Академия влиятельных гадов или Я снова молода?!

– А-а-ай, етить твою налево! – выругалась я, почувствовав сквозь сон, как кто-то от души отвесил мне пинка, и тут же озадачилась: мой голос звучал как-то совсем непривычно. Нежно, мелодично, как пенье утренней пташки. Он больше подходил юной деве, а никак не девяностолетней старушенции вроде меня.

– Живая! – раздался обрадованный мужской голос. – Какая сочная девочка, вот повезло! Наконец-то поймал себе игрушку! Готовься ублажать меня, сладкая, я очень требовательный...

А в следующий миг меня рывком подняли на ноги. Я распахнула глаза, с изумлением глядя на юнца лет примерно двадцати. Он смотрел на меня и... облизывался! Нет, в целом-то такие смазливые блондинчики девушкам обычно нравились, даже несмотря на чересчур светлые брови и слегка скособоченный нос, но... я-то даже близко не девушка!

Это что ещё за любитель дам постарше?! Может, маньяк?

Встретив мой обалдевший взгляд, он ухмыльнулся ещё противнее и... ухватил меня за грудь. Нет, ну это вообще ни в какие рамки!

Медленно опустив голову, чтобы убедиться, что это действительно происходит, я обалдела ещё больше, поскольку в неприлично глубоком вырезе весьма откровенного платья увидела ту самую грудь, за которую держался этот юнец. Упругую, пышную, молодую грудь, которой у меня никак быть не могло.

Наверное, в этот момент во мне от стресса что-то закоротило. Слишком уж много странного за один раз!

А этот малолетний извращенец ещё и добил, самодовольно заявив:

– Что, нравится, моя кошечка? Впрочем, неважно, главная твоя работа делать так, чтобы нравилось мне, твоему новому хозяину!

Вообще, в последние годы тело слушалось меня неохотно, несмотря на то, что каждое утро я начинала с зарядки, да и вообще старалась вести здоровый образ жизни.

Но вот именно сейчас оно подчинилось мне моментально. Я с какой-то удивительной лёгкостью вырвалась из захвата и вернула гаду пинок. Правда, целилась в другое место. И, что интересно, попала.

А он, что не менее интересно, даже и не попытался хоть как-то увернуться или хотя бы прикрыть руками свои причиндалы.

Глядя на меня с каким-то невероятным изумлением, этот белобрысый тип начал медленно багроветь. Его лицо искривилось, а потом он издал такой визг, что у меня аж уши заложило, и рухнул на колени, сжимая руками пострадавшее место.

А я внезапно осознала, что стою посреди полутёмного мрачного коридора с каменными стенами, освещённого лишь приглушённым светом круглой лампы под потолком.

Как меня сюда занесло?

Так, что последнее я помню? Размывающиеся лица врачей, боль в грудной клетке и невозможность сделать вдох... Откуда-то очень-очень издалека, будто сквозь вату, кто-то, кажется, сказал: “Всё, не спасём”. Да. Тогда я поняла, что это конец. И мне вдруг так сильно, отчаянно захотелось жить!

Кажется, желание сбылось, но как-то странно.

Я снова опустила голову и осмотрела себя, осмотрела свои руки, а потом слегка приподняла подол весьма откровенного красного платья, в которое была одета, и глянула на ноги, пока блондин продолжал стенать.

Это явно чужое тело. Молодое, крепкое, с гладкой загорелой кожей. Не худое, но и не упитанное.

– Ядрёны пассатижи, – прошептала я. – Бесовщина какая-то! Это ведь что ж получается? Моя старушечья душа вселилась в чьё-то молодое тело? А куда делась прежняя хозяйка тела? Неужели... да, по-другому никак не складывается. Выходит, девка того-этого... Богу душу отдала. А меня вместо неё сюда затянуло. Но это означает, что мне... дали второй шанс! Я жива. Жива! И... молода!

