Академия темных снов: (не) знакомая

«Хочу проснуться…» - промелькнуло в голове. – «Сейчас же!»
Приказ не сработал. Темная улица не исчезла. Как и Кайл Стэнтон, взирающий полным обожания взглядом. Я невольно покосилась на витрину и поежилась. На меня снова посмотрела черноволосая девчонка с косой вокруг головы. Та самая, которую я грозилась придушить при следующей встрече.
- Так как к тебе обращаться? – повторил парень вопрос, который уже задавал, но не получил ответа.
- Юки. Меня зовут Юки…
Сама не знаю, как это вырвалось. Рот открылся без моего участия.
- У тебя раньше был другой образ в сети? Не припомню, чтобы в Академии появился кто-то новенький посреди семестра.
- Да. Другой. Был.
- Как ты его поменяла? Это почти никому не удается.
- Долгая история.
- Видимо, ты очень сильная.
- Или чересчур странная.
Кайл вытаращил глаза, а я мысленно себя обругала. Надо следить за языком. А лучше уносить ноги. На другой уровень сети. Или вообще прочь из нее. Здесь оставаться точно нельзя. Происходящее – явный перебор для моего и без того контуженного разума. Даже не знаю, что безумнее: встретить погибшую сокурсницу, увидеть чужое отражение в стекле или обнаружить перед собой парня, который разбил сердце, а теперь от меня без ума. Точнее, не совсем от меня…
С другой стороны, Кайл не виноват, что у меня что-то там разбилось. Мои чувства изначально были безответны. Моя влюбленность – моя проблема. Кайл всегда был одержим загадочной Юки. А тот факт, что этой Юки оказалась я…
Нет, я пока не могла об этом думать. Потому что происходящее – бред.
Нельзя попасть в прошлое. Даже внутри сети. Это сон.
Сон?
Я чуть не расхохоталась. А ведь, правда, сон. Только для создателя сон – это та же реальность. Просто реальность несколько иного уровня.
- Давай прогуляемся, - предложил Кайл. – Если ты не занята чем-то важным. Мне показалось, ты ничего не делала. Просто разглядывала витрину. Хотя немного загадочно, что тебя интересуют мужские пиджаки.
- Что? Ах, да… - я снова покосилась на витрину, обнаружив, что там за товар. Раньше мне не было до него ни малейшего дела. – Обычно не интересуюсь мужскими пиджаками. Просто возникла идея для… маскарадного костюма.
- Как любопытно, - Кайл улыбнулся. Немного застенчиво, как мне показалось. – И где будет маскарад? Явно не в Академии. В этом году его отменили из-за… сама знаешь, кто постарался.
- Ага, - я закатила глаза. Мол, конечно, знаю, хотя понятия не имела, что приключилось с маскарадом для студентов в прошлом году.
Наверное, в прошлом году.
Я сделала такой вывод, увидев, как по ночной улице прошли подружки Лорна и Оливия. У первой волосы были гораздо короче, чем сейчас. У второй, наоборот, длинные. И не просто белокурые, а с дополнительными розовыми прядками.
- Вы, собственно, далеко? – окликнул их кто-то, и я качнулась.
Двух подружек догнала третья. Это была Люси. Выглядела недовольной и еще высокомернее, чем Лорна. А это о многом говорило. Она что-то прошипела девчонкам, и они пошли дальше. Втроем. Кайл проследил за моим взглядом, но ничего не понял. Он видел маскировки, а не реальных студентов. Понятия не имел, кто есть кто. Как и все вокруг. Внутри сети представляться друг другу не поощрялось. Но друзья и парочки иногда нарушали негласное правило.
- Так что насчет прогулки? – снова спросил Кайл.
Я не знала, что ему ответить. С одной стороны, очень хотелось побродить в его компании по переулками, освещаемым уютным светом фонарей. Особенно актуально это было после требования никогда к нему не приближаться – ни во сне, ни наяву. С другой, я понимала, что мне нечего делать на этом уровне сети.
Впрочем, отказываться (или соглашаться) не пришлось. Кайл вдруг обмяк и распластался на асфальте. И прежде, чем я успела над ним склониться, исчез. Просто растворился за мгновенье.
- Без паники. Всё с ним в порядке. Он проснулся в спальне. В своем времени.
- Ты… - процедила я, увидев вывернувшую из соседнего переулка блондинку. Ту, что вместе с клоуном устроила перестройку сети в моем времени.
- Давай пропустим часть, где ты обвиняешь меня во всех грехах, и спокойно обсудим положение дел, - предложила незваная гостья.
Мои пальцы скрючились. Очень хотелось вцепиться ей в лицо. Совет она, видите ли, дала! Спасать Симону, потому что та важнее. И вот результат. Ханна мертва. Да, здесь она еще разгуливает по сети, смеясь и радуясь жизни. Но там, откуда я пришла (или лучше сказать – свалилась) всё иначе.
- Готова к обстоятельной беседе? – лицо блондинки мало что выражало. Она казалась собранной и абсолютно спокойной.
- Ну, беседуй, - я прислонилась к фонарному столбу и сложила руки на груди. О многом говорящая поза.
- Иногда ты будешь сюда попадать, Лони Моррин, - она внимательно следила за моей реакцией. – Прими это как данность.
- Но меня не должно быть здесь. Как этого избежать?
- Никак. Это уже случилось. Просто ты… переживаешь виток с опозданием. Для Кайла это прошлое, для тебя – будущее. Говорю же: данность. Чем быстрее осознаешь, что виток уже вписан в историю, тем спокойнее будешь себя чувствовать.
- Я не хочу играть роль Юки, - бросила я хрипло. Аж в горле пересохло от осознания, как для меня непросто быть той, кого Кайл боготворит, учитывая, что в реальности я ему ненавистна.
- А это не роль. Ты и есть Юки. Всегда ею была. Просто раньше не знала.

Я заскрежетала зубами. Бесило всё. И Юки. И Кайл со своей безумной любовью к «маске». А особенно блондинка. Она устроила перестройку сети, советовала не спасать Ханну, а теперь я должна обсуждать с ней дела-заботы? Какая прелесть…
С другой стороны, она – та, кто точно владеет важными сведениями. Такими, которые недоступны ни Симоне, ни ректору Риду, ни даже Роберту Грэйнвэю – самому искусному создателю снов Темного мира.
- Как всё ЭТО происходит?  - спросила я, решив продолжить странный разговор. - И кто ты такая? Слабо ответить?
- На первый вопрос не слабо. Сеть расслоилась. Есть разные временные линии. Кое-кто может провалиться на другие уровни. Перемешаются и некоторые предметы.
- Как храм, - я вспомнила целое здание, исчезнувшее в юности Симоны и появившееся в сети у нас посреди улицы.
- Верно. Храм – первая ласточка. Будут и другие перемещения. Гораздо опаснее. Скоро. Сеть нуждается в починке. Но пока ты ничего не можешь сделать, Лони. Разбирайся с мелкими пакостями. И никому ничего не говори. Даже Роберту. Еще не время посвящать его в происходящее. Я знаю, о чем ты думаешь. Жаждешь сделать мне назло. Хорошо, делай. Это будет твой выбор. Но, когда окажешься рядом с Робертом, просто послушай свое сердце. Если сомнений не останется, действуй.
На этот раз я обошлась без скрежета. Но зубы сжались так, что заболели десна.
- Что касается второго вопроса… - продолжила блондинка. – Пока слабо. Время не пришло.
- И когда придет?
- В одну из наших встреч.
- Тебе нравится давать сомнительные обещания?
- Нет. Просто для меня большинство наших с тобой встреч – это уже прошлое. Осталось только навестить тебя в образе куклы. Дать совет насчет Симоны. Да, для меня это еще не случилось. Всё сложно, знаю.
Захотелось зажмуриться. Казалось, я катаюсь на карусели, а она крутится всё быстрее.
- Как это остановить? Всё ЭТО?
- Лони, я уже сказала, разбирайся с возникающими проблемами. По одной за раз. Их будет немало. Для глобального время не пришло.
Ох, как же мне не нравились ее слова. Разбирайся с мелкими пакостями, а серьезные заботы оставь «взрослым». Нет, я не рвалась исправлять треклятую сеть. Но меня во всё это втянули. Там погибла Ханна, которую я могла спасти, но не спасла. Потому что Симона «важнее». Но, пожалуй, я бы умыла руки, если бы кто-то, даже эта блондиночка, строящая из себя всезнайку, починила сеть. Но она этого не делала. Не хотела. Или не могла.
- Кто та тварь? – задала я новый вопрос, глядя яростно.
- Об этом тебе рано знать.
Я усмехнулась.
- А череп? – спросила издевательским тоном, уверенная, что снова не получу ответ.
Однако…
- Это Ханна.
- Что-о-о?
- Точнее то, что от нее осталось внутри сети.
Я протестующе замотала головой.
- Ты надо мной насмехаешься? Я знаю, что череп из прошлого. Симона его видела! Когда была студенткой!
- Лони, я же говорила, что некоторые предметы путешествуют из одной временной линии в другие. Череп – один их них.
Я потерла взорвавшиеся болью виски.
Проснуться хотелось всё сильнее и сильнее. И никогда больше… не спать.
- Я не обязана тебе верить.
- Не верь. Никому не верь, если так нужно. Но всё же прими от меня подарок, - блондиночка достала из кармана браслет – черный с блестящими камушками. – У меня такой же, - она тряхнула левой рукой, и на запястье правда появилось украшение идентичное тому, что предлагалось мне. – Поможет не потеряться и выбраться наружу. В реальности его нет. Только в сети. Если не хочешь, не бери. Или выброси потом. Но уверяю, без него ты застрянешь в чужой временной линии, не сможешь вернуться назад.
Я посмотрела волком, но позволила блондинке надеть браслет мне на левую руку.
- Когда решишь проснуться, просто потяни и резко отпусти, - дарительница проделала это со своим браслетом и растворилась у меня на глазах.
- Как мило, - проворчала я. – Даже не попрощалась.
Я еще раз посмотрела на отражение в витрине. Ненавистная Юки выглядела встревоженной и ужасно уставшей. Требовалось время. Много времени, чтобы всё осознать.
- В пропасть всех…
Я оттянула браслет, затем отпустила, как учила блондиночка, и…
Села на кровати в спальне, в которой успело наступить утро. И вскрикнула от неожиданности, ибо обнаружила на постели черного кота и змею. Оба взирали на меня с тревогой.
- Говорил же, очнется, - объявил Милс обрадованно, правда, выглядел при этом он не очень: шерсть стояла дыбом. – Хорошо, что никого из педагогов не позвали. Нашей девочке без надобности их внимание.
- Говорил он… - проворчала Юджиния. – Девочка было так далеко, что не достать. Сердце билось раз в полминуты.
- Что-о-о? – ужаснулась я. – Как это – раз в полминуты?
Новые безумные сведения не желали укладываться в голове. Мое путешествие в прошлое сети не осталось без последствий для тела?!
Та-ак. А это уже нехорошо. Точнее, очень плохо.
- Рассказывай, Лони, что с тобой творилось, - велела змея. – Нам надо знать.
Я подавила тяжкий вздох. Блондинка велела скрывать необычные приключения от всех. Но Милс и Юджиния – духи круга. Они – мои защитники и вправе знать все секреты…

Мнения духов разделились. Милс считал, что блондинка заслуживает если не доверия, то хотя бы шанса доказать, что она – не зло. Юджинию терзали сомнения. Мол, если бы загадочная девица хотела помочь, была бы куда откровеннее. Зато змея привела аргумент, почему не стоит рассказывать о путешествиях в прошлое Роберту.
- В прошлом каждого мага есть, что исправить. А уж у Роберта Грэйнвэя подавно. Представь, что произойдет, если он выяснит, что есть шанс кого-то о чем-то предупредить? Это может кончиться очень плохо. Ты же догадываешься, что именно Роберт хотел бы исправить больше всего на свете?
- Он бы предотвратил гибель сыновей, - прошептала я.
- Верно. И что будет?
- Логан и Лукас останутся живы. Роберт не разведется с Симоной и не женится на Аллегре.
- Дальше?
- Ему не понадобится Люси. Ни она, ни я не попадем в Темный мир. Звучит не так уж и плохо.
Юджиния возвела глаза к потолку, и это выглядело довольно странно, учитывая, что она была змеей. А еще, кажется, в размерах чуток увеличилась.
- Думаю, наша Лони еще не до конца проснулась, - протянул Милс, обращаясь к ней.
- Вот-вот, - Юджиния закивала.
- Что? – я, по-прежнему, не понимала, к чему они клонят. – Что плохого, если мы с Люси останемся на буферных землях? Я в Темный мир никогда не хотела. А моей дражайшей сестричке здесь не место. И вообще, она в коме. Этого тоже не случится, если…
- А что насчет всех остальных? – перебила Юджиния. – Ты уже не раз выручала студентов внутри сети. Боролась с тварью. Как думаешь, что было бы с ними, если б не твое присутствие?
- Не так уж часто я…
- Но и не редко, - на этот раз фразу не дал закончить Милс. – Мы же сто раз повторяли: ты там, где должна быть, Лони Моррин. А попытки переписать прошлое – это игра с огнем. К тому же, ты явно этого не сделала.
- В каком смысле?
- Да, ее подняли, но забыли разбудить, - змея тяжко вздохнула, а объяснять принялся кот:
- Для тебя еще ничего не случилось, но, по сути, это не так. Кайл уже пережил все события, связанные с Юки. Значит, ты не сказала ни ему, ни кому-то еще, раз ни Роберт, ни Симона, ни другие маги не вмешались в ход истории. Да, звучит довольно запутанно. Но ты уже всё сделала, Лони. Просто еще не знаешь. Вот.
Я упала на подушки и закрыла лицо ладонями.
Ну что за бред? В смысле, не слова Милса, а всё сразу.
Случилось, но еще не случилось. У меня сейчас у самой что-то случится. Взрыв мозга, например.
- Вот, зараза… - вырвалось в сердцах.
- Всё будет хорошо, Лони, - пообещал кот.
- Угу, - проворчала я и спросила: - Сколько осталось до гонга?
- Двадцать пять минут. Поспать особо не получится.
- Ладно, пойду в душ, - я снова села. – Валяться в постели бессмысленно и…
Фраза снова осталась незаконченной. Не из-за духов. Кто-то истошно завопил в коридоре. Да так, будто его (точнее ее) убивали.
- Что там опять? - я вскочила и рванула к двери. Дернула ее, выглянула наружу, но застыла с открытым ртом.
И было от чего.
По коридору… скакала лошадь. Черная. С развивающейся серебряной гривой. Это само по себе было весьма странным событием. Но лошадь оказалась сущим пустяком по сравнению со всадником. Он был в доспехах и алом плаще. А его голова… Точнее, две головы…
- Ого… - только и выдохнула я, когда осознала, что именно вижу.
У всадника было две головы! Она волчья! Вторая медвежья!
Со всех сторон понеслись испуганные девичьи возгласы и визг. Сонные студентки открывали двери, видели кошмарик и приходили в ужас. А двухголовый всадник успел проскакать до конца коридора, развернуться и помчаться обратно.
- Уберите это убожество! – крикнул кто-то.
Лошадь затормозила. Или всадник заставил ее это сделать. Аккурат напротив девчонки, потребовавшей избавиться от незваных гостей. Три головы (считая лошадиную) уставились на перепуганную студентку, коей оказалась Ирис – соседка Лоис и Мэган, а еще дочка декана четвертого факультета. Обе головы всадника зарычали. Из ноздрей лошади посыпались искры. В буквальном смысле, искры!
- Ой, мамочка… - Ирис попятилась, врезалась в Мэган, выскочившую на шум, и они обе рухнули на пол.
А лошадка встала за дыбы, занеся над девчонками передние копыта.
- Не смей!
Вот это крикнула уже я. Сама не знаю, почему опять полезла на рожон. Но кто-то же должен был вмешаться.
Да, я понятия не имела, как бороться с всадником и его жуткой лошадью. Но в тот самый миг, когда они развернулись и поскакали на меня, рассыпая искры, прожигающие ковер, откликнулась магия. Как было раньше во сне. В моменты нападения твари. Мои руки взметнулись, а пальцы сделали резкое движение, будто разрывали бумагу.
Миг и противники… «разорвались». Из вполне реальных превратились в нарисованных. На ковер упали клочки, которые тут же исчезли, не оставив ни следа. О происшествии напоминали лишь дырки, оставшиеся от искр, что летели недавно от чудо-лошадки.
- А я говорил, - шепнул выглянувший из моей спальни кот. – Ты тут явно необходима.

