Академия призывателей. Ректор на поводке. Второй курс. Серия 5

НАЧАЛО ИСТОРИИ в
СИНИЦИНА

Понедельник начался вполне обыденно: с групповой медитации. Из-за дождя, прошедшего по утру, профессора отправили всех в спортивный зал. Там, разложив маты, студенты расселись на полу, демонстрируя все варианты поз для медитации.

Я не смогла сконцентрироваться на зарядке – все мои мысли крутились вокруг Артемьева. В холле он меня не встретил, на спортивной площадке его не заметила, в спортзале, когда студенты рассредоточились, нужной тёмной головы не приметила. На мои взволнованные мысли реагировал лишь Марат. Пересекаясь с ним взглядом, он кивком головы пытался выпытать детали, и только это способствовало тому, чтобы я прекращала попытки дозваться Максима.

И в столовой меня ждало разочарование, зато друзья обрадовались, что я спокойно могу сесть с ними за один стол.

На первых двух парах была практика в лесу. Я между делом поинтересовалась у Виноградова, где Артемьев. Ответ меня не порадовал: «Без понятия, я не его нянька». Его слова напомнили мне об одном студенте, который должен был знать ответ, но лысый парень на глаза так и не попался.

«Не знаю, что происходит, но кто-то очень сильно пожалеет, что не предупредил меня о своём исчезновении», – пламенно пообещала я, запуская мысль в сторону академии. Я не уверена была, что она долетит до ректора, но мне стало чуточку легче.

– Всё хорошо?.. Ты так за Максима переживаешь? – тихо поинтересовался Марат, когда мы стояли в очереди на раздачу еды. В обед я снова могла сидеть со своими друзьями: их это радовало, а меня не особо.

– Да. Вот куда он пропал? – со злостью прошипела я, не в силах сдержать эмоции.

– Я не знаю. Я его не видел. Не слышал. Дядю тоже, – признался Марат и с помощью подноса легонько подтолкнул меня вперёд, чтобы я не задерживала очередь. – Я думаю, с ним всё хорошо. Если что-то было не так, я бы узнал.

Я с сомнением посмотрела на полукровку. Не верится, что у него с дядей тесные отношения, теснее чем со мной. А если и так... Завидую. Надулась и принялась переставлять тарелки с едой на свой поднос.

– Это нужно отметить! – радостно выкрикнул Сашка.

– Что именно? – уточнила я, ставя нагруженный поднос на общий стол.

– Маша будет проходить стажировку на секретаря, – разъяснил он с горящими глазами. Он действительно был рад за свою девушку, отчего моя грусть стала острее. Хоть Артемьев и был фальшивым парнем, вести себя соответствующе он умел – это радовало моё девичье сердце, закрывая потребность в любви и заботе, которой не хватило от родителей.

– Эльвира тоже получила шанс побороться за секретарское место. И она предложила отметить это событие у неё в комнате, – сказала Маша, придвинув к себе порцию первого.

– А мы?.. – расстроился мгновенно Сашка.

– И вы. Она не против мальчиков, даже наоборот: подчеркнула, что будет рада и вам.

– Но тогда нам придётся давать клятвы и следить за временем... И своими руками, – ныл Сашка, недолюбливая правила посещения женской половины общежития.

– Она обещала сладкий стол. Будут тортики и мороженое, – соблазнительно промурлыкала Маша, подавшись в сторону Саши.

– Тортики? Бисквитные с кремом?

– Да, – кивнула она, расплываясь в улыбке.

– Ладно. Потерплю. Ради вкусного стола, который мне не придётся организовывать, – нашёл он главный плюс в походе в гости.

После обеда вся группа отправилась на урок психологии существ. Профессор Королёва прочитала лекцию о воздействии клятв на поведение существ, затронув конфликты, которые могут возникать в спорных моментах. Это подлило масла, и переживать я стала уже не только об Артемьеве, но и о Волкове.

– Ольга Владимировна, – робко обратилась к профессору, вместо того чтобы последней покинуть аудиторию.

