Аристократка в академии некромантов, или Как снять проклятье

– Мне говорили, что вы один из самых выдающихся некромантов, потомственный ведьмак, способный не только уничтожать неразумную нежить, но и возвращаете души с того света. Но похоже… – чутко-очерченные персиковые губы иронично изогнулись в притворной улыбке, впрочем, не став от этого менее притягательными, – слухи о вашем могуществе сильно преувеличены.

Яр лениво поковырялся остриём ножа в зубах. Что было под рукой, тем и ковырялся…

– Пичужка…

– Мисс Шин, – холодно перебила молодая целительница, а в пропитанных раздражением янтарных глазах мелькнуло нечто опасное. Притаившийся огонёк разрушительной силы, о которой девчонка сама ещё навряд ли подозревала...

Но Яр чувствовал. Чувствовал и играл с опасностью, как сытый хищник со своей добычей. К тому же…

– Мисс Шин, – легко согласился он, откладывая в сторону нож. Синий камень в костяной рукояти сверкнул в свете полной луны, что пробивался сквозь пыльное окно за спиной. – Вы просите воскресить ведьму седьмого порядка, не просто поднять умертвите, хотите вернуть её душу. Это вам не кактусы заставлять цвести, или чем вы там в своей школе занимались… – произнёс небрежно, с удовольствием отмечая, как гневно сузились колдовские глаза. Больно уж девчонка напоминала ведьму, никак не целительницу. И внешностью, и темпераментом.

– Поэтому я вам и предложила пятьсот тысяч лидар. Это ведь целое состояние… – и тем не менее, юная прелестница хорошо держала себя в руках. Это после того, как Яр принял её за присланную агентством новую помощницу и заставил… гм… убирать полигон от ошмётков нежити… любая другая благовоспитанная девушка благородного сословия или упала в обморок, или убежала с криками, обозвав его последним мерзавцем.

– Отдаёте своё приданное? – насмешливо поинтересовался он, точно зная куда бить, но… девчонка даже не дрогнула. Выражение на кукольном, будто фарфоровом лице оставалось неизменно-спокойным. Отстранённым.

– Это имеет значение? Какая вообще разница, откуда у меня деньги, только, если я их не украла. А я не воровка, мистер Килан. Или дело в том, что этого мало?

Яр упёр локти в стол и сцепил пальцы в замок, устроив на них подбородок.

– Дело в том, пичужка, что я предпочитаю, когда меня зовут «господин». Господин Килан.

– Вы невозможны, – сквозь сцепленные зубы выдохнула целительница, покрепче сжимая тонкими пальцами рукоять в форме птички с рубиновым глазом очень необычной стрости. Её вытянутая, немного приплюснутая с обеих сторон форма отличалась от привычных форм. Обычно под видом такой трости аристократы скрывали тонкие и острые, как бритва клинки, которые, конечно же, использовали исключительно в целях самозащиты. Так утверждают и сами аристократы, и дознаватели, покрывающие их. – Просто скажите, чего вы хотите, раз деньги вас не интересуют?

– Я хочу вас, – невинно произнёс Яр, наблюдая, как обескураженно вытягивается лицо рыжеволосой бестии, приоткрываются чуткие, полные губы. – В качестве помощницы. А вы о чём подумали?

Девчонка стиснула челюсти так, что дрогнули желваки.

«Ещё немного и прибьёт…» – с интересом подумал Яр. Откинулся на спинку стула и лениво произнёс:

– Вы верно заметили, пичужка, деньги меня мало интересуют. Зато интересует другое: где помощница, обещанная агентством? Я ждал женщину средних лет с устойчивой психикой и крепким желудком, способную разбираться во всех этих глупых отчётах для Гильдии. И? Почему я наблюдаю вас? Как вы без разрешения попали на территорию академии?

Целительница прикрыла глаза.

– Через знакомую из агентства. Если бы вы не были единственным, кто может мне помочь, я бы так не поступила, – бесстрастно призналась она.

Яр причмокнул губами. Играть времени не было, но… девчонка вызывала интерес. Не только её привлекательные формы… Стержень внутри. И трость, куда уж без неё. Яр был готов поклясться на крови, что это не трость, а финигальский меч, вспарывающий животы не хуже скальпеля патологоанатомов. Но зачем он хрупкой незамужней аристократке?

– Один вопрос, – произнёс он, принимая мысленное поражение. Да, возиться со злющей ведьмой не хотелось, умертвий хватает. Ими, вон, весь Мёртвый лес кишит, совсем от могил отбились. А недавно на село Удалое позарились, кур таскают. У-у… мертвяки проклятые! Но знать, что связывает очаровательное дарование школы медицинских искусств и самую страшную ведьму Серых Топей хотелось. – Ответите честно, предложу выгодную для обоих сделку, – девчонка со всей серьёзностью кивнула. – Зачем тебе это? В смысле, зачем тебе ведьма? Прокляла?

– Прокляла, – ровно подтвердила целительница, в зелёных глазах мелькнуло отчаянье. – Венцом безбрачия, которое убивает всех, кому я успеваю понравиться. Стоит начать мужчине симпатизировать мне, как с ним происходят странные и пугающие вещи. То кирпич с крыши сорвётся на голову, то повозка собьёт на полном ходу. Но стоит потенциальному жениху прекратить всякие попытки со мной сблизиться, как всё прекращается…

Яр насмешливо хмыкнул.

– Так хочется замуж?

Глаза целительницы зло сощурились.

– Да, в будущем я бы хотела выйти замуж за достойного человека. Что в этом плохого?

Яр лениво потянулся и хрустнул шеей.

– Да ничего, в общем-то. Я почему-то полагал, что у тебя более серьёзная мотивация.

Девчонка с шумом отодвинула стул и бесцеремонно упала на него.

– Я не хочу, чтобы из-за меня гибли люди, – с вызовом протянула она, смело заглядывая Яру в глаза, хотя на это мало кто решится в здравом уме. Все наслышаны о том, как некроманты запросто вытряхивают души не только из мёртвых, но и из живых. Одним лишь взглядом… – К тому же, у меня есть младшая сестра. Если со мной что-то случится, с большей вероятностью проклятье перейдёт на неё. Я хочу защитить её…

Яр оживился.

– О, это уже интереснее. А чем ты так не угодила старой карге, что заслужила проклятье?

Бледные щёки тронул болезненный румянец, а в глубине мерцающих глаз появилась паника и… смущение.

– Сын госпожи Гримуар… – девчонка покрепче обхватила пальцами трость, – имел неосторожность влюбиться в меня…

Брови Яра медленно поползли на лоб.

– И где молодой колдун встретил вас? На шабаше?

Девчонка непроизвольно закатила глаза.

– Я проходила практику в Грейсмите, близ Серых Топей. Помогла одному молодому человеку, я ведь целительница… откуда мне было знать, что он колдун и, в целом, сам мог справиться?

Яр упёр локоть в стол и подпёр голову кулаком.

– И что было дальше? – спросил иронично. – Колин предложил вам выйти за него?

Целительница помрачнела.

– По-вашему, я фантазирую? Что за саркастичный тон? Думаете, я бы стала шутить с подобным?

– Да брось, – небрежно отмахнулся Яр. – Никто не видел этого таинственного Колина. Может, его и не Колином зовут вовсе. Всем известно, что ведьма прятала ото всех своего сына, а тут…

– Слушайте… – процедила девчонка, теряя терпение. – Я знаю лишь то, что некий юноша по имени Колин увивался за мной на протяжении месяца, а потом явился к постоялому двору, в котором я проживала на время практики, и встал под моими окнами на колени, умоляя выйти за него… – девчонка расстегнула несколько верхних пуговиц рубашки и прочистила горло. Яр милосердно налил воды и протянул ей стакан. – Благодарю, – кивнула она и, отпив, продолжила. – Я отказала. А на следующий день вместе с грозой и молниями появилась эта… ведьма. Она кричала, что, как я могла отвернуть её сына ну и… прокляла.

Яр недоумённо молчал. История абсурдная, но выглядело всё, как чистая правда. Действительно, зачем девчонке сочинять подобное? Она ведь собралась расстаться с приданым, лишь бы воскресить ведьму. Ясно ведь, что не ради забавы. Но…

Яр запрокинул голову, приглушённо рассмеявшись.

– Прости… это очень нелепо. Сама эта ситуация, в которой ты оказалась…

– Рада, что вы находите моё бедственное положение забавным, – огрызнулась девчонка, скривившись.

Яр примирительно вскинул ладони.

– Но я ведь верю тебе, разве это не главное?

Девчонка недоверчиво сощурилась, сев ровнее.

– И-и? Вы поможете мне?

Он опустил руки, самодовольно усмехаясь.

– На моих условиях.

– Я не лягу с вами в постель, – категорично отрезался эта невероятная особа, вновь вынуждая Яра разразиться хохотом.

– Какая жалость, Боже правый! – воскликнул притворно, смахивая с глаз невидимую слезинку. – Будь моей помощницей, мисс Шин. Всего до конца этого года, пока адепты не сдадут экзамены и не закончится практика. Подпишем трудовой договор и тогда… гарантирую, ведьма снимет с тебя проклятье, – видя замешательство на кукольном лице целительницы (вряд ли она себя видела помощницей некроманта), Яр добавил. – У меня нет времени искать новую кандидатуру, а ты… как мы уже могли убедиться из-за моей оплошности, неплохо справляешься, да и нервы у тебя крепкие. Ну? Что скажешь? По рукам? – он заинтересованно склонил голову набок, а девчонка взволнованно облизала свои персиковые губы…

На самом деле причина, по которой Яр согласился, заключалась не только в нехватке времени. Чисто по-человечески, ему было жаль юную и амбициозную аристократку. Девушки не должны разгуливать с таким убийственным проклятьем. Но признаться ей в этом… нет, никогда. Ещё примет его за сострадающего и благородного человека. Вся репутация тогда мертвецам под хвост.

– Хорошо, но я внимательно прочту договор, – предупреждающе произнесла девчонка, вызывая у Яра очередную искреннюю улыбку.

Подумать только, как легко он ведётся на её очарование…

– Договорились, – оттолкнувшись от спинки стула, он протянул руку. – Алеса… – вымолвил имя девчонки по буквам, наблюдая как в дивных янтарных глазах разгорается пламя.

О, это будет самая незабываемая практика в его жизни…

Я так радовалась этой досадной ошибке, по которой Яр Килан принял меня за помощницу, решила, что это знак свыше, мне ведь с трудом удалось убедить Мартину выдать мне временный пропуск...

