Альфа для активистки

Альфа Серебрянных ибрисов застыл посреди рынка, прикрыв замерцавшие изумрудным цветом вытянутые к вискам раскосые глаза. Сопровождающие воины настороженно замерли рядом со своим альфой тяжело оглядывая пространство. Хотя люди инстинктивно образовывали мёртвую зону вокруг обортней, сторонясь непредсказуемых и зачастую неоправданно жестоких, на человеческий взгляд, разумных.

Льялелу в целом было все равно на реакции людишек, а в текущую секунду, когда дурманящий аромат его пары тонко витал в воздухе, забираясь не только в ноздри, но и под кожу, тем более. Сладкий, терпкий аромат дурманящей дымкой стелился в воздухе, то появляясь, то ускользая и теряясь в сотнях и тысячах запахов. Каждый из которых казался особенно мерзким, раздражающим, потому что мешал. Сбивал. Не давал наполнить лёгкие, заполнить себя до краёв тем единственным ароматом, ради которого отныне дышит альфа Северных ибрисов. Одного из сильнейших кланов современности.

Наконец Льялел двинулся с места пару раз крутанувшись вокруг своей оси, мягким стелящимся шагом направился в сторону Главной площади. Сейчас как никогда был рад, что является лучшей ищейкой в клане. Его навыки позволят выследить свою пару даже в этом муравейнике, который люди называют своим городом.

Воины чуть отстали, не понимая пока почему вожак вышел на охоту посреди человеческого города и кто выступает в роли дичи. Но становиться между ним и добычей никто не рискнул. Психов среди них нет.

Льялел замер в тени узкой улочки весь подобравшись. Хищная стойка заставила воинов отступить подальше. Их вожак не отличается долготерпением и учит непонятливых жёстко.

Это она. Светлый наряд, по человеческой моде разлетался на ветру. Дыхание альфы замерло, когда подол его темноволосой пары резко поднялся. Верхняя губа дернулась обнажая зубы, от одной мысли что он увидит. И что смогут увидеть окружающие. Стройные загорелые ноги мелькнули и снова скрылись под игривой тканью.

Льялел больше не медлил. Чем ближе он подходил к паре тем отчетливей захватывало небывалое предвкушение. Рот наполнялся слюной от желания ощутить на языке её вкус смешанный со сладким запахом. Непослушные пряди вырвались из косы и взлетали в такт ветру, но она сосредоточенно спешащая вперёд кажется не замечала ничего.

Льялел обогнул фонтан с другой стороны, чтобы настигнуть её. Чтобы выйти лицом к лицу. Чтобы она увидела. Зверь заурчал внутри от сладостного предвкушения - сейчас она увидит. Заметит. Замрет в трепете ощущая своего самца.

Льялел замер чётко на пути спешащей Луны. Каждая мышца в звенящем напряжении ощущалась в теле.

Мгновение. Порыв ветра отбрасывает с совершенного лица тугие тёмные, отдающие красным на солнце, локоны. Яркие голубые словно небесная гладь глаза находят его.

Душа готова расколоться на части. Тело готово рвануть вперёд, к ней, и Льялел чудовищным усилием воли заставляет себя оставаться на месте. Позволить ей разглядеть себя. Осознать, что пока Луна восходит на ночном небосклоне, они связаны друг с другом. Пока существует мир, они будут принадлежать друг другу. С этого мгновения и навсегда. Она его богиня. Его Луна. Его пара.

Мимолётный взгляд и пара отводит глаза, даже не сбиваясь с шага. Зверь недовольно ворчит. Льялела на миг охватывает растерянность.

Непривычное чувство мгновенно рождает раздражение. Глухое ворчание зверя вибрирует в груди. Она его не заметила?

Льялел перехватывает её в последний момент смещаясь вправо. Думать о том, что не схвати он её, она бы просто прошла мимо, неприятно. Вызывает злость и раздражение.

И даже то что его пара чистокровная человечка и конечно не может ощущать глубину их связи так как ощущает он, не помогает унять иррациональную злость.

