Альфа. В огне его желаний

Олеся

Его взгляд снова лезвием проходит по моей коже, оставляя на ней болезненные следы.

Какой-то непонятный… животный ужас пульсирует в моей крови, рождая и нагнетая в душе страшное предчувствие.

Мужчина сидит на противоположной трибуне, но совершенно не следит за боем. Его хищный взгляд уже несколько долгих минут прикован ко мне.

Его поза расслаблена – незнакомец вальяжно откидывается на тёмно-коричневую потёртую спинку кожаного кресла, широко расставленные ноги дорогими туфлями упираются в бетонный пол.

Сильные руки лежат на мягких подлокотниках, в одной ладони он сжимает наполовину наполненный янтарной жидкостью тяжёлый хрустальный бокал.

Он выглядит как обычный человек… но почему от его пронзительного немигающего взгляда холодный ужас растекается внутри меня, и я чувствую себя его самой желанной добычей?

Что-то тёмное… страшное таится в его чёрных глазах… в какой-то момент мне даже кажется, что они огнём вспыхивают в темноте зала.

Ужас какой-то…

Резкий рваный выдох срывается с моих губ. Холод растекается по телу и арктическим льдом собирается в животе…

Сердце заполошно стучит в груди, будто отсчитывая секунды до чего-то непоправимого… Маленькие чувствительные волоски на коже болезненно приподнимаются, и тысячи зловещих мурашек рассыпаются по моим рукам…

Боже… что происходит со мной?

Опускаю взгляд вниз и обнимаю себя, чтобы хоть как-то укрыться от его внимания, но это не помогает. Тяжёлый алчный взгляд мужчины не оставляет меня.

Здесь очень темно и душно. Пахнет кровью и потом, а горячий воздух наполнен тестостероном. Бойцы дерутся на ринге, толпа вокруг нас то и дело взрывается громким рёвом.

Звуки ударов тяжёлым эхом отдаются в моей голове и дрожью проходят по оголённым нервам.

Прикрываю на несколько секунд глаза, чтобы успокоиться.

Зачем я пришла сегодня сюда?

Нужно было остановиться и не переступать порог этого клуба, как только увидела большую кованую вывеску с ярко-красным названием «Бойцовский клуб «Хищник»»… но я так не хотела расстраивать Никиту.

К горлу подкатывает тошнота, голова кружится… смотрю на свои ладони и понимаю, что они мелко подрагивают.

Нет, мне срочно нужно выйти отсюда на свежий воздух.

- Я хочу уйти, - поворачиваюсь к Никите и, наклонившись к нему, громко произношу в ухо, чтобы он услышал меня среди этой ревущей толпы.

- Да, ладно тебе! Лесь, веселье только начинается!

Ага, веселье.

Боже, как он мог догадаться притащить меня на бои без правил?!

- Никита, мне нехорошо, давай уйдём отсюда, - делаю ещё одну попытку достучаться до своего парня, но, похоже, это бесполезно. Он не реагирует на мои просьбы.

Сама жмусь ближе к Никите и сжимаю его руку в поисках тепла и защиты.

Поднять глаза и снова посмотреть вперёд не решаюсь.

Я знаю… чувствую, тот мужчина всё ещё смотрит на меня своим страшным взглядом.

- Ты крови что ли испугалась? Эй, зай, - Никита всё-таки поворачивается ко мне, на его губах снисходительная улыбка.

Ну вот, он снова скажет, что я маленькая девочка, которая всего боится.

Да и пусть, лишь бы увёл меня отсюда.

- Слушай… - Никита внимательнее присматривается к моему лицу, - ты и правда совсем бледная, - улыбка быстро сменяется растерянностью, - может действительно это была не самая лучшая идея для Дня Рождения?

Конечно, гений!

- Давай просто уйдём отсюда.

Никита бросает печальный взгляд на арену и на несколько секунд задерживает его там, словно пытается впитать в себя всё происходящее на ринге.

- Хорошо, пошли на выход.

Я слышу недовольство и раздражение в голосе Никиты, но мне сейчас всё равно.

Мне нужно вырваться отсюда как можно скорее.

Чувствую, как что-то буквально подталкивает меня в спину направляя к выходу, а в голове бьётся лишь одна мысль: «Бежать! Срочно бежать отсюда!»

Никита держит меня за руку и продирается сквозь толпу. Едва успеваю за ним, несколько раз спотыкаюсь на тонкой шпильке, но не останавливаюсь.

Я думала, мы пойдём в ресторан, поэтому сейчас мне приходится свободной рукой поддерживать длинный подол вечернего тёмно-синего платья и зажимать в ней же маленький клатч.

Узкие коридоры кажутся бесконечными, но через несколько минут мы, наконец-то, оказываемся у выхода.

Предчувствие ещё не отпускает меня, но здесь дышать становится легче.

Никита получает в гардеробе нашу верхнюю одежду, а я уговариваю себя успокоиться.

Скоро я буду дома и обязательно забуду всё, что произошло сегодня: и мой сон, и поход утром к Светкиной гадалке, которая не помогла, а лишь накрутила меня… и этот ужасный клуб со странными обитателями я тоже забуду!

Никита помогает мне одеться и за руку подводит меня к массивным деревянным дверям с длинными кованными ручками, но он не успевает за одну из них взяться и открыть дверь.

Нас останавливает пронизанный лютым холодом, хриплый голос:

- Гостям нельзя покидать клуб до окончания поединка.

Сердце падает вниз, желудок болезненно сжимается, а от мужского голоса, которым сказаны эти слова, у меня мурашки в ужасе разбегаются по коже.

- Моей девушке плохо, поэтому мы уходим! - уверенным поставленным голосом практикующего юриста отрезает Никита и дёргает на себя дверь, но на неё вдруг ложится громоздкая ладонь, и дверь закрывается у нас перед носом.

- Вы что себе позволяете?! – чувствую, как закипает Никита, - я сказал: «мы уходим!»

Хочу вмешаться в разговор, но застываю на месте, когда слышу за спиной властный, пронизанный сталью голос и я уже знаю, кому он принадлежит:

- Пусть уходит, девушка останется здесь.

Олеся

За несколько часов до пролога

- Свет, ты уверена, что мне это нужно? – неуверенно спрашиваю подругу и оглядываюсь по сторонам.

Мы стоим в каком-то узком закутке большого деревянного дома. Здесь нет окон и мебели, только огромные оленьи рога висят на стенах и в полумраке помещения отбрасывают жуткие тени на красные обои.

Мне совершенно не хочется здесь ни к чему прикасаться, поэтому я просто переминаюсь с ноги на ногу, обнимая себя руками.

Вообще, вся эта задумка с походом к гадалке кажется мне сейчас ужасно глупой.

Ну подумаешь, странный сон мне снится каждый год перед днём рождения… переживу как-нибудь…

- Конечно! – громко восклицает Светка, не разделяя моего пессимизма, - Зара лучшая гадалка из всех, кого я знаю! – с восхищением продолжает, обернувшись ко мне, - она точно расшифрует твой ужастик. Считай это моим подарком на твоё восемнадцатилетие!

Да, отличный подарок, чего уж…

И зачем только я рассказала подруге про свой многолетний кошмар?

Вздрагиваю, когда дверь с тихим щелчком, наконец, открывается.

- Проходите, бабушка Зара ждёт вас, - молоденькая девчушка с двумя длинными чёрными косами высовывает свою голову к нам и открывает дверь шире, а пока мы проходим внутрь, заинтересованно оглядывает меня с головы до ног.

