Альтаир. Путь домой

Табита бежала, не разбирая дороги. Ветки царапали лицо, мгла медленно поглощала ее. Впереди протяжно завыл волк, но Табиту это не остановило.

- Тебе все равно не уйти! - грозный голос смешался со стуком копыт. - Ведьма должна умереть!

Мимо со свистом пролетела стрела. Совсем близко, так, что оставила на щеке Табиты лишь царапину. 

Бежать. 

Бежать, не оглядываясь.

Бежать, пока ноги не стерлись в кровь.

Она должна увести погоню от хижины, где остался младенец.

- Попалась!

Один из королевских стражников выскочил прямо перед ней. Табита развернулась и тут же наткнулась на их предводителя.

- Табита. Последняя из ведьм, - он смаковал каждое слово. - Сегодня ты умрешь.

- Надо же, сам король Талмей решил оказать мне такую честь. Что, хочешь поднять свой авторитет в глазах слуг? 

В ее голосе не было и тени страха: он остался в старой хижине.

- Я лишь хочу, чтобы ты пала от моей руки. Такова традиция.

- Разве я могу отказать тебе, господин? - с издевкой произнесла Табита и присела в насмешливом реверансе.

Король Талмей кивнул, и стражник грубо завел руки Табиты за спину. Та не пыталась сопротивляться, лишь презрительно смотрела на своего будущего палача.

- Ты боишься таких как я, поэтому и убиваешь.

- Молчи! 

Но Табита продолжила:

- Боишься, что мы положим конец твоему жестокому правлению. Я вижу это в твоих глазах. Таких же трусливых и мерзких, как ты сам.

- Ты ничего обо мне не знаешь, - Талмей резко подался вперед и вцепился ей в горло. Табита начала задыхаться. А потом рассмеялась. Безумно, срываясь на кашель. Она смеялась, пока Талмей не ослабил хватку. Шумно вдохнула.

- Чего же ты ждешь? Не мучай ведьму, мой род и так вот-вот прервется…

- Разве? Слыхал, ты недавно родила.

Сердце болезненно кольнуло. 

Нет, Талмей не мог знать. Он лжет.

- Мне доложили, что у тебя есть дочь.

- Дочь? - она вновь рассмеялась, на этот раз еще более безумно и устрашающе. - На твоем месте я бы сменила слуг. У меня сын, а им, как известно, не переходят способности. Так что мой род действительно прервался. Мальчишка не представляет никакой ценности.

Она сама не могла поверить, что говорит это. Улыбалась сквозь слезы, чтобы дать ребенку хоть каплю надежды.

- Так что, убьешь его? И навсегда прославишься как самый трусливый правитель, не пощадивший даже младенца!

- Довольно! - король обнажил меч и одним движением вонзил его в живот ведьмы. Клинок легко прошел сквозь нее. На серебряном лезвии заалела кровь.

- Никто не смеет называть меня трусом, - Талмей наклонился к ее лицу. В бледном свете луны оно выглядело безжизненно.

- У тебя недавно… родился сын… - прохрипела Табита. - Я приготовила подарок…он передаст его своим… детям…

Хрип прервался кашлем. Капли крови испачкали некогда белое платье. Табита издала последний вздох и испустила дух. 

- Сожгите тело, - Талмей вынул меч и брезгливо вытер клинок о подол платья. Взглянул в застывшие синие глаза Табиты и отвернулся. - Вы слышали ее. Прочешите округу и найдите мальчишку. Он не должен выжить.

Все в деревне относились к ней словно к прокаженной. Серое от грязи лицо и старые лохмотья не вызывали ничего, кроме отвращения. Но было в этом и хорошее: никто не решался притронуться к ней, боясь испачкаться.

Он сразу привлек ее внимание. Высокий и худой, с острыми чертами лица и запоминающимися глазами, черными, словно два уголька. Черные волосы делали его кожу еще бледнее, и он резко выделялся среди обычных работяг. Он прошел мимо нее, и полы его плаща взметнули в воздух дорожную пыль.

- Подай на жизнь, добрый человек.

Она протянула вперед худую руку. По привычке, уже ни на что не надеясь: обычно деревенские просто проходили мимо, редкие добряки могли пожертвовать гнилую луковицу или черствую корочку. Но тут незнакомец достал монету и небрежно швырнул к ее ногам.

- Храни тебя… господь.

