Аленький цветочек для дракона

«Реально не понимаю, как можно вместо классной тусы с друзьями выбрать кривляние на детском утреннике! Короче, жду пять минут, если не отзовёшься, обзваниваю бывших. Получается, ты меня продинамила, не думай, что не найду с кем поехать».

Алевтина уже пятый раз перечитывала сообщение и не представляла, что ей делать.

— Как ты не понимаешь? — шептала она мобильнику, — я не могу подвести людей!

Конечно, роль у Али небольшая, но очень важная для сюжета новогодней сказки. У неё есть слова и красивая романтичная песня. Фею цветов собирается заколдовать ледяная царица, если коварный план злой волшебницы сработает, люди перестанут мечтать, а загаданные желания никогда не исполнятся. А какой Новый год без желаний? Что за жизнь, если нельзя мечтать?

Очень хотелось позвонить Владу, поговорить с ним ещё раз, объяснить… Увы, в помещениях за сценой во всю шла подготовка к спектаклю. В одних комнатах распевались, в других прогоняли сложные сцены, в коридоре плясали Цветы и Снежинки, неподалёку от них разминались акробаты, даже на лестнице сидели парни-лесорубы и с такими серьёзными лицами бубнили под нос шутливые куплеты, будто зачитывали приговор суда.

Обсуждать по телефону личные проблемы в предстартовой суете было затруднительно, Алевтина, надеясь отыскать укромный уголок, пошла в вестибюль, где уже собирались гости праздника.

Ах, как же красиво! В центре огромного холла возвышалась украшенная мигающими гирляндами ёлка, с высокого потолка свисали огромные зеркальные шары и сказочные фонарики. В дальнем углу стоял фанерный сказочный домик, где после утренника будут раздавать подарки, а рядом с ним ещё одна вечнозелёная красавица, усыпанная сверкающим конфетти и увешанная фигурками птиц, животных и мифических существ. Девушка направилась туда, надеясь спрятаться в уголке и позвонить Владу. Её остановила Снегурочка:

— Аля! Помоги!

— Что? — растерянно оглянулась Алевтина.

— Ещё четверть часа до начала, а ребятишек уже ведут. Нужно организовать хоровод…

Действительно, вестибюль наполнялся детьми в маскарадных костюмах, кое-кто из них уже откровенно скучал, а некоторые начали баловаться.

Ответить Аля не успела, телефон булькнул очередным сообщением. Снегурочка понимающе кивнула и побежала ловить двух скоморохов, которые пытались бочком-бочком пробраться к выходу из ДК — воздухом подышать.

Алевтиной овладело волнение, пальцы, открывающие мессенджер, подрагивали, сердце замирало от недоброго предчувствия.

И не напрасно.

«И чего, спрашивается, ты бегала за мной три месяца? Удали мой номер, мы снова встречаемся с Настей».

Аля так и не дошла до намеченной точки, но поспешно кликнула на зелёную кнопочку, поднесла трубку к уху, прослушала механическую фразу. Робот сообщал, что абонент в настоящее время не может говорить. «Не хочет» — это точнее.

Влад совершенно прав, она бегала за ним. Не буквально, конечно, но харизматичный парень ужасно ей нравился, и это было очевидно всем. Ему в первую очередь. Всё равно, его вопрос прозвучал обидно. Ещё бы сказал «вешалась»! Нет, она вела себя скромно, просто не могла прятать сияющие глаза.

— Алова! — окликнули её. — Ты зачем явилась? Сегодня Вика играет фею.

Организатор культурных мероприятий — дородная женщина с башней из обесцвеченных волос, из которой ради праздника был выпущен завитой локон, — смотрела удивлённо и строго.

— Почему Вика? — растерялась Алевтина. — Режиссёр объявил, что сегодня первый состав участвует. Вы что-то путаете, Александра Петровна.

— Я никогда ничего не путаю! А тебя должны были предупредить.

— Нет… Никто ничего… — девушка стала поспешно открывать входящие сообщения, испугавшись, что отвлеклась на Влада и не заметила инфу, присланную режиссёром. — Но раз уж я приехала, и готова…

Алевтина успела надеть костюм феи — чудесное алое платье — и причесаться, и нанести макияж…

— Возражения не принимаются! — отрезала организаторша. — Ты что, драться будешь, чтобы на сцену выйти?

