Академия Визторн

Я стояла посреди комнаты и не могла пошевелиться. Шок не давал мне ни двигаться, ни осознавать происходящее. Я просто смотрела на них — на их тела, лежащие на полу нашего дома. Здесь были все: отец, мать, брат, даже кузина с тётей. Почти всё было в крови — пол, стены, картины, чайный стол, даже шторы. Жестоко. Почему так жестоко? Мысли путались.

Проходили минуты, может быть, даже часы, и постепенно приходило понимание ситуации: я теперь одна. Никого из рода Мальдротт не осталось. Спустя ещё пару мгновений до меня дошло, что надо связаться с полицией. На дрожащих ногах я развернулась и кинулась к выходу, но не успела открыть дверь, как врезалась в комиссара.

— Мелиора Мальдротт? — он снял шляпу. — Я хотел бы поговорить с вашей семьёй. Они здесь?

Увидев моё застывшее лицо, мужчина сразу напрягся.

— Что-то не так?

Ничего не ответив, я просто показала на гостиную и немного отступила назад, давая ему дорогу. Глянув на меня ещё раз, комиссар прошёл внутрь.

Я не последовала за ним, только скатилась на пол возле двери, пытаясь отогнать от себя картину, представшую сегодня. Спустя какое-то время на моё плечо опустилась рука.

— Мисс Мальдротт... Я сожалею о вашей утрате, но... вы же понимаете, что я должен взять вас с собой для... — он запнулся, — выяснения ситуации.

Не глянув на него, я кивнула. Мужчина помог мне подняться и, продолжая придерживать за руку, повёл в направлении экипажа. Спустя пару часов езды мы были на месте.

Кабинет комиссара был тесным и душным. Запах табака, старых бумаг и лампового масла заполнял воздух, смешиваясь с ароматом мокрого сукна от его мундира. Я сидела на жёстком деревянном стуле, сжимая в пальцах платок, который одолжили мне неравнодушные члены полиции. Руки дрожали, но я уже пришла в себя. По крайней мере, могла думать более или менее связно.

Комиссар Лоренц — так он представился — медленно расхаживал по комнате, изредка бросая на меня тяжёлые, изучающие взгляды.

— Мелиора Мальдротт, — начал он, садясь напротив и складывая руки на столе, — где вы были сегодня с полудня до пяти часов?

Его голос был ровным, но в глубине глаз читалось подозрение. Я понимала: для него я либо жертва, либо главная подозреваемая.

— В библиотеке Святого Августина, — ответила я, стараясь говорить чётко. — Я изучала старые фолианты по генеалогии. Отец хотел восстановить одну из ветвей нашего рода.

— Кто-то может подтвердить ваше присутствие там?

— Библиотекарь, сестра Мариам. И… — я на секунду замялась, — молодой человек, который сидел за соседним столом. Он просил у меня перо.

Лоренц что-то записал в блокнот, затем откинулся на спинку стула.

— Ваша семья… у них были враги? Кто-то, кто мог желать им зла?

Я резко подняла на него глаза.

— Мы — Мальдротты. Враги у нас были всегда, но чтобы так…

Комиссар промолчал, затем вдруг спросил:

— Вы знакомы с оккультными символами?

Вопрос застал меня врасплох.

— Что?

— На потолке гостиной был нарисован знак. Кровью.

Меня будто ударило ледяной волной.

— Я… не видела.

— Странно. Он довольно крупный и был прямо над тем местом, где лежал ваш отец.

Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

— Я не смотрела на потолок.

Лоренц прищурился.

— Этот символ… раньше он был эмблемой Академии Визторн. Вы не учились там?

Сердце пропустило удар.

— Нет. Моя семья… не позволила мне поступить туда.

— Почему?

— Они считали это место… неподобающим.

Комиссар задумчиво постучал пальцами по столу, а затем вдруг резко встал.

— Ладно. Пока что вы свободны, мисс Мальдротт. Мы свяжемся с вами, когда выясним что-то.

Я медленно поднялась. Ноги подкашивались.

— Комиссар… — мой голос был едва слышен. — Кто-нибудь… позаботится о… них?

Его взгляд на мгновение смягчился.

— Да. Вам не о чем беспокоиться.

Кивнув, я вышла, зная, что это была ложь. Беспокоиться было о чём, потому что кто-то убил мою семью и оставил знак. Знак Академии Визторн — той самой, куда мне запретили поступать.

Дверь полицейского участка захлопнулась с глухим стуком. Уличный воздух, пропитанный запахом мокрого камня и угольного дыма, ударил в лицо, но не смог прогнать тяжесть, въевшуюся в лёгкие. Я сделала шаг, потом ещё один — ноги двигались сами, будто вели меня куда-то помимо моей воли.

Академия Визторн.

Этот символ, нарисованный кровью над телами моих родных, не был случайностью. Очевидно, что это было посланием. Только дурак не понял бы. Но зачем было убивать всех? Почему они оставили меня? Что им нужно? Я резко развернулась и шагнула к стоявшему у тротуара извозчику.

— Улица Коттонвуд, дом семнадцать, — бросила я, вваливаясь в кресло экипажа.

Мужчина что-то пробормотал в ответ, хлопнул вожжами, и лошади рванули вперёд. Городские огни мелькали за окном, сливаясь в длинные жёлтые полосы, похожие на мазки от крови на стенах гостиной.

Дом, в который меня привезли, был невзрачным трёхэтажным зданием с потемневшими от времени ставнями. Я расплатилась, поднялась по скрипучим ступеням и трижды резко постучала, затем легонько дважды — старый условный знак.

Через мгновение дверь приоткрылась, и в узкой щели блеснул глаз.

— Мелиора? — голос звучал приглушённо.

— Открой, Кавски. Нужно поговорить.

Засовы щёлкнули, дверь отворилась, и я шагнула в полумрак прихожей. Грегор Кавски стоял передо мной. Его высокий, сутулый силуэт казался ещё более угловатым при тусклом свете керосиновой лампы.

— Ты выглядишь... — он запнулся, вглядываясь в моё лицо.

— Как мертвец? — я сняла перчатки, стараясь скрыть дрожь в руках. — Потому что я почти мертва. Мою семью вырезали.

Грегор побледнел.

— О боги...

— Не боги, — я шагнула ближе. — Кто-то оставил на потолке старый знак Академии Визторн.

Его глаза расширились.

— Ты уверена?

— Комиссар Лоренц подтвердил. Узнавал, не училась ли я там.

Мужчина резко развернулся и зашагал вглубь дома, а я последовала за ним. Его кабинет был завален книгами, бумагами и странными механическими приборами, которые тикали, как карманные часы. Он схватил со стола потрёпанный фолиант, лихорадочно перелистал страницы и остановился на одном изображении.

— И правда. Сейчас у них новый знак, старый посчитали слишком... зловещим. Всё-таки он был больше связан с тёмной магией. А ещё... — Грегор перелистнул страницу. — Это не просто эмблема. Это — печать. Тот, кто оставил её, либо бросил вызов Академии... либо принадлежит к ней.

Я сжала кулаки.

— При чём здесь может быть академия и моя семья?

— Они все учились там. Если учитывать, что твои родственники с лёгкостью находили врагов даже там, где это казалось невозможным... вероятно, это месть кого-то оттуда. — Он задумался. — Может, они поэтому не пускали тебя в это заведение — знали, что ждёт опасность?

Чтобы сосредоточиться, я начала расхаживать по комнате.

— Мне нужно попасть туда.

Грегор поднял глаза.

— Ты с ума сошла? После того, что я тебе тут рассказал?

— Именно поэтому, — я прикусила губу. — Они убили мою семью, но не тронули меня. Почему?

— Тебя просто не было в особняке в этот момент? — Мужчина развёл руками.

— Или они хотят, чтобы я приехала туда.

— И ты сделаешь прямо так, как они хотят?

— Я хочу правды и... мести. Я не позволю нашей семье сгинуть так просто. К тому же, — я подошла к окну, — рано или поздно они придут за мной. Нужно быть готовой.

Грегор замер, потом медленно покачал головой.

— Даже если я захочу помочь... попасть в Визторн не так просто.

— Но ты знаешь, как это сделать.

Он вздохнул, проведя рукой по лицу.

— Есть человек... старый наставник. Он может договориться, но, Мелиора, — его голос стал тише, — если ты переступишь этот порог, обратного пути не будет.

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Обратного пути уже нет.

Грегор задержал взгляд на моём лице, потом резко кивнул, подошёл к столу и достал из ящика небольшой медный жетон.

— Возьми. Сегодня в полночь у западных ворот кладбища Святой Элизы. Скажешь, что пришла от Тени Двенадцати Ключей. И да... лучше сразу захвати чемодан с вещами.

Я взяла монету. Металл был холодным, обжигающим пальцы.

— Спасибо.

— Не благодари, — Грегор отвернулся. — Я, возможно, только что подписал тебе смертный приговор.

Я сунула жетон в карман и направилась к выходу, обернувшись на пороге.

— Если не вернусь...

— Я знаю, — он не стал дослушивать.

Дверь закрылась, и, постояв ещё немного на крыльце, я направилась в сторону особняка. До полуночи оставалось ещё пару часов — как раз успела бы собраться. Пока шла вдоль улиц, в голове крутилась только одна мысль:

«Я обязана узнать, что произошло».

...

На городских часах пробила полночь.

Кладбище Святой Элизы лежало передо мной, окутанное холодным туманом. Чугунные ворота скрипели на ветру, как будто чьи-то пальцы сжимали прутья. Луна, бледная и безжизненная, пряталась за рваными облаками, оставляя лишь слабый отсвет на могильных плитах.

Я затянула плащ плотнее и шагнула вперёд.

Западные ворота.

Там, в тени, нужно было с кем-то встретиться.

Камни хрустели под ногами. Ветер шептал что-то в уши, но я не слушала — всё внимание было приковано к тёмному силуэту у ворот. Человек стоял спиной, закутанный в длинный плащ с капюшоном.

Я замедлила шаг, рука непроизвольно потянулась к карману, где лежал маленький складной нож.

— Тень Двенадцати Ключей, — сказала я чётко, но тихо.

Фигура обернулась. Капюшон скрывал лицо, но в темноте блеснули глаза — острые, как лезвие.

— Жетон, — прозвучал низкий голос.

Я достала монету и протянула. Незнакомец взял её, повертел в пальцах, затем резко сжал кулак. Раздался тихий щелчок — жетон раскрылся, как крошечная шкатулка.

— Хм, — он кивнул. — Идея Грегора, конечно, оригинальна.

Я не ответила.

— Ты знаешь, что тебя ждёт? — он внезапно шагнул ближе.

— Нет.

— Умрёшь.

— Возможно.

Незнакомец замер, потом тихо рассмеялся.

— Хороший ответ.

Он резко развернулся и пошёл вглубь кладбища.

— Идём.

Я последовала за ним. Мы шли между могил, обходя склепы и надгробия. Туман сгущался, цепляясь за ноги.

— Почему здесь? — спросила я.

— Потому что мёртвые не болтают.

Впереди показалась старая часовня. Дверь была приоткрыта, из щели сочился желтоватый свет.

Незнакомец остановился.

— Там ждут.

— Кто?

— Те, кто решит твою судьбу.

Я глубоко вдохнула и шагнула вперёд. Дверь скрипнула, открываясь.

Воздух внутри был спёртым, пропитанным запахом ладана и воска. В центре полуразрушенного здания стоял стол, за ним — три фигуры в тёмных одеяниях. Их лица скрывали маски: одна — из полированной бронзы с прорезями для глаз, вторая — из чёрного дерева, третья — белая, фарфоровая, с кровавой трещиной, проходящей через левый глаз.

— Мелиора Мальдротт, — голос принадлежал средней фигуре в чёрной маске. Он звучал неестественно, будто из-под воды. — Ты пришла по своей воле?

Я замерла на мгновение, но потом двинулась дальше.

— Мою семью убили, а на потолке был знак Визторна. Разве это не приглашение?

Белая маска слегка наклонилась.

— Ты хочешь мести.

— Я хочу правды.

— Одно без другого не бывает.

Чёрная маска подняла руку, и в воздухе вспыхнули три свечи, которых секунду назад не было. Огонь был синим, холодным.

— Академия Визторн не принимает слабых. Докажи, что достойна.

Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

— Что я должна сделать?

— Магия — не просто сила. Это договор. С миром, с собой, с теми, кто платит цену, — голос звучал как шелест страниц. — Покажи, что понимаешь это.

— И как же?

— Пройди испытания трёх факультетов Академии — магии Теней, Света и Сумеречного равновесия, — чёрная маска направила на меня руку, и пол под ногами зашевелился.

“Тьма не лжёт, она лишь показывает то, что скрывает свет”.

Я оказалась в зеркальном лабиринте, где каждое отражение являлось разными версиями меня самой. Почти ничего не было видно.

