Апельсинка для наемников

Эмили

— Мой отец не станет платить за меня, — покачала головой Эмили. — Он принципиально не ведет переговоры с похитителями.

— Все папаши так говорят, — фыркнул парень, которого, кажется, звали Майком. — А потом выкладывают миллионы за своих драгоценных деточек.

Все так говорят… но генерал Фостер был другим. Он сам писал инструкции для переговоров с похитителями и террористами, поэтому как никто другой знал, что нельзя заключать с ними сделки. Вот почему Эмили понимала, что отец, скорее, оплачет ее, чем заплатит выкуп.

Но как же она сейчас хотела, чтобы это было не так! Привязанная к стулу, голодная, с затекшими руками и ногами Эмили с ужасом думала о том, что здесь, в этом грязном подвале, и закончится ее жизнь.

Хотя, если подумать, она и так прожила гораздо дольше, чем многие другие. После первых зарегистрированных случаев сонной болезни — как окрестила ее пресса — прошло два месяца. И все это время список жертв стремительно рос до тех пор, пока города практически не опустели.

Люди просто засыпали и не просыпались. Однако были и другие, куда более опасные… вторая сторона монеты — жертвы неизлечимой бессонницы, постепенно сходившие с ума.

Вероятно, именно это произошло с Майком, но Эмили не могла сказать наверняка.

— Фостер должен был выйти на связь еще два дня назад, когда мы отправили ему послание, — прорычал Йонас, его приятель. — Может, девка говорит правду? Тогда плакали наши денежки.

— Да не дергайся ты, — выплюнул Майк. — Город оцеплен, дай папаше время пробраться сюда.

Внезапно раздался грохот, словно нечто большое упало на первом этаже магазина, прямо над головой Эмили. Она вздрогнула, и веревки на ее запястьях болезненно впились в кожу. В свою очередь, Майк с Йонасом дернулись нервно, судорожно и замерли, обратившись в слух.

Секунды потекли в тишине.

Парни оставались настороже. Эмили же просто была испугана, однако любой шум давал ей призрачную надежду на спасение. Вдруг отец все-таки организовал спасательную операцию?

Грохот повторился. На этот раз Майк с Йонасом были готовы и лишь переглянулись.

— Сходи, посмотри, — велел Майк тоном строгого лидера.

— Сам иди, — огрызнулся Йонас. — Или вместе, или никак. Никуда она от нас не денется, — хохотнул он, глянув на связанную Эмили.

— Ладно, пойдем, — вздохнул Майк, видимо, поняв, что приятель ему не уступит.

Напоследок они еще раз посмотрели на нее, после чего скрылись за дверью, заперев за собой замок.

Она осталась одна. От очередного грохота Эмили вздрогнула так нервно, словно заразилась сонной болезнью и не спала много дней.

Много… всего два, если подумать. Периодически она дремала, насколько это возможно, когда сидишь с затекшими конечностями. Но Эмили точно не болела. Если она не заразилась за два месяца, то с чего ей подхватить вирус сейчас?

Снова грохот. За дверью — ни шагов, ни голосов. Хорошо это или плохо?

В очередной раз напрягши руки, Эмили попыталась высвободиться из веревок, но у нее, конечно, ничего не вышло. Узлы были затянуты на совесть.

Она попыталась снова, когда внезапно дверь заходила ходуном на петлях. Словно… от удара. За ним последовал еще один, и она распахнулась так резко, что влетела в стену.

Сглотнув, Эмили уставилась на дверной проем.

Там стоял мужчина. Точно не Майк, не Йонас и не кто-либо из их прихвостней. Высокий, широкоплечий, смуглый, с взлохмаченными каштановыми волосами. Возрастом лет тридцати.

Эмили была абсолютно уверена, что видела его впервые.

— Ну что, красавица, заждалась меня? — сверкнул он белозубой улыбкой и тут же шагнул в комнату, прикрыв за собой дверь.

Армейские штаны и ботинки, бронежилет, а под ним — яркая оранжевая футболка, какую ни один представитель вооруженных сил не наденет на задание даже в разгар апокалипсиса. Так что одно Эмили было совершенно ясно — этот мужчина не служит под началом генерала Фостера.

— Сейчас я тебе помогу, — заявил он, поспешив к Эмили.

Слова его были бальзамом для ее заходившегося сердца, и тем не менее она напряглась, за два месяца эпидемии повидавшая слишком многое. К сожалению, ее опасения начали подтверждаться, когда незнакомец остановился перед ней и широко улыбнулся.

— Может, не развязывать тебя? — подмигнул он. — Рыженькая, как я люблю. Ты и так хороша, но связанная… мм, — мужчина закусил губу.

— Только попробуй, придурок, — прошипела Эмили, понятия не имея, как будет обороняться в случае посягательств, однако сдаваться она не собиралась. 

— Ну вот что ты начинаешь? — вздохнул он. — Это был комплимент!

Выхватив из поясных ножен кинжал, мужчина шагнул к Эмили и, быстро изучив вязь веревок, четкими движениями надрезал три из них.

Оказавшись на свободе, она вскочила со стула, готовая бежать и спасаться, на миг позабыв, что у нее затекли ноги. Они подогнулись, и Эмили повалилась бы на пол, если бы незнакомец не схватил ее.

— Тихо-тихо, осторожно, — приобнял он ее за плечи, на минуту став для нее опорой.

Она оказалась прижата к его твердому телу, но сейчас ее куда больше занимало мерзкое ощущение тысячи игл, вонзавшихся в затекшие конечности. Стиснув зубы, Эмили приглушенно застонала.

— Я всегда знал, что неотразим, — фыркнул мужчина, с усмешкой посмотрев на нее сверху вниз, — но мне и в голову не приходило, что ты вот так сразу упадешь в мои объятия.

Стиснув зубы еще крепче — на этот раз от злости — она все-таки сумела выпрямиться и устоять самостоятельно хотя бы затем, чтобы отстраниться от него.

— Кто ты такой? — процедила Эмили, даже понимая, что не стоит грубить человеку, только что освободившему ее от веревок.

— Тайлер.

— Тайлер?.. — поощрила она, ожидая продолжения. Фамилии, звания, хоть чего-нибудь.

Но тут издалека донеслись голоса. Тоже их услышав, он грязно выругался и начал осматриваться по сторонам.

— Надо сваливать, пока сюда не подтянулись остальные из этой миленькой шайки, — констатировал Тайлер, если его действительно так звали. — Через окно! — скомандовал он, указав на приоткрытые створки под потолком, метрах в двух от пола.

Эмили уставилась на предложенный выход. Да ей в жизни не подняться туда! Меж тем Тайлер подскочил, ухватился за оконную раму и, подтянувшись без особого труда, выглянул наружу.

— Путь чист, — резюмировал он и, спрыгнув на пол, посмотрел на Эмили, выгнув бровь. — Вперед, апельсинка. Или тебе нужно особое приглашение?

— Я не смогу, — тряхнула она головой, почувствовав зачатки паники.

Впервые за долгие годы Эмили горько пожалела, что пренебрегала спортзалом. Кто бы мог подумать, что однажды от умения подтягиваться будет зависеть ее жизнь!

Она прекрасно понимала, какая судьба ей уготована, если Майк с Йонасом поймают ее и не получат выкуп. Смерть покажется ей милосердием. Эмили ведь не упустила из виду сальные взгляды, которые они то и дело на нее бросали.

— Я подсажу тебя. Давай, пошевеливай своей сочной попкой, — поторопил Тайлер.

Она слабо представляла себе, как он это провернет, зато настолько обрадовалась его предложению, что даже пропустила непотребное замечание мимо ушей.

Подбежав к окну, Эмили потянула к нему руки. В следующую секунду Тайлер ухватил ее за бедра и легко поднял, чтобы она смогла опереться локтями на подоконник.

Подсаживая Эмили все выше, он подтолкнул ее под ягодицы, сжал их пальцами. А вот это уж точно выходило за рамки помощи!

Тем не менее возмущение придало ей сил, чтобы подтянуться и выползти на парковку перед магазином. Конечно, дворники не работали здесь с начала заражения, поэтому колени и живот Эмили сразу перепачкались, а ладони, не защищенные тканью, еще и оцарапались.

— Отойди! — раздался из подвала приказ Тайлера.

Тут она и поняла, что оказалась свободна как от Майка с Йонасом, так и от Тайлера.

Нужно было бежать! Но только Эмили поднялась на ноги, как из подвала донеслись крики. За ними последовала стрельба и цветистое ругательство Тайлера.

Эмили тут же отскочила подальше.

В следующую секунду он буквально вынырнул из окна. Вслед ему раздалась пальба, стекло разлетелось вдребезги. Перекатившись по грязному асфальту, Тайлер ушел с линии огня и в мгновение ока вскочил на ноги плавным, стремительным движением.

— Бежим! — снова схватив Эмили за руку, он бросился к ближайшему переулку.

Она с трудом поспевала за ним на ногах, ослабевших за два дня непрерывного сидения на стуле. Благо Тайлер бежал не особо быстро, чтобы Эмили от него не отстала, и даже два раза удержал ее от падения, когда им на пути попадались поребрики.

— Мы почти на месте, — заверил он, едва они добрались до переулка. — Ты держишься куда лучше, чем я рассчитывал. Не пищишь, не вопишь. Умница, апельсинка.

Снова он назвал ее этим чертовым фруктом! Эмили скрипнула зубами от такой фамильярности. Ну рыжая, и что с того? Это не делало ее цитрусом! И еще этот снисходительный тон…

— Хватит так меня называть, — Эмили хотела, чтобы ее голос прозвучал грозно, вот только она запыхалась после пусть короткой, но слишком внезапной пробежки.

— О, смотри-ка, с кислинкой! — хохотнул Тайлер. — Прям как я люблю, — он свернул в небольшой внутренний дворик двухэтажного дома.

