Академия Тонолука. Книга 2. Прошлое, не стучись в мою дверь.

Академия Тонолука. 
Книга 2. 

Прошлое, не стучись в мою дверь…
Лучше с ноги ее открой!  

Глава 1
Мэри не испытывала никаких трудностей в изучении песен, но развлечений ей не хватало. Скучно просто хорошо учиться, а Рейна никуда не выходит погулять. Стелла могла бы взять ее с собой в ресторан, но после их ссоры перед пожаром и после самого пожара, Стелла не могла находиться с ней в одной комнате один на один. Ей слишком стыдно, и пусть вслух она ничего не сказала, но Мэри все прочла по глазам.

Узнав, что Рейна никуда не пойдет, Стелла даже заходить за Мэри не стала… Пришлось из окна своей комнаты наблюдать, какой нарядной Стелла уходила в тот вечер. А ведь Мэри тоже старалась над своим образом сегодня. Ей хотелось выглядеть старше, чем она есть, но никто не оценит. Эх…

Мэри отошла от окна только, когда Стелла исчезла из виду. Девушка грустно посмотрела на Рейну, которая, сегодня явно что-то особенное видела в своей книге, и, робко, подойдя к ней ближе, тихонько спросила:

- Может, ты все-таки передумаешь, Рей?.. Может, мы сходим погулять?.. Хотя бы на часик…

- Прости, не могу, - откликнулась она не сразу. - В другой раз… Наверное.

- Пошли, - шумно вздохнула Морин, та валялась на своей кровати в ленивой позе. - Я тебя выгуляю.

- Я не собачка, чтоб меня выгуливали, - обиделась Мэри на нее, и вернулась к своей кровати.

Села и принялась переодеваться в ночную рубашку.

- Ну и чахни тогда, раз не собачка, - лениво отмахнулась Морин. – Вот что за люди, а?.. Хочешь им доброе дело сделать, а они еще чем-то недовольны… Девочки, вот признайтесь честно, вам же просто нравится вечно ходить с недовольными рожами, ну верно же? У вас же других, собственно, и нет… К тому, что есть, слишком привыкли.

- На свое посмотри, - процедила сквозь зубы Рейна. – Но боюсь, что из-за твоих подростковых прыщей твоей физиономии и не видно.

- Эй… - мгновенно подсобралась в кучу Морин, села и, схватив зеркальце с тумбы, стала рассматривать свое лицо. - Нет, и не было у меня никогда никаких прыщей!

- Есть, вот этот большой страшненький прямо посередине. Присмотрись повнимательнее! - говорила Рейна так, словно прыщ действительно есть.

- Ты больная, что ли? Это нос!

- Да?.. А похож на прыщ, - выдала Рейна, а Мэри не смогла сдержать смешок.

Из-за чего Морин, конечно же, обиделась на них обеих.

На следующий день все вновь пошло по накатанной. Мэри училась прилежно, она искала и находила нужные звуки для песен. Прошла всего пара месяцев с начала занятий, а она уже выучила около тридцати песен, и научилась Дару Бога - строить церкви и соборы, правда только на бумаге. Оказалось наука черчения для нее проста, она может сконструировать красивое здание, а другие ученицы его построят. Сама строить – не могла все по той же причине – медведь отдавил ей оба уха.

Уроки черчения ей особенно нравились, успокаивали. Но все это не помогало ей понять какие нужны песни для восстановления ее дома, а милис Ситора всегда занята, и нет возможности с ней поговорить.

Не было... До того момента, как Мэри заметила, что новеньких учеников, с которыми она приехала сюда, становится все меньше и меньше. Их всех отчисляют, потому что они не выдерживают учения, потому что сдаются, не могут выучить песни или, что еще хуже, делают такие ошибки как и Зулидо, девочка из-за которой случился первый пожар в женском общежитии.

За один месяц обучения в академии Тонолука общежитие их сгорало дотла еще четырежды. Казалось бы, ну можно уже, и сообразить, как делать не надо! Ан нет… Нельзя. Еще два пожара должно было произойти, чтоб все ученицы женской академии поняли это наконец, а потом приехали новенькие ученицы и случилось еще два пожара. М-да уж… «жарким» выдался месяц.

Мэри сама по себе добрый человек, но даже она, глядя на то, как раз в неделю появляется кто-то новенький, уже заранее чуть-чуть, самую малость, их недолюбливала. А то, как милис Лидия каждый раз ругалась после пожара... ммм… Иной раз у Мэри закладывало уши от ее визга.

В любом случае Мэри в себе уверенна, она убеждена, что ее из школы не исключат. У нее еще будет время узнать нужные песни духа для восстановления родного острова. Поэтому, когда милис Ситора спустя еще месяц нашла время пригласить к себе в кабинет именно ее, Мэри шла на эту встречу с лёгкой душой. Но…

Рано она радовалась.

- Я изучила еще раз список содержания твоей книги, Мэри, - сказала милис Ситора. - И я не знаю, захочешь ли ты здесь оставаться, но я должна сказать, что нужных тебе песен в твоей книге нет. Ты понимаешь, что это значит?

- Нет... - растерялась Мэри. - Вы выгоняете меня?

- Мэри, - с материнской нежностью заговорила преподавательница, - никто тебя не гонит. Я знаю, что возвращаться тебе некуда. После катастрофы на родном острове, ты жила в приемной семье, но тебе у них было плохо. Мало того, что они относились к тебе, словно ты им по гроб жизни обязана, и …

- Это правда, - поникла Мэри, перебив ее. - Эти люди мне очень помогли. Я выжила только благодаря им, и…

- Нет, солнышко, ты выжила благодаря своему брату, и острову Листа – королева Ньюнис тебе все рассказала, неужели ты забыла свою встречу с ней?.. И все же мне очень жаль, что тебя доверили такой ужасной приемной семье.

Мэри грустно вздохнула. Ей очень не хотелось вспоминать свою жизнь на острове Зари, но есть воспоминания, которые иногда до сих пор мучили ее в кошмарах. Она как сейчас помнила…

…Мэри лежала в своей постели глубокой ночью. Лето, жара. Осенью или зимой на острове Зари не так уж и жарко, терпимо. Из-за сезона дождей иногда бывает даже прохладно, но летними ночами из-за духоты невозможно даже спать. Она лежала под легкой простынкой полностью обнаженной, и хотела уже скинуть с себя даже ее, простыню, которая сейчас казалась нечем иным как настоящей шубой из самого теплого в мире меха, но не успела. Услышала в коридоре шаги. Снова.

Абрахам снова попытается к ней войти? Сводный брат старше ее на пять лет, он красив и у него полно поклонниц. Однако он постоянно распускает руки рядом с Мэри, обещая, прийти ночью к ней, чтобы показать «как счастливы они могут быть в браке».

Мэри всей душой ненавидела его – уж слишком часто он обижал ее, просто потому, что ему слишком скучно - это так Абрахам развлекался. Замуж за него она не собиралась, но приемная семья верила свято в обещание от властей островов Залива: когда Мэри исполнится семнадцать, ее выдадут замуж и избранник, как и приемная семья, получит огромную денежную компенсацию за заботу о ней. Она же все-таки принцесса… Пусть и с разрушенного острова, но принцесса же!.. Мэри не верила в это – десять лет никто ею не интересовался. Никто не приезжал проверять, как она живет, дышит ли вообще. И с чего бы кому-то еще через год платить за нее?!

И вот Абрахам остановился у двери, постучался. Разумеется, Мэри даже не подумала вставать с постели и открывать ему. Даже говорить с ним не желала. Еще чего?! Пусть уходит к себе, да быстрее.

- Ваннамэй, лучше сама открой. Иначе хуже будет, ты же меня знаешь.

О, да!.. Она знала. Помнила и не забывала, как Абрахам в первый раз ударил ее по щеке, просто за то, что она стояла у него на пути и не уступила дорогу.

Помнила и вторую пощечину, когда он присоединился к ее играм в куклы, но не для того, чтоб поиграть, а для того, чтоб начать все ломать. Мэри сделала ему замечание, а он ее в ответ ударил. И так было постоянно – он приходил ее обижать, а если она не терпела молча, он ее бил.

 Помнила Мэри еще много самых разных вещей и потому что помнила слишком много – она не собиралась открывать для Абрахама запертую с вечера дверь. Он не сможет войти, в очередной раз не сможет!

