Академия Тонолука. Тайна Священной Статуи

Год назад три девушки, неожиданно приехавшие в школу Тонолука, привлекли к себе много внимания, которого им совсем не хотелось. Каждая приехала в эту школу по своим причинам, однако по каким бы причинам они не приехали, а сблизило их то, что другие ученицы школы их возненавидели. 
    Они оказались слишком выдающимися, слишком… выделяющимися. Каждая по-своему, но факт оставался фактом – или они будут дружить друг с другом, или ни с кем. Они выбрали первое, вот только привело это все к тому, что спустя год обучения под угрозой отчисления из школы они оказались все вместе. Возможно, выбери они другой путь, то все случилось бы как-то иначе, но… теперь они вынуждены ждать решения ректора Лидии, которая либо их поймет и простит, либо…  
    - Ну что, девки? - посмотрела Стелла по очереди на подруг по несчастью. - Предлагаю принять по стопке настойки за наше фееричное отчисление…
    - Малышке сок, - согласилась Рейна, и посмотрела на младшую среди них, которая тяжко вздохнула на ее слова. - А нам с тобой закажи самое крепкое, что тут есть. 
    - Я не маленькая, я миниатюрная, - возразила Мэри, считая, что в такой ситуации, как оказались они, ей тоже можно выпить что-то покрепче сока или компота.
    - Намек поняла, - хихикнула Стелла, посмотрев на мелкую. 
    - Я вот думаю… - заговорила Мэри, прежде чем Стелла подозвала официанта ресторации. - Мы ошиблись в количестве динамита, и из-за нас мог взорваться весь город, или нас отругали только за то, что мы решили использовать динамит, а не магию? 
    - Да я вообще не поняла, - ответила Стелла. - И искренне считаю так: нас ругали несправедливо. Мы пытались сделать ровно то, что нам приказали с самого начала. Так и какие вопросы теперь, а?
    - Я не соглашусь с отчислением, - твердо произнесла Рейна. - Динамит им тогда петардой в новогодние праздники покажется… Вы как?.. За?
    - За, - поддержала Мэри. 
    - Ну естественно! - поддакнула и Стелла.

Часть 1 
Прибытие

Глава 1

Год назад... 

Миниатюрная худенькая юная девушка одна ехала в Тонолуку с острова Зари, где она жила у приемной семьи. Вопрос обучения, как и бегства из дома в целом, для нее встал ребром. Ей необходимо было уехать! В тот момент казалось, что выбора у нее просто не осталось, и все же принимать такие решения, как и начинать быть ответственной за себя самой, не просто. Однако еще тяжелее просто быть той, кем она является. Принцесса разрушенного острова Сердца, принцесса руин, единственная оставшаяся в живых после цунами, которое смыло на века все то, что девушка считала своим родным домом. 
От одной мысли об этом – сердце сжималось от боли. А ведь она прожила после трагедии еще десять лет, глядя на пустое место в открытом океане, где когда-то находился ее остров. Маленький, но такой родной… Сейчас на его месте нет ничего.
Дверь в ее купе неожиданно открылась – вошла проводница. Строгая женщина властным тоном пробасила: 
- Через десять минут поезд останавливается в Лувее – ваша конечная. 
- Да, да, - закивала девушка. - Спасибо, я знаю.
- Вы выглядите слишком юной для путешествий в одиночку. Где ваше сопровождение? 
- У меня его нет, - честно призналась она, вспоминая, как облапошила няню и сбежала от нее. - Не смотрите на то, как я выгляжу. Я взрослая, просто вот такая у меня внешность, только и всего.  
- Я прекрасно помню: когда ты, милочка, заходила в мой вагон,  сказала – сопровождение вот-вот подойдет. Ясно дала понять, путешествуешь не одна. Я думала, сопровождение было среди других пассажиров, которых я пропустила в вагон. А оказывается, ты обманула меня! Я вынуждена сообщить о тебе в охранный пункт, и как только мы приедем – я сдам тебя с рук на руки.
- Прошу вас, не надо… Я взрослая, я могу путешествовать одна! Правда… - девушка была готова расплакаться от досады, но проводницу это совсем не тронуло. 
Она осталась непоколебима. Все тем же властным тоном она потребовала документы, и ничего не оставалось, как подчиниться… 
- Ваннамэй Хорсани, - прочитала вслух проводница еще раз и еще раз повторила ту же нелепую шутку, что и в тот момент, когда девушка садилась на поезд. - Креветка такая есть… Вкусная! 
Ваннамэй вспомнила, что говорили ей подруги. Все, как одна, настоятельно рекомендовали сменить имя перед отправкой на материк. Обычаи и порядки Объединенных островов Залива и материка отличаются друг от друга, и имена – одно из. То, что для островитян имя – для жителей материка в лучшем случае креветка… Ваннамэй решила, что не станет менять имя, не поверила подругам, что могут возникнуть трудности. И как же она теперь жалела об этом решении… Но ее имя так важно для нее, однако и терпеть постоянные издевки невыносимо... 
- Как вы видите по моим документам, - заговорила Ваннамэй строго, - мне семнадцать лет. По законам севера и своей родины – я совершеннолетняя девушка. А теперь будьте любезны – верните мне мои документы и идите по своим делам. 
- Деточка, ты дурочку-то из меня не делай, ладно? - хмыкнула проводница, засунув документы себе в карман униформы. - Тебе только шестнадцать! Считать я умею, если что, поняла? 
- Я еду на учебу в Тонолуку! - отчаянно возразила Ваннамэй, и бесстыже наплела. - Не буду я скитаться одна где-то, просто дайте доехать до школы! Меня папа с мамой отпустили, и специально купили мне купе целиком, чтоб меня никто не беспокоил. Пожалуйста, для меня очень важно добраться до школы. Прошу вас, милис, не стойте на пути…
На самом деле никто ее никуда не отпускал. Она сбежала! И если ее вернут домой, то наказание будет настолько суровым, как никогда еще не было. От одной мысли сделалось страшно. Ей нельзя назад! Просто нельзя! Только вперед!
- Знаю я эту школу, - вздохнула проводница. - У меня там сестра рядом работает, магазинчик одежды содержит… И этот рейс у меня последний, и все – в отпуске я. Как раз к сестре собиралась поехать. Если не врешь, Креветочка, так я тебя до школы и провожу. 
- Правда? - просияла в лице Ваннамэй. - Я… я буду вам очень признательна! Спасибо! Как вас зовут, милис? 
- Кристина Тибо, - ответила проводница и, не вернув документы, сказала: - Пусть у меня пока побудут. Верну, когда мы порог школы переступим. 
- Хорошо, - Ваннамэй даже не подумала возразить. - Я вам очень благодарна. Спасибо, милис Тибо! И знайте – до Тонолуки за наш с вами проезд оплачиваю я. Все расходы беру на себя! Это вам моя благодарность за помощь. 
- Договорились, Креветочка, - не стала та возражать.

К вечеру этого же дня Ваннамэй и милис Кристина ехали в поезде от Лувеи до Тонолуки – это прямой путь, последняя пересадка. Ваннамэй очень переживала за свое обучение, в какой-то мере ей уже не терпелось начать учиться, а с другой стороны – она волновалась: а примут ли ее в школу? Говорят, что принимают всех, вот вообще всех, но… а вдруг нет? Вдруг ее не примут? 
Сразу после отправки поезда милис Кристина повела ее в вагон-ресторан, где они плотно поужинали. Во время еды добрая проводница решила поиграть – они вместе рассматривали других пассажиров, и обе называли место откуда человек едет. Кто соберет больше очков – та и выиграла. Награда – большое шоколадное пирожное, которое продается в буфете вагона-ресторана. Ваннамэй решила, что это интересная игра, и она с удовольствием начала разглядывать других пассажиров, но даже не знала по каким таким критериям надо строить свои предположения. Ей казалось, назвать правильные варианты ответов невозможно. И с первых пяти пассажиров – она естественно не угадала ни разочка. За то милис Кристина справилась с этим на «ура» – пять из пяти, угадала с легкостью. 
- Ой… - вздохнула вдруг сладко Ваннамэй, увидев, какой красивый парень вошел в вагон-ресторан.

Лучезарец облачен в черный костюм-тройка, с бабочкой, которая невероятно ему шла. Явно чувствуя себя кем-то безумно важным, парень надел еще черные очки, и это добавляло ему особого шарма. Его взгляд задержался на всех присутствующих, каждого внимательно разглядывал так, словно искал знакомых, но почему-то очевидным казалось то, что таких он тут не найдет. 
Так казалось как минимум потому, что других лучезарцев в вагоне-ресторане нет. Этот мужчина такой красивый, широкоплечий, высокий вообще казался единственным лучезарцем на весь поезд. На него многие девушки обернулись посмотреть – и у каждой в глазах лишь восхищение. На островах, откуда Ваннамэй родом, лучезарцев полно – и это не удивительно, ведь рядом их родная огромная страна. Хотела бы однажды Ваннамэй пожить в Лучезаре, это была одной из ее мечтаний на будущую взрослую жизнь после школы. 
Мужчина довольно высок – Ваннамэй едва ли будет доставать ему хотя бы до грудной клетки. Из-за его темных очков она не сумела увидеть цвет его глаз, но она придумала себе самый дивный цвет, который точно принадлежал бы именно ему. 
Сердце мгновенно застучало неистово, в животе ухнуло и как будто бабочки запорхали. Какой же он необычный, какой же роскошный… 
- Эй… - перед ее лицом милис Кристина замахала руками. - Что с тобой, Креветочка? Чего замерла? 
- Я… - растерялась она. - Я… нашла новую загадку. Угадайте откуда он… 
Ваннамэй указала кивком головы в сторону очаровательного красавчика, и Кристина сразу же обернулась посмотреть. И минуты не прошло, как она села ровно и сказала: 
- Это слишком легко. Этот из Красных Земель, оборотень какой-нибудь. Полукровка. 
- Почему вы так уверены? 
- Потому что вообще не поймешь что он за зверь, полукровка. Волки более брутальные, лисы – всегда рыжие. А этот… чую – полукровка, - твердо произнесла милис Кристина. - Вряд ли даже может превращаться в зверя. Обычный человек скорее всего, но красив, красив, да… Это ты на него так засмотрелась, Креветочка? 
Ваннамэй последнего вопроса уже не слышала, гораздо интереснее наблюдать за лучезарным красавчиком, который как раз приближался к ним. Он просто шел мимо, спустил очки на кончик носа, и стрелял желтыми глазками, все еще осматривая всех разом. Его взгляд уже несколько раз скользнул и по ней, Ваннамэй, и то, как нежно он ей улыбнулся, позволило ей осмелеть. 
Когда парень проходил мимо их столика, она взяла его за руку, чем вынудила остановиться рядом, и спросила: 
- Простите за любопытство, мы с подругой играем в игру: угадываем, кто откуда едет. Я считаю, вы из Нагорья, а она говорит – из Красных Земель. Кто из нас прав?
Незнакомец с широкой благодушной улыбкой посмотрел сначала на нее, Ваннамэй, после на ее подругу, а затем нежно, в качестве приветствия как будто, целя ее руку, ласково произнес: 
- Вы победили, мит. Я из Азгинского Нагорья. 
- Ложь! - не согласилась Кристина. - Из Красных ты, милок! Больно аура у тебя замудреная! 
- Победила вот эта очаровательная особа, - возразил парень и снова ласково поцеловал руку Ваннамэй, только это уже было максимально неуместно.
И… так нежно… 
Не то, чтоб ей не понравилось – очень даже понравилось! Ваннамэй мгновенно разомлела и возжелала, чтоб он не смел никогда-никогда от нее отходить, но… милис Кристина все испортила словами: 
- Она несовершеннолетняя девочка. 
- Извините, - тут же потерял интерес роскошный парень и мгновенно ретировался в сторону буфета, где и секунды не прошло, как он уже целовал руку другой девушки. 
Вот же… 
- Зачем вы его прогнали? - обиделась на судьбу Ваннамэй. - Он же мог бы стать моим мужем! 
- Я тебя умоляю, - отмахнулась милис Кристина. - Не смеши меня! 
Ваннамэй вновь повернулась посмотреть на роскошного мужчину, которого мгновенно именовала – Моя Первая Любовь. Он уже о ней забыл в компании другой девушки, до нее самой ему уже и дела нет. Как же несправедливо!.. 
- Я выиграла, - тем временем заявила милис Кристина. – Шесть-ноль. Иди за моим пирожным. Я, так уж и быть, дам тебе попробовать. 
- Счет: пять-один, - обиженная Ваннамэй возразила, хоть и понимала уже сама, что парень согласился с ней только, чтоб при виде него она растаяла, что собственно и произошло. 
- Все равно я выиграла, - возразила Кристина, и Ваннамэй ничего не оставалось, как признать это. 

Пока стояла через минуту в очереди, Ваннамэй все еще украдкой смотрела на понравившегося ей мужчину. Ну какой же хорошенький, а… Ну почему он достался другой? Как Кристина могла все испортить? Несправедливо же ну… 
- Что вам, юная мит? - услышала она вопрос и, не сразу сообразив, что это спрашивают у нее, уже хотела было открыть рот и сказать: большое шоколадное пирожное, как вдруг…

- Дайте большое шоколадное пирожное, вон то, да, да, - перед ней влезла красивая блондинка. - И это тоже, и вон тот тортик, да… И вот эти пирожные я тоже заберу! 
Незнакомка влезла без очереди, и Ваннамэй сделала ей замечание, на что та ответила лениво: 
- Нечего ворон считать. Буду я еще ждать, пока ты сообразишь, что тебе надо. 
- Но я хотела купить большое шоколадное пирожное. Оно мое. 
- *опа треснет, - заявила нахалка, небрежно кинув работнику буфета плату, быстро забрала контейнеры со своими заказами и тут же умчалась из вагона-ресторана. 
Ваннамэй растеряно смотрела ей вслед. Ну что за жизнь, а?.. Одна – парня лишила за считанные секунды, вторая – пирожное отобрала… Да как так-то?.. Ваннамэй посмотрела на милис Кристину, которая все видела. В ответ проводница лишь покачала головой. На лбу у нее так и транслировалась надпись словно – ну ты, конечно… м-да…

Лишившись желанного пирожного, милис Кристина придумала себе новое развлечение. Решив, что Ваннамэй будут обижать и дразнить в школе за такое имя, ей самой захотелось придумать ей новое. Ваннамэй не возражала. Ей уже хватает одной лишь Кристины, которая дразнит ее креветкой, чтоб еще кто-то так же делал – совсем не хотелось. 
- Только очень важно, - заговорила она, - чтоб в моем имени была приставка -ванна. В начале или в конце неважно, главное, чтоб она была. 
- Почему? 
- Надо так, - не пожелала Ваннамэй объяснять, что имя – это все, что у нее осталось от любимых родителей и родного острова. 
- Ну… раз так, то пусть твое имя будет Мэриванна, - сказала Кристина. – По факту это очень похоже на твое собственное имя, и такое имя очень легко сокращается до Мэри. Красиво же, правда? 
- Верно, - улыбнулась Ваннамэй, прекрасно зная, что ее имя и так в сокращенном варианте звучит Мэри. 
Пусть и нет буквы «р», но оно и не надо в полном звучании ее имени. Мэй – слишком похоже на «Май», а это не имя, а название месяца, а Ванна – просто приставка – она никак не сокращается. А потому всех девочек на островах, у кого такое же имя, кличут Мэри. И ей приятно, что Кристина придумала именно такое сокращение.
Пусть будет Мэри!