– Да? – Она подняла на меня глаза, с чутким вниманием ожидая вопроса.

– Я читала, что некоторые существа умеют разделяться на несколько частей, которые при этом вполне самостоятельны.

– Да, очень редкая и любопытная особенность сильных существ, – подтвердила она.

– Как такие существа уживаются с самими собой?

– К сожалению точных данных нет. Существа подобного типа не подпускают к себе людей и особенно учёных, – в её голосе звучала досада. – Но как бы они не старались, люди собрали достаточно информации, чтобы сделать некоторые выводы. Разделяющиеся существа соблюдают чёткую внутреннюю иерархию, а сила, которую они черпают из своей основы, наполняет всех в соответствии со степенью важности части: первая обычно сильнее тех, что появляются по мере роста силы существа.

– То есть чем сильнее существо, тем больше у него частей?

– Да, но эти части обычно ничем не отличимы от первоначальной, то есть это всё же правильнее назвать копированием, чем разделением. Но научное сообщество пока отказывается принимать это из-за слуха, что у герцога ада Леонарда главная личность – мантикора, которая и красуется на его гербе. Никто из учёных демонологов не хочет признавать его оборотнем, способным копировать себя множество раз, – с негодованием произнесла профессор.

– Как интересно... – задумчиво протянула я, думая о другом оборотне, способном разделять себя на несколько личностей. – А если всё-таки тот же Леонард не копирует себя, а разделяет... Чем опасно такое разделение?

– Хм... Если личности не являются твоими копиями, а обладают иными ценностями и целями?

– Да.

– Подобное может усложнить жизнь такому существу и привести к саморазрушению, как и людей, не способных разобраться со своими травмами и внутренними конфликтами. Но так как существа демонстрируют особую сплочённость своих частей, я придерживаюсь мнения, что они копируют себя, а не разделяют, – настояла профессор Королёва.

– Занятно. Рассмотрю эту тему, когда будем решать, о чём писать доклад для зачёта.

– Да, очень любопытная тема, – согласилась со мной профессор. – Если возьмете её, подойдите ко мне, набросаю вам список вспомогательной литературы.

– А можно сейчас? – моя просьба слегка удивила Ольгу Владимировну, но она с удовольствием написала на листочке название пяти книг, которые смогла вспомнить.

Если кое-кто не проявится, у меня будет чем занять часы самообучения.

***
Текст предоставлен для продажи на Литгород.
Распространение полного текста данной книги (бесплатно или за символическую сумму) без согласования с автором является нарушением авторских прав.
***

После четвёртой пары мне пришлось идти к завучу. Элионора Борисовна вызвала к себе через админа, которые частенько работали как посыльные администрации академии.

– Садитесь. Разговор будет долгим, – сказала завуч, отложив документы.

Я села на стул и разместила сумку на коленях, не зная чего ожидать.

– Я пригласила вас, чтобы обсудить ваши отношения со студентом Артемьевым, – начала она.

– А вы со всеми проводите такие разговоры? – неуверенно поинтересовалась я, подозревая, что дело в Максиме, а не во мне.

– Только со студентами, у которых впереди великое будущее, – претенциозно высказалась Элионора Борисовна.

– Ничего великого не вижу в том, чтобы стать домохозяйкой.

– Вы не планируете пойти работать в Администрацию Демонологов?

– Нет.

– Почему?

– Чтобы все в А.Д. обломались. И чтобы у мужа был повод бежать домой.

Элионора Борисовна уставилась меня как на сумасшедшую, поэтому я решила разъяснить:

– В администрации только рады будут помыкать таким сильным призывателем, как я. А мужу будут ездить по ушам, что я зря отказалась от карьеры демонолога. А он – это не я, и меня переубеждать по указке вышестоящих не будет, не рискнёт – я же так и останусь сильным призывателем. Так что ему придётся терпеть нападки коллег, и поводов для задержек на рабочем месте не будет. А я уж постараюсь, чтобы ему дома было максимально уютно и комфортно.

– Простите. А муж кто? – обескураженно уточнила Элионора Борисовна.