— Выбери своё истинное отражение, — прошептал голос.

Я медленно шла между зеркал. В одном был ребёнок, плачущий в углу после наказания. В другом — жестокая убийца с окровавленными руками. В третьем — могущественная волшебница, разрушающая всё на своём пути. А в четвёртом... не было ничего. Только туман. Остановившись перед ним, я произнесла:

— Это моё отражение. Пустота, которую ещё предстоит заполнить.

Чёрная маска одобрительно кивнула. Зеркала рассыпались в пыль.

Спустя секунду передо мной уже стояло существо, носящее белые одеяния.

“Свет требует не веры, а действий”.

Я оказалась на мосту над бурной рекой. На одном берегу умирал ребёнок, совсем ещё маленький.

— Его душа уходит. Ты можешь спасти его, отдав часть своей жизненной силы, — сказала маска, протягивая серебряный кинжал. — Ты знаешь, насколько сильна кровь твоего рода.

Без колебаний я провела лезвием по ладони:

— Возьми мою кровь, но оставь его в живых.

Ребёнок перестал хрипеть, но я почувствовала, как какая-то часть меня больше не существовала. Белое существо наклонило голову:

— Ты заплатила цену. Испытание пройдено.

Сжимая руку, чтобы не потерять слишком много крови, я не заметила, как бронзовая маска оказалось рядом. Взяв мою ладонь в свою, она произнесла:

“Равновесие — не справедливость, а необходимость”.

И, отпустив мою исцелённую конечность, бросила на стол два сердца — одно моего убитого брата, другое — незнакомого старика.

— Одно должно быть уничтожено. Выбирай.

Я долго смотрела на трепещущие органы, а затем с силой ударила кулаком между ними:

— Я не буду выбирать между памятью и жизнью!

Все затихло, сердца исчезли. Бронзовая маска замерла, затем рассмеялась:

— Ты нарушила правила... Именно этого мы и ждали.

Существа одновременно сняли свои ненастоящие лица. Под ними оказалась только мерцающая пустота.

— Ты прошла испытания, Мелиора, но настоящий выбор ещё впереди.

— Какой выбор?

— Между местью и истиной. Между тем, кем ты была... и тем, кем станешь.

Свечи погасли.

Моргнув, я поняла, что оказалась перед железными воротами академии. Не сомневаясь ни секунды, распахнула их и направилась прямиком к главному входу.

Ничто не могло меня остановить.

Я переступила порог, и тяжёлые дубовые двери с грохотом закрылись за моей спиной. Внутри царила гробовая тишина.

Холл поражал своими размерами: высокие своды, украшенные фресками с движущимися изображениями древних битв, витражи, через которые лился призрачный лунный свет. Но вокруг не было ни души.

«Странно...» — подумала я, медленно продвигаясь вперёд. Мои шаги отдавались гулом в пустом пространстве. Сосредоточившись на своих мыслях, я вздрогнула, когда за спиной раздался низкий голос:

— Кто ты и как сюда попала?

Я резко обернулась. Передо мной стоял высокий мужчина с белоснежными волосами до плеч. Его глаза, похожие на два куска льда, изучали меня с холодным любопытством. На нём был тёмно-синий мундир с серебряными пуговицами, на которых я узнала новую эмблему Академии.

— Меня... меня приняли, — ответила я, стараясь держать голос ровным.

Мужчина скрестил руки на груди.

— В это время года набор уже закончен, и... — он окинул меня взглядом, — я не видел тебя на испытаниях.

— Были особые обстоятельства.

— Какие именно? — он сделал шаг ближе.

— Семейные, — я смотрела ему прямо в глаза.

Незнакомец прищурился.

— Даже если так, никто не приходит в Академию ночью. Или это тоже из-за особых обстоятельств?

Я наклонила голову, стараясь придать лицу максимально нейтральное выражение.

— Да. Так получилось.

Он продолжал смотреть на меня, не отрываясь.

— Могу ли я узнать, кому это предписаны такие исключительные права?

Сделав шаг к нему, я подняла голову:

— Мелиора Мальдротт.

Его брови на мгновение взлетели вверх.

— Вот как... — но он тут же вернул прежнее выражение лица. — Значит, ваша семейка всё-таки вернулась.

— Да как ты смеешь... —

Он жестом остановил меня:

— Довольно. Идём, нужно отвести тебя к директору.

Сдержав едкий ответ при себе, я последовала за ним. Мы поднялись по винтовой лестнице, проходя мимо статуй древних магов. На третьем этаже беловолосый мужчина остановился перед дверью из чёрного дерева с серебряными инкрустациями.

— Жди здесь, — бросил он.

Я осталась одна в длинном коридоре. На стенах висели портреты предыдущих директоров — их глаза, казалось, следили за мной. Постояв так минут пять или десять, я уже хотела сама войти в эту комнату, но тут дверь распахнулась.

— Заходи, — это снова оказался мужчина. Его лицо было непроницаемым.

За массивным столом из чёрного дерева сидела женщина неопределённого возраста. Её серебристые волосы были собраны в строгую причёску, а фиолетовые глаза изучали меня с безмятежным спокойствием.

— Так это ты — новая ученица, о которой мне ничего не сообщили? — её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась сталь.

— Меня приняли недавно. Можно сказать, только что.

Она улыбнулась, явно не веря тому, что я говорила.

— Саргон сказал, что ты представилась как Мелиора Мальдротт. Это так?

— Да, — я встала напротив директрисы.

— Интересно. Последний раз твой род ступал в эти стены двадцать лет назад...

— Это проблема?

Женщина улыбнулась и, проигнорировав мой вопрос, продолжила:

— Чтобы попасть сюда, ты должна была пройти испытания.

— Я их прошла, — я не дала ей закончить.

— Тогда у тебя должен появиться знак принадлежности к одному из факультетов, — мужчина решил вмешаться в разговор.

— И как он выглядит?

Директриса резко встала и направилась ко мне. Рефлекторно попятившись, я уставилась на неё.

— Покажи ключицы, — женщина остановилась напротив, скрестив руки на груди.

— Что? Зачем это?

— Затем, что знак обычно появляется там.

Закатив глаза от абсурдности ситуации, я начала было снимать кофту, но, вспомнив, глянула на мужчину, подняв одну бровь:

— Что, устроить шоу для всех?

Кашлянув — то ли от раздражения, то ли от неловкости, — Саргон, как его назвала директриса, отвернулся. Хмыкнув, я продолжила раздеваться. Когда с этим было покончено, женщина подошла чуть ближе.

— Любопытно... — она дотронулась пальцами до моей кожи. — Светлый маг.

— Что!? — у меня непроизвольно вырвалось.

— На, смотри, — она протянула мне небольшое зеркальце.

Я с недоверием взяла его и поднесла к обнажённым ключицам. В отражении отчётливо проступал серебристый символ — стилизованное солнце с расходящимися лучами.

— Это... невозможно, — прошептала я, ощупывая знак пальцами. — Мой род веками служил Тьме. Отец, дед, прадед — все были тёмными магами, даже по материнской линии.

Директриса улыбнулась, и в её глазах вспыхнул странный огонёк:

— Именно поэтому это так интересно. — Она обошла меня кругом, изучая. — Светлый маг в роду Мальдроттов... Последний раз такое было... никогда.

После того как мне удалось натянуть кофту обратно, Саргон резко обернулся, а его глаза расширились.

— Это ошибка. Она должна принадлежать Теням. Её кровь...

— Кровь не лжёт, ты прав. — перебила директриса. — Но знак проявился сам. Это значит, что потенциал Света в ней сильнее многовековой традиции Тьмы.

Я задумалась, пытаясь осознать ситуацию. В памяти всплыли страницы старинного фолианта, который я когда-то тайком читала в отцовской библиотеке.

— Знак Солнца... — пробормотала я. — Он означает чистый дар, не запятнанный тёмными ритуалами. Как такое возможно?

Директриса внезапно схватила мою руку и перевернула ладонью вверх, где ещё виднелся след от кинжала.

— Испытание Света. Видимо, ты отдала часть своей жизненной силы, чтобы спасти незнакомца. Тёмный маг никогда бы так не поступил, — она отпустила меня. — В тебе есть что-то особенное, Мелиора Мальдротт.

Мужчина скрипяще засмеялся.

— Или это просто уловка? Может, она хочет проникнуть на факультет Света, чтобы...

— Замолчи, Саргон, — резко оборвала его директриса. — Испытания не врут, — она повернулась ко мне. — Что ж, видимо, нужно представиться. Я — Изольда Форскот, директор академии. А это... — женщина указала на мужчину — ректор твоего факультета, Саргон Азкарон.

Нахмурившись, профессор смотрел куда-то в сторону книжных полок.

— Ты обучалась магии раньше? — продолжила Изольда.

— Да. Моя семья... Я знаю все основы.

— Основы тёмной магии, разумеется, — вставил Саргон.

Я закатила глаза.

— Прекрати, — женщина обвела его взглядом. — Основы магии для всех одинаковы.

— Какой тогда смысл разделять всех по факультетам? — я не понимала.

Она развернулась и вернулась к себе за стол.

— Потому что есть... некая предрасположенность. Иногда ученикам с Теней просто не поддаются заклинания Света — как и наоборот. Только Равновесию повезло, и то их силы не безграничны.

Директриса посмотрела на меня.

— Будешь учиться с пятикурсниками.

— Но это же почти выпускники! — мужчина шагнул ближе.

— Но и ей не пятнадцать, чтобы начинать всё с начала. Сколько тебе, кстати?

— Восемнадцать.

— Ну вот, как раз пятый курс, — она что-то записала в своём блокноте. — Завтра на рассвете тебя представят Совету. А теперь иди — тебя проводят в твои покои.

Тяжело вздохнув, я развернулась и направилась к выходу. Дверь кабинета захлопнулась за спиной, и я зашагала за Саргоном.

Коридор казался бесконечным. Наши шаги — его тяжёлые, размеренные, мои — чуть более быстрые, нервные — эхом отражались от каменных стен.

— Ты удивительно молчалива для человека из рода Мальдроттов, — наконец произнёс мужчина, не глядя на меня.

— А ты удивительно разговорчив для того, кто явно ненавидит мой род.

Он резко остановился, и я едва не врезалась в него. Когда он обернулся, его глаза — холодные, как лёд зимнего озера — впились в меня с такой ненавистью, что я невольно отступила на шаг.

— Во-первых, не ты, а вы, а во-вторых, ты не представляешь, через что пришлось пройти этой академии из-за твоей семейки, — прошипел он, и каждое слово ударяло, словно кинжал. — Твои родственники оставили после себя не только трупы, но и разорванные души. А теперь ты здесь, с этим... — он резко опустил взгляд на мои ключицы, — клеймом Света. Я знаю, чем заканчиваются истории про "особенных" Мальдроттов. Последний раз это стоило жизни трём студентам с этого факультета.

Я почувствовала, как начала выходить из себя, но не отступила. Вместо этого шагнула ближе, и между нами осталось лишь несколько дюймов.

— Я не отвечаю за поступки своих предков, — сказала я тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало чётко. — И если вы думаете, что я пришла сюда продолжать их дело, то глубоко ошибаетесь.

— Тогда зачем ты здесь? — он говорил сквозь зубы.

Я немного отклонилась назад.

— Зачем же люди поступают в учебные заведения? Чтобы учиться, разумеется.

— Неужели твои великие предки не соизволили этого сделать?

Я замолчала и уставилась на него. В груди бились чувства обиды и ненависти, но мне нельзя было портить отношения со всеми в первый же день. Каждый здесь мог знать какую-то информацию.

— То, чему меня учили предки, — моё личное дело, — оторвав от него взгляд, я зашагала дальше, будто знала, куда идти.

Так мы и шли молча, пока в какой-то момент мужчина не остановился у двери с серебряной табличкой.

— Здесь ты будешь жить, — пробурчал он. — Завтра в седьмом часу утра я приду за тобой. Будь готова.

Он развернулся, даже не посмотрев в мою сторону.

Дверь в новые покои оказалась не заперта. Войдя внутрь, я обнаружила просторную комнату с высоким окном, через которое лился лунный свет. Внутри оказался только стол, шкаф и кровать, на которой уже лежала аккуратно сложенная форма — чёрный бархатный мундир с серебряными пуговицами, юбка, кожаный ремень и высокие сапоги.

Удивившись отсутствию второго спального места и, соответственно, соседки, я затащила чемодан внутрь, достав только спальные вещи. Переодевшись, глянула в зеркало и посмотрела себе прямо в глаза.

— Кто же ты на самом деле? — но мне никто не ответил.

Лучи рассвета пробивались сквозь тяжёлые шторы, когда я открыла глаза. Комната, ещё вчера казавшаяся чужой и холодной, теперь выглядела почти уютной в мягком утреннем свете. Я потянулась, чувствуя, как ныли некоторые мышцы после беспокойного сна.