Чуть позже Мэри вышла из купе в коридор. Ей очень хотелось в туалет, но в тамбуре была очередь. Небольшая, всего два человека. Первая - прекрасная рыжая незнакомка, которая приветливо ей улыбнулась, а второй – молодой брюнет, который глазел на рыжую девушку странным взглядом. 

Они явно вот буквально только что – не поделили что-то. Стало любопытно, что именно, потому что, судя по их поведению, они точно не друзья, но и как будто они знают друг друга. 
Мэри предпочла не вмешиваться. Может, она вообще сделала не те выводы, и у этой пары молодых людей гораздо глубже отношения, чем может показаться на первый взгляд. Ей же это неизвестно… Мэри заметила другое – черноволосый брюнет так же прекрасен, как и тот сказочный лучезарец, который ей понравился. Но при этом совершенно не хотелось терять от красоты брюнета голову. Вот появись здесь и сейчас тот милый господин из вагона-ресторана, и она бы уже пускала слюни как тогда, а здесь, сейчас… Мужчина более чем привлекателен, но в ее душе нет отклика. 
Дверь туалета открылась, и кто же вышел?.. Тот самый лучезарец! Все такой же роскошный, а глаза его, ммм… желтые, яркие, почти оранжевые, как апельсинка. Сердечко Мэри отчаянно забилось при виде него, так хотелось, чтоб он вновь взял ее за руку. 
- Маркус, - заговорила рыжая девушка. - Скажи этому придурку, что я занимала за тобой очередь. 
- Естественно, - кивнул Маркус, так уже сурово посмотрев на брюнета, что можно было бы и поежиться со страху, а брюнет и ухом не повел. 
- Ой, да иди уже, а, - жестко бросил брюнет на рыжую. - Смотри только коленки не обсикай. 
- Пошел ты… - послала его рыжая так далеко, что Мэри покраснела. 
Предпочла бы она всего этого не видеть и не слышать, но увы… 
Рыжая красавица скрылась за дверью туалета, а Маркус перегородил собой проход для брюнета со словами: 
- Вот эта нежная прелесть, - кивнул он в сторону Мэри, - за нами занимала. Ты пойдешь после нее. 
- Сходи в *опу, тебя там спрашивали, - фыркнул брюнет. 
- Сам сходишь, - елейно ответил Маркус, всем видом показывая, что будет так, как сказал он и никак иначе. 
Раньше из-за Мэри мальчики еще никогда драк не устраивали, но она обманываться не хотела. Сейчас если драка и будет, то не за нее, а за туалет. А такого зрелища ей точно не надо. Сомнительное удовольствие… К тому же не хотелось совсем, чтоб такое милое личико, как у Маркуса было подпорчено синяками. Еще, не дай Создатель, покалечат его… Ну уж нет…
- Спасибо за вашу заботу, - проговорила Мэри, привлекая внимание обоих мужчин. - Но я воспользуюсь туалетом строго по очереди. Я вот за этим господином. 
- Спасибо, мит, - сказал брюнет, - за вашу честность. 
- Мог бы и пропустить ребенка, - добродушно улыбнулся Маркус для Мэри. - Не помер бы.
- Все в порядке, - вновь отозвалась Мэри, видя, как слова лучезарца задели брюнета, и соврала: - Мне только руки помыть, всего лишь. Я подожду, пока вы сделаете свои дела. 
- Спасибо, - еще раз сказал брюнет, а Мэри тактично улыбнулась и увела взгляд в сторону. 
- Ну до чего же миленькая, - улыбнулся ей Маркус еще шире. – Малышка, я надеюсь, ты выиграла спор у своей подруги? Я помог тебе? 
- Нет, я проиграла со счетом пять-один, - улыбнулась Мэри. – Если, конечно, вы не соврали, как уверена моя подруга. 
- Ничего страшного в проигрыше нет. Не везет в азарте – повезет в любви, - улыбнулся он.
«Надеюсь…» - мечтательно вздохнула Мэри, глядя на него и отчетливо понимая – погибает уже от любви к нему… 
Не думала она и не гадала, что может вот так легко влюбиться с первого, а уже и со второго, взгляда в совершенно неизвестного ей молодого человека, но ничего не могла с собой поделать. Абсолютно точно Маркус стал ее мечтой, и так обидно, что они могут ехать в одном поезде куда-то на север, но очевидно же – в одной женской школе Тонолука учиться они не будут. У нее есть лишь сейчас, сегодня, когда она может им полюбоваться… 
И это не может длиться долго – дверь туалета открылась, и стоило рыжей девушке выйти оттуда, как брюнет тут же заперся внутри. Маркус со своей спутницей ушли, а Мэри хоть и смотрела им в след, но не испытывала ничего кроме зависти к рыжей особе. Ей можно ходить с ним – с самым прекрасным мужчиной на свете. Как бы Мэри хотела быть сейчас на ее месте… 
Мэри вздохнула, когда они скрылись в своем купе. Ах, мечты, мечты… 

Дверь открылась, вышел брюнет. Зачем-то кивнув Мэри на прощание, он удалился к себе в купе. Мэри проводила его добрым взглядом, не понимая, за что Маркус и рыжая девушка были к нему так суровы. Очень надеялась она на то, что это не потому что им просто в радость издеваться над другими. 
Мэри уже хотела было войти внутрь туалета и, наконец, справить нужду, как вдруг услышала: 
- Пожалуйста, подождите! 
Машинально она обернулась и увидела ту самую нахалку, которая влезла в очередь в вагоне-ресторане без спроса. Она бежала к ней от начала вагона, и честно признаться, Мэри совсем не понимала, что ей надо. Неужели хочет извиниться? Девушка что-то держала в руке. Кажется, это книга. За свою наглость и бестактность она хочет подарить книгу? Ммм, как мило! 
- Спасибо, что подождали, - остановившись рядом на мгновение, сказала девушка и, оттолкнув Мэри, довольно грубо, от двери туалета, юркнула внутрь и закрылась. 
- Эй… - только кое-как могла прокомментировать все это сама Мэри, как она снова уже оказалась в ожидании. 
Вот же дурочка наивная, а! И с чего это она решила, что такая нахалюга будет ей что-то дарить?.. Как нарочно неизвестная блондинка заперлась в туалете на полчаса, минимум. Мэри уже изнывала от того, как сильно хотелось в туалет. За ней самой уже очередь собралась из пяти человек, а блондинка все не выходила.
- Уснула там, что ли? – кричали другие люди, молотя кулаком по двери туалета. 
- Свалите! – орали им из туалета. 
- Ну это уже ни в какие ворота! 
- Мэри… - на шум в коридор вышла Кристина. – Ты заблудилась, что ли? Чего так долго-то? 
Мэри рассказала о том, что произошло, и Кристина разозлилась. Не понравилось ей такое поведение незнакомки. Однако ничего не поделаешь ведь, да? Как минимум так думала Мэри, а Кристина… 
Милис Кристина опытный проводник, и она пошла за своей коллегой, которая вошла в положение других пассажиров и открыла туалет своим ключом. Наглую пигалицу, что сидела внутри и читала книжку, вот как будто больше негде, вытаскивали из туалета за волосы – Кристина старалась, да… 
Нахальная девчонка пыталась и брыкаться, и одновременно натягивала на себя свое белье, а уж как она ругалась… ммм! Сапожники на острове Зари позавидовали бы! Впрочем, Мэри не слушала – она скорее юркнула в туалет, как только он освободился. 
На полу она нашла книгу, которую неизвестная ей наглая блондинка читала. История школы Тонолука – история создания, подробности о Священном Пути Веры и об уникальной магии, которой обучали в стенах школы. Мэри уже читала эту книгу дома, и она знала насколько полезная здесь информация. 
«Надо будет вернуть книгу…» - подумала она, забирая ее с собой на выходе.
Мэри и хотела бы отнести книжку незнакомке в купе, но она не помнила, откуда именно девушка выходила. А зная, что в школе они все равно встретятся, забрала пока книгу к себе. И как же Мэри удивилась, когда вернулась в свое купе, а там сидит она – та, самая незнакомка! Девушка держалась за щеку, а Кристина в позе – руки в боки – сидела напротив нее. Очевидно, что далеко ни одного подзатыльника она уже выдала этой нахальной особе… 
- Мэри, знакомься, - сурово глядя на девушку напротив себя, заговорила милис Кристина. – Это Стелла, она будет теперь о тебе заботиться. Проследит, чтоб ты хорошо в школе своей устроилась. Мы же друг друга поняли, да, Стелла? 
Та посмотрела на нее, Ваннамэй, в ответ таким взглядом, что вот так сразу и не скажешь – Кристина нашла для Мэри друга или создала врага…

Стелла очень сильно хотела бы послать как можно дальше женщину, которая вероломно, с обидным рукоприкладством, затащила ее в свое купе. Особенно после ее слов! Стелла не желала быть нянькой для кого-то! Ей, быть может, и самой нянька нужна, а эта женщина…

«Не для того, я проделала такой тяжелый путь, чтоб вновь становиться чьей-то рабой!» - возмущенно подумала она, но исключительно в целях самосохранения посмотрела на вошедшую в купе девчушку.

Мэри, как представила ее заранее грубиянка, оказалась милой на вид девочкой, которой не дашь больше двенадцати-тринадцати лет. Хорошенькая мордочка, ясные голубые глазки, ну вот прям не девочка, а цветочек. Если волосы у Стеллы больше золотого отлива, как начало вечернего заката, то белокурые волосы Мэри больше похожи на цвет морской пены. Необычный оттенок, но ребенку это шло.

- Я задала вопрос, - напомнила о себе ужасная женщина напротив, и Стелла на всякий случай быстро протараторила:

- Да, да, да… Конечно! Мэри, будем дружить!

- И-и-и…? – протянула старая грымза.

- И прости меня, пожалуйста, за случай в вагоне-ресторане, и за туалет тоже… - добавила Стелла, хоть и не считала, что должна просить прощение.

Она же не виновата, что сначала объелась сладостей, а после живот пучило так, что хоть застрелись от боли. Ей срочно нужно было в туалет! И она не виновата, что ее только пучило, а не… Ну, можно же войти в положение страдальца? Трудно, что ли?

- Очень приятно познакомиться, - вежливо проговорила милашка. – Вы потеряли свою книгу. Возьмите, пожалуйста.

- О, спасибо… - забрала Стелла свою книгу. – Я думала, она будет поинтереснее, но нет… Надо было покупать роман любовный, было б больше толка.

- Ну что вы? – изумилась Мэри. – Это важная часть истории севера и школы, в которую мы едем. Это очень полезное чтиво, и…

- Дарю, - меланхолично бросила Стелла книгу в руки Мэри так, что та едва ли успела ее поймать.

- Я ее уже читала дома… - растерянно пробормотала она. – И вам нужно прочесть ее самой. Важно знать историю места, в которое...

- Скучная книжка, - фыркнула Стелла, перебив ее. – Ни одной картинки нет… Фу, просто. И слог ужасный, трудный… И я дочитала аж до второй страницы, но там до сих пор никого не убили…

- Ну так это же не роман, не детектив, и не… - изумилась Мэри.

- Я и говорю – говно, а не книжка, - пожала Стелла плечами и, посмотрев на грымзу, которая внимательно слушала их разговор, постаралась вежливо из себя выдать: - Я могу вернуться сейчас к себе?

- Ты одна путешествуешь? – сурово спросила та. – Сопровождение где твое?

- Я одна. Не маленькая, если что. Вроде бы…

- Сколько лет?

- Почти семь сотен.

- Что? – обомлела от такого ответа строгая грымза.

- В смысле семнадцать есть, - опомнилась Стелла. – Я совершеннолетняя!

- Документы твои где?

- А с чего бы это я их вам показывать буду? Я что на дурочку похожа? – фыркнула Стелла.

- Они у тебя вообще есть? – искренне засомневалась та.

- А как бы я, по-вашему, купила билет на поезд, - отмахнулась от нее Стелла. – Знаете что… я уже обещала вам присмотреть за вашей девчонкой, и я от своих слов не отказываюсь. Постараюсь ее больше не обижать или как вы там выражались… Не помню, да и ладно… Так вот, короче… - Стелла видела, что грымза от ее поведения начинает закипать, поэтому быстро добавила: - Сейчас я ухожу к себе. До свидания, увидимся завтра!

Стелла постаралась пулей выскочить в коридор и закрыть за собой дверь купе. Видела она, как грымза тянула к ней руки, чтоб переловить и усадить на место. Вот еще! Совсем не хотелось продолжать свой путь рядом с такой ведьмой – иначе же и не скажешь.

Дверь купе закрылось недостаточно плотно, что позволило услышать часть разговора:

- Вот же, сбежала проходимка!..

- Нельзя же ее силой удерживать… Кстати, может, вы мне мой документ отдадите?

- Когда приедем в Тонолуку, тогда и отдам. Кстати, а как ты билет купила?

- Так же я все купе целиком выкупила, сказала на кассе, что мама отправила купить билеты на всех. Я миленькая, мне поверили, - весело ответила Мэри.

- А где денег столько взяла?

- А я много работала над тем, что в Тонолуку поехать. Копила, берегла.

- Надеюсь, эта паршивка тебя плохому не научит… Если что, уж лучше одной быть, чем с такой… Хотя… ты же такая маленькая. Тебе нужна подруга. Пойду я, может, еще догоню эту швабру грубую!