В спешке отправила телеграмму сестре, чтобы она собрала мои вещи и отослала их посыльным отделением, приплатив за срочность. Ей почти пятнадцать, справится. Выписала гувернантке и слугам жалование на три месяца вперёд, чтобы хорошо заботились о Марике в моё отсутствие, и сразу выслала чек службой скорой доставки. Даже попросила подругу присмотреть за ними, наведываться иногда с проверкой и сообщать мне обо всём странном.

Мне было страшно оставлять сестру, мы не разлучались со дня гибели отца, но… Мне ничего не оставалось кроме, как принять предложение ректора. И я была готова, не только драить полы от останков нежити, если этого понадобится… Хотя… это было несколько жестоко с его стороны давать мне такое поручение. Даже, если принял меня за наёмного сотрудника.

Но, что теперь? Всё было напрасно?

Шумно выдохнув, я запустила пальцы в волосы. Удручённо окинула заваленный папками с документами стол, желая выйти в окно. Да, всего второй этаж, вряд ли разобьюсь, но… что мне делать со всем этим?

За три дня я так и не смогла разобраться в работе ректора. Некроманта. Какие-то отчёты, сведения об успеваемости, записи о расходах на учебный инвентарь… Многочисленные инструкции, учебные планы, объяснительные…

… время стремительно утекало сквозь пальцы. Из сорока дней, в течение которых возможно призвать душу, осталось тридцать два (я ведь ещё потратила целых пять дней на поиски некроманта и попытки проникнуть в академию). А заносчивый Яр Килан не спешил выполнять свою часть сделки.

Он будто испытывал моё терпение на прочность. Отмахивался от меня тем, что ему нужно подготовиться к ритуалу, но сам только и делал, что с утра до вечера пропадал на учебном полигоне или вёл высшую некромантию у старшегодок.

Мой домик располагался рядом с его, и да, не в силах заснуть, я следила за возвращением ректора. Он приползал за полночь и сразу заваливался спать (отсутствие штор на окнах его домика улучшали обзор). Ни о какой подготовке и речи не шло.

Если бы только вредная ведьма согласилась снять проклятье, когда ещё была жива… Я ведь просила. Ходила к ней на поклон… потратила уйму времени, денег и нервных клеток. На болотах… страшно. Ни один наёмник не решился меня сопровождать, сколько бы я не предлагала. А предлагала я немало, хотя и жаль было растрачивать отцовское наследство.

Чтобы добраться до её усадьбы мне пришлось столкнуться с фейри и какими-то зелёными мохнатыми существами: отбилась только чудом. С помощью магии и некоторых навыков, которые приобрела в Военной академии на факультете целительства. Всё-таки я мечтала о службе на передовой, спасать раненых, но не сложилось… Отец погиб, оставив на моё попечение маленькую Марику. Пришлось срочно переквалифицироваться, чтобы заботиться о сестре, быть рядом с ней…

Дверь с грохотом распахнулась, выдёргивая меня из размышлений. В кабинет вихрем влетел взмыленный некромант и принялся рыться на полках, где я только недавно закончила наводить порядок.

– Что вы ищите? – спросила сухо, недовольно скрещивая на груди руки. – Там всё подписано для вашего же удобства, если не заметили.

– Спасибо, пичужка, – не глядя на меня, бросил он. Вытащил тёмно-синюю папку и раскрыл. – Мне срочно нужно в Министерство Гильдии, а ты… подготовь пятую лекторскую к приёму зачёта по классификации нежити. Всё должно быть готово к полудню.

Возмущённо засопев, я вскочила со стула, слыша звон моих натянутых до предела нервов.

– Вы деспот и самодур! Почему я должна выполнять эти нелепые поручения? Если у вас нехватка кадров, то это не мои проблемы. В договоре чётко прописаны мои обязанности и…

– Пичужка, – ректор громко захлопнул папку, уставившись на меня недобрым взглядом пронзительно зелёных глаз. – У меня нет времени на пререкания, но… я кое-что объясню тебе, – он вернул папку на полку и подкрался ко мне, словно хищник к несчастной жертве. Надавил на моё плечо, усадив обратно на стул, и навис сверху, уперев ладони в стол. – Разве ты видела очередь желающий устроиться в академию? Если бы у меня не было проблем… как ты это сказала? С кадрами? То я не менял бы помощниц каждый месяц. Я носки не меняю так часто, как их. Так вот все, включая магистров, тут трудятся за пятерых.

– Но ведь жалование не маленькое, – испуганно пискнула я, опасаясь, что меня просто возьмут да придушат. Очень уж пугающая энергетика окружала некроманта. Подавляющая. Тёмная. Наверное, я несколько погорячилась. Перенервничала…

– Немаленькое, – согласился он, наконец, выпрямляясь. – Но сами некроманты трудятся по долгу службы, спасая мир от полчищ нежити и армии восставших мертвецов. Они не могут тратить время на работу в академиях. Таких дураков, как я, единицы. А из людей никто не желает связываться с некромантией и трупами, вот и получается, что я в вечном поиске сотрудников. Поэтому… пичужка… – ректор сделал умоляющий взгляд. – Будь хорошей девочкой и делай, что я велю.

– Но как же… – начала было я и смолкла под мрачным взглядом.

– Я помню про ведьму и считать умею, – скосив взгляд к моему столу, произнес он. Достал исписанный листок и повернулся с ним к свету. – У нас есть ещё тридцать два дня, а ритуал займёт один. После того, как душа вернётся в тело, у нас будет неограниченный срок на снятие проклятья. Поняла?

– Но тело ведь разлагается… – неуверенно возразила я.

– Ерунда, – беспечно отмахнулся некромант. Признаться, он меньше всего походил на ректора престижной академии. Весь растрёпанный, взгляд шальной, рубашка распахнута, где галстук, одним мышам в его доме известно. – У меня есть кристалл нейтрализующий и останавливающий процесс разложения. Просто помоги мне скорее сдать отчёт и пройти ежегодную проверку на профессиональную пригодность и всё.

Я сдалась. В конце концов от этого человека зависела не только моя судьба, но и судьба Марики. Могу стиснуть зубы и немного потерпеть. Я ведь… перепробовала уже всё.

Ходила к колдунам, к ведуньям, просила Колина мне помочь, но всё тщетно. Проклятье может снять только наложивший его. А когда ведьма покинула мир живых, казалось, шанса на нормальную жизнь не осталось, но… знакомая подсказала, что есть некий Яр Килан – единственный способный призвать душу с того света, потомственный ведьмак. В общем, вся надежда только на него.

– Хорошо, – вздохнула, убирая вьющиеся прядки волос за уши. – Для начала скажите, что вы ищете и дайте чёткую инструкцию, как я должна подготовить лекторскую.

На губах некроманта заиграла довольная ухмылка.

– Вот так бы сразу, – оскалился он и, отодвинув свободный стул, сел на него. Бесцеремонно закинул ноги на стол и со вкусом хрустнул шеей.

– В Министерстве требуют сведения о выпускниках того года. Кто и куда был распределён, процент успешно сданных экзаменов, отчёт о прошедшей практики.

Я упёрла локти в стол и соединила кончики пальцев, погружаясь в своё бессознательное. Нас этому учили в академии. Если я что-то видела хоть раз, то обязательно вспомню.

Мысленно пролистывая всё, что видела за эти несколько дней, я на какой-то миг выпадала из реальности.

– Эй? – ректор пощёлкал пальцами перед моим лицом. – У тебя глаза остекленели. Ты что, помереть собралась? Поверь, не так сложно подготовить лекторскую…

Громко цокнула языком и вышла из-за стола. Под пристальным взглядом некроманта подошла к стеллажу и вынула ярко-красную увесистую папку.

– Вся информация за прошлый год, – бросила папку мужчине на колени и вернулась на своё место. – Если чего-то не хватает, скажите мне, поищем или составим новые данные. Не проблема.

Ректор обескураженно моргнул, раскрыл папку, пролистал скреплённые документы и вдруг подскочил, заставив меня дёрнуться от неожиданности.

– Ты ж моё солнце! – радостно воскликнул он, пихая папку под мышку. Обхватил моё лицо своими большими горячими ладонями и звучно чмокнул в лоб. – Моя спасительница! Всё есть, всё до единой бумажки!

Растерянно похлопала ресницами, пытаясь отстраниться, но некромант выпустил меня сам и отошёл.

– Так… я тогда в Министерство, а ты… – он задумался, снова подошёл ко мне и отодвинул нижний ящик стола, вскользь задевая моё колено. – Вот. Инструкция по подготовке к зачёту по классификации нежити. Учебный инвентарь хранится в подсобке, ключи у коменданта.

– Поняла… – вымолвила отчего-то сипло и поспешила убрать ноги под стул.

– Отличная юбка, – криво усмехнулся этот непроходимый наглец и, козырнув двумя пальцами, скрылся за дверью.

Сердито засопела, желая чем-нибудь запустить некроманту вслед, но передумала. Самой же здесь убираться. Теперь это и мой кабинет тоже…

Инструкция наводила ужас. Не только своим истрепавшимся видом и кляксами чернил в некоторых местах, что закрывали часть текста, но и содержанием.

Тушка костееда? Вяленая крыса? Забальзамированный трупоед обыкновенный?

Шумно сглотнула, желая протереть глаза. Мне ведь всё это кажется, да?

В списке необходимого ещё значились учебные плакаты и кристаллы подчинения, магические накопители. Графины с водой для принимающей комиссии и… вазочка с печеньем. Серьёзно? Они, правда, смогут есть, когда перед ними будет лежать мёртвая нежить?

Признаться, я даже восхитилась. Это же надо обладать такими крепкими нервами и устойчивой психикой. Невозмутимостью. Я бы вряд ли смогла проглотить хоть кусочек…

Для начала переписала инструкцию на новый лист и подкрепила её в папочку с другими инструкциями. Удовлетворённо кивнула, сунула папку под мышку и отправилась искать коменданта. Правда, где носит этого старика, похожего на скелет, обтянутый кожей, неизвестно. За три дня я поняла одно: комендант появляется в самых неожиданных местах и, видимо, тогда, когда сам этого хочет.

Покинула административный корпус, по пути столкнувшись с несколькими магистрами, и направилась к сторожке, надеясь застать старика там.

Каблуки сапожек утопали в рыхлой сырой земле. От влажности, которой был пропитан воздух, по рукам побежали мурашки. На тренировочном поле стоял гвалт голосов. Адепты ругались. Ругались не хуже портовых грузчиков. И магистры на это мало обращали внимания.

Когда я была изумлена и шокирована этим безобразием, ректор лишь отмахнулся, усмехаясь.