Парню до моих бормотаний не было никакого дела, ведь у него имелось занятие поинтереснее – он, повизгивая, ощупывал свои причиндалы, и, видимо, пытался определить, пригоден ли ещё его мужской “инструмент” к использованию.

А потом он поднял голову на меня, и стало ясно – пусть небеса даровали девяностолетней бабуле второй шанс, однако вот прямо сейчас моя жизнь снова могла бесславно оборваться.

Ну нет, не позволю!

Я не стала дожидаться, пока он окончательно придёт в себя, и, используя все ресурсы нового тела, рванула вперёд по коридору. Коридор изгибался, поэтому мне удалось ненадолго скрыться с глаз преследователя, который, судя по рычанию, пока ещё пытался подняться на ноги. Хорошо бы куда-то спрятаться...

– Ну сейчас я такое с тобой сделаю, гадина... – взревел парень. Я метнулась к ближайшей двери, рванула её на себя и заскочила внутрь.

Там было темно.

Прижавшись ухом к двери и вцепившись в ручку, я услышала, как мимо, изрыгая угрозы, промчался белобрысый тип.

Не успела я обрадоваться, что удачно нашла пустующее помещение, как вдруг позади раздался бесстрастный мужской голос:

– Умереть решила?

– Кто здесь? – вздрогнула всем телом я.

– Ты что, головой ударилась? – жутковато поинтересовался невидимый собеседник. – Не знаешь, в чью комнату заскочила?

Видимо, я ляпнула что-то не то. Наверное, все здесь знали, кому принадлежит эта комната, и случайно заскочить сюда никак не могли.

Ох, только бы этот любитель сидеть в темноте не выставил меня прочь! Судя по доносящимся из коридора приглушённым угрозам, гадкий блондин снова рыскал где-то неподалёку. И очевидно искал меня.

– Ты прости меня старую, сынок, – пробормотала я, с тревогой прислушиваясь к звукам снаружи. – Но я и правда здорово приложилась головой о стену.

Тьфу ты, что я несу, у меня ж тело-то молодое! Возьми себя в руки, Ильинична! Ты в своё время с бандитами договаривалась, самое время вспомнить старые навыки.

Впрочем, как оказалось, моё объяснение вполне его удовлетворило.

– Оно и видно, что ты на голову ушибленная. Другая бы на твоём месте бежала отсюда.

В этот момент за дверью снова раздался приглушённый голос блондина.

– Хоть бы не зашёл, – вырвалось у меня.

– Не зайдёт, – жутковато заверил хозяин комнаты. – Сюда никто в здравом уме не сунется.

От его смешка у меня почему-то всё тело покрылось мурашками.

– А... кто ты? – решила аккуратно уточнить я.

– Один из студентов, – через микропаузу отозвался любитель сидеть в темноте.

Он как будто не привык отвечать на вопросы. Однако пока не прогонял меня, несмотря на странные намёки, что в его комнату может зайти только безумец.

– Студент, значит... Так здесь что... учебное заведение? – уцепилась за важную информацию я.

– Видимо, ты сильно головой приложилась. Мы в Межмировой Академии Высших Магических Искусств, девочка. Ты первокурсница, я видел тебя сегодня в столовой среди новичков.

– Что? – ахнула я, по старой привычке схватившись за сердце. – Магических... искусств?

Ну нет, это перебор. Впрочем, моя душа сейчас в чужом теле, а это разве не магия? И всё же как сложно поверить...

– Именно. Неужели подружки тебе не сказали, что лучше не покидать свою комнату и не соваться в коридоры после отбоя?

– Н-нет, – облизнув пересохшие губы, выдавила я, изо всех сил пытаясь свыкнуться с новой реальностью.

Впрочем, то, что он сказал дальше, моментально заставило меня взбодриться.

– В академии учатся принцы и наследники самых влиятельных семейств всех развитых миров. А вот девушек тут немного, поэтому на вас идёт охота. Правда, только по ночам. Днём все делают вид, что следуют правилам, а вот после отбоя за правилами никто уже не следит. Руководство академии закрывает глаза на шалости влиятельных студентов.