Ну все, решила Эмили, с нее хватит. Конечно, она была благодарна ему за то, что вытащил ее из ужасного подвала, однако не собиралась больше делать ни шагу, пока не узнает, куда ее тащат.

— Кто ты такой? — уперлась Эмили обеими ногами. — Куда мы идем?

«Пожалуйста, скажи, что тебя послал папа! — мысленно взмолилась она. — И скажи, что мы поедем к нему в гарнизон! Если так, я даже разрешу называть меня апельсинкой».

— Не бойся меня, — вздохнул Тайлер, наконец, остановившись. — Слушай, я… тихо! — внезапно зашипел он.

И насторожился. Эмили тут же прикусила язык, напряглась. Вдруг во время побега кто-нибудь из шайки Майка был на улице и теперь вышел на след? Как бы Эмили ни относилась к Тайлеру, но возвращаться в подвал точно не хотела. Нет, ни за что!

Поэтому она не отбивалась, когда он резко развернулся и, схватив ее, впечатал в стену, практически распластал по ней, закрывая собой. Так они и замерли, прижавшись друг к другу.

— Ты что-то слышал? — шепотом спросила Эмили, не выдержав звенящей тишины опустевшего города.

— Тсс! — строго шикнул Тайлер.

Замерев и прислушиваясь, он смотрел ей в лицо, разглядывал ее черты. Эмили разглядывала его в ответ.

Сейчас Тайлер показался ей моложе, чем пять минут назад. Сколько ему было? Двадцать пять, может, двадцать семь. Но эти карие глаза… мальчишеские — живые, с озорным блеском...

Тут же Эмили одернула себя. Еще неизвестно, кто такой этот Тайлер — спаситель или очередной похититель? Ну а шутить в такой ситуации? На это способен или дурак, или совершенно невменяемый тип.

— Ну что там? — тихо спросила Эмили, решив, что прошло уже достаточно времени. Если бы поблизости были злоумышленники, они бы уже дали о себе знать.

— Видимо, послышалось, — ухмыльнувшись, Тайлер спустил ладони ниже и положил их Эмили на бедра.

К этому моменту его напряжение отступило, сменившись колким, едким весельем — тем же самым, с каким он совсем недавно выводил ее из подвала, словно все это было для него одним большим приключением.

— Убери от меня руки, — прошипела Эмили.

— Да ладно тебе, апельсинка, — ничуть не смутился он и, склонившись, дотронулся губами до ее уха, прикрытого огненно-рыжими волосами. — Тебе же нравится, вон как заблестели глазки.

— Нет, мне не нравится, — рыкнула она.

Только Тайлер собрался ответить, как в тишине двора раздался щелчок затвора.

Эмили узнала этот звук — слышала его прежде. В конце концов, ее отец не всегда был генералом и раньше частенько брал с собой дочь на стрельбище, когда после смерти его жены сидеть с ней стало попросту некому.

И сейчас этот щелчок не предвещал ничего хорошего. Их нашли! Выследили или поджидали! Чертов Йонас и чертов Майк!

Тайлер замер, застыл неподвижно. Эмили же запаниковала в полную силу.

Тайлера вот-вот убьют, ее вернут в подвал… она зажмурилась, не желая признавать скоротечность своей новообретенной свободы. Не желая признавать неизбежное.

— Леди сказала, что ей не нравится, — раздался мужской голос.

Леди? Эмили в изумлении распахнула глаза. Нет, никто из шайки не стал бы называть ее так. Едва ли это слово вообще есть в их лексиконе. Но кто же тогда?

Не выдержав неизвестности, она скосила глаза, чтобы выглянуть из-за плеча Тайлера. Видно было не так уж много, но ей хватило и того, что удалось разглядеть.

Из тени вышел человек. Мужчина в военной форме. И он целился из пистолета в затылок Тайлера.

— Руки за голову, — последовала команда.

— Значит, все-таки не послышалось, — процедил Тайлер.

Глядя ему в лицо, Эмили заметила, как он стиснул зубы, ноздри его начали раздуваться, желваки заходили ходуном. Тем не менее он исполнил команду и послушно поднял руки, чтобы не схлопотать пулю.

— Мисс Фостер, вы едете со мной, — заявил незнакомец не терпящим возражений тоном.

Эмили

Ошарашенная услышанным, Эмили уставилась на незнакомца, которого тоже впервые видела, вне всяких сомнений. Такого мужчину она бы запомнила.

Немного ниже Тайлера, он был куда массивнее и шире в плечах. По-военному короткая стрижка. Невозмутимый прямой взгляд льдисто-серых глаз. А в них — полный штиль. Ни единый мускул не дрогнул на этом загорелом лице с волевыми, угловатыми чертами.

— Мисс Фостер, — повторил незнакомец, и по его интонациям сразу стало ясно, что он привык раздавать приказы. — Подойдите ко мне, пожалуйста. Мы уходим.

 — Да черта с два! — выплюнул Тайлер.

— А тебе я бы не советовал дергаться, — обратился незнакомец уже к нему, и его голос стал еще холоднее. — Мало ли, палец на курке дрогнет.

Эмили сглотнула. Она окончательно перестала понимать, что здесь происходит, однако кем бы ни был Тайлер, ей очень не хотелось, чтобы у нее на глазах погиб человек.

— Не надо стрелять. Я иду! — выпалила Эмили, обойдя его. Он дернулся, чтобы удержать ее, но вовремя вспомнил о дуле пистолета, упиравшемся ему в затылок, и остался стоять смирно. — Не убивайте его, — попросила она.

— Я и не планировал, — легко согласился незнакомец. — Однако же…

Мужчина шагнул к Тайлеру плавно и бесшумно, но тот все равно почувствовал его приближение и напрягся еще больше, если такое возможно.

— Только попробуй, — прошипел Тайлер.

— В отличие от тебя, я не пробую. Я делаю, — хмыкнул незнакомец.

Он перевернул пистолет в своей руке так стремительно, что Эмили осознала происходящее, лишь когда Тайлер получил прикладом по затылку. Незнакомец стукнул его совсем не сильно, без замаха, но, похоже, точно знал, куда нужно бить. В ту же секунду Тайлер упал на землю к ногам Эмили.

— Боже, боже, боже! — выдохнула она, присев перед ним и принявшись нащупывать на его горле пульс. — Вы убили его…

— Он без сознания, мисс Фостер, — сухо заметил незнакомец. — Не мертв. Я не убиваю, если не угрожают моей жизни, а теперь и вашей.

То есть, он убьет, если кто-либо будет ей угрожать? Вот так заявление! В изумлении Эмили вскинула на него взгляд.

— Прошу прощения, я забыл представиться, — улыбнулся незнакомец искренне, весело. — Дрейк Донован к вашим услугам.

Улыбка на тонких сухих губах преобразила его настолько, что Эмили захлопала глазами, все так же держа пальцы на шее Тайлера, где, к счастью, чувствовалось биение.

Именно благодаря улыбке загадочный Дрейк Донован сразу стал выглядеть моложе, чем прежде. Моложе и… мягче. Таким он пугал Эмили куда меньше.

— Меня послал за вами генерал Фостер, — сообщил он.

А ведь если подумать, это очень похоже на правду. Он и впрямь выглядел как военный, причем далеко не низкого ранга, да еще и армейская форма, хоть и без шевронов...

Эмили снова посмотрела на Тайлера. Если отец послал Дрейка Донована, тогда кто это, черт возьми, такой?

— Мистер Донован… — начала она.

— Можно просто Дрейк, — склонил он голову набок, с интересом разглядывая Эмили. — Нас ждет долгое путешествие, поэтому нам обоим будет проще, если мы начнем называть друг друга по именам.

— Хорошо, Дрейк, — натянуто улыбнулась она. — Что насчет…

— Если ты о нем, Эмили, — он произнес ее имя медленно и выразительно, словно пробуя его на вкус, после чего глазами указал на Тайлера, — то я понятия не имею, откуда он здесь. Не тревожься понапрасну, ничего с ним не сделается, больно живучий гад. Ублюдки вроде него так просто не умирают. Очухается через полчасика, как и всегда.  

А вот тут вопросов в голове у Эмили стало еще больше. Да они буквально множились в геометрической прогрессии! Дрейк говорил о Тайлере так, словно…

— Вы знакомы, — озарило Эмили.

— Можно сказать и так, — неохотно и уклончиво ответил Дрейк. — А теперь я выведу тебя из города.

— Он оцеплен...

— Всегда есть лазейки, — снова улыбнулся он. — Просто нужно уметь их находить. Для начала мы угоним машину.

Дрейк

— Я не убиваю, если не угрожают моей жизни, а теперь и вашей, — сказал Дрейк, впервые сожалея о своих принципах.

На самом деле ему ничего не хотелось сильнее, чем пустить этому ублюдку пулю в затылок. Удержало Дрейка присутствие Эмили Фостер — не только ценного груза, но и потенциальной свидетельницы.

Конечно, ему все равно могли впаять срок за оставление человека в опасности, но он знал, что в разгар эпидемии — которую уже вполне можно было назвать апокалипсисом — никто не станет утруждаться и шить кому-либо такую мелкую статью.

С раннего утра Дрейк следил за зданием, планируя одного за другим ликвидировать террористов — ведь как иначе назвать безумцев, берущих заложников? — и затем уже спокойно, без эксцессов забрать оттуда Эмили Фостер.

Но тут появился гребаный Тайлер Нельсон, конечно же, в своем репертуаре — ни стратегии, ни заботы о ком-либо, кроме себя. Что этот отброс вообще здесь забыл? Решил сам потребовать у Фостера выкуп?

— Идем, — кивнул Дрейк Эмили, поймав себя на том, что начал закипать.