«Магией смерти тяжело управлять. Она не стабильна, требует большой концентрации, если ребята будут ещё и эмоции сдерживать… вообще свихнутся…»

К моему удивлению, я очень быстро привыкла слышать браную речь из уст адептов, даже немногочисленных девушек, у которых тоже пробудился дар, и уже воспринимала её как нечто естественное. Слух не резало, а я ведь в академии всего три дня. Что будет со мной через месяц? Сама ругаться начну?

От одной только мысли об этом стало нехорошо. Узнай отец, что его дочь начала использовать нецензурные слова, он бы… пришёл в негодование. Дочь графа… нет, не просто графа, генерала, ругается, словно вульгарная девица из кабаре... Бедный мой папа, светлая память ему…

Сторожка находилась у кладбища, окружённого кривой оградой. Между ржавых прутьев бегали зелёные огоньки охранного заклинания. Могилы укрывал густой белый туман, что никогда не рассеивается (по крайней мере, я не видела этого). На перекошенном кресте гордо восседал ворон. Завидев меня, он пронзительно каркнул и, взмахнув мощными крыльями, улетел.

Вздрогнув, я оступилась. Каблук застрял в грязи, и я едва не упала, неуклюже взмахнув руками.

– Мисс Шин?

Недоумённо задрала голову, пытаясь разглядеть того, кто так вовремя поймал меня.

Парень поставил меня на ноги и наклонился за упавшей папкой.

– Обувь у вас не подходящая, – иронично произнёс он, сдувая светлую косую чёлку с глаз. С выразительных цвета морской волны глаз. Некроманты все такие… что не взгляд, то до дрожи. Отряхнул папку и протянул мне. – Если ищите мистера Саровски, то он где-то на чердаке жилого корпуса ползает. Одной Смерти известно, что он там забыл, – на заострённом лице парня обозначилась саркастичная насмешка.

– Благодарю за помощь, мистер Харди, – неловко улыбнулась, забирая папку.

– Зачем же так официально? – во взгляде пятигодки промелькнуло нечто опасное. Тёмное затаённое желание. В первую нашу встречу… и во вторую тоже… я думала, мне показалось, но… Он что, кокетничает со мной? Заигрывает так? И почему ректор не предвидел этого? Или он просто решил не забивать голову чепухой? Моё проклятье – мои проблемы, так получается? – Мы с вами почти одного возраста, могли бы перейти на более неформальное общение. Зовите меня, Лем, – он шагнул ко мне, протягивая ладонь.

Я внутренне напряглась, ощущая жуткую неловкость. Хотелось… просто взять и раствориться в воздухе. А потом появиться прямо перед неуловимым стариком и потребовать у него шкуру бобра. Ну или кого там надо было… Выхухоля?.. так разволновалось, что вся информация разом вылетела из головы.

– Послушайте… мистер Харди, – сдержанно начала я, но потом… а чего я вообще церемонюсь? Он адепт, я помощница ректора, к тому же… Ехидно так ухмыльнулась и склонилась к уху парня. – На мне венец безбрачия, Лем. Интересно будет понаблюдать, как скоро тебя настигнет моё проклятье. Предущего ухажёра чуть не разорвали дикие вервольфы. А ещё одного едва не затоптала взбешённая лошадь… – прошептала проникновенно. Да, жестоко, но лучше оборвать любые попытки ухаживать за мной на корню сейчас, чем потом пытаться спасти несчастного. От проклятья ещё никто не убегал…

Парень испуганно сглотнул, шевельнул губами, пытаясь что-то сказать, может быть, возразить, но упрямо поджал их, развернулся и кинулся прочь. Обратно на тренировочную площадку.

То-то же… Моё проклятье никакой не секрет, пусть думают и говорят, что хотят. Зато меньше проблем с нежеланными ухажёрами будет, мне сейчас явно было не до них. Единственный кто меня действительно волновал и будоражил – это… мёртвая ведьма, похороненная в фамильном склепе династии Гримуар.

Невесело усмехнувшись своим мыслям, я развернулась и отправилась в жилой корпус, заранее внутренне содрогаясь. Будущие некроманты не отличались манерами и… завидев молодую особу позволяли себе отпускать пошлые шуточки и… даже улюлюкать вслед, как какие-то солдафоны. Меня бросало в дрожь от такого варварского обращения, было безумно стыдно за их поведение и безрассудство. Хотелось… отчитать каждого. Но я понимала, что все мои нотации – пустая трата времени и сил, поэтому старалась просто не реагировать. Игнорирование – в моей ситуации – лучший выход.

На входе меня едва не снесли с ног. Только чудом успела отскочить в сторону, прижимая папку к груди.

– Ты не жилец, Коуэлл! – закричал выскочивший следом за удирающим брюнетом поджарый смуглый шатен. Он остановился на последней ступени, снял с ноги ботинок и запустил его.

Брюнет ловко увернулся, разразившись обидным таким хохотом.

– А ты ещё и косой, Макфри! Тебе бы зрение проверить. О! – меня наконец заметили. Хотя… лучше бы не замечали. – У нас же тут целительница появилась. Мисс Шин, может, вы осмотрите моего приятеля?

Мысленно закатила глаза и, решив сделать вид, что ничего не слышала и не видела, зашла в корпус. Ох уж эти некроманты с их переходным возрастом…

Пока поднялась на третий этаж успела выслушать в свой адрес несколько сомнительных комплиментов и… чуть заикой не осталась. В коридор выскочил полуобнажённый парень, замотанный в одно лишь полотенце. По рельефной фигуре сбегали капельки воды, а сам он был босиком и… В общем, я очень сильно пожалела, что оставила трость в кабинете. С ней всё же как-то надёжнее…

… отец пророчил мне светлое будущее. И где я сейчас? Среди невоспитанных мальчишек в какой-то дыре, где вообще не бывает солнца и всегда сыро, пахнет землёй. Смертью…

Я ведь извинялась. Перед госпожой Гримуар. Пыталась донести до неё, что не хотела оскорбить её, но и принять чувства её сына не могу. Это просто немыслимо. Брак без любви? И с кем? С колдуном?.. Но ведьма пригрозила мне ещё одним проклятьем покрепче и выставила вон, заявив, что у её кровиночки психологическая травма. Только обо мне никто не подумал. У меня ведь тоже… травма.

Всю прелесть венца безбрачия я ощутила многим позже…

На чердак вела старая скрипучая лестница, не внушающая мне никакого доверия. Но выбора не было: сколько бы я не звала мистера Саровски, он не отзывался.

Хлипкие деревянные ступеньки прогибались под тяжестью моего довольно скромного веса, грозя предательски хрустнуть, отчего я замирала на каждом шагу. К счастью, трагедия миновала. Ненадёжная конструкция стойко выдержала мой подъём, (увы, не душевный) и я толкнула пошарпанную, но довольно прочную дверь.

… меня поглотила тьма. Настолько непроглядная, что на секунду я растерялась, дезориентируясь. Хватанула ртом затхлый густой воздух, грудь сдавило спазмом. Нам миг представилось, что я вот-вот умру, но…

Пальцы двигались по инерции. Тело помнило каждое движение и в такой критический для моего разума момент действовало машинально. Щелчок, и на моей ладони засветился дрожащий огонёк голубовато-белой магии, разгоняющий мрак.

Свет выхватил из темноты старый покосившийся шкаф, и я непроизвольно вздрогнула, отступив.

– Фух… – выдохнула, прикладывая руку к груди, за которой дико колотилось встревоженное сердце. – Мистер Саровски! – позвала, пытаясь вглядеться в темноту. – Эй, вы здесь? – прошла несколько шагов, готовясь увидеть ещё что-то настолько же пугающее, как шкаф. Он мне теперь во снах являться будет…

Магия осветила треногую вешалку, страшную, как деревья Серых Топий. Полки с колбами и банками, ящики с книгами, медными статуэтками и прочим хламом.

… я медленно продвигалась вперёд. Пространство чердака вдруг показалось нескончаемым тёмным лабиринтом. Накатила паника.

Что, если я не выберусь отсюда? Застряну навеки вечные, и кто-нибудь, лет через двадцать, а может быть и двести, найдёт мой иссушенный трупик…

Тряхнула головой, гоня прочь трусливые мысли. Я же училась в военной академии, а испугалась шкафа. Позор всему моему роду. В своё оправдание замечу, что… атмосфера у этого места особенная. Академия Некромантов – это как отдельный уголок мира, всё здесь пропитано тайной и мистикой, от стен веет мрачностью. И будто сама Смерть дышит в затылок, шевеля мелкие волоски.

Не зря о некромантах говорят, что они жуткие и все… немного не в ладах с собственным рассудком. Неудивительно. Постоянно иметь дело с мертвецами… а ведь они когда-то были живыми людьми. У них была история, были семьи, любимая работа. Ну или не любимая…

– Мистер Саровски? – позвала осторожно, устав от мертвецкой тишины.

Повернулась вправо и вздрогнула, прижимая руку ко рту, чтобы сдержать крик.

… вся стена была увешана скелетами. Большими и маленькими. Кости жутко поблёскивали в магическом свете, отдавая желтизной.

– Останки нерадивых учеников, – прошелестел за спиной скрипучий голос, за которым последовал зловещий хохот.

Я оцепенела, ощущая, как по спине ползёт липкий ужас. Шумно сглотнула, на мгновение прикрывая глаза, и медленно выдохнула.

– У вас своеобразное чувство юмора, мистер Саровски, – произнесла, оборачиваясь, и натянуто улыбнулась.

Свет на моей ладони осветил тёмные провалы глазниц, в которых скрывались красные глаза-бусины. Нижняя челюсть старика, обтянутая сморщенной сухой кожей, неконтролируемо тряслась. Стучали гнилые зубы…

– Что тебя сюда привело, деточка? – скрипуче поинтересовался он, прожигая меня жутким взглядом. – Здесь водятся крысы. Во-от та-акие! – дед резко взмахнул руками, едва не сбив меня с ног. С трудом устояла, поймав равновесие.

… размеры предполагаемых крыс впечатляли. И я бы, непременно, испугалась, убежала бы с криками, будь у меня на это время. Ректор отдал приказ подготовить лекторскую к полудню…

– Мистер Саровски, – произнесла утомлённо. – Будь вы на своём месте, я бы ни в жизнь сюда не полезла, – призналась, чуть не выругавшись. Невероятно подмывало, тем более я успела узнать за эти дни больше десятка интересных выражений. Очень красочных. Так послать только некроманты умеют. – Мне нужен ключ от подсобки. Господин Килан велел всё подготовить к началу зачёта по классификации нежити.