– Что?! – аж подпрыгнула я и тут же закрыла себе рот, испугавшись, что блондин может меня услышать.

Пока мы разговаривали, за дверью пару раз кто-то пробежал, но угроз я пока больше не слышала. Возможно, это были другие “охотники”.

– Магически одарённая девушка – отличная добыча, – безжалостно пояснил мой жуткий собеседник. – Редкая и ценная. Только от неё может родиться одарённый ребёнок, хотя, по мне, так это высокопарное оправдание для гнусных развлечений. В итоге наследники пытаются присвоить каждую свободную девушку в этой академии, пока она не досталась другим. Девушек мало, а желающих их заполучить много. От этого только интереснее охота.

– А мнение девушек значения не имеет? – прошипела я.

– Имеет. Но только до тех пор, пока на тебя не поставят магическую метку. Это такое клеймо, свидетельствующее, что ты теперь принадлежишь одному из наследников и официально являешься его собственностью и собственностью его семейства. С этого момента он будет развлекаться с тобой, как хочет, да и вообще делать всё, что пожелает. Поэтому после отбоя все девушки запирают двери на замки и укрепляют защиту магическими амулетами в надежде, что это им поможет.

Он сделал паузу, пока я, невольно сжав кулаки, переваривала эту возмутительную новость, а потом так же бесстрастно произнёс:

– И если ты дорожишь своей жизнью, то лучше тебе немедленно бежать из этой комнаты.

А в следующий момент вспыхнул жуткий мертвенный свет.

Оборачиваться было страшно, но неизвестность пугала ещё больше. Что ж, посмотрим, куда меня занесло. Резко обернувшись, я застыла в изумлении.

Ох...

Во-первых, комната была огромной. Обстановка подавляла роскошью, которая наверняка заставляла каждого, кто здесь оказался, почувствовать себя ничтожеством.

Во-вторых, в дальнем углу в кожаном кресле сидел длинноволосый брюнет с бледной кожей и до того жуткими глазищами, что у меня аж дыхание спёрло.

Его лицо с грубыми, но гармоничными чертами казалось вырезанным из камня – настолько мало в нём было жизни.

Вот добавить бы ему улыбку, ямочки на щеках и хоть какое-то минимальное несовершенство – и невозможно будет отвести взгляд.

Но нет. Этот жуткий парень вряд ли умел улыбаться.

Наверное, души, которые после смерти отправлялись в геенну огненную, там встречал кто-то с таким же лицом.

Не знаю, почему мне пришла эта мысль. Наверное, было в нём что-то потустороннее, что-то, не имеющее ничего общего с жизнью и созиданием. Невыносимо захотелось перекреститься.

Его взгляд одновременно обжигал и заставлял сжиматься, будто от холода.

Впрочем, он почти сразу перестал меня мучить и опустил глаза. Я выдохнула и неожиданно вспомнила, что именно он сказал мгновением раньше.

– Эй, ты ведь не собираешься напасть на старуш... ой, то есть на девушку?

Вот тут на его лице промелькнуло нечто вроде удивления. Нет, это была не эмоция в чистом виде, а, скорее, её призрачная тень. Похоже, обычно все, кто его видел, старались уйти как можно скорее и не стремились вступать в разговоры.

– Точно, ты ведь не соображаешь, что к чему, девочка, – бесстрастно констатировал он. – Окажу тебе услугу. Беги отсюда, не оглядываясь, если хочешь жить.

Он вроде угрожал, но при этом не делал никаких попыток подойти и явно старался смотреть в сторону. А значит, уже в моих глазах был куда лучше гадкого белобрысого охальника, который меня щупал.

Кроме того, он не только не прогнал меня сразу, но и вполне доходчиво ответил на вопросы. Мог ведь просто выставить за дверь! Но почему-то не выставил.