Аукцион Фемиды.

— Мам. Что случилось?

Увидела с порога как мама рыдает склонив голову на свои руки. Её плечи то и дело дрожали от всхлипов. Она взглянула на меня красными от слёз глазами и прерывисто сказала.

– Отца... Арестовали.

Мои конспекты выпали из рук и рассыпались по всему полу. Я стояла опустив руки и не понимала за что. Мой отец, самый добрый и порядочный человек на земле. Он и мухи не обидит. А тут арест. Да и как генерала МВД могли арестовать?

– За что? – еле выдавила из себя и уставилась на маму удивленными глазами.

– Говорят у него нашли фальшивые деньги.

–Наверно это ошибка какая-то. Нет. Это точно ошибка. Скоро они во всём разберутся и папу отпустят. – затараторила я себе под нос разуваясь и проходя на кухню. Присела на корточки рядом с мамой и с грустью в голосе прошептала: – Мам. А что же нам делать, теперь?

– Егор посоветовал найти адвоката.

– Егор? Он тоже был тут?

– Да.

Мама вытерла слёзы и посмотрела на меня.

– Ты бы сходила к нему, дочка. Может посоветует кого-нибудь.

– Угу.

Кивнула я матери и развернулась чтобы пойти на работу к отцу, но остановилась, заметив беспорядок в коридоре, который я же сама и устроила.

– Иди, дочка. Иди, я всё сама уберу.

Не теряя времени напялила сланцы на ноги и полетела перепрыгивая через несколько ступеней сразу. Я выбежала на улицу и побежала на работу к отцу. Но внутрь меня не пустили. Я стояла возле дежурного.

– Костя. Ну пожалуйста. Мне очень нужно.

– Не могу... – тихо прошептал парнишка, а потом громко отрапортовал: – Не положено.

– Костя. Мы с тобой уже сто лет знакомы.

– Да как ты не понимаешь, меня уволить могут.

– Мне очень нужно к Егору.

Парень сконфуженно посмотрел на меня, а потом тихо шепнул:

– Ладно, подожди. Я ему сейчас на сотовый позвоню.

Я кивнула и попыталась улыбнуться. Егор спустился примерно через полчаса. Я пока его ждала всю щёку изнутри искусала. Он молча подошёл и обнял меня.

– Пойдём на улице поговорим.

Мы отошли от министерства и пошли в парк. Уселись на первую попавшуюся скамейку.

– Егор, что вообще происходит?

– Я сам не в курсе.

– Меня не пускают к нему. И ничего толком не говорят. Плетут какую-то херню про фальшивые деньги.

– Вот. Я тоже говорю что это херня. Не может быть чтобы папа был замешан в фальшивомонетничестве.

– Только меня ни кто не слушает. Ему адвокат хороший нужен.

– Мама меня и послала к тебе, может посоветуешь кого.

Парень задумался. Посмотрел по сторонам, а потом протянул мне визитку.

– Позвоните, вот ей. Она берёт очень дорого, но знает толк в своём деле. А я пока буду рыть через своих. Чую, что здесь что-то не чисто.

Он резко встал, а потом повернулся ко мне лицом.

– Кате не говорите, что я номер дал. отказать.

– Почему? – невольно вырвался у меня вопрос. Парень сморщился и неохотно ответил:

– Это личное. Она моя бывшая жена.– нехотя ответил Егор. – На работу не ходите. Я сам к вам приду, как что-то выясню.

Я кивнула сжимая в руках заветную визитку. Егор ушёл, а я всё сидела на лавочке и тупо смотрела в одну точку. Всё никак не могла взять в толк откуда взялись эти фальшивые деньги. Жили мы не богато, не бедствовали, но и особо не шиковали. А тут фальшивые деньги. И у кого? У моего отца. Он всю жизнь в МВД, сам заработал себе имя. А теперь, что? Всё коту под хвост? Я бы наверное ещё долго так могла просидеть, но услышала.

– Она глухая наверное.

– Что?

Подняла голову и столкнулась взглядом с двумя отморозками.