- Что ж… Я хотел по-хорошему. Но ты сама напросилась.

Через мгновение в двери повернулся ключ. Откуда у него мог взяться запасной ключ?! Как?! Мэри свято верила, что от ее комнаты есть только один ключ, и он принадлежит ей! Лихорадочно она соображала, что ей теперь делать и как себя спасать от ужасного человека, который задумал сделать дурные вещи с ней, как дверь в ее комнату тем временем уже открывалась.

Абрахам стоял на пороге в одних лишь ночных брюках, желтый свет масляных ламп от бра, что висели в коридоре на стенах, освещали его стройный контур. Освещения мало, но Мэри видела его зловещую улыбку, полную вожделения. Парень игрался с ключом, перебирая им между пальцев так ловко, что это даже завораживало. Он сделал шаг вперед и сказал:

- Надеюсь, ты не утруждала себя ночнушкой в эту жаркую ночь. Не хочу трогать тряпки пропитанные потом.

- Уходи, - от страха ее голос звучал, словно мышиный писк.

- Не так ты обязана встречать своего будущего мужа, - покачал он головой. - Но ничего… я тебя сейчас всему научу. Манерам в том числе… 

Мэри не придумала ничего умнее, как заверещать на всю мощь своих голосовых связок. Естественно, что Абрахам подбежал мгновенно ближе и ударил ее, лишь бы заткнулась, но Мэри не замолчала. Она продолжила кричать, а он продолжал ее бить.

На шум прибежали их родители, и перед ними Абрахам не смел к ней прикасаться. Делал вид, что сам пришел только что. Мол, прибежал на визг Мэри, как и они сами.

- Ей кошмар, наверное, приснился, вот она и закричала, - сказал он.

Мэри в слезах от боли из-за его ударов и страха, который успела пережить, не промолчала. Она рассказала, как Абрахам сам пришел, как сам открыл дверь своим ключом. Она напомнила им всем, что она еще не его жена, что она еще даже не совершеннолетняя, и Абрахам не имеет никакого законного основания к ней вот так вламываться. Она верещала и плакала на весь дом, стараясь привлекать внимание всех, кто ее только может слышать. Слуг в доме полно и хотя бы чтоб сохранить лицо и какие-то приличия, чтоб не поползли слухи по всему острову о дурном воспитании Абрахама, его родителям пришлось громко и четко его отчитать. Его прогнали прочь, запрещая приближаться к Мэри до их свадьбы. И Абрахам ушел, у него даже отобрали ключ от ее комнаты, но уходя, он такой взгляд бросил в сторону Мэри, что ей стало ясно сразу – он ей не простит подобного унижения.

Приемный отец ушел вслед за своим родным сыном, прогоняя всех слуг, а мать села рядом с Мэри на кровати и сказала:

- Рано или поздно, но тебе быть с Абби. Сейчас вам еще рано, да, я согласна, но тебе лучше уже начать привыкать к мысли, что он твой будущий муж, Ваннамэй.

- Я не хочу за него замуж, - проплакала она.

- Я разве спрашивала тебя, чего ты хочешь? – холодно спросили у нее в ответ. – У тебя остался всего один год, девочка. На свое семнадцатилетние ты выйдешь замуж. Можешь уже начинать планировать свое свадебное торжество. Время быстро пролетит, ты и заметишь…

Мэри расплакалась, когда приемная мать ушла, но даже сквозь слезы и всхлипы слышала, как Абрахама ругали родители за то, что он осмелился войти к ней, Мэри, этой ночью.

- Ты должен ждать еще год! - говорили они.

А он громко отвечал:

- Я знаю, что вы уже написали властям острова Листа. Вы уже хотите получить за нее вознаграждение. И я знаю – как только получите деньги – вы ее убьете. А я? Я когда, в таком случае, получу свое моральное удовлетворение, а?!

- Мы должны быть уверенны, что за нее заплатят. Ты на ней не женишься, если нашей семье это ничего не принесет. Она нам тогда вообще не будет нужна, если мы ничего за нее не поимеем.

- Но я-то хочу поиметь ее, а вы…

- Через год ты только сможешь это сделать, а сейчас к ней не приближайся.

- В течение этой недели должен прийти ответ с острова Листа. Если они не заплатят за девчонку, можешь уже делать с ней что захочешь,  Абрахам. Но пока ответ не придет – даже не разговаривай с ней. Ты понял?

Мэри трясло от ужаса. У нее есть лишь неделя… За эту неделю она должна или придумать, как сбежать, или смириться с неизбежным.

…Мэри глубоко вздохнула. Она придумала, как сбежать из дома от ужасной участи, но что милис Ситора пытается ей сказать? Преподавательница деликатная добрая женщина, говорить что-либо прямо, как есть, не в ее духе.

- Если бы не милис Кристина, которая повстречалась тебе по пути сюда, вряд ли бы ты доехала до нас, - говорила она, вспоминая как Мэри добиралась до академии. - Любая другая проводница сдала бы тебя властям, а тогда – тебя вернули бы домой к приемной семье, и до нас ты бы так и не доехала. Ни через год, ни через два… Да и о чем тут говорить, родная, если твои приемные родители тебя даже не ищут?.. Вон, Рейна тоже сбежала, а ее ищут. К нам каждую неделю приходят письма от ее родных, спрашивают, здесь ли она. И не верят нашим ответам, будто ее тут нет. Все пишут и пишут!.. Ты бы намекнула Рейне аккуратно, что ей нужно написать родным, м?

Мэри кивнула в ответ. Она и рада смене темы, потому что говорить о своем прошлом не хотелось вовсе. Ей действительно было плохо в приемной семье, не из-за детских капризов она сбежала от них.

- Так что, родная моя, если ты хочешь, можешь остаться здесь жить навсегда, - вернулась милис Ситора к главной теме их разговора. – Мы только рады будем заботиться о тебе. Я искренне верю, что ты сможешь открыть все свои песни, и станешь величайшим светлым магом нашего времени. Но… я обязана сказать тебе сейчас – я обязана говорить правду, а не давать пустые надежды. И твоя горькая правда в том, что сама ты свой остров не восстановишь. И с моей стороны несправедливо давать тебе ложную надежду. У тебя нет ни одной нужной песни для этого.

- Ни одной? - жалобно переспросила Мэри. - Совсем-совсем? 

- Тебе нужны Песни Духа Восстановления и Жизни, так же нужна Песнь Духа Защиты. Чтобы твои родные земли были процветающими, нужны Песни Плодородия или Урожая, а лучше и то, и другое. Допустим, Песнь Духа Восстановления знает милис Лидия, что демонстрирует всякий раз, когда восстанавливает ваше сгоревшее общежитие, но ее сил не хватает на что-то большое. Она может восстановить утраченное не более часа назад - вот что она может. Прошло б больше времени с минуты пожара, и все кто пострадал - остались бы мертвыми. Сил Лидии не хватит, чтобы вернуть со дна целый остров. Здесь нужна молодая и сильная девушка, способная на такие чудеса, но у нас ты не ею не станешь, никто не станет.

- А как же Рейна? У нее ведь так много песен... - отчаянно спросила Мэри. - Разве она не…? 

- Малышка, - тяжело вздохнула Ситора. - Видит Создатель, хотела бы я тебе сказать, что Рейна именно та, кто тебе нужна, но во-первых, из всех нужных тебе песен, у нее есть только одна - Восстановление. Но Рейна не освоила еще и самую первую песню. Она у нее сложная, и видит Создатель, я хочу, чтоб она сдалась и поехала домой. Я искренне хочу, чтоб если не сегодня, так завтра, но мне пришлось бы ее исключить из школы.

- Почему?..