«Совет. Сегодня меня представят Совету».

Мысль заставила резко сесть. Время до прихода Саргона было ограничено, а выглядеть нужно было безупречно.

Я встала с кровати и подошла к окну, распахнув шторы. Академия Визторн простиралась передо мной во всём своём величии — башни, увенчанные шпилями, мосты между корпусами, сады с тёмными деревьями, листья которых отливали серебром. Где-то внизу студенты в чёрных мундирах спешили на утренние занятия.

«Скоро я буду среди них».

Развернув чемодан, я достала небольшой флакон с духами, щётку для волос и всё для лица. Умывшись и сделав лёгкий макияж, я переоделась. Местная форма оказалась на удивление хорошо подогнана — мундир плотно облегал фигуру, не стесняя движений, а сапоги, хоть и жёсткие, не натирали.

Я застегнула серебряные пуговицы, поправила воротник и взглянула на себя в зеркало.

«Мелиора Мальдротт. Студентка факультета Света».

Звучало как-то странновато. Хмыкнув своим мыслям, я приступила к причёске —собрала волосы в тугой узел, оставив лишь несколько прядей, обрамляющих лицо.

Тук-тук.

— Входите, — сказала я, не оборачиваясь.

Дверь открылась, и на пороге показался Саргон. Мужчина был одет в такой же мундир, но с дополнительными серебряными нашивками, обозначавшими его статус. Белые волосы собраны в низкий хвост, а голубые глаза оценивающе скользили по мне.

— Готова? — спросил он сухо.

— Да.

— Тогда идём. Совет не любит ждать.

Я кивнула и последовала за ним.

Коридоры академии днём показались мне ещё более величественными. Стены украшали портреты великих магов и существ, а между ними висели светильники, мерцавшие мягкими голубыми огнями. Мы прошли через несколько залов, пока не остановились перед огромными двойными дверьми, украшенными символами трёх факультетов.

— Сюда, — сказал Саргон, останавливаясь.

Я выпрямила спину.

— Что мне нужно делать?

— Ничего. Просто слушай и отвечай, когда спросят. И… — он на секунду заколебался, — постарайся вести себя сдержаннее.

Цокнув, я всё же кивнула.

Спустя пару мгновений двери перед нами медленно распахнулись.

Зал Совета оказался круглым, с высокими витражными окнами, через которые лился разноцветный свет. В центре стоял массивный стол, за которым сидели двенадцать человек — по четыре от каждого факультета. Их лица были скрыты капюшонами, но я чувствовала, как все взгляды устремились на меня.

На возвышении в конце располагалась Изольда Форскот.

— Мелиора Мальдротт, — произнесла она, и её голос разнёсся по залу. — Подойди.

Я сделала шаг вперёд, чувствуя, как сердце бешено колотилось в груди.

«Не показывай страх. Никогда не показывай страх».

— Ты пришла в академию Визторн по своей воле? — спросила одна из фигур за столом.

— Да.

— Ты понимаешь, что значит быть студентом факультета Света?

Я сжала кулаки и глубоко вдохнула.

— Я понимаю, что значит быть Мальдротт, но мой знак выбрал путь за меня.

Тихий шёпот пробежал по всему помещению.

— Твой род веками служил Тьме, — сказал другой голос, на этот раз мужской. — Почему мы должны верить в то, что ты несёшь Свет?

Я подняла голову.

— Я здесь, и я прошла испытания.

— Их можно обмануть, — прошипел кто-то.

— Тогда проверьте меня сами.

Наступила тишина. Изольда медленно поднялась со своего места.

— Довольно, — её голос был тихим, но в нём чувствовалась непререкаемая власть. — Знак не лжёт. Если Свет принял её, то и мы должны.

Один из членов Совета тоже встал.

— Но она — Мальдротт.

— И что? — Изольда улыбнулась. — Разве не в этом суть академии? Мы даём шанс каждому, кто этого достоин.

Казалось, воздух вот-вот заискрится от невидимого напряжения. Члены Совета переглядывались. Их лица, скрытые глубокими капюшонами, оставались нечитаемыми, вокруг витало недоверие.

Один из магов — высокий, с длинными пальцами, сцепленными перед собой, — медленно поднялся. Его мантия, отороченная серебряными нитями, выдавала принадлежность к факультету Света, но голос звучал холодно:

— Мальдротты веками пили кровь наших учеников. Их тени до сих пор бродят по этим коридорам. И теперь мы должны принять ещё одну?

Его слова повисли в воздухе.

С противоположной стороны стола ответил высокий голос — женщина в тёмно-синей мантии, чьи руки покоились на древнем фолианте с потрескавшимся переплётом:

— Знак не выбирает случайно. Если Свет отметил её, значит, в ней есть то, что перевешивает её кровь.

— Или это ловушка, — резко оборвал третий, мужчина в мантии с узорами, напоминающими сплетённые корни. Его пальцы нервно постукивали по дереву. — В последний раз, когда Мальдротт ступил в эти стены, мы потеряли трёх студентов.

Я стояла неподвижно, но внутри всё сжалось. «В моей семье никто не говорил об этом».

Изольда наконец подняла руку. Её движение было неторопливым, но все сразу замолчали.

— Вы забываете, — её голос звучал мягко, но с неумолимой твёрдостью, — что Академия Визторн стоит на трёх принципах: знание, равновесие, искупление. Если мы откажем ей только из-за её имени — то чем мы лучше тех, кого осуждаем?

Маг в серебряной мантии сжал кулаки.

— Это не просто имя. Это проклятие.

— А разве мы не должны разрывать проклятия?

Тишина.

Затем с края стола поднялась ещё одна фигура — старик с морщинистым лицом, наполовину скрытым тенью капюшона. Его голос был хриплым, словно перетёртым пеплом.

— Я знал её деда. Лорда Мальдротта. Он был… жесток, но даже в нём иногда пробивался свет. — Он медленно повернулся ко мне. — Если ты действительно выбрала этот путь — докажи. Отрекись от Тени.

Все замерли.

Я почувствовала, как Саргон слегка напрягся рядом. «Они ждут, что я отрекусь от своей семьи. От своего рода. От всего, что у меня осталось».

Я медленно подняла голову.

— Нет.

В зале снова пронёсся шёпот.

— Но я и не продолжу их путь, — добавила я, глядя прямо в глаза старику. — Я пришла сюда не за тем, чтобы быть тенью Мальдроттов. Я пришла, чтобы стать собой.

Изольда слегка улыбнулась. Маг в серебряной мантии резко встал.

— Этого недостаточно!

— А что будет достаточно? — внезапно вступился Саргон. Его голос прозвучал резко, почти вызывающе. — Клятва крови? Испытание огнём? Или вы боитесь, что не сможете противостоять ученице?

Глаза мага вспыхнули.

— Ты забываешь своё место, Азкарон.

— Нет. Я помню его слишком хорошо.

Изольда снова подняла ладонь вверх.

— Довольно.

Её слово прозвучало как удар гонга — окончательно, бесповоротно. Она обвела всех взглядом.

— Мы голосуем.

Один за другим маги поднимали руки. Некоторые — нехотя, другие — с холодной решимостью. Когда последний голос был отдан, Изольда объявила:

— Мелиора Мальдротт принята на факультет Света.

Я опустила голову в формальном поклоне, но внутри бушевали эмоции.

«Я сделала это. Я в Академии».

Но одна мысль не давала покоя: «Кто-то убил мою семью. И этот кто-то — здесь».

Саргон слегка коснулся моего локтя, давая знак уходить. Я повернулась и пошла к дверям, чувствуя, как в спину впивались десятки взглядов — одни полные ненависти, другие — любопытства, третьи… ожидания того, что будет дальше.

Мы вышли из зала, чувствуя, как напряжение медленно спадало, не исчезая полностью. Мужчина шёл рядом, но его лицо оставалось непроницаемым, в глазах читалось что-то, что я не могла расшифровать — то ли удовлетворение, то ли тревога.

— Теперь тебе нужно пройти церемонию посвящения, — сказал он, не глядя на меня. — Она состоится завтра на рассвете в Саду Света.

— Ещё? Что за церемония?

— Ты получишь свой амулет — символ принадлежности к факультету. Без него ты не сможешь посещать занятия. — Он остановился и наконец посмотрел на меня. — И не опаздывай. Свет не терпит безответственности.

Я кивнула, но его слова вызвали во мне лёгкое раздражение. Казалось, он намеренно подчёркивал, что я здесь чужая.

— Сейчас у тебя свободное время, — продолжил Саргон. — Осмотри академию, познакомься с учениками, но будь осторожна. Не все здесь рады твоему присутствию.

«Это я уже поняла» — хотелось съязвить в ответ, но я сдержалась.

Саргон исчез за поворотом коридора, а я осталась стоять, прислушиваясь к урчанию собственного желудка. «Когда я вообще последний раз ела?» — мысль о еде перевесила все остальные заботы.

Я двинулась наугад, следуя за ароматом свежего хлеба, витавшего в воздухе. Академия была огромной, но инстинкты не подвели — через несколько минут я вышла к массивным дубовым дверям с выгравированными на них символами чаши и колоса. Оттуда доносились голоса и звон посуды. Столовая.

Внутри царил оживлённый гомон. Длинные столы были уставлены блюдами: дымящиеся супы, свежий хлеб, запечённое мясо, фрукты и кувшины с соком. Ученики разных факультетов — Теней, Света и Равновесия — сидели смешанными группами, но сразу было заметно, что все держались особняком.

Я неуверенно замерла на пороге.

— Эй, новенькая! — чей-то голос заставил меня вздрогнуть.

За одним из столов на меня смотрела девушка с тёмно-зелёными волосами. Она махала рукой с дальнего угла, где сидело несколько светлых магов.

— Иди к нам!

Я кивнула и направилась к ним, чувствуя, как на меня оборачивались десятки глаз. Поднимался небольшой гул:

«Это та самая Мальдротт?»

«Говорят, она прошла испытания Света, хотя её род веками служил Тьме...»

«Наверное, подстроила. Мальдротты всегда врут».

Я сжала кулаки. Когда все успели узнать, что в Академию прибыл кто-то новенький? Девушка, словно почувствовав мой гнев, привстала, чтобы поприветствовать, и, когда мы сели, сразу пододвинула тарелку.

— Не обращай внимания. Вот, попробуй пирог с мёдом — шеф-повар колдует над выпечкой лучше, чем наши преподаватели над заклинаниями. Я, кстати, Вивьен.

— Мелиора.

Блюдо действительно оказалось волшебным — воздушным, с хрустящей корочкой. Я едва сдержалась, чтобы не проглотить его целиком.

— Ты выглядишь так, будто тебя неделю не кормили, — усмехнулся парень напротив, с тёмными волосами и шрамом через бровь. — Я Марк.

Я кивнула, приветствуя, и заметила, что девушка внимательно осматривала меня, будто не веря своим глазам.

— Что-то не так?

— Нет, всё отлично, просто... — она хмыкнула. — Ты уже легенда. Первая Мальдротт на факультете Света за пятьсот лет.

Я не ответила, только набрала ещё еды — жареную рыбу с травами, тёплые булочки с корицей и кусок сыра. Академическая еда оказалась неожиданно вкусной, хотя ароматы почти не чувствовались — мысли возвращались к окружающим людям, шепоту за спиной и словам Саргона:

«Не все здесь рады твоему присутствию».

— Кстати, — Вивьен наклонилась ко мне, её слова вернули в реальность. — Ты ещё не ходила на занятия?

— Нет, Саргон сказал, что я не могу этого делать, пока не получу какой-то значок. Что с вами?

Ребята хитро улыбались.

— Саргон, говоришь? — Марк усмехнулся. — Просто для справки, он здесь для всех профессор Азкарон, но если у вас какие-то другие отношения...

Вивьен рассмеялась, а я закатила глаза.

— Как вам... Академия?

Марк откинулся на спинку скамьи, разломив пополам булочку с изюмом.

— Академия? Ну, знаешь, как обычно — магия, интриги, парочка загадочных смертей в прошлом семестре. Ничего особенного.

Вивьен легонько ударила по столу.

— Не пугай её! — Она повернулась ко мне, её зелёные глаза сверкали. — На самом деле тут здорово. Особенно если не лезть в запретные секции библиотеки и не задавать лишних вопросов.

— Каких, например? — Я отодвинула пустую тарелку, чувствуя, что наконец насытилась.

Парень со светлыми волосами, сидевший рядом с Марком и молчавший до этого момента, вдруг хмыкнул.

— Например, «Почему в подвале третьего корпуса по ночам слышны крики?» или «Куда пропадают студенты, которые слишком интересуются тёмными артефактами?»

Вивьен закатила глаза.

— Спасибо, Кэл. Теперь она точно будет спать с ножом под подушкой.