– О. Отозвалась.

– Значит не глухая, – ответил один второму и оба противно засмеялись.

– Что вам надо? Отвалите от меня.

Раздражённо посмотрела на парней и встала со скамейки. Сделала два шага и тут же была поймана за волосы.

– Ай.

Наклонила голову от болезненных ощущений и схватила свою блондинистую копну чтобы уменьшить боль.

– Мы ещё не закончили, – прорычал один из парней, а второй обошёл меня спереди.

– Мы решили поразвлечься.

Я пнула одного в колено и тут же пожалела, что не надела кроссовки. Для него мой пинок оказался комариным укусом. Он посмеялся и притянул меня за волосы ближе к себе. А второй приблизился ко мне со спины. Они стискивали меня в кольцо из своих потных рук.

"Ненавижу отморозков." – Всплыло у меня в мозгу. А через секунду прозвучал бодрый женский голос:

– Эй! Что вам от неё надо?

Парни отвлеклись на девушку, а я смогла вырваться из хватки.

– Я сейчас полицию вызову, – продолжила девушка и стала приближаться к нам.

Парни побежали в рассыпную отталкивая меня в ближайшие кусты. Я рухнула обдирая свои руки об колючие ветки. Попыталась встать, но только больше расцарапала себе кожу. А через минуту чья-то рука помогла мне подняться. И уже через мгновение, я увидела перед собой улыбающееся рыжеволосое чудо.

– Привет. Я Тамара. Что от тебя хотели эти отморозки?

– Привет. Я Вася. Сказали поразвлечься.

– Странное имя.

– У кого?

– У тебя.

– Ааа, – засмеялась я, понимая, что представилась не совсем в тему.– Василиса. Просто мама с папой меня Васькой зовут, вот я на автомате и сказала.

– Понятно. Ну приятно познакомиться, Вася.

– И мне приятно. Может по молочному коктейлю? Надо же мне тебя за своё спасение отблагодарить.

– Да. Подумаешь. То же мне подвиг, – засмеялась девушка, но протянула мне свою ладонь.

Мы зашли в первое попавшееся кафе, я там умылась и обработала свои раны. Мы выпили с Тамарой по коктейлю и я вернулась домой. Мама ненаходила себе место. Она тревожно спросила.

– Ну, что ты узнала?

Я протянула ей визитку, что мне дал Егор. А мама заметив мои царапины.

– Господи, Васенька, что случилось?

–Да всё нормально. Просто споткнулась и упала в кусты.

Не моргнув и глазом соврала я матери. Не стоит ей переживать ещё из-за меня. Когда с папой такая непонятная ситуация. Мы позвонили этой Кате. Она согласилась взять дело отца, но запросила очень крупную сумму за свои услуги. Таких денег мы отродясь не видели.

– Ну у меня есть кое-какие сбережения, на дом откладывала. Но этого всё равно не хватит.

Тяжело вздохнув произнесла мама. Катерина согласилась подождать со всей суммой. И пока взялась за дело только с предоплатой. А нам предстояло найти ещё больше половины. И для нас это были бешеные бабки. Но свобода папы важнее. Да и невиноват он. Я это точно знаю. Время летело как сумасшедшее, оплата услуг Екатерины приближалась, а дело отца всё не подходило к логическому завершению. Когда я вернулась из института застала в дверях Катю. Мама стояла растерянная в коридоре провожая адвоката отца.

–Как только станет что-то известно, я вам доложу.

Я вошла в коридор и спросила у девушки:

– До сих пор ничего неизвестно?

Катя посмотрела на меня. И прижимая к себе чёрную папку ответила:

– Очень много вопросов в этом деле. Они тянут время. Что возможно играет нам на руку. Ну все подробности узнаешь от мамы. А мне пора.

Катя выскочила в подъезд, а мама тихо заплакала. Я обняла её за плечи и спросила.

– Мам. Ну ты чего? Всё образуется.

– Да. Я знаю, дочка. Просто Катя нашла зацепку, но нужны деньги. И очень большие деньги.