– А-а… нежить, – хищно оскалился старик, обнажая дёсны. – Вот помню я… ещё по молодости, мы с другом в деревню пошли… за вином, бабки даже ночью торговали. Через забор перепрыгнули, а там псина. Морда во! Зубы во! Ну, мы думали, что псина, а это…

– Мистер Саровски, – оборвала осуждающе. – Оставьте эти истории для адептов. Время почти одиннадцать, я рискую не успеть.

– Эх… – сокрушённо вздохнул старик, отцепляя от пояса огромную связку ключей. – Какая молодёжь пошла невоспитанная. Всё бегом, бегом… всё налету.

– Обещаю послушать ваши увлекательные рассказы вечером за чашечкой чая, – сжалилась я над одиноким комендантом. Ему же и поговорить не с кем. – А сейчас, прошу меня простить. Мне, правда, следует поторопиться.

Старик замер с нужным мне ключом в морщинистой руке и недоверчиво сощурился.

– Действительно придёшь? И будешь внимательно слушать?

– Даю слово, – искренне улыбнулась в ответ. – Целый час. Только в вашем распоряжении.

– В таком случае с меня печенье, – деловито произнёс он и наконец вручил мне заветный ключик.

Осталось наведаться в подсобку и перетаскать всё необходимое в лекторскую. Кто бы только знал, что расстояние от учебных залов и хозяйственных помещений такое огромное…

Всю серьёзность ситуации, в которой я оказалась из-за безответственности отдельно взятого некроманта, я осознала, стоя в лабиринте из стеллажей и коробок в густом облаке пыли. Так называемая подсобка оказалась настоящим хранилищем королевских размеров.

– Как тут что найти вообще?! – сокрушённо воскликнула и звонко чихнула, осыпаясь медными локонами. Убрала их с лица и, печально оглядевшись, раскрыла папку.

Ладно, попробую начать с костееда…

Я засучила рукава рубашки, расстегнула несколько верхних пуговок и, чтобы не тратить время понапрасну, использовала магию. Хлопнула в ладони и, когда между ними заискрились бледно-жёлтые огоньки, начала двигать коробки, не касаясь их. Они, охваченные свечением, парили в воздухе, словно невесомые пушинки. Я доставала содержимое, при этом пытаясь всё разложить наподобие какого-никакого порядка. Здесь бы по-хорошему устроить ревизию…

Я целитель. Превосходный целитель пятого порядка, с некоторыми полезными навыками военного, но магия универсальна, кроме некромантии, конечно. Поэтому нас обучали и бытовым умениям: например, теперь я с лёгкостью могла затеять перестановку, не привлекая слуг. Но на самом деле нас учили разгребать завалы, потому что юго-восточная часть нашего дивного государства «славилась» своими землетрясениями. Целителей часто туда отправляли, как и обычных лекарей без дара, спасателей.

Это только кажется, что магов много, а их мало. Ничтожно мало. На отделении целительства нас было всего пять человек, а большая часть адептов академии не обладала никаким даром. Военное искусство познавали самые обычные люди…

… наконец нашлась коробка с сушёными трупиками костеедов. Следом сняла с полки забальзамированного трупоеда, нашла подвешенных вяленых крыс, образцы гульв и лярв – мелкая падаль, тоже подвид нежити, но с которыми несложно справиться, даже обычной лопатой.

Самое интересное, меня не пугал вид иссушенных, сморщенных тушек с торчащими наполовину сгнившими клыками, с когтями, что напоминали бритву, с пустыми впалыми глазницами, с мерзкими лысыми хвостами. Я никогда не имела дел ни с мертвецами, ни с нежитью, только с живыми людьми, но краткий курс о них вели в академии. И сейчас я испытывала, скорее, больше отвращение. Нет. Лёгкую неприязнь, от которой, правда, смогла быстро абстрагироваться.

Может, повстречай я настоящую нежить, а не закопчённую, которая напала бы на меня в надежде поживиться кровью, как это делают летуны, реакция была бы другой. Или столкнись я с личем – высшей нежитью… Одна только мысль о котором нагоняет жуть. Личи могут поднимать мертвецов, они единственная нежить, обладающая мёртвой магией и подобием разума…

Плакаты нашлись в самом дальнем углу, там же валялись накопители и кристаллы. Я подняла всё необходимое в воздух, растрачивая больше сил, чем хотелось бы и намеревалась всё это перенести в лекторскую. Своим трудом я бы замучилась всё это перетаскивать и ходить туда-сюда.

… в коридоре послышался смех, перешёптывания. Я насторожилась, но успела только выкрикнуть жалкое: «Эй!», как дверь с силой захлопнулась. С потолка на меня посыпалась штукатурка…

Сдула с глаз рыжую прядь и поспешила опустить свою поклажу на пол, очень осторожно, чтобы случайно ничего не разбить. Например, колбу со скрюченным тельцем трупоеда.

– Эй! Вы там?! – я бросилась к двери, отчаянно подёргала ручку, но она не подалась. Видно заперли с той стороны. Подпёрли чем-то. – Немедленно откройте! Я всё доложу ректору!

Ответом мне был едва различимый глухой смех. Жаль, что я не могу применять физическую силу по отношению к адептам, очень жаль. В договоре прописано…

Я навалилась на дверь плечом, совершила несколько сильных толчков, но безрезультатно.

– Откройте или я всё разнесу тут к демоновой матери! – закричала, призывая магию. Бить сырой энергией, такое себе занятие, но ведь что-то нужно предпринять. Поганцы явно решили сорвать зачёт, и осознание этого разозлило меня ещё сильнее. – Вот мелкие сорванцы… – прорычала, запустив несколько сияющих сгустков в преграду на моём пути.

Стена содрогнулась, пошла трещинами, но проклятая дверь… её даже с петель не сорвало. Прочная, зараза. С такими успехами я действительно разнесу пол академии и тогда ректор вряд ли захочет со мной сотрудничать. Пошлёт… воскрешать ведьму самостоятельно. Или просто пошлёт…

– Та-ак… – протянула, упирая руки в бока. Огляделась и, щёлкнув пальцами, подняла в воздух несколько внушительного вида гирь. Если не получается сырой энергией, попробуем тяжелую грубую силу.

Только я приготовилась атаковать дверь, как та распахнулась. Лишь в последний момент я успела остановить летящие снаряды: с грохотом уронила их на пол, прямо к ногам старшегодки.

Лем Харди недоумённо и слегка ошарашенно взирал на гири.

– Мисс Шин… – шумно сглотнул он. – Я вам так противен, что вы решили меня убить?

Я облегчённо выдохнула, прикрывая горящие веки.

Неужели аллергия на сырость началась? Или всё же на некромантов?.. что б им кошмары по ночам снились…

– Нет, мистер Харди, я очень рада вас видеть, – подавила тяжкий вздох, снова поднимая вещи в воздух магией. – Кто-то запер меня снаружи, а совсем скоро начнётся зачёт, я ещё ничего не подготовила… – я смолка, подозрительно уставившись на парня.

А не мог это сделать он? Подговорить приятелей, а потом сыграть в благородство, то есть вызволить прекрасную даму из заточения, стать героем. Наверное, обиделся за грубый отказ...

– Я шёл в артефакторскую, это рядом, за углом, – словно читая мои мысли или видя подозрение во взгляде, пояснил он. – Услышал ваш голос, подошёл и увидел, что дверь подсобки заперли, засунув под ручку металлическую трубу.

«Везде уже заговор мерещится…» – подумала, признательно улыбнувшись.

– Спасибо, что не прошёл мимо, – произнесла, машинально перейдя на «ты».

Я направилась к выходу, а вещи плыли за мной, словно утята за мамой-уткой.

– У вас интересные навыки, – пристроившись рядом, произнёс парень. Он заложил руки за спину и пытался подстроиться под мой размеренный, не слишком широкий шаг. Всё же мешалась юбка. Я оказалась совершенно неподготовленной к академии некромантов… – Я имею в виду вашу магию. Нам бытовые плетения недоступны.

– Потому что некромантия, в принципе, отличается от обычной магии, – произнесла я, следя, чтобы вещи нигде по пути не застряли. – Некромантия – это магия смерти, ну, вы это и так знаете. У неё структура другая. А вот классическая магия универсальна. Маги рождаются редко, но зато у нас специализация широкая, можем освоить любую профессию. Мой отец был боевым магом, а мать… заклинательницей, – я неловко смолкла, осознав, что стала слишком разговорчива.

… краешки губ Лема дрогнули в слабой улыбке.

– Получается, маги появляются на свет только в семье таких же одарённых? – во взгляде сверкнул неподдельный интерес.

– Да, – с уверенностью кивнула я. – Поэтому маги стараются не заключать смешенных браков.

– А некроманты рождаются даже в самых обычных семьях… – с затаённой в голосе горечью произнёс он и придержал для меня дверь, ведущую в учебный корпус. Я всё ещё могла успеть.

– Ум-м… – задумчиво протянула я. – Магия смерти до конца не изучена. У неё нет системы: дар пробуждается внезапно, как вспышка молнии, и у человека не остаётся выбора, кроме как стать некромантом. Потому что в противном случае… он представляет собой угрозу. Угрозу для общества. Это… немного досадно.

Парень нервно усмехнулся.

– Надо же, вы первая, кто не пытается убедить меня в том, как крупно мне повезло. А ведь все считают магию смерти величайшим дарованием небес... – зло выплюнул он, становясь мрачным, и, кажется, я начала понимать в чём дело.

Я остановилась, опустила вещи и тряхнула пальцами, делая вид, что мне нужна передышка.

– Так говорят недалёкие люди, не понимающие, каково это – обладать таким опасным и трудно управляемым даром.

– Так говорят мои родители, – деланно-равнодушно вымолвил парень, пытаясь заглянуть мне в глаза.

Я улыбнулась.

– Да, какая разница, что они говорят? Главное, что ты чувствуешь сам. Но… Знаешь, если уж так случилось, что дар выбрал тебя, не стоит от него отказываться. Может быть, ты стал некромантом неслучайно, может, спасёшь в будущем множество невинных жизней… И, если уж так случилось, что выбора нет, используй свои возможности по максимуму, – похлопала адепта по плечу, подняла груз в воздух и пошла дальше.

… пристальный взгляд обжигал спину, пока я не скрылась за поворотом.

На чёрных дверях сверкали серебряные номерки. Один, два, три… Я дошла до номера пять, опустила ручку и с уверенностью вошла, планируя свою работу.

«Плакаты необходимо повесить на доску, кристаллы и накопители разложить на столе, кстати… стол нужно передвинуть…»

… сверху на меня вылилась нечто липкое.