- Что вас удивляет, леди Соммерс? – спросил Роберт Грэйнвэй с толикой превосходства в голосе. Он снова торчал в Академии из-за сети и явился в кабинет декана, узнав, что я стала главным действующим лицом в загадочном происшествии. – Люси принадлежит к древнему роду создателей. Тот факт, что мою дочь не учили приему, который она продемонстрировала, не такая уж невидаль. Грэйнвэи способны на многое на уровне интуиции. А уж если учесть, что Люси – главный маг в поколении и в будущем способна стать ровней мне, то ничего необычного не произошло. Я имею в виду ее победу над Гербертом, а не само его появление, само собой.
Я усмехнулась про себя.
Хвалебная речь Роберта ничего для меня не значила. Он обязан стоять горой за Люси. Вот и поет дифирамбы. Правда, счел нужным подчеркнуть, что дочь станет ему ровней, а не способна превзойти. Важное замечание, да. Разве кто-то способен переплюнуть Роберта Грэйнвэя? Да ни за что и никогда не свете!
Что касается упомянутого Герберта, тут было, над чем подумать. Он был… героем детской сказки. Я раньше о нем не слышала. Но только потому, что выросла на буферных землях, а не в Темном мире. Да, герой сказки неожиданно ожил и рассекал на кошмарной лошади по коридорам общежития первого факультета. Оставался большой вопрос, чьими стараниями сие случилось. Но одно было ясно – он стал порождением сна кого-то из студентов. Или студенток, учитывая, что попал Герберт в девичий блок. Как это поняли? Благодаря мне. Сильный создатель снов разорвал порождение чужого кошмара.
А вот всё остальное пока оставалось большой загадкой.
- Что ж, я рада, что у Люси проявились скрытые способности, - изрекла декан Соммерс, постукивая пальцами по столу. – Иначе дело могло кончиться очень плохо. Студентки рассказывают, лошадь Герберта пыталась зашибить двух девушек. Но я бы предпочла, чтобы умения твоей дочери больше не понадобились в стенах Академии, - она откинулась на спинку кресла, а потом махнула мне рукой. – Ты свободна, Люси.
Дважды повторять не требовалось. Меня, как ветром сдуло. Глянув на Роберта, я вдруг осознала, что не готова обсуждать с ним события минувшей ночи. И не из-за просьб таинственной блондиночки. И даже не из-за аргументов духов. Меня останавливало что-то иное. Собственная интуиция, наверное. И даже хорошо, что Роберт задержался у декана. Если бы он сейчас отвел меня в сторону, не факт, что я не начала бы заикаться, слишком вымотанная последними событиями. А Роберт – умный маг. Обязательно б что-то заподозрил.
Глянув на часы, я решила не вваливаться в класс посреди урока. К тому же, сейчас шла история Темного мира, которую вел профессор Догерти. На предыдущем уроке он устроил мне скандал из-за персональной работы, в которой я якобы посмела защищать светлых, что привело к ответу с моей стороны, а это в свою очередь стало причиной моего демонстративного ухода из класса. Не то, чтобы я жалела о собственной импульсивности. Но оказываться лицом к лицу с вредным профессором сегодня точно не была готова.
- Милс, Юджиния, - позвала я негромко.
Из стены вывалился кот.
- Что угодно? – спросил с таким видом, будто прятал в усах улыбку.
- Проводи меня в столовую, - попросила я, ибо, по-прежнему, не могла попасть никуда сама. Требовался обряд, который провести было нереально. Ведь Люси Грэйнвэй прошла его еще пять лет назад. – Не уверена, что меня накормят. Но попробовать стоит.
Есть хотелось ужасно. К тому же, следовало принять таблетки для новичков Темного мира. Строго после еды.
Столовая, разумеется, была пустой. Занят оказался только один стол, за которым сидела Лоис Грей. Лоб девчонки из личной гвардии ректора украшала повязка.
- Присаживайся, - она сделала приглашающий жест.
Я подчинилась. Странно отказываться. Особенно, если учесть, что Лоис теперь знает мой секрет.
- Последствие утреннего происшествия? – спросила я, кивая на ее лоб.
Лоис отпила кофе, а потом закатила глаза и поморщилась от боли.
- Хотела прийти на помощь Ирис и Мэган, хотя понятия не имела, что делать. Но споткнулась об ковер и поздоровалась с ним лбом. Зря спешила вообще. Ты справилась с проблемой куда лучше. Так что вот оно: еще одно доказательство твой избранности, Лони Моррин.
- А можно не произносить это имя? – прошипела я.
- Если ты не заметила, здесь никого нет.
- Кто-то же принимает заказы.
- Это делается на расстоянии. Ты не знала? Ах, да. Ты же тут недавно. И нет, это я не в упрек. Кстати, делай заказ, если не хочешь сидеть голодной. Скоро первый урок закончится, а на второй идти придется-таки.
Я молча постучала ложкой по столу через салфетку, и в воздухе появился листочек с меню. Выбрав яичницу, творог и кофе, я хмуро посмотрела на Лоис.
- Похоже, педагоги в замешательстве из-за… хм… сказочного Герберта.
- Они понятия не имеют, чей это сон. А им нужен источник. Есть два варианта. Первый: кто-то нарочно создал кошмарик. Второй: чей-то сон загадочным образом ожил. Но вероятнее второе, учитывая все безумства с сетью.
- Но почему никто не признался? Студентка, чей сон ожил, не виновата.

Лоис сердито фыркнула.
- Сразу видно, что ты – не Люси. И что тебе всё это, - она провела рукой по воздуху, - не нужно. Быть создателем – привилегия, которой боятся лишиться. А на первом факультете учатся преимущественно потомки старинных кланов. Оказаться виновным в чем-то подобном – позор.
- Но это, скорее всего, случайность и, как ты сама заметила, происки сети. Точнее, того, кто бедокурить внутри нее.
- Да. Но это ничего не меняет. Никто с первого факультета не хочет оказаться причиной появления жути из сна в реальности.
- Такое вообще часто бывает?
- Я читала о подобных случаях, - Лоис допила кофе. – Происходили пару раз в Академии лет двадцать или тридцать назад. Тогда студентку затравили, и она ушла, не закончив обучение.
- Это несправедливо.
- Пожалуй. Но подобные вещи – показатель слабости. - Лоис поставила пустую чашку на стол. – Так что по своей воле никто не признается. Ладно, мне пора. До начала урока еще есть время, но мне надо выполнять обязанности в гвардии. Увидимся, Ло… Люси.
 
****
Вторым уроком в расписание стояло создание снов. Вот куда мне хотелось идти еще меньше, чем к профессору Догерти. В классе леди Дженкинс предстояло увидеться с Кайлом. Это будет наша первая встреча (в моем настоящем обличье) после того, как парень потребовал не приближаться к нему ни при каких обстоятельствах. Да, он обещал сохранить секрет. Но вдруг взбрыкнет со зла. А Кайл точно распалится, едва меня увидит. Особенно непросто дастся тот факт, что я весь урок буду находиться за его спиной. Наверняка, это заставит Кайла нервничать и ждать подвоха.
Однако волновалась я зря. Кайл решил проблему. Парта, за которой он раньше сидел, оказалась занята худеньким блондинчиком в бритыми висками. Кайл же устроился в ряду у окна – на задней парте.
- Вагнер, Стэнтон, не желаете объясниться? – осведомилась леди Дженкинс, сходу заметившая изменения.
- Просим прощения, - Кайл мило улыбнулся. – Но Дик жаловался, что на него дует, и он простужается. А мне наоборот жарковато в ряду у стены. Там совсем нет циркуляции воздуха.
- Неужели? - усмехнулась педагог, вечно одевающаяся, как старушка, несмотря на довольно молодой возраст. – Если надеешься, что на задней парте я не буду тебя замечать, сильно заблуждаешься. Выходи к доске. Да-да, прямо сейчас. Пока я обсуждаю с остальными очередную версию особенного задания, составь формулу сна, где собака гоняется за кошкой по дому в три этажа с винтовой лестницей и сносит пальму.
- Пальма в доме? – удивился Кайл.
- Некоторые любят экзотику, - парировала она. – Приступай к делу.
Парень вздохнул и поплелся к доске, а я… едва смела дышать. Сидела, вцепившись в стул. И вовсе не из-за Кайла и его формулы. До моего контуженного разума дошло кое-что очень важное. Особенное задание, упомянутое педагогом! Вот, зараза! Я же сдала Дженкинс формулу с правками! Сделала это, думая, что провожу в Академии снов последние часы, и уже очень скоро буду раскрыта.
Вот, молодец, Лони…
А Дженкинс, тем временем, ходила между рядами и клала на парты листы, выговаривая всем студентам, что они так и не приблизились к разгадке. До меня очередь дошла под конец. Педагог нарочно оставила мою нескромную персону на «сладкое». И пока тянулось время, я успела известись, ругая себя последними словами.
Наконец, на парту легла и моя работа.
- Не знаю, как тебе это удалось, Люси, - проговорила Дженкинс, глядя на меня пристально, будто мысли прочесть пыталась. – Разумеется, я в курсе, кто твой отец. Но раньше на моих уроках ты не демонстрировала прыть. Была даже не крепким середнячком, а скорее посредственностью.
- У нее получилось? – спросил кто-то из парней в конце класса. Не Кайл точно.
- Задание выполнено, - признала Дженкинс, забирая лист назад. - Но с зачетом я повременю. Покажу работу декану Соммерс. Персональные бланки были зачарованы. Но я хочу удостовериться, что Люси не нашла обходной путь.
К щекам прилила кровь. От злости. Это мерзко, когда тебя выставляют в столь гадком свете. Да, конечно, Люси талантов не проявляла. Но говорить при всех, что я выполнила задание, разрушив защитные чары – это удар под дых. Очень некрасиво.
- Хорошо, покажите декану, - проговорила я негромко. – Я не боюсь проверки.
- Раз так, может прямо сейчас покажешь умения? – предложила Дженкинс. Она явно не сомневалась, что я – обманщица. – Стэнтон никак не может совладать с формулой. Внесешь исправления в его вариант?
Я хмуро посмотрела на доску. С губ сорвался вздох. Кайл сделал не самую худшую основу – сам дом, но запутался в деталях. Получалось, что это пальма гоняется по этажам за собакой, а кошка вообще осталась не у дел. Но если я влезу, парень взбесится. С другой стороны, со всех сторон слышались смешки. Люси Грэйнвэй и так была в последние недели не в почете. Не исправлю положение сейчас, дальше будет еще труднее. Все поверят, что я пыталась получить зачет обманом.
- Готова попытаться, Люси? – Дженкинс ждала моего решения. – Или сдашься сразу.
Ждал и Кайл, стоя у доски. Не сводил с меня внимательного взгляда.

- Я всё исправлю.
Это сказалось само собой. А в следующих миг я уже шла к доске. Забрала у удивленного Кайла мел. Еще раз глянула на формулу целиком и принялась стирать лишнее. А потом добавлять правильные куски. Понадобилось немногим больше минуты. Наверное, стоило работать медленнее. Или сделать хотя бы пару ошибок. Но в меня будто демон вселился. Снова. Так бесила и Дженкинс, и история с Юки. И вообще всё сразу.
- Готово, - объявила я, закончив писать, и победно посмотрела на стоявшую с открытым ртом педагога. – Подозреваю, замечаний не будет. Тут всё правильно. Теперь не пальма гоняется за собакой, а собака за кошкой, как и заказывали. Правда, я добавила немного отсебятины. Кошка не снесла пальму, а залезла на самый верх. Собаке ее не достать.
В классе стояла тишина. Кладбищенская.
Дженкинс тоже ничего не говорила. Просто смотрела то на формулу, но на меня. Как отреагировал Кайл, я не знала. Не смела даже краем глаза на него коситься.
- Простите, леди Дженкинс, но мне нужно покинуть класс, - проговорила я, чувствуя, что не могу здесь оставаться. Ни минуты. – Мне что-то не хорошо. Пойду в медицинский корпус.
Не дожидаясь ответа, я покидала вещи в рюкзак и пулей вылетела из класса, в котором никто так и не издал ни единого звука.
- Да что с тобой такое? – спросила я себя, прислонившись к стене.
Дыхание сбилось. Я промчалась пару этажей, а потом несколько коридоров. Понятия не имела, в какой части здания нахожусь. Но это было неважно. Я наворотила дел, и этого было не исправить. Слухи поползут быстро. Возникнут вопросы. Да, никто не знает (кроме Оливии), что у Люси есть близнец. Но ситуация будет выглядеть чертовски странно.
- Что произошло? – из стены выползла змея. – Я чувствую, что твое сердце вот-вот из груди выпрыгнет.
- Я сделал огромную глупость, Юджиния, - пожаловалась я. – Совсем обезумила.
- Рассказывай, - велела змея. – Все на занятиях. Нас никто не слышит.
Я всхлипнула, потерла глаз, но обошлось без слез. Рассказ получился коротким. Я не оправдывалась, не пыталась объяснить причины собственной глупости. Просто констатировала факт. Сдала исправленную формулу. Еще и в классе продемонстрировала прыть, которая Люси Грэйнвэй была отродясь не свойственна.
Юджиния выслушала без эмоций, а потом изрекла:
- Крутые виражи – это не очень хорошо во время конспирации. Но не думаю, что случится катастрофа. Для всех Люси – маг поколения, у которого никак не получалось раскрыться. Это, наконец, случилось. Ура.
- Считаешь, шума не будет?
- Студенты пошушукаются, позавидуют и успокоятся. Педагоги начнут больше загружать. Ты справишься.
- А что Люси? Она же однажды вернется и…
- Это ее проблема. А теперь ступай в медицинский корпус, как и намеревалась. Даже если решат, что ты перегибаешь, не удивятся. Все знают, что ты победила Герберта. Нервный срыв объясним.
- Проводишь?
- Конечно. Выше нос, девочка. Прорвемся.
Я не удержалась от улыбки. Приятно слышать такие слова. Как же хорошо, что у меня на службе духи. Без них я бы точно не справилась.
 
****
Как и предсказывала Юджиния, в медицинском корпусе проблем не возникло. Пожилая доктор выслушала мои жалобы на учащенное сердцебиение. Проверила пульс, посветила в глаза незнакомым приборчиком, поводила перед лицом руками, проводя некие магические манипуляции.
- Ничего опасного не вижу, - констатировала после осмотра. – Думаю, это нервы. После утренней истории. Ты справилась с ожившим воплощением сна и не дрогнула. Но подобный опыт не проходит без последствий. У тебя отложенная реакция. Я напишу освобождение до конца дня. Завтра утром, если еще будешь чувствовать недомогание, приходи ко мне, я продлю больничный еще на день или два.
- Спасибо. Я постараюсь выздороветь. Не хочу пропускать занятия лишний раз.
- Похвально. Но себя надо беречь.
Юджиния проводила меня до общежития первого факультета, и я скрылась в спальне, радуюсь, что живу одна. Разумеется, зла отсутствующей соседке я не желала. Особенно, если учесть, что Агнес – кузина Кайла. Но сейчас одиночество было благом. Я сходила в душ, постояла под струями, включая то теплую, то прохладную воду, минут сорок. Вернувшись в комнату, облачилась в домашнюю одежду – рубашку и облегающие брючки, и свалилась на кровать. Старалась не уснуть. Прогулка по сети сейчас точно была лишней. Но в сон меня и не клонило. Я просто лежала, стараясь дышать ровно, и постепенно становилось легче.
Увы, долго тишина и покой не продлились. Еще через час ко мне явилась Оливия, которая покрутила пальцем у виска и заявила:
- Ты утром, когда с Гербертом сражалась, головой не ударилась случайно?
- А тебе не нужно быть на уроке? – осведомилась я, ощущая, как раздражение возвращается.
- Сейчас обеденный перерыв, - отмахнулась бывшая подружка моей сестры. – Лони, ты понимаешь, что подставляешь и себя, и Люси? Слухи быстро разлетаются. Весь факультет обсуждает твой прорыв в формулах.
- О! Тебя вдруг стала волновать Люси? – усмехнулась я.
Оливия поморщилась, будто разозлилась на саму себя.
- Я никогда не желала зла твоей сестре. Я не буду против, если она вернется в Академию живая и невредимая, - дала девчонка неожиданный ответ.