- Я не могу этого объяснить. Просто поверь – как есть светлая магия, которая подарена в книге тебе, так есть и темная. И к сожалению, тьма часто бывает сильнее, особенно для таких слабых и сломанных духом людей, как Рейна. Она кажется сильной, но… - милис Ситора покачала головой, и добавила: - Я не знаю, сможет ли она справиться с Песней Духа Смерти. Это слишком тяжелое испытание для любого человека, а она и так пережила уже за свой короткий век слишком много. На такую проблему как Песнь Духа Смерти – ее может просто не хватить. Мы не должны были позволять ей оставаться… Просто не должны были. Но даже если она останется, даже если справится, то у нее только одна нужная тебе песнь. Остальные есть у Стеллы, но я знаю, что отношения ваши трещат по швам. Она тебя ударила, ты ее спасла, и она до сих пор – это сколько уже времени прошло – а она до сих пор не сказала тебе хотя бы спасибо! Вы обе влюблены в одного и того же парня, и как бы ты ей не помогала, а я сомневаюсь, что она станет помогать тебе в ответ, да еще и бескорыстно, с чистым сердцем. У нее как минимум, на мой взгляд, нет этого самого чистого сердца… Я бы с большим удовольствием исключила из школы и Стеллу, убрав все ее знания о наших песнях и учении, но повода мне для такого поступка она пока не давала. Но у нее нет песни Восстановления, и даже если ты договоришься с ней, то... Этого все равно будет недостаточно. В общем, к сожалению, я вынуждена тебя уведомить, что ты зря тратишь свое время. То есть ты можешь выучиться до конца и стать последовательницей Священного Пути Веры, ты можешь однажды стать той, кто сотворит великое чудо в этом мире, но ты не сможешь исполнить свою мечту, не сможешь восстановить свой дом. И будет честно, если ты будешь знать это сейчас. 

Мэри кивнула на ее слова, но оставаться рядом с ней не хотела. Обидно слушать такое мнение о своих подругах, да и о себе тоже. Предстояло сделать очередной сложный выбор в своей жизни, и каким он должен быть Мэри не знала.  

Мэри вскочила со стула и умчалась к себе в комнату. Осознанно пропустила все на свете: и занятия, и обед с ужином. Она не помнила, как из-за слез уснула в своей постели, но слышала, как в комнате появились Рейна и Морин. За нее беспокоились, но трогать не стали, не разбудили, чтоб поговорить и спросить в чем дело. И спасибо им за это большое. Мэри совершенно не желала разговаривать... Да и что она им могла сказать? Морин бесполезна в принципе, да и как человек она, мягко говоря, не радует. Рейна наоборот очень хорошая, но она застряла на первой же песне и, кажется, ничего не делает, чтоб это изменить. И о чем Мэри может с ними болтать? Не о чем...

Мэри слышала, как в комнату заглянула и Стелла, и хоть Морин и Рейна попросили ее вести себя потише, но Стелла все равно громко радовалась тому, что она, Мэри, сегодня ведет себя прилежно и на чужих парней не вешается.

Мэри на Себастьяна и не вешалась, даже не приближалась к нему, но сейчас она задумалась: является ли хотя бы Себастьян причиной, по которой ей нужно остаться в Тонолуке, и ответ не нашла сразу. Только где-то среди ночи, после новых тихих слез в подушку, Мэри поняла - нет, даже Себастьян ее здесь не держит.

В конце концов, она, может, ему и не нравится, а то, что она о нем мечтает, так это только ее проблемы... Заставить его себя полюбить она не сможет. У него есть роскошная, высокая, а главное взрослая Стелла, и она, Мэри, нужно ему как пятая нога собаке.

Как ни крути, а оставаться причин нет... Раз магия Тонолуки ей не помощник, надо искать другие пути. Надо ехать к королеве Ньюнис и просить ее о помощи. Мэри верила, что королева помогла бы ей добраться до острова Листа, до общины, где живут ее сородичи с острова Сердца. Мэри лучше б поселилась с ними, среди своих…

Это решение настолько ее захлестнуло, что Мэри тихонько поднялась с кровати и достала свою сумку из шкафа. Нужно сейчас собирать вещи, чтоб ранним утром сесть на поезд и уехать в столицу Севера. Мэри надеялась, что королева говорила серьезно о своей помощи, и поможет ей, как и обещала. А там, на острове Листа, Мэри сможет собраться с духом и решить, что ей делать дальше со своей такой никчемной жизнью...

Мэри аккуратно складывала вещи в сумку и, когда закончила со шкафом, взялась за тумбочку у кровати. Только открыв ее, сразу наткнулась на волшебную книгу... Как же на самом деле обидно, что в ее книге нет ни одной полезной для нее песни. Казалось бы такая невообразимая сила, а на деле бесполезная... Мэри не хотелось смотреть на эту книгу теперь - забирать ее с собой она не станет. Не видела в этом смысла.

Собрав все личные вещи в сумку, вспомнила, что в ванной комнате осталось еще шампунь, пара полотенец и ее мыло. Все это ей еще не раз пригодится. Она пошла в ванную комнату, взяв со стола пустой стакан. Ужасно хотелось пить. Из-за того что она наполовину рыбка, ей постоянно не хватало жидкости. Она выпивала по несколько десятков стаканов воды в день, и ей всегда хотелось пить еще и еще. 

Мэри зашла в ванную, подошла к умывальнику. Наполнив стакан водой, сделала глоток, закидывая голову назад. И только когда выпрямилась, случайно взглянула в зеркало и увидела, что в ванной, в воде, лежит Рейна... А вода вокруг неё окрашена в ярко-красный цвет.  Руки Рейны... Она...

Внезапное зрелище ошеломило Мэри, и она закричала от испуга. Она верещала в голос так громко, как только могла. Во всю мощь своих связок кричала. Она видела, что прибежала Морин и пытается ее заткнуть, но Мэри не могла сдержать слёз, она не могла ничего с собой сделать…

***

Какое-то время назад…

Для Рейны многое изменилось, когда она увидела, как отчаянно Мэри старается спасти жизнь Стелле. Казалось бы, Рейну ничто не должно удивлять, она уже достаточно пережила в жизни, но нет...

В очередной раз осознала, что жила как маленький слепой котенок, далеко не отходя от маминой юбки и широкого папиного плеча. Такая маленькая девочка как Мэри, крохотная бабочка, нежная феечка спасла жизнь подруге став сиянием. Пусть не тем божественным, о котором очень часто говорит милис Ситора, но Мэри сияла! И только благодаря этому сиянию Стелла смогла добраться до крыши. 

- Нужно придумать, как малой сказать спасибо, - говорила Стелла позже, когда после первого пожара прошло уже достаточно времени.

- Ты до сих пор не сказала?!

- Времени не было… и возможности, - уведя взгляд в сторону, ответила подруга, но Рейна ей не поверила.

- Да неужели? - едко бросила в ответ.

- Ага, всегда что-то происходит… Честно-честно. У меня просто нет времени на разговор с Мэри. Сама по суди: то занятия, то на обед надо идти. Когда здесь разговаривать-то?.. Да и как?

- Словами пробовала? – хмыкнула Рейна.

- Не мой вариант, потому что до этого я ей словами и не только объяснила, чтоб даже не смела смотреть в сторону моего парня, - пробурчала Стелла, пряча от стыда глаза.

- Ты ее ударила?!

- Нет, - испуганно сжалась Стелла, а Рейна так свирепо на нее посмотрела, что Стелла погрустнела и, вновь пряча глаза, добавила, - дважды выписала пощечину... 

- Стелла! - рявкнула на нее Рейна.

- Ну что Стелла?! - в ответ рявкнула она возмущенно. - Да я ревнивая идиотка! И что теперь? Может, лучше будешь помогать мне придумывать, как помириться с Мэри, а не отчитывать меня, ммм?!

- Ты должна извиниться! Проси прощение!

- Нет... - Стелла очевидно такого простого решения проблемы не принимала.

В ее понимании все само должно было как-то рассосаться.

- Ну ты и курочка глупая! Она же стала сиянием! - кричала Рейна. - Для тебя!

- А ты почему не засияла? - нашла Стелла повод сменить тему. - Ты почему не стала чудом, как она, для меня? Не любишь меня, да?

- Вот теперь ты точно курица глупая, - покачала головой Рейна, а Стелла только еще больше обиделась. 

Рейна понимала, что Мэри вовсе не становилась чудом, но если кто-то Стеллу и спас, так это, несомненно, Мэри. Сама Рейна не была способна на что-то полезное, и это угнетало. Ей хотелось, чтобы... 

Рейна не смогла закончить предложение.

Она по-прежнему могла думать лишь о том, что не хочет, чтоб ее снова обидели, но... Подобное желание не спасет от ошибок ни ее саму, ни близких. И все же... Ровно пять раз, именно столько в общем количестве раз, Рейна стала свидетельницей того, как здание общежития полыхало. В первый раз вынесли из сгоревшего здания восемь покореженных трупов, и в другие разы не меньше. И каждый раз, когда она оказывалась вблизи мертвого тела, темная сущность, что поселилась в ее душе, пела.