— Зачем драться, я просто поговорю с Викой, она завтра должна…

— Стопэ! — Александра Петровна подошла ближе и, дыхнув ароматом мятного освежителя, прошипела: — Посмеешь выйти на сцену, я попрошу звукорежиссёра замедлить твою фонограмму. Посмотрим, как запоёшь.

Кому захочется портить хорошо отрепетированную песню?

Аля кивнула.

Очень-очень обидно. Алевтина из-за сегодняшнего спектакля поссорилась со своим парнем! Могла спокойно ехать в лес и отмечать Новый год в компании его близких друзей, а вместо этого будет сидеть за кулисами и смотреть как Вика изображает фею желаний.

– Аль, ну ты как? – её за рукав потянула впопыхах подбежавшая Снегурочка. – А я ещё удивилась, когда тебя увидела, думала – восторжествовала справедливость, отыграли назад!

– Ты про что?

– Сегодня в зале будет вступительная комиссия из театрального, вот Змея Петровна и протащила в последний момент в первый состав Вику. Племянница как-никак!

Аля в артистки не собиралась, поэтому, если бы предупредили по-человечески, уступила бы сама. Она, как девушка ответственная, боялась подвести людей…

– Почему так внезапно? – спросила у Снегурочки. А той уже надо было бежать обратно.

– Так ведь режиссер не разрешал! Первый состав сыгрался хорошо, к чему замены? Змея Петровна наврала, что ты болеешь.

А ей, стало быть, не придумала, что сорвать, чтоб не приходила вовсе… Да и зачем, если можно обойтись угрозами? Аля ведь не из тех, кто побежит жаловаться…

Вестибюль заполнили звонкие зимние песни. Снегурочка и её помощники-скоморохи организовали игру «Ручеёк». Дети веселились, родители умилялись, артисты работали. Алевтина почувствовала себя лишней на этом празднике, её душили слёзы, хотелось спрятаться, забиться куда-нибудь, закрыть глаза и зажать уши ладонями. Поддавшись подсознательному желанию, девушка забежала за ель у фанерного домика, прижалась к отштукатуренной стене лбом и тихонько заскулила, кусая губы. Вздрогнула, когда её тронули за плечо, и низкий женский, немного сиплый голос протяжно произнёс:

— Я тебе помогу, детонька. Послушай меня.

Оглянувшись, Аля торопливым движением смахнула слёзы и удивлённо уставилась на старушку. Та как будто сошла с иллюстрации из библиотечной книги сказок: круглое пенсне на крупном рыхлом носу, сосудистая сеточка на скулах, тонкие седые брови, внимательные колючие глаза… Шляпка с вуалью на убранных в пучок волосах, приталенное тёмное платье с высоким воротником и двумя десятками блестящих пуговиц наводили на мысль, что бабуля участвует в спектакле, но Аля ни разу её не видела на репетициях.

— Вы добрая волшебница?

— А ты догадливая, ну, рассказывай…

Алевтина решила, что старушка проявляет не сочувствие, а любопытство, и отрицательно покачала головой. На что в такой ситуации жаловаться? На собственную наивность? Рассказывать, как она была счастлива, когда Влад обратил на неё внимание, а потом сама же и совершила глупость, отказавшись отмечать в его компании Новый год? Ради чего, спрашивается! Участие в сказочном представлении сорвалось. Без феи в исполнении Аловой, всё прекрасно состоится, а значит, нужно было ехать в лес, отдыхать в коттедже, кататься на лыжах, наряжать ёлку под окном, сидеть у камина, дарить и принимать подарки. Теперь же остаётся только рыдать в компании чудной старушенции.

Кстати, а откуда она взялась? Аля посмотрела по сторонам, оценивая ситуацию. Проходя сюда из холла, бабуле пришлось бы потеснить плачущую девушку. Дверца в домик с подарками заперта, вон даже замок висит. Здесь точно никого не было, когда Аля пряталась от чужих взглядов. Такое впечатление, что «добрая волшебница» материализовалась из воздуха.