Я не сразу поняла, что это. Просто встала, как вкопанная: вещи рухнули на пол за моей спиной, но кажется, ничего не разбилось (я не слышала звона стекла). Холодное вещество стекало мне за шиворот, застилало глаза. Поднесла руки и попыталась убрать с лица эту липкую дрянь.

… дрянь оказалась зелёного цвета.

– Похоже на слизь… – прошептала под безудержный дружный хохот.

Подняла взгляд и вздохнула, увидев на скамье в дальнем ряду тройку веселящихся адептов. Самое обидное: среди них была девушка.

– Признайтесь, вы просто решили сорвать зачёт? – поинтересовалась, ощущая, как в душе закипает гнев. Так и хотелось проучить мелких хулиганов. Но ведь существует педологическая этика, я всего лишь помощница, а их воспитанием должны заниматься магистры во главе с ректором. – Очень находчиво. А теперь уберите всё, – велела строго, но без лишних эмоций, даже голос не повысила.

– Тебе надо – ты и убирай, – хмыкнул уже знакомый мне брюнет. Коуэлл, кажется. Это он чуть не снёс меня на входе в жилой корпус.

Я усмехнулась и щёлкнула пальцами. Слизь на полу окутало желтоватое сияние и через несколько мгновений от гадости ничего не осталось. Только одинокое мокрое пятно.

Увы, с волосами то же самое я проделать не могла, рисковала остаться лысой. Навсегда. Благо в каждой лекторской находился умывальник. Я могла просто умыться…

– Назовите ваши имена и год обучения, я напишу на вас докладную ректору, – произнесла как можно спокойнее, проходя мимо недоучек и повторяя про себя, словно заклинание: «Воспитание адептов – не моя обязанность. Их непременно накажут. Но не я…». Если ректор откажется мне помогать, потому что я оставлю несколько синяков на теле этих оболтусов, будет очень печально. А мстить – не моя стезя. Аристократы не мстят. Отец меня не так воспитывал…

– Ещё чего, – хмыкнул шатен, обнимающий свою стройную русоволосую подругу за плечи. – Мы уже уходим, – фальшиво улыбнулся он, и троица бодро почесала к выходу.

«Ты же их так просто не отпустишь?» – немного удивлённо поинтересовался внутренний голос.

«Ну конечно же нет» – ухмыльнулась про себя и щёлкнула пальцами, поднимая в воздух парту…

Воспитание воспитанием, но нельзя же сбегать с места преступления. Паршивцы должны понести ответственность за содеянное…

Движением руки перевернула стол в воздухе и загородила им дверной проём, в душе гордясь собой. Я была одной из лучших на курсе (одной из пяти), но бытовая магия мне давалась особенно легко. Я бы сказала, непринуждённо.

– Эй?! Убери это! – зло воскликнул брюнет, резко развернувшись ко мне. Глаза наливались зеленью: похоже, он не очень-то хорошо контролировал свой дар.

– Да тут дел-то… – хмыкнул шатен и навалился на стол, взявшись за края, в попытке убрать его с прохода.

Но не всё так просто, пока предмет окутан магией, он под моим контролем и его нельзя двигать с помощью физической силы.

Я флегматично наблюдала за потугами провинившихся адептов, а заодно разглядывала любопытное устройство над дверью. Видимо, именно из этого ведра на меня вылилась слизь. Оставалось надеяться, что она не ядовитая, не разъедает кожу, не вызывает чесотку. Хотя… с чесоткой я справлюсь. С кожей придётся повозиться, но нас учили и этому.

– Ваши фамилии и год обучения, – повторила ещё раз. – И не забудьте извиниться.

Брюнет яростно пнул стол, но тут же зашипел, хватаясь за голень.

– Фабиана Дэй… – еле слышно выговорила девчонка, обхватывая плечи руками. – Третигодка. Пожалуйста… выпустите нас, сейчас магистры нагрянут и декан.

– Так это же замечательно, – улыбнулась я. – Полюбуются творением ваших рук. Такое изобретение достойно всяческих похвал, может, вас даже привлекут к общественным работам. Или наградят штрафными часами по отработке практики…

– Слышишь ты!.. – брюнет внезапно оказался напротив, схватил меня одной рукой за рубашку на груди и притянул к себе. – Знаешь, кто мой отец?! Немедленно убери этот прокл я тый стол!

… по кистям парня, словно змеи, медленно ползли зелёные нити магии смерти. Если они дотянутся до меня…

– Послушайте, мистер Коуэлл, – как можно спокойнее произнесла, стараясь не дрожать от охватившего меня страха. На живых магия смерти действовала почти так же, как на мёртвых… Очень эффективно. Только самим некромантам не причиняла никакого вреда, я же – истлею на глазах. – Первое, что я сделала, подписав договор – это изучила устав. И там сказано, что нельзя применять некромантию против друг друга и тем более против людей, магов, оборотней. Вам грозит отчисление, если сейчас же не прекратите это…

… мрачная щупальца тянулась к моему лицу.

– Ник, хватит… – дрожащим голосом взмолилась Фабиана.

– Правда. Это уже не смешно, – поддержал шатен, нервно облизав губы.

… но парень не слышал. Его глаза полностью заволокло зелёной дымкой.

Воображение нарисовало поистине пугающую картину того, как я превращаюсь в расплавленную желеобразную лужу…

Не давая себе опомниться, схватила за запястье руку, державшую меня, и вывернула, отталкивая парня. Он повалился на стол, магия развеялась и в этот момент в лекторскую вошёл самый мрачный и пугающий обитатель академии. Ричард Мор...

Тёмные волосы были собраны в короткий хвост на затылке, подчёркивая бледность лица, придавая ему хищности. Его непроницаемые, как сама бездна, глаза прошлись по нам тяжёлым анализирующим взглядом. Казалось, мужчине хватило двух секунду, чтобы сделать выводы.

– Прелестный вид, мисс Шин. Вам очень идёт зелёный, – абсолютно ровным тоном вымолвил он без намёка на шутку. Даже не по себе стало.

– Благодарю, магистр Мор, – натянуто улыбнулась, снимая с головы шапочку из слизи. – К сожалению, я ещё не успела всё подготовить, возникли некоторые сложности.

Декан посмотрел на валяющийся на полу инвентарь, на ведро над дверью, а я только заметила, как легко он избавился от преграды на пути. Кажется, я просто потеряла нити управления плетения, когда… отбивалась от вышедшего из себя адепта. Поэтому ему не составило труда отодвинуть парту.

– Я вижу. – безэмоционально вымолвил он и флегматично вздёрнул бровь. – Мистер Коуэлл, вы прилегли отдохнуть? Так сильно устали, мешая помощнице ректора выполнять свою работу?

«Вообще-то, это не моя работа…» – робко заметил внутренний голос, но я приказала ему заткнуться. Вот кому бы я точно не стала перечить и с кем спорить, так это с деканом. Поговаривают, он и ректор хорошие друзья, но мне сложно в это поверить. Такие разные, сомневаюсь, что у них вообще есть что-то общее…

Адепт тут же подорвался и вытянулся струной, подозрительно покосившись на меня. Я молчала.

– Вы ничего не хотите мне рассказать, мисс Шин? – заложив руки за спину, поинтересовался Мор. Даже если бы и хотела, не смогла. Язык не ворочался, намертво прилип к нёбу. Что за жуткий тип?

– Ничего из того, чего вы сами не заметили, – отозвалась, сохраняя напускное спокойствие. – Хочу напомнить, что скоро начнётся зачёт, нам бы лучше поторопиться…

Желваки на лице декана дрогнули, но он кивнул, принимая мой ответ.

– Дэй, Макфри и Коуэлл, – произнёс, повернувшись к адептам. – Сейчас вы… стремительно наводите тут порядок, всё раскладываете по местам, развешиваете. В общем, выполняете всё то, что должна была выполнить мисс Шин. И уберите за собой последствия своей выходки, – добавил непреклонно. – А вечером зайдёте ко мне и получите заслуженное наказание. Уверяю, вам не понравится… – Троица синхронно передёрнулась. – Мисс Шин, – без перехода обратился некромант, что я невольно вздрогнула. – Вам лучше не расхаживать в таком виде по академии, вас могут принять за умертвие.

– Да, магистр Мор, – кивнула, но замешкалась. – Кажется, я потеряла брошь, – соврала невинно, чтобы немного задержаться.

– Тогда ищите, – благосклонно велел он. – А я пока сообщу коллегии магистров и первокурсникам, что зачёт переносится по времени, – он развернулся, обдавая нас волной тяжёлой энергетики и чинно удалился.

Раздался слаженный облегчённый вздох. Наш вздох.

– Почему вы не рассказали декану о… – Коуэлл замялся.

– О выбросе магии смерти? – бесстрастно уточнила я. Парень рассеянно кивнул, а его друзья потихоньку начали прибираться, делая вид, что вовсе не подслушивают. – Потому что хочу, чтобы ты осознал, что мог убить человека и сам пошёл к ректору. Признался в том, что не стабилен. Можешь даже не упоминать меня, но ты обязан попросить помощи. В следующий раз всё может закончиться очень плачевно. Понимаешь это? Знаешь, что грозит за убийство не мёртвого?

Брюнет дёрнулся, как от удара: по его лицу скользнула тень.

– Да… – сипло вымолвил он. – Дар запечатают, а меня заточат в Башню безмолвия… – парень поднял на меня жалобный, полный ужаса взгляд. – Я не хочу провести остаток дней рядом с умалишёнными. Я не хотел… не хотел, чтобы так вышло…

– Я знаю, – произнесла бесстрастно. – Поэтому ничего не рассказала декану. Уверена, только ректор сможет тебе помочь, если ты обратишься сам. Он не отчислит тебя, ведь ты ещё не успел никому причинить вреда. Ведь так? – спросила строго, вопросительно приподняв бровь.

– Так, – спокойно отреагировал парень. – Я и раньше ощущал, что магия смерти плохо подчиняется мне, но таких явных выбросов не было, чтобы разум туманился.

– Вот и хорошо, – улыбнулась удовлетворённо. – Я даю тебе два дня, чтобы обратиться за помощью к ректору. Не сделаешь этого, я сама ему всё выложу, тогда твоё положение станет шатким. Понял?

Адепт кивнул, сдержанно поклонился и присоединился к своим друзьям. Я утомлённо выдохнула и вышла из лекторской в надежде спокойно добраться до домика и привести себя в порядок. Но…

За углом меня караулил декан. Так и знала, что он что-то заподозрил…

Я продвигалась по коридору, сохраняя невозмутимое выражение лица под хихиканье адептов и ехидные комментарии. Особенно отличились первогодки, ожидающие начало зачёта.