Рейна не дура, поняла – это и есть Песнь Духа Смерти, которую ей нужно выучить, но… хотелось бы проигнорировать это знание, а не учить его на зубок. Ну вот – открылась ей эта песня, и ладно, несите следующую! Но… нет, сущность требовала, чтоб Рейна ее вот прям учила. И мало просто выучить, надо еще и исполнять! А вот этого Рейна точно делать не собиралась.

И все же из-за влияния темной сущности, Рейна попрощалась с подругой, приказав ей найти способ примирения с малышкой Мэри, а сама ушла в лес, который граничил рядом с периметром их школы. Если уж темная сущность хочет, чтоб Рейна выучила ее песню, то она будет это делать подальше от живых людей.

Сев на пенек недалеко от розовых колышек, которые указывали на границу женской школы, Рейна открыла свою книгу и уставилась в текст Песни Духа Смерти. Она читала и читала его, и снова, и снова, и снова. И так до тех пор, пока не сумела повторить его мысленно с закрытыми глазами.

Рейна так увлеклась изучением Песни Духа Смерти, что и не заметила как выучила ее полностью. В книге тут же появились подсказки, что нужно исполнить для того, чтоб убить одного человека, одну конкретную цель, или целый город умертвить, или целую страну. Появились приписки с обозначениями, как исполнять эту песню, в какой интонации, в каких условиях. Рейна перечитала все несколько раз и возрадовалась тому, что, наконец, спустя полгода она смогла выучить первую песню! И так сильно обрадовалась, что не побежала всем рассказывать, а тут же положив руку на следующую чистую страницу, сказала:

- Вторая Песнь Духа откройся!

И вторая Песнь была Песнь Духа Воды, и выучилась она еще быстрее и проще чем первая. За один вечер в лесу Рейна выучила шесть песен, и ей безумно хотелось поделиться новостями с родителями. Именно с папой и мамой, потому что хвастаться перед подружками смысла не было - они уже по пятьдесят песен выучили, а она… Родителям хвастаться будет гораздо интереснее, ведь она выучила целых шесть песен. 

Вот только волшебная книга не спешила совершенно во сне возвращать ее домой. Рейна исправно все шесть месяцев, когда ложилась спать, обнимала книжку как самое родное на свете, что у нее может только быть. И уже давно во сне попадала в коридор, о котором говорила милис Ситора на одном из первых занятий.

Рейна видела как впереди, примерно в десяти шагах от нее, открылась дверь в ее дом, гостиная, ее же родная гостиная, где не один раз она сидела с папой и мамой на диване, и играла в карты. Где она с братьями проводила время за настольной игрой и часто у них выигрывала. Точнее выигрывала, потому что удавалось смухлевать, и прибрать к себе часть их ресурсов... Братьям этого лучше не знать!

Вот - всего в десяти шагах ее дом, даже казалось, что братья в дверном проеме промелькнули мимо, хотелось обнять каждого, хотелось к ним, но... Рейна стояла на одном месте как приклеенная, и не могла сделать и шагу! Почему?!

Она сначала разрыдалась от беспомощности, а после взяла себя в руки. Не время рыдать! Достаточно, того что Мэри плачет в подушку весь день и не желает с ней разговаривать, а Рейна реветь не будет! Ни за что! Лучше придумать, как добраться до дома. Ну-ка, чему она сегодня научилась, а?!

Рейна вспомнила Песнь Духа Воды. Она решила, что если заполнит все пространство вокруг себя водой, то сможет доплыть до двери в дом. А что? Хорошая же идея! Плавала Рейна отлично. И вот она исполнила песню, и вода понесла ее к проему, еще секунда и казалось, она будет дома, среди своей семьи, как вдруг...

Рядом с ней появился вооруженный мужчина, облаченный в темный наряд. Голову его прикрывал капюшон, натянутый так низко на лицо, что его и не видно. Лишь по сильным рукам и накаченному торсу понятно что этот человек мужчина, и откуда он тут взялся? Это же магическое пространство Рейны, это же путь к ее дому. Он-то тут как оказался? А главное, что ему надо?

Рейна попыталась заговорить с ним, но мужчина ничего не ответил. Зато схватил ее за руку и ножом, который держал в руках порезал ей руки. Рейна ничего не успела сделать, настолько быстро и резко это все произошло. Этот человек пришел убить ее? Но за что?!

Он ничего не сказал, никак свои действия не объяснил. Он лишь ранил ее, и сразу исчез. Он бросил ее умирать? Да как такое могло случиться?.. Почему? Нет, она не готова уходить, она не хотела умирать! Нет!..

Рейна почувствовала, как кто-то трясет ее за плечи и бьет по щекам от души. В ее сознании появились посторонние звуки, дикий вой, плач, истерики... Да что происходит?!

- Морин, отойди! Дай я ей двину! Рейна, дура эта набитая, у меня быстро в себя придет! - это голос Стеллы и ее мнение о себе обижало.

Рейна открыла глаза и, почему-то с трудом, промямлила:

- Сама ты дура набитая... - сил на то, чтоб ворочать языком нет, но огрызнуться в ответ даже подруге – святое дело.

А потом Рейна осмотрелась.

Почему она сидит в ванной?

Нет ответа. 

Почему все столпились вокруг нее?

Нет ответа.

Почему Мэри плачет так, словно кто-то умер?

Нет ответа.

Почему она лежала в красной воде?

Нет ответа.

Почему она такая слабая?

Нет ответа. 

Рейна медленно подняла руку вверх, желая выбраться из ванны, и увидела, раны на руках. Тот человек ранил ее во сне, но рана перенеслась в реальность?! Это как так-то?! По-прежнему нет ответа. И вот прямо сейчас Рейна не могла искать эти самые ответы, потому что потеряла сознание.

Сколько прошло времени, пока Рейна спала – не знала. Но очнувшись, поняла быстро одно - она голодная. Безумно хотелось слопать хоть что-то, но у нее самой ничего нет, и в комнате пусто, никого, клянчить не у кого. Да и Рейна не чувствовала себя достаточно сильной для того, чтоб идти в столовую.

Вдруг осенило, вспомнила: у Морин есть заначка. В своей тумбочке Морин всегда держит какую-то еду, и сколько ей замечаний не делай – бесполезно. Думает, что ей все можно. А Рейна же волчица, она чувствует запахи острее, чем обычные люди, даже несмотря на то, что своей животной личиной не пользуется. Да и от какого зверя можно спрятать запах пусть и холодной, но ароматной запеченной курицы?

Нехорошо брать чужое, но еще хуже шастать по ночам туда-сюда, мешая другим спать, и есть в одно лицо посреди ночи, на утро корча из себя праведницу-вегетарианку, лучшую ученицу академии Тонолука.

Маленькая сладенькая мстя...

Рейна с трудом от бессилия добралась до тумбочки Морин и радовалась как ребенок награде - две пачки вкусного печенья, кольцо копченой колбасы, и пакетик шоколадных конфет. Колбасу - Рейна съела всю, вообще не раздумывая. Вкусно... Ммм... Даже интересно стало: вкусно потому что вкусно или потому, что честно краденное? Говорят же, чужое в два раза слаще. И вот эту невероятно вкусную колбаску Рейна закусила одной пачкой соленого крекера, и парой шоколадных конфет. Жизнь сразу показалась веселее. Она услышала знакомые голоса с коридора и, на скоро затолкав остатки еды обратно в тумбочку Морин, поспешила в свою постель.

Дверь открылась, когда Рейна едва ли успела накрыться. В комнату вошли девочки: Стелла, Мэри и Морин. А самое главное они принесли ей еду из столовой. Какие же хорошие девочки! Рейна была готова расцеловать их всех, даже Морин!

- А что это у тебя на лице? - спросила та, когда Рейна с упоением поедала горячий суп из овощей.

Ей так вкусно, что она не желала разговаривать. Только кушать!

- Ты ела конфеты? - удивилась и Стелла.

- Где бы она их взяла? - задала резонный вопрос Мэри, а в момент встревоженная Морин ринулась к своей тумбочке.