– Пока никто, – не удержалась и рассмеялась в голос. – Но если с Артемьевым всё сложится, то, быть может, он займёт это вакантное место, – добавила, желая вогнать завуча в глубокое состояние шока. И мне это удалось.

Элионора Борисовна побелела, уставившись на меня немигающим взглядом.

– Простите... – едва слышно выдала она и вскочила на ноги. – Мне надо отойти на секунду.

– Конечно, – приготовилась ждать, сколько потребуется.

Элионора Борисовна стремительной походкой покинула свой кабинет, но не надолго: буквально через секунду завуч вернулась.

– Простите, – чуть громче извинилась она, поправив причёску и очки на переносице. Женщина заняла своё место и, прочистив горло, продолжила наш неловкий разговор:

– Вы обсудили свои планы с Артемьевым?

– Конечно. Я за честность в отношениях. Я серьёзно подхожу к любому делу, и отношения, которые могут продлиться всю мою жизнь, не исключение.

Элионора Борисовна стала бесцветной и окаменела, будто я использовала против неё что-то с парализующим эффектом.

– Вы шутите?..

– Нет. Как можно шутить со своим будущем? Да, оно не будет таким, как хотят его видеть взрослые и умудрённые люди, как вы, но мне неинтересно бегать по стране и выполнять опасные задания Администрации и совета министров. Я лучше дома посижу, супчики поварю, а муж пусть зарабатывает деньги на меня и детей.

– К-каких детей?

– Я про своих фамильяров. Их же кормить придётся. А потом и наших детей: моих и мужа, – пояснила я, чтобы завуч окончательно не запуталась в моих планах на жизнь.

– Так, – Элионора Борисовна хлопнула ладонью по столу. – Не путайте меня!

– Да кто путает?.. – непонимающе пожала плечами.

– Зачем вы так настойчиво поступали в академию, если не собираетесь работать по профессии?

– Как зачем? Чтобы получить корочку, показать себя и свой талант, и найти мужа, конечно же. Стандартные причины, как и у других девушек.

– Но ваш талант уникален. Его нужно использовать на благо общества, – включилась завуч в обработку моего нежелания подчиниться иной схеме системы. – Ваше имя может войти в историю демонологического сообщества.

– Неинтересно, – резко отказалась, скрестив руки на груди.

– Вы бы смогли подняться на самый верх А.Д. и повлиять на жизнь сотни тысяч людей.

– Не, неинтересно, – стояла я на своём.

– Вы совершите большую ошибку, если откажетесь от уникального шанса, и потом будете жалеть.

– Но это будет моя ошибка, а не выбор сделанный из-под палки, – метнула с укоризненным взглядом. – Спасибо, профессору Королёвой, что даёт нам информации сверх установленного плана, – хитро прикрыла я свою дерзость. 

Психология – полезная штука, и не только для взаимодействия с существами иного мира.

Элионора Борисовна не желала признавать поражение, но всё же отступила. Я заверила, что мой новый жизненный опыт и желание тратить время на общение с Артемьевым никак не повлияет на успеваемость. Её это немного успокоило, но я ожидала, что она не оставит попытки изменить мои планы на жизнь.

– Элионора Борисовна, – обратилась я к завучу, получив разрешение быть свободной. – А не подскажете, что с моим будущем мужем?

Я стойко выдержала её испепеляющий взгляд.

– Простите, со студентом Артемьевым, – не без удовольствия исправилась я. – С утра не могу найти его, и его одногруппники ничего не знают о его исчезновении. Но вы! Вы точно должны знать.

Завуч состроила кислую мину. Моё хорошее настроение её не радовало.

– Ему пришлось уехать на время из академии, по семейным обстоятельствам, – ограничилась она формальным ответом так и не дополнив его деталями.

Пришлось уйти, так и не узнав, куда пропал Максим. Не мог же он исчезнуть, никак не повлияв на ректора? Точнее наоборот: Волков повлиял на исчезновение студента. И по какой причине?.. Вспыли непрошенные обрывки сна с борющимися друг с другом волком и лисой. Неужели это был вещий сон?