Она поморщилась, произнося последнее слово, и подняла монету, пока ее не заметил кто-то еще. Покрутила в пальцах: чистое серебро. На такую милостыню в этом богом забытом городке можно было жить целую неделю. Она хотела поблагодарить незнакомца за такой щедрый дар, но он уже успел скрыться в толпе. 

- Держи ее! - пронзительный крик раздался где-то совсем рядом. - Ее разыскивает королева!

Она не успела очнуться, как ее грубо схватил кто-то из деревенских.

- Пусти! - она вырывалась изо всех сил. Ноги путались в подоле, растрепанные волосы лезли в лицо. 

- Алиса из Саудейла! - перед ней предстал человек в костюме королевского гвардейца. Толстый и невысокий, он не вызывал ничего, кроме удивления, как его вообще взяли на службу. - Ты обвиняешься в колдовстве и оскорблении чести Ее величества!

- Здесь каждый второй - колдун! И разве правда может оскорбить?

- За твою голову назначена награда в сто медных монет!

- Почему так мало?! - Алиса изловчилась и укусила держащего ее деревенщину. - Я стою минимум двести! Можем договориться, и я достану для тебя вдвое больше обещанного…

- Меня предупредили о твоих уловках, - гвардеец усмехнулся. - Только на мне они не работают. Связать ее. 

Второй гвардеец, худой и длинный, словно кочерга, достал из мешка толстую веревку. Не успел он обернуть ей запястья ведьмы, как та зловеще прошептала пару слов, и веревка лопнула. 

- В цепи ее! - скомандовал толстый. 

- Ну хватит! Никакого почтения к леди! 

Она резко наступила на ногу пленившего ее деревенского. Тот взвыл от боли и ослабил хватку. Этого хватило, чтобы Алиса вырвалась и кинулась бежать.

- Не дайте ей уйти! - толстый гвардеец ринулся вдогонку, неуклюже спотыкаясь о собственные ноги и прихрюкивая. 

В ярмарочный день на площади было людно. Неожиданное представление тут же привлекло внимание толпы. Не привыкшие к такому деревенские побросали все свои дела. Женщины причитали. Мужчины делали ставки, кто кого. Мальчишки улюлюкали и посвистывали, ставили подножки гвардейцам и кидали камешки вслед толстому: было сложно промахнуться по такой мишени.

Алиса бежала, не оглядываясь. Кто-то из деревенских наступил ей на подол, и тот оборвался неровной линией, оголяя колени. Босые ступни царапались об острые камни. В висках стучало. 

Она должна скрыться. 

Она никому не позволит себя пленить.

Крики гвардейцев о награде заметно оживили жителей, и те присоединились к погоне. Теперь каждая собака считала своим долгом схватить Алису. Люди не разбирались в причине, жажда наживы поглотила их с головой. 

Алиса отчаянно проносилась между зевак, но силы были на исходе. Горло саднило от сухости, дыхания едва хватало.

- В сторону! 

Крик возницы раздался за ее спиной. Судьба дала Алисе шанс: от преследователей ее отгородил конный экипаж. Всего несколько секунд, и она скрылась из виду. 

Ноги сами привели ее в тупичок за таверной. Алиса затаилась среди бочек с отходами. Совсем рядом пищала крыса, нос резало от запаха нечистот и гнили. Толпа пронеслась мимо тупика, но сердце еще долго стучало, норовя выпрыгнуть из груди. 

Алиса просидела так несколько минут. Отдышалась, убедилась, что в тупике больше никого нет, и осторожно вылезла из укрытия. 

- Так это тебя все ищут?

Ледяной голос раздался над ухом. Алиса напряглась и подалась вперед, готовая бежать.

- Не советую. Мои люди схватят тебя прежде, чем ты успеешь сделать вдох.

- Кто ты? Что тебе нужно? 

Алиса не видела лица незнакомца, но спиной ощущала его колючий взгляд.

- Сейчас важно, кто ты. Кажется, за тебя обещали сотню медных? - он вышел вперед и усмехнулся. - Как думаешь, может, мне стоит побороться за приз?

Алиса прищуренно посмотрела в его черные глаза, с трудом сохраняя равнодушный вид. Сунула руку в маленькую холщовую сумку, извлекла монету и зажала ее между пальцев.