Присаживаюсь на корточки, провожу ладонью по её черноволосой головке и искренне улыбаюсь ей. Пока она единственная приятная неожиданность, случившаяся со мной в этом мрачном доме.

Чувствую, как замирает малышка и, не желая её больше смущать, поднимаюсь и иду за Светой. Знаю, она часто ходит сюда, поэтому дорога в кабинет, в котором принимает Зара ей хорошо знакома.

Проходим по длинному, в противоположность душному закутку, в котором мы только что ожидали своей очереди, очень светлому коридору. Большие в пол окна занавешены лёгким прозрачным тюлем, пропускающим сюда солнечный свет.

Здесь намного легче дышать, и я отпускаю себя, расслабляюсь, хотя волнительный трепет ещё покалывает мою кожу.

Останавливаемся у тёмной дубовой двери. Света стучит в неё и сразу открывает.

- Здравствуйте, Зара, мы пришли, - с придыханием произносит подруга и толкает меня вперёд, - это Олеся, я Вам о ней говорила.

По инерции делаю несколько быстрых шагов вперёд и резко останавливаюсь, поднимаю голову и сталкиваюсь взглядом с абсолютно чёрными глазами сидящей за столом женщины.

Когда мы сюда ехали, я слушала Светкины рассказы о Заре и представляла гадалку совершенно другой – пожилой, неприметной женщиной с седыми волосами и поэтому сейчас я сильно удивлена.

На вид Заре можно дать не более сорока пяти лет. Густые чёрные волосы собраны в аккуратный пучок на макушке и прикрыты тёмным полупрозрачным платком. Она очень привлекательна необычайно яркой восточной красотой… а ещё… от женщины волнами исходит какая-то непонятная, притягивающая к себе сила…

Несколько долгих секунд не отпускаем друг друга.

Ощущения не самые приятные. Кажется, что Зара ощупывает меня своим пронзительным взглядом и пробирается глубоко в душу, вызывая там странный трепет и ледяное покалывание.

- Светлана, выйди, - наконец, раздаётся сильный, напитанный скрытой мощью голос гадалки.

- Но я…

- Выйди!

Подруга что-то недовольно бурчит себе под нос, но ослушаться Зару не смеет и быстро выходит из кабинета, оставляя нас с женщиной один на один.

- Итак… здравствуй, Олеся, - голос Зары становится добрым и ласковым, а меня такие изменения только сильнее напрягают.

- Доброе утро.

Смотрю, как женщина медленно поднимается из-за стола и с улыбкой на губах подходит ко мне. Тонкие золотые монеты, пришитые к поясу её длинного платья, неприятно позвякивают.

Зара обходит меня кругом, словно разглядывая диковинную игрушку, и вдруг резко наклоняется к моим волосам.

Не успеваю отойти и слышу, как она с шумом вдыхает запах моих волос.

- Что Вы делаете?! – громко возмущаюсь и быстро отхожу от сумасшедшей гадалки в сторону.

Зара несколько мгновений ничего не отвечает, её веки прикрыты, а крылья носа трепещут, вдыхая пропитанный моим запахом воздух.

- Пожалуй, я лучше пойду. Простите за беспокойство.

Поворачиваюсь и успеваю сделать лишь один шаг в сторону выхода, когда слышу:

- Твоя мать долго заботилась о тебе и оберегала, но сегодня ты…

- Моя мама много лет назад умерла, прошу, не будем приплетать её сюда, - оборачиваюсь и перебиваю гадалку.

Обычно я так не поступаю и с уважением отношусь ко всем, но эта женщина нагло лезет туда, куда совсем не нужно.

Зара на мою гневную тираду лишь смеётся.

Скриплю зубами и хватаюсь за ручку двери.

- Я говорю о твоей настоящей матери… дочь Луны.

А вот и наш главный герой!
Руслан Алиев
Беспощадный и несгибаемый Альфа

Олеся Соболева
18 лет
Спокойная, нежная, любит читать, играет на фортепиано
В свой день рождения случайно ступила на территорию Двуликих и сразу заинтересовала нашего Альфу

Олеся

Разворачиваюсь.

- Вы с ума сошли?! – мой голос вибрирует от злости.

Как она смеет трогать мою маму?!

Громкий смех Зары резко обрывается, и женщина снова начинает прожигать меня своими чёрными словно уголь глазами.

Страшная тишина между нами пробирает до дрожи.

- Сядь.

Я очень хочу уйти, но этот приказ, сказанный твёрдым уверенным голосом, будто под гипнозом заставляет меня вернуться обратно и сесть в одно из двух обтянутых синей бархатной тканью кресел.

Складываю руки на коленях. Молчу. Оголённые нервы натянуты до предела, а Зара медленно обходит стол и садится напротив меня.

- Ночь… ты стоишь на залитой лунным светом поляне… - тихий голос гадалки проникает в меня и воскрешает в памяти мой кошмар, - вокруг мёртвый лес… тишина… и ты одна… сначала маленькая девочка, но с каждым годом ты становишься старше и вот тебе уже восемнадцать лет… знаковый день наступил, сегодня они тебя найдут и больше не отпустят.

Злость уходит и в моём сердце рождается страх.

Откуда она знает мой сон?!

Это Света ей рассказала?

Вопросы жалят меня, но сознание быстро капитулирует под тихим гипнотическим голосом Зары, и я медленно закрываю глаза и проваливаюсь в свой оживший кошмар…

Чёрный лес вырастает за моей спиной. Его мрачные мёртвые ветви бросают жуткие тени на едва выпавший снег под моими босыми ногами.

Подола длинного белого платья едва касается ветер.

Здесь пахнет мартовской сыростью и гнилью.

Мне жутко здесь находиться, обнимаю себя руками… а потом я слышу их…

Шорохи… со всех сторон раздаются страшные, пугающие меня звуки и треск ломающихся ветвей…

Кто-то идёт… их много…

Я чувствую их… в воздухе пахнет зверьём… дикими хищниками… и голодом… их лютым голодом…

Они стоят на краю мёртвого леса, их глаза блестят в темноте, но звери не смеют ступить на залитую лунным светом поляну…

Я знаю – они другие и им нужна я…

Мне страшно.

Безумно… люто… невыносимо страшно.

Ужас сильной дрожью проходит по телу.

Я знаю, ещё немного и звери кинутся на меня.

В отчаянной попытке спастись я поднимаю руки к полной луне, встаю на носочки и тянусь к ней, прошу защитить меня… а потом рядом со мной раздаётся волчье рычание…

Всё… на этом мой сон всегда обрывается, и я с жутким криком и слезами на глазах резко просыпаюсь.

Выныриваю из своего самого страшного кошмара.

 - Откуда Вы знаете? – шепчу, а Зара достаёт из смятой пачки тонкую сигарету и закуривает, а потом переводит взгляд на меня.

- Как только ты вышла из машины, я уже знала, что ко мне в гости пожаловала Иная, - женщина ухмыляется, а я совершенно не понимаю, о чём она говорит.

- Кто такие Иные?

- О, да ты, девочка, совсем ничего не знаешь, - она смахивает пепел с сигареты в старую железную пепельницу. И вроде бы она усмехается, но взгляд Зары и голос остаются абсолютно серьёзными, - неужели твои родители ничего не рассказали тебе?

Совсем недавно я хотела, громко хлопнув дверью, сбежать отсюда, но сейчас мне хочется узнать больше, хотя слова Зары звучат абсолютно безумно.

- Моя мама умерла много лет назад, я её не помню, - зачем-то делюсь с этой странной женщиной самым сокровенным, - папа жив, но он никогда не рассказывал мне ничего… такого.

- Странно. Обычно Иных готовят к их предназначению с раннего детства.