Я вытаращила глаза. Это еще что за странное заявление? Оливия, как и Лорна, против Люси. Да, недавно она сказала, что конфликт у моей сестрички вышел именно с Лорной. Всем остальным пришлось выбирать сторону. Но Оливия же выбрала. Верно?
Увы, уточнить я ничего не успела. В дверь постучали.
Это оказалась Лоис, которая с удивлением уставилась на Оливию, не ожидая ее встретить в моей спальне. А я закатила глаза. Если еще и эта начнет читать нотации, точно взорвусь.
Однако дело оказалось в другом.
- Грэйнвэй, тебя вызывают ректор и декан, - объявила Лоис. Видно, явилась ко мне, как представитель гвардии. – Идем. Мне велено тебя привести.
Я мрачно кивнула, а Оливия тихонечко присвистнула и подарила выразительный взгляд. Мол, ну вот, сама напросилась. И, покачивая бедрами, вышла в коридор.
- Переодеться не желаешь? – поинтересовалась Лоис, кивнув на мою домашнюю одежду.
- И так сойдет, - проворчала я. Плевать, как выгляжу. От последствий сегодняшней выходки не спасет ни обычная форма, ни парадная.
По дороге Лоис не стала спрашивать, что заставило меня решить сразу две формулы для Дженкинс. Но захотела узнать, что в моей комнате забыла бывшая подружка Люси.
- Пришла поведать о моем идиотизме, - пояснила я и усмехнулась. – Оливия знает, кто я.  
- Что-о-о? – Лоис чуть не пропахала лестницу, по которой мы спускались. Я лишь в последние момент успела ее удержать. – Ты с ума сошла? – спросила она зловещим шепотом, когда выдохнула.
- Я ни при чем. Оказалось, Оливия единственная из компании, в которой теперь верховодит Лорна, знала, что нас с Люси двое. Она наблюдала за мной и всё поняла.
- Только не говори, что эта зараза тебя шантажирует.
- Нет. Не совсем. Я помогаю ей с домашкой по формулам.
- Какая прелесть, - Лоис продолжила спуск. – В общем, постарайся в кабинете декана Соммерс лишний раз не отрывать рот, - посоветовала она. – Там, насколько я понимаю, будет и твой отец. В его интересах, чтобы тебя не раскрыли. Предоставь все разговоры ему.
- Так и сделаю, - проворчала я и поежилась. Даже представлять не хотелось, насколько Роберт на меня зол.
Лоис не ошиблась. Наш с Люси общий родитель находился в кабинете декана Соммерс. Она сама сидела на привычном месте - за столом. Ректор расположился в кресле у окна – против света, и выражения его лица не было видно. Роберт стоял у стены, засунув руки в карманы брюк. Но больше всего меня напрягло присутствие четвертого участника «собрания». Здесь была Симона. Она стояла у второго окна. Разглядеть ее лицо тоже было проблематично, но пристальный взгляд я почувствовала кожей.
- Здравствуй, Люси, - первой заговорила декан Соммерс. – Ещё раз. Быстро же ты вернулась ко мне в кабинет, - она закатила глаза и продолжила: - Мы слышали о твоих неожиданных успехах на уроках леди Дженкинс. Раньше ничего подобного за тобой не замечали. Как думаешь, с чем связаны столь разительные перемены?
Очень хотелось посмотреть на Роберта, чтобы получить хоть какую-то подсказку. Но, разумеется, я не посмела это сделать.
- Если честно, я не знаю, почему раньше училась хуже, - проговорила, стараясь вести себя спокойно. – У меня амнезия. Но предположения есть. С подругами я поссорилась еще до травмы, а с парнем не заладилось после нее. Появилось очень много свободного времени, которое я тратила на уроки. Надеялась, если с головой погружусь в учебу, это подстегнет память. Может, потому и случился прогресс с формулами. В прежние времена я была занята другими вещами, а не оттачиванием мастерства создателя.
Симона кашлянула. Кажется, пыталась скрыть смешок. Остальные сделали вид, что этого не заметили. Слово взял Роберт.
- Мы всегда знали, что у Люси есть потенциал. И именно в работе с формулами. Но, похоже, ей впрямь не хватало самодисциплины. Стоило приложить усилия, как появились результаты.
- Так она всё-таки избранная? – впервые заговорил ректор.
- Предлагаю это проверить, - декан встала, и сразу стало заметно, насколько она ниже всех остальных.
- Плохая идея! – объявили Роберт и Симона одновременно, а потом покосились друг на друга.
А я невольно сделала шаг назад. Что еще за проверка такая? Мне же не придется называть имя, как в убежище филина?
А впрочем, сама виновата. Никто не заставлял демонстрировать таланты.
Декан Соммерс сердито фыркнула.
- Роберт, если твоя дочь – та самая, это пойдет на пользу всем. А нам нужен свежий взгляд.
Она встала ко мне спиной, провела руками по воздуху. Туда и обратно. Будто схлопнула кабинет и открыла что-то другое. Самое безумное – так всё и было.
Вот только что мы стояли в знакомом помещении на втором этаже Академии, выходящем окнами на реку. А вот находимся в подвале, освещенном факелами. Я не могла знать, что это именно подвал. Но нутром чуяла, что мы под землей.
- Что это? – пробормотала благоговейно.
На стене – от пола до потолка – красовалась формула. Невероятно длинная. Строчек пятьдесят, не меньше. Ничего подобного я раньше не видела.
- А ты не понимаешь, что перед тобой, Люси? – спросила декан.
Остальные молчали. Просто следили за мной, не шевелясь. Только ректор, переместившийся сюда вместе с креслом, слегка потирал подбородок.
- П-п-понимаю, - меня слегка повело, но ногах я устояла. – Это… сеть.
- Правильно, - похвалила декан. – Но с ней большие проблемы. Раньше мы писали формулу. Теперь… она появилась сама. Будто не формула создает сеть, а наоборот. Более того, формула больше не написана, а впечаталась в камень.
- Впечаталась? – переспросила я озадаченно.
- Именно, - подтвердила декан. – А еще появились новые значки, которые не существуют в природе. И мы понятия не имеем, что они значат.
Последние слова декана пока не желали фиксироваться разумом. Меня тревожило нечто иное.
- Но формула не впечатана. Она вообще не статична. Куски меняются. Сами по себе.
- Люси, о чем ты? – удивилась декан. – Какие куски?
- Вот здесь, здесь и здесь, - я показала пальцем. - И еще в левом углу. Третья строчка. И… Ох…
Голову внезапно пронзила боль, и я повалилась на колени, обхватив ее руками. Быть может, это случилось, потому что накрыло осознание. Я поняла, что именно видела. Меняющиеся куски были частью прошлого. Расслаивающимися места, которые почему-то видела только я одна.
- Люси, что случилось? – декан наклонилась ко мне. Роберт, кажется, тоже.
Но у меня не осталось сил отвечать. Глаза закрылись, и всё погасло.

- Пожалуй, завтра схожу-таки в медицинский корпус за новым освобождением от уроков, - проворчала я, лежа в постели. – Не расположена я что-то к учебе. Совсем.
- И чем будешь заниматься? – поинтересовалась Юджиния.
- Скрываться тут от всех. Пусть идут лесом с формулами и всем остальным.
Мы находились в моей спальне. В бессознательном состоянии я пребывала недолго. Очнулась на диванчике в кабинете декана Соммерс. К докторам педагоги решили не обращаться. Привели меня в чувство сами. С расспросами лезть не стали. Но я заметила многозначительный взгляд, который декан бросила на Роберта. Сие означало, что он пристанет ко мне в одиночку. Наверняка, сегодня ночью. Во сне.
Пока же меня оставили в покое. Велели одной девчонке из гвардии проводить до жилого блока. Посчитали, что мне после обморока лучше не ходить без сопровождения. И вот я валялась в кровати под присмотром одного из духов. Милс не явился. Занимался своими важными делами. Юджиния же проявила заботу. Доставила с кухни пакет с пирожками и закрытую крышкой баночку сока. Прием лекарства никто не отменял, а обед я пропустила.
- Что же не так с этой формулой? – проворчала я, вспомнив увиденное под землей. И потерла занывшие виски.
- Не стоит пока об этом думать, - посоветовала Юджиния. – Тебя явно становится плохо. Возможно, это – не твоя весовая категория.
- А чья? – я горько усмехнулась. – Преподавателям и Роберту кажется, что формула впечаталась в стену. Но я увидела другое.
- Может, блондинке что-то известно? – предположила змея.
- Она определенно не похожа не того, кто жаждет помогать.
Как же бесила меня эта девица! Явно осведомленная, но скрытная до жути. А самое мерзкое: я ей для чего-то нужна. Иначе зачем давать подсказки? Впрочем, кто сказал, что нужна именно я? Когда сделаю то, что нужно блондинке, утрачу ценность. А для той, кто умеет перестраивать сеть, избавиться от другого мага – не проблема.
Вышла бы Люси из комы, что ли?
Хотя…
Это не поможет. Роберт сделал на меня ставку. Пока не решится проблема с сетью, никуда он меня не отпустит. Еще и сделку мы заключили.
- Устала, - пожаловалась я змее.
- Может, отпроситься из Академии на выходные? – предложила она.
- Куда? В дом Грэйнвэев? Нет уж. Там Аллегра и бабуля Ровена, которая теперь знает правду обо мне.
- Не самая лучшая компания, - согласилась Юджиния. – Зато сможешь спать без попадания в сеть. Никто и ничто не потревожит.
- Твоя правда, - признала я. И всё же не собиралась рассматривать родовое гнездо Грэйнвэев в качестве передышки от безумств Академии снов. Не стоит оно того…
 
****
На ужин я явилась с тяжелой головой. События дня и обморок давали о себе знать.
- В Академии о тебе сегодня только и говорят! – сообщила Мэган за столом.
Ее глаза горели, как у кошки. В целом, она выглядела дружелюбной. Как всегда. Кажется, намек на пропасть, грозящую появиться между нами, остался намеком. Это было неплохо. Мне нравилась Мэган. Он искренняя. Ну а то, что поддерживает отца, ученого разрабатывающего препараты для сна, способные лишить создателей работы… Тут всё понятно. Она верит родителю. А он, разумеется, не потрудился объяснить дочке, как именно собираются испытывать чудо-препарат.
- Знаю, моя популярность нынче зашкаливает, - я округлила глаза, пытаясь свести всё к шутке. А сама поежилась. Кажется, на меня смотрели все, кто находился в столовой.
Впрочем, больше всех остальных меня волновал взгляд одного единственного студента. Я краем глаза постаралась на него посмотреть и с удивлением обнаружила, что Кайл поглощен совершенно другими вещами. Уплетает ужин и параллельно читает книгу. Если он на меня и злился за формулу на уроке леди Дженкинс, вида не показывал.
Зато кое-кто другой решил продемонстрировать свое «фи».
- Ты у нас теперь звезда, Грэйнвэй?
Рядом с нашим столиком остановились Лорна и компания. Бывшая лучшая подруга Люси смотрела на меня снисходительно, будто я – грязь под ногами. Остальные старательно поддерживали заводилы смешками. Одна Оливия выглядела мрачной. Ей назревающий скандал не нравился. Но она всё равно стояла со всеми. И помалкивала.
- Не припомню, чтобы ты прежде проявляла прыть в учебе, - процедила Лорна, не дождавшись реакции. В смысле, реакции от меня. Мэган-то, понятное дело, занервничала, вжала голову в плечи. – Обычно выезжала за счет фамилии, - продолжила ерничать Лорна, надеясь вывести меня из равновесия.
- Видимо, я поумнела, перестав общаться с тобой, - я посмотрела ей в глаза с превосходством. Сама напросилась. – Так бывает, когда отсекаешь балласт.
- Ах ты… - начала Лорна сквозь зубы, но ее грубо прервали.
- У вас проблемы, леди? - рядом остановилась Лоис. – Сами разойдетесь? Или требуется помощь гвардии?
Лорна что-то процедила под нос и удалилась-таки, уводя свиту. Оливия, уходя, подарила мне выразительный взгляд. Лоис сделала то же самое, а потом покосилась на Мэган. И я вспомнила, что она ходит в подозреваемых в краже браслета.
Боги! Как же в этой Академии сложно! У всех друг к другу какие-то претензии…

- Как же меня все достали… - пожаловалась Мэган несчастно, когда мы остались одни.
- Понимаю, - кивнула я, не вдаваясь в детали.
Развивать тему не хотелось категорически. Мэган ждет поддержки, а я не собиралась ругать Лоис. У меня с ней своя история.
- А можно я перееду к тебе? – выпалила вдруг девчонка и так тряхнула головой, что кудряшки запрыгали, будто наперегонки.
- Эм… - от столь неожиданной просьбы я потеряла дар речи.
- Ты же живешь одна. А нас трое. К тому же, с тобой мы ладим. Верно?
Мэган смотрела умоляюще, а я…
Ох, ну что за день безумный? И ведь никак не кончится.
- Я же не одна, - проговорила, стараясь, чтобы голос звучал мягко. – Агнес, по-прежнему, моя соседка. Она в больнице, но ее вещи в спальне и… Мэган, прости меня, я не против жить с тобой по соседству. Но это будет неправильно. Окружающие сочтут, что мы списали Агнес со счетов. А у меня и так проблемы с ее кузеном. Кайл взорвется, если ты… мы… - я замолчала, не в силах заканчивать предложение, ибо видела, как в глазах Мэган гаснет надежда.
- Понимаю, - пробормотала она и сложила столовые приборы в тарелку, хотя там еще оставалась еда. – Ну, мне пора…
Она ушла, а я потерла занывший лоб. Ну что за издевательство?
Самое смешное, у меня имелась еще одна причина отказать Мэган. Помимо Кайла, который, правда, взбесился бы. И этой причиной была Оливия, приходившая теперь ко мне заниматься. Пока я живу одна, можно делать это незаметно. А отказать студентке, узнавшей мою тайну, я не могла.
…Провожатые на этот раз не потребовались. Я увязалась за девчонками из жилого блока первого факультета и без проблем добралась до пункта назначения. Почти без проблем. В дверях столовой встретила Кайла. Он сделал вид, что в упор меня не видит. Так было лучше, чем претензии. Но я еще помнила его взгляд, когда он смотрел на меня в облике Юки. Сколько всего отражалось в глазах. Ух! Вот только то была не совсем я…
- Пожалуйста, я не хочу сегодня встречаться с Кайлом во сне, - проговорила я полтора часа спустя, лежа в кровати и глядя на формулу, которую создала. Это была тихая спальня, выходящая окнами на ночной город. – И в сеть не хочу, - добавила плаксиво. Дайте мне хотя бы одну ночь покоя. Тем более, день выдался «веселым».
Разумеется, меня не услышали. Или услышали, но не вняли просьбе.
Стоило закрыть глаза, как я оказалась посреди знакомого города. Под небом, затянутым облаками. Ни один солнечный луч не пробивался внутрь. Но и дождь явно не собирался поливать пустые улицы. Остальные-то студенты не нарушали требований ректора, в сеть не являлись. Разве что Кайл придет. Или Лоис. Против воли, как и я.
- Кукла? – пробормотала я, посмотрев на платье, а потом ощупав волосы. – Кукла…
Образ был привычным. Для настоящего времени. Уже неплохо.
Оставаться в сети я не собиралась. Но попытка нарисовать дверь закончилась провалом. Она вообще не появилась. Даже просто очертание!
Если раньше это место выпускало меня без проблем, то теперь вредничало.
- Ладно, пойдем другим путем, - проворчала я и дернула браслет на запястье, как учила таинственная блондинка.
Но ее хваленный подарок не сработал. Я осталась стоять, где стояла.
- И что вам от меня надо? – спросила, посмотрев на небо.
Ответа не получила и побрела по тихой улице – вдоль витрин и не горевших днем фонарей. Вокруг никого не было, но не покидало чувство, что за мной следят. Может, это была мнительность. Или же тварь наблюдала, притаившись за одним из окон. Странно, но я ее не боялась. А следовало. Она же нападала не раз и однажды пролила-таки кровь, убив Ханну. Но появилось чувство, что для меня она не опасна. Отобьюсь. Так или иначе.
А может, жути нравится со мной играть? И я нужна живой?
- Да чтоб тебя!
Я чуть не подскочила, заметив сбоку движение краем глаза.
Это был череп. То, что осталось внутри сети от Ханны. Интересно, так бывает всегда, когда кто-то погибает здесь? Или это особый случай?
У кого бы спросить? Пожалуй, у библиотекаря. Не у Симоны же, в самом деле. Хотя она знает о сети больше других.
- Отстань от меня! – потребовала я, но череп не послушался, продолжил катиться следом.
А я вновь испытала чувство вины. Ведь могла спасти Ханну. Наверное…
Я шла и шла, не понимая, чего сеть ждет. Неужели, нового путешествия в прошлое? А ведь памятный дом недалеко. Тот, где происходит расслоение. Я не хотела повторять опыт, но, возможно, это единственный способ выбраться из сети. К тому же, как отметили духи, мои посещения другого времени в снах – это уже история. Просто для меня она еще не случилась.
- Опять ты!
- Серьезно? – я обернулась и обнаружила Симону, патрулирующую улицы сети.
- Скажешь, что опять попала сюда против воли?
- А смысл говорить, если вы не верите. Почему вы одна? Не боитесь?
- А кто сказал, что я одна? – Симона посмотрела с превосходством. – Я подготовилась к встрече, куколка. Пора нам с тобой потолковать в реальности.
Она щелкнула пальцами, и из воздуха соткались два подтянутых пса вроде гончих. Они оставались полупрозрачными. Я видела сквозь них очертания домов на другой стороне улицы.
- Не дайте девчонке уйти! – приказала Симона.