Он ни в коем случае не должен был выходить из себя. Это никогда ничем хорошим не заканчивалось, а сейчас ему требовалась холодная голова. В некотором роде оцепленный город был тем же полем боя, не говоря уже про квартал, где основалась эта так называемая… община, на деле же — обычная банда.

Много их расплодилось с начала эпидемии, но Дрейк не присоединился ни к одной из них, хотя его с боевыми навыками любая приняла бы с распростертыми объятиями.

А вот женщинам, как и во все времена, приходилось сложнее мужчин, поэтому выбора у них, по сути, не было, разве что если они умели сами добывать пропитание и защищать себя. Вот и Эмили тоже связалась не с теми людьми.

Странно, что Фостер организовал спасательную операцию, лишь когда его дочь похитили. Дрейк взялся бы за дело и раньше, да и цену бы заломил поскромнее…

Он давно уже вызнал, как выбраться из оцепленного города. Не сказать, что Дрейк собирался уезжать — ему просто некуда было и не к кому — однако старые привычки давали о себе знать. Он всегда хотел иметь пути к отступлению.

 Впрочем, все сложилось очень даже неплохо. На самом деле просто отлично, ведь генерал мог многое ему дать. Хотя многое Дрейку и не требовалось — лишь одно одолжение, сделать которое Фостеру не составит труда с его-то полномочиями.

Но для этого сначала нужно было доставить к нему Эмили.

Дрейк глянул на нее, тихо стоявшую рядом с ним, пока он осматривал машины на парковке. Она выглядела совсем иначе, нежели на фотографиях, сделанных в ту пору, когда Фостер заявил о своем намерении баллотироваться в конгресс, и журналисты живо заинтересовались как его персоной, так и семьей.

На снимках Эмили казалась совсем девочкой, огненно-рыжей и задорной. Огненные волосы у нее остались, а вот былой задор исчез без следа. Оно и немудрено, если учесть, через что она прошла — эпидемия, плен…

Дрейк поймал себя на том, что ему почему-то хочется снова увидеть в ней эту искру.

Или, может, те фотографии врали? Нет, не похоже. Слишком уж хорошо Эмили держалась — не проронила ни слезинки, хоть и было видно, что она измотана и истощена. Что тут скажешь… генеральская дочка.

Груз не только ценный, но и красивый.

И ведь Эмили было не назвать обладательницей пышной груди или округлых бедер. Совсем нет — гибкая тонкая тростинка. Такую хочется сгибать медленно, чувственно и очень осторожно, чтобы не сломать. Вот только нутро подсказывало Дрейку, что эта тростинка вполне может хлестнуть в ответ, если согнуть ее резко и грубо…

Господи, ну что за мысли? Да он вообще не собирался никого сгибать! Ему требовалось лишь довезти ее до гарнизона, передать с рук на руки генералу и получить награду. А уж затем вернуть себе свою жизнь.

С чего он вообще посмотрел на дочь Фостера? Видимо, не следовало пренебрегать женским вниманием после грязной истории с Кэтрин, оставившей настолько мерзкое послевкусие, что противоположный пол еще долго казался Дрейку слабым, но никак не прекрасным…

— Мы поедем на этом? — недоуменно спросила Эмили, когда он особенно долго простоял у одной из машин, уже не выбирая, а просто-напросто задумавшись.

— Ну а ты чего ожидала? — рассмеялся Дрейк, еще раз одобрительно оглядев огромный черный «Форд», присмотренный им ранее. — Седан? Спорткар?

— Мм, может, что-то более маневренное и неприметное?

— Мы будем пробираться по бездорожью, поэтому большие колеса и высокая подвеска нам только на руку, — пожал Дрейк плечами. — К тому же из всех качеств у машин… да и не только у машин я больше всего ценю надежность. Этот малыш прекрасно прошел краш-тесты, у него надежная подушка безопасности. Если начнется стрельба, ты за ним спрячешься.

— Все-то ты предусмотрел, — изогнула Эмили дрожащие губы в улыбке, хоть и было видно, что упоминание стрельбы ее напугало.

Она все еще держалась, не расклеивалась, вот же умница какая. Женская истерика была последним, в чем Дрейк сейчас нуждался.

Со спокойной совестью он приступил к взлому. Благо навыки у него имелись, правда, он очень не хотел думать об их происхождении. Более того, Дрейк многое бы отдал, чтобы закопать эти воспоминания как можно глубже, ведь почти каждое из них осквернил и запятнал чертов Тайлер Нельсон.

Эмили

— «Ромовая луна», — прочитала Эмили название мотеля, к которому свернул Дрейк.

Ни в одном из окон не горел свет, зато вывеска над парадным входом задорно мигала то розовым неоном, то зеленым.

— Не нравится? — насмешливо уточнил он. — Можно поискать другой.

Она в ответ фыркнула. Искать еще один пустующий мотель, где есть электричество? Ну уж нет, и они оба прекрасно знали, что лучше места для ночлега им не найти. Солнце почти село. Эмили не хотела ехать по темноте, да и половина дня, проведенная в дороге, измотала ее.

Сначала долгий пеший путь по городу, затем тряска на лесных дорогах, по которым Дрейк объезжал контрольно-пропускной пункт… им пришлось поспешить, чтобы успеть в пересмену постовых, поэтому ехал он быстро даже по пересеченной местности.

Они проскочили недалеко от военных, едва ли не в зоне их видимости. Как пояснил Дрейк, обычно солдаты не ожидают такой наглости, поэтому не особо приглядываются к ближайшим окрестностям.

Так и вышло. Тем не менее даже выбравшись на трассу, он не замедлился. Наоборот, Дрейк прибавил газу и сбавил скорость, только когда город остался далеко позади.

До конца гонки Эмили просидела не шелохнувшись, лишь стискивала зубы и сжимала пальцами ремень безопасности, ожидая, что вот-вот о корпус машины застучат пули.

Не смогла расслабиться она и теперь. Выскочив из «Форда», который Дрейк припарковал под вывеской, Эмили поспешила вперед, надеясь наконец-то немного отдохнуть.

— Стоять! — окликнул ее Дрейк командирским голосом, и она послушно, вернее, инстинктивно замерла, привыкшая к тому, что если отец говорит таким тоном, значит, дело серьезное. — Жди здесь. Сначала я все там осмотрю.

С этими словами он достал из кобуры пистолет и прошел ко входу. Дрейк взялся за ручку, и дверь легко поддалась — отворилась, не запертая.

Запоздало Эмили подумала о том, что в мотеле могут быть люди. Если не обороняющие свое укрытие, то спящие летаргическим сном те же хозяева «Ромовой луны». Ну а если они сошли с ума от бессонницы и подстерегали внутри…

Сжав кулаки, Эмили замерла возле машины, не смея шелохнуться и ожидая грохота выстрелов. Она так старательно прислушивалась, что вскоре от полнейшей тишины у нее зазвенело в ушах.

Несколько раз Эмили повторила про себя, что Дрейк — опытный боец. Конечно, ей еще ни разу не доводилось наблюдать его в действии, но она практически выросла на полигонах и знала, как ведут себя солдаты, которые давно уже всем все доказали.

Дрейк был как раз из таких. К тому же Эмили верила в него после того, как он вывез ее из города — решил задачу, последние два месяца казавшуюся ей невыполнимой и…

Вдруг вывеска перед мотелем замигала с тихим гулом угасающего электричества. Первыми погасли розовые буквы, и подъездную дорожку освещал теперь лишь зеленый ядовитый свет.

В сгустившихся сумерках, пока весь мир спал неестественным смертельным сном, получившаяся картинка напоминала кадр из фильма ужасов.

Эмили поежилась, ожидая, что розовые буквы вот-вот загорятся вновь, но тут погасли еще и зеленые. Она осталась в темноте, которая, казалось, сгущалась прямо на глазах.

Внезапно в одном из окон зажегся свет, но если прежде Эмили этому порадовалась бы, то теперь испугалась. В конце концов, Дрейк был очень сильным, но не бессмертным.

И она не помнила, оставил ли он ключи в зажигании. Черт! Стоило это выяснить на случай, если придется спасаться бегством. Но только Эмили шагнула к машине, как дверь мотеля распахнулась.

— Добро пожаловать в «Ромовую луну», мисс Фостер, — улыбнулся Дрейк, остановившись в потоке света.

От облегчения Эмили чуть не осела на землю.

— Дрейк Донован! Почему так долго? — возмутилась она. — Когда погасла вывеска, я уже решила, что ты…

— Это я ее отключил, чтобы не привлекала внимания чужаков, — пояснил он. — Заодно проверил дом. Все чисто. Сегодня ночью здесь будем только ты и я.

Сейчас, когда они оказались в относительной безопасности, Дрейк не сводил с нее глаз и отслеживал каждое ее движение. Казалось, его взгляд сканировал ее, способный все видеть даже через одежду.

Может быть, в иное время Эмили была бы польщена — да не «может быть», а точно! — но сегодня до смерти устала и чувствовала себя помятой, едва ли не вывалянной в грязи. Что тут рассматривать?

— Давай-ка организуем тебе горячий душ и ужин, — ободряюще улыбнулся ей Дрейк, будто мистическим образом сумел прочесть ее мысли.

Душ и ужин? Стоило Эмили услышать два этих слова, как все ее печали как рукой сняло. Измученное тело мгновенно понизило уровень стресса, когда ему посулили чистоту и сытость. Казалось бы, базовые потребности организма, но в новом мире удовлетворять их становилось все сложнее.

Эмили поспешила в мотель, и Дрейк галантно пропустил ее внутрь.

— Я пока переставлю машину на задний двор. Возьми номер на втором этаже, в дальнем конце коридора, слева. Мы заселимся туда.

— Мы? — застыла Эмили, не успев пройти в холл.