— Я пойду, — девушка сделала шаг в сторону, — мне нужно…

— Стой, детонька, — её схватили за руку, проявив неожиданную для пожилого человека силу. — Я готова выполнить любое твоё желание. Что тебе хочется больше всего? О чём мечтаешь?

Алевтина усмехнулась, передёрнув плечами, отвела взгляд и стала рассматривать ёлочные игрушки. Пузатенький гном, серебристый единорог, объятый огнём феникс, похожий на облачко барашек, горланящий петух, распахнувший крылья дракон. Глаза качавшегося на еловой ветке мифического ящера сверкнули, будто сигналя о чём-то. Аля вздохнула и заговорила:

— Мечтаю? О чём и все девушки. Хочется взаимной, искренней, настоящей любви, чтобы самый дорогой и близкий тебе человек не предал, не обидел, не разочаровал.

— Договорились, — поспешила отреагировать старушка, всё ещё держа Алю за локоть. — Твоё желание исполнится, но не просто так. Тебе тоже придётся кое-что сделать для этого.

— Я готова сделать всё что угодно, только вряд ли вы сумеете…

— Молчи! — оборвала её сердитая бабка. — Не смей сомневаться! Вот, возьми.

Алевтина посмотрела на протягиваемый ей цветок, хмыкнула, удивляясь странным поступкам собеседницы. Она принимает Алю за ребёнка или просто сумасшедшая?

— Аленький цветочек?

— Это брошь. Я помогу, дай-ка… — она, сосредоточенно хмурясь, приколола нежный цветок Але на грудь и уверенно заявила: — Как только загадаешь что-то, оторви один лепесток. Желание исполнится. Только не спеши, сначала хорошенько подумай.

Девушка благодарно кивнула и попятилась, чтобы поскорее избавиться от общества чудной старухи:

— Очень красивая брошь. Жалко портить. Так я пойду?

— Ты обещала мне кое-что, помнишь?

— Э-э-э…

— Я подарю тебя дракону.

Аля испуганно покосилась на ёлочную игрушку, та снова сверкнула блестящими глазами.

— То есть как? Как можно подарить дракону человека?

— А вот так! — старуха звонко хлопнула в ладоши, от чего всё пространство вокруг заполнилось серебристой пыльцой.

Алевтина чихнула от неожиданности. Бодрая музыка, гремевшая в вестибюле, смолкла, как и голоса. Наряженная ёлка и фанерный домик исчезли. Стало холодно и бело. В следующее мгновение девушка обнаружила себя среди ледяной пустыни на краю глубокой расщелины — вокруг никого и ничего кроме снега, торосов, серой дымки вместо неба. Тишина. Свежесть. Мороз. А ещё дракон! Огромный монстр летел прямо на ошарашенную происходящим девушку. Это сон? Галлюцинации? Что вообще происходит?

Дорогие наши читатели! Зоя и Ирина приветствуют вас в новогодней истории, полной сказки и любви! Нас ждут разочарованный и озлобленный, но благородный и мужественный дракон Редж и нежная и романтичная, но стойкая духом и решительная попаданка Аля! 
Поддержите их и авторов, зажгите для книги звёздочку/сердечко- нам будет приятно! 
Спасибо, что с нами! История пишется в зимнем литмобе: 

Он увидел пламя во льдах. Обманчивыми всполохами оно отражалась в мутных, тёмных глыбах, раскрашивая их алым. Ползущие по льду языки огня распускались, как прекрасный цветок посреди снежной пустыни. 

“Вон он!” – подумал Режд, кружа над ледяными наносами. Вот тот цветок, что должен спасти его от этого ледяного плена. 

“Или я совсем спятил”. 

Откуда в его ледяной темнице взяться пламенному цветку? Ответ очевиден – ниоткуда. А дракон, что днями и ночами, слившимися для него в одну вереницу бесконечного, тягостного, мучительного заточения, вынужденного бездействия, позорного, разрушительного плена, не мог быть уверен в твердости своего рассудка.