- Не надо, не утруждайтесь…

Стелла поспешила сбежать в свое купе, в котором ехала одна. Не боялась она этой женщины, вовсе нет, по статусу не положено, но и быть нянькой ей совсем не хотелось.  

И вообще она никого в этом мире не боялась. Ее враги существуют в месте пострашнее, чем этот захудалый мирок. Однако вся прелесть в том, что тут ее никто не будет искать. Очень важно сойти за свою, а это вряд ли получится рядом с девочкой, которая не способна постоять за себя, и старой грымзой, которая чуть что распускает руки. Этой старухе еще повезло – Стелла сегодня добрая, да и здесь слишком много свидетелей. А еще тело прятать в случае чего негде… Иначе копали бы ей могилку те, кому не повезло б найти ее хладный труп.

«Из Собирателя Душ делать няньку?!» - гневно подумала она, громко шлепая по коридору в сторону своего купе. Из вредности, вот специально, только из-за такой нелепости, быть милой с юной девчонкой Стелла не собиралась. Демон она, в конце концов, или кукла безвольная, а?! И так уже доброту проявила, когда позволила собой чуток поуправлять. Но больше такого не будет!..

Стелла вдруг замерла посреди коридора. Если до этого момента казалось, что сильная дьявольская энергетика исходит только от нее одной, то вот прямо сейчас – она чувствовала что-то гораздо посерьезнее из купе, рядом с которым остановилась. Там точно находился демон… И не простой.

Ей самой повезло выбраться из Бездны совершенно случайно. Это произошло несколько месяцев назад в стране под названием Великие Гнезда. Тощий горе-чернокнижник недоделанный в старом заброшенном подвале какого-то обшарпанного дома принес в жертву человеческую душу – вот эту девушку, в тело которой Стелла пробралась, и живет теперь как в своем родном с рождения. Жертва принадлежала демону, которого давно убили в Бездне, там же и своих войн и битв хватает за власть. И вот пал он, пал от рук ее же хозяина – Стелла это очень хорошо помнила, потому что сама присутствовала при том сражении.

Ничего особенного кстати… Просто сильный победил слабого, не более…

Но горе-чернокнижник этого узнать заранее не додумался, а принесенная жертва в пустую принадлежит не кому-то, а Бездне. Стелла опытный Собиратель Душ, вовремя ее заметила, оказалась рядом, ухватилась за нее и, перенося обратно, возвращая девушку к жизни, прочно поселилась в ее теле. Теперь настоящая душа девушки, не состоявшейся жертвы, принадлежит Бездне, и живет она в ее бывшем теле, а Стелла обживается в новом для себя мире в теле девчушки. И не на что жаловаться! Пройдут столетия – как минимум есть такая надежда – пока бывший хозяин сообразит, где искать сбежавшего от него Собирателя. Стелле всего-то надо вовремя менять себе носителя, всего-то…  

Стелла мечтала о бегстве слишком долго – все почти свои семь сотен лет. Но не получалось это сделать – сначала потому что мир, в котором она жила ей хоть и не нравился, но затягивал своей мрачностью, а потом… случилось такое, из-за чего остаться она не могла в принципе. Не исчезни она из Бездны за счет чужой жизни – и точно была б уже мертва. Ее б казнили за то, чего она не делала. Но и доказать, что ее подставили, она не могла. Враг оказался хитрее и сильнее… Вечно скрываться в Бездне невозможно, рано или поздно, но ее нашли б. А здесь… у нее есть шанс на нормальную жизнь. И вот уж где точно ее не будут искать, так это в месте, куда отчаянно хотела попасть несчастная жертва несостоявшегося ритуала – священная школа Тонолука. Там ее никто никогда не найдет! Идеально! И все же…

Стелла положила руку на ручку двери купе, где ощущала демоническую силу. Найти ее так быстро не могли. Не желала она в это верить! Но кто же тогда?.. Кто еще из демонов тут может быть?..

А вдруг кто-то посерьезнее? Вдруг кто-то гораздо опаснее, чем она сама? Вдруг кто-то такой, кто совершенно не желает жить мирно здесь, в этом мире? Стелле такие проблемы не надо – она-то как раз ищет для себя тихое и незаметное пристанище.

Стелла отшатнулась от купе, в котором сидел демон. Нет, не нужно смотреть. Ни к чему это! Не следует привлекать внимание. И так уже со своим-то характером нажила проблем с грымзой и ее мелкой подопечной. На сегодня достаточно!

Стелла трусливо сбежала в свое купе и заперлась. От волнения аж боли в животе прошли, а на столе ее ждали остатки пищи – сладости, которые она себе купила и поглощала с удовольствием. В мире Бездны таких вкусняшек не найдешь! Да и ощущение такое, будто это тощее тело и его бывшая хозяйка в принципе столько еды никогда не видели. Но…

Стелла громко издала отрыжку. Хорошо, что она ехала одна в купе. Хоть не стыдно перед незнакомцами. Пожалуй, хватит. Сегодня она не сумеет засунуть в себя более ни одного кусочка из всех этих вкусняшек.

Утром Стелла завтракала остатками сладостей, ей было умопомрачительно вкусно. Под сладкий чай, который она заказала у проводницы, все пирожные и зашли так хорошо, что принеси ей сейчас хоть кто-нибудь добавку – она б от нее не отказалась. Она уже почти все доела, как вдруг дверь ее купе открылась и вошла знакомая грымза.

- Это что? Весь твой завтрак? – легко угадала она. – Только сладости? Ну и чему ты способна научить Мэри?

- Я… - попыталась Стелла заговорить с набитым ртом, да особо не вышло.

Да и грымза слушать не стала, махнула рукой и закрыла за собой дверь. Значит ли это что ей не будут навязывать мелкую? Если да, то отлично! Лучше и не придумать!

Завтракать больше никто не мешал, а через еще полчаса поезд остановился в городе Тонолука. Стелла стояла в очереди на выход из вагона. Ей не терпелось поскорее выйти на улицу. Ощущение такое, что демон, которого она почувствовала вчера, дышит ей прямо сейчас в затылок, и она боялась обернуться. Боялась смотреть по сторонам, боялась даже дышать! Она понимала, что находится в чужом теле, что ее настоящую личину никто не разглядит, что ее не узнают, но… она понимала самое важное: если демон позади хоть немного опытен так же, как она, то он прекрасно понимает – не единственный он здесь демон. А что не любят демоны больше всего?

Соперничество…

Демоны привыкли захватывать власть, территории. Они любят создавать культы среди смертных во имя себя. И в одном городе двум демонам не ужиться… Это невозможно в принципе. И ей хотелось как можно быстрее сбежать, чтоб ее не успели убить во имя пресловутого соперничества. Имей она цель захватить здесь все и каждого уже сама бы именно так и поступила. Но у нее цель скрыться, спрятаться, исчезнуть с поле видимости демонов и первой вступать в драку ни за что не станет.

Как только поезд остановился и люди стали пробираться к выходу, Стелла нервничая, желая выйти как можно скорее, чуть не сбила собой какую-то медленную излишне, как казалось, рыжую деваху и ее спутника – лучезарца. Они так уже еле-еле двигались, что хотелось обоим дать поджопника лишь бы ускорились. В какой-то момент ей удалось проскочить раньше них, правда она задела девушку плечом, за что та еще рявкнула что-то вроде:

- Осторожнее!

Но Стелла нет до этого дела. Придерживая шлейку своего рюкзака, она спрыгнула с поезда на перрон и понеслась вперед. Быстрее хотелось унести ноги от вокзальной площади, быстрее от демона, быстрее спрятаться в стенах женской школы, где она точно должна найти себе укрытие.  

Стелла добралась до школы первой, одна беда – ворота оказались закрытыми. Эй… А как же сказки о том, что ворота школы Тонолуки всегда открыты?! Какого черта здесь закрыто?! Стелла отчаянно потрясла массивные ворота, бессмысленно. Заперто. Тогда она нашла палку, что валялась недалеко, и стала бить по воротам. Кто-то ее должен услышать – кто-то обязан выйти из массивного монументального здания, что скрывалось за воротами, и впустить ее.  

Она била так минут десять, точно, прежде чем к ней вышла какая-то девушка в синем платье – страшненьком, между прочим. Но цвет к миловидному лицу подходил.

- Что ты стучишь? – девчонка стала ее ругать. - Ты больная, что ли?

- Сама ты больная, а я учиться приехала. Открывай, давай!

- О, понаедут из своих глухомань и позорятся потом под воротами… - покачала головой наглая девка. – Как же бесит, а… Ты откуда такая недалекая? Из какой деревни?

- Ты главное ворота открой, и я тебе популярно объясню, - пообещала Стелла, зная прекрасно, что выглядит сейчас настолько зловеще, что не зря девка за воротами подсобралась и более тактично заговорила:

- Сегодня День Принятия. Сегодня приедет много учениц. И наша глава милис Ситора не станет приветствовать каждую по отдельности. День Принятия – это когда за один день приедет больше двадцати учеников женской и мужской, - девчонка пальчиком указала изящно на соседнее здание напротив, - школы сопровождается коллективным осмотром каждого новоприбывшего. Короче говоря, тебе надо подождать всех остальных учеников, которые приехали сегодня к нам, и в мужскую школу тоже. Когда все соберутся, милис Ситора, наш декан, и сихит Раст, декан мужской школы, выйдут к вам всем, осмотрят и решат приняты вы или нет.

- А разве принимают не всех? – удивилась Стелла.

- Пф… нет, конечно, - хмыкнула незнакомка. – У этого места есть правила, принимаются только светлые души. Здесь обучают чудесам, пойми, и не станут заниматься теми, кто не способен принести в этот мир Свет Создателя и стать его Чудом.

- Создателя?.. – опешила Стелла, и только сейчас до нее дошло…

Это религиозная школа.

Есть ли в ней место демону, который хочет спасти свою шкуру, а не творить какие-то там чудеса?.. Э… Ну… Она уже не была так в этом уверена. Книжечку, что Стелла подарила Мэри, нужно было все-таки самой прочитать, а не картинки искать…

Ну и вот что теперь делать?..

Стелла резко обернулась, она вновь очень явственно ощутила присутствие второго демона. Позади нее не так далеко стояла Мэри, которая прощалась с грымзой, были еще две незнакомки, которые поглядывали на ворота, а чуть дальше собиралось множество молодых мужчин. Никто из них даже не смотрел в сторону женской школы, но удивительно то, что среди парней, словно именно в мужскую школу, а не женскую, хотела попасть рыжая девчонка, которую Стелла сбила, покидая поезд. Демон где-то был среди них – среди мужчин, но ни один из них не смотрел в сторону Стеллы.

«Надо заставить себя успокоиться…» - посоветовала себе Стелла. Она поняла главное – быть может, у нее не удастся попасть в школу сегодня, когда у них тут какой-то День Принятия. Нужно прийти завтра, когда вновь будут брать в школу всех! А с другой стороны… Сегодня же день принятия, а не отказа. Быть может, даже ее, демона внутри человека, примут в эту школу? Ну а почему нет-то? Стелла мечтала жить обычной жизнью, она не хочет быть снова демоном. Кто ей еще способен помочь, если не эта школа?

Она не знала, что делать: уйти или остаться. И уходить боялась, потому что опасалась, что за ней может пойти демон и убить. И остаться боялась, ибо переступать порог священного места демону?! Будет настоящее чудо, если она не испепелится ровно через секунду…

С другой стороны… Она уже дотрагивалась до ворот голыми руками и ничего. Не сгорела, а ворота это часть школы на минуточку. Если не обожгло, значит и внутри безопасно. И Стелла уверена – ей во всем мире безопасно может быть только в стенах этой школы, потому что только здесь – в этом священном месте – ее точно не стянут искать враги.  

«Ладно, - сдалась она. – Не примут сегодня, так примут завтра».

Она твердо решила остаться и посмотреть, что будет. А вдруг ей повезет попасть в эту школе сегодня? Ей надо сюда сегодня!

В целях собственной безопасности Стелла спряталась за Мэри. Девчонка, низковата в росте, чтоб за ней пряталась взрослая девушка, и все же – лучше чем просто стоять в открытую. Народ все собирался, уже и девушек побольше стало, а парней так вообще… Пока Стелла жила в Великих Гнездах часто слышала там фразу – на десять кормушек тридцать птенцов, что означало мальчиков всегда меньше чем девочек. Тут же строго наоборот. Именно мальчиков в разы больше, чем девочек. Будущих учениц школы Тонолуки тут в лучшем случае двенадцать, а вот парней как тех птенцов – тридцать.

Где уже эта училка – как там ее зовут – Стелла уже десять раз забыла, - ходит. Пора уже открывать ворота школы и пускать внутрь, сколько можно вообще ждать? Это День Принятия, в конце концов, или посыла так сильно подальше, что света белого можно и не увидеть, а?

Стелла уже вся извелась. Она пыталась себя успокоить, но из-за присутствия рядом другого демона ей крайне неуютно. Казалось еще пять минут, и она сорвется на крик от нетерпения.

Внезапно в вихре бело-фиолетовых искр появилась необычная пара – мужчина и женщина. На первый взгляд может показаться, что нет в них ничего особенного, но это только для тех, кто не в состоянии чувствовать ауры рядом стоящих людей. А Стелла могла, и чувствовала.

Облаченные в серо-черные одежды оба появившихся обладали немыслимой силой. Казалось, что только по одному своему желанию они могут уничтожить весь город. Но при этом очень красивая черноволосая женщина смотрела на всех учениц так, словно она их родная мама. И да, строгая мама, но так же чувствовалась любовь. Женщина словно вышла встречать родных своих дочерей, того и гляди распахнет свои объятья, дабы обнять каждую стоящую перед ней девушку. На мужчину Стелла уже и не смотрела, нет ей дела до преподавателя соседней школы. Ей важна лишь она… эта необыкновенная женщина.

- Добро пожаловать в школу Великого Священного Пути Тонолука, - одновременно заговорили оба преподавателя синхронно. – Сейчас будет ваш первый экзамен. Постройтесь в одну шеренгу, чтоб мы могли на всех вас посмотреть.