— Ну да, — как ни в чем не бывало отозвался Дрейк. — Я проверил каждый. Все они одноместные, и в нем единственном есть хотя бы большая кровать.

— Одна? Ну, кровать? — с опаской уточнила Эмили. В конце концов, хоть он ее и спас, она его совсем не знала.

— Не думала же ты, что я оставлю тебя на ночь без охраны? — сказал он как о чем-то само собой разумеющимся и, не изволив дать иных пояснений, направился к машине.

Эмили

Никогда еще Эмили так не радовалась горячему душу.

Она долго стояла под струями воды, прекрасно понимая, что вскоре возможность искупаться с комфортом станет редкостью и привилегией. Пока что инфраструктура держалась, но еще несколько месяцев без должного обслуживания — на которое просто не хватало людей — и она не выдержит.

Например, в квартале… в так называемой общине, где прежде жила Эмили, давно пропало водоснабжение, но никто не мог ничего с этим поделать. Так что да, здесь и сейчас она хотела по максимуму насладиться благами цивилизации, пока еще могла.

Почему-то Эмили совершенно неуместно вспомнила о Тайлере. Интересно, он уже пришел в себя?

Странный тип, поэтому какая разница, есть ли у него сотрясение мозга? И какая разница, нашла ли его шайка Майка с Йонасом? Абсолютно никакой. Скорее всего, Тайлер просто хотел перехватить ценный приз и затребовать у генерала Фостера еще больше денег. Вот и нечего о нем думать.

Закончив вытирать волосы полотенцем, Эмили покосилась на свои джинсы и майку, небрежно накинутые на край раковины. Надевать их не хотелось — грязные вещи на чистое тело. Если только…

К счастью, на дворе было лето. Ночи не пугали заморозками, так что она быстро постирала одежду, отжала получше, после чего надела ее. И тут же поняла, насколько ошиблась — вмиг ей стало холодно.

Тем не менее Эмили не собиралась разгуливать голышом перед Дрейком Донованом, поэтому решила потерпеть. Выйдя из ванной, она обнаружила, что он уже вернулся и разложил на комоде свои находки — бутылки воды, какие-то закуски длительного хранения и аптечку.

— А тебе не будет обидно избежать заражения летаргическим энцефалитом, чтобы затем подхватить простуду и умереть от воспаления легких? — нахмурился Дрейк, оглядев Эмили с головы до ног.

— Ну извини, — фыркнула она. — Сменной одежды у меня нет.

Он тяжело вздохнул, вероятно, понимая весомость ее аргумента, но притом не желая признавать, что был неправ в своем суждении. Все они такие — мужчины!

Однако этот экземпляр удивил ее, когда снял свой бронежилет и, положив его у кровати, начал стягивать с себя футболку.

— Держи, — Дрейк бросил ее Эмили. — Надень. А мокрое развесь сушиться.

Может, в иной день ей было бы неловко оставлять едва знакомого мужчину полуголым, но не сегодня. Эмили и впрямь было холодно, поэтому она поспешно вернулась в ванную, скинула джинсы с майкой и вместо них надела футболку Дрейка. 

Ткань еще хранила тепло его тела, которое Эмили сразу же почувствовала. А еще она почувствовала запах — мускус, ноты табачного дыма и морозного хвойного леса на вороте, видимо, от бальзама после бритья. Смесь этих ароматов была приятной и успокаивающей. Они говорили о том, что Эмили больше не одна.

Развешивала вещи и покидала ванную она с легким сердцем, но на пороге спальни остановилась как вкопанная, изумленная открывшейся картиной.

Дрейк стоял возле небольшого столика с бутылкой и наполненной рюмкой. Эмили нахмурилась. Пить в середине пути? В заброшенном придорожном мотеле, где может случиться черт-те что?

Тут же ее мнение о Дрейке упало на пару делений по шкале профессионализма.

Ей не хотелось доверять свою безопасность пьяному мужчине и тем более ложиться с ним в одну постель. Особенно если учесть, что на Эмили осталась лишь его футболка и нижнее белье.

— Что это? — кивком указала она на бутылку, не скрывая своего недовольства.

— Ром, — легко ответил Дрейк. — Мы ведь в «Ромовой луне», поэтому вполне логично, что они выбрали именно его своим фирменным напитком. На кухне его целые ящики.

— Я не об этом спрашиваю, — нахмурилась Эмили еще больше. — Видишь ли, вряд ли мой отец платит тебе немалую сумму, чтобы ты напивался при исполнении.

— Денег мне не нужно, — с каким-то горьким весельем отозвался он. — У меня и своих куры не клюют. Он обещал мне кое-что поважнее. А ром — для тебя, между прочим, — Дрейк протянул рюмку Эмили.

Разумеется, ей тут же стало любопытно, что же такого он попросил у генерала Фостера. И она бы спросила, если бы Дрейк не продолжил настойчиво предлагать ей выпивку.

— Спасибо, я не хочу, — покачала головой Эмили, брезгливо поморщившись. Ей не нравился крепкий алкоголь, не говоря уже о том, что время для выпивки было неподходящим.

— Эмили, — вкрадчиво проговорил Дрейк. — Я не предлагаю и не спрашиваю. Пей.

— Не хочу и не буду, — посмотрела она на него с вызовом.

— Будешь, — Дрейк шагнул вперед, но пятиться от него Эмили не стала из принципа. — Ты сегодня не только перенервничала, но еще и умудрилась замерзнуть. Не хочу, чтобы ты ворочалась всю ночь и уж тем более заболела. Поэтому пей.

Последние слова он произнес тем самым командирским тоном, к которому частенько прибегал ее отец, когда она его не слушалась. Тоном военного, привыкшего отдавать приказы. Но Дрейк не мог быть военным, иначе он бы сейчас нес службу на границах оцепленных городов.  

— Обидно будет избежать заражения летаргическим энцефалитом, чтобы затем подхватить простуду и умереть от воспаления легких, — повторил Дрейк, выгнув бровь. — Хочешь прослушать всю лекцию до конца?

Эмили утомленно закатила глаза. Лекция устрашала ее куда больше командирского тона, с которым она научилась иметь дело за долгие годы, проведенные под отцовской крышей.

— За что мне все это? — тяжело вздохнула Эмили.

— Пейте, юная леди, — с напускной строгостью велел Дрейк, уже понявший, что победил, но продолжавший играть свою роль просто веселья ради.

— Юная леди? — фыркнула Эмили, приняв у него рюмку. — Я не намного младше тебя!

— И сколько же тебе? Если я правильно помню, лет девятнадцать?

— Меть выше. Двадцать один.

— Ну вот видишь, я на одиннадцать лет старше, — снисходительно посмотрел на нее Дрейк, словно разница в возрасте доказывала его правоту. — А теперь не заговаривай мне зубы и пей.

Сморщив нос, Эмили поднесла рюмку к губам, стараясь не нюхать ее содержимое. Однажды на первом курсе она перебрала текилы, после чего упорно избегала крепкого алкоголя. Что ж… апокалипсис меняет правила, верно?

Эмили залпом опустошила рюмку и, проглотив ром, шумно выдохнула от того, как он обжег ее горло. На ее глаза навернулись слезы.

— Это точно ром? — сдавленно спросила она, едва сдерживая кашель. Да в нем было градусов шестьдесят, если не все восемьдесят!

— Точно-точно. Ты умница, поэтому заслужила награду, — рассмеялся Дрейк и, что-то взяв с комода, протянул ей. — Держи печенье с шоколадной крошкой.

— Печенье? — тут же оживилась Эмили.

Она обожала сладкое, но пока жила в общине, ей никогда его не доставалось. Сейчас, в конце кошмарного дня, оно пришлось как никогда кстати.

Выхватив у Дрейка пачку, Эмили уселась на край кровати и достала первое печенье, которое тут же засунула в рот. Она пережевала его, блаженно щурясь, затем взялась за второе. 

Лишь на третьем Эмили заметила, что Дрейк до сих пор молчит, и вскинула на него глаза. Оказалось, что он наблюдал за ней с какой-то странной… теплой улыбкой.

— Что? — спросила Эмили, проглотив последние крошки, оставшиеся у нее во рту.

— Ничего, — покачал Дрейк головой. — Ты сейчас как маленькая девочка. Пьяная девочка, — насмешливо уточнил он.

Она хотела возмутиться и заявить, что вовсе она не пьяная, но тут осеклась. Судя по теплу в теле и легкости в голове, ром начал действовать.

Осмотрев Дрейка с головы до ног, Эмили снова обратила внимание на то, что теперь на нем не было футболки. Вот только сейчас это ее ничуть не смущало. Более того, она с удовольствием его оценила.

Да, Дрейк был настоящим, матерым бойцом.

Несколько шрамов на его торсе были старыми, давно зажившими, а еще он ежедневно тренировался, судя по впечатляющим мышцам. Высокий рост, внушительная ширина плеч... черты его лица можно было описать как «благородные и мужественные» — иные слова Эмили в своем состоянии подобрать не смогла. Ну прям капитан Америка!

— Пьяная девочка, ну точно, — хмыкнула она себе под нос. — Признавайся, Дрейк Донован, напоить меня было твоим коварным планом?

В мгновение ока улыбка сошла с его лица, сменившись суровостью, и он поджал губы. Эмили не понимала, что такого Дрейк услышал в безобидной шутке, раз так отреагировал.

— Мне бы и в голову не пришло переспать с тобой, — поморщился он.

А вот теперь стало обидно уже ей. Эмили знала, что не была блистательной красавицей, но и дурнушкой ее никто никогда не называл. Вполне возможно, Дрейку нравился другой тип женщин, вот только это не давало ему никакого права так говорить с ней.

— Спасибо, — сухо отозвалась Эмили. — Это было именно тем, что мне требовалось сейчас услышать, — отложив пачку печенья, которое внезапно перестало ей казаться вкусным, она села на край кровати, чтобы улечься, забраться под одеяло и поспать.