Разумеется, я побежала. Так быстро, насколько могла. На стоять же на месте?
Да, наверное, это глупо. Особенные собачки вряд ли из тех, кто упускает добычу. Но сработали инстинкты. Я бежала и отчаянно дергала браслет – подарок блондинки. Но он не работал. Ни в какую. Может дарительница обманула? Или же сеть блокировала браслет? Невелика разница, когда за спиной слышится дыхание псов. Странно, что они вообще меня не настигли мгновенно. Большинство зверей бегает быстрее нашего брата.
И тут до меня дошло, что и я несусь гораздо быстрее обычного. Дома пролетают мимо, будто не машине еду, а не мчу на своих двоих.
Впрочем, это же сон. Тут законы физики нарушаются сплошь и рядом. Особенно, если речь о треклятой сети. Она теперь сама переписывает все правила и законы.
И тут я увидела то самое здание, в котором начиналось расслоение.
Мысль мелькнула вспышкой, и решение пришло само собой. И тут же сработала магия:
- АААаааааа! – заорала я, оборачиваясь и вскидывая руки.
Не знаю, что именно увидели псы. Но испугались знатно. Поджали хвосты, заскулили попятились. Я не стала ждать, пока они опомнятся. Рванула к дому, стараясь выхватить взглядом отслаивающийся кусочек крыльца. Получилось, как ни странно, с первой попытки. Я вцепилась в край, дернула и нырнула вниз головой, как пловец в воду. Довольно опасный трюк, если подумать. Но я не думала. Просто делала.
Удара не последовало. Как и падения.
Миг и вот я стою посреди все той же улице в сети. Только другой. В ночном варианте. Несколько месяцев назад.
- Чтоб всем провалиться, - прошипела под нос, заметив, как вдали прогуливается парочка. Кажется, это была Ирис – соседка Мэган и Лоис. Парня я не знала. – Ну, привет, Юки, - усмехнулась горько, потрогав шевелюру и обнаружив косы вокруг головы. Еще раз выругалась и села на ближайшую скамейку, не очень-то понимая, что делать дальше. Браслет-то не работал.
Ждать гонга? Но вдруг на меня он не подействует. Время-то чужое. Я сплю… хм… несколько месяцев спустя. Да, звучало странно. Но сути это не меняло.
- Там фокусы показывают! Через улицу! – крикнул пробегавший мимо Элай – тайный кавалер моей сестрички. Меня, разумеется, не признал.
Я не отреагировала. У меня тут свои «фокусы». Куда хлеще любых других.
Но остальных развлечение явно заинтересовали. Студенты вереницей потянулись на зов. Я увидела немало знакомых лиц. Даже Люси и… Ханну. Пока живую.
По телу прошла дрожь, и я обняла себя руками.
Как же мерзко всё это. Будто сеть издевается, показывая ту, кого я не спасла.
А потом стало еще хуже.
- Юки, вот ты где! Я тебя искал!
Рядом с моей скамейкой нарисовался Кайл. Он смотрел на меня щенячьим взглядом и выглядел отчего-то виноватым.
- Прости меня… - пробормотал он.
- За что? – опешила я.
- Ты знаешь, за что. Я поступил… дурно. Воспользовался моментом. Не стоило.
- Э-э-э… - я по-прежнему не понимала. Мы же перекинулись буквально парой слов в прошлую встречу.
- Ты меня предупреждала, - продолжил оправдываться Кайл, разводя руками. – Но я перешел черту. Юки, я очень дорожу... нашей дружбой, - последнее слово прозвучало с надрывом, будто Кайлу было невыносимо его произносить.
- Предупреждала… - повторила я эхом.
Вот черти!
Сеть опять играется. Или само время.
Это не следующая встреча. Я перескочила события. Для Кайла они идут по порядку, а для меня как придется. Мы явно не раз общались в его прошлом и моем будущем. А потом паразит что-то натворил, что меня разозлило.
Да уж, веселая у меня жизнь…
- Ты дашь мне еще один шанс, Юки? – Кайл смотрел умоляюще.
А я вспомнила, как видела его с самой собой со стороны. Юки приходила в настоящее. Приходила именно к Кайлу. Значит, общение не закончилось сегодня.
- Ладно, на это раз прощаю, - проговорила я строго.
Хорошо бы знать, за что именно. Но увы. Предвиденьем я не обладала. А расспрашивать странно. Мне же полагается знать.
- Спасибо, - Кайл сел прядом на скамейку, и мне стразу стало не по себе.
- Там фокусы показывают, - я указала в сторону, куда считанные минуты назад ушли другие студенты. – Идем!
Я вскочила. Кайлу тоже пришлось подняться со скамьи, хотя было очевидно, он бы предпочел остаться с ненаглядной Юки наедине. Вот только я не собиралась давать ему такую возможность. Он меня ненавидит. Настоящую меня. Нет смысла притворяться, что мы можем быть друзьями или… кем-то большим.
Он пытался заговорить со мной по дороге, но я принялась рассказывать, что обожаю фокусы. Чушь несусветная. Но мне так было проще.
- Да чтоб всех! – я резко остановилась, достигнув пункта назначения.
Фокусы правда показали. Прямо посреди улицы – под фонарем. И довольно искусно. Заставляли капли локального дождя ударяться об асфальт и взлетать обратно. Студенты в восхищении хлопали. Даже Люси наблюдала за происходящим с увлечением. Вот только…
Фокусы показывал клоун. Тот самый клоун, которого я видела с блондинкой перед перестройкой сети.

Ух, как у меня руки зачесались кинуться на клоуна!
Да, блондинка пыталась записаться в доброжелатели. Пока доверия не заслужила. Но я была склонна думать, что она не вселенское зло. Но какого лешего здесь делает ее прихвостень – клоун? Очередная игра? Или это его время? Но он же не просто разгуливает по сети. Он студентов завлекает!
И тут клоун меня заметил. Вытащил из кармана колоду карт, подул на нее, подкинул в воздух и…
Прежде, чем карты упали, все исчезли. Все студенты. И Кайл тоже. Остались только он и я.
- Что ты с ними сделал?! – заорала я, сжимая кулаки.
- Они просто проснулись, - ответил клоун странным голосом, будто механическим. – В своих спальнях. Ночь почти закончилась. До гонга считанные минуты. В их времени. Не в твоем. А я… Я хотел перекинуться с тобой парой слов, Лони Моррин.
- Правда, что ли? – спросила сердито. Показалось, волосы вот-вот дыбом встанут.
- Ты устала, - констатировал клоун. – Если не передохнешь, не возьмешь паузу, дело кончится плохо. Для тебя. Ты и так срываешься. Ситуации на уроках Догерти и Дженкинс тому доказательство. Дальше будет хуже. Твое состояние…
- Тебя мое состояние не касается! – отчеканила я яростно. – Шут ты гороховый…
- Я клоун, - ответил он всё тем же механическим голосом. Без намека на эмоции. – Шут у нас кое-кто другой. Тот, на кого ты злишься.
- Это он на меня злится. Ни за что.
- Он от тебя без ума.
- Не от меня.
- Это всё равно ты, Лони. Неважно, как ты выглядишь в сети, куклой или Юки, ведешь себя, как Лони Моррин. Не притворяешься кем-то другим. Он успел влюбиться по уши. Просто пока не понимает, что происходит.
- Если поймет, взорвется. И уж точно сдаст меня с потрохами.
- Зря ты так о нем думаешь. Дай Кайлу шанс.
- Ты в его адвокаты записался? – меня снова накрывала злость.
- Нет, конечно. Просто вы – отличная пара. И я держу за вас кулачки.
- Мы тебе для чего-то нужны? Тебе и блондиночке?
Он закатил глаза, да так, что исчезли и зрачки, и радужки. Осталась пустота. Но не белого цвета, а зеленого. А меня аж в ногах слабость появилась, стоило это увидеть.
- Вы с Кайлом нужны самим себе, - наконец, изрек клоун, вновь посмотрев на меня. – Ну и здесь без вас не обойтись. В сети.
- С этого бы и начинал, - усмехнулась я. – Подробности?
- Прости. Сама всё узнаешь. Шаг за шагом. Я лишь могу пожелать удачи, спокойствия и терпения. За первым, верю, не заржавеет. Второе и третье зависит от тебя. Отдохни. Подальше от Академии.
- В доме Грэйнвэев что ли?
- А это тебе решать, Лони. А теперь пора прощаться. Возвращайся к себе.
- И как мне это сделать? – я указала пальцем на бесполезный браслет. – Твоя подружка солгала. Эта штука не работает.
- В твоем времени нет. Только здесь.
- Быть не может… - я дернула браслет и…
Нет, не проснулась. Точнее, не совсем проснулась. На мгновенье, сквозь приоткрытые веки успела разглядеть очертания спальни в Академии. Но снова провалилась в сон. И вовсе не собственными стараниями. Меня затянуло. Но, как ни странно, не в сеть.
Я оказалась посреди зала без окон. Зато с факелами на стенах. В нос ударил запах сырости.
- Где ты была? Я уже пару часов пытаюсь тебя поймать. Ты во сне, но недоступна.
- Э-э-э… - я растерянно уставилась на Роберта Грэйнвэя.
- Не слышу ответа.
- А я обязана отвечать?
- Ты зарываешься, девочка.
Я увидела, как вспыхнули его глаза. И хотя очень хотелось выплеснуть гнев, я пришла к выводу, что ярость Роберта сильнее. И последствия будут куда страшнее.
- Я была в сети. Как обычно. За мной гонялась твоя бывшая. Точнее, не сама, а… Эта ненормальная натравила на меня призрачных псов.
- Призрачных? – удивился Роберт.
- Может, и не призрачных. Но эти премилые собачки просвечивали.
- А, ясно. Это старый трюк. Давненько его не использовали.
- Мне плевать, какое у него происхождение. Угомони бывшую, а? У меня нет сил с ней бороться.
Роберт потер подбородок.
 - Подумаю, что можно сделать. А теперь рассказывай.
- Что рассказывать? – растерялась, вспомнив путешествие в прошлое и разговор с клоуном.
- Всё. Мой приятель-филин сообщил, что ты пользовалась тайным выходом. Давненько он со мной не связывался. Но тут не выдержал. Посчитал себя оскорбленным. Говорит, мало того, что кто-то из моей родни его потревожил, так еще и приятелей притащил. Ну? И кто с тобой был?

Я зажмурилась.
Ну вот, приплыли…
Филин мало того, что устроил проверку с пристрастием, так еще и ябедой оказался. Сдал нас Роберту. Странно, что сам имена не назвал.
Это, конечно, неплохо. Но мне-то что теперь делать?
- И чего молчим? – осведомился Роберт.
- Ответить нечего, - я посмотрела ему в глаза.
- Мне нужны имена тех двух студентов.
- А мне нужно, чтобы все проблемы решались по щелчку пальцев, - съязвила я. И тут же отчеканила: - Я не назову имена.
- Эта парочка способна нам навредить, - Роберт поморщился.
- Нам? – переспросила я насмешливо. – Нет никаких «нас». Есть ты и твои интересы. И нет, они не навредят. Дали слово. А вот ты очень даже можешь.
- Ты всерьез так думаешь?
Я чуть не расхохоталась. Он вообще какой ответ хочет услышать?
- Не ты ли угрожал засадить мою маму в тюрьму, а бабушку оставить жить на улице? – спросила я, взирая с вызовом. – Так что не надо мне тут рассказывать, что ты – само благородство. У меня другой опыт.
- Тебе придется назвать имена, девочка, - не унимался Роберт.
- Иначе что? – у меня кулаки зачесались заехать ему в нос. – Опять угрозы последуют? И я не девочка. У меня имя есть, черти тебя дери!
- Ого… - он неожиданно развеселился. – Сколько пыла, однако.
- Потому что достали. Все разом.
- Ты сама умудряешься оказываться в гуще событий. Выпендриваешься на уроках, привлекая внимание к способностям. А утром что такое было? Кто заставлял тебя лезть на рожон и сражаться с Гербертом?
- О! Надо было стоять и наблюдать, как он убивает моих однокурсниц?
- Они не твои однокурсницы, а Люси.
Это был удар под дых. Точно. Я – не она. Я тут временно.
Нет, конечно, мне Темный мир и Академия снов вообще не сдались. Но получилось довольно подленько.
- Так пусть Люси и решает твои проблемы.
- Она…
- Что? Умеет лишь их создавать?
- Я не это хотел…
- А я говорю об этом. Она украла защитную брошь у Филомены. Переругалась с подругами. А еще… - я сделала эффектную паузу, - Люси заключила некую сделку с Джеймсом Ноланом – преемником Симоны. Он ждет, чтобы я выполнила свою часть.
- Что за сделка? – Роберт напрягся.
- Понятия не имею. Нолан тут же притих, когда осознал, что амнезия настоящая. Думал, Люси прикидывается. Уж не знаю, что у него за причины так думать.
Наш общий папенька выругался. Новости ему очень не понравились.
А я… Удовольствие донос мне не доставлял. Но пусть сам разбирается с дочкиными секретами. Мне осточертело всё это разгребать.
- Что это была за формула? В подземелье? – я решила не дожидаться, пока он снова на меня насядет, а пошла в атаку сама.
- Ты уже знаешь. Это сеть.
- Я не об очевидном спрашивала. У кого-то есть мысли, что с ней происходит? Ее вообще охраняли? В смысле, место, где она спрятана. Кто-то мог вмешаться?
Но Роберт молчал. Смотрел на меня сердито. А потом процедил с усмешкой:
- Сначала ты.
- Я не назову имена.
- А я сейчас не об именах. Ты что-то увидела на формуле. Я заметил по лицу. Нечто такое, о чем не хочешь говорить.
- Я еще днем сказала: в некоторых местах было странное движение. Куски формулы менялись сами собой.
- Это часть правды. Рассказывай остальное.
По телу будто ток прошел. Вспомнились слова блондинки, советовавшей не посвящать Роберта в тайну расслоения сети. А потом и слова духов. Они тоже считали, что этот маг должен оставаться в неведении. По ряду причин. И их доводы казались мне дельными.
- Нечего рассказывать, - ответила жестко. – Я смотрела на формулу считанные секунды. И озвучила всё, что удалось заметить.
- Ректор и декан хотят, чтобы ты снова с ней… хм… поработала.
- Спасибо, мне неинтересно, - проворчала я и… схватилась за щеку, ощутив странную боль, будто когтями проехали. – Ох…
- Что? – Роберт чуть наклонил голову набок.
- Не знаю. Что-то… Да черти!
Боль стала такая, что я чуть не запрыгала.
А в следующий миг открыла глаза в спальне. В спальне, наполненной странным розовым дымом.
- Выметайся отсюда! – приказал Милс. Он стоял на кровати и сердито молотил хвостом по собственным бокам.
- Что за… - я не договорила. Закашлялась.
- В коридор. Живо!
Я подчинилась. Попыталась. Но шлепнулась на колени. От дыма закружилась голова. Да и в глазах потемнело. Тогда кот подскочил ко мне и увеличился в размерах.
- Держись за меня. Только хвост не оторви.
Я не стала цепляться за упомянутую часть кошачьего тела. Просто повисла на Милсе, а он, будто лошадь, потащил меня к выходу. В нем оказалось столько силы, что аж дверь выломал. Сам-то мог пройти насквозь, а вынести меня – нет.
- Что за грохот? – из соседних спален выглянули студентки.
А я просто распласталась на ковре, чувствуя, что сил не осталось ни на что.
- Прости за щеку, - раздался рядом голос кота. – Но ты никак не просыпалась. А еще я знаю отличную целебную мазь. Шрамов не останется…