Но её тепло колет ладони, отдаваясь дрожью удовольствия в позвоночнике. И раздражение испаряется вытесняемое счастьем обладания.

Голубые глаза сверкнув непонятной пока эмоцией наконец сосредоточены на нём. Глубокий вдох и он наполняется её ароматом до краёв. Его медовая пара.

- Мужчина, Вы либо говорите скорей что хотели, либо дайте пройти. - звонкий голос пары врывается в сознание.

Пухлые губы в лёгкой полуулыбке и слова не сразу обретают смысл.

Дать пройти?

- Ты моя пара. Я тебя нашёл. - слова застревают в сведенном горле, выдавая хриплый скрип вместо голоса.

Льялел настороженно следит за реакцией своей пары. Эти растянувшиеся в бесконечность моменты он даже не моргает, чтобы не упустить ни одной эмоции на изящном лице.

Тонкие брови на секунду взлетают вверх, выдавая удивление, в красивых умных глазах мелькает что-то пока неопознанное. И вот она наконец улыбается.

Уголки пухлых ярких губ приподнимаются, она опускает голову вниз мгновенно вызывая желание защитить хрупкую нежную Луну от чего бы то ни было.

Она смотрит вниз и тихим чарующим голосом робко произносит:

- Я не могу уйти с Вами прямо сейчас. - ладони на её плечах непроизвольно сжимаются сильнее, секундный контакт глазами. - Мне нужно отпроситься у настоятеля. Я послушница в Храме Единого. - поспешила закончить она, махнув рукой за спину Льялела и снова опуская взгляд вниз.

Он знал, что за его спиной метрах в пятидесяти возвышается одно из самых больших сооружений в городе - конусообразное каменное здание, людской храм. Льялел с облегчением понял, что пара его заметила, просто была слишком застенчивой, чтобы показать это или признать сразу.

Хотя до этого он никогда лично не общался с послушницами, но прекрасно знал, что человеческая религия довольно строгая. Там полно странных и неразумных правил, которые люди изо всех сил стремятся соблюдать. а когда не соблюдают подвергают себя наказаниям положенным по регламенту их бога.

Повезло, что его пара довольно легко согласилась покинуть свою обитель. Он слышал о людях, которые болезненно верят в своего Единого настолько, что отрекаются от обычной жизни полностью.

В любом случае ему повезло. Он нашел её. Пусть даже чистокровную человечку, но она его Луна и теперь в его жизни появится та самая полнота. Когда становится понятно для чего все эти годы он был сильнейшим, для чего развивал и обогащал свой клан. Всё для того чтобы привести свою пару в безопасное место, обеспечить её всем что она только пожелает. Чтобы она знала, что может дать потомство без опасений - Льялел сумеет защитить и обеспечить свою семью.

- Идём. - кивнул в такт своим мыслям и нехотя отступил, мучительно медленно разрывая прикосновение с ней.

Показалось или нет, что его пара раздраженно выдохнула? А в следующий миг она так ускорилась, что Льялел на какое-то мгновение даже отстал, пока подстроился под стремительную девушку.

Белая громада приближалась, но Льялел её почти не заметил. Сложно было смотреть куда-то еще помимо его Луны. Хрупкие плечи, узкая талия, высокий для человеческой девушки рост.

Она смотрела почти вровень с Льялелом. И ему это нравилось. Ему вообще все в ней нравилось.

- Настоятель, выходи. Я пришла. - странно веселый голос его пары прокатился под сводами храма, едва они переступили порог.

Её слова показались странными. Разве ей не положено быть скромной и учтивой с настоятелем? Разве он у этих религиозников не самый главный?

Её поведение вызывало вопросы и удовольствие. Удовольствие от осознания, что его пара не опускает покорно голову перед всеми. Всё правильно. Она должна делать это только с ним. Он сильнейший альфа, даже с альфами других кланов его пара будет на равных.

И будь она оборотницей она бы это понимала и её поведение было бы объяснимо. Но она человечка и вызывает всё больше вопросов.