- Знаете… это всё очень безумно звучит, я лучше пойду, - и всё-таки она обладает каким-то гипнозом, иначе как объяснить, что я всё ещё здесь и слушаю эти бредни.

- Сядь, девочка, и я расскажу тебе про то, как на самом деле устроен этот мир, скрытый от глаз обычного человека. Сегодня тебе исполняется восемнадцать и без этих знаний ты можешь погибнуть, когда Двуликие придут за тобой.

Олеся

Эта фраза, произнесённая низким вкрадчивым голосом, пугает и током пробегает по моим натянутым нервам.

Стены комнаты начинают давить на меня, под тяжёлым взглядом гадалки моё дыхание сбивается.

Нет, умом я понимаю, что эта странная женщина городит какую-то нелепицу. Она, видимо, просто застряла где-то в своём мире, перегадала и придумывает то, чего быть не может.

И мне бы встать и уйти, но дурацкое любопытство съедает меня, и я остаюсь.

Что-то есть в её словах, что волнительным трепетом отзывается в моей душе… и сон…

Как она могла узнать про него?!

- Вы сказали про Дву… Двуликих… кто это? – Боже, неужели, я сама это произношу?! Я же не верю во всю эту мистику!

Дёргаюсь, чтобы встать, но Зара своим быстрым ответом меня останавливает, буквально припечатывает к сидению.

- Оборотни, - не задумываясь произносит и прямо смотрит мне в глаза, а у меня холодок пробегает по спине от её пронзительного тяжёлого взгляда.

Она не врёт… или просто сама верит в то, что говорит – успокаиваю себя, но предательские мурашки стремительно разлетаются по моей похолодевшей коже.

- Их не существует… - сглатываю тугой ком в горле и тихо произношу, а Зара лишь хрипло усмехается на мои слова.

- О, милая моя, тогда ты сильно удивишься, когда встретишься с ними.

- Зачем мне с ними встречаться?! – выпаливаю на автомате и начинаю нервно ёрзать на кресле.

- Тебе совершенно незачем, я бы даже сказала, что тебе, девочка, лучше спрятаться, пока никто о тебе не знает, но рано или поздно Двуликие почувствуют твоё появление, как и я, и придут за тобой и ты должна быть готова к этой встрече.

- Зачем я нужна им? Ну… то есть… я же просто человек…

Сама не понимаю, почему ведусь на слова гадалки и включаюсь в эту нелепую игру.

- Ты Иная, Олеся. Ты редкость и огромная ценность для оборотней. Такие как ты появляются в нашем мире раз в несколько столетий, но приносят с собой хаос, беды и множество смертей, - голос гадалки к концу предложения начинает звенеть от напряжения и наполняется какой-то тёмной безумной силой. Смотрю на неё и, мне кажется, что её чёрные глаза сверкают… надеюсь, это просто отблески пламени свечей.

Обнимаю себя руками, сейчас я чувствую себя в логове настоящей ведьмы.

- Почему? – тихо спрашиваю.

- Ты уникальна. Каждая стая хочет забрать дочь Луны себе. Каждый оборотень хочет прикоснуться к запретной и редкой силе, которая по преданию дарует бессмертие, власть, а самое главное, помощь Богини. Согласись, здесь есть за что драться.

- Этого быть не может. Вы ошибаетесь. Я обычный человек и во мне нет никакой силы…

Зара кивает и отводит, наконец, от меня свой пронзительный давящий взгляд. Ещё дымящийся кончик сигареты быстро оказывается в пепельнице.

Время, кажется, замирает в этот момент.

- Я не могу ошибаться, но ты можешь не верить мне и уйти.

Нет, это не гадалка… это какая-то ведьма.

Боже, куда привела меня Светка?!

Минуты идут. Зара подкуривает новую сигарету и, очевидно, ждёт моего решения.

Неприятный запах и плотный дым курева разливаются по комнате, и душат меня, а я… я не знаю, как поступить.

Откуда она всё-таки узнала про мой сон?

Светке я не рассказывала его так подробно…

Мой растерянный взгляд блуждает по светлым деревянным стенам, перетекает на закрытый тёмной скатертью круглый стол и расставленные на нём предметы: смятые карты, белые листы бумаги, высокие зажжённые свечи в тяжёлом железном подсвечнике…

Надо же, такие я видела только на картинах…

Наконец, мой взгляд возвращается к чёрным бездонным как сам ад глазам гадалки, и я решительно выпаливаю, пока не передумала:

- Я остаюсь.

Ведьма кивает и довольно улыбается, а мне кажется, что я только что заключила контракт с дьяволом.

Олеся

- Этот мир совершенно не такой, каким тебе кажется, - начинает рассказывать хриплым голосом Зара, а я обнимаю себя руками, чтобы хоть как-то удержать в себе те частички спокойствия, которые с каждым произнесённым словом по капле покидают меня, - Двуликие или, как люди привыкли их называть, оборотни тысячелетия живут рядом с вами, но вынуждены скрывать себя.

Тяжёлый вдох срывается с моих губ.

Боже, зачем я это всё слушаю?!

- Когда-то люди были пищей не только для вампиров, но и для оборотней, - холодно и равнодушно произносит свои ужасные слова гадалка, а у меня кровь стынет в жилах.

- Пи…щей? – заикаясь тихо спрашиваю и впиваюсь пальцами в покрытую мурашками кожу предплечий, - люди еда для оборотней и… вампиров?

Голова начинает кружиться, и я медленно откидываюсь на спинку кресла, всё также обнимая себя руками.

- Да, люди – это еда… настоящая горячая кровь, наполненная бурлящими эмоциями – диким страхом и ужасом, и сочное мясо.

Она произносит это так просто… и с таким садистским удовольствием, что я почти уверена, что Зара одна из них… этих самых оборотней или вампиров, а я, кажется, её сегодняшний завтрак…

С трудом сглатываю вставший в пересохшем горле ком, не отрываю испуганного взгляда от довольной произведённым эффектом ведьмы…

Мой страх и её наслаждение волнами разливаются в воздухе… и, наверно, я схожу с ума, но, мне кажется, я даже чувствую острый запах перца и жуткую вонь какой-то болотной гнили повисающие между нами…

Мамочки… надо уносить отсюда ноги.

Сознание кричит о страшной опасности, но я не могу сдвинуться с места. Вспыхнувшие адским огнём глаза Зары удерживают меня на месте. Кажется, если я брошусь сейчас к двери, она мгновенно нагонит меня и воткнёт в мою шею острые клыки…

- Боишься меня и правильно делаешь. Запомни это чувство и каждый раз, когда будешь ощущать его, беги, не раздумывая бросайся с места и беги подальше. Твоя интуиция никогда не подведёт тебя!

Ведьма, наконец, отрывает от меня свой жуткий взгляд, наваждение спадает, и я делаю несколько глубоких вдохов. Пульс ещё диким гулом отдаётся в висках, но я физически чувствую, что опасность миновала.

- Что это сейчас было?

Выпрямляюсь и внимательно слежу за гадалкой.

Зара берёт в руку колоду старых измятых карт и начинает их тасовать.

- Интуитивно ты чувствуешь, кого нужно опасаться, и это хорошая новость для тебя, но… - Зара выдерживает недолгую паузу, а у меня по спине стекает капля холодного липкого пота, - Двуликие тоже ощутят твоё присутствие, а они гораздо быстрее и сильнее тебя, Олеся…

- То есть мне не убежать от них?

- Нет.

- И… и что же мне делать?

- Охотники – твоё спасение, девочка.

Боже мой, она решила свести меня с ума??