Все девушки, кроме рыжей девахи, которая пристроилась рядом с лучезарцем, тут же выстроились в один рядочек напротив женщины в сером костюме. Она одобрительно на них смотрела, улыбалась, и… ожидаемо первым делом ее взгляд уперся в Стеллу. Казалось, в этом взгляде нет ничего хорошего, казалось, что уже прямо сейчас ее прогонят прочь, но…

- Меня зовут милис Ситора, - заговорила женщина в сером костюме. – Я ваш декан, а так же главный преподаватель. Вы трое… - она посмотрела на девушек в конце шеренги, - приехали к нам зря. Я не могу позволить вам проникнуть в стены нашей школы.

- Но всем известно, что в академию Тонолуки вход свободен для всех! – возразили ей.

- Только не для тех, кому нравится отнимать чужую жизнь. Ваш путь идет мимо нашей школы, а не в нее, - покачала Ситорой головой. – Вас не примут ни сегодня, ни завтра, никогда. Уходите прямо сейчас, или мне придется позвать стражей правопорядка.

Троица женщин облаченных в черное, переглянулись. Очевидно проблемы им не нужны, они сразу же развернулись и ушли. Ситора проводила их взглядом, а после вновь уставилась на Стеллу.

- Я Зеркало Душ, - сказала она. – Вижу все. Знаю о вас все. Наша школа открыта для всех – это правда. Но только в том случае, если вы готовы повернуть свою жизнь к свету.

Интуитивно Стелла закивала. Уж ей-то хотелось на свет! Сыта по горло Тьмой так, что ей не хватит ни одной человеческой жизни, чтоб выразить это словами. И как же она боялась, что Ситора прогонит прочь и ее… Надо было все-таки прочесть ту проклятую книгу до конца, чтоб понимать теперь что такое «Зеркало Душ» и в самом ли деле она видит все и знает тоже все. Ибо если так, то Стеллу в школу не примут, ибо она творила такие вещи, что…

- Я чувствую твой страх, - сказала милис Ситора, сделав шаг ближе к ней, к Стелле. – Не бойся, девочка. Мы не гоним прочь тех, кто в нас так сильно нуждается.

Стелла не удержалась. Всхлипнула…

Да, она нуждалась. И да, она до чертиков боялась остаться наедине со всеми своими бедами.

- Ты уже принята в нашу школу, - Ситора заботливо погладила ее руки. – Все хорошо, выдохни, девочка.

- Правда, принята?.. Потом не прогоните?.. – пискнула Стелла.

- Правда, - улыбнулась Ситора. – Не нарушай наш устав и будешь здесь лучшей.

- Я постараюсь… - закивала Стелла.

- Очень хорошо. А сейчас успокойся, хорошо? Наберись терпения, мне еще нужно осмотреть других девочек.

Стелла закивала, ей совершенно не хотелось мешать. Ситора улыбнулась ей, а после перевела взгляд на Мэри, которая не сводила с них двоих своих красивых голубых глаз.

- О, милое дитя, - Ситора не постеснялась обнять Мэри за плечи и прижать к себе. – Как много ты пережила за свою коротенькую жизнь. Такая маленькая, и так тяжело тебе пришлось. Но теперь все хорошо, дитя. Теперь ты в безопасности и сможешь здесь найти то, что ищешь.

- Спасибо, - Мэри тоже прослезилась.

А Стелла почувствовала укол совести. Мэри действительно выглядит маленькой, а Ситора говорит, что ее судьба была горькой? Неужели эта девочка пережила больше, чем демон в Бездне за почти семь сотен лет? Не то, чтоб в это сильно верилось, и все же Стелла понимала, что просто так такие вещи милис Ситора говорить не стала бы.

- Милис Ситора, - позвал ее вдруг второй преподаватель, мужчина, который появился на площади двух школ вместе с ней. – У меня возникла проблема… Ваша ученица не хочет уходить от моих парней.

- Потому что я не ее ученица, а ваша! – послышался женский отчаянный крик и все посмотрели в их сторону.

Рыжую девушку попытались выгнать из ряда парней, но она не сдавалась. Стояла теперь наглая такая, руки в боки уперла, и бесстыже смотрела на преподавателя, строгого мужика, который чуть ли не в два метра выше ее ростом.

- Моя школа для парней, - говорил он ей.

- Поздравляю, я ваша первая адептка!

- Здесь не учат магии, - отчаянно говорил препод. – Это в женскую школу вам надо!

- Ой, ну подумаешь, не так выразилась? И что? Я приехала стать первой ученицей именно мужской школы!

- Нет.

- Да. И прошу заметить, вашего мнения никто не спрашивал. Я приехала – учите! Здесь нечего обсуждать!

Мужчина беспомощно посмотрел на Ситору. Ему действительно  необходима ее помощь… 

 ***

 Некоторое время назад…

Рейна оглядывалась по сторонам, привычным движением коснулась медальона на шее. В последнее время застежка на цепочке подводила, она боялась снова потерять это украшение, которое спасало ее изо дня в день. Она боялась, что после бега потеряла его, но нет. На месте. Ура! Теперь нужно восстановить дыхание и убедиться, что преследователь ее не найдет.

Она заняла хорошую позицию, как минимум так ей казалось. Как вдруг...

- Ничему тебя жизнь не учит, - услышала она и тут же напали. 

Бой – один на один. У соперника револьвер и ножик, у нее только ножик. В нее и стреляли, заставляя выплясывать чечетку, пытаясь увильнуть от шальной пули, и пытались прирезать, как шелудивого поросенка. Она же, как уж на сковородке, выкручивалась, и... В какой-то момент смогла подобраться к сопернику, схватила его поудобнее, и перекинула через себя, уложив на лопатки, заставив выронить и нож, и револьвер.

- Ну? - самодовольно бросила она. - Что вы теперь скажите, учитель? 

- Сила есть, ума добавь, - сказал тот, легко поднимаясь, делая бросок вперед и...

Увы. Она уже в тисках, а возле ее шеи нож. Ее же нож. Рейна и понять толком ничего не успела, как вновь проиграла поединок.

- Вы говорили, что отпустите меня в Тонолуку, когда я смогу вас победить, - сказала она, когда учитель ее отпустил из тисков.

- Но ты не победила, девочка, - холодно и высокомерно бросил он.

- Но я вас уронила, - настаивала Рейна.

- Но не победила, - ледяным тоном отчеканил учитель боевого мастерства, который тренировал ее с самого детства. 

Сихит Люм Пэк помнит ее еще слепой малышкой, которая самостоятельно и шагу сделать не могла, и только благодаря его стараниям она научилась не бояться ни своих сил, ни мира вокруг. Не всегда, к большому сожалению Рейны, она его слушала и однажды попала из-за этого в серьезную беду, чудом осталась жива, чудом выкарабкалась... Чудом смогла жить дальше. Чудом и его тренировками, в которых он старался сделать ее сильнее. Но Рейна верила, что настоящую силу способна обрести только в Тонолуке, и очень хотела, чтоб ее туда отпустили добровольно, и ей бы не пришлось туда сбегать, как воришке.

- Но уронила же, - не унималась она. - А то, что не стала нож к горлу подставлять, так я это... Я не медленная, я добрая. Не могу я к вашему горлу нож подставить. Вы же мой учитель дорогой, как можно-то? 

Сихит Люм Пэк снисходительно на нее посмотрел… Высокий сюл`алкриец, практически ставший ей вторым отцом, с длинными белыми волосами был до того снисходителен, что становилось аж тошно. Но Рейна выдержала этот его взгляд, всем видом своим показывая – она свято, со всей искренностью, верит в каждое свое сказанное слово. И ему тоже нужно верить! Да другого варианта в принципе быть не может.

Рейна обязана услышать: он отпускает ее в Тонолуку. Однако видела она по его глазам: Люм Пэк все еще считает ее не готовой к самостоятельной жизни. А может он просто не хочет, чтоб ею занимались другие учителя? Ревнует?.. Все-таки Рейна, как он не раз говорил, лучшая его ученица. Его! Лучшая! 

- Рейнель, ты еще не готова, - сказал он холодно. - Я не разрешаю тебе покидать дом и ехать в Тонолуку.

- Но...

- Я все сказал, - перебил он ее. 

- А когда, по-вашему, я буду готова? - рассердилась она.

- Возможно, никогда. Смирись.

- Нет! - заявила Рейна.

Обычно она не позволяла себе спорить с учителем, но сегодня иначе не могла.

- Рейнель… - попытался он ее успокоить, но она отшатнулась от него и со злостью сказала: 

- Я поеду в Тонолуку! Себастьян уезжает сегодня вечером, и я поеду вместе с ним. Мы сядем на поезд, и уедем. И ни наши родители, ни вы – не сможете нас остановить! Лучше сами отпустите!

- А он что там забыл? - удивился, но все равно зло спросил сихит Люм Пэк.

- Хочет в мужскую боевую школу. И я, кстати, туда же хочу.

- Не в религиозную? - удивленно вытаращился учитель.

- Что я там забыла? - фыркнула Рейна. - И я ведь не раз уже говорила.

- Я думал, ты путаешь... Тебя не возьмут в школу для мальчиков.

- Почему?

- Рейна, так школа же для мальчиков. А ты девочка! Что за глупые вопросы?

- Что за глупые стереотипы? Мальчики, девочки, тьфу - на это! Все равны! Я поеду в эту школу, выучусь, стану лучшей и тогда меня никто больше не сможет победить или обидеть!

- Тебя и так уже никто не обидит, - мягко сказал учитель. - Ты достаточно сильна, Рейнель. 

- Нет, недостаточно! - упрямо заявила Рейна.

Вот ей теперь особенно хотелось спорить, потому что ей не нравилось когда ее имя вот так коверкали. Ее зовут Рейна, а учитель, зная, как ее выводит его это ласковое «Рейнель», все равно ее так называет.

- Недостаточно! Я поеду в Тонолуку!

Ее слова, а главное – упрямство – задевали его, по учителю это видно, но Люм Пэк прекрасно зная, через что ей довелось пройти, не злился. По крайней мере, он очень старался не злиться. Сихит Люм Пэк пытался говорить со всем возможным терпением, которого у него, кстати, не то чтоб много. Но ради нее он старался.

- Рейнель, весь мир упрямо может идти вперед и становиться новым и современным, со свободными правами и нравами, но в Тонолуку, в боевую мужскую школу, тебя не возьмут, потому что ты девушка. Такие у них правила. Пойми это.

- Поспорим? - хмыкнула она.

Упрямо не собиралась подчиняться своему учителю. Будь он хоть тысячу раз прав, все равно пока сама не убедится – не поверит.

- Или вам слабо оказаться не правым?

Учитель тяжело вздохнул. Буркнул себе под нос, какая она неисправимая упрямица, но от спора отказался. Или как минимум сделал такой вид, потому что вдруг решил спросить:

- А Себастьян зачем поедет туда? У него ж карьера танцевальная. Сегодня важный конкурс, нет разве?

- Да. У него сегодня важный конкурс. Последний. Больше он не будет танцевать родителям на радость. Он отправится учиться военному делу. Хочет добыть меч Разделения.

- И этот туда же? А ему-то этот меч зачем?

- Не знаю. Хочет, - пожала Рейна плечами. - А что значит «и этот туда же»? Кто еще пошел за этим мечом?

- Не важно, - почему-то изменился учитель в лице от ее вопроса и отвернулся. - Главное, что ты туда не поедешь.

- Смотрите, или я сегодня вечером сбегу с Себастьяном, или вы нас проводите и сами посадите на поезд. Выбирайте, - самоуверенно поставила Рейна ультиматум.

- Я твоим родителям доложу! - возмутился сихит Люм Пэк.

- Поспорим? - хмыкнула Рейна, вновь протянув к нему руку, дабы закрепить спор.

Учитель лишь вздохнул. Осознал, что она все равно поступит по-своему. И ему гораздо выгоднее пойти у нее на поводу, чем пытаться стоять на пути.

- Ладно, - ударил он ей по ладошке, чтоб она убрала руку. - Я отпущу тебя, но с условием. Если тебя не возьмут в мужскую школу, ты вернешься домой. Ты не будешь ни следовать какому-то там священному Пути, ни скитаться по миру. Обещай, что вернешься ко мне.

Учитель проговорил это, серьезно глядя ей в глаза. А Рейна… Она не сумела сдержать улыбку. Временами ей хотелось этого мужчину называть папочка в предложении «Как скажешь, папочка» или «Будет все, как ты прикажешь, папочка». Но хоть она и сумела подавить в себе желание так брякнуть, прекрасно зная, что своих детей у него нет и быть не может, но смешок и добрую улыбку на его слова и требования Рейна подавить не сумела. Она улыбалась для него ласково, так же как улыбнется еще сегодня родному горячо любимому папе, и сказала:

- Разумеется. Если в мужскую школу не возьмут – я тут же куплю билет домой.

- И еще одно условие, - одобрительно на ее слова кивнул сихит Люм Пэк. - Если тебя все же возьмут в мужскую школу, ты будешь думать только об учебе, а не о мальчиках.

- Учитель, - горько произнесла Рейна. - Вы меня с кем-то спутали. Вообще-то я уже давно не смотрю в сторону «мальчиков». Одного раза мне с головой хватило.

- И я очень боюсь, что ты снова выберешь себе в спутники не того мужчину, - честно сказал он. - Боюсь, что тебя снова обидят...

- Я никого не собираюсь себе выбирать, - сказала Рейна, обняв себя за плечи. - Мне никто не нужен.

- Однажды…

Понимая, что учитель, как и мама с папой, хочет убедить ее, что однажды ей еще встретится мужчина, которого она полюбит и у нее все будет хорошо, Рейна закрыла руками уши, ясно давая понять, что ничего подобного слушать не желает. На свою голову однажды она уже встретила такого человека, и ни чем хорошим для нее это не закончилось. Так что нет. Стоп. Хватит. Никому она больше не довериться.

Учителя Люм Пэка все-таки удалось убедить отпустить ее. Как бы он не пытался уговорить ее остаться, а все же Рейна победила, сумела настоять на своем. Уже через час она сидела в своей комнате и собирала сумку в дорогу. Кажется, ничего не забыла, на всякий случай перепроверила все еще раз.

Вдруг услышала шаги на лестнице – сумку тут же спрятала под кровать, а сама уселась за стол. Сделала вид, будто учит стихи. В комнату вошла мама – милис Каролина Ралока, чудная рыжая женщина с невероятно добрыми глазами – и маме понравилось то, за каким занятием она застала свою дочь.

- Пойдешь на конкурс Себастьяна? - ласково спросила мама.

