразила дама.

Неприязненный взгляд прошелся по моей фигуре, очень выразительно. Настолько, что я кожей почуяла, насколько может быть неуместным брючный костюм на женщине, если она не сидит верхом. Или чем они еще тут в штанах занимаются? Боевой магией? Гостья укладывала бы противников на лопатки одним движением брови. А веер в руках вообще смотрелся как оружие массового поражения.

Это была небольшая гостиная рядом с холлом, предназначенная, наверное, как раз для таких встреч, когда к постояльцу пришел гость, о котором не предупреждалось и его не могли провести прямо в номер. Когда я вошла, дама встала, а теперь снова села. Прямая и очень строгая. Шлепнула себя по ладони сложенным веером.

Перламутровые накладки сделали щелк, в комнате появился слуга. Она этак посмотрела на него, парень быстро убрал со стола пустую чашку, а спустя минут десять вернулся с двумя полными и тарелкой разнокалиберных бутербродиков на один укус.

Я тоже села. Мне было так любопытно, что я забыла про гудящие ноги и даже не обиделась на недовольство, что я – это я, а не некая, учитывая поправки в произношении, О́рлин Корн. Созвучие в имени только подстегивало интерес.

– Мад Хольген, – представилась она, – маг порядка, Синяя Дама Академии истинных дев.

Я с пару мигов подумала и представилась так, как меня здесь окрестили:

– Коралин Арлинд, тренер-инструктор…

– Я была в Главном тегминале и читала вашу анкету. Именно поэтому я здесь. Это либо непгедставимая безалабегность и путаница, либо невегоятное везение. Мы ждали пгеподавателя физического газвития и здоговья, а вы отпгавлялись в габочую поездку.

Я снова пару мигов подумала и кивнула. Решила, что это и есть возможность устроиться, о которой мне говорил в терминале Итил. В везение мне верилось слабо, я скорее поверю в безалаберность. Именно это я и ответила Синей Даме.

Ее взгляд потеплел, а градус официальности встречи понизился настолько, что мад Хольген попробовала бутербродик. Я ограничилась чаем.

Я чувствовала себя как на собеседовании в элитный клуб, куда попала капельку приврав в резюме и теперь слегка опасалась не того, что меня не возьмут. а того, что возьмут.

Алданель очень доходчиво объяснил, что здесь случается с незапланированными попаданками. По моим ощущением сказано было на верхушку айсберга. Но деньги рано или поздно закончатся, вернуть меня обратно не просто проблематично, а практически невозможно, значит остается принять правила игры.

– Ваша одежда, – начала мад Хольген.

– Я привыкла одеваться удобно. Так как требует характер моей работы.

– Я поняла. Я о том, что цвет вы выбгали весьма удачно. Поздгавляю с назначением, Дама Изумгуд.

Я была в зеленом. Вовсе не прекрасные глаза Силмэ Алданеля и не тьфу-тьфу миста Виридана, повлияли на выбор, а небольшой лингвистический казус. В доме эльфийской моды нас встретил орк. Зеленый и с чуточку выпирающими на губу клыками.

Закаленная ночью в терминале с его порталами, живыми драконами, эльфийскими ушами и редкими, но все же просмотрами различного рода экшн-фильмов о нереальностях, я даже не вздрогнула.

На вопрос чего изволи мад, я ответила. что мне нужен красивый брючный костюм, после чего была отведена к стойке с несколькими зелеными ансамблями. Модный консультант необычайно с ними гармонировал.

Мы быстро договорились. И как-то так случилось, что почти все, купленное мною так или иначе оказалось зеленым. И лишь потом, от Силмэ я узнала, что в речи орков понятия зеленый и красивый абсолютно идентичны и обозначены одним словом. Словом, даже завопи я как глухая деревня: “Он зеленый!”, это было бы воспринято как восторженный комплимент.

Но совпадение действительно уникальное. Что происходит? А главное, чему именно мне придется учить и кого, и как мне работать, если я даже читать не умею.

– Дисциплина экспегиментальная, но мы уже все загегистгировали, занятия должны начаться вот-вот, пгеподаватель, котогого сегодня утгом должны были встгетить и пговодить в Академию, куда-то делся, а у нас на носу коголевская инспекция, – быстренько вводила меня в курс дела Синяя Дама. – Планы составлены, но вы конечно же сможете внести коггектиговки. Понимаю, пегвое вгемя вам будет сложно из-за тгудностей с адаптацией к письменной гечи, но и это пгедусмотрено. Все необходимые матегиалы надиктованы на звуковое зегкало. Всего тги занятия в неделю с каждым из тгех классов пегвого кугса. Коллектив пгеимущественно женский и относительно лояльный. Пгоживание, питание, достойное жалование. Это почти что отпуск.

– Почти?