Оборотни, вампиры… Иные… Двуликие… Охотники…

Боже…

Очень хочется закрыть глаза и просто помолчать, ни о чём не думая, но я боюсь выпустить из вида гадалку.

- Кто это? – всё же не выдерживаю повисшего в комнате молчания и спрашиваю.

- Охотники – это единственная защита человечества от таких как я… от Других.

- А… кто Вы?

Зачем я это спрашиваю?!

- Нет-нет! Не говорите, я не хочу этого знать! – быстро выпаливаю, но зря.

- Кто-то называет меня гадалкой, знахаркой, ворожеей, но суть остаётся одна – я ведьма! – горячо произносит Зара, встаёт, упирается ладонями в стол, стоящий между нами, и нависает над ним… и вот теперь её глаза точно загораются страшным огнём, а сквозь тонкую белоснежную кожу лица просвечивают чёрные вены, превращая красивую женщину в страшное чудовище…

Панический ужас ударной волной проходит по телу.

Она и правда не человек…

Сердце булькает в груди.

Мамочки… спасите меня кто-нибудь…

Впечатываюсь вспотевшей спиной в спинку кресла, дыхание спирает в груди.

В сознании мелькают обрывки молитв, которые я тут же мысленно повторяю, но страшное лицо ведьмы напротив меня не исчезает.

Всё, мне конец.

Зажмуриваюсь, не могу больше смотреть на неё. Пусть жрёт меня так…

На несколько долгих мгновений в комнате повисает оглушающая тишина, а потом из ступора меня выводит громкий каркающий смех Зары. Он режет уши, и я медленно приподнимаю веки, боясь вновь лицезреть ужасающее лицо ведьмы.

- Я не нарушаю законы, Олеся, - спокойно, как-будто ничего не произошло, произносит вернувшая свой привычный человеческий облик Зара, - я не трогаю человечек и, тем более, не убиваю Иных.

- Можно я просто уйду и забуду всё, что Вы мне сказали, и буду и дальше жить в своём нормальном… человеческом мире? – тихо спрашиваю. Сил совсем не осталось. Я опустошена.

- Нет, девочка, жить как прежде уже не получится, - Зара опять подкуривает сигарету, и белое облако дыма проплывает по комнате, - совсем скоро Двуликие объявят на тебя охоту…

- Я спрячусь! - на свой страх и риск перебиваю ведьму.

- Не получится, - усмехается женщина и бросает на меня острый взгляд, - возможно, ты выиграешь неделю или месяц… не больше. Оборотни почувствуют тебя и начнётся кровавая охота, - она ненадолго замолкает, пронзая меня своими чёрными бездонными глазами, - и в этой охоте ещё ни одна дочь Луны не выжила, Олеся.

- И что же мне делать?!

- Приходи ко мне завтра, Олеся. Здесь тебя будут ждать Охотники, они помогут тебе.

Оглушённая словами Зары, на негнущихся ногах просто вываливаюсь в коридор и уже не слышу, как она говорит кому-то:

- Иная пришла ко мне. Сегодня я видела кровь… много крови… Я уверена, эта девчонка станет причиной новой войны среди Двуликих. Ты должен убрать её, Марк. Сегодня.

Олеся

- Ну, как?! - как только я закрываю дверь кабинета Зары, ко мне тут же подбегает подруга, - она классная, да?

Исподлобья смотрю на Свету, выражая взглядом всю степень своей «радости».

- Очень классная.

- Не поняла, а чего ты кислая такая, Лесь? – она внимательно вглядывается в моё лицо, - и бледная совсем. Что всё плохо, что ли? Не верю, что Зарочка не смогла тебе помочь!

- Она помогла… очень сильно помогла, а теперь пойдём домой. Скоро Никита приедет.

Обхожу подругу и по длинному коридору снова подхожу к небольшому мрачному закутку. Слышу, как Света, громко стуча каблуками, идёт за мной.

- Я не поняла. Ты мне ничего не расскажешь, что ли?!

Мотаю головой и вхожу в затемнённое пространство.

- Нет, так не пойдёт! Я хочу знать всё!

О, Света, ты не знаешь, чего просишь.

Открываю входную дверь и с удовольствием подставляю лицо яркому зимнему солнцу. Глубоко вбираю в себя морозный воздух, на несколько мгновений застывая на крыльце дома, в который мне не следовало сегодня приходить… и вдруг вздрагиваю, когда моей ладони касаются тёплые пальцы.

Резко отдёргиваю руку, смотрю вниз и расслабленно выдыхаю – передо мной маячит знакомая тёмная макушка хорошенькой девчушки, но, когда девочка поднимает голову, я вскрикиваю, хочу убежать, но страшная сила удерживает меня на месте, полностью сковывая мои движения.

Ужас ледяной волной проходит по телу, меня начинает бить сильная дрожь.

 Не хотя смотрю в закатившиеся глаза девочки, а она берёт в свои маленькие пальчики мою вмиг похолодевшую ладонь, и её шёпот сильной болезненной дрожью проходит по моей коже, приподнимая все чувствительные волоски на моём теле.

- Храни свою тайну, дочь Луны, иначе Двуликие разорвут тебя, - девочка тянет меня за руку и мне приходится наклониться к ней ближе. Паника захлёстывает, не давая сделать ни единого вдоха. Страшные пустые глаза смотрят на меня, напитывая душу диким ужасом, а маленькая хозяйка этого кошмара продолжает тихим вкрадчивым голосом, - ты можешь принести много смертей в мир Двуликих, Олеся, но если полюбишь его, то изменишь будущее и подаришь благословение Луны древним стаям.

Как только девочка перестаёт шептать, её глаза приобретают нормальный вид, а сила, удерживающая меня, резко отпускает, я отшатываюсь на несколько шагов от улыбающейся маленькой ведьмы, а потом разворачиваюсь и не оглядываясь бегу к машине.

Громко хлопаю дверцей, всё ещё внутренне безумно дрожа, и смотрю сквозь лобовое стекло на довольную собой малышку.

Она, как ни в чём не бывало, машет мне рукой, а я с ужасом смотрю на неё.

Значит, и она тоже… Другая…

Боже…

- Света, поехали, - не оборачиваясь обращаюсь к подруге.

- Да еду я, еду. Свозила, значит, я тебя к гадалке, а ты мне ничего не рассказываешь… это нечестно, Леся!

Мне абсолютно плевать сейчас на ворчание Светы. Я хочу немедленно уехать подальше от этого дома и забыть всё, что я здесь видела и слышала.

Да, именно забыть!

И завтра я сюда точно не приду!

Ни за что!!!

Только вот я ещё не знаю, что Двуликие найдут меня уже сегодня…

***

Его взгляд снова лезвием проходит по моей коже, оставляя на ней болезненные следы.

Какой-то непонятный… животный ужас пульсирует в моей крови, рождая и нагнетая в душе страшное предчувствие.

Мужчина сидит на противоположной трибуне, но совершенно не следит за боем. Его хищный взгляд уже несколько долгих минут прикован ко мне.

Его поза расслаблена – незнакомец вальяжно откидывается на тёмно-коричневую потёртую спинку кожаного кресла, широко расставленные ноги дорогими туфлями упираются в бетонный пол.

Сильные руки лежат на мягких подлокотниках, в одной ладони он сжимает наполовину наполненный янтарной жидкостью тяжёлый хрустальный бокал.

Он выглядит как обычный человек… но почему от его пронзительного немигающего взгляда холодный ужас растекается внутри меня, и я чувствую себя его самой желанной добычей?