— Так это правда или нет? — я подняла бровь.

— Нет, конечно. — Лицо девушки приняло сочувственное выражение.

Остальные рассмеялись. За соседним столом кто-то громко хлопнул кубком по дереву.

— Ставлю на то, что Мальдротт не продержится здесь и пары дней! — голос был резким, насмешливым.

Я не стала оборачиваться, но пальцы непроизвольно сжали край скамьи.

Вивьен нахмурилась.

— Игнорируй. Это Дэмиен с факультета Теней. Он просто злится, что его старшего брата выгнали за попытку украсть древний гримуар.

— А при чём тут я?

— Твой дед когда-то преподавал здесь. Говорят, именно он настоял на его отчислении из Академии.

«Дед преподавал здесь? Сколько ещё нового я узнаю про свою семью?»

— Замечательно, — я вздохнула. — Значит, у меня тут куча тайных врагов, о которых я даже не подозревала?

— Не волнуйся, — Марк ухмыльнулся. — Большинство просто боится тебя.

— И это должно меня утешить?

— Да. Потому что если боятся — значит, уважают.

Я хотела ответить, но в этот момент громко прозвонил колокол, означавший начало занятий.

Я встала из-за стола.

— Пожалуй, осмотрю академию получше. Где здесь библиотека?

— Отсюда прямо по коридору и направо, — Вивьен тоже поднялась. — Мы бы тебя проводили, но сейчас урок, и нас точно исключат, если снова опоздаем.

Попрощавшись друг с другом у выхода из столовой, мы направились в разные стороны.

Библиотека действительно оказалась там, где говорила девушка. Войдя внутрь, я на мгновение застыла от шока. Помещение представляло из себя огромный зал с высокими потолками, заполненный книгами снизу доверху. Воздух был пропитан запахом пергамента и старой магии.

Я медленно шла между стеллажами, проводя пальцами по корешкам. Некоторые из них шептались, когда я к ним прикасалась, другие молчали, словно храня древние секреты. Моё внимание привлекла небольшая книга в чёрном переплёте с серебряными буквами: «История академии Визторн».

Осторожно достав её, я открыла первую страницу. Она была пожелтевшей от времени, но текст виднелся отчётливо. Перелистывая, даже нашла главу, посвящённую своему роду. Сердце забилось чаще, стоило начать читать:

«Мальдротты — один из древнейших родов, связанных с Тенями. Их власть над тёмной магией была непревзойдённой, но их жестокость и жажда власти привели к множеству конфликтов внутри академии. Последний раз представитель этого рода покинул стены Визторна двадцать лет назад после трагических событий, унесших жизни нескольких студентов...»

— Интересное чтиво, — за спиной раздался голос.

Я резко обернулась. Передо мной стояла девушка с каштановыми волосами, собранными в небрежный пучок. Она бегала по мне глазами с любопытством, а на её мундире красовался серебряный знак факультета Теней.

— Лизи.

— Мелиора.

— Знаю, — улыбнулась она. — О тебе уже все говорят. «Мальдротт, которая выбрала Свет». Довольно неожиданно.

— Для меня тоже, — честно призналась я.

Студентка звонко рассмеялась, но мне на мгновение почему-то стало неловко.

— Если хочешь узнать больше о своём роде, тебе стоит поискать Чёрный зал. Там хранятся... менее приглядные страницы нашей истории.

Я прищурилась.

— Где он находится?

— Официально — его нет, — Лизи понизила голос. — Но если добраться до дальней части библиотеки, то... — она замолчала, увидев, как по коридору прошёл один из преподавателей. — В общем, ты поняла.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— А зачем ты читаешь про свою семью в истории академии? — девушка подняла одну бровь.

— По-моему, это не твоё дело, — я отложила книгу.

— Ну да, ты права.

Она улыбнулась и исчезла между стеллажами, а я, так и не поняв, к чему всё это было, решила продолжить своё исследование. В «Истории Академии» больше не содержалось никакой существенно важной информации. Только наша родословная, поэтому, разочарованно вздохнув, я двинулась дальше.

...

Окунувшись в чтение ещё пары книг, я не заметила, как солнце потихоньку клонилось к закату. Поставив всё на места, я тихонько вышла из библиотеки и двинулась дальше по коридору. Мне удалось запомнить расположение некоторых залов и классов, а в какой-то момент я вышла к высоким арочным дверям. На табличке значилось: Сад Света.

«Завтра там будет церемония...»

Двери оказались незаперты. Я толкнула их, и передо мной открылся удивительный вид: серебристые деревья с полупрозрачными листьями, цветы, излучающие мягкий свет, и в центре — огромное древнее дерево с корнями, уходящими глубоко под землю. Воздух был наполнен сладким ароматом, который не получалось определить.

Я медленно шла по дорожке, выложенной белым камнем, касаясь пальцами лепестков светящихся растений. Они реагировали на прикосновения, слегка вспыхивая.

«Здесь так спокойно...»

Но это спокойствие оказалось обманчивым.

— Что ты здесь делаешь? — раздался холодный голос.

Я развернулась. Саргон стоял в тени дерева, его белые волосы почти сливались с листвой. В руках он держал книгу в тёмном переплёте.

— Профессор, — я слегка кивнула, стараясь скрыть неловкость. — Я просто... осматривала академию.

— В Саду Света запрещено находиться ученикам не с нашего факультета, — он сделал шаг вперёд, и лунный свет упал на его лицо, подчёркивая резкие черты. — Особенно тем, кто ещё даже не прошёл посвящение.

— Меня никто не предупредил, — я пожала плечами.

— Тебя много о чём не предупреждали, Мелиора Мальдротт, — мужской голос звучал тихо, но каждое слово ударяло. — Но это не значит, что правила для тебя не существуют.

Брови сами поползли вверх.

— Я не просила для себя исключений.

— Разве? — он слегка наклонил голову.

Я вглядывалась в его глаза и спустя минуту или две всё же решилась спросить.

— Что здесь произошло двадцать лет назад?

Саргон замер, его глаза потемнели. Было видно, как этот вопрос выбил его из колеи. Я сделала шаг вперёд.

— Почему все здесь ненавидят мой род? Что такого сделали Мальдротты?

Ректор уже пришёл в себя, но его пальцы сильно сжимали книгу.

— Твой отец пытался нарушить равновесие, — наконец сказал он. — И заплатил за это цену.

— Какую?

— Не твоя забота, — резко оборвал мужчина. — Тебе стоит думать о завтрашней церемонии, а не копаться в прошлом.

Я хотела возразить, но в этот момент где-то вдали прозвучал колокол, знаменовавший отбой.

— Время. Тебе пора возвращаться.

Я снова посмотрела на него. Внутри бушевали эмоции, хотелось наорать на мужчину, потребовать, чтобы он рассказал всё, что знает, но вместо этого, высоко подняв голову, я прошла мимо, кинув напоследок, выговаривая каждое слово:

— Добрых вам снов, профессор, — и направилась в комнату.

«Саргон что-то скрывает... Говорил ли он про их убийство, когда упомянул, что отец поплатился за свои действия? Надо всё выяснить».

Погрузившись в мысли, я не заметила, как ноги сами принесли меня к моим покоям.

Они встретили меня тишиной и лунным светом, льющимся через высокое окно. Я прислонилась к двери и закрыла глаза, пытаясь успокоить бешеный стук сердца.

«Отец... что ты натворил?»

Решив обдумать всё это завтра, я начала готовиться ко сну. Переодевшись в ночную рубашку, потянулась, чувствуя, как усталость навалилась на плечи. Утром — очередная церемония, а значит, нужно было выспаться.

Потушив свечу и устроившись поудобнее, я уткнулась лицом в прохладную подушку и почти оказалась в царстве Морфея, когда воздух в помещении потяжелел. Я открыла глаза — темнота вокруг сгустилась, стала плотнее, почти осязаемой.

Бульк.

Я резко села на кровати. Звук раздался из угла, будто капля воды упала на каменный пол.

Бульк. Бульк.

Звук постепенно переходил в отчётливые шаги. Медленные, размеренные. Кто-то был в моей комнате.

«Не может быть...»

— Кто здесь?

Я вцепилась пальцами в одеяло, когда в слабом свете проступили очертания какого-то силуэта.

Тень.

Не просто отсутствие света — живая, пульсирующая тьма, принимающая очертания человека, очень похожего на меня...

— Спишь, дорогая? — раздался голос, мой собственный, но искажённый, будто звучащий из глубины колодца.

Фигура сделала шаг вперёд, и я заметила пару красных глаз, неотрывно следивших за каждым движением.

— Как тебе наш новый дом? — Тень провела пальцами по спинке стула. Дерево моментально покрылось инеем. — Довольно уютно...

Я попыталась закричать, но голос застрял в горле. Тело не слушалось, будто парализованное. Сущность рассмеялась — звук заставил задрожать стёкла в окне.

— Не пытайся звать на помощь. Они всё равно не услышат, — она наклонилась ближе, и я почувствовала запах горелой плоти. — Это же, знаешь... семейное дело.

— Что ты такое?

— Я — то, что скрывается в твоей крови, — Тень сделала ещё шаг. — Ты думала, сможешь убежать от меня? От себя?

Я отодвинулась к стене, нащупывая за спиной что-то, что могло бы стать оружием.

— Уходи.

— Я всегда с тобой, Мелиора, — она протянула руку, и я почувствовала, как холодные пальцы обвили моё запястье. Её прикосновение жгло. — Ты носишь знак Света, но в тебе больше Тьмы — и ты это прекрасно знаешь.

Я рванулась назад, вырывая кисть.

— Испытания не врут!

Сущность рассмеялась жутким, переливающимся звуком.

— Это всё ложь. Ты сама прекрасно понимаешь. Мальдротты веками служили мне.

— И что?

— Кровь не водица, знаешь ли, — она улыбалась.

— Чего ты от меня хочешь?

— О, скоро ты это узнаешь. А пока... — Тьма начала удаляться обратно в угол. — Наслаждайся свободой.

Спустя мгновение всё стихло. Я рухнула на кровать, дрожащими руками обхватив голову.

«Это было реально? Или мне показалось?»

Я оглянулась по сторонам. Всё вернулось в своё прежнее состояние, стало легче дышать. Только за окном ветер завыл сильнее, и мне показалось, что в нём слышался шёпот:

«Ты принадлежишь мне...»

Я натянула одеяло до подбородка и закрыла глаза, понимая одно — всё гораздо сложнее, чем можно было предположить.

До рассвета уснуть так и не получилось. Каждый раз, когда веки слипались от усталости, в памяти всплывала тень. Её голос, её слова.

Устав думать об этом, я, когда первые лучи солнца поползли по подоконнику, наконец поднялась с кровати. Тело ныло, будто после долгой битвы.

Я умылась ледяной водой, пытаясь прогнать остатки сна, и надела форму. В зеркале отразилась бледная девушка с тёмными кругами под глазами. «Прекрасный вид для торжественного события», — усмехнувшись своим мыслям, вздрогнула, когда в дверь громко постучали. На пороге оказался Саргон собственной персоной.

— Ты готова? — Его белые волосы снова были стянуты в тугой хвост, а глаза бегали по комнате.

— Как видите.

Он кивнул и вернулся в коридор. Мы шли молча, но в воздухе витало напряжение.

— Что будет на церемонии? — наконец спросила я.

— Ты получишь амулет факультета, — ответил Саргон, не замедляя шаг.

— Это всё?

— А ты хотела чего-то ещё? — Мужчина быстро глянул в мою сторону, но сразу отвернулся.

Больше выяснять я не ничего не стала, не хотелось портить настроение.

Сад Света встретил нас тишиной. В отличие от вчерашнего вечера, сейчас он выглядел иначе: серебристые деревья стояли неподвижно, их листья не шелестели, а цветы не светились. Будто всё замерло в ожидании.

Я огляделась в надежде увидеть хотя бы пару преподавателей или членов Совета, но кроме нас с ректором здесь никого не было.

— Где все? — спросила я, не скрывая удивления.

— Никого не будет, — мужчина направился к древнему дереву в центре. — Только я.

— Почему?

— Потому что не вижу смысла ломать всем распорядок дня только из-за этого.

Я нахмурилась.

— Разве церемония посвящения не важное событие?

— Для тебя — да, — он остановился у массивных корней и повернулся ко мне. — Для остальных — просто формальность.

Его слова звучали холодно, но не зло. Скорее... отстранённо. Будто он действительно считал, что нет нужды собирать весь факультет ради одной новенькой, да ещё и Мальдротт.

— Значит, вы будете проводить её один?

— Да.

— А Изольда?

— Она доверила это мне.

Саргон достал из складок мантии небольшую серебряную брошь — точную копию знака на моих ключицах.

— Подойди и положи руку на амулет.

Я послушалась. Металл оказался холодным, но в нём чувствовалась странная вибрация, будто внутри билось крошечное сердце.