- Ах ты ж шмакодявка вороватая! - накинулась Морин на нее через секунду, но Рейна обиженно обняла тарелку с супом и прижала ее к себе.

Почему ей мешают кушать?!

- Оставь ее в покое, - заступилась за нее Мэри. - Не видишь, что ли, у нее шок! И она голодная. Радуйся, что тебе еще хоть что-то оставили.

- Да и с твоей-то задницей о конфетах лучше забыть, знаешь ли, - хмыкнула Стелла, так же заступая Рейну и не позволяя Морин подойти ближе.

- Она сожрала мою колбасу! 

- У нее все лицо в шоколаде, - возразила Мэри. - Ну какая еще колбаса?

- Копченая, целое кольцо!

- Вот же идиотина, - засмеялась Стелла. - Ну кто оставляет рядом с волком кольцо колбасы? Ты б еще курицу запеченную оставила, честное слово.

- А есть? - тут же подала голос Рейна, с набитым ртом.

- Что есть? - уточнила Мэри.

- Кури… ом-ном-ном… ца…  - кое-как проговорила и жевала она одновременно.

Стелла и Мэри с любопытством уставились на Морин, но та лишь возмущенно запыхтела и выскочила вон из комнаты.

- Надеюсь, она… ом-ном-ном… побежала мне… ом-ном-ном… за курицей, - пробубнила Рейна, искренне не понимая, почему Мэри и Стелла смеются.

Впрочем, это неважно, главное, что любимые подружки не отбирали у нее еду... И что еще немало важно, они не просили поделиться! 

***

- Ты помнишь, что с тобой случилось? - спросила Мэри, когда Рейна объелась так, что готова уснуть снова.

- Я спала, - ответила она. - Дальше все как в тумане.

- Ты, наверное, не в курсе, но ты до сих пор в школе, только потому что милис Ситора увидела в твоей книге, что ты изучила уже несколько песен, - сказала Стелла. - Если б ты была все еще на первой, то в себя ты пришла б в городской больнице.

Рейна удивленно села в постели. Что это за бред?

- Во-первых, а как она увидела, сколько песен я выучила? 

- Гораздо интереснее, почему ты нам ничего не сказала, - подала голос Мэри. - Мы так этого ждали, а ты не поделилась.

- Ты весь день плакала и не разговаривала со мной, - оправдалась Рейна. - А ты, Стелла, тогда была высокомерной козочкой, с которой разговаривать не хотелось в принципе.

- Я не виновата, уж какой характер есть, с таким и дружите, - буркнула Стелла. 

- Так как Ситора увидела что-то в моей книге? Разве мы вообще способны читать чужие книги? У каждой же своя, нет разве? 

- Я видела, как она это делала, - сказала Стелла. - Она вела себя тайно, чтоб никто не видел, но я умудрилась подсмотреть. И я знаю как, но вам не скажу.

- Почему? - обиделась Мэри. - Скажи!

- Нет. Не скажу. Достаточно того, что из-за вас Ситора будет знать, что я знаю этот метод. Вы же не умеете, как я, защищать свои мысли от нее, и будет лучше, если она будет знать - что хоть я и знаю ее секрет, но никому его не сказала. Даже вам!

- А ты умеешь прятать от нее свои мысли? - удивилась Рейна.

- Да.

- А как?!

- Хватит переводить стрелки на меня, - сухо отбрила ее Стелла. - Лучше рассказывай, зачем себе вены вскрыла?

- Что я сделала?! - опешила Рейна, это была у нее тема «во-вторых» только она озвучила бы ее иначе.

Хотела спросить приходил ли к ним такой мужской силуэт, как к ней, и пытались ли их убить во время того, как их сознание было в книге, но… Стелла все перевела так, что Рейна отказывалась верить ушам. И вообще тот мужчина был на самом деле или это всего лишь сон? Это ведь именно он порезал ей обе руки. Кстати о руках!.. Рейна посмотрела на свои запястья, все целехонькое, ни одного шрама, пореза или еще чего-то.

- Какие же у тебя тупые шутки, Стелла! Идем-ка поближе, придушу тебя малёк! - от слов подруги Рейна даже проснулась, весь сон как рукой сняло.

- Какие шутки? - уклонилась Стелла от удара подушкой. - Я себе спокойно спала, как проснулась от дичайшего визга. А это, оказалось, Мэри нашла тебя в ванной с перерезанными венами.

Рейна удивленно уставилась на Мэри. Маленькая ее подруженька была готова вновь расплакаться.

- Зачем ты так?.. - едва ли сдерживая себя, спросила Мэри. - Почему? 

Рейна не знала, что ей ответить. Она лишь знала, что ничего с собой не делала. Даже в голову бы не пришло! Какие бы проблемы в жизни ее не касались, но Рейна никогда не падала духом настолько, чтобы что-то с собой делать.

Это все тот мужчина. Это он пытался ее убить, пока ее сознание находилось в книге. Но почему это произошло? И поверят ли ей, если она скажет правду? Она сама поверила б другому, если б как Мэри случайно нашла полумертвое тело в ванной? Вот уж где вряд ли… И как же теперь все объяснить подругам?

В комнату без стука вошла милис Ситора. Ну как вошла… Правильнее будет сказать - ворвалась, и уставилась на Рейну таким взглядом, что стало не по себе. Сама же Рейна все-таки обрадовалась ее появлению, потому что начни она сама подругам объяснять, что ничего с собой не делала специально и ей не поверят. А Ситора прочтет ее мысли, она все увидит, и ее слову - слову самой важной здесь учительницы - поверят безоговорочно! Рейна сейчас как никогда нуждалась в том, чтоб ее мысли прочли все до единой. 

- Ну какая же ты дурочка… - отчаянно простонала милис Ситора, глядя на Рейну. - Ну не выразить это словами!

- Она обокрала меня, - из-за спины Ситоры вышла Морин. - Накажите ее. 

- Вообще-то запрещено правилами школы держать еду в комнатах, - сказала Мэри. - Считай, Рейна спасла тебя от наказания. Ее нельзя наказывать, хвалить надо! А учитывая ситуацию в целом ее вообще нужно только радовать. 

- Вот именно, - поддакнула Стелла. 

- Да вы ничего не понимаете, - обиделась Морин. 

- Заткнитесь все, - велела им Ситора и, разумеется, подружки тут же замолчали, а Морин лишь тише обиженно засопела.  

Рейна отчаянно смотрела в глаза Ситоры.

«Скажите им, что я ничего с собой специально не делала!» - умоляюще подумала она, но милис Ситора не торопилась говорить. Она шумно выдохнула, села на кровать рядом с Рейной, и, вновь посмотрев в ее глаза, покачала головой.

После посмотрела как-то странно на Мэри, словно потеряла интерес к Рейне, теперь ей была важна Мэри, она читала именно ее мысли, как книгу открытую, не иначе. После так же посмотрела и на Стеллу, но интерес к Стелле она потеряла практически сразу. Ах да… Стелла же умеет как-то от нее прятать свои мысли.

- Вы знаете причины последних пожаров, которые произошли в общежитии? - заговорила милис Ситора, наконец. 

- Нет, - ответила Рейна. - Я решила, что это снова ученицы песнь Духа Огня исполнили неправильно. 

- Нет, - ответила Ситора. - Это они хотели помочь себе добраться до дома, как ты. Только ты выбрала Песнь Духа Воды, а они пели Песнь Духа Огня. Я даже не пыталась понять, знаю, что это бессмысленно, их поступок и то, на что они рассчитывали, но ты, Рейна… Песнь Духа Воды не такой уж и плохой вариант, за исключение одной мелкой детали… 

- Какой? - спросила Рейна. - Что я сделала не так? 

- Всё, - ответила серьезно Ситора. - Всё, что можно было сделать не так, ты всё сделала не так. Как минимум потому что прослушала меня, когда я сказала - если вы подружитесь с книгой и она начнет перемещать вас ко входу домой, то ничего не делайте и тогда вы окажитесь дома. 

- Я вас не понимаю… - растерялась Рейна. 

- А я говорила, что она тупая, - проворчала Морин. - А вы мне не верили… 

- Заткнись, - попросила ее Мэри. 

Морин могла бы расфыркаться еще громче, даже с яростью, вот только уже в сторону Мэри, но под суровым взглядом милис Ситоры не осмелилась.