Что-то тёмное… страшное таится в его чёрных глазах… в какой-то момент мне даже кажется, что они огнём вспыхивают в темноте зала.

Ужас какой-то…

Резкий рваный выдох срывается с моих губ. Холод растекается по телу и арктическим льдом собирается в животе…

Сердце заполошно стучит в груди, будто отсчитывая секунды до чего-то непоправимого… Маленькие чувствительные волоски на коже болезненно приподнимаются, и тысячи зловещих мурашек рассыпаются по моим рукам…

Боже… что происходит со мной?

Опускаю взгляд вниз и обнимаю себя, чтобы хоть как-то укрыться от его внимания, но это не помогает. Тяжёлый алчный взгляд мужчины не оставляет меня.

Здесь очень темно и душно. Пахнет кровью и потом, а горячий воздух наполнен тестостероном. Бойцы дерутся на ринге, толпа вокруг нас то и дело взрывается громким рёвом.

Звуки ударов тяжёлым эхом отдаются в моей голове и дрожью проходят по оголённым нервам.

Прикрываю на несколько секунд глаза, чтобы успокоиться.

Зачем я пришла сегодня сюда?

Нужно было остановиться и не переступать порог этого клуба, как только увидела большую кованую вывеску с ярко-красным названием «Бойцовский клуб «Хищник»»… но я так не хотела расстраивать Никиту.

К горлу подкатывает тошнота, голова кружится… смотрю на свои ладони и понимаю, что они мелко подрагивают.

Нет, мне срочно нужно выйти отсюда на свежий воздух.

- Я хочу уйти, - поворачиваюсь к Никите и, наклонившись к нему, громко произношу в ухо, чтобы он услышал меня среди этой ревущей толпы.

- Да, ладно тебе! Лесь, веселье только начинается!

Ага, веселье.

Боже, как он мог догадаться притащить меня на бои без правил?!

- Никита, мне нехорошо, давай уйдём отсюда, - делаю ещё одну попытку достучаться до своего парня, но, похоже, это бесполезно. Он не реагирует на мои просьбы.

Сама жмусь ближе к Никите и сжимаю его руку в поисках тепла и защиты.

Поднять глаза и снова посмотреть вперёд не решаюсь.

Я знаю… чувствую, тот мужчина всё ещё смотрит на меня своим страшным взглядом.

- Ты крови что ли испугалась? Эй, зай, - Никита всё-таки поворачивается ко мне, на его губах снисходительная улыбка.

Ну вот, он снова скажет, что я маленькая девочка, которая всего боится.

Да и пусть, лишь бы увёл меня отсюда.

- Слушай… - Никита внимательнее присматривается к моему лицу, - ты и правда совсем бледная, - улыбка быстро сменяется растерянностью, - может действительно это была не самая лучшая идея для Дня Рождения?

Конечно, гений!

- Давай просто уйдём отсюда.

Никита бросает печальный взгляд на арену и на несколько секунд задерживает его там, словно пытается впитать в себя всё происходящее на ринге.

- Хорошо, пошли на выход.

Я слышу недовольство и раздражение в голосе Никиты, но мне сейчас всё равно.

Мне нужно вырваться отсюда как можно скорее.

Чувствую, как что-то буквально подталкивает меня в спину направляя к выходу, а в голове бьётся лишь одна мысль: «Бежать! Срочно бежать отсюда!»

Никита держит меня за руку и продирается сквозь толпу. Едва успеваю за ним, несколько раз спотыкаюсь на тонкой шпильке, но не останавливаюсь.

Я думала, мы пойдём в ресторан, поэтому сейчас мне приходится свободной рукой поддерживать длинный подол вечернего тёмно-синего платья и зажимать в ней же маленький клатч.

Узкие коридоры кажутся бесконечными, но через несколько минут мы, наконец-то, оказываемся у выхода.

Предчувствие ещё не отпускает меня, но здесь дышать становится легче.

Никита получает в гардеробе нашу верхнюю одежду, а я уговариваю себя успокоиться.

Скоро я буду дома и обязательно забуду всё, что произошло сегодня: и мой сон, и поход утром к Светкиной гадалке, которая не помогла, а лишь накрутила меня… и этот ужасный клуб со странными обитателями я тоже забуду!

Никита помогает мне одеться и за руку подводит меня к массивным деревянным дверям с длинными кованными ручками, но он не успевает за одну из них взяться и открыть дверь.

Нас останавливает пронизанный лютым холодом, хриплый голос:

- Гостям нельзя покидать клуб до окончания поединка.

Сердце падает вниз, желудок болезненно сжимается, а от мужского голоса, которым сказаны эти слова, у меня мурашки в ужасе разбегаются по коже.

- Моей девушке плохо, поэтому мы уходим! - уверенным поставленным голосом практикующего юриста отрезает Никита и дёргает на себя дверь, но на неё вдруг ложится громоздкая ладонь, и дверь закрывается у нас перед носом.

- Вы что себе позволяете?! – чувствую, как закипает Никита, - я сказал: «мы уходим!»

Хочу вмешаться в разговор, но застываю на месте, когда слышу за спиной властный, пронизанный сталью голос и я уже знаю, кому он принадлежит:

- Пусть уходит, девушка останется здесь.

Олеся

От его голоса мелкая дрожь проходит по моему телу, а сердце пропускает несколько ударов и почти останавливает свой ход. Страх липкими щупальцами пробирается под кожу. Тело деревенеет.

Нет, я не буду оборачиваться.

Не буду!!!

Намертво впиваюсь замёрзшими пальцами в ладонь Никиты, он моя последняя надежда на спасение… хотя гадалка говорила, что от Двуликих не убежать… они быстрее и сильнее людей…

Боже…

 Это чувство… вот о чём предупреждала меня Зара… моя интуиция кричала мне уходить, а я не послушала её и вошла в этот чёртов клуб…

- Так, мы явно не понимаем друг друга, - Никита поворачивается к тому страшному незнакомцу, утягивая меня за собой. Не поднимаю глаза, смотрю в пол. Жутко страшно снова встретиться с его пылающим адским голодом взглядом, которым он сейчас препарирует меня, медленно скользя по моему телу и оставляя на моей коже болезненные, но невидимые следы.

- Послушайте, моя девушка здесь впервые и оказалась совершенно не готова к увиденному, - сейчас Никита сильно напряжён, хоть и хочет казаться спокойным, но я хорошо слышу появившуюся неуверенность в его голосе… и Они тоже это слышат…

- Уберите его, - холодный чёткий приказ, и моего парня быстро хватают за шкирку и выталкивают за дверь.

Никита что-то кричит, молотит в деревянные створки кулаками, но все мы прекрасно понимаем, что он больше не зайдёт сюда вновь.

Я остаюсь одна с опасными хищниками.

Опустошение разъедающей горечью мгновенно разливается в душе, а отчаяние разрывает пропускающее удары сердце.

- Свободны, - ещё один приказ, и мы остаёмся один на один с этим жутким чело… Двуликим.

Мгновение и мужчина приближается.

Не поднимаю голову, а он медленно обходит меня по кругу.

Его бесшумные шаги, скользящий по мне обжигающий взгляд… пугающее ожидание его первого прикосновения… заставляют инстинкт самосохранения вопить о тревоге, но я не двигаюсь с места.

Бесполезно.

Нет никаких шансов спастись от него.

Я сама зашла на его территорию, сама отдала себя в его руки.

Хищник уже почуял свою новую жертву и не отпустит меня.

Мужчина останавливается передо мной. Я упираюсь взглядом в чёрные носки его дорогих туфель, но голову не поднимаю. Его запах обволакивает меня, рождая в душе необычный трепет, разрядами тока проходит по моей коже, заставляя мои руки мелко подрагивать.