Я прошла в свою комнату, а мама вернулась на кухню. Она часто теперь сидела на кухне просто смотря в окно. А я достала телефон из сумки и позвонила своей институтской подруге.

– Лиля.

– О. Васька. Ты чего? Только что же расстались.

Прохихикала своим заливистым смехом Лилечка. Как ласково она себя называла.

– Лиль, мне нужен этот сайт.

– Ну что? Всё-таки решилась?

– У меня выбора нет, – грустно заявила я, вздохнула, пытаясь прислушаться у двери чем занимается мама. Ей об этом знать совершенно не обязательно. Лиля замешкалась, а потом протараторила.

– Вась. Слушай мне сейчас некогда. Давай я тебе всё в телегу кину. Всю инфу сброшу и ссылку на этот сайт. Там сама разберёшься. У них всё понятно и прозрачно. Сама можешь у Машки спросить.

Я вздохнула и ответила.

– Скинь ещё номер Маши.

– Ну давай, подруга. Мне пора. Чмоки-чмоки.

Пролепетала она в спешке и скинула звонок. Эти полчаса прошли как на иголках. Я не могла ни сидеть, ни стоять, ни лежать. Но вот мой телефон пропиликал уведомляя меня о сообщениях в телеграм. Я тут же набрала номер Маши.

– Ало, – послышался женский голос. А на его фоне я услышала брутальный мужской:

– Пупсик. Мы опаздываем.

– Сейчас котёнок, – быстро ответил мужчине пупсик.

– Маша?

Несмело спросила я.

– Да. А это кто?

– Это Василиса. Мы с тобой учимся в одной группе.

– Аааа. Вася. Помню, помню.

– Мы могли бы с тобой встретится? Я хотела поговорить?

– Ну хорошо. Давай завтра после занятий.

– Хорошо.

– Пупсик, – раздался нетерпеливый голос мужчины.

– Уже иду, котёнок.

– Ладно. Вася. До завтра.

– До завтра.

Месяц спустя...

– Нет. Нет.

Тихо шептала я отодвигаясь потихоньку назад пытаясь не споткнуться за полы своего свадебного платья. Самый счастливый день в жизни каждой девчонки для меня обернулся крахом моей жизни. Почувствовала как упёрлась спиной в металлическую перекладину двухъярусной кровати. На меня надвигались трое зеков. А я только и могла что орать во всё горло. Но кажется меня здесь никто не услышит да и помогать точно не станет. Сама виновата в конце концов. И куда только смотрели мои глаза, когда я общалась с ним в чате.

– Ну же, козочка. Приласкай меня своими ручками. – сипло проговорил один из уголовников, а второй свернул губы в трубочку и шевелил ими изображая поцелуй.

"Фу." Если бы я не была тогда так напугана, то наверняка бы меня вырвало в тот момент. Руки покрылись холодным потом, по спине ползли мурашки, а кончики пальцев покрылись ледяной коркой. Но выхода из сложившейся ситуации я не видела. Ведь пришла я сюда по собственной воле. Хотя какая уж тут воля. Самое настоящее заключение.

– Помогите. – прокричала я в пустоту камеры. А один из зеков заткнул мне рот. Его руки пропахли дешёвым табаком. Двое других схватили меня за руки. Я попыталась вырваться, но всё было бестолку. Тонкие, но цепкие руки держали меня словно тиски. Третий зек гладил мою кожу явно наслаждаясь увиденным видом.

– Мне кажется на тебе слишком много тряпок. – просипел он мне заливаясь прокуренным смехом. Я мало соображала в тот момент.

Не знаю, наверное защитная реакция организма, мозг в такие моменты отключается. И сила появилась в руках я вырвалась из стальной хватки и рванула к двери, но один из мужчин перегородил мне путь. Я кинулась в другой угол словно испуганная лань и забралась под кровать. Пышный подол моего платья скомкался и закрывал мне весь обзор. По щекам текли горячие ручейки слёз. Я почувствовала как подол моего платья тянут и начала цепляться за всё что могла. Кожа на руках ободралась в одну секунду, ногти обломались за выступающие края побелочной штукатурки. Но я пыталась цепляться изо всех сил хоть за что-нибудь. Подол моего платья издал рвущийся звук и отдался в руки уголовников вместо меня.