- Она стоит дороже сотни медных. Ты не дал бы мне ее, если бы нуждался в деньгах, - на тонких губах мужчины промелькнула тень улыбки. - Повторю свой вопрос: кто ты?

- Ты ведьма, верно? - незнакомец внимательно изучал лицо Алисы. Его внимание привлек шрам на переносице.

- Подралась с соседским мальчишкой в детстве, - Алиса проследила за взглядом. - Да, я ведьма. Может, хоть теперь соизволишь ответить?

- Тебе следует знать лишь то, что я спас твою жизнь.

Алиса вздохнула: обычно после подобных слов следовали условия. 

- Взамен ты окажешь мне небольшую услугу, - она в очередной раз убедилась в хорошем понимании людской натуры. - Сущий пустяк для ведьмы твоего уровня.

- Ты слишком хорошего мнения о моих навыках. Я всего лишь навожу порчу да отравляю воду в ручье.

- Освобождение от веревок - это отравление или порча? - его шутка вызвала легкую улыбку на губах Алисы. - Я наблюдал за тобой там, на площади.

Алиса затравленно посмотрела на него. Незнакомец был не первым, кто пытался использовать ее способности в своих целях. Правда, обычно хватало обещания наслать самый страшный сглаз из всех возможных, чтобы отбить всякое желание. Но этот мужчина явно был не из трусливых. Он не уйдет, пока не получит свое, и решительный взгляд черных глаз был тому подтверждением. 

- Возможно, толпа ищеек, которые жаждут получить твою голову за гроши, поможет принять решение? Могу пригласить, - он сделал шаг в сторону переулка, и Алиса тут же напряглась.

- Стой! Хорошо, я… помогу тебе, - слова давались с трудом, словно против воли. - А ты поможешь мне.

- Еще и условия ставишь? Безрассудно.

Незнакомец сложил руки на груди. 

- Раз обратился ко мне, ты в отчаянии. А значит, точно не отдашь на растерзание. Но я не хочу попасть в жуткие руки королевы сразу после того, как выполню свое обещание. Поэтому ты поможешь мне сбежать из этого богом забытого места.

Он долго всматривался в ее лицо. Синие глаза ярким пятном выделялись на грязной коже. Длинные русые волосы спутались и напоминали пушного зверя. Отмыть, причесать, приодеть - и сойдет за дочь какого-нибудь мелкого чиновника или торговца.

Незнакомец покачал головой и направился к переулку. Алиса неуверенно пошла следом.

- Альтаир.

Он резко остановился, и ведьма едва не врезалась ему в спину.

- Меня зовут Альтаир.

***

Альтаир помог ей выбраться из деревни. Алиса не была до конца уверена, что помогло больше: его плащ, скрывающий ее лицо, или грозный взор черных глаз. Деревенские испуганно расступались перед ними, особо впечатлительные крестились и шептали молитвы.

- Стой, - на их пути встал тот самый толстый гвардеец. На его камзоле не хватало несколько пуговиц, местами разошелся шов. Гвардеец неспеша жевал кусок свежего хлеба и запивал его молоком. - Мы ищем беглянку. Проверяем всех, кто покидает деревню.

Взгляд узких поросячьих глаз устремился прямо на нее.

- А ну, сними капюшон, - скомандовал он, жуя очередной кусок.

Алиса растерянно дотронулась до ткани. Но спокойный голос Альтаира вернул ее в чувства.

- Не положено. Сглаз на ней.

- Что еще за сглаз?

- Очень опасный, - Альтаир посмотрел на толстяка сверху вниз. - Отбивает аппетит, а лицо покрывается страшными коростами.

Гвардеец приложил ладони к лицу. Недожеванный кусок выпал у него изо рта.

- Ну что, смотреть будешь? Только учти: сглаз перейдет на тебя, как только увидишь.

- Н-не надо, верю, - толстяк на всякий случай сделал пару шагов назад. - А кто сглазил, известно? 

- Да есть тут одна ведьма. Страшная, что судный день, а по ночам в жабу обращается да честных девиц бородавками награждает. Алиса, слыхал про такую?

Гвардеец увлеченно закивал. Алиса едва сдерживала смех, но ее плечи предательски тряслись.

- Плакать начинает, как вспомнит, - Альтаир положил ладонь на ее плечо, вынуждая успокоиться. - Так мы пойдем?

- И не вздумайте возвращаться, - толстяк проводил их испуганным взглядом и перекрестился.