Тяжело вздохнув, учительница заговорила с Рейной, как с душевнобольной: 

- Попав в книгу, чтоб добраться до дома - надо просто постоять на месте несколько минут. Ничего не делать. Просто постоять на месте. Не надо ни бегать, ни прыгать, ни скакать, ни тем более петь Песни Духа, любые. Не надо, и даже ни в коем случае нельзя петь Песни Духа, пока ваше сознание находится внутри книги. Именно это и вызывает Карателя.

- Тот мужчина… - пробормотала Рейна, а милис Ситора кивнула.

- Это Каратель. Ты нарушила правила, и он пришел наказать тебя за это. Он убил тебя в книге, а ты в реальности пошла в ванную и сделала все то, что твои подруги увидели. Если бы не Мэри, ты не дожила бы до утра.

Рейна растерянно похлопала ресницами… Ничего не делать?.. Разве Ситора так выразилась тогда на первом занятии? Рейна этого не помнила. Но ничего не делать?.. Как можно ничего не делать, когда дом так близко, а книга не позволяет выйти к своей семье? Как?! Как себе не помочь?!

- Рейна, - позвала ее Ситора. - Место, в котором ты находишься, когда попадаешь в книгу, называется испытание терпением. Нужно подождать всего пару минут, и книга сама вынесет тебя домой к твоей семье. Книга не запрещает и не мешает тебе увидеть семью, она лишь испытывает тебя на прочность.

- Так все случилось, потому что Рейна не правильно вас поняла насчет книг? – растерянно спросила Стелла. - Сама она с собой ничего не делала? Это был… какой-то Каратель?..

- Именно так, - кивнула Ситора. - Если с тобой, Стелла, ничего не случилось за все это время, значит, ты таких ошибок не допускала, верно? Ты уже попадаешь домой? 

- Я свой дом не помню, поэтому никуда не попадаю, - ответила она. – Да и не стала бы я пользоваться этой сомнительной привилегией. И как выяснилось с Рейной – правильно делала.

- Почему? - удивилась Рейна, не зная, что ей и думать о словах милис Ситоры. В голове все перемешалось… 

Стелла просто пожала плечами, не желая даваться в подробности, а Рейна посмотрела на Мэри, молчаливо задавая вопрос. Мэри ответила грустно: 

- У меня нет дома. Я и не пыталась… 

- Но почему вы сразу не сказали, что нужно ничего не делать? - растерянно спросила Рейна. 

- Я говорила, - возразила милис Ситора. 

- Вы не так говорили! 

- Вот же тупица, - фыркнула Морин. - Милис Ситора, пожалуйста, разрешите мне переехать в другую комнату от этой законченной идиотки! Я не могу с ней больше находиться в одной комнате! Мало того, что она законченная дура, так еще и воровка! Пожалуйста! Это просто последняя капля! 

- Ладно, - сдалась Ситора под гневом Морин. - Я разрешаю тебе поменяться местами со Стеллой. 

- Ура! - счастливо обрадовалась Стелла. - Наконец-то! Девочки, мы будем жить вместе! Круто же ну! 

- Да… - как-то отстранено улыбнулась Мэри, а Рейна… 

Ей обидно. Она не считала себя настолько тупицей, чтоб не так понять слова учительницы, но именно это и случилось. Она сама виновата в том, что с ней произошло. И все же если бы более точно объяснили насколько ничего нельзя делать и как правильно себя вести, то не было бы ни пожаров, ни того, что случилось с Рейной…  

В общем, как ни крути, а Рейне удобно винить милис Ситору, а не себя… А учительница в ответ лишь закатила глаза и удалилась из их комнаты. 

- Я рада, что на самом деле ты ничего с собой специально не делала, - сказала Мэри вечером, когда они втроем со Стеллой сидели на одной кровати и отмечали переезд Стеллы в их комнату игрой в карты и бутылочкой крепленого вина, которое Стелла сбегала прикупить специально для этой посиделки.

Игра помогала им отвлечься, а вино успокаивало нервишки. Сама Стелла давно ничего алкогольного не пила, и ее быстро развезло. Мэри, казалось, достаточно было и пробку понюхать, как ей уже стало сложно сидеть ровненько и сфокусировать взгляд на картах, а она, как и все, выпила целую кружку, и ручонки ее то и дело тянулись к добавке. Рейна, приученная немного к вину дома, в моменты, когда папа и мама позволяли выпить чуток вместе с ними в честь какого-нибудь праздника, чудилась обеим подругам самой трезвой. Но несмотря на вино – Мэри особенно в игре не везло. Рейна выигрывала изредка, Стелла же их королева. Есть подозрение, что Стелла мухлевала, поэтому и выигрывала, но уличить ее не удавалось. 

- Да, я тоже, - поддакнула и Стелла. - Теперь будешь домой ходить со спокойной душенькой. 

- Сегодня же попробую, - кивнула Рейна, и сделала ход на Стеллу.

Хотелось у нее выиграть снова, но Стелла отбилась с легкостью. И откуда у нее столько козырей? 

- А я теперь спокойно могу покинуть вас, - сказала Мэри, вновь качнувшись нелепо, но усидев на месте.

Рейна же услышав подобное, чуть карты не выронила из рук.  Стелла, в отличии от нее, выронила… И у нее действительно одни козыри! Но это уже абсолютно неважно. Из-за слов Мэри до карт уже никому дела нет. 

- Ты о чем? - спросила Рейна. - Что значит «покинуть нас»? 

- В ночь, когда я нашла тебя в ванной, я собирала вещи, - ответила Мэри. - Я уезжаю… 

- Я думала, ты, как обычно, пошла водички попить, - растерялась Рейна. - Почему?.. Мэри, почему ты хочешь уехать? 

- Пожалуйста, только не говори, что это из-за меня, - жалобно попросила Стелла. - Я заметила, что ты совсем не обрадовалась моему переезду в вашу комнату, а теперь еще и это?.. Это из-за нашего разговора на улице перед первым пожаром?.. Слушай, ну… Не стоит так переживать! Ну да, я вспылила тогда, а после даже не поблагодарила тебя за спасение, но… Я думала, что время само все расставит на свои места!.. Я… я не думала, что ты так серьезно все воспримешь! В конце концов, Мэри, можно же было б сначала поговорить, а потом уже манатки собирать?! 

- Это не из-за тебя, Стелла, - улыбнулась ей Мэри и, даже сумев не промахнуться и положив ей руку на плечо, убедительно добавила: - Правда. Не кори себя. К моему решению ты не имеешь никакого отношения. И мне безумно приятно, что несмотря ни на что, ты хочешь, чтоб я осталась. 

- Конечно же! Я считаю тебя своей подругой… - обняла ее Стелла. - И конечно же, хочу, чтоб ты осталась… Если, конечно, ты снова попытаешься приблизиться к Себастьяну, я тебя просто урою, но в остальном ты моя подружка, и я не дам тебе совершить ошибку! 

Мэри на такие слова слабо улыбнулась, но слишком очевидно одно – вещи она будет собирать однажды ночью снова. Может быть, даже этой ночью, пока Рейна и Стелла будут крепко спать, она упорхнет.

- Мэри, - подсела к ним ближе и Рейна. - Почему ты решила уехать? И что мы можем сделать, чтоб ты передумала? Мы ведь можем что-то сделать, правда? Расскажи нам, малышка? 

- Для начала хватит называть меня малышкой, - капризно попросила Мэри. - Я не маленькая, я миниатюрная! 

- Тебе тринадцать, в лучшем случае… - не унималась Рейна, - ну, конечно же, ты маленькая… 

- Я ее придушу, - сказала Мэри, глядя на Стеллу, а та весело захихикала сама себе.

Рейна смотрела на подруг и не понимала, что на этот раз сказала не так, и они не заставили себя долго ждать: 

- Мэри не ребенок, она просто миниатюрная, - пояснила Стелла. - Жители острова Сердца все такие. Они выглядят вот так, но им может быть при этом пятьдесят лет. 

- Да ну?.. - опешила Рейна и уставилась на крошку Мэри.

В смысле, пятьдесят? Откуда там возьмется пятьдесят? 

- Мне шестнадцать, - пояснила терпеливо Мэри. - И совсем скоро я буду совершеннолетней. Мало уже осталось.