- Открыть окно?
- Зачем?
- Ты бледная. А здесь душновато.
- Меня всё устраивает.
Я даже не взглянула на Роберта, сидящего за рулем роскошного черного автомобиля. Продолжила смотреть в окно – на столицу Темного мира.
Меня отпустили из Академии. На неделю. Посчитали, что нуждаюсь в отдыхе. Роберт в восторг не пришел. Но и декан Соммерс, и доктора настаивали. А всё из-за истерики, которую я закатила. Не собиралась это делать. Я же девушка стойкая. Но всё случилось само собой. Усталость накопилась. А тут еще выяснилось, что кто-то подкинул мне в спальню очень опасную шкатулку, испускающую розовый дым, который в больших дозах смертелен. Судя по всему, так и было задумано. Я же спала. И если б не вмешательство Милса, точно бы не проснулась. В какой-то момент просто перестала бы дышать. Не самая кошмарная смерть, наверное. Но со стороны убийцы это вряд ли гуманность.
Я понятия не имела: убить хотели меня или Люси. Зато понимала, что сделать это могла только обитательница общежития первого факультета. Ну, или кто-то из женщин-педагогов. Они могли попасть в наши коридоры. Мужчины – нет.
Осознав это, я начала всхлипывать. А тут еще Милс, охранявший меня в медицинском корпусе, подлил масла в огонь. Вспомнил, что это не первая попытка. Мен пытались убить, когда я только «вернулась в Академию после комы». Чуть не сожгли. И преуспели бы, если б не защитники. Признаться, я совсем забыла о том «инциденте». Слишком много всего происходило во сне и наяву. А вспомнив, заревела в голос.
- Это не нервный срыв, а последствия воздействия дыма, - чуть позже объясняла Роберту и декану Соммерс пожилая доктор с короткими волосами. – Как я и сказала, в больших количествах он смертелен, в небольших вызывает эмоциональные всплески. Люси придет в себя через несколько дней. Но пока я бы посоветовала ей покинуть Академию. Здесь слишком много раздражителей, а Люси эмоционально нестабильна. И уязвима.
- Хочу домой… - прохныкала я не в силах сдержаться.
Позже, когда я перестала лить слёзы, со мной говорила декан Соммерс. Выспрашивала, кто мог желать мне зла настолько, чтобы пойти на кардинальные меры.
- Может, создатель Герберта и его кошмарной лошадки? – проворчала я. – Если они, конечно, были созданы осознанно. Я помешала планам, и… случилось то, что случилось.
- Рабочая версия, - признала декан. – Как насчет других? Говорят, у тебя произошла стычка с Лорной в столовой.
- Стычка? – я сначала не поняла, о чем она. – Ах, да. Но я бы не назвала то премилое общение стычкой. Лорна отпустила язвительное замечание в своем стиле.
- Говорят, ты ей ответила и выставила в дурном свете перед свитой.
- За такое убивают? – усмехнулась я.
- Некоторые маги готовы на многое из-за подпорченной репутации.
Но я покачала головой. Не верилось мне, что это Лорна. Перебор. У них с Люси конфликт. Однако, если верить Оливии, там девичья перебранка вышла из-под контроля. А наша, как сказала декан Соммерс, «стычка» - не повод для убийства.
- Есть еще обиженные на тебя?
Я передернула плечами.
Кайл? Он меня не выносит. Но у него нет доступа в девичьи коридоры.
Нолан? Педагог в ярости, что Люси не исполнила свою часть таинственной сделки. Но ее смерть точно не поможет получить желаемое. И опять же Нолан не мог подобраться к моей спальне.
Или же нужно мыслить шире? Убийца мог нанять кого-то из девчонок, чтобы подкинула шкатулку. Исполнительница могла не знать, во что ее втягивают. Эта версия звучала более убедительно, чем убийца-студентка. Из девчонок на меня никто не злился и не обижался. Разве что…
Вчера вот обиделась Мэган. За то, что отказалась пускать ее жить в мою спальню.
«Это бред», - сказала я себе. Где Мэган, а где покушение на убийство.
Я даже озвучивать эту версию не стала.
- Может, дело не во мне… - пробормотала, не подумав. – В смысле, не во мне нынешней, - поспешила поправиться.  – У меня амнезия. По сути, я сейчас новый человек. А прошлое покрыто мраком. Я ничего не помню. Вообще ничего. Милс прав, первый раз на меня напали, едва вернулась в Академию из клиники. Наверное, ниточки надо искать в прошлом. Но здесь я не помощник.
- Может, ты и права, - кивнула декан. – При условии, что покушения – действия одного и того же мага, а не двух разных.
Я поежилась и чуть снова не заревела. Но декан подбадривающе похлопала меня по плечу и ушла. А вскоре объявился Роберт. Он и стал тем, на кого я выплеснула новую порцию эмоций. Заявила, что, если не будут выполнены мои требования, пусть всё катится к чертям. Плевать мне и на угрозы, и на последствия уничтожения сети.
Надо было видеть его лицо. Растерянность точно не была наигранной.
И вот, спустя пару часов Роберт вез меня прочь от Академии. Я сидела и смотрела в окно. В окно противоположное взирал Милс, стоя на задних лапах, а передние уперев в стекло. Кот заявил, что одну меня не отпустит. И вообще, духи тоже имеют право на отпуск. Юджиния попыталась возразить. Мол, почему едет именно Милс. Она бы тоже могла составить мне компанию. Но он заявил, что кот – это дело обычное. А вот змея не очень-то сойдет за питомца.

Внимание! 
Заключительный день Черной пятницы. А у меня НОВЫЕ скидки. На ДРУГИЕ истории.
Заглядывайте на мою . 
А это подборки:





 

Наконец, впереди показались ворота, за которыми скрывались владения Грэйнвэев. Я непроизвольно поморщилась. Роберт, кажется, этого не заметил. Или сделал вид.
Машина остановилась под кроной векового дуба вдали от дома.
- Готова к перемещению?
- Что? – вопрос удивил. – Мне не нужно общаться с Аллегрой или бабулей Ровеной?
- Нет. Аллегра весь день проводит с подругой в салоне красоты. Матушке пару часов назад доставили билет на выступление ее любимого певца. Я подумал, вам пока лучше не пересекаться. Ты взорвешься. А ей ни к чему слышать крики. Она не заслужила.
- Какая забота, - съязвила я. – В прошлые встречи не заметила, чтобы ты ее щадил.
Роберт предпочел ничего на это не отвечать, дабы не провоцировать новую эмоциональную бурю в моем исполнении. Вышел из машины.
Я посмотрела на Милса.
- Уверен, что хочешь отправиться со мной?
- Да. За тобой стоит присмотреть, Лони Моррин. И мне путешествие пойдет на пользу. Хоть лапы разомну.
- Ясно…
Роберта же не шибко устраивал мой спутник.
- Надеюсь, хвостатая нечисть, ты не забудешь, что коты не разговаривают, - проговорил он, взирая на духа свысока.
- Обращение крайне неучтивое, - заметил Милс.
- А я и не собирался вести с тобой вежливые беседы, - парировал Роберт. – Знаю я вашего брата. Сначала обещаете защиту, а потом оказываетесь бесполезными.
Я вытаращила глаза. В выпаде против кота было что-то очень личное. В смысле, Милс точно ничего не сделал Роберту. Претензии имелись к другому духу. К филину? Возможно. Но точно не за то, что не назвал имена моих спутников.
- А ты… - Роберт повернулся ко мне. – Надеюсь, сама понимаешь, что следует рассказывать, а что нет.
- Я не идиотка.
- Розовый дым неплохо над тобой поработал.
Я сжала зубы. А над мозгом Люси кто поработал за последние пять лет? Уж не сам ли папенька? То-то столько дел наворотила.
- У тебя неделя, - напомнил Роберт, не дождавшись ответа.
Я лишь кивнула, готовая к путешествию, как и Милс.
 
****
Так странно. Стоять и смотреть на дом, в котором прожила почти всю жизнь, но не чувствовать с ним связи, как раньше. Не так уж долго я отсутствовала, но казалось, прошла вечность. Или, как минимум, целая жизнь.
- Это твой дом? – удивился Милс.
- Котам не полагается разговаривать, - напомнила я.
- Ладно, в общественных местах буду нем. Но мяуканья не дождетесь.
Я усмехнулась. Прозвучало даже забавно.
- Да, это мой дом, - ответила на вопрос. – Внизу трактир, которым владеет моя мама. Наверху – жилые помещения.
- Наверное, шума много.
- Только по праздникам. Мама быстро ставит на место любых бунтарей. А потом запрещает появляться на пороге. А так как с подобными заведениями на буферных землях туго, посетители стараются не попасть в немилость.
- Похоже, сильная женщина – твоя мама. Понятно, в кого ты пошла.
- У нас с Люси одна мама. И растила нас обеих именно она.
- Дурное семя в каждом клане бывает, - ответил на это Милс философски.
- Ладно, идем, пока тебя кто-то не услышал и не перепугался, - я сделала глубокий вздох, готовясь к встрече с настоящей семьей. Но сначала потрогала щеку. На ней был специальный пластырь – заживляющий и маскирующий одновременно.
…Мама нашлась наверху. В течение дня она несколько раз спускалась в трактир, но не находилась там постоянно. Мне повезло перехватить ее между очередными «заходами».
- Ты вернулась! – она всплеснула руками и торопливо меня обняла, будто опасалась, что я – морок и вот-вот растворюсь.
- Не совсем, - ответила я, когда мама отстранилась и внимательно оглядела мое лицо, ища признаки чего-то дурного. – У меня что-то вроде каникул. Передохну недельку и вернусь назад. Работа не окончена.
- Люси не… - мама не смогла закончить фразу. Всё-таки неблагодарная девчонка была ее ребенком. Как и я.
- Она всё ещё в коме, - сообщила я, стараясь, чтобы в голосе не проявилось раздражение. Всё, что было связано с близняшкой, жутко злило. Еще сильнее, чем раньше. – Насколько я понимаю, причин для волнений нет. В смысле… - я запнулась. Всё-таки кома – это по любому серьезно. – В смысле, ухудшений нет. Вот.
- Но что произошло? – мама смотрела очень внимательно.
- Я же сказала, мне дали перерыв.
- Ох, Лони… - она покачала головой. – Понимаю, последние недели тебе постоянно приходилось врать, притворяясь сестрой. Это вошло в привычку. Но это я. И уж кто-кто, а я свою дочь знаю. Роберт ни за что бы тебя не отпустил без веской причины. И как бы ты ни старалась, грим не скрывает припухлости глаз, Лони. Я же вижу. Ты плакала. Несколько часов назад.
Я отвела взгляд. Стало стыдно. Да уж, дожили. Я вру маме.
Но ей, правда, нельзя знать всего. Если поймет, что мне угрожает смертельная опасность, согласится принести себя в жертву и отправиться в тюрьму, лишь бы ноги моей больше не было в Темном мире.
- Кое-что случилось, да, - я постаралась выглядеть искренней. Насколько это возможно. – Какой-то кретин распылил особенный порошок. Студенты вечно дурачатся. Только вот у темных розыгрыши не всегда безобидны. Оказалось, порошок влияет на эмоции. А я надышалась знатно… В общем, у меня был нервный срыв. Видимо, впрямь устала врать и постоянно быть начеку. Это ужасно выматывает. Доктор из Академии велел отправить меня домой на неделю. Декан поддержала. Роберту пришлось подчиниться. Но в его особняке мне делать нечего. Особенно, учитывая, что еще… злюсь. Когда я сказала, что хочу провести эту неделю дома, он согласился. Для него самого так проще. И вот, я здесь. Чему несказанно рада.

- Я тоже рада…
Мама снова меня обняла. Кажется, она поверила рассказу. Ведь большая его часть была правдой. Не считая момента, что вместо порошка был опасный для жизни дым, и предназначался он исключительно мне.
- О, а это у нас кто? – мама заметила Милса, топтавшегося на пороге. Он не спешил изучать обстановку, как это делали обычные коты, а внимательно слушал наш разговор. – Ты завела питомца в Академии, Лони?
- Эм… - я посмотрела на кота. – Кстати, об этом. Его зовут Милс. Только он… не совсем кот.
- А кто? Пёс? – мама засмеялась.
В другой момент я бы обрадовалась, что снова слышу ее смех. Но сейчас следовало объяснить, что притащила в дом сверхсущество. Точнее, оно само притащилось.
- Нет. Милс выглядит, как кот. Но вообще он – дух. В Академии много таких, как Милс. Обычно духи сами по себе. Но иногда… Иногда выбирают студента. Становятся защитниками. И Милс…
- Твой защитник? Какая увлекательная история, дорогая, - мама пыталась улыбаться, но в глазах сквозила тревога. Она не поверила. На буферных землях нет духов. Помнится, я и сама испугалась, когда Милс и Юджиния появились в столовой.
А мама… Она не очень понимала, как объяснить самой себе мои слова.
- Думаю, надо поселить твоего… хм… духа в комнате у лестницы. Я приготовлю ему миски и лоток для… нужд.
- Духи не нуждаются в еде, мам. Лотки им соответственно без надобности.
Вот теперь в ее глазах промелькнула настоящая паника.
- Она нам не верит, Лони, - констатировал Милс, устав ждать, когда это путанное объяснение подойдет к концу.
- Ох… - мама схватилась за сердце одной рукой, а другой оперлась о подоконник.
- Он, правда, дух, - проговорила я извиняющимся тоном.
- Разумеется, дух, - подтвердил Милс. – Решил вот сопровождать подопечную. А заодно самому поглядеть на буферные земли. Я всю жизнь прожил в Темном мире и…
Закончить фразу помешал визг.
Это была бабуля Нора, которая очень невовремя вошла в комнату.
- Кот разговаривает! Это воплощение зла! – завопила она, подпрыгивая и тыча пальцем в сторону обалдевшего Милса.
А потом замолчала и… сползла по стене на ковер…
 
****
Остаток дня прошел довольно напряженно. Бабулю пришлось отпаивать успокоительной настойкой и пытаться объяснить, что кот – это не кот, а особенно существо. И оно не опасно для тех, кого оберегает. И родни подопечных тоже. Та кивала и… икала время от времени. Мама, хоть и радовалась моему приезду, теперь поглядывала с легким укором. Мол, не нужно было брать с собой говорящего кота. Дух – не дух, главное, бабушку напугал до полусмерти. Я старалась не показывать эмоций. А они были. Еще какие! Я злилась. Снова. А ведь представить не могла, что гнев будет разливаться по венам и дома. Предполагалось, что здесь я успокоюсь и восстановлюсь физически и морально.
- Нет, назад я не вернусь. Пока ты здесь, я тоже здесь, - заявил Милс, едва я попыталась завести разговор о его перемещении обратно в Темный мир.
- Ты чувствуешь опасность для меня и дома? – насторожилась я. Не простое же это упрямство. Духи выше подобных закидонов.
- Я чувствую, что не стоит оставлять тебя без присмотра, Лони Моррин, - отрезал Милс, дав понять, что ответ окончательный и бесповоротный.
Спать я легла пораньше. Еще восьми не было. Чувствовала та-акую усталость, что передвигать ноги не осталось сил. Мысленно начертила простенькую формулу, даже тетрадь взять не потрудилась. И провалилась в выбранные декорации – оказалась на гамаке посреди самого обычного поля, тянущегося до горизонта. Там стояло всего одно дерево, но с густой кроной. На нем и висел гамак. Листва защищала от солнца, которое и так было не слишком ярким. Грело, но не палило. Я вздохнула, радуясь, что здесь нет никакой сети, и можно просто отдыхать.
Сосредоточилась и провалилась «на глубину». Создатели никогда не спят так, как все остальные маги и люди. Могут либо «бодрствовать» в снах, либо погрузиться в нечто среднее между дремотой и трансом. Да, тело отдыхает, даже если я сражаюсь с монстрами в сети. Глубина – лишь иллюзия для тех, кому хочется отрешиться от всего на свете. Ну, почти. Мысли всё равно копошатся на границе сознания. Но сейчас меня устраивало именно такое состояние. Раньше я обожала приключения в снах. Теперь очень хотелось, чтобы их стало поменьше.
Потому и выбрала глубину. И оставалась в ней столько, сколько могла.
…Проснулась я от удара лапой по щеке.
- С ума сошел?! – возмутилась на Милса, стоявшего прямо на мне.
- Пора вставать, Лони Моррин.
- Сама решу, когда пора, - я попыталась скинуть кота, но тот огорошил:
- Ты в курсе, что уже третий час дня?
- Что-о-о? – я резко села, и Милс плюхнулся с меня на матрац.
- Всё на свете проспала, - проворчал он и пару раз лизнул шерсть на боку, будто был настоящим котом.
Тут было сложно спорить. Легла в восемь, встала в третьем часу. Да, конечно, отдых необходим. Но у меня всего неделя дома. Стоит насладиться компанией родственников, а не дрыхнуть до бесконечности.
- Надеюсь, ты больше не беспокоил бабушку? – спросила я, спуская ноги с кровати.
- Нет. Я гулял. Изучал округу. Только недавно вернулся.
- Есть что интересное?
- Вообще-то есть. Я видел воплощение сна. Правда, призрачное. Для людей, да и большинства магов оно невидимо. Но я же дух. Мимо меня такое не пройдет.
- В смысле, воплощение сна? – я вытаращила глаза. – Вроде Герберта на двухголовой лошади?!