– А что ты любишь?.. Из еды? – услышала я голос Виноградова и замедлила шаг.

– Да всё. Аллергиями не страдаю. Но чтобы не заплыть жиром, в сладком себе отказываю. Моё спасение протеиновые и злаковые батончики, – поделился Толик и одной рукой продемонстрировал свою гордость – внушительную мышечную массу, из-за которой все девочки в академии сходили с ума, мечтая облизать качка номер один, чтобы убедиться в крепости его мышц. Почти как Виноградов в этот момент. Он буквально пожирал глазами оголённую руку Андреева.

– Можно?.. – едва сдерживаясь спросил Виноградов.

– Да пожалуйста, – с гордостью ответил Толик и сильнее раздулся.

– Привет, мальчики, – не постеснялась вклиниться в их разговор, чем спугнула Виноградова. Тот едва коснулся тугих мышц Толика, испытав благоговение, как последователь, которому выпала честь дотронуться до святыни.

– На ужин не пойдёте? – спросила не обращая внимания на то, как смутился мой куратор. Не такой пример он должен подавать младшим.

– Ещё рановато, – резонно подметил Толик, бросив взгляд на настенные часы, висевшие недалеко от места, где мы стояли. – Я хотел сделать небольшую разминку: приседания, отжимания и кружочек вокруг академии. Виноградов, составишь компанию?

– Да я бы с радостью, но есть дела... – неловко стал оправдываться тот, медленно начав отступать в направлении к лестнице.

– Ладно. Не держим, – спокойно отреагировал Толик, махнув Виноградову рукой на прощание. – А ты? Пойдёшь очередь занимать?

– Да ну... Пойду Машу найду.

– Тогда тебе в кабинет ректора.

– Что? Почему она там? – испугалась, что опять что-то вывело из себя мою единственную подругу.

– Завтра у неё первый день стажировки, она слегка волнуется, поэтому пошла уточнить у секретаря какие-то детали.

– Ясно. Спасибо. Увидимся в столовой! – бросила я и поспешила назад, к дверям администрации, но вместо того, чтобы несмело стучать к завучу, решительно зашла в кабинет секретаря, игнорируя табличку с именем ректора.

– Даша, тебя только отпустили? – удивилась Маша, увидев меня.

– Да. Почти, – коротко ответила я. – А где секретарь?

– Её волчара послал срочно сканировать документы, – шёпотом сообщила подруга, мотнув головой на дверь в кабинет ректора.

Я с трудом улыбнулась, почувствовав, как кое-кто в соседней комнате не оценил прозвище, которое ему дали студенты. По спине пробежали испуганные мурашки. Я вздрогнула и улыбнулась уже без натуги, неожиданно обрадовавшись едва коснувшейся меня эмоции, принадлежавшей моему фамильяру.

– Ольга?.. Она ещё не вернулась? – очень правдоподобно отыграл Волков своё полное неведение.

– Д-да, – едва запнувшись, подтвердила Маша, резко развернувшись лицом к вышедшему к нам ректору.

– Скажешь, чтобы заглянула ко мне, когда вернётся, – велел он и посмотрел на меня. – Синицина, вы что-то хотели?

– Да! – сделала шаг и замерла, заметив удивление в глазах Маши.

«Узнать, где Артемьев», – мысленно добавила я, плотно сжав губы.

«Уехал из академии по семейным делам».

– Нет, – резко выдохнула я и снова сжала губы.

«Не врите мне».

– Раз «нет», то свободны – здесь не зал ожидания. Где-нибудь в другом месте подождите свою подругу, – раздражённо заявил он и, резко развернувшись, скрылся в своём кабинете.

«Думаете, я не узнаю?!» – сцепив зубы и подняв сжатый кулак, угрожающе бросила в закрывшуюся дверь.

– Да-ша? – осторожно позвала Маша. – Он сегодня весь день не в духе, лучше подожди меня в коридоре, – попросила она, и мне ничего не осталось, как согласиться.