- Зачем ты пришла, дочь моя? Я уже всё сказал, мне нечего добавить. - хилый человек в белой сутане с золотым посохом вышел из потайной двери за кафедрой и застыл напротив.

Льялел шагнул вперед намереваясь объявить хилому человеку, что забирает свою пару, но голос его пары, полный насмешливого презрения прервал его:

- Мой папаша был алкашом и сволочью, но мне даже в страшном сне не приснится называть отцом тебя.

Льялел внимательно вгляделся в свою пару. Она ответила насмешливым прямым взглядом и Льялел решил отступить и понаблюдать. Он пока не понял что тут происходит. Но уже ясно, что он ошибся. Его пара какая угодно, но не робкая послушница. Что ж, он может позволить ей сделать то что она задумала.

Тем более, что хилый священник воняет смесью страха и злобы так, что за одно это хочется оторвать ему голову. Пока прямой угрозы для пары нет, можно дать ей время и возможность делать что она хочет.

Льялел демонстративно поднял ладони вверх и отступил. Его пара понятливо кивнула и снова перевела взгляд на очевидно своего врага. Зверю внутри очень понравилось, что пара понимает его без слов, он ощутил в этом единение. Пусть она человек и не может в полной мере понять что такое пара, но она его явно чувствует.

- Гордыня застит тебе глаза, до...

- Да что ты? Прям гордыня да? - с сарказмом протянула она, сложив тонкие руки под грудью.

Льялел поймал себя на мысли, что ему нравится наблюдать за ней. Смотреть как она склоняет голову чуть в бок, заставляя тугой локон скользнуть по нежной щеке. На пухлых губах кривая усмешка. Яркие глаза сверкают. И ни капли страха. А ведь она человек, они инстинктивно боятся оборотней. Человечки часто боятся, когда становатся парой, не понимая природу этой связи. Сопротивляются, убегают. Но его пара не боится. Сердце стучит ровно. В терпком медовом аромате нет ни одной лишней ноты.

- Покайся, и я возможно не буду настаивать на твоём аресте. Един всепрощающ. - хилый патетично воздел руки вверх и не видел как Льялел оскалившись сместился в сторону.

Угрожать его паре? Воины заняли ниши по бокам от смертника, готовые рвать по первому приказу.

Звонкий заливистый смех Луны дрожью удовольствия прокатился по позвоночнику, будь он сейчас в полном обороте катался бы по земле у её ног.

- Да ты шутник, Айхо. Тебе бы на площади выступать. Ой, не могу. - она демонстративно утерла слезы выступившие в уголках глаз и громко вздохнула.

Пока непонятно почему она обманула его, но этого хилого оставлять в живых нельзя.

Хилый смотрит на его пару с ненавистью крысы загнанной в угол. И Льялелу абсолютно плевать что она сделала этому фанатику, но он умрёт.

Оборотень уничтожит любую угрозу для своей пары.

Священный Настоятель сразу почувствовал тяжёлый хищный взгляд. То что проклятая девка пришла в сопровождении он отметил сразу, старался не дать мерзкой суке сказать то что говорить при свидетелях не стоит. Но только в эту секунду осознал на самом деле, что она пришла не просто в сопровождении наемников, а с оборотнями. И судя по всему не последними в их иерархии.

Белые косы зеленоглазого гиганта переплетены хитрым образом и украшены несколькими кольцами. Айхо никогда не был глупцом и моментально понял, что перед ним бета или даже альфа. Раскосые вытянутые к вискам глаза, заостренные уши и узкий вытянутый зрачок - кто-то из кошачьих. А эти в наёмники не ходят. И куда подевались еще двое?

Уж с кем с кем, а с оборотнями Айхо не ссорился. Что эта тварь им о нём наболтала? Конечно, глупым животным не понять каких усилий стоит поддерживать высокодуховность в этих смердах. И где им с их скудным мышлением осознать как трудно направлять паству по истинному пути Единого? Конечно, этим идиотам не понять через что проходит Айхо каждый день, учитывая сколь многие его собратья метят на его место и совершенно не чураются использовать методы мягко говоря Единому совсем неугодные. Эх, Единый далеко, а вот каждодневное "плавание среди пираний" вот оно. И Единый уж точно прощает Айхо его маленькие слабости, тем более что каждый раз он, Айхо, совершенно искренне раскаивается в соделанном.