Весь этот спектакль с милым ужином закончился полнейшим огорчением. Эмили лишь надеялась, что утром почувствует себя лучше, а там уже вскоре встретится с отцом и больше никогда не увидит Дрейка Донована. Вот тебе и капитан Америка.

— Эмили, — тихо позвал ее он. Она не отреагировала, поэтому Дрейк подошел ближе и сел рядом с ней на край кровати. — Я не хотел тебя обидеть, дело не в тебе, — он потянулся к ней, однако тут же опустил руку, будто одернув себя. — Просто я принципиально не заигрываю с девушками, которые уже заняты.

— З-заняты? — захлопала глазами Эмили, но затем ее озарило. — Дай угадаю. Я, по-твоему, помолвлена с сенатором Торном, верно? И с чего же ты это взял? Прочитал в интернете? — едко хохотнула она. — Или в желтой газетенке?

— Ну, вообще-то… в интернете, — со вздохом признался Дрейк. — Хочешь сказать, что все это неправда?

— А вот хочу! — тряхнула Эмили головой. — Но не переживай. Не ты первый, не ты последний. Папа распустил этот слух, спасибо ему.

— Эмили, я не совсем тебя понимаю, — склонил он голову набок. — Зачем генералу Фостеру распускать слухи о помолвке собственной дочери?

Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Эмили постаралась успокоиться. Об этой грязной истории никто не знал, кроме нее самой, ее отца, его новой жены и, возможно, сенатора. Конечно, она могла рассказать прессе правду, вот только поберегла репутацию благочестивого генерала Фостера, которого любила, похоже, гораздо сильнее, чем он любил ее.

Да он и вернуть ее наверняка хотел, чтобы все-таки сыграть свадьбу, которая будет выгодна ему в политическом плане. Раньше отец не поступил бы так с ней, но после того как женился на своей двадцатилетней специалистке по связям с общественностью, нанятой для проведения предвыборной кампании, от него можно было ожидать чего угодно.

Тем не менее Эмили не собиралась обсуждать это с Дрейком Донованом, как бы ей ни хотелось выговориться. Он не психотерапевт и даже не друг. Он — наемник, и нечего выдавать информацию о своей семье кому попало.

— Достаточно сказать, что мы с ним очень сильно поссорились из-за его решения непременно выдать меня замуж за Торна, — лаконично ответила Эмили. — Когда только зашла об этом речь, я не стала отказываться сразу и ответила, что мне нужно подумать, закончить учебу и немного повеселиться, но отцу это не понравилось. Он хотел свадьбы немедленно. Вот и обмолвился прессе, якобы предложение руки и сердца было, и «мы» склонны согласиться.

Мы — то есть, Его Высочество генерал Джейкоб Фостер. И домой весь последний год Эмили не ездила, поскольку отец невыносимо давил на нее, ну а Кэндис — его молодая жена — пела сладкие песни о прелестях брака со взрослым мужчиной.

— С тех пор мы с ним больше полугода не разговаривали, я не отвечала на его звонки и избегала встреч, — подытожила Эмили.

— Совсем не разговаривали? — нахмурился Дрейк.

— Совсем.

— А я все гадал, почему Фостер не послал за тобой кого-нибудь в начале эпидемии, — усмехнулся он.

— Отец просто не знал, где я, — пожала она плечами. — Иначе давно бы вернул домой и выдал замуж. Вот тебе и свободный двадцать первый век, да? Готова поспорить, папа все еще лелеет надежды на избрание.

Не сказать, что сенатор Торн ей совсем не нравился. Пусть он был старше нее почти в два раза, однако следил за собой, обладал чувством юмора, острым умом и несколькими фармацевтическими компаниями.

Возможно, выйти замуж за порядочного, хоть и фактически незнакомого мужчину не такая уж трагедия — в конце концов, всегда можно подать на развод — просто ей не хотелось вступать в брак по указке отца и ради его выгоды. Ведь генерал Фостер, по сути, не оставил ей выбора. Он всегда получал желаемое, значит, получит и теперь.

И все же Эмили не собиралась сбегать ни от Дрейка, ни от своего отца. Побыв заложницей, она многое переосмыслила. Новый мир опасен, а Эмили хотела выжить. Да, именно так. Выживание — прекрасная цель, к тому же…

Она зевнула, не сумев закончить свою мысль, внезапно ставшую размытой, ускользающей.

— Засыпай, — велел Дрейк. — Быстро. Чем раньше заснешь, тем дольше поспишь.

— Ты слишком много командуешь, — вяло пожаловалась Эмили, послушно опустившись на кровать и натянув на себя одеяло.

Постель была не лучшей — чего еще ожидать от дешевого мотеля? — но сейчас она показалась Эмили едва ли не королевской пуховой периной. Чистое белье, мягкая подушка…

— Да, я командую, но не слишком много, — тихо рассмеялся Дрейк. — Я сейчас обойду периметр, проверю, все ли двери закрыты, после чего тоже лягу спать.

Ладно, пусть командует, обходит периметр и проверяет все, что хочет, как решила Эмили. Было приятно впервые за долгое время почувствовать чью-то заботу, даже если Дрейк собирался получить за нее награду.

Дрейк

Проснувшись, Дрейк в первую очередь почувствовал щекочущее дуновение на спине, между лопаток. А еще ему было слишком уж тепло. Почти сразу он понял, в чем дело — во сне Эмили подползла к нему и прижалась. Конечно, неосознанно. Вот почему Дрейку было жарко, несмотря на то что лег он поверх одеяла, не желая смущать ее.

Хотя, надо признать, ему хотелось ее смутить.

Конечно, Эмили Фостер по-прежнему оставалась под запретом, поскольку генерал уж точно не одобрит ее интрижку с наемником, но его недовольство, по мнению Дрейка, было не таким уж серьезным препятствием. А вот его собственные принципы...

Он не соврал и действительно ни за что не связался бы с помолвленной девушкой, даже если речь шла не то что о страстной ночи — о флирте.

Тем не менее Дрейк успел заметить как ее длинные стройные ноги, выглядывавшие из-под его футболки, так и острые соски под мокрой тканью, когда она только вышла из ванной. От холода они сжались. Ну а сейчас, пока Эмили прижималась к нему сзади, он не мог не думать о том, сжимаются ли они так же от возбуждения.

Стоило отодвинуться от нее, пока мужская фантазия не зашла слишком далеко. В конце концов, Эмили Фостер была его заданием. Не более того — всего лишь заданием, пусть и очень притягательным. Но почему-то Дрейк замер, не спешил шевелиться.

Все равно уже занимался рассвет, значит, хочешь не хочешь, скоро придется подняться и продолжить путь, на котором нет места маленьким радостям жизни.

Вдруг Дрейк уловил какой-то шорох и вмиг насторожился. Конечно, шуршать могли крысы, птицы на крыше и даже сползающая черепица, но в сложившихся обстоятельствах нельзя было игнорировать ни единой мелочи.

Дрейк заставил себя отодвинуться от Эмили и подняться с кровати. Тихо и осторожно он подкрался к окну и как можно незаметнее приоткрыл занавеску, им же задернутую на ночь.

Казалось бы, ничего особенного — самый обычный запущенный задний двор, какие есть в каждом придорожном мотеле. Позади него — лес. Между деревьями стоял огромный черный «Форд», припаркованный там же, где Дрейк его и оставил.

Однако что-то его настораживало. Гребаное чутье, выработанное в перестрелках. То самое ощущение, когда ты на прицеле, пусть даже не в прямом смысле.

Нужно было убираться отсюда к чертовой матери. Немедленно. И бесшумно.

Надев бронежилет, Дрейк пристегнул кобуры и подкрался к Эмили. Догадываясь, что она может испугаться, он не стал трясти ее за плечо, лишь погладил по нему.

Эмили не проснулась, и Дрейк погладил снова, уже сильнее. Улыбнувшись во сне, она потянулась к его руке, словно просила, чтобы он погладил еще. Чертова женщина! А ведь Дрейк бы с удовольствием погладил… если бы не обстоятельства.

— Девочка, вставай, — прошептал он, склонившись к ней. И снова Эмили лишь улыбнулась. — Эмили! — повторил Дрейк громче и резче.

На этот раз она отреагировала, буквально подскочила на месте. Предвидя, что Эмили может вскрикнуть или заговорить в полный голос, Дрейк прижал ладонь к ее губам и закрыл ей рот. От испуга она дернулась, но тут увидела его и затихла, однако испуг из ее огромных зеленых глаз никуда не делся.

— Нам нужно уходить, — прошептал Дрейк, убрав руку от ее рта. — Прямо сейчас.

— Что случилось? — судя по голосу, Эмили перепугалась еще больше.

— Собирайся, живо, — только и сказал он, поскольку время для объяснений было неподходящим. — Оденься и возьми что-нибудь из еды.

И снова Дрейк отметил, какой умницей она стала в минуту опасности — сосредоточилась, взяла себя в руки. Кратко кивнув, Эмили вскочила с постели и бросилась в ванную, однако не успела до нее добежать, как внизу раздался громкий стук. В небольшом пустом доме его слышно было даже на втором этаже.

Эмили вздрогнула.

— Что это было? — прошептала она.

— Точно ничего хорошего, — выплюнул Дрейк.

Конечно, можно было решить, что в мотель забрел зараженный, страдающий от бессонницы, или же бродяги в поисках пропитания. Вот только своей интуиции Дрейк верил. Если же она обманет, он позволит Эмили посмеяться над ним.

Лучше пусть смеется, чем замолкнет навсегда, убитая какой-нибудь бандой только потому, что посланный за ней наемник поленился и не перестраховывался.

— Мы не успели. К черту одежду, — рыкнул Дрейк, схватив Эмили за руку и потащив к двери. — Если все обойдется, заберешь.