— Теперь повторяй за мной, — его голос стал глубже, торжественнее. — Я, Мелиора Мальдротт, добровольно принимаю амулет Света и клянусь следовать его путём.

Я повторила.

— Обязуюсь чтить законы факультета и не использовать магию во вред.

— Обязуюсь чтить законы факультета и не использовать магию во вред.

— Я признаю, что Свет — это не только сила, но и ответственность.

— Я признаю, что Свет — это не только сила, но и ответственность.

Ректор замолчал, его пальцы крепче сжали украшение.

— И последнее... — его голос стал тише. — Если я нарушу эту клятву, пусть Свет отвернётся от меня.

Я замерла.

— Это... обязательно?

Он посмотрел на меня, и в его глазах впервые промелькнуло что-то, кроме холодной отстранённости.

— Ты можешь отказаться, но тогда церемония не будет завершена.

Я сжала губы.

— Хорошо. Если я нарушу эту клятву, пусть Свет отвернётся от меня.

Амулет вспыхнул.

Я вскрикнула — по руке пробежала волна жара, будто кто-то влил под кожу расплавленное серебро. Боль была резкой, но короткой. Когда открыла глаза, брошь уже висела у меня на пиджаке, а на ладони остался лёгкий ожог.

— Теперь ты официально ученица факультета Света, — сказал профессор, отступая на шаг.

Я дотронулась до украшения. Оно было тёплым.

— Почему всё прошло так... спокойно? Я думала, церемония — это что-то грандиозное.

— Для других она была такой, но не для тебя.

— Почему?

Он задержал на мне взгляд.

— Потому что тебе и так будет тяжело.

Я поняла, что имелось в виду, и спорить не стала.

— Спасибо.

Саргон кивнул и уже собирался уходить, но я не удержалась:

— Вы действительно ненавидите мой род?

Он остановился.

— Я ненавижу то, что они делали.

— Но что, если у них просто не было выбора?

Мужчина обернулся и пристально посмотрел мне в глаза.

— Это не отменяет того, что из-за этого погибли невинные.

— Вы говорите про учеников?

Профессор замер.

— Да. — Но тут же быстро пришёл в себя. Развернувшись, кивнул напоследок. — Возьми нужные книги в библиотеке.

После чего ушёл, оставив меня одну в Саду Света с блестящей брошью на шее и сотней новых вопросов.

...

Дневной свет как будто подчёркивал количество пыли на полках библиотеки. В отличие от вчерашнего дня, сегодня здесь не было ни души — ни студентов, ни работников. Только бесконечные шкафы.

Я уже собиралась начать поиски, как вдруг заметила на ближайшем столе аккуратно сложенную стопку. Три книги: “Основы светлой магии” — толстый том в белом переплёте с серебряными буквами, “Этику и ответственность мага” — тонкую, но плотную книгу с застёжкой в виде солнечного узора и уже знакомую мне “Историю академии Визторн”.

На верхней лежала записка:

“Для Мелиоры Мальдротт. Не опаздывай на занятия. — С.А.”

Саргон.

Я закатила глаза. Мужчина что, будет попадаться мне на каждом шагу? Даже заранее позаботился о том, чтобы не пришлось рыться в каталогах, или... просто не хотел, чтобы я лишний раз бродила по библиотеке?

Забрав книги, отправилась в свою комнату. Желудок предательски заурчал, напоминая, что с момента последней трапезы прошло слишком много времени. Решив быстро закинуть учебники на кровать, я направилась в столовую.

Шум голосов и аромат свежей выпечки снова встретили меня ещё на пороге. Здесь вновь было полно студентов — кто-то оживлённо обсуждал последние новости, кто-то торопливо доедал завтрак перед занятиями. Присмотревшись, за одним из столов я заметила Вивьен и Марка и сразу направилась к ним.

— Мелиора! — Казалось, ребята даже были рады моему появлению.

— Ну что, теперь ты официально одна из нас, — парень улыбнулся. — Добро пожаловать на самый скучный факультет.

— Это почему?

— Потому что Светлые маги — самые занудные, — рассмеялась девушка. — Никаких тёмных ритуалов, никакой запретной магии. Только медитации, изучение древних текстов и бесконечные лекции о балансе, ответственности и помощи другим.

Я хмыкнула, но внутри что-то сжалось. «Может, поэтому мой род всегда презирал Свет?»

— Когда начинаются занятия?

— Через час, — ответил парень. — Первые две пары теории у Миста, а потом практика — основы светлой магии.

— Прекрасно, — пробормотала я.

— Не волнуйся, — Вивьен похлопала меня по плечу. — Все преподаватели строгие, но справедливые.

Тёплый свет люстр мягко освещал длинные дубовые столы, заставленные блюдами, от которых поднимался пар. Я разломила булочку с маком, вдыхая сладкий аромат, и оглядела зал. Студенты факультетов Теней, Света и Равновесия всё так же сидели отдельными группами, но между ними мелькали редкие пересечения — пара, перешёптывающаяся в углу, компания, спорящая о заклинаниях.

— Так тебе нравится здесь? — спросила Вивьен, наливая себе гранатовый сок.

Я пожала плечами.

— Пока не поняла. Вроде бы всё прекрасно — библиотека огромная, еда отличная, но… — Я бросила взгляд на стол Теней, где Лизи Валк что-то шептала соседке, бросая на меня колючие взгляды.

— Но все смотрят на тебя, как на монстра? — закончил Марк, откусывая кусок жареной рыбы.

— Вроде того.

— Не переживай, — Вивьен махнула рукой. — Через пару недель привыкнут. Главное — не давать повода.

— А если он уже есть? — Я понизила голос. — Моя фамилия, например.

— Твой род — не ты, — резко сказал Марк. Его тёмные глаза внезапно стали серьёзными. — Здесь у многих древние фамилии. У всех есть скелеты в шкафу.

— Да, но не у всех эти скелеты связаны с трупами, — пробормотала я, ковыряя вилкой в тарелке.

Тишина. Вивьен с Марком переглянулись, и девушка неловко кашлянула.

— Ладно, хватит мрачных тем. Расскажи лучше, как тебе профессор Азкарон?

— Что?

— Ну, я просто подумала... — Однокурсница подмигнула. — Между нами, он самый завидный холостяк академии.

Марк фыркнул.

— Ты серьёзно? Он же ведёт себя как ледяная статуя. Говорят, в прошлом году студентка с факультета Теней попыталась его соблазнить — он заморозил ей волосы. Буквально.

— Это миф! — Вивьен закатила глаза. — Просто он… строгий, но если присмотреться — довольно симпатичный.

Я вспомнила его холодные глаза, резкие черты лица, белые волосы, собранные в тугой хвост. Да, довольно привлекательный, если бы не вечное выражение лица, будто он вот-вот тебя высечет.

— Он меня ненавидит.

— Ну, это потому что ты Мальдротт, — Марк пожал плечами. — Но если он всё же принял тебя на факультет, значит, увидел что-то…

— Что-то?

— Ну, знаешь. — Он улыбнулся. — Может, потенциал.

— Или у него просто не было выбора, — добавила Вивьен.

Я хмыкнула и отпила сока. Вдруг за спиной раздался громкий смех. Обернувшись, увидела группу студентов Теней, что-то бурно обсуждавших и бросавших в мою сторону насмешливые взгляды. Лизи подняла бокал с тёмно-красным напитком и громко сказала:

— За новых учеников! Пусть слава не ослепляет их разум.

— О, да заткнись уже, Лизи, — вздохнул Марк, не глядя на неё.

— Что, Вейланд, боишься, что твоя новенькая подружка тебя подставит? — Она улыбнулась, обнажив острые клыки. — Мальдротты любят предавать.

Вивьен положила руку мне на запястье, предупреждая.

— Не обращай внимания, — прошептала она. — Это провокация.

Но Лизи не унималась.

— Кстати, Мелиора, а правда, что твоя семья заключила договор с Тьмой? Говорят, они отдали ей души трёх жертв в обмен на силу.

Тишина в столовой стала гробовой. Даже шум посуды затих.

— Лизи, — резко сказал Марк, — хватит.

— Что? Я просто спрашиваю, — она притворно округлила глаза. — Разве тебе не интересно, с кем мы теперь учимся?

Я медленно встала.

— Да, интересно, — я старалась звучать спокойно. — Но куда любопытнее, почему тебя так заботит моё прошлое. Может, сама что-то скрываешь?

Лизи замерла. В её глазах мелькнуло что-то… странное. Страх?

— Осторожнее, Мальдротт, — прошипела она.

— А то что?

Девушка небрежно откинулась на спинку стула, играя серебряным ножом для фруктов.

— Себе же хуже сделаешь, — её глаза сузились. — Знаешь, я просто восхищаюсь твоей... наглостью. Мальдротты всегда умели выходить сухими из воды. Особенно когда за их спинами — кровь невинных.

Горячая волна грянула в виски.

— Ты ничего не знаешь о моей семье, — прошипела я.

— Знаю и достаточно, — студентка улыбнулась. — Твой отец был мясником. А ты? Ты просто ошибка, которую Свет по глупости принял.

Последняя нить терпения порвалась. Я резко взмахнула рукой — и чашка с кипятком, стоявшая перед девушкой, взорвалась, окатив её горячим чаем.

— А-а!

Она вскрикнула, отпрыгнув, и затем заорала:

— Ты пожалеешь об этом!

Её пальцы сжались в когтистый жест, и из-под стола вырвались чёрные щупальца тени, хлестнув меня по рукам. Боль обожгла кожу, но мне было всё равно. По стенам и полу поползли другие — тёмно-красные. Мои. Старое заклинание, которому научила мама. Я хлестнула по щупальцам — те взвыли и рассыпались в пепел. Студентка Теней отступила, её глаза расширились.

— Как ты...

Я замахнулась для нового удара, но вдруг что-то холодное обвило мои запястья — ледяные кандалы.

— ХВАТИТ!

Голос Саргона грянул, как удар грома. Я обернулась — мужчина стоял в дверях, а его пальцы были сжаты в магическом жесте. За ним толпились перепуганные студенты.

Лизи тут же притворилась жертвой:

— Она напала первой!

— Врёшь! — крикнула Вивьен, выбегая вперёд. — Валк спровоцировала её!

Саргон взглянул на разгромленный стол, на мои обожжённые руки, на девушку, с которой капал чай. Его лицо стало каменным.

— В кабинет директора. Обе. Сейчас.

Ледяные кандалы на запястьях таяли, оставляя на коже красные полосы. Я следовала за мужчиной по длинному коридору, чувствуя на себе десятки взглядов студентов. Лизи шла рядом, время от времени закатывая глаза.

— Ты ещё пожалеешь... — шептала она так тихо, что только мне удавалось услышать.

Я сжимала кулаки, но не отвечала. Брошь на пиджаке светилась, будто напоминая о клятве, которая только что была нарушена.

Спустя минут пять хождения по проходам академии мы, наконец, оказались в кабинете директрисы. Изольда Форскот сидела за массивным столом, её фиолетовые глаза изучали нас с холодной отстранённостью.

— Объяснитесь, — сказала она, не повышая голоса.

Лизи тут же бросилась вперёд:

— Она напала первой! Использовала тёмную магию без разрешения, обожгла кипятком!

— Врёшь, — прошипела я. — Ты сама начала!

— Доказательства? — Девушка подняла бровь.

— Довольно! — Изольда ударила ладонью по столу, и в воздухе гулко прозвучал магический звон. — Я не собираюсь разбирать ваши детские склоки.

Она перевела взгляд на Саргона.

— Что произошло?

Он скрестил руки на груди.

— Конфликт между факультетами. Лизи спровоцировала Мелиору, та не сдержалась. Виноваты обе.

Женщина медленно провела пальцами по резному краю, прежде чем заговорить:

— Мисс Валк, неделя работ в Саду Теней. Без помощников.

Каштановые волосы дрогнули, когда девушка резко подняла голову:

— Но там же...

— Именно поэтому, — холодно отрезала директриса. Затем повернулась ко мне. — А ты, Мелиора... Будешь работать в главном зале библиотеки. Каждый вечер в течение недели.

Лизи ехидно захихикала, но замолкла под взглядом пурпурных глаз. На лице Изольды мелькнуло что-то, похожее на разочарование.

— Ты нарушила клятву Света в первый же день.

Я опустила голову.

— Она оскорбляла мою семью.

— И это оправдывает твои действия? Ты должна следовать путём Света, девушка. Это значит — контроль, терпение, ответственность и, более того... отсутствие тёмной магии.

Я ничего не ответила.

— А ты, — директриса вновь повернулась к Лизи, — выйди.

Когда дверь закрылась, Изольда встала и подошла ближе.

— Ты не понимаешь, в какую игру ввязалась, — сказала она тихо. — Здесь тебя будут провоцировать, испытывать, и если сорвёшься снова...