- Это воплощение определенно милее Герберта, - подметил Милс. – Прелестная дева с корзинкой. В старинной одежде. Наверное, тоже героиня сказки. Но, да, она как Герберт. Вышла из чьего-то сна. Но, как я и сказал, она слабая. Никому ничем не угрожает. Прошла по вашему городку и растворилась. Хм… Кстати, как он называется? Городок? Я нигде не видел табличек.
- Никак не называется, - ответила я растерянно. – У него только номер. Одиннадцать. Так, перестань заговаривать мне зубы! – велела, рассердившись. – Рассказывай дальше о воплощении.
- А что рассказывать? Прошло и растворилось.
- Чье оно? Определенно не мое. Никаких сказочных персонажей в сегодняшнем сне не водилось.
- Не твое. Ты прекрасно управляешь снами. Точно бы не допустила подобного казуса.
- Но в городке больше нет создателей. Я бы…
- Что? Знала? Ага. А о твоих способностях кто-то догадывается? Не ты ли всю жизнь их скрываешь?
- Ладно, я поторопилась с выводами, - признала, хмурясь. – Соображаю туго спросонья.
- Не поэтому. Тебе нужно поесть и выпить четвертинку таблетки. Помнишь? Утренний прием ты пропустила.
- Что? Ах да…
Перед тем, как отправить меня домой, Роберт проконсультировался с доктором из клиники, где лечили Люси. С тем самым, который и дал мне таблетки. Он был в курсе нашей ситуации. Доктор сказал, что я не должна бросать прием лекарства, раз через неделю планирую вновь вернуться в Темный мир. Нужно сократить дозу до минимальной, а потом пить препарат, как обычно.
- Хорошо, иду обедать и принимать лекарство, - проворчала я. - Или завтракать? А, неважно. Главное, ты сиди тут и не попадайся на глаза бабуле Норе.
Впрочем, оказалось, что моя пожилая родственница успела прийти в себя и больше не собиралась бояться необычного кота. Она как раз успела поесть и допивала чай, от которого пахло мятой на всю кухню и ближайшие коридоры.
- Доброе… хм… день, - поздоровалась я и налила себе суп.
- Добрый, - отозвалась бабуля Нора.
- Мама в трактире?
- Да. Только недавно спустилась.
- Прости за вчерашнее. Дух считает, что обязан везде меня сопровождать, - проговорила я аккуратно, порадовавшись мысленно, что со мной Юджиния не поехала. Реакция бабули могла быть еще хуже.
- Ничего страшного, - ответила вдруг она. – В детстве мне снились кошмары о говорящих зверях. В основном о волках. Я тогда еще жила в Светлом мире и была очень впечатлительным ребенком. Вчера я будто в свои детские страхи заглянули, спрятанные глубоко-глубоко в душе. Потому и последовала бурная реакция. Но теперь я в порядке. Дух – это хорошо. Пусть даже он родом из Темного мира. В моем старом доме духи тоже водились. Крохотные девочки с крылышками. Если такой дух становился чьим-то защитником, это считалось большой удачей.
Я аж рот от удивления открыла. И вовсе не потому, что бабуля Нора пришла в себя. Дело было в другом. Раньше она никогда не рассказывала о Светлом мире, в котором прожила двадцать два года. Не хотела вспоминать о доме, путь в который был заказан. А всё потому, что во время преддипломной практики на буферных землях (бабуля выучилась на специалиста по взаимодействию с жителями этих мест) умудрилась завести роман с темным, который приезжал сюда по неким важным делам. Бабуля Нора никогда не называла его имени. Даже маме, а ведь это был ее отец. Хотя… Если он такой же, как Роберт Грэйнвэй, неведение – благо. Как бы там ни было, бабуля Нора родила ребенка-полукровку и осталась жить на буферных землях. У нее был выбор. Скрыть позор, отправив дочь в приют, и вернуться домой, как ни в чем ни бывало. Придумать историю, способную скрыть отсутствие. Но бабуля предпочла вырастить ребенка и отказаться от дома навсегда.
Что тут скажешь? Мне повезло и с ней, и с мамой. Люси сама дурочка, что их не ценила.
В нашем доме всегда будет тепло. Особняк Грэйнвэев не может этим похвастаться. Как и Академия, в которой всегда невероятно мрачно, а студенты отнюдь не друзья.
- Не хочешь рассказать, почему дух отправился с тобой?
- Он так решил.
Бабуля Нора поставила чашку на стол и посмотрела пристально мне в глаза, причем, казалось, что глядит прямиком в душу. Раньше такого никогда не случалось.
- Ты знаешь, я обычно не вмешиваюсь. Мое дело, чтобы сыты и одеты по погоде внучки были. То есть… внучка, - поправилась она, сообразив, что Люси уже давно не в счет. – Остальным занимается Луна. Но сейчас я вижу, что она боится спрашивать. Твоя мать не идиотка, понимает, что ты не договариваешь. Не хочешь ее пугать, защищаешь. Понимаю. И даже ценю, что бережешь. Но думаешь, так Луне легче?
- Меня защищают. И это главное.
- Нет, Лони. Не главное. Подумай над моими словами. И лучше поговори с матерью до того, как вернешься в треклятую Академию. Иначе сломается что-то очень важное, что есть между вами. Люси это растоптала. Не повторяй ее ошибок.
Бабуля покинула кухню, оставив меня сидеть над остывающим супом.

В тот день я так и не вышла из дома. А для разговора с мамой не созрела. После ужина помогала ей прибраться на кухне. Говорила в основном она, понимая, что я не хочу обсуждать Академию и Темным мир. Рассказывала последние новости городка. Я слушала и ловила себя на мысли, что проблемы соседей теперь кажутся мелкими. Наверное, такое восприятие оправдано, когда за тобой в сети следит опасное существо, а потом заставляет сделать выбор: кому жить, кому умирать. На этом фоне многое покажется сущим пустяком.
Ночь прошла спокойно. На этот раз я отдыхала у речки. На «глубину» погрузилась не сразу. Сначала любовалась закатом, а потом звездами на небе. Проснулась в хорошем настроении, радуясь, что не нужно притворяться кем-то другим и беспокоиться, что меня раскроют. А еще сердце грела мысль, что сегодня суббота, и нет занятий на курсах по подготовке к учебе в Большом городе. Это означало, что мой приятель Рэй в городе, и у меня есть отличная возможность вытащить его на прогулку. Я соскучилась. И очень хотела провести время с тем, кто отлично меня знает и ценит такой, какая есть.
Я покинула дом сразу после завтрака. Милс увязался за мной, пообещав притворяться обычным котом на самовыгуле и держаться на расстоянии. Я не возражала. Считала, что нянька мне без надобности, но, если дух не хочет выпускать меня из вида, пусть бродит неподалеку. В конце концов, я ему жизнью обязана.
Дверь открыла матушка Рэя – полная женщина с вечно уставшим взглядом.
- Ты? – удивилась она. – Тебя выгнали из Темного мира?
- Э-э-э… - я растерялась от такого заявления. – А кто сказал, что я была в Темном мире?
Она передернула плечами.
- Все говорят.
- Рэй дома? – перешла я к главному.
- Да. Но лучше бы ему держаться от тебя подальше. Умчалась, вертихвостка, и даже не попрощалась. А теперь явилась, как ни в чем ни бывало.
Дверь передо мной захлопнулась.
- Ого… - выдохнула я.
В каком-то смысле мама приятеля была права. Я, действительно, не попрощалась. Роберт явился внезапно, огорошил новостями, дал считанные минуты на сборы. Мне и в голову не пришло, что Рэй обидится. А зря. Сама бы, что подумала на его месте? Пожалуй, ничего хорошего о том, кого считала другом.
Молодец, Лони…
Я решила, было, что на этом всё. Мать и не подумает передавать Рэю, что я здесь, и придется выслеживать его, сидя в засаде. Но дверь снова отворилась, и на пороге появился мой приятель.
- Ну, привет, - протянул без выражения.
- Прогуляемся? – предложила я.
Рэй кивнул и спустился с крыльца. Мы побрели по улице нашего довольно унылого городка – в сторону реки. Погода стояла самая нелюбимая для меня. Листва полностью опала, но снег пока не спешил не то, что покрывать землю, но и просто кружиться в воздухе. Солнце покинуло наши края, небо полностью заволокли серые тучи.
- Прости, - проговорила я, а изо рта вырвался густой пар. – Я – идиотка. Но всё произошло слишком быстро. В тот день, когда мы виделись в предыдущий раз, я дома и часа не провела.
- И какой он? Темным мир?
- С чего ты взял… - я махнула рукой. – Ладно, неважно. Просто есть вещи, которые я не могу рассказывать.
- Ясно, - Рэй смотрел куда угодно, лишь бы не на меня.
- Не злись. Ну же, - я попыталась взять его за руку, но Рэй не позволил.
- Я не злюсь. Просто многое изменилось, Лони. А ты… Ты теперь будто кусочек прошлого, с которым я вот-вот попрощаюсь.
- Значит, всё складывается? С Большим городом?
- Меня берут, - подтвердил выводы Рэй. – Без экзаменов. Случился прорыв. Теперь у меня не просто задатки рентгеновского зрения, а подтвержденная редкая способность. Я зачислен на медицинский факультет. Буду изучать анатомию и всяческие болячки, чтобы понимать, что к чему.
- Поздравляю! – сказала я, абсолютно искренне радуясь за приятеля. Это ведь мечта любого подростка на буферных землях – отправиться жить в Большой город. Там совсем другая жизнь, иные перспективы. – Я, правда, очень рада за тебя.
- Мама тоже… рада, - проворчал Рэй. – Но ей непросто. Из-за того, что я уезжаю.
- Может, однажды удастся перевести ее к себе.
- Возможно. Если хорошо себя проявлю. Но учиться предстоит еще три года, а потом практика и только после нее настоящая работа. Если… буду справляться. А мама… Ей и сейчас тяжело работать в поле. У нас же нет своего трактира. Неизвестно, что с ней будет через три-четыре года.
На языке вертелось замечание, что нехорошо проходиться по трактиру. Я ведь не виновата, что у наших матерей разные жизненные ситуации. Но сдержалась. Отношения с Рэем и так трещали по швам. Он злился. И на меня, и на несправедливость жизни, и даже на собственную мать – за то, что не может похвастаться крепким здоровьем. Ну и на самого себя заодно.
- Ты ни в чем не виноват, - попыталась я его приободрить.
Рэй на это ничего не ответил. Задал вопрос о моем будущем:
- Так что, ты вернулась насовсем?
- Пока нет. Только на неделю. Но однажды, да, вернусь.
Я пока не могла сказать, что, возможно, тоже перееду в Большой город. Рэю нельзя знать о моей сделке с Робертом.
- Надеюсь, твои дела в Темном мире стоят упущенной возможности, - проговорил он и остановился. Посмотрел на меня странным взглядом. – Мне пора.
- Может, увидимся завтра? Пока у тебя нет занятий.
Но Рэй мотнул головой из стороны в сторону.

- Не получится. После твоего исчезновения… - он отвел взгляд. – В общем, у нас закрутилось с Марой. Помнишь, у нее дар влиять на скорость выращивания овощей? В общем, всё как-то само собой получилось. Теперь мы встречаемся. Мару тоже берут в Большой город без экзаменов. Сегодня у меня полно дел дома. За неделю накопились. А завтра я еду в городок Мары на весь день. Вот.
- Понятно, - пробормотала я. У моего приятеля появилась подружка. А я… я просто кусочек прошлого – унылого детства в городе, к которого нет даже названия, а только порядковый номер. – Ладно, удачи тебе в новой жизни, - пожелала я и пошла одна к реке.
Несколько секунд в сердце крохотным огоньком горела надежда, что Рэй меня догонит, и мы еще погуляем по берегу. Хотя бы час. Или полчаса. Но этого не случилось. Когда я обернулась через несколько шагов, обнаружила, что Рэй далеко. Он даже не остался постоять и посмотреть мне вслед. Сразу пошел домой. Он давно поставил точку…
 
****
Я всё же спустилась к реке. Побродила там немного, ощущая пустоту в душе. Милс меня не беспокоил. Я пару раз видела черный силуэт между стволов. И всё. Раз договорились, что не будет подходить и заговаривать в общественных местах, кот соблюдал правила. Меня это устраивало. Сейчас мне не хотелось ничего обсуждать. Ни с Милсом, ни с кем бы то ни было.
Но, увы. Вечером всё же пришлось вернуться к непростой теме. За ужином. Бабушка поела раньше и уселась в своей комнате смотреть вечернее кино по одному из двух каналов, что у нас в городке ловились. Мы с мамой трапезничали вдвоем. Она заметила, что я хмурая, и насела с расспросами. Ответ «всё в порядке» не принимался.
- Дело в Рэе, - призналась я нехотя. – У него теперь другая жизнь, и я больше не являюсь ее частью. Я рада за него. Но он… Я ему больше не нужна. А еще у него появилась подружка. Они вместе перебираются в Большой город.
- Мне казалось, между вами не было романтических чувств, - проговорила мама, и я ахнула. Никак не ожидала, что разговор зайдет о таком.
- Не было, - буркнула недовольно. – Даже намека. Просто разрушилось нечто очень важное. Дружба. И кажется, это волнует только меня. Для Рэя это лишь свершившийся факт. Он идет дальше. А я будто в стену врезалась. Со всего маху.
- Мне жаль, Лони, - мама коснулась моей щеки. – Но в этом месте редко встречается настоящая дружба. Люди и маги жаждут устроиться получше, а окружающие – либо средство, либо помеха.
- Раньше я об этом так не думала.
- У тебя была цель. Большой город. Ты сосредоточилась на ней.
- Жила в вакууме?
- Не совсем. Но, да, некоторых вещей не замечала.
Я тяжко вздохнула, а потом вспомнила кое-что из утреннего разговора с теперь уже бывшим приятелем.
- Рэй переживает за маму, - начала осторожно. – Она останется одна и… Ты не могла бы, нанять ее в трактир? Ей тяжело работать в поле.
По лицу мамы прошла тень.
- Ты просишь за родственницу того, кто вычеркнул тебя из жизни?
- Наверное, я – неплохой друг.
Мама покачала головой из стороны в сторону.
- Нет, Лони, я ее не найму. Прости. И дело не в свинском поведении Рэя. Его мать не чиста на руку. У людей пропадали вещи после ее визитов. Пока удавалось выкрутиться. Явных доказательств не было. Она не дурочка, чтобы нести украденное к себе домой. Но в трактир я воровку не пущу. Даже ради твоей заботы о друге. Наша репутация – наше всё. Закроется трактир, нам конец. Я не уверена, что мы вытянем бабушку, работая в поле и теплицах.
- Ясно… - пробормотала я. – Ты права, конечно.  
Но на душе всё равно остался осадок. Хотела помочь Рэю хоть чем-то. Но не вышло.
- Ты сейчас очень уязвима, Лони, - мама встала из-за стола, остановилась за моей спиной и обвила меня руками. - Из-за Темного мира. И всех проблем, которые на тебя свалились. Но всё закончится. Роберт дал клятву. Ему придется ее сдержать и добиться твоего переселения в Большой город. У тебя там большое будущее, дорогая. Нужно просто потерпеть.
- Нужно… - пробормотала я.
А злая память нарисовала тварь в сети, отражение Юки в витринном стекле, меняющуюся формулу на каменной стене…
Да, Роберт, может, и дал клятву. Но до жизни в Большом городе пока всё равно, что до россыпи холодных звезд на далеком небе.
 
****
Ночь я проводила на выставке картин, которую создала при помощи довольно сложной формулы. Бродила по залу, разглядывая пейзажи и портреты. Их было около дюжины. Больше с первой попытки вряд ли бы получилось. Искусство во сне – это отдельная тема. Целый домище с кучей коридоров и тайных комнат создать проще, чем один выставочный зал. Но мне захотелось… эстетики что ли…
Однако долго наслаждаться не дали.
Меня разбудил Милс ударом лапы по щеке.
- Уже утро? – спросила я сонно и уставилась на окно, за которым господствовала ночная тьма. – Что случилось?
- Твои в порядке, - заверил кот, спрыгивая с кровати. – Но ты должна ЭТО увидеть. Ну же, Лони, поторопись. Иначе уйдут.
Я чуть не брякнула: «Кто уйдут?», но вовремя сообразила, что лучше самой посмотреть, чем терять время на уточняющие вопросы. Сунула ноги в тапочки и пошла за котом в коридор, а потом вниз по лестнице.
- Из твоего окна уже не видно, - говорил Милс на ходу. – Они за угол завернули. Из гостиной посмотри. Или из кухни. О! Вон, идут! Надеюсь, взору создателя они доступны.