- Как будто я его конкурсов не видела, - отмахнулась Рейна. - Да и заканчивается всегда все одинаково – он побеждает.

- Ты ему нужна, ты приносишь другу удачу, - улыбнулась милис Каролина. - Не подводи его, милая. Давай я помогу тебе принарядиться, как следует.

- Ну мам, - попыталась возмутиться Рейна, бесполезно. 

Мама спит и видит, что Рейна выйдет замуж за Себастьяна и ей просто необходимо, чтоб Рейна всегда его поддерживала на соревнованиях.

В итоге пришлось наряжаться и идти на конкурс. Мама выбрала для нее бежевое платье, которое купили совсем не давно, и требовала, чтоб Рейна сделала красивую прическу, но ее хватило только на самую обычную косичку. И та вышла не самой аккуратной. В любом случае мама знала – Рейна старалась.

Сопровождали Рейну и родители, и два старших брата Ламус и Фауст, которых тоже заставили пойти. Мама с папой назвали это семейным мероприятием, но на самом деле Рейна знала: папе – уважаемому в городе торговцу сихиту Айлю Ралока – важно выказать своему партнеру по бизнесу, сихиту Усаме Мухтэбб, поддержку. А партнер, к сожалению, не кто-то, а папа Себастьяна.

Все вместе в театре, где проходил конкурс, они сидели в самой ближайшей к сцене ложе. И родители – и ее, и Себастьяна – во время перерывов общались на тему бизнеса, обговаривали разные планы о расширении торговых точек и новых товаров. Рейна не прислушивалась, ей скучно. Она вертела головой, осматривая всех подряд. Наткнулась взглядом на подружек, что сидели где-то в рядах, и помахала им рукой. Те ей тоже махали приветствующе.

Наверное, по подружкам Рейна будет скучать в Тонолуке… Случайно она заметила, что одна из ее самых близких подруг, Марта, куда-то посмотрела и вдруг изменилась в лице, словно приведение увидела. Марта и на нее, Рейну, испуганно посмотрела. Рейна тоже повернула голову, куда секунду назад смотрела Марта, но ничего и никого подозрительного не увидела.

Марта же встала со своего места и огляделась по сторонам еще раз. Она уже не видела того, кто ее так испугал, но сесть обратно и унять свои нервы она не могла. Стремительно покинула зал.

Рейна удивилась. И удивилась еще больше, когда Марта вошла в их ложу через минут десять, может, пятнадцать, и подошла не к ней, Рейне, пошептаться. Она обратилась на ушко к сихиту Айлю.

Рейна не знала, что подруга такого сказала, но папа в лице изменился и испуганно посмотрел на нее, Рейну. После внезапно вдруг подскочил с места и ушел вместе с Мартой куда-то. Сихит Усама, который сидел рядом с ним и мог слышать, что шептала Марта, выскочил вслед за ними. 

- Что происходит? - спросила Рейна, желая пойти вслед за отцом.

- Сиди на месте, - велела милис Самина, мама Себастьяна, ледяным тоном, которому возразить Рейна могла, и даже очень этого хотела.

Но под суровым взглядом своей мамы не решилась. Не хотелось ссориться накануне своего отъезда. Не хотелось, чтоб мама вспоминала потом их последнюю совместную вылазку с сожалениями из-за ссор. Пусть милис Самина думает лучше, что Рейна ее слушается. Милис Самина любит, когда ей беспрекословно подчиняются. Вот и пусть думает, что хочет. Лишь бы маму родную не огорчать в последний вечер… 

На сцене в это время вновь появились танцоры, и появилась возможность отвлечься на выступления. Погасили свет в зале, освещая, лишь сцену и музыка такая громкая, что вытеснила все-все мысли. А когда свет снова включили, когда сцена вновь опустела перед началом следующего выступления, Рейна заметила, что и ее папа, и сихит Усама уже сидят на своих местах, но оба выглядят весьма обеспокоенно. И говорить ни о чем не хотят.

Рейна не стала настаивать. Мысленно она уже ехала в поезде, и нет ей дела до странного поведения родителей.

Себастьян занял первое место. Ожидаемо. Совершенно не ново. Как всегда он победу посвятил своей матери, которая заставила его танцевать и которая требовала только побед. Отмечали победу, как и всегда в ресторации, и все было как обычно. И как обычно, Рейна откровенно скучала. Лишь под самый конец Себастьян ей успел шепнуть вопрос:

- Ты со мной?

- Да.

- С согласием учителя?

- Да.

- Тогда в одиннадцать я буду у твоего дома. 

Рейна кивнула и, заметив, каким взглядом на них с Себастьяном смотрят их мамы, поспешила отодвинуться. А то они их сейчас поженят... Они могут, ага… Себастьян, заметив взгляды их матерей и сам поспешил отодвинуться от нее и сделал вид, будто им даже говорить не о чем.

А ровно в одиннадцать вечера Рейна перелезла через забор в саду и оказалась в руках Себастьяна, который помог ей услужливо слезть с забора.

- А через калитку? - спросил он.

- Скрепит сильно. Услышали б. 

- Понятно, - хмыкнул он и, отпустив ее, достал из кармана кольцо. - Надень.

- Зачем? - удивилась Рейна.

- Это не то, что ты подумала, - смутился Себастьян.

- Тебе повезло – я еще ни о чем не подумала.

- Это артефакт, поможет внешность изменить, - смешно хихикнул он.

- Так у меня уже есть такой, - повертела Рейна украшение на шее. - Забыл?

- Это, - кивнул он на кольцо, - совсем другое. Оно до неузнаваемости изменит тебе все. Я тоже такое надену. 

Себастьян в целом и так парень необычный. Папа у него коренной лучезарец, мама – местная, уроженка из Красных Земель. И родился Себастьян больше похожим на маму, с кожей цвета персика, а от отца ему не достался даже цвет глаз. Если у лучезарца, они желтые, наполненные солнцем, то у Себастьяна глаза серые, как небо во время дождя. И Рейна не знала, почему и из-за чего, но у друга абсолютно седые волосы. Это притом, что его родители оба черноволосые. Она слышала, что Себастьяна в детстве кто-то сильно напугал, но ей не хотелось верить, что именно из-за этого цвет его волос настолько поменялся, но…

Рейна вот ту выделила бы – НО!..

Вот Себастьян достал из кармана куртки второе такое же колечко, что отдал ей, и сразу же надел его. Только что перед ней стоял похожий на свою мать, словно копия, парень с белыми, как снег, короткими волосами и… ву-а-ля… исчез он и возник темнокожий парень с лучистыми желтыми глазами, лучезарец, каким он и должен быть во всей своей природной красоте. Рейна восхитилась такому преображению, в первую минуту даже двух слов связать не смогла от удивления, но когда пришла в себя, поняла другое – она не понимала для чего это нужно. 

- Мои родители… - вздохнул он. - Мама понимает, что я хочу сбежать и, думаю, уже пустила по нашему следу ищеек. Ты ж ее знаешь!

- Это да...

Милис Самина племянница местного главы ПСООПа, местного органа правопорядка, и тот ради благополучия своей племяшки единственного ее сына на пушечный выстрел не подпустит к вокзалу. И, разумеется, мало спрятать под артефактом только Себастьяна – ее, Рейну, тоже узнают, и все поймут! Кольца-то эти Себастьян явно у псов и стащил, больше ж ведь не у кого. Такие только у них и есть, их для спецопераций под прикрытием используют. Это еще любопытно как Себастьян умудрился украсть два кольца.

Любопытно, но вот прямо сейчас Рейна задавать вопросов не стала. Молча она надела кольцо и ей стало интересно как она изменилась. Но зеркала у нее нет под рукой, она лишь заметила длинные рыжие кудри и то, как довольно на нее смотрел друг. Теперь можно бежать на вокзал.

Стоило ребятам только войти в здание железнодорожного вокзала, как они тут же увидели облаву – здесь столько псов, стражей правопорядка, сколько не бывает на празднике дня города. На них – на лучезарца с рыжей девушкой – даже внимания никто не обратил.

Рейна заметила в толпе своего учителя, сихита Люм Пэка. И она хотела было к нему подойти, да Себастьян не пустил. 

- Слишком подозрительно будет. Кольца эти, если псы увидят, сразу все поймут, - шикнул он на нее.

Она согласилась, не стала спорить. В конце концов, с учителем она уже простилась утром и, зная проблемы Себастьяна, Рейна не сомневалась, что учитель все поймет потом, когда у нее будет возможность объясниться.

- А как мы билеты возьмем?

- У меня уже все куплено. Я ж не один день готовился к этому побегу, - достал Себастьян из кармана не только два билета, но и документы поддельные.

Рейна восхищенно посмотрела на него – какой же он предусмотрительный! Ну шикарный же у нее друг! 

Себастьян самодовольно улыбнулся, и они вместе пошли к нужному им поезду. С интересом разглядывали других пассажиров, коих тут не мало. Больше всего было девушек и, судя по их разговорам, они ехали в Тонолуку, в религиозную школу. Их всех восхищал Путь!

Рейна закатила глаза... Не понимала она, почему этих дурочек восхищает какой-то там путь, а не сила. Она предпочитала дать врагу по морде с ноги, нежели читать проповеди. А эти... Наивные дурочки! 

Рейна и Себастьян все ближе подходили к проводнику своего вагона в очереди, когда заметили, что по перрону идет учитель Люм Пэк. Он их, разумеется, не узнал, и прошел мимо, но Рейна при виде него сжалась, испугалась, что он их узнает и сдаст.

На самом деле Рейна обожала своего учителя, и всегда старалась его слушаться буквально во всем. Он так много для нее сделал! Но сейчас, когда на вокзале много псов, которые высматривают повсюду ее друга, Рейна не могла себе позволить ошибку. Да, ей безумно хотелось, чтобы сихит Люм Пэк проводил ее на поезд, чтоб лично посадил в вагон, дал свое благословение, и снисходительно потрепал ее волосы на прощание. Но… нет. Нельзя рисковать. Если они с Себастьяном не уедут сейчас, то никакого потом для них не наступит.

Еще шаг и они, наконец, дошли до проводника. Отдали свои документы и билеты на проверку, а когда им все вернули и пожелали хорошего пути, вошли в вагон. Свои места нашли быстро и, казалось бы, всё – можно выдохнуть, но буквально под их окном стоял сихит Люм Пэк. Он их видел, но не узнавал по-прежнему. Учитель смотрел не только на них, а во все окна заглядывал, на всех пассажиров смотрел. Кольнуло, терзало душу, но Рейна смогла усидеть на месте, удержалась.

- Вы же утром простились, - успокоил ее Себастьян. - А когда ты вернешься, извинишься. На меня спихнешь.

- Так и сделаю, - хмыкнула она. - Так и скажу, что это ты во всем виноват.

- Ох, Рейна, знала б ты, сколько раз мне сегодня сказали, чтоб я на тебе женился, - признался Себастьян. - Уши вяли.

- Ну... Наши родители уверены, что наш брак скрепит их бизнес на веки вечные, - с пониманием ответила Рейна, отвернувшись от окна.   

- Меня это бесит, - признался Себастьян. - Ну хотят они торговать вместе, ну на здоровье. Нас сводить зачем? Я не понимаю.

- А я страдаю от того, что у тебя нет сестер. Тогда мучили бы не меня, а одного из моих братьев.

- Вот ты хитрая, - хрюкнул от смеха Себастьян. - Хотя твоя идея мне нравится. Жаль, что у меня нет сестер… И... Рейна, я надеюсь, ты на меня не в обиде? Мы же просто друзья, да?.. 

- Конечно! - удивилась Рейна его словам. - Меня по-прежнему интересует только сила и независимость от всех. Меня очень бесит тот факт, что все думают, будто лучше меня знают, что мне нужно. И никто не понимает, что это не так. Я уже не знаю, какими словами своей матери объяснять, что я уже побыла замужем. И одного раза мне хватило с головой. Она не слышит меня, а отец и вовсе... Я для него все еще маленькая девочка.

- Ты была замужем меньше часа, - тяжело вздохнул Себастьян. 

- Зато впечатлений на всю жизнь вперед. Мне хватило, - серьезно подчеркнула Рейна, и Себастьян понимающе кивнул. 

Он внимательно на нее посмотрел и как будто видел то, что пытается на ее лице скрыть медальон, который она носила на шее. Рейне стало не уютно. Она понимала, что всегда останется в глазах других уродом, но  неприятно, когда ее видели уродом даже под защитой скрывающих артефактов.

Она повернулась к окну и снова увидела своего учителя, который вдруг замер напротив купе рядом с ними. Учитель смотрел на кого-то там и не мог отвезти ошарашенного взгляда. Шевелил губами так, словно пытался что-то сказать, но от шока не мог проронить ни одного слова. Даже как-то интересно стало на кого он смотрит так.

Поезд дернулся. Уже отправляемся? Состав медленно начал набирать скорость, а учитель шел вслед за поездом и все смотрел на кого-то... Даже побежал следом, постучал по вагону, словно это должно было все остановить, но, разумеется, нет... Поезд отправился, и тормозить по прихоти чьей-то не собирался. 

- Пойду, посмотрю на кого твой учитель так глазел, - удивленно пробормотал Себастьян. 

- Мне тоже любопытно. Но я потом посмотрю. Пока себе постель расстелю, - сказала Рейна.

Себастьян кивнул и вышел. Пока его не было, Рейна успела расстелить матрас, но едва ли она села снова, как Себастьян вернулся и:

- Кольцо снимать не смей! - с безумными глазами от испуга велел он, ворвавшись. - Ты поняла меня?!

- Себастьян, ты чего?.. Разве в этом есть смысл? - удивилась Рейна и упрямо колечко сняла.

Неудобно ей кольца носить. Мешало. Да и велико оно ей. Боялась потерять. Дверь в их купе вдруг открылась, и на пороге появился мужчина, которого меньше всего на свете Рейна ожидала увидеть...

- Лучезарный, - мужчина не заметил Рейну, он смотрел только на Себастьяна. - Тебе что надо было? Ты зачем ко мне заходил?

- Купе перепутал, - ответил Себастьян, заступив собой Рейну и не позволяя вошедшему на нее взглянуть. - Извини.

- Все нормально?

- Конечно.

- Ладно, - отозвался сосед и закрыл за собой дверь.

Он так и не заметил в шаге от себя свою жену...