– На неё что, вырвало вурдалака?

– А, по-моему, это лягушачья икра…

Раздался дружный смех, но я лишь обворожительно улыбнулась и направилась дальше.

… он вынырнул из тени, пристроившись рядом.

– Магистр Мор! – подскочила на месте, хватаясь за грудь где мощно колотилось сердце.

– Мисс Шин… – змеёй прошипел декан, мрачно сверкая глазами. У-у… так бы и настучала по его черепушке, не будь я воспитанной дочерью генерала. Сначала, схожу за тростью, а там посмотрим. – Не желаете ли вы мне кое-что рассказать?

– Не желаю, – ответила честно.

– Вот как? – некромант изумлённо моргнул. – Вы за кого меня принимаете? Думаете, я не почувствовал выброс магии смерти? Да ей фонило даже в коридоре. Зачем покрываете адептов? Хотите казаться доброй в их глазах?

Я остановилась, цокнув языком.

– Надо было остаться, магистр, подслушать, раз вы почувствовали выброс, и тогда не пришлось бы строить эти невероятные догадки. Всерьёз поверили, что я там брошь искала?

– Тогда ответьте прямо, – сурово потребовал он, заложив руки за спину. – Зачем? Точнее… почему вы ничего мне не сказали? Почему промолчали?

Я вежливо улыбнулась, заправила рыжий витой локон за ухо и произнесла:

– Потому что мистеру Коуэллу нужен шанс. Он сам должен осознать, насколько серьёзно его положение, что он находится на волосок, считай, от гибели. И сам должен прийти к господину Килану, обратиться к нему за помощью. Я лишь подтолкнула его к этому.

– А если адепт не придёт? – сощурился змей.

– Тогда я сама обо всём доложу ректору, – улыбнулась обворожительно.

– А если Коуэлл кого-то убьёт за это время?

– Тогда вам придётся за ним присмотреть эти два дня, – отозвалась невинно. – Мальчик же в вашей группе, если я не ошибаюсь. В конце концов, вы, как его наставник, тоже несёте ответственность. Неконтролируемые выбросы не происходят у старшегодок на ровном месте. Должна быть причина. Можете… – я понизила голос до интригующего шёпота, – в виде исключения постараться узнать её, если свободное время позволяет, – отошла и учтиво склонила голову, с которой всё ещё стекала слизь. – А теперь прошу прощения, я бы хотела помыться. От меня воняет, как от стада орков.

Декан внезапно усмехнулся и милостиво махнул рукой. Мол, катись к гоблинам, мисс Шин, только бы глаза мои тебя не видели.

Я от Мора тоже была не в восторге и поспешила убраться…

Забрала из кабинета трость, оставив на адамнском пушистом ковре пару зелёных клякс: исключительно в знак моей глубокой признательности ректору за отличную дисциплину адептов академии. Таких упырей ещё поискать нужно, даже не знаешь кто опаснее: они или мертвяки, разоряющие деревни…

Не успела добраться до домика, как услышала позади топот. Обернулась, недоумённо вскинув бровь: от ворот бежал взмыленный смотритель.

– Помощница! – кричал он на всю территорию, спотыкаясь на каждой рытвине. Мистер Орулл был ненамного моложе коменданта, но всё же немного поживее, поактивнее. – Юная помощница Шин, – мужчина остановился напротив и согнулся, упираясь ладонями в колени. – Там посыльный ваши вещи доставил.

– Эм-м… а почему вы оставили их на проходной? – поинтересовалась довольно вежливо. Хотя, учитывая ситуацию…

Смотритель наконец рассмотрел меня и неприлично хохотнул.

– Сорванцы учудили, да? Эко они непослушные, вот пороли бы, как в мои годы…

– Мистер Орулл, – перебила сдержано. – Что с моими вещами? Вы оставили их на улице? На границе с Мёртвым лесом?

– Так это… а как я их? – почесав затылок, поинтересовался он. – Посыльный доставил и поспешил дать дёру, лошадку хлыстом пригладил и был таков. А там три чемодана и котомка огромная, на своём горбу я это не потащу, уж простите, – он развёл руками и присел, имитируя реверанс. Не очень удачно.

Я начала задумываться: а не потому ли академия некромантов считается престижной, потому что единственная во всём королевстве? Просто пойти больше некуда…

Прикрыла глаза, стараясь успокоиться. Хуже ведь быть уже не может, правда? Или может?

– Хорошо, идёмте, – произнесла миролюбиво, распахивая веки. – Нам повезло, что я владею бытовыми плетениями, с багажом справлюсь. Главное, чтобы он остался цел. Говорят, низшая нежить крайне вредная, пакостить любит…

– Так они это… паразиты мелкие, под защитным барьером подкопы роют! Вообще ничего не боятся! – пылко воскликнул смотритель, и я ускорилась.

… под сердцем тревожно заныло.

Достигла ворот очень быстро, смотритель давно где-то отстал, или вообще ушёл, бросив меня на произвол, а я неслась, несмотря на застревающие в вязкой земле каблуки. Только… всё равно опоздала.

… мой саквояж потрошили шушуйки. Целое полчище. Злобные, клыкастые твари размером с белку. Вот о них я была наслышана и, увидев, как проказники вытряхивают мою косметичку и шкатулки с бусами, немедля бросилась на защиту своего имущества.

– А ну, брысь! – закричала, взмахнув рукой. Использовать магию бесполезно, она не причинит нежити никакого вреда. – Брысь! – воинственно замахнулась тростью, надеясь, что мелкие твари испугаются и разбегутся, словно стая собак. Меня учили основам боевых искусств, которые, правда, эффективны только против людей…

Шушуйки притихли, вскинув приплюснутые морды с красными глазами и разом кинулись, запрыгивая на меня, как на дерево. Их когтистые лапки цеплялись за одежку, царапали кожу. Я застыла, оглушённая чьим-то криком. Оказалось, что кричу я…

Когда очнулась, стащила одну с себя за шкирку и отбросила. Но тварей было так много… они закрывали обзор, пытались содрать с меня украшения, запускали лапы в карманы юбки…

– Убирайтесь! Прочь! – взмахнула рукой, призывая магия, хотя зная, что это бесполезно. Попробовала ударить, но сияющий сгусток прошёл сквозь нежить: тварь даже не шелохнулась, снова яростно кинулась на меня. – Кыш!

Одна мерзкая шушуйка запрыгнула мне на голову и вцепилась в волосы. Другая укусила за запястье, вырывая трость...

Я отчаянно защёлкала пальцами, пытаясь применить бытовое плетение, чтобы поднять нежить в воздух. Искорки магии вспыхивали и тут же гасли, потому что я кружилась, пытаясь скинуть с себя демоново отродье: остановлюсь и закусуют до смерти. Запнулась, нога угодила в колдобину, подворачиваясь, и я повалилась на землю. Успела только закрыть лицо ладонями…

… дохнуло магией смерти. Кожи коснулся пронизывающий холод.

Осторожно убрала руки и открыла глаза. Надо мной стоял ректор и выражение его лица… вызвало во мне стойкое желание поскорее найти трость. Чтобы отходить этого самодовольного нахала, как следует.

– Хреново выглядишь, мисс Шин, – насмешливо произнёс он, отряхивая ладони от остаточных следов магии смерти.

Приподнялась на локтях, ощущая в голове лёгких звон. Вокруг меня смердели коричневые лужицы – видимо, это всё, что осталось от мерзких шушуек.

– Знаете, за ваше своевременное появление, я готова простить вам сквернословие.

– Ах, я польщён, – притворно вздохнул некромант. – А что ты тут делаешь, пичужка? – спросил недоумённо, будто, правда, не понимая.

– Это же очевидно, – фальшиво улыбнулась, садясь. – Наслаждаюсь солнечными ваннами.

Некромант вопросительно выгнул бровь, как бы спрашивая, серьёзно?

Досадливо застонала, потирая ушибленный копчик.

– Может, поможете мне наконец подняться?

Губы ректора иронично скривились.

– Зачем? Ты же наслаждаешься ваннами. Полежи тут ещё немного, а я пойду пока. Практику никто не отменял. Надеюсь, с подготовкой лекторской проблем не возникло?

Я поджала губы, совершая мысленный вдох. Он издевается?

Попыталась встать, но охнула, падая обратно на многострадальный зад.

– Ладно. Убедила, – присвистнул некромант и рывком поставил меня на ноги. – А в чём ты испачкалась? Это лягушачья икра?

– Я вас… ненавижу, – процедила сквозь зубы. Из глаз рвались злые слёзы, а изо рта не менее злые слова. – Вы безответственный, несобранный и легкомысленный мужлан! Я поражаюсь тому, что вас назначили ректором! Ваши адепты не дисциплинированы, творят, что хотят, ведут себя отвратительно, о манерах и не слышали. И всё это из-за вашего попустительства!

– Всё сказала? – холодно поинтересовался некромант, а его глаза мрачно сверкнули. Рука на моей талии крепче обхватила меня, прижимая к твёрдому… чересчур твёрдому телу. – У тебя кровь на запястье и следы от укуса, который уже заметно опух. Будешь тратить время на пустой трёп и тоже превратишься в шушуйку.

Мои глаза испуганно округлись, но тут же недоверчиво сощурились.

– Врёте ведь? – прошептала, уже сама теснее прижимаясь к ректору, чтобы не сбежал. Если обращусь, то он будет первым кого покусаю.

– Я абсолютно серьёзен, – иронично заверил он. – Но рану лучше обработать.

Я выдохнула и отстранилась.

– Между прочим, это всё ваша вина. Если бы кто-то возвёл надёжный барьер, этого бы не случилось…

– Надёжный? – казалось, у ректора дёрнулся глаз. – Как ты себе это представляешь? Нежить роет подкопы, подземные тоннели, мы не можем пустить барьер в недра земли. Это опасно и не технически просто невозможно!

– Только и умете, что оправдываться, – отмахнулась, щёлкая пальцами. Мерцающие искры упали на повреждённый участок кожи и через пару секунд от укуса не осталось и следа. – Лучше помогите мне с вещами. Пожалуйста, – очаровательно улыбнулась и резко наклонилась. Над головой раздался тяжкий, очень обречённый вздох, а я уже устраняла последствия вывиха.

– Разве ты сама не можешь? В вашей школе чародейства и волшебства не обучали бытовым основам?

– Не обучали, – передразнила, выпрямляясь. – А вас основам этикета не обучали?

– Это все твои вещи? – раздражённо поинтересовался ректор, захлопывая чемодан.