Но мерзкая сука мутит воду. Уже пошли слухи. И никому не будет лучше если маленькие оплошности Айхо выйдут за пределы его покаяний перед Единым.

- Кого ты привела в Храм Единого? Представьтесь, путники. - с профессиональным, отработанным годами, пафосом вопросил Настоятель.

Девушка закатила глаза и не дав своим сопровождающим вставить и слова насмешливо протянула:

- Своих друзей безбожников. - Айхо скрипнул зубами, но добавить больше ничего не успел. - Я думала вам там дают какое никакое образование, но раз нет поясню: оборотни как правило не верят в богов, а чествуют силу природы и своих предков. Есть, конечно, свои диковатые минусы у ритуалов например, испитие крови и прочее. Но и детей они не насилуют. Как будто плюсы перевесили, да? - она задумчиво постучала тонким пальчиком по нижней губе, издевательски рассуждая вслух.

Льялел зарычал ровно в тот миг, когда хилый качнулся в сторону его пары сжимая маленькие кулачки.

- Нет, правда, представляешь себе? Благодаря сильному животному началу или, иначе говоря, полному единению со своей звериной сущностью, оборотни в принципе не вожделеют тех кто не достиг возраста фертильности. По запаху для них детеныш есть детеныш. И да поправят меня в случае ошибки мои друзья безбожники, но если кто-то покусится вдруг на ребёнка в горизонтальной плоскости, то этого больного ждёт казнь. Вообрази на миг как бы здорово было нам и как отвратительно тебе, в таких условиях - она мечтательно закатила глаза и Льялел подошёл ближе, становясь чуть впереди своей пары.

- Ты не знаешь о чем говоришь. - воняющий страхом хиляк скрестил руки на тощей груди и надменно вздёрнул подбородок.

- Ну да, мне точно не доступно понимание как таких как ты земля родит. - кивнула соглашаясь его женщина.

Льялел испытывал странное чувство гордости за свою пару. Зачем она провоцирует этого урода, пока не понятно, но если то что она говорит правда Льялел поможет ей в любом наказаний, которое она выберет для ублюдка перед его смертью.

Настоятель открыл рот чтобы выдать очередной ответ, но в этот момент еще один священник в длинной белоснежной сутане подскочил к Настоятелю из тайной двери.

Ну как подскочил. Сначала его за шкирку подхватил один из воинов незаметно застывший в тени кафедры, аккурат за спиной Настоятеля. И после едва заметного кивка Льялела отпустил его.

Луна всё также спокойно, без малейшей ноты волнения наблюдала за происходящим. Льялел тоже решил понаблюдать. Если потребуется, ему хватит сил убить всех, кто посмеет угрожать его паре, поэтому пока он может позволить себе понаблюдать.

Он чувствовал, что сейчас происходит то чему не стоит мешать. Это поможет ему понять свою пару. Понять что для неё важно.

Лицо Настоятеля тем временем сначала сильно покраснело, он бросил на девушку взгляд полный жгучей ненависти, а потом, по мере слов шепчущего едва слышно священника, резко побледнего. Льялел слышал, как сердце престарелого извращенца замерло на миг, внушая разочарование - не может же он умереть так быстро и легко. Но даже больше чем неприятно быстрая смерть хилого ублюдка, Льялела заинтересовали сами слова:

- Михаэль сбежал. Айдара тоже нет в келье. Витолио написал о том, что Ардену стало плохо и он не пережил эту ночь.

- Вижу страх на твоём лице, Айхо. Неужели твоя ручная крыска принесла на хвостике свежие новости? - Луна перекатилась с пятки на носок. - Так есть еще кое-что. Напомни-ка, что я сказала тебе тогда? - её тон изменился, насмешка пропала.