– Коголевская инспекция. Пгойдет – будет не почти, – хитро блеснула глазами мад Хольген. – Утгом за вами пгишлют экипаж. И… полностью увегена, никому здесь и в голову не пгишло сказать… Добго пожаловать в Дгагсит, мад Аглинд.

Утро. И мне не приснилось. Я по-прежнему в этом странном мире, и меня, как я поняла, приняли на работу в одно из самых престижных и закрытых мест Драгсита – питомник драконьих невест. Не понимаю пока только, считать ли это удачей. Уж не та ли это Академия, о которой упоминал провожавший меня в гостиницу Виридан?

В любом случае стоит остеречься и молчать, как именно я вообще здесь оказалась. Не то меня быстро перепишут из преподавателей в ученицы. Об этом намекал зеленоглазый, о похожем подходе к случайно попавшим упоминал вчера Алданэль.

Открытый экипаж катил по центральной улице столицы, прибывшая вместе с экипажем дамочка с непроизносимым именем Огаста Эрхт отрабатывала программу гида. Я послушно поворачивала голову направо и налево, любуясь архитектурой и местными достопримечательностями.

У меня на коленях лежала брошюрка-путеводитель, на развороте которой был изображен Драгсит с высоты птичьего… драконьего полета. И похожа столица была как раз на геральдичесного дракона с полуразвернутыми крыльями.

Голова – квартал приближенных к королю семей и сам королевский дворец. Экипаж двигался как раз в ту сторону, так что если не вблизи, то довольно близко получится посмотреть.

Хребет – проспекты, скверы, торговые павильоны, театры, манежи, богатые ресторации и кафе и прочие общественные места. По самому главному проспекту мы как раз катили, миновав внушительный перекресток.

От центрального проспекта в стороны разбегались два проспекта поменьше, ведущие к левому и правому Крыльям – месту обитания умеренно богатых и средних слоев общества. Я хорошо рассмотрела находящееся у основания Крыльев внушающее трепет здание Королевского Суда и довольно сносно Университет прикладной магии.

Между Крыльями и Хребтом имелись две довольно обширные зеленые зоны. В одной, пояснила мад Эрхт, устраивают пикники и прогулки, в другой размещен Главный портальный терминал Драгсита. Его не было видно за деревьями, когда мы проезжали мимо, но я видела поворот и поежилась. Полную событий ночь прибытия была еще слишком жива в памяти.

Всевозможные мастерские и мануфактуры располагались в Хвосте, который остался далеко позади. По словам мад Эрхт, там живут все прочие подданные драконьей династии, именем которой и назван город, и полно злачных и не очень заведений для отдыха. Как-то сразу захотелось посетить. Интересное, должно быть, место.

Академия находилась за городом, над Головой, где почти смыкаются шипы согнутых Крыльев. На схеме это кружок, чуть больший по размеру, чем территория Королевского дворца, а на деле – заблудиться можно.

Сам дворец, даже вот так, мельком и в отдалении, меня потряс. Величественно и очень красиво. Особенный шик придавали мелькающие в небе драконьи силуэты.

Сколько же здесь на самом деле крылатых?

– Примерно четверть от всех населяющих мир жителей. Это соотношение практически не меняется несмотря на значительную разницу в продолжительности жизни, – с удовольствием просвещала меня Огаста. – Из-за сложностей с поиском подходящей для рождения ребенка пары. Кстати, именно поэтому ректора Силберна в Академии сейчас почти не бывает. У него планируется прибавление, и он все время проводит у себя дома. Очень переживает. Свалил все обязанности на мад Ирзиг и других, но мы не в обиде.

Я посмотрела на возницу, но тот никак не реагировал на нашу болтовню. Либо привык, либо это какая-то магия, и нас не слышно.

– Нас не слышно. Немного бытовой магии и магии иллюзий, – тут же подтвердила мои мысли мад Эрхт.

Мне определенно нужно следить за своим лицом. Все на лбу написано. Никаких менталистов не нужно.

– Когда первая жена ректора Силберна погибла, не оправившись после родов, он был на тень похож. Очень ее любил. Так что с теперешней буквально пылинки сдувает. Но вы не переживайте, у нас в Академии кроме Аделмейра есть на кого посмотреть.

– На кого? – с настороженным подозрением спросила я.

– Не буду лишать вас удовольствия. Зильда решила устроить знакомство со всеми в неофициальной обстановке. Так что, пока другие на занятиях, я вас встречаю, показываю Академию, затем Горда подробно введет в курс дела, вы расположитесь в выделенных вам в Преподавательской башне комнатах, а ближе к вечеру, когда все будут свободны…

– Звучит как план, – сказала я мысленно решив, что Зильда это и есть мад Ирзиг, а Гордой зовут Синюю Даму.