А Рейна тряслась от ужаса из-за всего одной мысли – ее муж здесь. Он здесь! Почему здесь, если он сбежал?! Ему должны были впаять такой срок, что, возможно, он бы никогда не увидел света белого, а он сбежал от псов, его не сумели найти… Почти пять лет никто не знал где он, а теперь… Почему он всего в нескольких шагах от нее?! 

Дрожащими руками Рейна схватила кольцо, которое успела снять, и надела обратно. Она снова рыжая кудряшка, он ее не узнает. Не сможет! 

Себастьян сел рядом с ней, крепко обнял и сказал:

- Если повезет, он выйдет на одной из остановок. Но в Тонолуке мы его не увидим.

Рейна в этом сомневалась. Не верила она, что ей так повезет…

…Молодая пара танцевала вальс, а все гости свадебного торжества наблюдали за ними с умилением и восторгом. Влюбленные казались самой красивой парой, которую когда-либо видели. Оба высокие, стройные, изящные. Настолько красивые, что воспринимались как ненастоящие, словно нарисованные профессиональным художником, который душу вложил в свою работу.

Глаза невесты блестели от радости и родители девушки с трудом сдерживали себя от счастливых слез. Ведь они еще прекрасно помнили, что их дочь родилась слепой. А сейчас она видит этот мир, который улыбается ей в лице ее любимого мужа. Ее родители смотрели на своего зятя не только с благодарностью, но и с уважением, отеческой любовью. Они уже давно приняли этого молодого человека в свою семью. И никакая его тьма, что есть в нем – они это знали наверняка – не способна перечеркнуть все то уважение, что они испытывают. Сейчас казалось именно так...

А потом резко сменилась музыка…

В ансамбле, который играл на сцене, не было барабанов, но все отчетливо услышали назойливую барабанную дробь.

- Наверное, это звуки из соседнего здания! - сказал кто-то. - Оркестр играйте! Играйте громче!

Одни звуки пытались заглушить другими. Было слишком громко, чтобы танцевать вальс. Молодожены захотели сесть за стол и поесть, но едва ли успели сделать первые шаги, как у молодого парня резко закружилась голова. А в следующее же мгновение в нем резко всё переменилось…

Вот только что на невесту смотрели родные темные глаза, излучающие любовь и нежность, и вдруг… Любимый муж смотрел на нее сурово, жестоко. Его губы исказились в злобном оскале, а в следующее же мгновение, просто не дав опомниться ни ей, ни себе, ни кому-то еще среди гостей, молодой парень с силой ударил свою невесту по лицу.

Это произошло так быстро и неожиданно, что не сразу невеста поняла, что происходит и почему. За что?.. Она закричала от боли, но жениха не остановить. Один его удар резко и быстро сменялся другим. Он избивал ее на глазах у всех. Под градом его ударов она упала на пол дорогой гостиницы, где проходила их свадьба, но даже тогда возлюбленный не остановился. Он продолжил ее избивать неистово, втаптывая каблуки своих изящных ботинок в ее лицо, в ее душу…

Рейна слышала крики гостей и родителей, но от боли и новых ударов не могла даже сообразить, что именно ей кричат. Она не знала, как быстро от нее оттащили жениха, не помнила, что вообще было дальше. Все, что она запомнила со своей свадьбы – это жестокость, которую ей не забыть никогда….

…Рейна отчаянно переборола в себе порыв воспоминаний, который мог бы сейчас рухнуть ей на плечи тяжелым грузом. Она могла бы начать вспоминать в рыданиях как познакомилась с мужем, как они были счастливы, как решили пожениться… Но нет! Не будет она ничего вспоминать. Она столько усилий приложила, чтоб все забыть и жить дальше нормальной жизнью, как будто бы ничего не было. И теперь она не позволит своему прошлому ворваться в настоящее, дабы вновь испортить будущее.

Нет!

Заставив себя успокоиться, она убедила друга, что с ней все хорошо. Себастьян, может, и не поверил, но знал – последнее, что ей сейчас нужно это давление со стороны. И чтоб только лишний раз не давить, он вышел из купе, желая прогуляться, осмотреться. Рейна не возражала – пусть делает, что хочет.

Но даже оставшись одной, она не позволила себе ни вспоминать что-либо, ни разреветься. Даже ее собственное отражение в стекле окна их купе не увидит ее слез, а чтоб Он слышал ее плач из другого купе? Этого не будет. Она не доставит ему такого удовольствия.

Вскоре Себастьян вернулся. Друг широко улыбнулся, осознав, что Рейна даже не думала слезы лить. И только он сел, как тут же подскочил снова:

- Вспомнил, в туалет забыл сходить.

- Если там очередь, то и мне займи, - попросила она. - Я тоже хочу.

- Если сильно хочешь, иди первая тогда.

- Не, я сначала мыло и полотенце найду. Умыться хочу заодно, - Рейна начала ковыряться в сумке в поиске личных вещей, а Себастьян ушел занимать очередь.

Ни своего мыла, ни полотенца – Рейна не нашла. Она с таким рвением складывала в рюкзак боевой костюм и сменную одежду, что просто забыла о средствах личной гигиены. Ну и дурочка же! Вот кто еще на это способен, ну?.. Все положила, а самое главное забыла.

Ее мыльце особенное, с запахом сладкой малинки, она его обожала! И забыла… Придется умываться тем, что будет в туалете, если оно там вообще есть – в чем Рейна искренне сомневалась. И полотенце? В их купе есть полотенце, прилагалось к постельному белью, что Рейна купила у проводницы, но оно совершенно не казалось свежим. И такое сухое, как наждачная бумага. М-да… Это вам не мамино нежное полотенчико, к которым она привыкла…

Вздохнув, Рейна вообще с собой брать ничего не стала. Обсохнуть лицо может и без полотенца, в конце концов. Главное справить нужду на сон грядущий, чтоб потом среди ночи не бегать.

Стоило ей только выйти в тамбур, как она тут же столкнулась с бывшим мужем. Он курил у открытого окна, и в черном костюме выглядел роскошно, хотя помятое его лицо выдавало тот факт, что последние пять лет прошлись по нему тяжелыми шагами. Он сильно похудел, истощен. Но наверняка все так же опасен, как и тогда – на их свадьбе. Если подумать, то фактически это все еще ее муж. Пусть они и были женаты всего меньше часа, а после он исчез, и она не видела его пять долгих лет, однако… факт есть факт.

- Если вы в туалет, то за мной будете, - холодно произнес он, взглянув на нее суровым взглядом.

- Это ты за мной будешь, - зло бросила Рейна.

- С чего бы это? – фыркнул он. – Я первым пришел.

- Там, - она кивнула на туалет. – Мой друг. Я за ним занимала.

- Мне никто не сказал.

- А никто не обязан отчитываться.

Рейна чуть не ляпнула его имя в конце своего предложения, но Дэмиан этого не заметил. Лишь зло сверкнул глазами и заявил:

- Я пришел раньше тебя, выскочка, и я иду следующим.

- Обойдешься, кусок дебила.

Она и сама не заметила, как перешла на оскорбления. Он всего лишь обозвал ее выскочкой, что в данной ситуации, может, даже уместно. А вот она уже перешла на откровенную грубость. Однако отступать не собиралась. Пусть Дэмиан, этот красавчик, время которого хоть и потрепало, но все равно оставило обворожительным и притягательным, попытается теперь на нее напасть как тогда на свадьбе. Это со своим учителем Рейна не может поступать грубо, а этому выродку она быстро хребет об колено сломает. Уже не та она девочка-дурочка, ничего не умеющая и ни на что не способная. Последние годы она тренировалась быть сильной, чтоб никакая мразь в виде этого ублюдка не сумела больше причинить ей вред. И пусть только повод даст – она ему покажет, что такое настоящая сила.

Он будет умолять о пощаде!

Не успели они больше ничего сказать, как дверь в тамбур снова открылась и вошла миленькая маленькая девочка. Проявлять агрессию перед ней как-то резко расхотелось. Даже Дэмиан резко потушил сигарету и выбросил бычок в открытое окно.

Церемонно Рейна стала ближе к туалету, ясно давая понять, что она зайдет следующей. Муж не возразил, как минимум пока…

Себастьян вышел из туалета через пару минут, и Рейна тут же потребовала:

- Подтверди, что я за тобой занимала.

- Подтверждаю, - кивнул тот, взглянув на того урода, что стоит позади.

Рейна тут же прошмыгнула в туалет, и она не слышала ничего из того, что обсуждалось в тамбуре. С ужасом она посмотрела на свое лицо в зеркале – красная вся, словно в цвет своих волос. Красная и злая. Нужно успокоиться! Нужно заставить себя успокоиться.

И просто из вредности Рейна могла бы сейчас просидеть в туалете полчаса, чтоб ее муж помучился, вот маленькая – а пакость. Но Рейна не стала так мучить и маленькую девочку, которая стоит в очереди за Дэмианом. Малышка ей ничего не сделала и такой подлости явно не заслуживала.

Быстро управившись, она тут же выскочила из туалета и пошла к себе в купе. Себастьян, ожидавший ее, пошел следом. Но не успели они войти в купе, как решили, что спать-то уже и не очень хочется. А вот поесть не мешало бы… Развернулись и отправились в вагон-ресторан.

Рейна искренне надеялась, что сможет поесть спокойно, и еда при этом поможет унять все нервы. Все прекрасно! Все чудесно, просто нужно поесть, и все проблемы исчезнут. Одна беда – посуду выносить из вагона-ресторана запрещено, а платить за контейнеры дороговато. У них не так много денег с собой, чтоб раскидываться на что-то, что в итоге меньше чем через полчаса будет выброшено в мусор. Впрочем, пока они с Себастьяном постояли в очереди и купили самой разной еды, один столик освободился, и они тут же за него сели.  

Но… казалось, не прошло и пяти минут, как третье – единственное свободное место рядом с ними – заняли. И кто же? По велению Злого Рока, не иначе, это естественно Дэмиан. Ну кто бы сомневался, верно?

Рейне его компания не понравилась. Она даже отложила вилку. Сложила руки на груди и скривилась так, словно у нее на тарелке жаба, которую ее заставляли съесть. Себастьян печально вздохнул, оглядываясь по сторонам и, видя, что свободных мест нет, сказал: 

- Поесть все равно нужно. Так что давай, ешь. 

- А в наше купе пойти можно? - спросила она. 

- Посуду нельзя отсюда выносить, - напомнил он, указывая на объявление, которое составлено огромными буквами на плакате, что весел на стене у входа. - Так что просто поешь быстренько, и тогда можно будет пойти обратно в купе. 

- Ладно, - сдалась она, чувствуя, как урчит в животе.

- Я, конечно, мог бы сделать вид, будто меня оскорбляет ваше поведение, - сказал Дэмиан с удовольствием поглощая еду, как ни в чем не бывало. – Но… вы расплакались бы от досады, осознав, насколько мне плевать на вас обоих.

- Как же это взаимно, - протянула лениво Рейна, всем видом ясно давая понять, что его слова ни капельки ее не задели.

Ели молча. В конце концов, они же и пришли поесть, а не светские беседы вести. Так что все в порядке вещей. Все нормально, все хорошо. Нет никаких раздражающих факторов. Как вдруг… Дэмиан вдруг ляпнул:

- Заткнись… 

Он хоть и шепнул это, но и Себастьян, и Рейна его прекрасно услышали. И особенно удивился Себастьян, потому что не смог промолчать:

- А мы и не разговаривали.

- Он не нам, - ответила Рейна машинально, прекрасно зная главную особенность своего мужа.

Дэмиан Делик по своей натуре оборотень-волк, и он мог бы быть самым простым оборотнем, но ему не повезло с папашей, который в раннем возрасте поместил в его тело демона, самого что ни есть настоящего. Изгнать этого демона не просто – как минимум пять лет назад Дэмиан это утверждал с абсолютной уверенностью. И если сейчас он с кем-то и переговаривается, так это именно со своим демоном.

- Откуда ты знаешь? – странно посмотрел на нее Дэмиан, словно засомневался – словно решил, что она знает, кто сидит внутри него.

- Так мы же молчали, - сделала в ответ Рейна самый невинный вид. – Если мы молчали, значит, ты говорил не с нами. Вроде все логично, не?.. 

- А, ну да… Извините. Не обращайте внимания. 

- И не собирались, - хмыкнул Себастьян, а Рейна поддакнула:

- Да было бы еще на кого…  

Обменявшись испепеляющими взглядами, казалось бы, спокойно можно продолжить есть, но Себастьян вдруг резко «переобулся» и, словно ему это вот прямо надо, дружелюбно поинтересовался:

- А ты куда едешь-то, парень? 

- Тебе какое дело? - в ответ Дэмиан огрызнулся, не понимая, с чего бы это вдруг лучезарцу захотелось поговорить.

Дэмиан и на Рейну посмотрел вопросительно, и вот что удивительно – но она сейчас с мужем была согласна. Зачем Себастьян спрашивает? Что это вдруг за дружелюбие? Откуда взялось, а?

- Да так…. просто любопытно, - пожал тот плечами. 

- А как вас зовут-то? - спросил Дэмиан, явно решив переключить внимание на них самих.

- Маркус, - соврал Себастьян, - а мою сестру зовут Степанида. 

Рейна хрюкнула несдержанно. Серьезно? Степанида? Покрасивее имя не мог придумать?!

- А тебя как зовут? – продолжил при этом миленькое общение «братец» с врагом.

- А меня зовут Ламус, - ответил Дэмиан. - Ламус Ралока. 

Рейна в это время мысленно пообещала себя высказать Себастьяну все, что она думает о его фантазии и «Степаниде», и уже отвлеклась от него, уже просто хотела сделать глоток чая, но… услышав имя, которое Дэмиан назвал, тут же подавилась снова.

Это вот что сейчас он сказал?! Ее же фамилию назвал?! Имя ее брата родного использовал?! А по зубам?!

- Как, ты сказал, тебя зовут?! - кое-как прохрипела она. 

- Ламус Ралока, - спокойно пожал Дэмиан плечами. 

- Да неужели? - только сейчас она разглядела, что одежда на нем – новенькая, именно эту куртку и брюки, и даже ботинки – ее мама покупала брату совсем недавно. Месяца этим покупкам нет! - А одежду эту ты где взял, а? 

- Я перед тобой отчитываться должен? - огрызнулся в ответ Дэмиан.

- Должен! - заявила она. 

- И это почему же? - фыркнул он. 