Я прильнула к стеклу, пытаясь разглядеть тех, о ком говорил кот. С первого раза не получилось. Но дух сердито шикнул. Мол, старайся лучше, Лони Моррин. Я прищурилась, сосредоточилась и…
- Ого… - выдохнула благоговейно.
По улице шагал обрывок чужого сна. Два обрывка. Женщина с длинными волосами и лошадь, которую хозяйка тянула за уздечку. Они были едва уловимые, полупрозрачные. Будто сотканные из дымки.
- Кто же их создает? – пробормотала я. – Вряд ли нарочно. Никто, кроме нас с тобой, их увидеть тут не способен.
- Скорее, кто-то не умеет контролировать дар, - согласился Милс.
- Ребенок? Или… - я едва не вывернула шею, пытаясь разглядеть получше удаляющуюся парочку. – Лоис говорила, в Академии лет двадцать назад училась девушка, у которой оживали сны. Ее затравили, и она не закончила обучение. Как думаешь, могла она поселиться на буферных землях? Может, так было лучше, чем оставаться с родней, считавшей ее позором для себя идеальных? Сам знаешь, как в Темном мире все из кожи вон лезут и на какие ухищрения идут, чтобы соответствовать запросам общества.
- Знаю, - проворчал кот. – Хорошо еще, что эти обрывки снов безобидны. Герберт в Академии чуть студенток не прикончил. И прикончил бы, если б не твое вмешательство. Ты у нас вечная девушка с сюрпризами. Справляешься с любой жутью.
- Не сглазь, - прошипела я. – А то перестану справляться. И вообще, мне не нужно повторение такого ужастика, как Герберт на двухголовой лошади. Своих кошмариков хватает, начиная с твари-убийцы и черепа Ханны, который катается за мной по сети.
- Убийцы? Черепа? О чем ты, Лони?
Я вздрогнула, не ожидая услышать мамин голос и больно приложилась лбом о стекло. А Милс аж выругался, чего прежде за ним никогда не водилось. И как мы не заметили вторжение? Хотя… я знала, как. Бабушкин отец – мой прадед – умел ходить сквозь стены и летать в нескольких сантиметрах от пола. Бабуля Нора полезный светлый дар не унаследовала. Зато мама могла на несколько секунд становиться невесомой, что под ее ногами не скрипели половицы, и даже дух не сумел распознать звук шагов.
- Да собственно… я… имела в виду…
Кулаки непроизвольно сжались. Вот я – молодец. Опростоволосилась основательно.
- Что происходит в этой безумной Академии, Лони? – спросила мама строго.
- Ничего… особенного… - ответ был идиотским, но сорвался с губ прежде, чем я сообразила, что именно собираюсь сказать.
- Лони, ты осознаешь, что до того, как побывала в Темном мире, ты мне никогда не лгала? - напомнила мама убитым голосом.
Мне стало стыдно. Но и обидно тоже. Я же отправилась в Академию снов, чтобы защитить маму с бабулей Норой от Роберта. Да, рассказала не всё. Но это тоже – защита. Я знала, что справлюсь в конце концов, да и духи меня в обиду не дадут. А мама будет сходить тут с ума, считая, что я в беде. Будто мало переживаний о Люси в коме!
- Я не лгала. Просто… Академия – это Академия. Там постоянно что-то происходит. Особенно в сети. Это место, где студенты экспериментируют.
- Ты упомянула убийцу, Лони, - мама смотрела пронзительно.
Я всплеснула руками.
- Одна студентка погибла. Но это никак не связано с недавним происшествием со мной. Тут другое. Кто-то, кажется, точит зуб на Люси. А я притворяюсь ею и…
Я замолчала, потому что видела, что мама не верит. Понимает, что версия притянута за уши.
- Поговорим утром, - отчеканила она. – Или днем. Или… когда сочтешь нужным перестать увиливать. Но учти, если не перестанешь это делать, назад в Темный мир не вернешься.
Мама поднялась по лестнице на второй этаж, а я… Я ударилась затылком о стекло. На этот раз нарочно. Безумный поступок довольно-таки. Но то было проявлением эмоций.
- Прости, я не заметил ее появления, - Милс по-человечьи развел лапами. – Нехорошо вышло. Но запрещать тебе что-то она не имеет право. Насколько я понимаю, на буферных землях дети переходят в разряд взрослых сразу после окончания школы.
- Дело не в этом, Милс.
- Знаю. Она – твоя мама. И ты не хочешь ссориться. Роберт и Люси определенно тебе не семья. Но вернуться придется. Неважно чего хочешь твоя мама. Или ты сама.
- Роберт не позволит мне уйти, не закончив работу, я это прекрасно осознаю.
- Дело не только в нем. Мы же знаем о Юки. И это…
- Свершившаяся история, - я чуть не расхохоталась.
Вот же пристали духи с этой Юки! И будущим, которое уже прошлое!
- Не злись, - посоветовал Милс. – Лучше подумай, как задобрить маму, чтобы всё утрясти. И побыстрее. Ты сюда отдыхать и набираться сил приехала, а не плодить новые проблемы. И уж тем более не тратить на них и без того расшатанные нервы.
Кот махнул хвостом, коснувшись моей руки, и в три прыжка оказался на втором этаже.
Я закрыла глаза, ощущая, как раздражение разливается по телу.
В одном Милс точно прав. Мой приезд домой предполагал восстановление. А пока я только и успевала, что огорчаться. То из-за Рэя, теперь из-за мамы.
Но ведь, правда, это всё грустно…
Прошло совсем немного времени, а я теряла важные связи. И дело было не только в близких. Не покидало ощущение, будто что-то поломалось. Будто я уже не часть места, которое еще недавно называла домом. Темный мир мне без надобности. Он чужероден. Но и дом был не совсем домом. Или я – уже не совсем я.
И что дальше? Большой город, если Роберт сподобится выполнить условия сделки?
Если откровенно, я уже сама не понимала, каким вижу собственное будущее. И еще меньше представляла, как наладить отношения с мамой.
И дернуло же меня попроситься домой!
Лучше б сидела в особняке Грэйнвэев, честное слово…
Дорогие читатели!
Литгород объявляет скидки выходного дня. Точнее, двух. Субботы и Воскресенья.
На этой неделе тема - попаданки в академиях.
От меня участвует "".

Истории об истинных и избранных студентках-попаданках

Следующие два дня прошли… без особого успеха.
Мама делала вид, что ничего не произошло и пропадала в трактире. Но я прекрасно понимала, что это затишье перед бурей. Она давала мне время на размышление. Если до конца внеплановых каникул не расскажу подробности, мне поставят ультиматум: либо признание, либо невозможность возвращения в Темный мир. Да, было очевидно, что Роберт не потерпит помех, и последует… Да много что последует! В том числе, и вероятное тюремное заключение и потеря дома с трактиром. Но мама тоже пойдет до конца.
Потому я и размышляла. И сидя в комнате, и во время прогулок по округе, и даже во сне. Пыталась придумать, что именно рассказать маме, чтобы ситуация выглядела менее кошмарной. Но, увы, каждый отдельный эпизод нес для меня опасность. Я пыталась поставить себя на место мамы, и признавала, что сама бы сходила с ума от беспокойства за близкого. Но что я могла сделать? Роберт не оставит мне выбора. Да и положа руку на сердце, я хотела во всем разобраться. С загадками сети, с блондинкой, с Кайлом и Юки. Хотела узнать, кто на меня нападал. Во мне дело или всё-таки в Люси?
Милс сопровождал меня на прогулках, но разговорами не досаждал. Говорил, что это моя семья. Я сама должна во всем разобраться, а давать советы – дело не благодарное. По ночам он покидал дом. Пытался снова увидеть обрывок сна и проследить за ним. Кот не был уверен, что это работает именно так. В смысле, что кусочек сна приведет к создателю. Но считал, что попытаться стоит. Но пока ночные вылазки успеха не приносили. Обрывки больше не появлялись. Либо они упорно избегали встречи с Милсом.
На третий день в городке поднялся переполох. Прибыли проверяющие, ходили по домам, сверяясь со списками зарегистрированных жителей. Такое бывало и раньше. Но нынче мужчине в форме цвета мокрого асфальта вели себя особенно грубо. Я слышала, как маму донимали вопросами. Не о нашей семье. О трактире. Их интересовала каждая мелочь, будто кто-то специально натравил. Я сидела на лестнице, никем не замеченная, и хмурилась. Вряд ли это Роберт постарался. Ему сейчас крайне не с руки со мной ссорится. Но что-то определенно было не так. Может, кто же желает занять нишу и избавляется от конкурента?
- Что происходит? – спросила я маму, когда проверяющие ушли.
Трактир сегодня не работал. Из-за проверок в городке. Можно было говорить, не опасаясь чужих ушей.
Она передернула плечами.
- Такое чувство, что кто-то натравил проверяющих на тебя, - не унималась я.
Но мама отмахнулась.
- Это не в первый раз. Просто обычно я не посвящаю тебя и бабушку в детали, чтобы вас не волновать.
Я усмехнулась.
Ага, она не посвящает. И именно, чтобы не волновать.
А, когда я что-то утаиваю о жизни в Темном мире – это очень плохо.
Впрочем, мои проблемы, пожалуй, помасштабнее будут. По трактиру, знаете ли, опасные твари-убийцы не летают, и прорехи в прошлое не открываются по углам.
- Ты уверена, что это всё же не чьи-то происки? – спросила я, чтобы еще раз понаблюдать за маминой реакцией.
- Разумеется, - заверила я. Но прозвучало фальшиво. Мама умела врать еще хуже меня.
Она что-то знала. Или подозревала. Но не собиралась делиться.
- Куда твой кот… в смысле дух уходит по ночам из дома? – перевела она тему.
- Выслеживает сны, - подыграла я.
- Что? – глаза мамы округлились. – Это метафора такая?
- Если бы, - я села на барный стул. – В Академии случилась одна странность. Кто-то из создателей с нашего факультета… - я запнулась. – Кто-то из девочек с факультета Люси напортачил. Сон ожил. Это был герой сказки. Отрицательный персонаж. Он скакал на лошади по коридору жилого блока.
- Представлял опасность? – мамин вопрос прозвучал, как констатация.
- Да, представлял, - призналась я нехотя. – Но я разрушила обрывок. В буквальном смысле разорвала. Сама не понимаю, как именно. Но мои способности… Они очень мощные. Я и не осознавала раньше насколько. Иногда руки сами поднимаются и делают то, что я не умею. Осознано не умею. Вот.
- Как такое возможно? – мама тоже села. Сделала это как-то странно, будто ноги внезапно перестали ее держать.
- Я – маг поколения. И возможно…
- Что? – она даже подалась вперед от волнения, когда я замолчала, испугавшись признания, которое собралась сделать.
- Возможно, я потенциально сильнее Роберта, - решилась я на откровенность. Может, моя мощь поможет маме меньше беспокоиться? - Я вижу то, что больше никому не под силу. И очень хорошо защищаюсь.
- Но это…
- Странно? – я усмехнулась. – Знаю. Но магия… такая магия. Впрочем, это отдельная тема. Ты хотела знать, что делает Милс по ночам. Он заметил кое-что, когда мы только приехали. Обрывок чужого сна. Здесь сны тоже вырываются наружу. Они не опасные. Едва уловимые даже для меня. Наверное, они и раньше «бродили» по городку. Просто я не замечала. Я же спала по ночам, а не разгуливала по округе.
- И что это значит? С нашими снами что-то не так?
- Нет, конечно. Это значит, что в городке живет тайный создатель, который не до конца контролирует способности. Бояться не стоит. Как я и сказала, опасности обрывки не представляют. Но мне было бы полезно выяснить, кто этот маг, и поговорить с ним. Возможно, это помогло бы вычислить девушку, которая творит безумства в Академии. Она делает это не нарочно. Но ни за что не признается.
- Почему? Ее действия несут угрозу остальным! – возмутилась мама.
- Ты не понимаешь, - я поморщилась, вспомнив недавние объяснения Лоис. – На первом факультете учатся представители элиты. Признаться в подобном – всё равно, что уничтожить свою карьеру и опозорить семью. Меня такая безответственность тоже бесит. Но что есть, то есть. Однако, если бы я поняла причину ошибки, может смогла бы вычислить виновника, пока еще какой-нибудь ужастик не вырвался на волю в Академии. Не хочу, чтобы кто-то пострадал. Там учатся не только снобы.

Мама посмотрела на меня долгим странным взглядом.
- Такое чувство, что ты сама стала частью этого сообщества, - проговорила она с горечью.
Но я рьяно замотала головой.
- Не стала. Но мне придется вернуться в Академию. Не хочу, чтобы по коридорам бегали новые обрывки снов, вроде двухголовой лошади.
Маму аж передернуло. Видимо позволила воображению разыграться. 
- Возможно, я знаю, кто тебе нужен, - поведала она после вздоха. – В трактире работает одна женщина. Зовут Рона. Она чуть моложе меня. Приходит пару раз в неделю. Живет обособленно. На самой окраине. Обычно она не особо разговорчива. Но как-то мы закрывали вдвоем трактир. Потом посидели за чашкой чая. Слово за слово и разговорились. Она из создателей. Правда, несостоявшихся. Призналась мне лишь потому, что у меня дети от Роберта Грэйнвэя. В каком-то смысле, я посвященная в дела-заботы Темного мира. Так вот, Рона не рассказывала подробности, но я так поняла, что ей пришлось уйти из Академии. Это было не отчисление, а ее собственное решение. Из-за неких проблем.
- Ого… - выдохнула я. – А ведь подходит. Мне рассказывали, что в Академии лет двадцать назад училась девушка, у которой тоже вырывались в реальность обрывки снов. Она не доучилась. Ее затравили.
- Как «мило», - мама поджала губы. – И это место твоя сестра предпочла дому.
Я постаралась подавить раздражение, которое появлялось при упоминании Люси. Развивать тему, разумеется, не стала.
- Дашь мне адрес Роны? – попросила маму.
- Лучше поговорить с ней здесь, - предложила она. – Так будет удобнее. Завтра у Роны как раза смена в трактире. И я смогу ее подготовить.
Я выдавила улыбку, хотя прекрасно поняла, что дело не в подготовке Роны. Мама хочет присутствовать при нашем разговоре.
Ладно, пусть так. Хотя мне не нравилась подобная не то проверка, не то попытка контроля.
 
****
Следующей ночью Милсу повезло. Он встретил-таки обрывок снова. На этот раз призрачная дева разгуливала по городку, неся в руках гуся. Однако проследить за ней не получилось. Дева погуляла-погуляла, а потом взяла и растворилась.
- Получается, с домом хозяина обрывок никак не связан, - отчитался кот. - Бродит себе по городку и всё.
- А далеко от окраины ты деву видел? – насторожилась я.
- У нас тут всё довольно близко. Городок-то небольшой. Но не по окраине дева гуляла точно. Больше по улицам, считающимся центральными.
- Хм…
Я задумалась. Если мама права, и обрывки вырываются из снов Роны, то прогулки по центру городка наталкивали на неприятные мысли. Раньше я думала, что Герберта в Академии вызвал кто-то из студенток первого факультета, раз тот скакал по нашему общежитию. Но если сны Роны разгуливают не рядом с домом, тогда «хозяин» Герберта – любой обитатель Академии?
Какая прелесть…
- А это любопытно, - изрек кот, когда я поделилась выводами.
- Это усложняет ситуацию.
- Возможно. Но твоя главная задача – проблемы сети. А ожившие сны… Поможешь, чем сможешь. С остальным пусть педагоги разбираются. К тому же, твою версию легко проверить. Вот вернемся в Академию и посмотрим, где будут бродить новые обрывки. По разным общежитиям иль только по вашему.
- Веселая перспектива.
- Знаю. Но ты лучше о встрече с Роной подумай. Как выудить из нее нужные сведения, но при этом не напугать матушку сильнее прежнего. Она же будет рядом сидеть.
Я чуть зубами не заскрежетала. Как же всё и все допекли!
…Вниз меня позвали после закрытия трактира. Бабуля Нора передала сообщение. Она выходила на вечернюю прогулку и вернулась с новостями. Мол, ждут, поспеши.
Мама успела поговорить с Роной, и они обе сидели за столиком в углу. Рядом друг с другом. Мне же полагалось устроиться напротив. Мама всё спланировала. Она хотела видеть моё лицо во время разговора.
Контроль. Это точно безумный контроль.
Боги! И что нашло на эту женщину?
- Признаться, мне не очень нравится ситуация, - заговорила Рона – темноволосая женщина лет на двадцать старше меня.
Она выглядела довольно хрупкой. Особенно для работы в трактире. Да, мама у меня тоже дама довольно стройная, но она руководит процессом, а не разносит дни напролет еду и напитки, а потом не драит столы, стойку и пол. Роне же приходилось делать именно это. С другой стороны в городке под номером одиннадцать, как и в соседних особо выбирать не приходилось. Самые одаренные работали врачами и учителями, а остальные в основном в полях летом и в теплицах зимой. Лишь небольшая часть населения устраивалась куда-то еще, например, продавцами или водителями. Были еще рыбаки. И всё, пожалуй. Большая часть товаров к нам завозилась из Большого города. Здесь ничего не производилось. А отсюда везлись туда овощи и фрукты. А вот животноводством непосредственно в нашем городке не занимались. Это была прерогатива городков с четвертого по девятый.
Рона же, видимо, предпочла работу официанткой, нежели почти в буквальном смысле пахать в поле. Как-никак, она – создатель снов по рождению. Темный маг.
- Понимаю, вы бы предпочли не вспоминать свою прежнюю жизнь, - проговорила я аккуратно. – И при других обстоятельствах я бы и сама с удовольствием не касалась в разговоре Темного мира или Академии снов. Но это, правда, важно.