- Но откуда тебе шестнадцать?.. Ты же… Ну… блин, - растерялась Рейна от осознания того, какой глупый вопрос из нее вырывался. 

Мэри лишь улыбнулась снисходительно, а Стелла, перестав смеяться, ехидно спросила: 

- Так ты пока оставила свои попытки заполучить внимание Себастьяна, потому что тебе еще нет семнадцати? Не хочешь, чтоб его уличили в совращении малолетки? 

- Да, - честно ответила Мэри. - Я не хочу, чтоб у него были из-за меня проблемы. А еще я понимаю, что мы с тобой, Стелла, очень разные. Хоть мы и обе блондинки, но это единственное, что нас объединяет. И я даю себе отчет в том, что если ему понравилась ты, значит, вряд ли его заинтересую я. 

Мэри с особой грустью скосилась на грудь Стеллы. Да что там говорить, Рейна и сама завидовала бюсту подруги. Конечно, у нее самой не было все совсем уж грустно как у, все равно маленькой для нее, Мэри, но и до Стеллы не дотягивала. 

- Но уехать я хочу не из-за этого, - добавила Мэри. - Себастьян и мои мечты о нем просто не стали причиной, чтобы я осталась. Вот и все… 

- Но что стало причиной, чтоб ты захотела уехать? - спросила Стелла. - Если ты смирилась, что не получишь его, то я даже не могу придумать почему тебе захотелось уезжать. 

- Да, Мэри, - закивала Рейна. - Что случилось? Расскажи нам… Как минимум, ты должна понимать, что мы тебя никуда не отпустим, пока ты нам все не расскажешь. 

- Именно, - кивнула Стелла. - Ведь несмотря ни на что, мы подруги. 

- Вот, вот. И своих в беде не бросаем, - поддакнула Рейна, а Стелла кивнула на ее слова.

Им очень хотелось, чтобы Мэри рассказала, почему так внезапно решила уехать, но она смотрела на них глазами полными слез, и молчала. То ли слов не находила, чтоб признаться в чем-то, то ли им не доверяла свой секрет, то ли... Рейна решила, что Мэри просто смущается им рассказать, взяла ее за руку, сжала в своей руке ее хрупкие пальчики и ласково сказала:

- Мэри, мы хотим тебе помочь. Ну же... Расскажи, что тебя так гложет?

Стелла взяла Мэри за другую руку и, сжав ее в своих ладонях, так же серьезно произнесла:

- Пожалуйста, доверься нам. Вместе мы решим любую проблему.

- Я не знаю, по какой причине вы сюда решили приехать, - заговорила Мэри, глубоко тронутая тем, что две подружки так ее поддерживают. - Но меня меньше всего интересовал Священный Путь Веры. Я просто хотела стать сильнее, чем мой враг. Я мечтаю восстановить свой остров, и чтоб он снова сиял, как раньше... Сейчас там даже не болота, сейчас остров затоплен настолько, что его даже не видно... Морской король все уничтожил... Не осталось ровным счётом ничего... По пути сюда, я проплывала с острова Зари до Лучезара, я проплывала мимо места, где должен был находиться мой остров. Но… там нет ничего. Морской король все разрушил, потопил… Когда я узнала, что магия школы Тонолука способна восстановить утраченное, я очень надеялась, что в списке моих песен обязательно будут те, которые помогут мне это сделать. Но... Увы. У меня этих песен нет... Я не могу сделать ничего, чтобы вернуть свой остров. И оставаться здесь?.. Ни Дары Создателя, ни вся здешняя магия в целом - меня это не волнует. Я не следую ни по какому Пути. Так и зачем мне здесь быть? 

- А что изменится, если уедешь? - резонно спросила Стелла. - Чем займешься? Какие у тебя планы? 

- Я подумывала поехать к королеве Ньюнис, она обещала помощь. И я надеюсь добраться до острова Листа. Там есть община, где живут мои соотечественники, те остатки моего народа, что сумели выжить в катастрофе. Мой дом там, в той общине, среди своих… Я не собираюсь ими править, не подумайте, я никто, и вряд ли они вспомнят меня и примут как за свою принцессу, но… просто… если уж где-то и жить, то просто среди своих. Среди тех, кто помнит остров Сердца сияющим… Быть может, вместе мы бы смогли его восстановить как-нибудь, - грустно Мэри пожала плечами.

- То есть… Никаких планов у тебя нет, - подвела черту Рейна. - Но ты все равно хочешь уехать? А разве стать сильной ты не хочешь?

- Я не воин, - покачала головой Мэри. - И мне им не стать. А религия меня не волнует так сильно, как надо для пути Мудреца...

- А зачем ты тогда выбирала этот путь? Почему не Деятель, как мы?

Мэри пожала плечами и лишь грустно сказала:

- Я уже говорила: я хотела бы помочь другим, чтоб они не страдали как я, и мой народ.

- Но почему ты не просишь помощи? - возмущенно спросила Стелла. - У нас с Рейной песен больше. Неужели и у нас нет нужных тебе песен для восстановления твоего острова? 

- Есть… - отчего-то поникла Мэри еще больше. - Но вы не обязаны мне помогать… 

- А если мы хотим тебе помочь? - спросила Рейна. 

- Да, - поддакнула Стелла. - Что если мы хотим тебе помочь? Не примешь помощь? 

Мэри всхлипнула. Вот сколько угодно она может считать себя миниатюрной, а не маленькой, но Рейна сейчас видела в ней ребенка, которому нужна помощь. И переглянувшись со Стеллой, поняла, что подруга видит то же самое. Они вместе подсели к Мэри еще ближе, обняли ее с двух сторон. Они не знали, о чем Мэри сейчас думает и почему плачет, и решили ее не торопить. Знали – она все объяснит. Нужно лишь дать ей время успокоиться. И через пару минут, когда Мэри смогла более связно говорить, она объяснила свое поведение. Точнее рассказала то, что ей поведала милис Ситора. 

- Всем кого исключают, - выслушав ее, задумчиво заговорила Стелла. - Стирают из памяти все уже выученные песни?.. Девочки, чтоб помочь друг другу нам нужно продержаться здесь два года и сдать экзамены. После - нам уже никто не указ! 

- Верно, - кивнула Рейна. - Всего два года. Полгода из них уже прошли. И пусть я медленно начала, но, девочки, правда, я быстро вас догоню. Вот увидите! 

- И мы тебе, Мэри, поможем. Рейна знает одну песню, я все остальные. Справимся! 

- А захочешь ли ты мне помогать, если Себастьян тебя бросит и ко мне уйдет? - спросила Мэри, вытирая щеки от слез. - Я ж ведь если останусь, то свои мечты о нем не забуду… Ты должна это понимать. 

- Вот же нахалка, - посетовала Стелла. - Я ей, значит, помочь хочу, а она думает, как у меня парня увести. Тебе, видно, понравилась по лицу получать, да? 

- Девочки, - встряла между ними Рейна. - Ну что вы такого нашли в Себастьяне? Он не стоит того, чтоб вы ссорились из-за него! Он же бабник! Он испортит жизнь вам обеим! И вы потом будете страдать, а ему плевать! Он просто найдет себе новенькую жертву! 

- Ты его совсем не знаешь, - возразила Стелла. – Он совсем не такой. Он глубоко мыслящий чуткий мужчина, добрый, щедрый, заботливый, - «и вкусный» чуть не ляпнула Стелла, точно зная, что своего раба она просто так никому не отдаст, с трудом удержала себя от того, чтоб не ляпнуть лишнее. – И Мэри, - Стелла внимательно на нее посмотрела и сурово добавила, - он мой. И здесь нечего обсуждать. Если тебе нужна моя помощь, то я даже не цену тебе назначаю, а как есть говорю - даже не думай про моего парня. Вон в мужской школе, да и во всем этом городке, парней хоть отбавляй. Выбирай любого, но Себастьян только мой. 

- А как насчет честного соревнования? - робко спросила Мэри. 

- Тебе нужна моя помощь в восстановлении острова или нет? - серьезно спросила Стелла. 

- Нужна… - поникла Мэри. 

- Тогда мы закончили обсуждать моего парня, - отчеканила Стелла, очень выразительно подчеркивая слово «моего». - И мы не вернемся к этой теме больше никогда. 