– Все, – обворожительно улыбнулась, поправляя волосы. – Я буду вам очень признательна, если вы доставите их в мой домик, – попросила вежливо. Подобрала трость и направилась к воротам.

Говорят, физический труд очень полезен. И некроманту вовсе необязательно знать, что я могла перенести багаж по воздуху. Пусть сам узнает. Потом. Ему хуже от этого явно не станет, а моё душевное состояние немного улучшится, пока наблюдаю, как он пыхтит и тужится…

Сгрузив вещи прямо на пороге, ректор удалился, сославшись на важные дела, я не стала его задерживать. О троице проказников можно было не волноваться: Ричард Мор точно не спустит им эту выходку с рук (адепты за глаза называли его Палачом, и я начинала догадываться, почему). И барьер, окружающий Мёртвый лес, я уверена некромант подлатает, всё же была ущемлена его гордость, да и речь идёт не только о моей безопасности.

Будь ректор безответственным человеком, академия не имела бы такой безупречной репутации, да и свою должность он занимает уже который десяток лет. Слышала, даже в войне с демонами участвовал. Некроманты, к сожалению, или к счастью, даже не знаю, стареют медленно и живут долго всем нам на радость...

Втащив чемоданы, я нашла нужные вещи, стараясь не запачкать остальные, и отправилась в душевую кабину. Старенькую, хлипкую, со сломанным краном и слабым напором. Но я была несказанно счастлива. Никогда бы не подумала, что буду проживать в подобных условиях и радоваться таким мелочам, как тёплая вода.

С большим трудом смогла смыть с себя слизь (с волосами особенно пришлось повозиться, в какой-то момент я даже решила, что придётся их обрезать и чуть не разрыдалась…), тёрла кожу мочалкой до красноты, потом натирала маслами, лицо мазала кремами. Надела чистое ажурное бельё макового цвета, запахнула шёлковый алый халатик, который казался мне вульгарно коротким, но меня смогли убедить, что нет ничего постыдного в обнажённых коленях. Хотя я всегда думала, что подобные наряды могут себе позволить только глубоко замужние дамы, чтобы пробудить в отношениях давно потухшую страсть…

Опустила в розовую баночку с увлажняющим бальзамом палец и провела по губам. Мне его ещё отец привёз из-за границы. Замечательное средство против сухости, к тому же улучшает естественный цвет.

Причмокнула губами и удовлетворённо кивнула своему отражению. Замотала волосы в полотенце, сделав на голове «гульку», и вышла...

– Вы что здесь делаете?! – охнула, отступая в клубы пара, что вырвались вместе со мной из кабины.

В старом потёртом кресле сидел ректор, невозмутимо взирая на меня.

– Пришёл обсудить детали нашего плана по воскрешению ведьмы.

– А стучаться вас не учили?! – взвилась я, снимая с головы полотенце. Чтобы прикрыться…

– Я стучал, – бесстрастно отозвался этот невозможный мужчина и сцепил пальцы в замок. – Кстати, красивый пеньюар. Тебе идёт красный.

Мои щёки моментально стали пунцовыми. Прикрыла полотенцем ноги и устало опустилась в соседнее кресло.

– Я прошу вас… как человека прошу… давайте соблюдать рамки приличия… Вы не можете вот так врываться в дом к незамужней, молодой особе. Вы меня компрометируете, – констатировала очевидный факт.

– Перед кем? – кажется искренне удивился ректор. – Перед воронами за окном? У тебя по соседству кладбище, а ты о репутации переживаешь? Думаешь, его обитали к тебе свататься придут? – иронично усмехнулся нахал, гладя на меня как на маленькую.

И как разговаривать с этим грубым, невоспитанным нахалом…

Понимая, что начинаю закипать, медленно выдохнула, стараясь расслабить мышцы. Разжала пальцы и непринуждённо улыбнулась.

– Давайте вернёмся к нашему плану, господин Килан. Какой он? – я поднялась, так же прикрываясь влажным полотенцем и протиснулась к шкафу.

На самом деле, комната была крохотной и в ней царил настоящий бедлам, словно мебель и вещи просто покидали внутрь, как попало. Здесь явно не мешало навести порядок, устроить перестановку, освежить ремонт...

– Вид сзади тоже ничего, – невозмутимо прокомментировал некромант. Я лишь скрипнула зубами и распахнула створки. – План такой. На следующей неделе мы отправляемся в Грейсмит, оттуда пешком на болота… – Я спряталась за дверцей шкафа, пытаясь натянуть единственные брюки для верховой езды. Других у меня не было. – Проникаем в поместье Гримуар, откапываем ведьму и…

– Подождите, – остановила я, сунув одну ногу в штанину, да так и застыла. – Вы сказали «проникаем»? Я думала, что мы получим разрешение Короля, он выделит людей и…

… некромант бессовестно рассмеялся, запрокинув голову.

– Ой, пижучка… – выдохнул он, смахивая с глаза слезинку. – Твоя наивность трогает меня в самое сердце. Только не говори, что ты серьёзно полагала, будто Король даст нам разрешение на призыв души? Подожди… – насторожился он, судя по всему, пытаясь вглядеться в моё лицо сквозь дверцу шкафа. – Ты, правда, так думала?!

Я передёрнула плечами, смутившись. Сунула ногу во вторую штанину, быстро натянула брюки и застегнула. Расправила полы халата, поправила отворот на груди и вышла из своего укрытия.

– Вы уж простите мою неосведомлённость, но я изучала живых, а не мёртвых. Мне сказали, вы потомственный ведьмак, способный призвать душу из Иного мира. У меня и в мыслях не было, что это незаконно, – процедила сдержанно, ощущая, как меня охватывает паника. Что же делать, что же теперь делать?! – И вам не кажется, что вы должны были предупредить меня об этом до подписания договора?

– Пичужка, – вздохнул ректор, подняв на меня жалобный взгляд. – Во-первых, я был уверен, что всем в королевстве известно о запрете призыва душ. Во-вторых,.. – взгляд некроманта стал пристальным. Глубоким. – Что бы это изменило? Ты бы отказалась, узнай, что это незаконно?.. – он выдержал драматическую паузу, а я так и не нашлась с ответом. – Мы украдём тело ведьмы, призовём душу, и никто ничего не узнает. А труп я зарегистрирую как обычное подчинённое умертвие, у меня таких знаешь сколько? – Конечно, я не знала, да и знать особо не хотела. Меня потряхивало от негодования и отчаяния одновременно. – Процесс призыва невозможно отследить, понимаешь? Да… это рискованно, нас могут поймать, но если подумать… кто станет искать тело вредившей всем госпожи Гримуар? Её сын точно не пойдёт с заявлением ни к дознавателям, ни тем более к инквизиции: велик риск самому оказаться на костре. Нам лишь остаётся надеяться, что он не отправится искать маменьку самостоятельно… – задумчиво дополнил он, стуча длинными пальцами по губам. – Да даже если и отправится, мы не оставим никаких следом, Колин в жизни не додумается искать мёртвую мать в академии некромантов. А потом мы её упокоем обратно и вернём в могилу…

Бессильно сжала пальцы в кулаки, желая незамедлительно придушить гада. Рука машинально потянулась к трости, сиротливо прислонённой к стене.

– Вы должны были сказать мне об этом раньше. Я не могу пойти на преступление, как вы не понимаете?! – воскликнула и, схватив трость, нервно заходила туда-сюда по узкому проходу между стеной и креслами. – Всё это какое-то безумие. Зачем я только с вами связалась? Вы же… вы ненормальный!

Некромант утомлённо потёр переносицу.

– Это я уже начинаю жалеть, что связался с такой истеричкой… – пробубнил безэмоционально и поднял на меня изумрудные глаза. Настолько яркие… светящиеся. Я невольно отступила, прижимая к себе трость, как священный жезл, способный защитить от злых духов. – Послушай, пичужка… – голос ректора звучал так низко и угрожающе, что я прониклась и вытянулась перед ним напряжённой струной. – У тебя нет выбора. Снять проклятье, может только наложивший его, нам обоим это хорошо известно. И поверь, я знаю, на какой риск шёл и шёл на него осознанно. Если отключишь эмоции и позволишь мне рассказать детали, то поймёшь, что не всё так плохо. У нас есть реальный шанс всё провернуть незаметно.

– Хорошо, – примирительно вздохнула я и села в кресло напротив. – Давайте обсудим детали, – я кивнула, приготовившись слушать...

План, изложенный ректором, звучал донельзя абсурдно, но на удивление логично. Все мелочи продуманы и учтены. Придраться совершенно не к чему, даже при всём желании. И я всерьёз начала думать, что всё пройдёт гладко, без каких-либо происшествий. Какой же наивной я была…

– Послушайте, – задумавшись, обратилась я. Некромант совершенно беззастенчиво вытащил семейный портер в серебряной рамке из моего открытого чемодана и сейчас разглядывал его с очень умным и важным видом. – А почему мы выдвигаемся только в следующий четверг? Вроде, подготовка занимает не так много времени. Да и можно ведь сесть на ночной экспресс до Грейсмита, утром уже будем там.

Ректор отвлёкся от созерцания портера и, посмотрев на меня, снисходительно улыбнулся.

– Потому что, милая моя помощница, у меня практика, – ответил иронично и развернул ко мне фотографию. – Твоя сестра? – указал на рыжеволосое бедствие со вздёрнутым носом, по которому, словно горох, рассыпались веснушки. Конечно, черно-белый портрет не передавал цвета, но представить можно было живо.

– Марика, – ответила, машинально улыбнувшись. – На фотографии ей тринадцать, портрет был сделан за месяц до гибели отца… Сейчас ей пятнадцать и веснушки уже не такие явные.

– Ведьма? – прищурился ректор.

– Что? Нет! – воскликнула, выхватывая портрет из его рук. – С чего вы это взяли?

– Похожа, – невозмутимо заявил этот непроходимый грубиян. – Ты, кстати, тоже. Вылитая просто. В вашем роду ведьмы или колдуны не потоптались случайно? Да и на отца вы не сильно похожи…

– Ну знаете!.. – едва сдерживая гнев, выдохнула я и резко встала. Подошла к старенькому комоду и поставила на него рамку. – Прекратите вести себя, как бестактный болван. Я знаю, что вы не такой.

– А какой? – заинтересованно спросил ректор, подпирая голову кулаком. – Какими должны быть некроманты по твоему мнению?

Я нахмурилась, дёрнув плечом.

– Я мало встречала некромантов, но имею представление, каким должен быть ректор академии.