– Мад Хольген все предусмотрела, – кивнула Огаста. – Она очень педантичная и всегда все тщательно продумывает. Какое счастье, что ректор Силберн назначил своим заместителем Зильду Ирзиг, а не ее.

– Считаете, был бы беспорядок?

– Вер с вами, Коралин, как раз наоборот. Но это был бы такой порядок, что и представить страшно. Внимание, мы подъезжаем.

Вот так вдруг… А я решила было, что это еще какая-то часть Королевского дворца маячит в отдалении, однако стоило экипажу пересечь некую невидимую мне черту, как Академия мгновенно придвинулась, словно я воспользовалась зумом в камере.

– Впечатляет, не правда ли? – прокомментировала мой восторг и небольшой шок Огаста.

Перед нами распахнулись огромные ворота. На каждой из створок – герб Академии – дракон с полуразвернутыми крыльями. Почти как Драгсит на схеме. Мелкие детали я не рассмотрела. Мы въехали на просторную площадку. С краю стоял большой автобус, запряженный четверкой. Омнибус. Так это называется. Из домика у ворот вышел мужчина средних лет в форменной одежде.

– Буквально пару минут, – сказала мад Эрхт, – я попрошу привратника, чтобы ваши вещи доставили куда следует и нашей дальнейшей прогулке ничего не мешало.

Мне было слегка не по себе от энтузиазма Огасты, но она уже вела меня прочь с площадки.

Выпустив доставивший нас экипаж, ворота закрылись. Звук сомкнувшихся створок и едва заметное на ярком свету мерцание, разбежавшееся по зубцам высокой стены, окружавшей территорию Академии, отчего-то вызвали неясную ассоциацию с мышеловкой, куда я лезу совершенно добровольно.

Вчера, перед тем как уйти, Синяя Дама решила, что посвящать всех в нюансы моего прибытия будет лишним, поэтому я буду именно той приглашенной на должность Дамы Изумруд преподавательницей. Я, по понятным причинам, не возражала.

Итак, добро пожаловать.

Первое впечатление от Академии изнутри – меня раздражают драконы. Даже не сами драконы, а каменные драконьи головы, торсы скульптуры, барельефы, картины, ковры, люстры, мозаика, витражи… Продолжать можно бесконечно. Даже в туалетной комнате были драконы. Нет, все красиво. Но очень много. А иногда даже страшно.

Особенно этот, в кадке, в центре круглого зала-перехода из учебной части в административную. Кольцо колонн, между ними ниши с портретами и входы в коридоры, в центре жутенькая скульптура, за ней небольшая лестница наверх.

– Это Страшный. Его все так называют, – щебетала Огаста. – Никто не помнит, откуда он тут взялся, кажется, еще с момента основания. В администрацию по лестнице и налево.

– А направо что?

– Библиотека.

– Студентки не боятся за книжками бегать?

– Они ходят с улицы, а это вход для преподавателей.

– А галерея портретов?

– Это наши ректоры и самые почетные преподаватели.

– Не так и много.

– Драконы живут долго.

– А преподаватели как повезет, – добавила я, оглядываясь вокруг.

Ниши между колонн были подсвечены, но не слишком выразительно. Так и тянуло нырнуть в загадочный полумрак и поискать среди увековеченных лицо со шрамом через бровь, чуть прищуренными зелеными глазами и тонной харизмы.

Спросить у мад Эрхт или не спросить про учителя танцев? Раз Академия для девушек, у них хоть один такой точно должен быть в штате. И очень даже может быть, что как раз тот, о ком я думаю.

Зачем я вообще о нем думаю? Возможно, у меня просто импринтинг сработал, как у новорожденного дитеныша. Пришел, увидел… Не дождетесь.

Не спросила.

Мад Эрхт как-то так меня по Академии водила, что мы ни разу не попали на перерыв между занятиями. Так что прохаживающихся в коридорах студенток я почти не видела. Видела двери в классные комнаты, видела коридоры, лестницы, переходы. Библиотеку видела и столовую, танцевальный класс, бальный зал, второй этаж, где занимается первый курс. Видела зал здоровья, где буду проводить свои занятия, несколько выходов, помимо главного, площадку для подвижных игр, даже манеж, открытый амфитеатр, конюшню, несколько магазинчиков с мелочами и кафе. И это только рядом с учебным корпусом.

Обедали мы, вкусно и аппетитно, в пустующей столовой, к которой прошли мимо еще одного памятника местного драконотворчества – Синего. После столовой, в холле у главного входа, я внимательно рассмотрела стенд с расписанием и таблицей брачного рейтинга – БРР.

Ощущение от него было такое же, как и сокращение. Будто турнирная таблица забегов на ипподроме, где напротив каждой лошадки ее характеристики. После этого Огаста показала мне преподавательскую и ректорскую башни.