Рейна осеклась. Замолчала. Не знала, чтоб такого умного ответить. На выручку ей пришел Себастьян:

- Просто мы знакомы с Ламусом Ралока. И мы знаем, что это не ты… 

- А что есть только один Ламус Ралока? – как бы невинно, но заметно нервничая, поинтересовался Дэмиан. - Такое понятие как тезки и однофамильцы вам вообще ни о чем не говорит? 

- Видишь ли… - хмыкнул «Маркус». - Возможно, это могло бы все объяснить, но мы очень хорошо знаем семью Ламуса. И знаем его сестру Рейну… И знаем, за кого она могла выйти замуж, но не вышла… Тебя зовут Дэмиан. И что ты делаешь в этом поезде? Куда путь держишь, Дэмиан? 

Дэмиан Делик пять лет без малого провел за решеткой, чувствуя, лишь то, как из него выкачивают силы. Он мечтал сбежать из клетки каждый день, но шанса такого не выпадало. Он лишь мог скрести камушком по стене, рисуя черточки и отмеряя, сколько дней он находится в заточении.

И вот, когда этот камушек становился все острее, превращаясь в опасное оружие, Дэмиан сумел перерезать горло своему тюремщику, когда тот в очередной раз принес ему жуткую баланду в виде его обеда. Кормили его отвратно, совсем не заботились об узнике, но Дэмиан знал – это чтоб он оставался слабым.

У тюремщика украл ключи от камеры и деньги, что у него были при себе. Немного, но это все ж лучше, чем ничего. Пистолет тюремщика забирать не стал, смысла в этом нет. Если в таком месте стрелять – значит собрать всю охрану разом в одном месте. Нет уж, такого счастья ему не надо. Дэмиан не в состоянии драться, слишком слаб. Чудо, что хоть одного тюремщика смог одолеть! 

Выбрался наружу через канализацию и оказался далеко-далеко за городом. Дэмиан даже не смог бы предположить насколько он далеко от родного его сердцу города, и насколько далеко от места, в котором он жил среди волков. Его держали в башне, которая скрывалась за высокими деревьями, которых он не узнавал. Сил на обращение в зверя у него нет, все ушло на драку с тюремщиком и дорогу до леса. Придется до ближайшего населенного пункта идти пешком.

Пройдя несколько километров, Дэмиан смог найти какое-то птичье гнездо, в котором нашлось три крупных яйца. Не самое сытное и вкусное, но лучше чем ничего. Дэмиан опасался погони, боялся, что преследователей он победить не сумеет. Однако у него есть цели и мечты, которые крепли в нем все пяти лет заточения, и он ни за что от них не откажется. Только благодаря своим целям – он до сих пор жив.

Главная его мечта – вернуться к жене. Последнее, что он помнил о ней – Рейна валялась на полу без сознания. Валялась в луже крови... Своей крови. Из-за него. Ему нужно ее найти и убедиться, что она жива и здорова. Все пять лет он свято верил: она выжила – он твердил это себе каждый день. Он верил в это всем своим сердцем, как бы враги не пытались убеждать его в обратном. И пусть путь до города займет у него день, два, неделю или месяц – плевать. Но он найдет город, в котором она живет, он найдет ее дом, найдет ее…

Спустя несколько дней Дэмиан смог-таки хотя бы начать узнавать лес, а значит он все же в родной стране своего отца, под названием Разделенные Красные Земли, на границе между городами двух разных королевств. Почему именно Красные Земли однажды разделились на две страны? Дэмиан знал, что у этого есть разные объяснения, но сейчас его не интересовало ни одно из них.

Уже легко ориентируясь в лесу, Дэмиан легко нашел родной город своей жены. В первом же доме, что встал перед его взором, в огороде, он увидел мужские вещи на веревке. Кто-то их постирал и повесил сушиться. В надежде, что на таком палящем солнце они успели высохнуть, Дэмиан перепрыгнул через забор и подобрался ближе к вещам.

Сухое. Отлично!

Разжился чистыми брюками, рубашкой. Из коридорчика небольшого дома, откуда раздавался запах мясных пирогов, умыкнул сапоги да куртку. В куртке нашлись деньжата – фееричное везение!

Услышав из дома шаги – хозяева обирались явно выйти в коридор, который вел на улицу, Дэмиан ринулся бежать прочь, словно и не было его там. Слава Создателю, темно уже, и его никто не видел. А если и заметил кто, то разглядеть лицо не сумели.

Несколько улиц пронесся так, словно за ним была погоня, а затормозил у дома своей женщины... Из-за нее и затормозил. Рейна выходила из дома в сопровождении братьев и родителей. Красавица его... Такая милая в бежевом платье! Так хотелось ее обнять, вновь почувствовать ее родной запах. Только от одного ее вида у него выступили слезы на щеках... Он до последнего верил, что она жива, что ему врали пять долгих лет! У него не было ничего для подтверждения своей веры, он просто верил. И он не ошибся! 

Вот только выйти к ней он не успел. Рейна села в паромобиль и уехала вместе со своей семьей. Куда? Он подслушал разговор слуг в ее доме, когда забрался туда через окно. Ему так хотелось есть, он не мог устоять перед соблазном стащить что-то вкусное. Правда, оказалось, что слуги ничего не готовили на ужин, так как хозяева ужинать дома не планировали. Но ничего – Дэмиан не растерялся. Стащил буханку свежего хлеба, натолкал в карманы овощей со стола, и поспешил на выход, пока его не заметил кто-нибудь.

Хлеб вкуснее сырых яиц, на которых он выживал, пока бродил по лесам, и неважно, что повар словно перепутал соль с сахаром. Хлеб оказался сладким, но с овощами: огурцом да двумя помидорами, очень даже хорошо зашел. Не отказался бы Дэмиан и от кольца колбасы, но ключа от кладовки у него нет. Ладно, и так сойдет. Хоть чем вот живот набит, и ладно, жить можно. Сейчас главное, найти Рейну! Разговор между слугами, который он случайно подслушал с коридора, ему не понравился: Рейна пошла смотреть танцевальное выступление своего друга, за которого скоро выйдет замуж. Это не желало помещаться у Дэмиана в голове. Рейна его женщина и только его! 

 Дэмиан нашел театр – это не трудно, он всего один в городе, охрана есть, но слабая, вон даже не пытаются смотреть за порядком, так что внутрь пройти не проблема. Вот только едва ли он оказался в зале, как его заметила Марта, подружка Рейны… Если она сейчас начнет истерить – ему конец. Дэмиан выскочил из зала прочь, боясь, что Марта побежала за ним. На пути попался мужской туалет и, надеясь, что сюда девушка не войдет, юркнул внутрь.

На месте тут же растерялся, ибо внутри у раковины стоял Ламус Ралока, брат его жены, который когда-то стал ему хорошим другом.

- Ты… - обомлел Ламус.

- Я… - только так и мог отреагировать Дэмиан в ответ.

Ламус тут же сделал шаг вперед и замахнулся, чтоб ударить, но Дэмиан перехватил его руку и сказал:

- Я чудом сбежал из тюрьмы не для нашего с тобой мордобоя! Я не хочу тебе вредить, Ламус!

- Из-за тебя моя сестра живет в Аду, а ты…

- А я только, что сбежал оттуда, но до сих пор там нахожусь несмотря ни на что, пока демон сидит внутри меня. Ламус, я должен от него избавиться! Только так Рейна будет со мной счастлива!

- Опомнись! - Ламус все же врезал ему в живот, и Дэмиан резко откинулся назад.

Рухнул на пол, но боль быстро проходила. Ламус не мог ему навредить. Никто не может. А все из-за демона, который сидит внутри него. Демон в образе лютого медведя обладал немыслимой силой исцеления, и стоило бы Дэмиану получить хоть малейшую царапинку, как она тут же залечивалась. А удары… Любые удары – ему безразличны. Он может чувствовать боль, но повреждений от них никаких. Ламус только зря тратит силы.

- Прошу, Ламус, - выставил Дэмиан руку вперед, умоляя его не пытаться даже причинять ему вред, ибо смысла в этом нет и быть не может. – Не тратить силы зря… Прошу тебя, помоги мне добраться до…

- Я тебя и на шаг к своей сестре не подпущу! - взвизгнул Ламус.

- В Тонолуку…

- Ты… - отшатнулся от него Ламус, - решился изуродовать себя?..

- Опомнись, - с горечью и со всей своей душевной болью, проговорил Дэмиан. - Урод – я сейчас. Я должен избавиться от демона… Если мне и смогут помочь, так только там…

- Меч Разделения… - проговорил Ламус. - Я помню эти разговоры…

Дэмиан кивнул. Одна его единственная надежда – это древний артефакт Меч Разделения, который принадлежал когда-то мужу создательницы религиозной школы в Тонолуке. Если не он, то шанса на нормальную жизнь у него попросту не будет никогда.

- Я видела, как он забежал сюда, - услышали они вдруг из коридора. – Надо проверить, сихит Ралока…

- Быть может, он уже свалил.

- Я спрошу у охраны, - говорила Марта.

- Прячься, - бурный поток сумбурных мыслей Дэмиана прервал Ламус, который схватил его и затолкал в одну из туалетных кабинок.

Едва ли Ламус успел закрыть дверцу кабинки, как входная дверь в помещение открылось и они услышали:

- Ламус… Ты здесь один?

- Да, отец, как видите, - спокойно отозвался тот. – А что случилось?

- Ты давно здесь?

- Простите, отец. Представления скучные, я сбежал руки помыть…

- Давно ли ты здесь?! – более яростно повторил свой вопрос сихит Ралока.

- Минут десять… А что случилось, папа?..

- Марта сказала, что видела здесь Дэмиана…

- Да ну… что ему тут делать? – отмахнулся уверенно Ламус. – Ей показалось!

- Она видела, как он вошел сюда.

- Я здесь последние полчаса. Заверяю вас, отец, кроме меня тут никого нет. Ну вы же сами видите! Вы же не думаете, что я стал бы покрывать врага?

- Нет, конечно, нет… Скорее всего Марте показалось.

- Уверен, спутала его с кем-то. Она особа глупая да впечатлительная. Не зря она мне никогда не нравилась…

- А не ты ли к ней сватался, а? – хмыкнул третий мужчина, который до этого молчал.

Дэмиан его узнал – это сихит Усама, отец их с Рейной общего друга, Себастьяна.

- До этой глупой затеи додумался мой брат-близнец Фауст, но я вас заверяю, сихит Усама, даже у моего брата давным-давно в сторону Марты поникли лютики. И вот это ее выходка с Дэмианом наверняка просто повод привлечь к себе внимание. Как же это жалко с ее стороны… Давайте не будем говорить об этом Фаусту, это же очевидная ее дешевая манипуляция. Знает, засранка, где у нас больное место и бьет по нему.

- Очень похоже на то, - согласился с этим и сихит Ралока, и сихит Усама.

- Я видел однажды, как она и к моему сыну клеилась, - сказал сихит Усама, - и это она еще тогда парой Фауста считалась, между прочим! Слава Создателю, мой мальчик ее послал. Хватило ума!..

- Ну еще бы, у него же одна невеста – моя сестра, - важно ответил Ламус. – Не станет Себастьян размениваться на дешевок. И отдельное спасибо Себастьяну за то, что он открыл глаза моему брату на эту дуру.

- Всегда, пожалуйста, - поддакнул Усама. – Мой сын себе цену знает, и знает, что его женой может стать только самая достойная девушка!

- Моя дочь, - твердо, как будто это давно решенный вопрос, гордо произнес сихит Ралока.

- Осталось только ее в этом убедить, - засмеялся Ламус. – Хотя я уверен, она и не откажется. Они же отлично общаются!

- Верно, верно. Предлагаю, чтоб мы всей семьей к вам уже завтра пришли свататься, - предложил сихит Усама.

- А знаешь, отличная идея. Ничего не имею против, - согласился с этим сихит Ралока.

- Вы идите, - сказал двум взрослым Ламус. – Я сейчас следом подойду…

- И брата найди, - велел ему отец.

Как только дверь закрылась – Ламус открыл дверцу кабинки, в которой прятался Дэмиан. Смотрел он на него сурово. Дэмиан догадывался, какой он сейчас услышит ультиматум, и Ламус не заставил себя долго ждать:

- Я помогу тебе сесть на поезд до Тонолуки, а ты никогда сюда не вернешься и никогда больше не потревожишь мою сестру. Она живет дальше – и она не должна больше ни видеть тебя, ни слышать о тебе. Избавишься от своего демона и даже не смей появляться перед ней. Ты меня понял? Принимаешь такие условия?

Дэмиан их не принимал, и не желал это скрывать. Рейна его женщина, его единственная. Он точно знал, что не сумеет быть счастливым с другой. Это в принципе невозможно. И не собирался от нее отказываться, но факт остается фактом – ему нужна помощь. Сам он никогда до Тонолуки не доберется.

- Я согласен, - соврал Дэмиан. – Я не вернусь сюда, когда избавлюсь от демона.

- Тогда давай, раздевайся, - велел Ламус и сам начал снимать одежду. – В таком тряпье, что на тебе, даже на территорию вокзала не пустят, что уж про поезда говорить…

Дэмиан не возразил. Одет он плохо – это факт, слишком привлекал к себе внимание. Ламус же одет с иголочки – как и всегда. Одежда его в пору, даже слегка великовата, но это только потому, что долгое время Дэмиан находился в заточении и не питался нормально. Он истощен. Вещи Ламуса оттого и великоваты, но смотрелись на нем все ж лучше, чем то, что он нашел в каком-то огороде.

Сам же Ламус не постеснялся напялить на себя убогие штаны и лохмотья, что были на Дэмиане. Ему в таком виде только до дома добраться, ему проще.

- Возьми и мой кошелек, - сказал Ламус, когда Дэмиан как раз протягивал увесистый кошель брату своей жены, что достал из красивого сюртука. – И документы тоже. Я отцу скажу, что посеял, он мне новые сделает. А ты на всякий случай представляйся всем и каждому моим именем. Так к тебе будет меньше вопросов.

- Спасибо, Ламус… Я тебе очень благодарен, - сказал Дэмиан.

- Сделай все, чтоб я не пожалел об этом, - попросил Ламус, натягивая на его голову цилиндр.

- Я обещаю, - сказал Дэмиан. – Ты не пожалеешь…

«Особенно, когда я вернусь, когда верну себе свою жену и сделаю ее счастливой…» - уверенно подумал он.