Мэри ничего не ответила, но по ней видно: она согласна со Стеллой, и больше такую тему поднимать не станет. В конце концов, если уж Себастьян не стал причиной, чтоб она захотела здесь остаться, то, разумеется, он не станет причиной, чтоб она возражала сейчас подруге, которая предлагала помощь в очень важном для нее деле. 

А Рейна… она смотрела на них обеих и правда не понимала, что такого они нашли в Себастьяне. И так же не понимала, как они могут его любить, если он бабник! Этот негодяй точно разобьет им сердца, а ей потом что делать? Она попробовала еще раз достучаться до подруг, объяснить им все о нем, но подружки даже слушать не стали. Вот же две наивные дурочки!.. 

В любом случае может к карточной игре и не вернулись, но в тот вечер они еще не раз подняли тост за то, что однажды они – вместе – сделают все возможное и даже невозможное, чтоб восстановить остров Сердца. А сейчас это как минимум означало то, что Мэри остается, и не было ничего важнее этого для каждой из них.

Когда поздней ночью Рейна снова оказалась в коридоре из страниц и в десяти шагах от выхода в свой родной дом, то ничего делать не стала. Ни глупостей, ни «умностей». Велено ничего не делать, и она ничего не делала. Просто стояла и смотрела в дверной проем. 

Ничего не происходило. 

«Это испытание терпением», - вспомнила Рейна слова Ситоры, и это помогло унять нервы. Помогло ей успокоиться, и терпеливо ждать, когда ей можно будет попасть домой. Казалось, что прошло немало времени прежде чем комната начала сужаться, уменьшаться, и Рейну вынесло волной из книжных страниц внутрь ее дома. Она оказалась посреди гостиной и тут же радостно захлопала в ладошки. Да, она дома! Ура! Наконец-то!

Нужно скорее найти маму и папу! В Тонолуке сейчас глубокая ночь, но это же так далеко от дома. Здесь в родной стране сейчас ясный день, и лишь бы родителей застать…

Рейна успела дойти лишь до ближайшего окна, как она увидела своих маму и папу на улице. Предупреждения милис Ситоры Рейна теперь помнила, и знала, что из дома выходить нельзя в таком сне. Осталась внутри наблюдать за родителями из окошка, которые разговаривали с «псами». Почему? Что случилось?

Не прошло и пяти минут, как вместе с этими же людьми в форме папа с мамой вошли в дом. Рейна надеялась, что будет первой, кого они увидят в гостиной, но нет… Они прошли мимо нее, как будто и не замечали ее присутствия. Они прошли не просто мимо, а сквозь нее…

- Неужели у вас нет никаких новостей? - спросила мама. 

Рейна только сейчас вблизи смогла рассмотреть маму получше и ужаснулась. Милис Каролина так осунулась, так посидели ее рыжие волосы… Совсем на себя перестала быть похожей.

- Вы хоть ищите нашу дочь или только видимость работы создаете? - грубо поинтересовался папа. 

«Они ищут меня...» - поняла все Рейна, и ей стало совестно. 

Она уехала, ничего им не объяснив, не оставив даже записки. Сейчас глядя на то, как родители переживают, как осунулись оба, не смогла даже вспомнить, почему молча уехала, ничего им не сказав. Ах да… Она боялась, что ее не отпустят в Тонолуку.

Боялась, что родители ее не поймут, а в итоге она причинила им столько страданий. Рейна никогда не чувствовала себя хуже чем сейчас. Ей стало так стыдно перед мамой и папой, что готова сквозь землю провалиться. 

- Мы ее ищем, - ответил псооповец, на груди которого указано имя Р.  Джанкс. - Но поймите, нет никаких следов. Но одна зацепка есть, однако у нас не получается разговорить свидетеля. Поэтому мы пришли к вам. 

- Что за свидетель? Кого вы не можете разговорить? - тут же встрепенулся папа. 

- Сихит Люм Пэк. Он ведет себя так, будто знает что-то, но говорить не желает. Может, если вы с ним поговорите, то вам он скажет? А еще вы же знаете, что пропала не только ваша дочь, но и ее друг, Себастьян Мухтэбб,  Сын ваших…

- Конечно, знаю, - закатил папа глаза на слова пса. - Но я исключаю возможность того, что они пропали вместе. Себастьян наверняка уехал в мужскую школу, в Тонолуку. Мы уже писали туда, спрашивали, есть там наша дочка или нет. Нам ответили – нет ее. А еще мои друзья уже делали запрос в ПСООП Тонолуки и Себастьяна там не нашли. В школе нет ни одного смуглого ученика с седыми волосами.  

- Верно, но я думаю, что школа просто могла его прикрыть. Не в первый раз, знаете ли, за ними могут быть такие грешки. Это ж пусть и мужская школа, но тоже ж ведь религиозная. Они к себе на обучение и преступников берут, покрывают их, веря в их исправление. А тут известный танцор, почему б и не помочь ему? Я ж говорю: им все равно кому помогать. 

- Это, выходит, моим друзьям нужно ехать в Тонолуку и искать своего сына самим? – уточнил сихит Айль.

- Ну, сами они вряд ли поедут. Вы же понимаете, кто у них родственники, - усмехнулся сихит Джанкс, намекая, что мама Себастьяна племянница начальника ПСООПа. - А вот парочку из наших точно вот-вот отправят на разведку в Тонолуку. И мы понимаем, что ваша дочь в мужской школе быть не может, но вдруг она в женскую религиозную школу подалась? Вы допускали такую мысль? 

- Нет, не допускали, - покачала милис Каролина головой. - Рейна никогда религией не интересовалась. Что ей там делать?.. 

- Моя дочь могла хотеть больше в мужскую школу, - хмыкнул с грустью сихит Айль.- А мы ее не отпускали. И ее учитель, сихит Пэк, клялся нам, что тоже никогда ее туда не отпустит. 

- Вы же говорили с ним после исчезновения вашей дочери? 

- Говорил… 

- Он не изменял своим клятвам? 

- Сказал, не изменял. Сказал, не знает где наша дочь. Но я согласен с вами, ведет он себя странно. Я с ним поговорю еще раз. 

- Не сердитесь только, мы взяли на себя смелость пригласить его сюда, к вам. Будто это вы его приглашаете, а не мы. А то с нами он говорить вообще отказывается. Надеюсь, вы не против, если мы допросим его здесь? 

- Конечно, не против, - хором ответили мама и папа.

- Мы хотим, чтоб наша дочь нашлась, и согласны для этого на все, - добавил сихит Айль. - Когда он придет? 

- С минуты на минуту должен быть, - посмотрев на ручные часы, ответил второй пес, на груди которого указано Д.Ракли. 

В дверь постучали как раз в эту минуту, и папа пошел открывать. 

Рейна присела на диван рядом с мамой и обняла ее за плечи. Мама не видела ее, и Рейна подозревала, что и не чувствовала, но ей самой так приятно вдохнуть родной запах любимой мамы… Рейна безумно виноватой чувствовала себя перед ней. Как она могла заставить ее так страдать? Мама ненавидеть ее должна!.. 

«Когда вернусь, - подумала Рейна, - буду в ногах у нее валяться, прощение вымаливая...» 

Папа вместе с учителем зашел в гостиную и запер дверь, остался стоять в дверях, всем видом ясно давая понять, что учителю сбежать не удастся. Люм Пэку придется рассказать обо всем, что известно. Папа смотрел на учителя таким свирепым взглядом, что казалось, может, даже убить его не сходя с этого места. Сердце Рейны вновь сжалось от того, как больно сделала она не только маме, но и папе. С дикой болью в груди она наблюдала за тем, как псы допрашивали ее учителя, а папа злился от каждого его «не знаю, я не знаю, я ничего не знаю». 

- Да все ты знаешь! - заорал на него сихит Айль. - Что ты скрываешь?! Немедленно все рассказывай! Сейчас же! 

- Я не знаю, где Рейна, - повторил сихит Пэк свою пластинку вновь.

- Я тебе не верю! Ты что-то знаешь! Говори! 

- Пожалуйста, - проплакала мама, опустившись перед учителем на колени. - Я прошу вас, сихит Пэк, если вам хоть что-то известно, прошу, расскажите нам. Пожалуйста… 

- Милис Каролина, - сокрушенно пробормотал Люм Пэк от того, что перед ним стоит на коленях горем убитая женщина.