Отперев замок, он выволок ее в коридор и поспешил к лестнице. Дрейк понимал, что если потасовка завяжется, то произойдет она на первом этаже, но оставлять Эмили на втором он не мог, ведь здесь она окажется в ловушке, неспособная спуститься вниз.

Как раз когда они сбегали по лестнице, удар по входной двери повторился, за ним последовал еще один.

— Держи, — Дрейк сунул Эмили в ладонь ключи, которые на ходу достал из кармана. — Выйди через черный ход. Спрячься в машине. Запрись, пригнись и жди меня.

Только они добежали до кухни, как дверь «Ромовой луны» задребезжала от особо сильного удара и слетела с петель.

Дрейк инстинктивно толкнул Эмили себе за спину и попятился, оттесняя ее в затененную кухню, где находился черный ход, через который раньше поставщики затаскивали в мотель ящики с выпивкой и продуктами.

Отпустив руку Эмили, Дрейк выхватил сразу два пистолета и тут же снял их с предохранителей. Сознавая опасность, она не издавала ни звука, даже дышала тихо-тихо. Тем не менее он чувствовал, как от страха Эмили подрагивает.

Сам же Дрейк наблюдал из своего укрытия, как подтверждаются его предположения. Нет, не так. Наблюдал, как ситуация становится еще хуже, чем он предполагал.

В «Ромовую луну» проникли пять человек.

Не ввалились, не вломились — именно проникли. Слаженно двигаясь, они быстро рассредоточились по холлу, держась ближе к стенам и возможным укрытиям на случай перестрелки.

Дрейк легко разгадал траекторию их перемещений, ведь в свое время сам этому обучался. К тому же так организованно никто не заходит по-соседски за солью. Нет, эти люди знали, что здесь их встретят шестым калибром.

Натренированные бойцы, но военные ли? Едва ли. Все солдаты сейчас были заняты оцеплением городов.

— Водить умеешь? — шепотом спросил Дрейк.

— Немного, — едва слышно ответила Эмили, практически выдохнула.

— Новый план. Садишься в машину, гонишь к трассе, проезжаешь ровно пять километров, сворачиваешь в лес и ждешь меня там.

Пусть Дрейк был уверен в своих силах, но — снова — не собирался рисковать. Мало того что в Эмили могла прилететь шальная пуля, так он еще и учитывал, что даже самый сильный боец может однажды не вернуться с задания.

Всегда найдется кто-то сильнее тебя, и нельзя сказать наверняка, когда вы с ним встретитесь и встретитесь ли вообще. Но если эта роковая встреча все-таки произойдет, Дрейк надеялся, что случится она в какой-нибудь другой день, не сегодня.

К сожалению, удача была на его стороне не всецело. У парочки этих ублюдков был отменный слух, и они услышали тихое перешептывание Дрейка с Эмили. В следующую секунду все пятеро насторожились и нацелили пистолеты на дверной проем кухни.

— Иди, — прошипел Дрейк, отступая назад, чтобы укрыться за стеной возле проема.

— Как же ты… — пролепетала Эмили.

— Пошла! — зло рыкнул он. — Пошла!

Вздрогнув от резкости его тона, она таки бросилась к черном ходу.

Вот и замечательно. Хотя бы о ней можно будет не волноваться, ведь ранее Дрейк видел изо окна, что задний двор чист.

Ему сейчас нужно было пристрелить хотя бы двоих и потом молиться, чтобы стены гребаной «Ромовой луны» были не из картона, поскольку оставшиеся трое тут же откроют ответный огонь.

Эмили

Что это за люди? Почему они вломились в мотель? Если бы напали обычные бродяги, Дрейк бы легко разобрался с ними, в этом Эмили не сомневалась.

Выскочив на улицу, она оказалась на заднем дворе «Ромовой луны» и уже собиралась броситься к машине, но тут остановилось. Ну не могла она бросить Дрейка, не могла, хоть они и были едва знакомы!

Вот только она знала, что в подобных ситуациях лучшая помощь солдату — уйти с поля боя и выполнить все инструкции. Отец много раз говорил, что гражданские в зоне обстрела сильно осложняют перестрелку, поскольку встает цель сохранить им жизнь.

Инструкции, да. Стоило сосредоточиться на них. Крепко сжав в кулаке ключи, Эмили поспешила к машине, капот которой выглядывал между деревьями.

Раздался первый выстрел, за ним второй.

От каждого она вздрагивала, стараясь не думать о том, что одна из этих пуль могла попасть в Дрейка. Пусть это он стрелял, пусть он, а не в него!

Снова выстрелы, но Эмили продолжала бежать, что бы ни творилось у нее за спиной.

— А ну стоять! — раздался окрик откуда-то сбоку.

Когда она остановилась не сразу, громыхнул еще один выстрел, совсем близко, и пуля влетела в землю перед ней, едва не задев пальцы ее босых ног. Вскрикнув, Эмили отскочила назад, пошатнулась и чуть не упала на задницу.

Повернувшись на голос, она увидела, как из-за дома вышло пятеро вооруженных мужчин в черной форме, напоминавшей военную. Тем не менее, как дочь генерала, Эмили легко могла отличить одежду вооруженных сил от любой другой. Эти люди совершенно точно не были солдатами.

— Мисс Фостер, — обратился к ней тот, который шел первым. — Оставайтесь на месте.

— Поднимите руки, — велел второй из них.

Все существо Эмили воспротивилось тому, чтобы подчиняться им. Дрейк тоже отдавал ей приказы, но все они требовались для ее же безопасности. В свою очередь, эти люди не желали ей добра, она знала это, чувствовала. Да и о каком добре может идти речь, когда на тебя наставляют оружие?

Вновь из дома донеслись звуки стрельбы, и Эмили сглотнула.

По крайней мере, раз стрельба не прекратилась, значит, Дрейк еще жив, так что у нее еще была надежда, в отличие от выбора.

Пятеро незнакомцев уже успели подойти ближе, и ей ничего не оставалось, кроме как пусть медленно, переступая через себя, но все же поднять руки.

— Умница, — сказал один из мужчин, и ее едва не передернуло. Ранее Дрейк тоже назвал Эмили умницей, но в его устах это звучало не отвратительно, скорее, приятно. — Теперь так же медленно подойдите к нам.

Она на мгновение зажмурилась. Даже шаг по направлению к этим людям казался ей мучением. Скорее всего, раз они назвали Эмили по имени, то убивать ее не станут, лишь увезут так далеко, что Дрейк никогда ее не найдет, не защитит, не отвезет домой…

— Мисс Фостер, — предостерегающе сказал один из них, недовольный промедлением. — Немедленно подойдите, не вынуждайте меня применять силу.

Применять силу… это бить? Или стрелять? По спине Эмили побежал холодок.

Внезапно из-за угла, откуда они недавно вышли, послышалось гудение, и оно звучало все громче. Словно… мотоцикл. Мужчины тоже это услышали. Один из них продолжил держать Эмили на мушке, другие же развернулись в направлении звука. Он раздавался уже совсем близко, и она посмотрела туда же.

Из-за угла на полном ходу вылетел мотоцикл.

Случившееся затем произошло так быстро, что Эмили не успела даже моргнуть. Мотоциклист явно не был одним из них, поскольку мужчины сразу открыли по нему огонь. Вот только он спрыгнул на землю прямо на полном ходу и покатился по ней.

Сам же мотоцикл поехал без управления прямо к группе мужчин. Они попытались отскочить с пути, но куда там! Он врезался в них, сбив с ног троих. При падении они зацепили двух других, стоило тем от неожиданности потерять бдительность.

Один из них при падении выстрелил в воздух, и Эмили, чьи нервы и без того были на пределе, громко взвизгнула. Затем еще раз, когда мотоцикл завалился на бок в паре метров от нее и остался лежать, вращая колесами.

Мотоциклист же остановился и, не поднимаясь, выхватил два пистолета.

— В сторону, апельсинка! — крикнул он.

Это же Тайлер! Больше никто так ее не называл. Эмили не знала почему, но на нее мгновенно нахлынуло облегчение, придавшее ей сил, чтобы победить ступор и прийти в движение.

Она отскочила назад, к машине, ключи от которой по-прежнему сжимала в кулаке.

Тайлер открыл огонь как раз, когда трое из пятерых мужчин начали подниматься и прицеливаться. Патронов он не жалел. От множества выстрелов, напоминавших сейчас канонаду, у Эмили зазвенело в ушах. Пальба грохотала повсюду — в доме, на улице…

И затем резко стихла.

Ни один из пятерых мужчин больше не шевелился. Все они распластались на земле. Двое еще пытались что-то сделать, но Тайлер в мгновение ока вскочил на ноги, подбежал к ним и выпустил по пуле каждому в лоб. Контрольные выстрелы.

Затем он с ухмылкой направился к Эмили, на ходу осматривая ее с головы до пят. В особенности его взгляд задержался на ее голых ногах, прежде чем вернуться к лицу.

— Ну что, апельсинка, скучала по мне? — Тайлер остановился прямо перед ней.

Да, ей не нравилось, когда он так ее называл, да и сам вопрос… однако Тайлер только что спас ее, поэтому она не хотела ему грубить.

— Разве что немного, — с сомнением ответила Эмили.

И снова стрельба в доме, от которой она напряглась..

— Он там? — спросил Тайлер, и Эмили сразу поняла, что речь о Дрейке.

— Там, — закусив губу, Эмили принялась нервно ее покусывать.

Она подозревала, что Тайлер может просто увезти ее силой, бросив Дрейка, ведь тот поступил с ним точно так же. Вот только на этот раз Эмили собиралась упираться и спорить, поскольку, узнав Дрейка Донована, не хотела оставлять его в беде.