Без труда Дэмиан теперь добрался до вокзала, без труда купил себе билет и сел на поезд. Он видел, как много здесь псооповцев, они кого-то искали, но Дэмиан лишь бы не привлекать к себе внимания, не прислушивался. Ему нет дела до чужих проблем, главное – сесть на прямой поезд до Тонолуки. Слава Создателю, от приграничного города Лувея разделенного государства имелся прямой поезд до севера, не будет никаких пересадок.

И все же… могла возникнуть серьезная проблема: учитель Рейны, сихит Люм Пэк. Что он делал на вокзале – неизвестно, но он кого-то так уже старательно высматривал, что было не по себе.

Дэмиан ведь помнил, у кого именно он провел в заточении последние пять лет. И стоит только от демона своего избавиться, как он вернется и совершит возмездие над всеми врагами и обидчиками. Мало никому не покажется, этому сюл`акрийцу в том числе. Как же зря Рейна считает его своим другом, своим вторым отцом… Люм Пэк этого недостоин!

И все же вот прямо сейчас нужно пересилить себя. Необходимо проигнорировать обиды и желание отомстить, нужно спокойно сесть в поезд, не привлекая к себе внимания. Для Дэмиана это не самая легко выполнимая задача, и все же он справился. Как только поезд подали – он был первым, кто в него вошел. Быстро нашел свое купе и спрятался.

Все. В домике…

Дэмиан надеялся, что Люм Пэк его не заметил и уже не сумеет обнаружить, но учитель Рейны появился на перроне и слишком пристально он стал заглядывать в каждое окно поезда. Кого он так высматривал? Дэмиан ни за что б не угадал, но Люм Пэк заметил и его… Заметил и так искренне удивился, словно увидел призрака! Он наверняка забежал бы в поезд, наверняка схватил бы его, но поезд тронулся в путь и Люм Пэк ничего не успел сделать. Он мог лишь наблюдать за тем, как Дэмиан отправляется в свою новую жизнь… 

Дэмиан испуганно вздрогнул, когда в этот же момент вдруг дверь его купе открылась. На пороге стоял неизвестный лучезарец, который и сам испугался при виде него. Незнакомец быстро закрыл дверь, а Дэмиан ринулся за ним. Кто это такой?!

Ему требовалось узнать, кто это и для чего заглянул, и Дэмиан успел увидеть, как неизвестный ему молодой парень юркнул в соседнее купе. Дэмиан последовал за ним. Не сразу он обнаружил рыжую девушку за лучезарцем, но быстро потерял к ним интерес. Дэмиан их не знал и предпочел бы не знакомиться. Однако сначала у них была весьма странная стычка возле туалета, а теперь вот… они вынуждены сидеть вместе за одним столом. И эта странная парочка – Маркус и Степанида – задают ему слишком серьезные вопросы…

Дерзкая рыжая девчонка в принципе ему не давала покоя. Дэмиан никак не мог сообразить, почему так. То ли дело просто в ее плохом воспитании, то ли… кто ее знает, что она там себе придумала?  

«От нее Рейной пахнет… Чувствуешь?» - вопрос Гуна, демона, что сидел внутри него, и вовсе поставил в тупик. 

На самом деле спустя пять лет сидя в темной камере и не чувствуя других запахов кроме собственного, Дэмиан уже и забыл как пахнет его любимая. И нюхать рыжую девушку ему б и в голову не пришло. И сейчас, когда они сидели друг напротив друга, это сделать невозможно. Да он и не собирался. Он слышал от нее какой-то знакомый шлейф, но это обычный ягодный аромат. Почти все девушки любят такой, и Рейна не исключение. Так что ж теперь-то?

«Я тебе говорю серьезно: у нее такой же запах как у Рейны! Малинка… И дело не в духах!» - волновался Гун, но Дэмиан его проигнорировал. Ему нужно придумать ответ на вопрос, который ему задали. А достойного ответа у него не было…

- Ну так что? - снова заговорил Маркус. - Ответ будет, Дэмиан?

- Давай просто сходим за охраной поезда, - предложила Степанида. - Пусть он им, а не нам, объясняется…

- Хорошая мысль, - согласился с этим лучезарец.

- Я понятия не имею, о каком Дэмиане идет речь, - в панике произнес Дэмиан, последнее, что ему нужно – это чтоб они звали охрану поезда. - Меня зовут Ламус Ралока, у меня и документы есть… 

- Покажи, - потребовала рыжая. 

- А ты кто такая, чтоб я тебе что-то показывал? - одернул ее Дэмиан. - Сидишь себе тихонько, ешь свой ужин – вот и не выпендривайся. Не приставай к незнакомцам. И вообще… К моей персоне слишком много вопросов?.. Мои документы тебе надо?.. А свои слабо показать?

- А должна?

- Мне – нет, мне глубоко насрать, а вот псооповцам будет интересно посмотреть на двух молодых людей, которые носят подозрительные колечки, меняющие внешность… - угрожающе елейно произнес Дэмиан, с удовольствием замечая, как они оба – и Маркус, и его сестрица – изменились в лицах. – Интересно даже, чья сомнительная личность привлечет больше внимания псов? Моя или ваши?.. Ммм? Как думаете?..

Степаниде не понравилось, что ее вот так просто заткнули, сидела теперь обиженная на весь мир. Наверное, даже хотела встать и уйти, так и не доев свой ужин, а Дэмиан только обрадовался тишине за их столиком, как Маркус снова заговорил: 

- Так уж и быть, пусть наши личности будут только нашими… Не будем лезть в дела друг друга. Мы договорились?

- Договорились, - хмыкнул Дэмиан. – Я вас не видел. Вы меня тоже.

- Отличная идея… - согласился Маркус и зачем-то добавил: - А мы едем в Тонолуку. Учиться там будем. Оба хотим попасть в боевую школу для мальчиков. 

- Если школа для мальчиков, что там твоя сестра забыла? - удивился Дэмиан тому, что в ближайшем будущем будет слишком часто видеть их обоих. 

- Это ты у нее сам спроси, - хмыкнул Маркус. 

- Я хочу стать сильной, чтобы никто не смог меня обидеть, - на его вопросительный взгляд рыжуля откликнулась не сразу. - И я стану сильной! 

- Понятно… - ответил Дэмиан. - Я туда же еду. Хочу добыть Меч Разделения. 

Вот теперь поперхнулись они оба – и Маркус, и Степанида. До них тоже дошла «радостная» перспектива, что вместе они будут еще о-о-о-очень долго. 

- Во-первых, зачем тебе этот меч? - спросил Маркус. - А во-вторых, меч Разделения будет моим! 

- Утешай себя мечтами, сколько влезет, - хмыкнул Дэмиан. – Он мой.

- Я огорчу вас обоих, - заговорила Степанида. - Меч Разделения будет моим! 

- А тебе-то он зачем? - удивился Дэмиан. 

- А ты кто такой, чтоб я перед тобой отчитывалась, а? - насмешливо спросила она. 

- Меч будет моим, - упрямо заявил Маркус. - Мне нужнее! 

- Меч будет моим, - сказал Дэмиан. - Это мне он нужнее! 

- Меч будет моим, - нагло хмыкнула Степанида. - Выкусите! 

Заткнулись, наконец, все, потому что затевать громкий спор на весь вагон-ресторан не входило в планы никого из них. Все снова уставились в свои тарелки и принялись за еду. Поглядывали каждый друг на друга, поглядывали без удовольствия от такой компании, видели друг в друге лишь соперников… 

Дэмиан даже подумал, что ему соперники не нужны. Может, стоит избавиться от обоих здесь и сейчас, чтоб не путались под ногами, а? Вон можно сбросить их с поезда на полном ходу… А что? Выживут, молодцы. Не выживут – ну и ладно. Не всем же везет…  

«Я не буду им вредить, - заявил Гун. - И тебе не дам!»

Дэмиан скривился. Вечно этот медведь все портит… Ну так хоть парочка эта странная к нему больше не пристает, и охрану не зовут – великолепно. Что еще надо?..  Ах да… неприятно, что рыжая все равно кидает на него взгляды, будто он ей что-то должен. А это не так!

«А она левша… так же как Рейна» - не унимался и Гун.

***

Через пару дней в районе двенадцати часов дня их поезд прибыл на вокзал города Тонолука. Еще немного и они все оказались у запертых ворот в мальчишескую школу, на воротах которой висело объявление.

«Уважаемые будущие воины Света, сегодня у нас день Принятия. Важное событие, в ходе которого в нашу школу прибудет большое количество учеников. Как только все соберутся – сихит Раст Калвис, глава школы для юношей, выйдет к вам. Пожалуйста, ожидайте».

Дэмиан с любопытством осматривал всех, кто подходил еще к воротам школы для юношей. Все парни казались такими хилыми и слабыми… И это воины Света?..

«Бедная тогда это ваша Света», - хмыкнул Дэмиан, ибо ни в одном из них себе соперников не видел. 

«Да неужели? - хмыкнул Гун. - А Степанида?»

Тьфу… Ну что за медведь ему такой достался? Не хотелось думать о рыжей, которая пахнет как Рейна, не хотелось ее видеть, но Гун только о ней думать и мог. Как издевался… И нет, эту наглую пигалицу, Дэмиан даже не пытался расценивать как за соперника, тем более как за достойного.

Она крутилась рядом с Маркусом, они о чем-то постоянно говорили. В любом случае она больше воспринималась как сопровождение для кого-то, а не как будущая ученица мужской школы. Дэмиан уверен – вот только препод появится, и попрут ее от сюда в темпе вальса.

Дэмиан чувствовал еще какое-то странное волнение своего демона, но не обращал на это внимания. Гун просил посмотреть в сторону других девушек, что собирались у ворот напротив, но Дэмиан церемонно смотрел куда угодно, только не в ту сторону, куда просил смотреть медведь. Не будет им управлять демон!

Минут через двадцать, а может и меньше на площади появилась интересная парочка в серых костюмах. Появились они эффектно, все сразу же подсобрались, встрепенулись, перед своим будущим учителем. Декан сихит Раст Калвис казался мощным брюнетом, с которым лучше не спорить, да и никто собственно не собирался. Ну… почти никто.

- Вам на ту сторону улицы, - сказал он рыжульке, а та нагло заявила:

- Не-а.

- Юная мит, вы должны…

- Не-а. Никому ничего не должна. А кому должна – прощаю.

- Юная мит, вы…

- Я приехала учиться именно в этой школе. Я хочу стать сильной! – девчонка как будто специально его перебивала.

Просто потому, что ей это нравилось.

- Я обучаю только мальчиков, - в любом случае сихит Раст говорил с ней терпеливо, но и она же не унималась:

- Всегда нужно пробовать что-то новенькое.

- Нет.

- Теперь вы будете обучать и меня.

- Нет.

- Я хорошо подготовлена. Не переживайте.

- И все же – нет.

- Да я посильнее многих тут, - заверяла она, и даже бросила уничтожающий взгляд в сторону Дэмиана.

- Нет.

- Да, да, да, я обучалась боевым искусствам.

- Очень интересно, но нет.

- Я буду лучшей вашей ученицей!

- Уверен, что нет… - упрямо гнул свою линию сихит Раст.

- Тогда спарринг в качестве моей проверки. С кем-то поставите или сами рискнете быть моим соперником? - лениво поинтересовалась Степанида.

- Я не сомневаюсь в вашей силе, и все же я скажу вам – нет.

- А вы другие слова знаете? – уже начала она злиться, а другие парни откровенно над ней смеялись.  

- Да.

- Тогда ответьте именно так на мое утверждение: я буду учиться именно в этой школе, - указала она себе за спину.

- Нет, - упрямо твердил свое сихит Раст.

- Вы директор школы? - решила Степанида, что можно давить на начальство. - Кто вообще решает, кто и где учится?

- Природа решает. Если мальчик – добро пожаловать. Девочка – вам туда, - кивнул сихит Раст снова себе за спину.

- Слышали что-нибудь о равноправии?

- Разумеется.

- Тогда я учусь здесь!

- Нет.

- Я все равно никуда не уйду. Вам придется меня принять, так или иначе. Я приехала за Мечом Разделения, и вы не станете преградой в моем обучении!

Сихит Раст тяжело вздохнул. Осознал, наконец, что сам с этой упрямой идиоткой справиться не в состоянии. Обернулся и громко позвал милис Ситору, учительницу женской школы.

Красивая женщина в сером костюме шла к ним грациозно, мягко ступая на землю так, что создавалось впечатление, будто она летела, парила над землей. А когда милис Ситора остановилась рядом с сихитом Растом и осмотрела всех присутствующих, то уверенно произнесла:

- Хорошо, что мы День Принятия устроили именно сегодня.

Сихит Раст тоже всех осмотрел и спросил у нее:

- Сколько тут врунишек?

- Слишком много. Начиная с этой милой особы, заканчивая всей левой половины очереди, - ответила ему милис Ситора, затем она с ласковым добродушием заговорила с остальными. - Во-первых, мы не обучаем тех, кто приходит к нам под обманчивой внешностью. Это касается всех! - она важно оглядела каждого из парней и девушек. - Каждый из вас, кто сейчас перед нами с защитными артефактами, скрывающими вашу истинную внешность, уже отчислен. Если не собираетесь снимать свои артефакты, то не тратьте время ни наше, ни свое. 

Первым кольцо, скрывающие внешность, снял Маркус… И Дэмиан едва ли не уставился на него с раскрытым ртом. Вот только что стоял лучезарец, брюнет с лучистыми желтыми глазами, и… оп!.. Себастьян! Парень, который когда-то был ему хорошим другом. Вот же!

Степанида, кстати, посмотрела на «брата» с удивлением, но это было далеко от «Да ты не лучезарец?!». Ее удивление было больше похоже на «А чего это ты такой послушный?!». Но свой немой вопрос она так и не огласила, видно понимала, что для ее друга обучение в этой школе крайне важно. Кто-то из девушек так же поснимали свои артефакты, из парней кстати тоже… И седовласая учительница довольно кивала на все эти изменения. В какой-то момент она уставилась на Степаниду, словно спрашивала «Ну? Тебя долго ждать, милочка?». 

         Тихо чертыхнувшись, Степанида сняла кольцо, такое же как у Себастьяна, и все внутри Дэмиана ухнуло… 

Это же Рейна! Его Рейна! Она все это время была прямо перед ним! 

«А я говорил!» - тут же буркнул Гун. 

«Ты не так говорил!» - мысленно ответил ему Дэмиан.