Льялел внутренне подобрался инстинктивно ощущая, что его пара испытывает боль. И то что виноват в этой боли стоящий напротив ублюдок сомневаться не приходилось. Давящая аура альфы пробиралась в пространство, заставляя ощутить нехватку воздуха всех, кроме серьезной девушки, не замечающей кажется ничего вокруг.

- Я сказала тебе, что если Ари умрёт. Если мальчик не выживет, ты, падаль, отправишься вслед за ним. - холодный голос пары, чеканящий каждое слово, откладывался на подкорке. - Ты же не думал, неприятный мой, что я об этом забыла? К слову, как твое самочувствие сегодня? Вероятно одолевает слабость и постоянная сухость во рту?

Внутренняя дрожь зверя чуявшего хорошую драку вызывала в Льялеле пьянящее чувство гордости и довольства. Его пара не какая-то слабая человека. Его пара это Женщина, настоящая альфа самка. Женщина способная защитить себя и потомство, если потребуется. Хитрая, гордая, изворотливая. Его пара идеальна.

Хиляк взревел и путаясь в одеяниях попробовал метнуться к его Луне. Но Льялел позволил ему сделать только пару шагов, перехватил за горло и одной рукой поднял над полом.

- Да вы не берите грех на душу, этот и так сдохнет. - насмешливый голос заботливой пары словно нежнейший шелк скользнул обволакивая изнутри.

- Ты за это ответишь, мерзкое отродье! - заорал вдруг второй священник и вытянув тощую дрожащую руку костлявым пальцем указал на закатившую глаза Луну. - Если с Его Святейшеством что-то случится, тебя вздернут!

Резкий рывок в сторону и ушибленный служка отлетает в сторону от мощной оплеухи. Сбив тощим телом одну из стоек с непонятной позолеченной атрибутикой и свечами служка рухнул как подкошенный. А Льялел в одно мгновение вернулся обратно к своей паре, все также волоча за горло уже начавшего синеть Настоятеля.

- Если что у меня есть пара друзей, которые помогут перебежать границу. - задумчиво отозвалась пара, разглядывающая потолок

Льялел на мгновение засмотрелся на тонкую фигуру, руки сцеплены в замок за прямой спиной. Юбка слегка колышется, когда девушка перекатывается с пятки на носок и обратно.

- Ты под моей защитой. - в голосе альфы слышится рычание.

Воины постарались слиться со стенами. Когда альфа в таком состоянии, только бета рискнул бы подойти к нему.

Девушка вдруг резко перевела взгляд на Льялела.

Яркий, сверкающий лукавой синевой взгляд, с неподдельным любопытством вперился в Льялела. Время тягуче растягивается, сердце убыстряет свой ход, отбивая бешенный ритм. Между этими двумя словно сгустилось пространство. Напряжение ощутили все присутствующие.

Кроме разве что задыхающегося Настоятеля и не пришедшего в себя служки.

- Если сдохнет от твоей руки, бежать через границу придётся обоим. Сомневаюсь, что убийство Настоятеля спустят с рук даже такому мощному альфе.

Зверь внутри довольно заворочался - заботится, переживает. Льялел не сдержавшись подался вперёд, сократить расстояние между собой и девушкой до предела. Её запах наконец окутал его со всех сторон. Жажда попробовать на вкус его медовую сладость вызвала слюноотделение во рту.

Она вскинула брови в удивлении, но с места не двинулась. Не боится.

Зверю это понравилось.

На долгое мгновение она прикрывает глаза, а когда он снова видит эту невозможную синеву она уже сосредоточена и серьёзна.

- Вариантов не так много. Но они есть и это хорошо. - она подскочила к неприметному коллкольчику в углу и начала звонить.

Воины напряглись, Льялел с интересом склонив голову на бок наблюдал что она сделает дальше. Вызывает стражу, чтобы подставить его? Его Луна не чурается грязных методов чтобы себя защитить? Даже это ощущалось правильным, она должна уметь защищаться.

- Бросьте его в том углу, пусть будет не так очевидно, что его душили и волочили. - властный голос пары на секунду вызвал злость, командует альфой?..

Но любопытство, что она хочет предпринять все же взяло верх. Льялел сделал как она хотела.