— Ладно, — тяжело вздохнул Тайлер, видимо, приняв решение. — Беги за машину, апельсинка, и носа не высовывай. Уяснила?

Поняв, что он все-таки поможет Дрейку, Эмили энергично закивала и послушно бросилась к «Форду», даже не подумав обидеться за это глупое прозвище. Тайлер спас ее, собирался помочь Дрейку, поэтому пусть называет как хочет.

Обернувшись, он посмотрел на Эмили. Лишь убедившись, что она в укрытии, Тайлер в одном пистолете сменил магазин, второй убрал в кобуру и приблизился к черному ходу. Из-за машины она наблюдала за ним, уверенная, что сейчас он войдет в дом, но этого не случилось.

Тайлер распахнул дверь и, оставив ее открытой, отошел в сторону. Засунув два пальца в рот, он издал сначала один долгий свист, потом три коротких, да так громко, что звук разнесся эхом по округе.

Встав сбоку от двери, Тайлер целился в любого, кто выйдет из черного хода. Так он и замер, словно чего-то ждал. В доме послышалась возня, затем топот. Не успела Эмили и глазом моргнуть, как из мотеля выскочил Дрейк, тут же юркнувший за открытую дверь, чтобы использовать ее в качестве укрытия.

Следом оттуда выскочил один из мужчин, вломившихся в «Ромовую луну». Он гнался за Дрейком, поэтому не заметил Тайлера, тут же выпустившего в него две пули. Подстреленный мужчина повалился на землю.

Следующий преследователь был осторожнее. Похоже, он увидел, откуда стреляли в его приятеля, поэтому, выглядывая наружу, держался с той стороны дверного проема, где можно было укрылся от Тайлера.

Затем уже в игру вступил Дрейк, выйдя из-за двери и прикончив его одним метким выстрелом в голову.

По тому, как после победы он принялся озираться по сторонам, взглядом выискивая Эмили, ей стало ясно, что больше противников не осталось.

Она же не могла отделаться от мысли, что эти двое действовали очень слаженно, словно репетировали свой маневр или же не раз и не два проделывали его в реальной жизни. И этот свист… словно сигнал, благодаря которому Дрейк изменил свою тактику.

Наконец, она вышла из-за машины, хоть и оставалась настороже. Эмили все казалось, что из-за угла вот-вот выскочит кто-нибудь еще. Ранее, выбегая из мотеля, она не предвидела внезапного появления второй части группы и попала в ловушку...

Тем не менее ей было гораздо спокойнее, когда рядом находились Тайлер и Дрейк — оба. Почему-то она была уверена, что они не причинят ей вреда, даже Тайлер, хоть он и оставался темной лошадкой.

— Не бойся, все закончилось, — ободряюще улыбнулся Дрейк и протянул ей руку, подзывая к себе.

Эмили подошла к нему с радостью. Теперь, после всего пережитого, ее потряхивало гораздо сильнее, нежели когда она была на прицеле у тех пятерых мужчин.

Стоило ей приблизиться, как Дрейк буквально сграбастал ее за талию и притянул к себе, но сразу уважительно убрал руку, будто бы опомнившись.

Все это время Тайлер наблюдал за ними с кривой ухмылкой.

— Во что же ты впутался, бро? — тяжело вздохнул он.

Тайлер

— Больше никогда не смей так меня называть, — прорычал Дрейк. — Пес шелудивый тебе бро.

Тайлер снова тяжело вздохнул. Напрасно он ожидал, что если спасет Донована, тот хоть немного смягчится.

— Что ты здесь забыл? — столь же недружелюбно продолжил Дрейк. — И как нас нашел?

По крайней мере, он задавал вопросы вместо того чтобы стрелять или набрасываться с кулаками. Можно считать прогрессом в сравнении с их последней встречей, которая оказалась для них обоих судьбоносной, роковой.

Также Тайлер не упустил из виду, как Дрейк подтолкнул Эмили себе за спину, закрыл собой.

Вот, значит, как… Дрейк знал, что Тайлер никогда не причинит вреда женщине. Наоборот, он любил женский пол, обожал и боготворил, неизменно стараясь распределить свою любовь между всеми дамами, чтобы ни одна из них не почувствовала себя обделенной. Обычно всех все устраивало, если, конечно, кто-то из них не начинал вдруг требовать от него обязательств.

Так что да, Дрейк сейчас не защищал Эмили, а пресекал возможную конкуренцию на корню, даже если не осознавал этого. Девчонка ему нравилась. Очень нравилась.

Что ж, Тайлер не мог его винить. Эта апельсинка с кислинкой была неподражаема.

Стоило уступить Доновану и Эмили, и задание. Это будет справедливо после всего, что натворил Тайлер. Порядочный мужчина именно так и поступил бы.

Вот только — к сожалению или к счастью — он никогда порядочным не был. Если Дрейк хочет съесть эту сочную апельсинку, пусть потрудится как следует.

А еще Тайлер не упустил из виду, что Эмили держалась ближе к Доновану, явно доверяя ему. На ней была его футболка. Интересно, что насчет трусиков? Они-то на ней остались?

Ха, очень важный вопрос, особенно посреди переделки, в которую они угодили.

— Найти тебя было проще простого, — Тайлер ухмыльнулся. — Конечно, ты выбрал большую машину, рассуждая о ее надежности. Вырулил на главную магистраль, ведь это самый короткий путь. По большей части ехал по ней, не превышая скорости. Ну и на ночь решил подыскать местечко для ночлега, потому что ты ненавидишь спать в машине. Мне осталось лишь разыскать мотель километрах в шестиста от города, по моим расчетам, которые, попрошу заметить, оказались верны. А по поводу того, что я здесь забыл… — он выразительно посмотрел на Эмили.

— Ты ее не получишь. Смирись с этим, — холодно и совершенно спокойно ответил Дрейк, вот только Тайлер слишком хорошо его знал и понимал, что кроется под этой ледяной коркой непроницаемого спокойствия. Именно так Дрейк вел себя в драке, прежде чем ударить. — Кто послал их и тебя? — он кивком указал на тела наемников.

— Понятия не имею, кто послал их, а вот меня — генерал Фостер, — пожал плечами Тайлер. — Тебя тоже он, зуб даю.

— Ты врешь, как и всегда, — фыркнул Дрейк, осторожно, будто бы невзначай опустив палец на курок.

— Сколько у тебя осталось? — с наигранной беспечностью спросил Тайлер, глазами указав на пистолет и тем самым дав понять, что не упустил движение Дрейка из виду.

— На три-четыре выстрела хватит, — хмыкнул тот. — А у тебя?

— Патрона два и десяток магазинов, — снова пожал Тайлер плечами.

Впрочем, Дрейку могло хватить и одного выстрела. Он всегда был более метким, нежели Тайлер, хладнокровным, терпеливым. Просчитывал ходы, умел выжидать, выбирать позицию. Тайлер же из раза в раз побеждал за счет безумных, однако эффективных выходок, хоть и знал, что однажды они закончатся для него плачевно.

Что ж, мир не так уж много потеряет от его смерти, но он собирался побороться за свою жизнь. Например, реши Дрейк сейчас напасть…

— Только не надо стрелять, — подала голос Эмили, умоляюще посмотрев сначала на одного, затем на второго. — Хватит на сегодня… пожалуйста, — она печально глянула на мертвые тела во дворе.

— Ничего не могу обещать, — проскрежетал Дрейк, однако палец с курка все-таки убрал. — Пусть он сначала скажет правду, а там посмотрим.

— Я предатель, даже спорить не стану, но не лжец, — покачал головой Тайлер. — Меня на самом деле нанял Фостер.

— Зачем ему посылать двух наемников? — пусть Дрейк нахмурился, зато перестал отрицать возможность подобного расклада, и на том спасибо.

— Без понятия, — кисло отозвался Тайлер. — Ладно я. А вот эти откуда взялись? — он свободной рукой обвел двор. — Зашли из соседнего мотеля попросить соли? Или захотели апельсинку?

Эмили поджала губы. Ей не нравилось придуманное им прозвище, что он заметил сразу, но это лишь подхлестнуло его желание называть ее именно так и никак иначе. Тем не менее она не одернула его. Вот и правильно. Смышленая девочка, она ведь понимала, что протестами раззадорит его еще больше.

И все же Эмили открыла свой милый соблазнительный ротик, вот только сказала кое-что другое, тут же заставившее Тайлера позабыть о поддразниваниях.

— Они знали, кто я, — призналась она. — Могли убить и меня, чтобы не дать добраться до машины, но выстрелили лишь в землю перед моими ногами.

— Эмили, — Дрейк повернулся к ней и, вперив в нее взгляд, спросил абсолютно ровным голосом: — Что еще ты запомнила? Эти люди что-нибудь говорили?

Вот и допрос начался, правда, ласковый и очень ненавязчивый.

О, в этом Дрейк был мастером. В былые времена все переговоры проводил именно он. Пока Тайлер рвался хорошенько встряхнуть человека или банально вышибить из него признание, Донован добивался куда более впечатляющих результатов благодаря своему хладнокровию и безграничному терпению.

— Назвали по имени, велели поднять руки и подойти к ним, — вздохнула Эмили. — Ну а затем появился Тайлер.

— Лицо хоть одного из них показалось тебе знакомым? — не унимался Дрейк. — Есть шанс, что ранее ты уже встречала кого-то из них, поэтому тебя и узнали?

— Нет, не думаю, — затрясла она головой.

— Не думаешь или не встречала? — надавил Дрейк. — Эмили, это очень важно.

— Ну, они не похожи ни на студентов, ни на волонтеров, поэтому вряд ли, — от напряжения она тихонько икнула. — А больше я ни с кем и не пересекалась. Разве что меня знают многие военные…

— Это не военные, — покачал головой Дрейк. — Сонная болезнь знатно проредила вооруженные силы, сейчас все оставшиеся солдаты заняты оцеплением городов. Никто не отпустил бы обученный, неплохо организованный отряд разгуливать без дела.