– А внизу что?

– Кладовки всякие. Теперь вам нужно к мад Хольген. Она уже у себя. Отдохнете пару часиков и я за вами зайду перед мероприятием.

– Мне неудобно. Собирать целый прием чтобы меня со всеми познакомить. Представили бы тихо в администрации.

– Мы ждем королевскую инспекцию, все немного нервничают, Академию давно так серьезно не проверяли. Вот Зильда и решила, что ваше прибытие хороший повод немного расслабится.

Затем меня проводили к Синей Даме.

Она сидела за столом, когда я вошла. Такая строгая, что я на миг почувствовала себя студенткой в кабинете куратора. Впрочем, она и была куратором. Ее курс в этом году выпускается.

– И как вам? – поинтересовалась мад Хольген моими впечатлениями об Академии, после вручения коробки с ценным и необходимым для будущего учебного процесса.

– Настоящий лабиринт. Я обычно неплохо ориентируюсь, но всякое бывает. Нет ли у вас какого-нибудь приспособления?

– Что вы имеете в виду?

Я пожала плечами и описала Синей Даме нечто вроде Карты мародеров из известной франшизы о мальчике-волшебнике и обычного маршрутизатора.

Мад Хольген задумалась на минутку, подвигала ящики в столе, достав оттуда план Академии, кисти с красками, прямоугольник плотной бумаги размером с открытку. Сложила открытку на план, побрызгала водой из графина, обвела вокруг сложенного рукой с растопыренными пальцами, вслед за которыми потянулся синевато мерцающий контур. Затем открыла акварельный набор и придвинула ко мне.

– Пгобуйте.

– Я?

– Ваша же идея. А я поймаю и закгеплю.

Я неловко взяла кисть. Художник из меня, прямо скажем, аховый. К тому же я не понимала, что мне вообще нужно делать. Но в пальцах уже зудело. Даже покалывало.

Я припомнила, что на карте проявлялись следы, когда кто-то куда-то шел. Их и изобразила на влажной от воды бумаге. Краска, зеленая, она была ближе всего, тут же впитывалась, помигивая изумрудным. Как та искра в терминале что, сорвавшись с моего пальца, уложила на лопатки Итила.

Когда погас последний следочек, контур, проведенный мад Хольген, вспыхнул, окрасившись зеленоватым и тоже впитался в картонку.

Ощущения были странные. Легкое чувство опустошения соседствовало с ощущением, близким к эйфории. Будто я с очень крутой горки съехала.

– Эм… И что дальше? – спросила я разглядывая совершенно пустой и чистый прямоугольник.

Сложенный в несколько раз лист с планом Академии тоже был девственно чист.

Синяя Дам на миг задумалась, потом взяла другую кисть и, макнув в синее, написала что-то на открытке. Только буквы. Внизу прямоугольника появились следочки того же цвета, будто кто-то неуверенно топтался на пороге, а по краям – контуры коридора.

– Восхитительно. Жаль, точно так же повтогить не получится, – сказала мад Хольген, отложив кисть и встряхнув картонку. Буквы и следочки тут же пропали.

– Почему?

– Магия момента, – пояснила Дама. – Многие ошибочно пгинимают ее пгоявления за магию хаоса, но это немного иное. Идея, наитие, озагение, момент созидания. В той или иной меге магией момента владеют все. Какой даг у вас, Дама Изумгуд?

– У меня? Понятия не имею.

– Вас не учили магии?

– У нас это не принято.

– Погицают?

– Нет, просто никому дела нет. И условий для развития. Наш мир слишком рациональный для всех этих чудес.

– Тепегь у вас есть условия. Планигуете газвивать?

– Совершенно об этом не думала.

– Вам в любом случае пгидется. Хотя бы на бытовом уговне.

Итак. Помимо кучи учебных планов, расписания и разных пособий, я стала обладателем собственноручно сотворенного маршрутизатора, который клятвенно пообещала отдать мад Хольген безвозмездно и навсегда, когда перестану в нем нуждаться. Коробка была довольно увесистая. В ней помимо тетрадей и папок лежали три хрустальных шара на подставках – те самые звуковые зеркала. Местный аналог диктофона.

Хорошо, что занятия начинались не завтра, и чтобы привести в порядок кашу в голове, у меня впереди еще несколько дней. И несколько часов до званого ужина, на который Синяя Дама рекомендовала явиться в платье.

Рекомендация из ее уст звучала почти как приказ. Я пыталась отговориться, что у меня в гардеробе только зеленое.

– В Академии пгеподаватели носят гегламентированные уставом цвета даже на тогжественных мегопгиятиях, ваш как газ зеленый. Ступайте к себе, мад Аглинд, и отдохните. За вами зайдет мад Эгхт.