За секунду до того как в двери ввалился отряд стражи, на её лице появилось скорбное и жалостливое выражение. Она определённо задумала что-то интересное.

- Доблестные стражи! Слава Единому вы тут! Тут такое! - она бросилась им навстречу раскинув руки в стороны. - Я пришла за советом, как нам с моим избранником быть- он оборотень и безбожник, а я верная служительница Единого! Как же нам быть то... - она заломила руки и так горько вздохнула, что на секунду даже Льялел, пристально следящий, чтобы никто не коснулся его пары, поверил что она испытывает настоящие муки совести. - А тут Настоятель с этим охальником прям на алтаре...- стражи замерли, Льялел почуял как выразительный голос его Луны вводит стражей в какой-то транс.

Они завороженно следили за ней, а она металась из стороны в сторону, словно не находя себе места.

- А потом они нас заметили и прекратили, Слава Единому, но! - тут в её голосе послышалось слезы и Льялел не выдержав подошёл ближе, аккуратно приобнимая свою загадочную Луну.

Он уже понял что она задумала и его искренне забавлял способ, который она выбрала чтобы их защитить. Льялел сильнейший среди равных, ему не приходилось идти на уловки уже очень давно. Но он помнил себя котёнком, тогда когда приходилось драться со старшими, более сильными и крепкими, и тогда без хитрости не обойтись.

Льялел взглянул на Луну. На нежных щеках расцвел румянец, глаза сверкали словно голубые воды озера Адрэ зимой под ярким солнцем.

- Я смотрю, а они уже по полу покатились! Одеждами зацепились представляете!?

Альфа усмехнулся, столько эмоций было сейчас в его Луне, что он решил не прерывать её, пусть доиграет до конца то что хочет. В любом случае, тот кто рискнет покуситься на его пару умрёт. Льялелу хватит влияния вытащить её отсюда без потерь, даже если она решит сейчас вскрыть глотку хиляку на глазах у всех.

- Лия, что ты опять устроила? Почему везде где ты появляешься творится хаос?! - мелкий толстяк в форме старшего стража пробился сквозь ряды своих подчинённых и вперив взгляд покрасневших глаз в девушку застыл напротив неё.

- Монти, чего ты орёшь сразу? Я же пытаюсь объяснить. - пара не выглядела испуганной или растерянной, её аромат даже стал менее интенсивным.

Толстяк очевидно внушил ей спокойствие гася адреналин. Льялел внимательно оглядел соперника и притиснул свою Луну к себе, буквально вдавливая податливое нежное тело в себя. Окутывая пару своей силой и своим запахом.

- Да ты...- Монти вздрогнул ловя на себе оцнивающий хищный взгляд.

Зверь смотрел на него с человеческого лица. Оценивал и выбрал момент, когда вцепиться ему, Монти, в глотку в роковом рывке. Монти не зря был одним из лучших среди стражей. Не смотря на свою комплекцию, он без всякой протекции занял пост Старшего дневных стражей столицы. Гениальный ум помноженный на хитрость потомственного лавочника и блестящую интуицию ментального мага, и конечно умение нравиться нужным людям, обеспечили Монти приличную должность. И сейчас та самая интуиция орала сиреной, что беловолосый альфа оторвет ему голову за любой неверный жест.

- Ну, Монти, говорю же - они сгорели в любовной лихорадке. Наверно Единый покорал. - и она приложила сомкнутые в шепоть пальцы к сердцу и ко лбу.

Ритуальный жест от этой занозы заставил Монти закатать глаза.