- Я понимаю причину твоего интереса, - Рона едва заметно поморщилась. Любое воспоминание о прошлом вызывало негативные эмоции. – Но говорю с тобой исключительно по просьбе Луны. Я ей должна. Она наняла меня, хотя я отнюдь не идеальный работник. Да, ты правильно поняла, Лони. Мне нет дела до студентов Академии снов. Пусть там всё сгорит синим пламенем, я не огорчусь.
По моему телу прошла судорога.
Даже так? Изводившие Рону студенты давным-давно покинули стены Академии, а нынешнее поколение не сделало ей ничего дурного. Но ей плевать.
И что это говорит о самой Роне? Многое.
- Мне лишь нужно знать, спровоцировало ли что-то ваш дар? – спросила я, желая поскорее покончить с разговором, ставшим крайне неприятным. – Возможно, обрывки начали вырывать не просто так и…
- Не просто, - перебила Рона и посмотрела с вызовом. – Я говорила это и педагогам, и руководству Академии, и другим студентам. Но мне никто не верил. Записали в сумасшедшие. Неумеха и чокнутая – вот в кого я превратилась, когда отчаянно пыталась доказать, что происходящее – не моя вина.
- Что случилось? С чего всё началось?
- С сети! – выплюнула Рона. – И с черепа, который меня преследовал! Сначала внутри нее, потом и в снах, которые я сама создавала.
- С черепа? – я качнулась вместе со стулом, вспомнив то, что осталось от Ханны.
- Именно! – в глазах Роны промелькнула ярость. – Не смей говорить, что не веришь! Потому что он был реален. Катался за мной каждую ночь. Сначала молча, а потом начал говорить гадости девичьим голосом. Мол, а давай поиграем. Если не веришь, ты такая же, как студенты, которые меня травили!
- Рона, не нужно нервничать, - начала моя мама. – Лони просто удивилась и…
Но я не дала ей возможности договорить.
- Я верю, - проговорила, глядя в пылающие глаза Роны. – Более того, знаю, чей это череп. Недавно внутри сети погибла студентка. Ханна. Череп – это то, что осталось от нее в сети.
- Ты издеваешься? – Рона приподнялась, уперла ладони в стол. – Я училась в Академии более двадцати лет назад! Причем тут свежая покойница?!
- Притом, что ее череп путешествует во времени, - ответила я, не дрогнув. – Не спрашивайте, как. Не знаю. Но он появлялся в сети задолго до вашей учебы. Его видела студентка, учившаяся лет сорок назад.
Рона вытаращила глаза, а потом медленно села.
- Это какой-то бред…
- Серьезно? – я усмехнулась. – И это говорит та, кто доказывал существование якобы невозможного?
- Ладно, поймала, - Рона резким движением убрала упавшую на лицо прядь. – Допустим ты права. Тогда ответь: что умершей студентке нужно?
Я развела руками.
- Ответов нет. Не факт, что череп – это сама Ханна, а не нечто иное. Сеть поломалась. Недавно там – прямо посреди улицы – появился храм, исчезнувший десятилетия назад. Почему это происходит, пока никто не может объяснить.
- Подозреваю, проблему замалчивают, - в голосе Роны послышалось злорадство.
- Без сети невозможно полноценно готовить создателей.
- И что? Пусть не готовят, а выпускают лекарство для сна. Над ним давно работают. Насколько мне известно (а я общаюсь кое с кем из родни в Темном мире) применение препарата тормозит Бюро сновидений.
- Некоторые его представители.
- Властолюбивые сволочи, - прошипела Рона.
Я подавила усиливающийся гнев и спросила:
- Так как именно вам вредил череп?
- Хочешь починить сеть? – прошипела она, явно не горя желанием помогать.
- Хочу, чтобы по коридорам Академии не бегали обрывки снов. Гораздо опаснее ваших. А еще мне искренне жаль студентку, которая за это в ответе. Признаться она боится, ибо не хочет повторить вашу судьбу. Рано или поздно ее вычислят. И не факт, что дело кончится простым уходом из Академии. Если от ее обрывков кто-то пострадает, девушке придется отвечать. Не хотите помогать другим, дайте шанс одной единственной студентке, пока не стало поздно. Скажите, что делал череп?
Рона отвела взгляд. Я видела по лицу, как внутри нее борются желание навредить Академии и сочувствие девчонке, угодившей в ту же ловушку.
- Хорошо, - сдалась она. Совесть победила-таки. – Череп катался за мной и говорил, что я идеальное орудие для воплощения плана. Не знаю, в чем тот заключался. Вряд ли в моем изгнании из Академии. Наверное, хотел навредить кому-то через обрывки снов. Они начали вырываться после того, как… - она болезненно поморщилась. – После того, как череп прошел во сне сквозь меня. Однако обрывки оказались довольно безобидны. Лишь пугали соседок по общежитию появлением. Не более.
- Обрывок, оживший перед моим отъездом, безобидным явно был, - я вспомнила Герберта и поежилась. – Но почему герои сказок?
- Что?
- И в вашем случае, и в случае нового «орудия» из снов вырываются сказочные персонажи.
- Я часто создавала сказки во сне, - призналась Рона. – Мне нравилось бывать внутри них. Не думала, что это и есть причина, привлекшая ко мне череп.
- Может, и нет. Но совпадение довольно странное, - я откинулась на спинку стула, немного подумав над словами Роны, а потом спросила: - Получается, вам так и не удалось решить проблему? Обрывки всё ещё вырываются.
- Здесь они призрачны. Ты первая, кто заметил. Мне не повезло поселиться в городке по соседству с другим создателем.
- Волноваться не о чем, - заверила я. – В моем лице вам ничего не угрожает.
Рона кивнула, мол, рада слышать.
- Надеюсь, это всё? Мне пора домой. Надо покормить собак.
Теперь кивок последовал от меня. Похоже, она сказала всё, что знала.
- Спасибо за откровенность.
- Как и говорила ранее, это моя благодарность Луне.
Рона ушла, не попрощавшись. Мама закрыла за ней дверь и вернулась ко мне с твердым намерением обсудить услышанное. И не сказанное вслух тоже. Но я уже поднялась из-за стола.
- Позже, - отрезала безапелляционным тоном. – Сейчас у меня голова чугунная.
Мама ничего не сказала. Но ее сердитый взгляд я ощущала спиной, пока поднималась по лестнице в жилые помещения.
Я солгала. Голова у меня осталась ясной. Но сейчас я сама злилась на маму за попытку контроля. Да, я понимала, что виной тому тревога за меня. Но не могла отделаться от мысли, что мной пытаются манипулировать.

Большую часть следующего дня я нарочно провела вне дома. Погода была не прогулочная, и, не придумав ничего лучше, я села на автобус, едущий в один из соседних городков. Там хотя бы тепло, и за окном проносились разные варианты природы, переходящей из осени в зиму: то поля, то лесопосадки, то холмы вдали. У соседей я провела несколько часов. Пообедала в кафе, посетила магазинчик местного ремесленника, где купила бусы в подарок бабуле Норе и расписную шкатулку для мамы. Потом немного побродила по городу, расположенного возле живописного холма. Милс отправился со мной, но честно притворялся обычным котом, вел себя безукоризненно.
Пока же автобус вез меня назад, я раздумывала, что именно сказать маме. В том, что разговора не избежать, сомневаться не приходилось. Пришла к выводу, что лучше перестать скрытничать, но не касаться жутких подробностей. А еще не позволять мной командовать. Я взрослая. И, в отличие от Люси, голова на плечах имеется.
…Ужинали мы с бабулей Норой вдвоем. Она обрадовалась подарку и за столом сидела в бусах. О моем отсутствии в течение дня не сказала ни слова.
Только заметила мимоходом:
- Неважно, сколько детям лет, мы не перестаем за них беспокоиться. Опыт, к сожалению, по наследству не передается…
Я предпочла это никак не комментировать. После ужина ушла в свою спальню. Сидела на кровати с книгой, ожидая прихода мамы. Понимала, что она перешагнет порог для разговора, когда закроет трактир.
Так и случилось.
Она вошла, подвинула стул к моей кровати и села, глядя вопросительно.
- Первое и главное, - начала я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Я вернусь в Академию даже, если тебе это не по душе. Не потому, что хочу там учиться. Но надо закончить… хм… работу.
- Работу? – мама горько усмехнулась. – Так это называется?
Я тяжело вздохнула. Ну почему она всё усложняет? У нас же всегда были замечательные отношения.
- Пока Люси не вернулось, мне придется играть ее роль, - напомнила я. - Мы заключили сделку с Робертом. Он поклялся на крови, что поможет мне попасть в Большой город. Ты же это помнишь?
- Это было до того, как ты стала подвергаться опасности, Лони.
- Безопасности нет нигде.
- Но в Академии сломанная сеть, в которой недавно погибла студентка. Ее череп проваливается в прошлое, чтобы использовать живых, как орудие. По коридорам скачут опасные обрывки снов, а на тебя кто-то напал. Мне продолжить?
- А что тут продолжать? Ты уже перечислила основные моменты, - не удержалась я от легкого сарказма. – Мам, серьезно. В любом учебном заведении, где студенты не только учатся, но и живут, случается всякое. Особенно, если студенты – маги. Люси там пять лет проучилась, прежде чем впала в кому. Но, как говорят подружки, это случилось по ее собственной глу… хм.. неосторожности.
- Лони…
- Мам, я взрослая и умею за себя постоять. А еще рядом два духа, которые меня защищают. Ничего дурного не случится. А я… У меня есть шанс разобраться в происходящем. Будет лучше, если это сделаю я. Люси, вернувшись из больницы, точно ни с чем не справится. Она – слабенький маг.
В глазах мамы промелькнул странны блеск. Кажется, этот аргумент откликнулся в душе. Мама любила Люси. Несмотря ни на что. И знала, что я все детство прибирала за сестричкой и прикрывала неумеху.
 - Недавно ты упомянула, что можешь стать сильнее Роберта, - проговорила мама после паузы. – Когда он тебя забрал я не могла избавится от мысли, что… - она запнулась, будто боялась, что сказанное вслух превратит страхи в реальность. – Я боялась, что Темный мир тебя увлечет, как и сестру, - призналась-таки она под моим вопросительным взглядом.
- Ма-ам! – я аж по постели кулаками стукнула. – Это же я! Мы с Люси, как небо и земля. Я думала, что ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы понимать…
- Лони, магия притягательна. Как и власть.
- Не для меня.
- Я наблюдала за тобой во время разговора с Роной. Ты заинтересовалась загадками сети. А еще определенно не желаешь, чтобы темные пустили в ход лекарство. Ведь сеть будет не нужна. А ты хочешь, чтобы она существовала. Не лги Лони, не унижай нас обеих.
Я потерла виски.
- Дело не в сети, - проговорила строго. - И уж точно не благах, которые получают в Темном мире создатели. Лекарство – это неплохо. Но есть большое «но». К препарату пока много вопросов, а испытать его можно только на детях. До двенадцати лет. На взрослых не работает. Никто из родителей на такое не подпишется. Более ранняя версия препарата уже убила несколько детей. Кое-кто предлагает провести испытания на сиротах, за которых некому заступиться. Так что, да, я хочу, чтобы сеть починили. Потому что альтернатива омерзительна.
С каждым моим словом мама бледнела всё сильнее.
- Неужели, население не протестует против столь варварских методов? – спросила зловещим шепотом.
- Ты полагаешь, населению сообщают подробности?
- Но тогда откуда ты…
- От Роберта. Он – гад ползучий. Тут не поспоришь. Но Роберт за починку сети. Горы готов свернуть, чтобы та работала. И в этом вопросе я ему верю.
- Но почему он обсуждал секретные сведения с тобой?
- У меня особые отношения с сетью.
- Лони, - мама стала совсем белой. – Если Роберт поймет, что маг поколения не Люси, а ты… – она замолчала не в силах закончить предложение.

Я посмотрела на нее с грустной улыбкой.
Сказать правду или солгать?
Правда, возможно, успокоит. Но, боги, как же я устала от лжи и притворства.
- Роберт знает, - проговорила после вздоха. – Это стало очевидно очень быстро, учитывая, что я вижу и делаю недоступное другим. Но не пугайся. Он не оставит меня в Темном мире. Понял, что я отличаюсь от Люси еще и по характеру. Мы заключили дополнительную сделку. Я помогаю разобраться с тем, что ему недоступно, а потом отправляюсь в Большой город, как и договаривались. На мне премилое открытие никак не отразится. А вот Люси, вероятно, придется ответить за то, что пять лет притворялась той, кем ни была.
Мама ничего не сказала, просто закрыла лицо ладонями.
Нет, не заплакала. Будто пыталась скрыться от всего на свете. Даже от меня.
- Мам, всё будет хорошо, - я перебралась по кровати поближе к ней. Подождала реакции, а потом насильно отняла ее руки от лица. – Это просто один из этапов жизни. Вот и всё. Поверь, я со всем справлюсь. Я же у тебя умная и сильная.
- Знаю, - она попыталась улыбнуться, но вышло неубедительно. – Мне всё равно не нравится, что ты в гуще событий. А я далеко и не могу тебя защитить.
- Я могу. И Юджиния.
Из стены нахально вывалился Милс и запрыгнул на кровать.
- Мы не дадим Лони в обиду.
«По крайней мере, вне снов», - отметила я мысленно.
В сети духи не были сильны. Могли лишь разбудить, когда чувствовали опасность. Точнее, если чувствовали. Но маме это знать необязательно.
- Ты подслушивал… - попеняла я коту.
- Вовсе нет, - он махнул хвостом и признался: - Ладно, подслушивал. Ты – моя подопечная. Я должен знать, что происходит. Из тебя потом и слова не вытянешь. Та-ак, мама Лони, - он глянул на нее желтыми глазами, не очень-то сейчас похожими на кошачьи. – Ваша дочь под защитой, а вам надо сохранять спокойствие. Жизнь и так преподносит проблемы изо дня в день. Не создавайте новые себе и Лони. Договорились?
Я ожидала, что мама рассердится. Какой-то кот (даром что дух) читает ей нотации. Однако реакция оказалась неожиданной. Мама заулыбалась, будто Милс сказал нечто забавное.
На этом непростая беседа завершилась. Мама поцеловала меня в лоб, пожелала спокойной ночи и ушла. А я, прищурившись, глянула на кота.
- Ты что-то с ней сделал?
- Нет. Ну, разве что чуток внушил уверенность.
- Со мной ты такое тоже проворачивал?
- С тобой не подействует. Ты же – подопечная.
- Славно, - я выдохнула. Мне только воздействия от духов не хватало. – А что ты имел в виду, говоря о проблемах? Ты знаешь, кто натравил на трактир проверяющих?
- Твоя мама и сама всё прекрасно знает. И выпутается. Она женщина не глупая.
- Рассказывай, - велела я.
- Это всё мелочи. Особенно на фоне твоих забот-хлопот, - отрезал кот. – Спокойно ночи, Лони Моррин.
И покинул спальню тем же путем, что и пришел.
 
****
- Интересно, почему ты не успокоил маму магическим способом раньше? – поинтересовалась я у Милса утром.
Она пела! Ходила по дому и напевала, будто мне не предстояло отправиться в кошмарную Академию!
- Во-первых, прием запрещенный. Не положено использовать направо и налево, - отозвался кот, сидя вместе со мной на подоконнике. Мы ждали отправки в Темный мир и не знали, чем себя занять. – Во-вторых, предполагалось, ты сама справишься с родственницей. Это ваши человеческие отношения. В них желательно разбираться без магии.
- Пожалуй, - согласилась я.
- Я вмешался, осознав, что твоя мама слишком сильно боится и может наделать глупостей. А это никому не нужно.
Я пристально посмотрела на кота, прикидывая, спросить ли еще кое о чем. Но поняла, что не стоит. Что бы Милс ни понял о маме и проблемах трактира, мне пока точно не скажет. А раз он считает, что это ерунда по сравнению с моими проблемами, я согласна пока оставаться в неведении. Тайное рано или поздно станет явным.
…Роберт появился ближе к обеду. Забрал нас с Милсом без лишний слов. На маму даже не взглянул, а она, успокоенная духом, не высказала ни единой претензии. Я вздохнула с облегчением, ибо опасалась, как бы родители не подрались.
- Отвратительная погода, - заметил Милс, пока Роберт вез нас по городу в Академию на черном автомобиле. За окнами шел снег с дождем. Или лучше сказать, дождь со снегом. Воды определенно с неба лилось больше. – Хорошо хоть на буферных землях мы такого не наблюдали. Моя экскурсия удалась.
- Не припомню, чтобы духи раньше путешествовали, - проворчал Роберт, не отрывая взгляда от дороги.
- Твой дух определенно домосед, - ответил на это Милс. – И вообще с прибабахом.
Я думала, Роберт взорвется. Но нет, он лишь кашлянул странно.
Со мной дражайший папенька заговорил лишь на подъезде к мосту.
- Надеюсь, ты достаточно отдохнула и сможешь выполнять свою часть сделки.
- Смогу, - ответила я. А что еще сказать?
- Имей в виду, там все на ушах. Нет, это не связано с сетью. По крайней мере, напрямую. За прошедшую неделю еще дважды появлялись обрывки снов.
- Печально, - пробормотала я. – Где именно?
- Там же, где и раньше. В общежитии первого факультета. В женской части.
Я закусила губу. Это значит, что хозяйка обрывков среди нас? Или же дело в другом? Может, обрывки ищут кого-то конкретного среди девчонок первого факультета? Череп же пытался сделать Рону неким орудием два десятка лет назад.