- Ты так дрожишь… Знаешь, кто я? – лёд его голоса обжигает, а насмешка, прозвучавшая в нём, воспламеняет мои щёки.

Резко поднимаю голову вверх и сталкиваюсь с его пронизывающим насквозь надменным взглядом.

Мужчина огромен. Даже мне с моим метр семьдесят приходится высоко задирать голову, чтобы заглянуть в его красивое, но абсолютно холодное лицо, на котором я сейчас вижу лишь одну эмоцию – презрение.

- Нет… я не знаю, - заставляю себя ответить, а робкая надежда вспыхивает в глубине застывшей от страха души.

Если всё отрицать, возможно, он отпустит меня?

Ладонью провожу по руке, разглаживая волны мурашек на похолодевшей коже, и прихожу в ужас, когда незнакомец наклоняется ко мне ближе и несколько раз глубоко, как какое-то животное, вдыхает мой запах.

Боже мой…

Застываю как статуя, боюсь пошевелиться.

С ужасом смотрю, как трепещут крылья его носа, а густые чёрные реснички подрагивают над прикрытыми веками.

 - Человечка… но запах… - хищник открывает обещающие мне настоящий ад глаза и внимательно вглядывается в моё лицо, - что ты использовала, глупая человечка? Какие-то новые феромоны, чтобы привлечь нас?

- Что?.. – непонимающе спрашиваю и мотаю головой, - я… на мне нет духов…

Неужели он думает, что кто-то в своём уме будет желать привлечь внимание таких как он??

Его губ касается презрительная усмешка.

Боже…

Он будто видит меня насквозь.

- Пойдём со мной, - его холодный приказ тушит во мне последнюю робкую надежду на побег из этого кошмарного клуба, но я нахожу в себе силы ответить:

- Я бы хотела уйти…

- Нет. Раз ты пришла сюда, значит подчиняешься правилам этого клуба… моим правилам, - отрезает любую попытку сопротивления.

- Но я не знаю Ваших правил! – отчаянно кричу и закусываю до крови губу, одинокая слезинка стекает по моей щеке.

Всё, теперь он точно убьёт меня…

- Тем хуже для тебя, глупая человечка… но я с удовольствием, - обжигает меня ледяным взглядом, - познакомлю тебя с ними.

Олеся

Вижу, как Двуликий следит за слезинкой, которая медленно стекает по моей щеке, и понимаю, что он упивается моим страхом, ему нравится моя дрожь, проходящая по покрытой мурашками коже… он лакомится моими эмоциями…

Накручивает. Ломает. Прогибает под себя.

Он наслаждается своей властью надо мной.

Добыча загнана в угол и уже не вырвется… осталось лишь свернуть мою тонкую шейку. Уверена, мужчина с удовольствием это сделает.

Чёртов ублюдок!

Продолжаю испуганно смотреть в его холодные глаза и, к своему ужасу, вижу там просыпающийся голод… лютый, жадный, дикий. Он ярким пламенем вспыхивает в чёрных бездонных глазах.

Гадалка сказала, что ни одна из Иных ещё не выжила среди Двуликих… что ж, похоже, меня ждёт та же участь… эта двухметровая нелюдь вполне сможет разорвать меня голыми руками…

Я же для него пища… вкусное сочное мясо…

Мамочки…

Натянутые как канаты нервы не выдерживают, ноги подгибаются, я пошатываюсь и чуть не падаю.

«Чёртовы шпильки…» быстро мелькает мысль в голове.

Сильно наклоняюсь в бок и позорно жду встречи с полом, но сильные руки мужчины успевают поймать меня и мягко возвращают моё тело в вертикальное положение.

С трудом проталкиваю вниз тугой ком, вставший в горле, а Двуликий резко отдёргивает свою руку словно ему неприятно меня касаться. Тень недовольства пробегает по его красивому, но очень пугающему меня лицу.

- Стоять ещё на ногах не научилась, но уже пришла на запретную территорию, - его ноздри хищно раздуваются, когда он окатывает меня ледяной волной презрения, - так хочешь найти себе покровителя среди нас?

Вот же… Двуликий!

Волна негодования пробивается сквозь страх и разъедающим ядом выплёскивается наружу.

Да, за кого он меня принимает?!

- Я пришла сюда со своим парнем! Это его подарок на мой день рождения! – нахожу в себе силы выпрямиться под его тяжёлым пронзительным взглядом, задираю вверх подбородок и грозно отвечаю… ну, или мне кажется, что грозно…

Да, точно кажется… потому, что этот громила задирает голову вверх и начинает громко смеяться.

Этот низкий гортанный звук неприятной разрушающей вибрацией проходит по моему телу.

Поёживаюсь.

Сил совсем нет. Я выгорела.

Стою и слушаю, жду пока громиле надоест издеваться надо мной.

Боже, я никогда не чувствовала себя так глупо, беззащитно… затравлено.

Руки опускаются.

Тихо вздыхаю и вытираю вспотевшие ладони о мягкую ткань уже абсолютно бесполезного вечернего платья.

- Почему Вы не даёте мне уйти? – этот вопрос шёпотом срывается с моих искусанных губ, - я не понимаю, что Вам от меня нужно. Я… я никому не скажу, что была здесь…

Я говорю всё это тихо, но мужчина слышит, и его смех тут же стихает.

- Такие как ты иногда появляются в моём клубе, и поверь, я прекрасно знаю, что тебе нужно здесь, - мне совершенно не нравится, каким огнём вспыхивают его чёрные глаза, - и я дам тебе это.

- Что?..

И снова холодок пробегает по моей спине.

Древний инстинкт самосохранения воет сиреной, и я отшатываюсь назад, а мужчина шагает вплотную ко мне и нависает надо мной огромной мрачной скалой. Сейчас от него исходят мощные волны злости и гнева, и я понимаю, что хищник едва сдерживается от нападения, поэтому почти не дышу и молчу.

Смотрим друг другу в глаза.

Воздух между нами мгновенно накаляется от наших эмоций и, я отчаянно бьющимся сердцем чувствую, что ещё немного и полыхнёт…

- Как ты подобрала нужный запах? – зло, сквозь зубы спрашивает тот, кто уже совершенно не похож человека. Сейчас передо мной стоит опасный зверь, и эту исходящую от него опасность я чувствую всем своим естеством, - кто научил тебя, человечка?

Слышу, как хрустят костяшки его пальцев, когда он зло сжимает их в кулаки. Вижу, как напрягаются стальные мышцы под тонкой тканью чёрной рубашки, и медленно делаю ещё один шаг назад, но это не помогает избавиться от ужасного давления зверя.

- Я не понимаю, о чём Вы… Я пришла сюда с па…

- Хватит! – подпрыгиваю от его жуткого голоса, а в следующую секунду взвываю от боли – чудовище хватает меня за предплечье и тащит к лестнице…

Руслан

Эта девчонка… я заметил ещё там, внизу около ринга.

Необычные белые волосы и совершенное кукольное лицо. Тонкая фарфоровая кожа, огромные серые глаза и пухлые губы.

Красивая человечка… интересно сколько ей лет?

На вид не дашь больше шестнадцати. Надеюсь, парни проверили её паспорт, когда пропускали её в клуб.

С интересом рассматриваю её и понимаю, что она здесь впервые.

Это видно по её реакции, мимике, позе.

Ей страшно, жутко и неприятно.

Она с удовольствием бы сбежала отсюда, но почему-то продолжает сидеть и бросать испуганные взгляды на залитый кровью, потом и слюнями ринг.