На мне остались белые чулки, которые уже почернели и разодрались от сопротивления. Белые кружевные стринги, которые практически ничего не прикрывали и дорогой корсет моего свадебного платья. И то только потому что он был затянут шнуровкой. Меня била мелкая дрожь от ужаса, что я испытывала. Мне было противно от этих мужиков, от этого места, от самой себя, от своего новоявленного мужа. О чём я только думала, на что надеялась. Радовало только одно, что деньги я получила и папу теперь спасут. Надеюсь что спасут. Меня схватила за ногу чья-то рука и рванула на себя.

Я хваталась волоча ладошками по грязному полу. Пыталась зацепиться за маленькие плиточки кафеля, но только обломала себе остатки ногтей. Меня вытащили из под кровати и все тот же сиплый сказал.

– Ну и какие же мы сладкие.

Пытаясь сорвать с меня кружевной треугольник стрингов.

– Ну не надо. – завопила я что есть мочи, а один из уголовников рванул мой корсет разрывая его на две половинки и обнажая мою ничем неприкрытую грудь.

Я попыталась прикрыться руками всхлипывая от рыданий, а через секунду открылась дверь и в камеру влетел мой разъярённый, новоявленный муж. Раскидывая этих мучителей по сторонам. В следующую секунду я почувствовала как падаю с обморок. Думала сейчас встречусь с полом, но этого не случилось. Только услышала голос Марата.

– Ну сказал же сидеть там. Василиса!

Меня окутала темнота. Лёгкие похлопывания по щекам. И я пришла в себя. Очнулась на сильных руках Марата. На мои плечи была накинута рубашка его робы, а моя голая грудь соприкасалась с его обнажённой грудью. Муж поставил меня на ноги и я огляделась. Общий душ тюрьмы.

Серые стены и проржавевшие трубы небольшой душевой. Здесь было всего лишь две кабинки разделённые между собой небольшой кафельной перегородкой. Ни дверей, ни щеколд.

Ничего не было в этом богом забытом месте. Марат посмотрел на моё лицо поворачивая его своей рукой то в одну сторону, то в другую. А потом сухо заявил.

– Прими душ, на скамье чистое полотенце и чистая одежда. Прости, но твоего размера не было. Утром привезут вещи. А теперь мойся. И не бойся, никто к тебе не зайдёт.

Мне фактически было наплевать что он говорит. Я хотела просто чтобы этот кошмар по быстрее кончился. Чтобы я проснулась дома и мама сказала иди завтракай, а за столом сидел бы папа.

Но пока я стою в обшарпанном душе ИК-2 с поэтичным названием Белый лебедь и пытаюсь смыть с себя ужас который происходит со мной. Как я докатилась до такой жизни? Как позволила себя облапошить?

Я встретилась с Машей в кафетерии уже в третий раз. Но на этот раз я твёрдо решила что заполню анкету.

“Ну не понравится просто откажусь. За просмотр же денег не берут. К тому же между нами будет экран монитора. А не живое общение.“ –Мысленно успокаивала я себя.

– Маш.

Девушка раздражительно посмотрела на меня и недовольно фыркнула.

– Что?

– Мы можем поговорить? – неуверенно задала ей вопрос, а в скоре к нам присоединилась Лилечка:

– О чём болтаете девчонки?

– Да всё о том же. Я устала рассказывать одно и тоже. Мне некогда.

– Постой. Я хотела анкету заполнить.

Лиля развернула меня к себе лицом и сделала изумлённый вид.

– Ты всё таки решилась?

– Да. – уверенно ответила я и перевела взгляд на недовольную Машу.

– Ну ладно. Пойдём помогу.