– Вот как? – усмехнулся он и, оттолкнувшись ладонями от подлокотников, поднялся. – Значит так, пичужка. Сейчас ты одеваешь что-то менее развратное и тащишь свой прекрасный зад на полигон. Сегодня я провожу инструктаж для пятигодок, нужно зафиксировать и отправить отчёт в Министерство. Проклятые бюрократы, – скривившись, выругался он.

Я изумлённо приоткрыла рот.

– Но… я сегодня даже не обедала.

Некромант поднял пальцем мою нижнюю челюсть и нагло подмигнул.

– Вот там и пообедаешь.

– На полигоне?! – ошеломлённо воскликнула я и добавила сердито. – Я начинаю понимать, почему от вас все сбегают.

– А я вот нет, – беспечно отозвался он. Подошёл к окну и отодвинул в сторону пёструю засаленную шторку. – Не знаешь, что Коуэлл забыл у крыльца моего дома? – спросил, обернувшись на меня, и снова уставился в пыльное окно. – Кажется, он нервничает.

– Откуда мне знать? – отозвалась непринуждённо. – Вот идите и узнайте. Мне всё равно нужно время, чтобы переодеться. И я надеюсь успеть заглянуть в буфет, – обворожительно улыбнулась и указала на дверь. – Вперёд. Вас с нетерпением ждут.

Ректор ухмыльнулся и вальяжно покинул мой домик. Только облегчённо выдохнула, как дверь снова распахнулась и в образовавшийся проход просунулась его голова.

– Знаешь, в следующий раз надень чёрный комплект. Чёрный цвет всё же мне нравится больше.

Я наставила на некроманта трость, глядя прямо в его наглые глаза.

– Если вы немедленно не уберётесь, я вас ударю.

– О-о… – восхищённо протянул он, ничуть не проникнувшись угрозой. – Я не говорил, что люблю опасных женщин? Они очень страстные в постели, настоящий огонь.

– До встречи на полигоне, мистер Килан, – очаровательно улыбнулась и толкнула дверь концом трости…

Когда некромант наконец вместе с адептом скрылся в глубине своей халупы (иначе это сооружение не назвать), я спокойно зашторила окна, опустила на дверь засов и занялась своими делами.

Сначала замочила в тазу с мыльной водой грязные вещи, хотя предпочла бы воспользоваться услугами прачки. Да только её тут никогда не водилось, придётся с бытом справляться самостоятельно. Ничего, не сахарная – не растаю.

Пока выбирала какой комплект одежды надеть, почти всю с помощью магии развесила по шкафам. Расставила обувь, шкатулки, разложила бельё, а параллельно передвинула кресла, переставила кровать ближе к окну.

Застегнула перед зеркалом жемчужные пуговки чёрной шёлковой блузы (и выбрала я её не потому, что ректор заявил про свой любимый цвет, конечно же нет), зашнуровала широкий пояс юбки, расправила складки и, щёлкнув пальцами, высушила волосы. Они рассыпались по плечам крупными локонами, пришлось собрать их на затылке заколкой в форме ракушки.

… пронзительный стук заставил меня вздрогнуть. Выронила из рук румяна и негодующе уставилась на дверь.

– Кто там?

– Открывай, ведьма! Зачем заперлась? – раздался насмешливый голос ректора, вынуждая меня бессильно скрипнуть зубами.

– Я ещё не готова, мне нужно пару минут. Ступайте, дорогу до полигона найду самостоятельно, – заверила, поднимая банку с румянами с пола.

– Открывай. Разговор есть, – уже серьёзно произнёс ректор, и я заподозрила, что дело касается Коуэлла.

Ещё раз убедилась, что застегнула блузу, и подняла засов.

– Входите, – произнесла любезно, впуская некроманта в дом.

Он задержался на пороге, удивлённо присвистнув.

– А тут явно что-то изменилось. Сделала перестановку? – поинтересовался беспечно, вскинув хищную бровь. – А говорила бытовые основы не изучала. Маленькая лгунишка… – хитро протянул и сунул мне в руки бумажный пакет.

– Что там? – спросила подозрительно. – Сердце вурдалака? Очередная слизь?

– Почти, – хохотнул ректор, проходя в дом. Заглянул под кровать и сел на неё. – Ты говорила, что голодна, а я чисто случайно захватил из города пару «улиток» с сыром. Попробуй, это невероятно вкусно.

Недоверчиво открыла пакет и заглянула внутрь. И правда, выпечка… Может, отравить меня решил? Нет, вряд ли, у него нет мотива. Пока нет…

Сдоба была ещё тёплой, по дому стремительно разносился её восхитительный аромат. Как бы нежить со всей округи не сбежалась. Интересно, а мертвяки любят булочки?

Положила румяна на комод и сходила в кухню, чтобы вымыть руки. Выложила сдобу на тарелку, налила чай. Ректор терпеливо ждал, пересев в кресло. Поставила поднос на низкий столик и опустилась в соседнее.

– Рассказывайте, – произнесла, подобрев. Как легко оказывается меня умаслить: пара булок и я уже готова внимательно слушать, больше не раздражаюсь и почти забыла обо всех наглых выходках некроманта.

Он потянулся, взял фарфоровую чашку за маленькое «ушко» и поднёс к губам.

– Коуэлл подал на тебя жалобу. Сказал, ты применила по отношению к нему физическую силу, а ещё угрожала…

Я подавилась и закашлялась. Постучала себя ладонью в грудь, схватила чашку и едва не обожглась кипятком.

– Что?! – воскликнула ошеломлённо. – Но… – задохнулась возмущением. – Это он… да вы знаете, что они вытворили?! А Коуэлл… у него же выброс случился! – выпалила на эмоциях и осеклась, уставившись внимательным взглядом на ректора. Он не выглядел удивлённым. – Вы знали?

Он невозмутимо кивнул и довольно чинно отпил чай.

– Мор сообщил мне сразу, как только я переступил порог академии.

– Предатель… – прошептала едва слышно. – Поверить не могу, что Коуэлл обвинил меня… И, если вы всё знали, то почему спрашивали, зачем он пришёл?

Некромант пожал плечами и поставил чашку на блюдце.

– Ждал, что ты сама расскажешь. Именно так ты и должна была поступить, Алеса…

– Но… я ведь хотела, чтобы он всё осознал…

– Я знаю, чего ты хотела, – холодно перебил некромант, прерывая мою жалкую попытку оправдаться. – И знаю, что ты желала, как лучше. Только вот все твои знания по психологии поведения человека тебе не помогут. С некромантами не работают все эти хитрые трюки и уловки, попытки подружиться с ними – с девяностопроцентной вероятностью провалятся.

Я растерянно хлопала глазами, ощущая себя пристыженной.

– Что же мне тогда делать в подобных случаях?

– Незамедлительно сообщать мне, – ровно произнёс он. – Некроманты не те люди, с которыми ты привыкла иметь дело. Некроманты другие. Когда ты поймёшь это, Алеса, тебе самой станет проще.

– Не совсем понимаю… – прошептала, нахмурившись. – Магию смерти тяжелее контролировать, но в остальном, разве некроманты не такие же, как и все?

– Так считают непросветленные, – беззлобно усмехнулся ректор. – Давай я объясню тебе немного, – он подался вперёд, а его глаза наполнились опасной глубиной. – Когда пробуждается дар, он полностью меняет человека. Все чувства усиливаются в сто раз: все злобные внутренние демоны человека вылезают наружу, нутро выворачивается наизнанку. Юных некромантов переполняет злоба. Ненависть. Зависть. И они не в силах сдерживать эти губительные эмоции. Они находятся в постоянном напряжении, не в состоянии даже спать нормально. В них бурлят чувства, которые требуют выхода. Почему думаешь, академия находится в этой… дыре, на границе с Мёртвым лесом? Рядом нет ни одного поселения, а у адептов не бывает отгулов, не бывает каникул. Когда пробуждается дар, ребёнка забирают, буквально отрывают от семьи и увозят, не давая возможности толком попрощаться. И на протяжении пяти лет несчастные, обречённые на такое существование дети учатся совладать не только с магией смерти, но и с собой…

Я поражённо хлопала глазами.

– И неужели ничего нельзя сделать?

Ректор вздохнул, немного грустно улыбнувшись.

– Пойми, пичужка. Никто из них не хотел становиться некромантом… Коуэлл поступил на факультет политического права. Понимаешь, куда он метил? Отец пророчил ему безбедное будущее и обещал место в Палате Министров. И где он сейчас? А Фабиана Дэй – в прошлом подающая большие надежды пианистка. Лем Харди первый в королевстве игрок по скайболу, вышедший на мировой уровень. Их мечты и надежды… жизни были разрушены в одночасье. Сражаться с ордами нежити и мертвецов – это не то, о чём мечтают дети. И каждый из них думал, что дар в них никогда не проснётся… – Я ощутила, как предательски защипало в носу и поспешила сделать глубокий вдох. – И мы вынуждены брать на работу обычных людей, но… Ты, например, для адептов как бельмо на глазу, досадное напоминание об их прошлой жизни, о несбывшихся мечтах. Они ненавидят каждого… каждого, Алеса… – проникновенно шепнул ректор, наклонившись ко мне ещё ближе. – Кто отличается от них. Кто имеет шанс на нормальное существование вдали от зловонных мертвецов и кладбищ. Тебе следует просто принять этот факт и быть жёстче. Не стесняйся в выражениях, угрожай наказаниями, сообщай мне или Мору, мы примем незамедлительные меры…

– Что будет с Коуэллом? – спросила, как можно непринуждённее, но тревогу в голосе скрыть всё равно не удалось.

– Да, что с ним будет… – протянул ректор и откинулся на спинку кресла. – Ничего особенного. Я отстранил его от практики, назначил терапию и дополнительные часы занятий по концентрации. Пока адепт не переступил грань между миром живых и миром мёртвых, мы ещё можем помочь ему.

– Переступил грань? – переспросила, ощущая, как в груди формируется давящее неприятное чувство.

– Личи появляются из живых, – просто отозвался ректор. – Из некромантов, не способных обуздать собственные эмоции и дар. В конечном счёте магия смерти полностью завладевает ими, меняет под себя. Но у Коуэлла ещё есть шанс…

Я сглотнула и потянулась за тростью.

– Пожалуй, я уже не голодна. Идёмте на полигон?

– Возьми тетрадь для записей, – кивнул ректор и поднялся. – Жду тебя на улице, – сообщил он и вышел вон, дав мне несколько минут, чтобы прийти в себя. Очень любезно с его стороны…

Я и близко не представляла, как тяжело приходится этим несчастным детям. Обязательно нужно более детально изучить этот вопрос, узнать, что из себя представляет терапия, и как я могу помочь адептам…