Он исследовал этот остров вдоль и поперек. Он пытался улететь с него, пробираясь огненной стрелой сквозь ледяную бурю, разрывая своим телом толщи снегов и борясь со шквалистым ветром – но вокруг было всё одно – зима, мрак, холод и постоянно подкрадывающаяся из каждого угла тьма. 

И посреди этого льда ему нужно найти цветок. Насмешка тех, кто заточил его здесь, не иначе. Тогда почему так стучит сердце? Почему ему стало тесно в груди? Горячее дыхание вырывается наружу, опаляя лёд, когти царапают ледяные пики, ему надо снизиться. Ведь там внизу там маняще, обещающе, пламенно горит…

Что это? Это не цветок! И никакое не пламя, как дракон подумал раньше, мгновением назад. Там, внизу, в расселине между ледяных скал, сжавшись в комочек, над уходящей вниз бездной, застряла девушка?

Самая обыкновенная девушка?

Ну нет, это точно морок! Привидится ведь такое! Должно быть, духи шутят над ним, насылают видения. Девушкам здесь неоткуда взяться, это призрак – подразнить его, сделать ему больнее, горше. Посмеяться над ним, ещё раз заставить его думать, что он больше не властен над своим разумом. 

Подумать только – лишить его возможности обращаться человеком в любой момент, когда ему хочется, когда заблагорассудится! Это его неотъемлемое право, его сущность! И с ним, с драконом – вот так? 

Если он добудет цветок – сможет выбраться из ледяного плена… Вернуться в родное королевство, где всё замерло в ожидании своего правителя. Где остановилось время. И он, как дурак, поверил, что увидел этот цветок.

Обыкновенный человек – что может быть горше этого видения? Редж разочарованно дыхнул огнем. Он хотел сжечь морок, порожденный чей-то злой волей, чьей-то шуткой. И этот морок, девушка в красном платье, неожиданно завизжала – как маленькая букашка. Она закрыла голову руками и покатилась по расселине вниз, должно быть, в тёмную воду, полную ледяной крошки.

Дыхание дракона должно было достать её и испепелить, но оно внезапно от чего-то отразилось. Может, льдина упала так невовремя? Хотя дракону показалось, что он почувствовал какую-то магию. Словно девушку защитил невидимый щит. 

Тем лучше, разбираться, с чем он таким столкнулся, ему не хотелось. Кто заслал сюда эту девицу – будь она настоящей девицей, ведьмой или и вовсе – призраком или мороком – как он подумал сразу – это всё не его забота, кто её сюда заслал, тот пускай и позаботится о ней. Если посчитает нужным.

Редж решил, что пора возвращаться в замок. Небо темнело, тучи сгущались на заснеженных горах, поднимался ветер. Дракона давно не тревожило – насколько опасно летать в плохую погоду – там, где он сейчас оказался – погода плохой была всегда. Он даже получал изощренное удовольствие от борьбы со стихией. Как будто это единственное, что ему вообще осталось. 

Хоть с чем-то бороться, сталкиваться, чтобы ощущать что-то. Хотя бы риск, боль, усталость. А не только съедающую драконью душу, изнывающую по свободе, тоску.

Замок был зажат в расщелине горы, посреди ледяных скал. Его высокие башни были припорошены снегом, снизу к нему подходило холодное море. Ветер здесь был привычно сильным и Редж заблаговременно взял курс на одну из самых высоких из башен, чтобы ориентироваться на неё, как на маяк, и, в последний момент, избежав столкновения, опуститься на продуваемую всеми ветрами террасу.

В замок он уже заходил в своём человеческом обличии. Этот дом – жалкая копия его родового замка, оставшегося во временной ловушке, заснувшего королевства – был единственным местом, где дракон мог принимать свой человеческий облик. 

Редж, как и любой дракон, был силён и красив, но вряд ли друиды и феи его наказали за это. Наказывать драконов за самолюбование – эка невидаль. Нет, Редж знал, что на самом деле причина его проклятия – куда более глубокая. Возможно, если ему удастся когда-нибудь докопаться до правды, он поймет, почему он заперт здесь и как ему выбраться. И никакой цветочек тогда ему будет не нужен.