— То что?

— Свет отвернётся от тебя, и никто не сможет защитить.

Я сглотнула.

— Ясно.

— Надеюсь, — она вздохнула. — А теперь ты свободна. Иди на занятия.

Я вышла из кабинета, чувствуя, как тяжесть всё больше оседала в груди. В коридоре меня тут же окружили Вивьен и Марк, их лица выражали смесь любопытства и тревоги.

— Ну и что сказала Форскот? — Парень схватил меня за локоть, оглядываясь по сторонам. — Неужели тебя отчислили?

— Марк! — Вивьен толкнула его в бок, но тоже смотрела на меня вопросительно.

Я провела рукой по покрасневшим запястьям, где ещё оставались следы.

— Неделя отработок в библиотеке. Каждый вечер. Даже в выходные.

— О-о, это же прекрасно! — Вивьен хлопнула в ладоши, но тут же спохватилась, увидев моё выражение лица. — То есть... я хотела сказать...

— Что в этом прекрасного? — я скрестила руки на груди. — Сиди и дыши книжной пылью, пока другие...

— Ты не понимаешь, — Марк понизил голос, оглядываясь на группу студентов Теней, проходивших мимо. — Вечерняя библиотека — это не просто наказание. Там хранятся...

Колокольный звон, возвещающий о начале уроков, прервал его. Вивьен нервно дёрнула меня за рукав.

— Пойдём, Мист ненавидит, когда опаздывают. Расскажем по дороге.

Мы поспешили по коридору, протискиваясь между группами студентов. Девушка шёпотом продолжила:

— Библиотека ночью — совсем другое место. Книги там... оживают, и многое, чего не видно при свете дня, становится явным. Говорят, можно даже найти Чёрный зал.

— Чёрный зал? — я нахмурилась. — Мне о нём говорила Лизи.

Однокурсница уставилась на меня:

— Правда? Когда?

— Столкнулись как-то раз в библиотеке.

Мы резко остановились перед большой дубовой дверью с выгравированным знаком равновесия — переплетёнными солнцем и луной. Вивьен торопливо поправила мой воротник.

— Мист — бывший инквизитор. Он чувствует ложь за версту. Лучше его не злить.

Нас встретил просторный класс с высокими витражными окнами. За кафедрой стоял худощавый мужчина с бритой головой и пронзительными голубыми глазами.

— А, новенькая, — его голос звучал как скрип пергамента. — Мелиора Мальдротт. Что ж, проходите, присаживайтесь.

Профессор улыбнулся тонкими губами и указал на свободное место.

— Итак, сегодня мы говорим о балансе и о том, что происходит, когда кто-то, — его взгляд задержался на мне, — решает его нарушить.

Я опустилась на скамью, чувствуя, как чужие глаза впивались в спину. На доске мелом были нарисованы три переплетённых круга — Свет, Тьма и Равновесие между ними.

— Кто-нибудь может сказать мне, — Мист обвёл класс взглядом, — почему академия до сих пор стоит, несмотря на все попытки её разрушить?

В классе повисло молчание. Преподаватель вздохнул и неожиданно указал на меня.

— Мисс Мальдротт, как вы думаете?

Я замерла, но быстро взяла себя в руки.

— Потому что... всегда находятся те, кто восстанавливает баланс?

Профессор остановился, его бледные брови поползли вверх. В классе кто-то ахнул.

— Интересный ответ, — наконец произнёс он. — Особенно учитывая, что ваш отец как раз был одним из тех, кто этот баланс нарушал. Впрочем, — мужчина резко развернулся к доске, — сегодня мы говорим о теории. Откройте учебники на странице сорок семь. Главу «Основные принципы равновесия».

Я машинально открыла книгу, но буквы расплылись перед глазами. В ушах стучало: «Снова отец... Баланс...»

Вивьен осторожно толкнула меня локтем и прошептала:

— Держись.

Но я едва слышала её. На полях учебника чьей-то рукой было выведено:

«Найди Чёрный зал. Там вся правда».

Почерк был мне незнаком, но больше всего пугало то, что чернила выглядели свежими, будто надпись появилась только что.

...

С трудом отсидев все занятия, я, еле передвигаясь, дошла до одной из скамеек в коридоре и плюхнулась на неё. Вивьен и Марк последовали за мной.

— Ну как ты? — встав напротив, девушка присела на корточки. — Сильно они тебя вымотали?

— Нет. Ну, точнее, это не преподаватели, а все, кто вокруг. — Обведя пальцем в воздухе, попыталась улыбнуться.

Марк устроился рядом.

— Да, нелёгкое это дело — принадлежать к одному из самых знатных родов.

Я не ответила, снова задумавшись обо всём, что сегодня произошло.

— Так вы мне расскажете, что это за зал в библиотеке? Уж больно часто стала про него слышать.

Ребята переглянулись. Вивьен наклонилась ближе, понизив голос до шёпота:

— Чёрный зал — это место, куда прячут всё, что может нарушить баланс. Книги, артефакты, даже воспоминания.

— Воспоминания? — я нахмурилась.

— Да. — Марк кивнул. — Там есть фолианты, которые могут показать прошлое так, будто ты сам в нём находишься.

— И… что, туда действительно можно попасть?

— Теоретически, да. — Вивьен оглянулась, убеждаясь, что никто не подслушивал. — Но говорят, это просто байка для студентов.

— Никто точно ничего не знает. — Марк пожал плечами. — Те, кто пытался пробраться туда, либо исчезали, либо возвращались… другими.

— В смысле?

— Без воспоминаний. Без эмоций. Как пустые оболочки, но это лишь слухи. Никто особо туда не суётся.

— Почему? Неужели никому не интересно?

— Ученики в эту всю историю особо не верят. Её обычно рассказывают первокурсникам или новеньким, чтобы добавить загадочности. Да и знаешь, — парень посмотрел в потолок, — даже если этот Чёрный зал существует... я не думаю, что в академии оставили бы что-то настолько ценное и опасное, чтобы кто угодно мог найти книги по разрушению баланса.

Я посмотрела на руки. В этом была доля правды, но если существовал шанс, что там действительно хранилась правда о моей семье, о том, что произошло…

— Вы знаете, как туда пробраться?

Ребята переглянулись.

— Зачем тебе это? — спросил Марк.

— Просто интересно. — Я отвела взгляд.

Вивьен прищурилась.

— Ты врёшь.

— Нет.

— Мелиора, — девушка положила руку мне на плечо. — Если тебе что-то нужно, мы поможем, но было бы славно, если бы ещё мы были честны друг с другом.

Я закусила губу. «Сказать им? Но что, если это их подставит? Что, если правда окажется хуже, чем я думаю?»

— Но... это правда. — В какой-то степени действительно так и было.

Марк вздохнул.

— Ладно. Не хочешь — не говори, но если решишься лезть туда — будь осторожна, наверное. И… — он понизил голос, — лучше, если никто из преподавателей этого не узнает.

— Я не дура, я и так это понимаю.

Парень кивнул, соглашаясь.

— Вы знаете, где вход?

— Нет. — Увидев моё удивление, однокурсница продолжила. — На самом деле никто не знает, но ходят слухи, что он находится в самом дальнем крыле.

— Скорее всего, это выдумали просто из-за того, что до туда обычно никто не доходит, и та часть не особо популярна у студентов. — Марк оглядывался по сторонам. — Но кто знает, может быть, это всё-таки правда.

— Да уж, яснее не стало. — Я взглянула на потолок. — Но всё равно спасибо. Не думаю, конечно, что у меня на такое хватит смелости, но собирать разные загадочные истории довольно занимательно. — Я попыталась сделать вид, что мне на всё это наплевать.

Парень с девушкой посмотрели друг на друга, явно слабо веря моим словам.

— Ладно, — однокурсник поднялся, — лично я уже проголодался. Предлагаю всем пойти поужинать. — И указал в сторону столовой.

Кивнув друг другу в знак согласия, мы все пошли в этом направлении.

...

После еды, попрощавшись с ребятами, я вернулась в свою комнату, чтобы подготовиться к первому дню наказания. Солнце уже клонилось к горизонту. Я переоделась в более удобную одежду — свободные брюки и просторную рубашку, заколола волосы, чтобы не мешали, и сунула в карман спички. На всякий случай.

«Найди Чёрный зал. Там вся правда».

Эти слова не выходили у меня из головы. Кто оставил эту надпись? Почему именно сейчас? И главное — что за «правда» там скрыта?

Я вздохнула и потянулась за книгами, которые сегодня дополнительно выдали на занятиях. Надо было хотя бы посмотреть, что это. Открыв «Основы равновесия», я вздрогнула, когда из неё выпал сложенный листок.

«Если решишь искать зал — жди полуночи. Двери появятся только после неё».

Я застыла. Это был тот же почерк, что и в учебнике. Кто-то явно следил за мной, подбрасывая подсказки… или ловушки.

Сердце забилось чаще. Мне следовало быть осторожной, но если там действительно были ответы…

Я сожгла записку, используя стоявшую рядом свечу, и, дождавшись назначенного времени для наказания, вышла из комнаты.

Библиотека поздним вечером и правда была совсем другим местом. Днём здесь царила тихая суета — шуршание страниц, шёпот студентов, шаги библиотекарей. Сейчас же огромный зал погрузился в гнетущую тишину, нарушаемую лишь скрипом старых полок и едва слышным воем ветра за окном.

Я осторожно прошла между рядами, освещая путь свечой. Моё задание оказалось простым — расставить книги по местам, проверить каталоги. Я начала с ближайших стеллажей, механически переставляя литературу, потому что мысли упорно возвращались к запретной секции.

«Чёрный зал… Полночь…»

Время тянулось мучительно медленно. Я проверяла всё по спискам, протирала пыль, даже пыталась читать, но в голове звучал только один вопрос: «Что скрывает тот зал?» Взглянув на часы, поняла, что до полуночи ещё два часа, и прислушалась.

Тишина.

Только скрип дерева и шелест страниц, будто книги переговаривались между собой. Вдруг свеча дрогнула, и пламя наклонилось в сторону, словно потянулось за невидимым ветром. Я остановилась.

— Кто здесь?

Ответа не последовало, но в груди закралось чувство, что за мной наблюдали. Решив, что здесь ничего опасного быть не могло, я зашагала в том направлении и неожиданно услышала шёпот.

«Мальдротт…»

Я резко обернулась. На столе лежала книга в тёмном переплёте. На обложке золотыми буквами горели слова:

«Истинная история рода Мальдротт»

Сердце заколотилось.

— Это… невозможно…

Я протянула руку, но в тот же миг книга шевельнулась, раскрывая страницы, и я увидела… себя. В комнате, в которой жила в академии, а передо мной…

Тень.

«Я всегда с тобой, Мелиора…»

Тот же голос. Как это могло попасть сюда? В тот момент рядом никого не было. Я попятилась назад, но страницы книги взметнулись, и из них вырвалась чёрная дымка, принявшая форму человеческой руки.

Она потянулась ко мне. Я вскрикнула и отпрыгнула, но было поздно — пальцы схватили за запястье. Также внезапно, как и первая, из книги вылезла вторая рука и схватила меня за голову.

Вспышка — и я уже стояла в злополучной гостиной, где нашла свою семью. Они снова были там. Всё повторялось.

— Нет... Нет...

Я попятилась, не желая вновь проживать этот кошмар, и вдруг всё тело резко начало подниматься вверх. Я зажмурилась, когда что-то выдернуло меня оттуда. Воздух вокруг сгустился, стал ледяным, и я почувствовала, как чьи-то пальцы сжали мои плечи.

— Дыши.

Голос был низким, твёрдым, но словно пробивавшимся сквозь толщу воды. Я захлебнулась, пытаясь вдохнуть, лёгкие отказывались слушаться.

— Мелиора. Дыши.

Я открыла глаза.

Передо мной стоял Саргон. Его пальцы впивались в плечи, а глаза горели странным светом. Мы были в библиотеке, но вокруг царил хаос — всё валялось на полу, свеча погасла, а стол, на котором лежала книга, был перевёрнут.

— Ч-что… — я попыталась говорить, но голос дрожал.

— Ты попала в ловушку. — Его слова звучали жёстко, но в них не было привычной холодности. — «Книга Обмана». Она показывает самые страшные кошмары человека, чтобы свести его с ума.

Я сглотнула, чувствуя, как трясло всё тело. Они снова были там. Все. В крови.

— Почему… — я сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. — Почему она была здесь?

Саргон нахмурился.

— Скорее всего, кто-то оставил её специально, потому что она не должна находиться в главном зале. Просто так её нигде не взять. — Он отпустил меня и поднял с пола фолиант с чёрным переплётом, теперь не имевшим золотой надписи. — Кто-то хотел, чтобы ты её нашла.

Я снова закрыла глаза, пытаясь успокоить пульс.