Однако ярость от очередной выходки этой...активистки уже прошла, намертво придавленная плитой любопытства. Неужели альфа Серебрянных ибрисов нашёл свою пару в лице Карделии Брокс? А кто это ещё может быть как не тот самый глава прибывший пару дней назад к королю на переговоры. Впрочем ходили слухи, и Монти склонен был им верить, что хитрый кошак прибыл в столицу лично, чтобы оценить уровень защиты не столько в Динее, сколько в нарывающемся на неприятности соседе - Шевдии. Согласно тем же слухам шевды несколько раз за последний год провоцировали стычки на границе земель оборотней. Не исключено, что ибрис планирует решить проблему малой кровью. Король Шевдии говорят возжелал жену альфы Бурых медведей (вот идиот) и теперь грезит идеей о собственном военном и политическом превосходстве. И может оборотни бы дали Бурому самостоятельно разобраться за свою жену, но Король Октавиан не планировал выходить лично в открытое столкновение, а засылал своих подручных на границы. И пока вроде все было мирно. Но раз ибрис здесь, значит скоро Шведию ждёт как минимум тычок, как максимум потрясение.

Но главное сейчас даже не это. Неужели Лия стала парой для ибриса?

- Ты меня за идиота не держи. Их покарал ровно тот же Единый, который вынудил лавочника Лаоса распродать все имущество и отстроить дом для сирот. Тот же, который заставил пылать домик Улиток на улице Грёз. - Льялел отметил, что на миг лицо его пары словно затвердело, черты закаменели, а взгляд помертвел.

Он инстинктивно вжал её тело в себя ещё ближе, стремясь отогнать то что она видит, отогреть, наполнить свою пару теплом и жизнью.

Мимолетный взгляд на него. Голубые словно припорошенные глаза сталкиваются с мерцающей яркой зеленью. Её взгляд меняется, словно она поснулась. Насмешка подсвечивает их изнутри, делает загадочней. Теплей для Льялела. Словно пара ему благодарна.

- Все мы слуги Его, на всё воля Его. - едва слышная насмешливая хрипотца отзывается дрожью в теле альфы.

- Не святотатсвуй. - демонстративно поморщился Монти. - И где там лекарь?

Этот момент избрал служка чтобы прийти в себя:

- Она, Порождение Скверны! Она отравила Настоятеля! - взгляды присутствующих переместился с указующего на Лию перста на Настоятеля, все ещё валяющегося без сознания.

- Какое отравление, мой хороший? Вам что в ваших охальничьих грезах привиделось? - натурально удивилась Луна, округляя глаза и всплескивая изящными руками.

- Т-ты же призналась! И какие ещё охальничьи грёзы, что ты несёшь? - попытался подняться худой служка, но на костлявое плечо опустилась широкая ладонь одного из обортней и служка испуганно ойкнув опустился обратно на пол.

- Когда бы я успела в чем-то признаться, если тут вас с греховодником Настоятелем надо было друг от друга силком оттаскивать? И верно вас Единый покарал! Это ж надо было додуматься на святом алтаре блуду предаваться! - она покачала головой, мягкие волосы приятно шекотали подбородок и Льялел довольно улыбнулся.

Пусть пара развлекается, пока стоит в его объятиях и он наполняется её запахом до краёв.

Служка задохнулся от возмущения или от того, что его плечо сжала в тисках огромная лапища воина оборотня.

- Так, я бы попросил всех проследовать в отделение для дальнейших разбирательств. - Льялел насмешливо хмыкнул.

- Хочешь забрать мою пару, страж?

- Прошу вас представиться и обозначить свой статус. - умный взгляд толстяка остро прошёлся по лицу Льялела, кажется не упуская ни единой детали.

Зверь довольно рыкнул, хороший противник.

- Альфа Серебрянных ибрисов. Моя пара неприкосновенна.

- Монти, ты хочешь нам что-то предъявить? - вкрадчивый голос Луны и то как она неосознанно поглаживала его руку обвившую её талию, вызывало тёплую вибрацию внутри. Ибрису хотелось мурчать словно он снова котёнок.

И он помурчит для неё, для своей пары. Как только избавится от всех лишних разумных вокруг.

Лекарь наконец пробился сквозь ряд стражей и молниеносно бросился к Настоятелю, мгновенно определяя самого тяжёлого пациента.

Луна в его объятиях даже не дернулась, довольно потеревшись щекой о её макушку, Льялел закрылся носом в её волосы и нащупав губами маленькое ушко, прошептал с удовольствием ощутив дрожь в теле своей пары:

- Наигралась?