Да, это мужская территория. Царство мужчин, тестостерона и силы.

Моё царство.

Логово Двуликих.

Здесь бывает не так много женщин и в основном все они оборотницы. Готовые к спариванию самки. Хищницы, для которых привычен дикий животный секс.

Все они приходят сюда с одной целью – найти себе пару. Выбрать самого сильного и привлекательного самца среди бойцов клуба… только вот выбирают здесь не они – мы выбираем их, но никто не остаётся в накладе.

Человечки тоже иногда рискуют зайти на мою территорию, но им нужно другое – деньги. Только их запах привлекает человеческих самок и только ради них они готовы терпеть нас… Двуликих… оборотней… животных.

Я прекрасно знаю, как они нас называют.

Нет, я не обижаюсь.

Почему я должен обижаться на правду?

Только вот человечки почему-то не любят, когда я называю их продажными шлюхами... но ведь это же тоже правда, а они дуются и недовольно пыхтят, но выразить мне своё несогласие не решаются… а я всё вижу по их густо накрашенным лицам.

Наблюдаю за девчонкой, пока идёт бой. Смотрю, как она испуганно морщит своё красивое личико при каждом ударе и разлетающихся в стороны брызгах крови.

И всё-таки интересно, почему она здесь?

Смотрю на неё и не верю, что она пришла в поисках папика… она не выдержит и одной ночи с Двуликим. Слишком хрупкая, слишком нежная, слишком ранимая… всё в ней слишком.

Так что же ты делаешь здесь, малышка?

Делаю глоток виски, упираюсь локтями в подлокотники кожаного сидения и наклоняюсь вперёд. Продолжаю наблюдать за блондинкой и с какой-то непривычной мне жадностью ловлю каждую её эмоцию.

В какой-то момент мой зверь приникает очень близко к коже, так, что его жёсткая шерсть выступает на моих руках. Он делает глубокие вдохи, принюхивается. Волк что-то ищет, но пока будто и сам не может понять, что именно.

Девчонка замечает меня, но я всё равно не свожу взгляда со странной парочки. Так даже интереснее.

Парень с азартом наблюдает за боем, а девчонка жмётся ближе к нему в поисках защиты, прячет лицо на его плече, а вот этому недоделку всё равно. Он будто и не замечает девчонку.

Не понимаю, зачем этот идиот привёл свою девушку на мою территорию?

Не знает наших правил?

Она то точно не знает, иначе такая неженка и близко бы не подошла к моему клубу.

Нет… вряд ли она хочет стать постельной грелкой кого-то из моих ребят… хотя кто знает, что на уме у человеческих женщин.

Усмехаюсь своим мыслям, а тем временем странная парочка поднимается и спускается к выходу… и я какого-то демона иду за ними.

И когда по моему приказу вышвыривают её задохлика, и мы остаёмся один на один, мой зверь замирает и принюхивается к ней, и до меня, наконец, доходит, чем она привлекла моё внимание, и почему мой волк так странно вел себя всё это время.

Я не понимал этого, пока не почувствовал её запах.

Лёгкий цветочный аромат кружит голову и забивается в лёгкие. Он пьянит и манит моего волка… и дико раздражает меня. Злит.

Значит, она всё-таки пришла сюда за богатым и сильным покровителем.

Подобрала аромат, который притягивает зверя и пришла в клуб.

Смелая девочка!

Что ж я дам ей то, что она хочет!

Хватаю её за руку и тяну по вверх по винтовой лестнице в мой кабинет, а там подвожу напуганную девчонку к огромному окну, из которого видно всю арену.

Он вырывается и, кажется, шмыгает носом, но я крепко держу. Ненавижу продажных людишек.

- Ты хотела получить себе богатого Двуликого? Я исполню твою мечту и отдам тебя сегодняшнему победителю! Поверь, у него будет очень много денег, тебя же они интересуют?!

Олеся

Меня всё сильнее бьёт нервная дрожь. Там, где это чудовище сжимает железной хваткой мою руку, кожа горит огнём.

Вот тебе и день рождения, Олеся…

Попала в клетку к каким-то сумасшедшим…

Вижу, как на ринге продолжают наносить друг другу страшные удары соперники, и вздрагиваю. Ликующий вой толпы громкими звуками раздаётся в помещении, где мы стоим, и бешеным пульсом отдаётся в ушах.

Закрываю глаза, не желая больше смотреть на кровавое побоище под нами.

- Вы не имеете права держать меня здесь и отдавать кому-то, - едва проговариваю слова, от страха у меня зуб на зуб не попадает, - я человек, а не вещь, и у меня есть права, - хочу заявить громко, но выходит лишь сиплый писк.

И снова ухмылка на его безупречном, по-мужски красивом лице…

Боже, она будет сниться мне в самых страшных кошмарах…

- Девочка, ты забываешься, - он за руку подтягивает меня к себе и наклоняется к моему лицу так, что я замечаю отблески адского огня в его чёрных глазах, - ты на моей территории, в моём клубе и я волен делать с тобой всё, что захочу, - звук его низкого голоса разрядами тока проходит по моему телу, и я резко отшатываюсь назад, когда мужчина отпускает меня.

Нет, это какой-то сюр…

Это не может происходить со мной. Невозможно.

У меня день рождения, меня дома папа ждёт… и Никита!

Да, точно! Он обязательно обратится в полицию, он вытащит меня отсюда!

Нужно лишь потянуть немного время.

Успокаиваю себя и бросаю ещё один взгляд на арену.

Кровавое месиво продолжается, но сейчас я не заостряю внимание на ударах… сейчас я испуганным взглядом рассматриваю противников.

Они огромные. Оба под два метра ростом, может даже выше… накачанные… на их массивных телах проработана каждая мышца, а убийственные взгляды, которыми они прожигают друг друга, невыносимы…

Отворачиваюсь и судорожно вздыхаю.

Если… если это чудовище отдаст меня одному из этих зверей, я не проживу и часа. Меня просто разорвут голыми руками на части и съедят.

Мамочки… что же делать??

- Боишься? – презрение и сарказм смешиваются в его вопросе, - что же ты не подумала о последствиях, когда искала внимания Двуликих? – спрашивает и подкуривает сигарету.

Горький дым быстро разливается по комнате, и я закашливаюсь. Не выношу сигаретного запаха.

Горечь оседает в горле, и я несколько раз сглатываю, стараясь протолкнуть её внутрь.

- Какая же ты неженка, - склонив голову на бок и словно забавную букашку рассматривая меня, замечает чудовище и пускает мне в лицо новую струю дыма.

Обмахиваюсь рукой, чтобы едкое облако не дошло до меня, а Зверь, откинув голову назад смеётся.

Снова закашливаюсь.

Злость собирается в груди и растекается по моему телу обжигающим ядом.

Весело ему!

Хвостатое чудище!

- А знаешь, - мужчина отталкивается от стола, на который только что опирался бёдрами, - ты забавная, - его полыхающий взгляд снова проходится по моему лицу, - пожалуй, я оставлю тебя себе.

Смотрим друг другу в глаза.

Чувствую, как с моего лица сходит вся краска. Сердце пропускает удар, а потом громко начинает биться в груди… один… два… три…

Гулкие удары отдаются в висках, когда оборотень подходит ко мне ещё ближе.

Мужчина останавливается напротив меня, слегка наклоняет голову, и я чувствую, как он ощупывает меня своим алчным взглядом, пробирается им под тонкую ткань платья, ощущаю на себе его горячие пальцы… чувствую их грубые прикосновения к своей коже…

Боже… Боже…

Прикрываю на пару мгновений глаза, чтобы остыть и сбросить с себя этот ужасный морок… хотя я понимаю, что нельзя выпускать из внимания голодного хищника… но не могу больше выдержать его взгляд.