— Это… это было так реально.

— Потому что это твой страх. — Мужчина резко захлопнул книгу, и та на мгновение завизжала, словно живая. — Книги Обмана питаются им.

Я вздрогнула и опустилась на ближайший стул, чувствуя, как ноги подкашивались. Кто-то пытался убить меня или сломать.

— Выпей.

Я подняла голову. Саргон протягивал мне небольшой серебряный флакон.

— Что это?

— Успокоительное. — Он нахмурился, видя моё недоверие. — Если бы я хотел тебе навредить, то просто оставил бы с книгой.

Я взяла сосуд и сделала глоток. Жидкость оказалась сладковатой, с привкусом мяты и чего-то ещё — возможно, магии. Дрожь почти сразу же утихла, а мысли прояснились.

— Спасибо, — пробормотала я, возвращая фляжку.

Мужчина молча забрал её, спрятав в мундире. В его глазах мелькнуло что-то невысказанное — то ли сомнение, то ли понимание. Я массировала руки, чувствуя, как в пальцах пульсировала кровь.

— Вы видели? Мой кошмар.

Саргон замер. Его лицо осталось непроницаемым, но пальцы слегка сжались. Тишина растянулась.

— Да, — наконец ответил он.

Я закрыла глаза.

— Бояться этого нормально, — добавил профессор, и в его голосе впервые прозвучало что-то, похожее на… сочувствие? — Это ведь твоя семья. Страх потери всегда сильный.

Я резко вскинула голову.

— Я не боюсь.

Он нахмурился.

— Все люди боятся...

— Зачем бояться того, что уже случилось?

Его глаза расширились. На мгновение я увидела в них шок.

— Ты...

— Они уже мертвы, — мой голос звучал ровно, слишком ровно. — Бояться можно того, что может произойти, но то, что уже есть... это просто факт.

Саргон смотрел на меня так, будто видел впервые. Его губы слегка приоткрылись, но он не сказал ни слова. Однако спустя мгновение мужчина всё же взял себя в руки.

— Странно, что о твоей ситуации неизвестно в академии, — он потер подбородок. — Это может быть случайно, а может...

— Кто-то это скрыл?

Ректор взглянул на меня, но тут же отвернулся.

— «Книга Обмана» — не студенческая шалость.

Я посмотрела на него.

— Раз так, сэр, разве вы не слишком быстро оказались рядом, чтобы помочь мне?

Преподаватель уставился на меня с нечитаемым выражением на лице.

— Я пришёл проверить, как проходит твоё наказание и всё ли ты успела сделать. Кто же знал, что у тебя ещё есть дар вляпываться в неприятности?

— Ну, знаете, это не моя вина, что в вашей академии все хотят меня убить.

Мужчина сжал зубы, было видно, как он сдерживал эмоции. Какое-то время мы оба молчали, задумавшись о своём.

— Хорошо. Тогда начнём после твоих отработок.

— Что начнём?

— Обучение.

Я наклонила голову.

— Я думала, что уже учусь.

— Да, но... — его голос стал жёстким. — Думаю, в твоём случае необходимо чуть больше практики.

В воздухе повисло молчание.

— А как же ваши слова про то, что мне и так делают много исключений? Вы передумали?

— Нет, я по-прежнему так считаю.

— Почему тогда помогаете?

Саргон посмотрел в сторону, его лицо снова стало непроницаемым.

— Ты студентка моего факультета, — он повернулся к двери. — И я не позволю истории повториться вновь.

— Хотите так следить за мной? — мужчина не ответил. — Вас даже не остановит моя фамилия? — я последовала за уходящим ректором.

Но он только кивнул головой на выходе. Так и не поняв, было это ответом на вопрос или прощанием, я поплелась в свою комнату.

...

Проходили дни. Преподаватели продолжали косо поглядывать на меня, а студенты — шептаться за спиной, но я уже смирилась, поэтому просто уходила в библиотеку после ужина. Иногда мне помогали Вивьен и Марк, но от этого жить легче не становилось. 

Как бы то ни было, убить меня больше никто не пытался, поэтому на протяжении всех дней отработок единственное, что я пыталась сделать — попасть в ту самую дальнюю часть, о которой все говорили. Но что-то постоянно не давало — то библиотекари задерживались до ночи, то ко мне приставляли ещё одного провинившегося ученика, то сам ректор приходил проверить, как шли дела и не нужно ли снова меня спасать. Отчаявшись, я уже не знала, что делать, поэтому решила дождаться последнего дня наказания.

Когда он, наконец, наступил, я вознамерилась во что бы то ни стало проникнуть туда.

— Ну что? Как настроение? Сегодня же последний день, да? — мы с Вивьен сидели в столовой, пытаясь попробовать что-то, смутно напоминавшее кашу по виду.

— Настроение? — я ковыряла ложкой в тарелке, стараясь не смотреть на подозрительно шевелящееся месиво. — Как у человека, который вот-вот освободится от каторги.

Вивьен хихикнула, но тут же прикрыла рот рукой, оглядываясь по сторонам.

— Было что-нибудь интересное за всё это время? — она понизила голос.

Я пожала плечами:

— Если не считать попытки меня убить — не особо.

— Убить? — девушка чуть не выронила ложку. — Что ты имеешь в виду?

— «Книга Обмана», знаешь такую? — я наклонилась ближе. — Она была подброшена. Кто-то явно хочет, чтобы это место стало последним, что я увижу.

Вивьен побледнела.

— Почему ты не рассказывала? Мелиора, может, тогда не влезать ни в какие конфликты и просто спокойно учиться? Если тебя уже пытались убрать раз...

— То второй не за горами? — я усмехнулась. — Но я же ничего и не делаю. Только учусь и хожу в библиотеку.

— Ты поняла, о чём я, — однокурсница взглянула на меня исподлобья.

— Нет. Не имею понятия, — я закинула в рот пару виноградин.

Вивьен сжала губы, но тут же вздрогнула, когда по залу прокатился гулкий звон колокола.

— Занятие у Азкарона через пару минут, — пробормотала она. — Если опоздаем, он нас живьём заморозит.

Я фыркнула, но встала.

— Ладно, ладно. Для начала было бы хорошо пережить его лекцию.

Вивьен схватила меня за рукав и потащила к выходу.

Аудитория Саргона была холодной даже по меркам академии. Ледяные узоры покрывали стёкла окон, а воздух пах мятой и металлом. Мы с Вивьен протиснулись на последние свободные места у окна как раз в тот момент, когда дверь с грохотом захлопнулась.

— Опоздали на тридцать секунд, — раздался голос со стороны кафедры. — Поздравляю, мисс Фаррен, мисс Мальдротт. Вы только что подарили группе дополнительный час практики сегодня вечером.

По классу разлетелся дружный стон. Вивьен покраснела и уткнулась в учебник, а я скосилась на Саргона.

— Это я задержалась, профессор. Вивьен ни при чём.

Он медленно поднял бровь.

— Как благородно. Раз вы так любите вступаться за других, тогда, может, и лекцию за меня проведёте?

Тишина.

— Ну, если настаиваете, — я нарочито развернула учебник. — Тема сегодня — «Отражающие барьеры», верно?

Саргон замер. Кто-то из студентов сзади фыркнул.

— Выйдите, — сказал он наконец.

— Что?

— К доске. Раз уж вы так уверены в себе.

Вивьен схватила меня за рукав, но я уже встала.

— С удовольствием.

Ректор скрестил руки на груди и отступил, давая мне место.

— Ну? — сказал он. — Покажите нам, как создаётся отражающий барьер.

Я глубоко вдохнула и подняла руку.

— Speculum Defensio.

Сначала ничего не произошло. Потом воздух передо мной дрогнул, и слабый серебристый щит вспыхнул на секунду — прежде чем рассыпаться на сотни осколков.

Класс ахнул.

— Хм, интересно.

— Это… должно было сработать, — пробормотала я, разглядывая ладонь.

— Да. Должно, — мужчина шагнул вперёд. — Если бы вы были сосредоточены только на заклинании.

Я моргнула.

— Что?

— Барьеры Света требуют контроля, — он подошёл так близко, что я почувствовала тепло, исходящее от него. — А вы, мисс Мальдротт, сегодня явно не собраны.

— Я просто…

— Волнуетесь? — Его голос стал тише.

Наши глаза встретились, и мне показалось, что этот момент длился чуть дольше, чем положено.

— Я думал, вам не впервой выступать на публике, — наконец сказал Саргон громче. — Вернитесь на место и попробуйте ещё раз — после того как научитесь владеть эмоциями.

Я кивнула и пошла к своему стулу под пристальными взглядами однокурсников. Вивьен тут же уставилась на меня в немом вопросе.

— Что?

— Ничего, — девушка отвернулась, улыбаясь самой себе.

Вздохнув, я схватилась за учебник и снова заметила надпись в углу страницы:

«Почему ты всё ещё не пришла туда?»

Я задумалась.

— Вивьен, — прошептала я, толкая соседку локтем. — Напиши что-нибудь.

Она нахмурилась:

— Что? Зачем?

— Просто сделай это. — И сунула ей перо с чистым листом из своего блокнота.

Девушка бросила взгляд на профессора, который демонстрировал сложный жест для барьера, и быстро нацарапала: «Что за бред? Вот, смотри». Я сравнила почерки. Совершенно разные. Вивьен писала округлыми, почти детскими буквами, тогда как таинственные послания были выведены острыми, угловатыми штрихами.

— Это не ты, — констатировала я.

— Что? — Вивьен нахмурилась и непонимающе уставилась на меня.

Саргон обернулся в нашу сторону, а мы поспешно притворились внимательно слушающими. Однако вопрос повис в воздухе: если не Вивьен, то кто?

Спустя час занятие наконец закончилось, и мы вывалились в коридор, где сразу же столкнулись с Марком. Он выглядел бледным, с тёмными кругами под глазами.

— Где ты пропадал? — девушка тут же схватила его за рукав. — Мы думали, ты сбежал из академии!

Парень слабо улыбнулся:

— Если бы. Всю ночь провалялся в лазарете — чем-то отравился.

Мы с Вивьен переглянулись. Вчерашняя говядина и правда выглядела подозрительно.

— Тебе лучше? — спросила я.

— Ещё шатает, но живой.

— Отлично. Тогда, может быть, посидим в саду? Мне кажется, кое-кому стоит подышать свежим воздухом, а то он уже зеленеет.

Взяв Марка под руки, мы двинулись к аллее. Пока шли, я периодически поглядывала на однокурсника. Его руки дрожали, а на запястье виднелся странный синяк — точь-в-точь как от кандалов Саргона. Списав всё на игры света, я отвернулась и присоединилась к обсуждению заданий на завтра.

...

Закончив очередной день занятий в академии, я, поужинав и попрощавшись с ребятами, сразу направилась в библиотеку. Решив быстро разделаться с задачами по отработке, пошла прямиком к книжным полкам.

— Как продвигается наказание? — из-за спины раздался высокий женский голос.

— Здравствуй, Лизи, — я даже не обернулась. — Вполне себе хорошо. А твоё?

Специально проигнорировав мой вопрос, девушка продолжила:

— Удивлена, что ты до сих пор не нашла Чёрный зал. Думала, тебя хватит на пару дней.

— Я его и не искала. — Кому-кому, а ей точно не хотелось говорить о своих планах.

— Ну конечно, — студентка ухмыльнулась.

— Ты что-то хотела? — в этот раз я всё же посмотрела на неё.

Несколько мгновений она молчала.

— Да. Хотела предложить зарыть топор войны.

Мои брови поползли вверх.

— С чего бы это вдруг?

— Ты знаешь мою фамилию?

— Валк?

— Да. Лизи Валк.

Валки. Точно. Это же ещё один древний род — как я сразу не сообразила?

— И что?

Она замялась.

— Моя семья считает, что нам не следует портить отношения с... вашей.

Я пристально на неё посмотрела. Было видно, как ей не нравилась вся эта ситуация.

— Хорошо.

— Отлично! — девушка улыбнулась и начала было уходить, но я её остановила.

— Лизи, ты... писала мне какие-нибудь послания в последнее время?

— Нет. Зачем мне это делать? У меня других дел полно.

Пожав плечами, она скрылась за одним из шкафов. Конечно, верить ей было нельзя, но если она говорила правду...

Проходило время, студенты постепенно расходились, а спустя ещё где-то час ушла и библиотекарь, напоследок сказав, как ей жаль терять помощника в моём лице. Попрощавшись с ней, я взглянула на часы. До полуночи оставалось полчаса, а значит, нельзя было попадаться никому на глаза. Оглядевшись по сторонам и пару раз даже спросив, был ли здесь кто-нибудь, я двинулась в направлении дальней части библиотеки. Этот шанс нельзя было упускать.