— Они могут быть бывшими военными, — предположил Тайлер.

— Надо было оставить в живых хоть одного и допросить, — сокрушенно покачал головой Дрейк. — Теперь нам остаются только гипотезы и домыслы.

— Оставить хоть одного? Ну да, а факт того, что вы вообще живы остались, в расчет не берем, — воспринял Тайлер его слова едва ли не как личное оскорбление.

— Ладно, я понял намек, — Дрейк глубоко вдохнул и медленно выдохнул, как делал всегда, когда ему нужно было успокоиться. — Что ты хочешь за оказанную услугу?

— Ничего особенного, — пожал Тайлер плечами. — Я еду с вами.

— Ну уж нет, — рассмеялся Дрейк, вот только смех его был натянутым, ядовитым. Конечно, Донован прекрасно понимал, что это не шутка.

— Ну уж да, — осклабился Тайлер, не собираясь сдаваться.

Ему нужно было доставить Эмили Фостер к отцу если не одному, так хотя бы вместе с Дрейком Донованом. Ему нужна была эта награда, черт возьми! Без нее у него ничего не останется в разрушенном, опустошенном мире. Тайлер и так уже всего лишился и наплевать, что по своей собственной вине.

— Сам подумай, — вздохнул он. — У меня вот есть подозрение, что эти мудаки… — сплюнув на землю, Тайлер в который раз осмотрел двор, — …пришли за нашей апельсинкой.

— За апельсинкой? — свел брови Дрейк.

— За вашей? — одновременно с ним нахмурилась Эмили.

— За нашей, — подтвердил Тайлер, — поскольку твой отец послал нас за тобой, значит, пока мы не доставим тебя к нему, ты наша, — кривая логика, однако она ему чертовски нравилась. — И да, за апельсинкой. Бро, ты только взгляни, какая она рыженькая.

— Я тебе не бро, — прорычал Дрейк, но Тайлер отметил, как он все-таки покосился на волосы Эмили, которые и впрямь были рыжее некуда, ну прямо-таки оранжевыми.

А еще Дрейк задумался.

В этот момент Тайлер уже знал, какой ответ услышит. В конце концов, Донован всегда руководствовался здравым смыслом, являлся превосходным стратегом и любил, когда у него прикрыт… гм, тыл.

Так что да, было очевидно, какое решение примет Дрейк ради безопасности Эмили.

— Надо взять в дорогу что-нибудь перекусить, а то я проголодался как черт, — с беспечным видом заявил Тайлер.

— Но на протяжении всего пути ты выполняешь мои приказы, — рыкнул Дрейк. — И только попробуй выкинуть один из своих дурацких фокусов.

— Есть, сэр! — по-шутовски отсалютовал Тайлер, давая понять, что послушанием здесь и не пахнет.

Дрейк сердито глянул на него, Эмили же едва сдерживала улыбку, что получалось у нее не очень хорошо. Да и вообще, если Тайлер верно истолковал выражение ее лица, она была весьма довольна тем, как все вышло.

Эмили

Заявив, что нужно срочно ограбить кладовку «Ромовой луны», Тайлер ушел за припасами. Эмили посмотрела ему вслед, и когда он скрылся в доме, продолжила глядеть на пустой дверной проем невидящим взором.

Она совершенно перестала что-либо понимать. Кажется, Дрейк с Тайлером сошлись на том, что эти ужасные люди пришли за ней.

Кому могло что-то от нее понадобится? Генеральская дочка это вам не наследница президента или сенатора. Конечно, у ее отца водились деньги, как и у любого высокопоставленного военного, но отправлять за ней вооруженную и подготовленную группировку ради выкупа… нанять такую дороже, чем можно потребовать за Эмили.

Тайн она не хранила, никакими особыми умениями или богатствами не обладала. Обычная студентка исторического факультета не самого престижного университета страны. Да Эмили даже не доучилась и диплома не получила. Просто не успела. Ей оставалось еще два курса, когда началась эпидемия.

Ну нет, Тайлер с Дрейком точно ошиблись, просто за неимением других вариантов схватились за первое предположение, пришедшее в голову.

И все же факт того, что они оба будут с ней, странным образом успокоил ее, придал ей уверенности. Как бы они ни грызлись между собой, но ее в обиду не дадут, вне всяких сомнений. Хотя бы затем, чтобы получить награду от ее отца.

— Сильно испугалась? — спросил Дрейк, вырвав Эмили из раздумий.

— Есть немного, — выдавила она.

Он скользнул пальцами по ее плечу, практически невесомо его поглаживая. Потом спустился по ее руке до запястья и коснулся тыльной стороны ладони. Они были такими теплыми…

— Ты замерзла, — куда жестче заговорил Дрейк. — Пойдем, обуешься и оденешься. Будет обидно избежать заражения летаргическим энцефалитом, чтобы затем подхватить простуду и умереть от воспаления легких…

— О нет, нет, — с притворным страхом закатила она глаза. — Только не это, только не снова!

— Зато ты почти улыбнулась, — рассмеялся он. — Идем, — положив ладонь Эмили на талию, Дрейк подтолкнул ее в сторону черного хода.

Войдя в «Ромовую луну», она сразу заметила разруху. Прежде казалось, что мотель просто спит, наверное, как и его хозяева, но теперь… он превратился в поле боя.

От выстрелов со стен осыпалась местами штукатурка, некоторые предметы мебели были перевернуты… между ними лежало два тела точно таких же, как другие семь во дворе.

Поднимаясь по лестнице, Эмили заметила еще одно в стороне, возле кресла, за которым этот человек, вероятно, пытался укрыться, чтобы не угодить под пули Дрейка. Это ему не помогло. Он все равно угодил…

В полной мере осознав, чего ей чудом удалось избежать, страх накатил на нее новой волной. Дрейк был близок к смерти, она сама — к плену… Эмили стало сложно дышать, грудь сдавило. Ей пришлось втягивать воздух частыми, неглубокими вдохами.

Она пошатнулась, но Дрейк, отстававший от нее всего на пару ступенек, вовремя ухватил ее за талию и удержал от падения.

— Спокойно, — твердо сказал он, после чего осторожно развернул ее в своих руках. — Дыши медленно и глубоко.

Они оказались лицом к лицу, и Эмили поймала взгляд его глаз цвета стали. Он цеплял, удерживал, не позволял отвернуться. И снова — в них был полный штиль, словно ничего страшного не случилось.

— Все же было в порядке, — растерянно пробормотал Эмили. — А сейчас…

— Так бывает, — тем же ровным, успокаивающим голосом продолжил Дрейк, не отпуская ее взгляд из плена. — Это нормально. Я бы даже сказал, что это очень и очень хорошо.

Он придвинулся к ней, и она снова отметила, какие горячие у него руки.  Жар его кожи просачивался через футболку. За ночь с ткани выветрился мужской аромат, но теперь Эмили вдыхала его возле самого Дрейка — прямо из источника.

И ей хотелось еще. Больше этого запаха, больше тепла. Не удержавшись, Эмили немного подалась вперед. Самую малость, но Дрейк все равно заметил, и уголок его губ дрогнул в полуулыбке.

— И что же в этом хорошего? — сглотнув, спросила Эмили.

— А то, милая Эмили, что при столкновении с опасностью паникуют все, — пожал Дрейк плечами. — Но одни теряют голову и творят глупости. Такие чаще всего погибают. Другие держат себя в руках и спасаются. Это превосходное качество, разве что потом паника все равно настигает их, — он ободряюще улыбнулся.

Глянув на его губы, Эмили непроизвольно облизнула свои собственные и тут же смутилась. Под его внимательным взглядом даже это обычное движение показалось ей провокационным, едва ли не интимным.

— Почему тогда ты не паникуешь сейчас, после опасности? — прошептала Эмили.

Вместо ответа Дрейк поднял руку к ее лицу, но тут же сжал кулак. Разжал пальцы, снова сжал, как если бы сомневался.

В конце концов, он аккуратно взял прядь растрепанных волос Эмили и пропустил ее между пальцами, словно оценивал текстуру. Затем заправил завиток ей за ухо, мимоходом дотронувшись костяшками до ее щеки. Они были горячими и грубыми, сбитыми, в то время как само прикосновение — невесомым, едва ощутимым.

От такой близости сердце у Эмили в груди заколотилось быстрее. Конечно, накануне они вместе ехали в машине, провели ночь на одной кровати, вот только… это было другое, совсем другое.

— Потому что, милая Эмили… — продолжил Дрейк, но затем сделал паузу, словно хотел попробовать последние два слова на вкус.

Милая Эмили… милая Эмили… в его устах слоги играли друг с другом, перекликались и переливались.

— …потому что я слишком часто сталкивался с опасностью, — продолжил Дрейк. — Настолько часто, что она вошла у меня в привычку. Человек не может вечно жить в страхе, поэтому начинает воспринимать его как обыденность. В горячих точках так всегда и случается. Я просто разучился бояться… за себя.

— В горячих точках? — округлила Эмили глаза. — Ты служил?

— Да. Восемь лет в морской пехоте.

Как странно… насколько она знала, когда эпидемия еще только пошла по стране с косой, на службу призвали всех военных, даже отставных. Но не Дрейка. Почему? Ну, по крайней мере, военный опыт объяснил, каким образом ее отец вышел на него и вообще узнал о его существовании.

— И Тайлер тоже? — предположила Эмили.

— И Тайлер, — вмиг улыбка исчезла с его лица, вновь ставшего непроницаемым. Дрейк опустил руки, чтобы больше не касаться Эмили. — Пойдем, — резким кивком указал он на верх лестницы. — Тебе нужно переодеться. Чем скорее мы уедем отсюда, тем лучше.