Громкий стук в дверь заставляет мен резко распахнуть глаза.

- Да! – Двуликий поворачивается к двери как раз в тот момент, когда она открывается, и в помещение входит высокий темноволосый мужчина.

«Двуликий» тут же вспыхивает у меня в голове, и я осторожно отхожу на несколько шагов подальше от оборотней.

- Что случилось, Марат?

- Рус, охотники к нам пожаловали. Спустишься вниз или пригласить их сюда?

На пару мгновений в комнате воцаряется неприятная давящая тишина, а воздух начинает раскаляться.

- Марк с ними?

- Да.

- Проводи его сюда, а остальные пусть останутся внизу, - отдаёт приказ жёстким голосом Двуликий, бросает быстрый взгляд на меня и добавляет, снова повернувшись к оборотню, - и, Марат, чтобы никаких стычек с ними! От прошлого раза ещё не все отошли.

Марат уходит, а моё сердце делает кульбиты в груди.

Охотники!

Это чудовище сказало, что здесь охотники!

Боже! Вот оно моё спасение!

Олеся

Моё тело напрягается готовое к прыжку, только вот прыгать-то пока не куда.

Адреналин огромными порциями вбрасывается в кровь и растекается горячими волнами по моему вибрирующему от страха организму.

Сдерживаю свои порывы, хотя отчаянно хочется рвануть за этим Маратом и встать за широкую спину охотника.

Мой взгляд устремлён на закрывшуюся дверь, но краем глаза я вижу, что Двуликий делает шаг в мою сторону.

Резко перевожу взгляд на него, что задумало это чудовище?

- Веди себя тихо, девочка. Разговор будет недолгим, а потом я займусь тобой, - низкий вкрадчивый голос проникает в меня и придавливает своей тяжестью… холодок проходит по моей коже от мрачной решимости, заключённой в словах и тоне мужчины.

Он не намерен меня отпускать и, кажется, Двуликий совершенно не боится охотников.

Неужели гадалка солгала мне??

Нервно сглатываю и вглядываюсь в чёрные глаза оборотня… а они вдруг начинают наливаться нечеловеческим цветом… Сначала в них небольшими крапинками просвечивает странная желтизна, а потом она полностью поглощает зрачок, и через пару мгновений я смотрю уже в пугающе жёлтые глаза зверя.

Хищные. Опасные. Голодные.

Мамочки…

Вся сжимаюсь под прицелом этих жутких глаз.

Ужас волной мелкой дрожи проходит по моему телу.

Нервно стискиваю в руках полы светлого пуховика, который успела надеть поверх вечернего платья, и сильно вздрагиваю, когда дверь в комнату резко и широко открывается, прерывая наш с Двуликим зрительный контакт.

- Руслан, - вошедший мужчина тяжёлым взглядом осматривает помещение, лишь на мгновение задерживает его на мне, а потом переводит на оборотня, - давно не виделись. Новое мясо? – кивком головы он указывает на меня, а у меня дыхание спирает от этой фразы, и сердце срываясь падает вниз…

Что он сказал?!

Мясо??

Захлёбываюсь воздухом и возмущением, но не смею ответить мужчине. Что-то в его виде меня останавливает. Я чувствую, как в воздухе быстро сгущается напряжение, и не шевелясь застываю на месте, а мой взгляд сам начинает напряжённо блуждать по… Охотнику.

Серебряные, очень необычные волосы незнакомца рассыпаны по его плечам длинными прядями. Он достаточно высок, но всё-таки чуть ниже Двуликого и явно уступает ему в ширине плеч.

Его кожаная курка распахнута, а белая рубашка расстёгнута сверху, поэтому мне удаётся рассмотреть несколько больших и маленьких серебряных кулонов, висящих на груди Охотника.

- Чем обязан твоему приходу, Марк? – громкий колючий голос Двуликого едва не нарушает хрупкий баланс двух странных субстанций, что сейчас странными волнами расползаются по кабинету… и каким-то непонятным мне образом я их ощущаю.

Одна холодная как лёд задевает меня своими колючими иглами, другая – обжигает огнём и рассыпает на моей коже пылающие угли…

Молча стою на месте и медленно перевожу взгляд с одного мужчины на другого. Они не пожимают друг другу руки, а просто смотрят в глаза, и у меня возникает неприятное ощущение, что они общаются взглядами… ментально или как правильно это назвать?

Почти не дышу, боюсь шевельнутся, чтобы не отвлечь мужчин от созерцания друг друга.

Охотник и Двуликий… два хищника застыли сейчас напротив друг друга, а в паре шагов от них стою я… та, кого один считает бесправной человечкой, а второй – свежим мясом…

Боже… куда я попала?..

Это какая-то сказка, да?.. или другая реальность?..

А может быть это просто сон?!

Да, пусть это будет сон! Только скорее кто-нибудь разбудите меня!

- Эта человечка, Руслан, как она попала к тебе?

Несколько капель холодного пота стекают по взмокшей спине, и я чувствую, как с моего лица отливает вся кровь…

Боже, они говорят обо мне?

- Я не нарушал правил, Марк, если ты об этом, - голос Двуликого пропитан сталью, и я сейчас отчётливо понимаю, что эти мужчины совсем не друзья.

Они продолжают говорить обо мне в третьем лице, и ни один из хищников не переводит на меня своего взгляда.

Я словно вещь для них.

Бездушная. Бесчувственная. Безмолвная.

Становится противно, но лезть в их разговор я всё-таки не смею.

И, правда, я стала тенью.

- Насколько я знаю, девушка не знала правил этого клуба, - от ледяного голоса Охотника мурашки снова рассыпаются на моей коже.

- Это ничего не меняет, Марк, - Двуликий скрещивает на груди руки, и его стальные мышцы натягивают рукава чёрной рубашки, - она пришла сюда сама, никто из моих ребят её не заставлял. Просто очередной человечке захотелось попробовать Двуликого, - с отвращением замечаю, как едкая ухмылка появляется на лице оборотня, - тебе нечего предъявить мне, Марк, поэтому забирай своих головорезов и мирно уходите.

- И всё-таки я вынужден настаивать. Девушка пойдёт со мной.

- На каком это интересно основании?

- До своего восемнадцатилетия люди неприкосновенны, а ей ещё не исполнилось восемнадцать.

- Её паспорт говорит о другом.

- В полночь, Руслан, она родилась в полночь, которая ещё не наступила.

Тяжёлый взгляд Двуликого возвращается ко мне, и снова его ноздри раздуваются, когда он как зверь глубоко вдыхает мой запах.

Инстинктивно сжимаюсь в комок. Ещё немного и я упаду. Невозможно долго выдерживать взгляд этого зверя.

На несколько секунд в комнате повисает тягучая тишина, которую неожиданно прерывает резкий голос Двуликого:

- Уходите.

Охотник ничего не произносит, но, наконец, переводит взгляд своих голубых глаз на меня, а у меня волосы на затылке приподнимаются, настолько он пронзительный, тяжёлый, вымораживающий…

- Пойдём, Олеся, - ледяной голос сильной вибрацией проходит по телу, и я отмираю.

Марк открывает дверь и рукой делает жест, чтобы я шла вперёд, и моё сердце отчаянно радуется такому исходу… только вот в этот момент старинные часы, долгое время висевшие на стене безмолвно, начинают громко отсчитывать последние секунды до полночи… решая в это моё мгновение мою судьбу… окончательно разрывая её на «до» и «после»…