Тени в каменном коридоре сгущались с каждым моим шагом. Я шла, прислушиваясь к шорохам. Воздух здесь был тяжёлым от запаха чего-то горьковатого, походившего на перегоревшее масло в лампах.

«Должно быть, где-то здесь...» — прошептала я, чувствуя, как сердце учащённо забилось.

Внезапно мои шаги стали отдаваться эхом от пола, будто пространство вокруг расширялось. Я остановилась, оглядываясь. Эта часть академии выглядела заброшенной — книги были покрыты толстым слоем пыли, а светильники горели тускло, словно сопротивляясь тьме.

Бух.

Я вздрогнула. Где-то вдалеке громко захлопнулась дверь. Сердце начало стучать в висках, но я заставила себя идти дальше.

«Чёрный зал... Чёрный зал...»

Скрип.

Я замерла. Прямо передо мной, в конце каменного прохода, стояла высокая фигура в чёрном плаще.

«Кто?..»

Однако стоило мне моргнуть — фигура исчезла.

«Просто показалось», — я попыталась убедить себя, но пальцы непроизвольно сжали брошь на пиджаке. Коридор раздвоился. Я выбрала левую ветвь — там, где воздух казался холоднее.

Бух.

Дверь снова хлопнула, теперь ближе. Я ускорила шаг, свернула за угол и остановилась как вкопанная. Тупик.

«Нет... Это невозможно...»

Я уже хотела развернуться, когда заметила, что одна из стен выглядела... странно. Камни были уложены не так ровно, а между ними проглядывала тонкая чёрная линия. Подойдя ближе, я осторожно провела рукой по поверхности.

«Может быть, это дверь...»

БОМ! БОМ! БОМ!

Где-то в башне пробили полночь, и стена передо мной бесшумно сдвинулась, открывая то, что скрывалось за ней.

Холодный ветерок, пахнущий плесенью, коснулся моего лица. Передо мной появилась массивная тёмная дверь с выгравированными серебряными буквами: «ЧЁРНЫЙ ЗАЛ». Она была украшена сложными узорами — переплетёнными змеями, которые кусали собственные хвосты, образуя бесконечные петли. В центре располагался замок в виде совиного глаза — зрачок которого, казалось, следил за моими движениями.

— Так это всё правда, — я на мгновение замерла. — Но слишком просто. Зачем тогда столько таинственности вокруг?

Я медленно подняла руку, ощущая, как по коже побежал озноб. Когда пальцы коснулись поверхности двери, она оказалась ледяной.

— Speculum veritas, — прошептала заклинание истины. Первое, что пришло в голову.

Глаз на двери замигал, а затем широко раскрылся, излучая тусклый зеленоватый свет.

«Войди, дитя», — прошептал голос, исходящий отовсюду и из ниоткуда одновременно.

Обрадовавшись, что заклинание сработало, я глубоко вдохнула и толкнула ручку. Внутри оказался просторный зал, освещённый призрачным синим пламенем факелов. Сводчатый потолок терялся в темноте, а вдоль стен стояли бесконечные ряды книг в кожаных переплётах. Но больше всего меня поразило то, что находилось в центре, — огромное зеркало в чёрной раме, в котором ничего не отражалось.

Я сделала шаг вперёд. Дверь захлопнулась за моей спиной.

Я стояла посреди зала, чувствуя холодный камень пола через тонкую подошву сапог. Синие огни факелов отбрасывали причудливые тени, которые извивались по стенам, словно живые существа. В воздухе витал сладковатый запах старых чернил.

Шаг. Ещё один. Стук каблуков эхом отражался от окружающей тишины, будто кто-то невидимый повторял мои движения.

Я осторожно продвигалась вперёд, прислушиваясь к каждому шороху. Оглядываясь по сторонам, заметила, что пол и стены покрывали странные символы, выгравированные прямо на камнях.

И вдруг — ш-ш-ш.

Я замерла.

Впереди раздался мягкий звук — будто кто-то провёл пальцами по страницам книги. Приглядевшись, я увидела, что одна из полок в дальнем углу слегка сдвинулась, обнажая узкую щель в стене.

«Что это такое?»

Сердце забилось чаще. Я сделала шаг в сторону прохода, но в тот же момент зеркало в центре вспыхнуло алым светом.

— Ты уверена, что хочешь знать правду?

Голос был искажённым, словно доносился издалека. Я медленно повернулась. В трюмо таилась кромешная темнота, но в то же время казалось, будто кто-то следил за мной оттуда.

— Они все желают тебе смерти, — прошептало оно. — Саргон, Вивьен, Марк, директриса...

Я сжала кулаки.

— Это неправда.

Отражение рассмеялось, и звук этот был похож на треск ломающегося льда.

— Ты сама пришла сюда. Разве не хочешь узнать, кто убил твою семью? Я покажу...

Зеркальная гладь заколебалась, как вода от брошенного камня. Тьма внутри него сгустилась, а затем начала формировать образы.

Я увидела отца. Он стоял посреди гостиной, держа в руках кинжал.

«Это... невозможно...»

Вдруг изображение сменилось. Теперь я видела комнату, залитую кровью. Тела. Моя семья. Отец с ножом в руке. И над всем этим — знак академии Визторн.

«Нет!» — я отпрянула от зеркала, чувствуя, как сердце вырывалось из груди.

В этот момент где-то позади раздался шорох. Я резко обернулась. В воздухе запахло грозой, а факелы вдруг вспыхнули ярче, окрашивая зал в кроваво-красные тона.

— Ты опоздала.

Передо мной стояла фигура в чёрном плаще — та самая, что я видела в коридоре. Её лицо было скрыто, но я чувствовала на себе тяжесть взгляда напротив.

— Кто ты? — мой голос дрожал, но я выпрямилась во весь рост.

Фигура медленно подняла руку и сбросила капюшон. Под ним было... моё лицо. Потрескавшееся, со множеством кровоподтёков. Только глаза этого двойника горели алым светом.

— Я — то, что ты пытаешься отрицать, — голос был с жуткой, змеиной интонацией. — Я — твоя истинная сущность.

Я отступила назад, натыкаясь на стол. Книги с грохотом посыпались на пол.

— Это неправда! Я прошла испытания Света!

Существо рассмеялось.

— Испытания? — оно склонило голову. — Ты действительно веришь, что они были настоящими?

— Чего ты от меня хочешь?

Фигура передо мной ухмыльнулась, обнажив слишком острые клыки.

— Чего я хочу? — она медленно обошла по кругу, шурша плащом. — Я хочу, чтобы ты наконец открыла глаза.

Сущность указала на зеркало своим длинным пальцем.

— Смотри же!

На этот раз я увидела сцену из прошлого: моего отца в мантии академии, стоящего над тремя бездыханными телами студентов. Его руки были в крови.

— Нет...

Я резко развернулась к щели в стене — к, казалось, единственному пути к спасению, — но тень мгновенно оказалась передо мной, блокируя проход.

— Куда же ты? — она склонила голову. — Разве не ради правды пришла сюда? Она всегда горька, маленькая Мальдротт, — прошипела фигура. — Твой отец заплатил за свои преступления.

— Ты убила его?

Она рассмеялась.

— Зачем мне это делать? Он служил мне. Он заключил договор — и теперь ты принадлежишь Тьме.

«Так он и правда сделал это...»

— Какой ещё договор?

Фигура замерла, её алые глаза сузились. Внезапно воздух в зале сгустился, стало трудно дышать. Я почувствовала, как невидимые щупальца начали обвивать мои ноги, поднимаясь вверх по телу.

— На крови, — прошипело существо. — Ты — последняя из рода Мальдроттов, и ты принадлежишь нам.

Я попыталась сделать шаг назад, но ноги не слушались. Холод проникал под кожу, сковывая движения. В горле пересохло, когда я попыталась произнести заклинание защиты.

— Speculum... Defen...

Тень рассмеялась, поднимая руку. Её пальцы превратились в длинные чёрные когти.

— Бедная девочка, ты думала, Свет защитит тебя? Разве ты сама веришь в это?

Внезапно за спиной раздался громкий треск. Дверь ударилась о каменную стену.

— Что ты здесь делаешь?

Голос заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась.

Саргон. Снова?

Он стоял в проёме, высокий, с распущенными волосами, его обычно холодные глаза теперь горели. Брови были сведены, губы сжаты. Я открыла рот, но слова застряли в горле.

Он шагнул ближе.

— Как ты сюда попала?

Я молчала. Взгляд сам вернулся туда, где только что сгущалась тень. Теперь рядом не было ничего.

Саргон проследил за мной и, казалось, нахмурился ещё больше.

— Что происходит?

— Тут... — голос дрогнул. — Тут кто-то был.

Он резко дёрнулся и, оглядев всё вокруг, провёл рукой по воздуху, шепнув заклинание. Ничего.

— Здесь никого нет.

— Но я видела! — голос сорвался на крик.

Он повернулся ко мне, изучающе.

— Это место... Оно может играть с разумом.

— Я не сумасшедшая! Оно было здесь! Оно говорило со мной!

Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула... тревога?

— Хорошо, — наконец сказал профессор. — Но мы не можем оставаться здесь.

Он схватил меня за руку — крепко, почти болезненно, — и потянул к выходу. Я не сопротивлялась, и перед тем как переступить порог, бросила последний взгляд вглубь зала.

Два красных глаза вспыхнули в темноте. Я застыла.

Саргон резко обернулся.

— Что?

— Там...

Но в этот момент всё исчезло. Мужчина стиснул зубы, толкнул меня в коридор и захлопнул дверь.

Мы погрузились в тишину. Не было ни шагов за спиной, ни шорохов. Только холод его пальцев на моём запястье и тяжёлое дыхание.

— Пойдём, — сказал он глухо. — В мой кабинет. Сейчас.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Мы шли по коридорам, и только наши шаги нарушали гнетущую атмосферу. Каменные стены, освещённые тусклым светом, казалось, двигались на нас. Рука Саргона всё ещё сжимала моё запястье, но теперь это не было болезненно — скорее, он просто не хотел отпускать.

Я вдруг осознала странность ситуации.

— Как вы меня нашли?

Он не замедлил шаг, но плечи слегка напряглись.

— Я не следил за тобой, если ты об этом.

— Тогда как?

— Мне нужно было кое-что проверить.

— Серьёзно? — я выгнула бровь.

— Да.

— И что же? — спросила я, пристально глядя на его профиль.

Мужчина не ответил сразу. Мы свернули в узкий коридор, ведущий к преподавательскому крылу.

— «Книга Обмана» не должна была оказаться в главном зале библиотеки, — наконец продолжил он. — Я хотел понять, кто её туда подбросил.

Я остановилась.

— Только сейчас? Уже прошло столько времени!

Ректор резко обернулся, и в его глазах вспыхнуло что-то опасное.

— Ты не представляешь, как много у меня обязанностей.

Я хотела ответить, но в этот момент в соседнем коридоре раздались шаги. Саргон мгновенно прижал меня к стене, закрыв рот одной рукой.

— Тише.

Я на мгновение растерялась. Его тело прижалось ко мне — горячее и напряжённое. Мужское сердце билось быстро, но ровно. Не от страха. От готовности.

Шаги приближались. Я затаила дыхание, но, к счастью, этот кто-то направился не в нашу сторону, и все звуки затихли спустя несколько секунд.

Саргон, быстро посмотрев на меня, медленно отстранился, оглядываясь вокруг. Мгновение спустя профессор снова схватил меня за руку и потянул за собой. Мы свернули в узкий служебный коридор, который вёл к преподавательским покоям. Здесь было ещё темнее, и я почувствовала, как похолодало. Казалось, за каждой колонной, в каждом углу пряталось что-то ужасное. В скором времени мы наконец достигли тяжёлой дубовой двери с серебряной табличкой «Профессор С. Азкарон».

Мужчина быстро произнёс пароль, приложив ладонь к замку. Дверь бесшумно отворилась, впуская нас внутрь.

— Входи, — он пропустил меня вперёд, оглядывая коридор. — И не трогай ничего без спроса.

Кабинет оказался совсем не таким, как я представляла. Вместо строгого порядка здесь царил творческий хаос: книги лежали стопками на полу, стол был чем-то завален, а стены покрывали сложные магические символы. В углу дымился небольшой котёл, наполняя комнату ароматом мяты и полыни.

Ректор запер дверь на пять разных замков, каждый из которых вспыхнул синим светом при активации. Затем подошёл к камину и бросил в огонь щепотку серебристого порошка.

— Теперь мы в безопасности, — он наконец повернулся ко мне, и я увидела, насколько он измотан. — Садись. У меня тоже есть вопросы.

Он указал на кресло, но сам остался стоять, скрестив руки на груди. Не став отнекиваться, я сделала всё, как было сказано.

— Начнём с самого главного, — его голос звучал жёстко. — Что, чёрт возьми, заставило тебя отправиться в Чёрный зал и к тому же одной?