Маша взяла свой стакан кофе со стойки и направилась к рядом стоящему столику. Мы втроём разместились за столом, а я открыла принесённый ноутбук.

Маша быстро набрала нужный сайт и демонстрируя свои длинные ногти стала ждать загрузки. Через несколько секунд сайт прогрузился и выдал нам электронную анкету для заполнения листов на десять.

Там спрашивалось обо всём вплоть до ваших любимых цветов и что вы предпочитаете на завтрак.

– Это что? – прищурившись спросила Лиля. – Её что, в космонавты записывают?

– Ну а как ты хотела? Там не мальчики, там состоятельные мужчины, которые покупают себе жену, а ни корову. Девственность нынче в цене.

Я тяжело вздохнула и стала набирать текст на клавиатуре. Когда анкета была заполнена я посмотрела на девчонок.

– Ты уверена?

Ещё раз спросила Маша, а Лиля заявила:

–Ну конечно. Она тут столько печатала. Её теперь в министерство ООН возьмут. Не только в невесты.

Я нажала на кнопку отправить и уже хотела закрыть ноутбук, как мне пришёл ответ.

– Ого. Вот это скорость. – воскликнула Лиля, а Маша уточнила:

– Тебе крупно повезло. На ближайшие аукционы никогда вакансий нет. А тут сразу ответили.

Я не считала это счастьем. Единственное, что меня радовало, так это то что там деньги платят до аукциона. И если вдруг там всё срастается, то остатки суммы ты получаешь когда состоится свадьба.

Мне по сути не нужна была свадьба. Просто так получилось, что я до сих пор девственица даже в свои 20 лет. И это сейчас редкость. И довольно выгодное предложение для состоятельных мужчин.

Я никогда не задумывалась о свадьбе, подумаешь возраст, подумаешь надо. Кому надо тот пусть и выходит, а мне и с родителями было ништяк.

Но моему дорогому и любимогу отцу грозил большой срок. А так как он генерал МВД это был для него смертельный приговор.

Надо было что-то делать. Это был единственный выход, по крайней мере мне так тогда казалось. И подружки мне предложили Аукцион Фемиды.

Так назывался сайт для продажи своей девственности. Их огромное количество, но лишь этот сайт давал гарантии выхода замуж.

Не то что бы я замуж хотела, но продаш так свою девственность, а тебя в секс рабыни продадут и будешь ты целую вечность отрабатывать, пока не придёшь в негодность. А тут всё таки жена.

Да и Машка так выскочила замуж и в ус не дует. Лиля пока боится, но у неё и так отбоя от женихов нет. И все состоятельные. Ну в прочем так я и попала на этот аукцион непорочных невест.

Сначала всё было хорошо. Не считая того что меня проверил доктор, убедившись что я девочка, выдал мне заключение на руки. Потом обычная комната с монитором и четверо претендентов.

Я тщательно выбирала кандидатов. Все красавцы и довольно состоятельные люди. Их состояние демонстрировалось мне и я сбилась со счёта сколько у них нулей в их банковском депозите

Был там и торговец недвижимостью и нефтяной магнат и даже агроном. Но только Марат имел юридическое образование и имел связи в системе ФСИ

Я зацепилась за эту возможность, как за спасательный круг. Он был галантен, хотя на первый взгляд мне показалось, что он равнодушен ко мне. Но в середине нашего знакомства он даже улыбнулся

Подарил цветы и украшения. Которые я в итоге продала, по всё той же причине, нехватка денег. И через три дня он позвонил мне сам.

Мы мило побеседовали, а к концу нашего разговора ко мне подошёл мужчина, представился адвокатом Марата Гириева и попросил посмотреть контракт и брачный договор.

Ни то, ни другое меня не смутило и я даже не нашла к чему придраться. Оставалось только подписать эти две кипы бумаг и ехать выходить замуж. Марат оказалось живёт в Питере в элитном посёлк

Я внимательно вчитывалась в каждую букву, каждую закорючку, но так и не нашла к чему придраться. И согласилась на брак.

– Хорошо. Где расписаться?

– Вот здесь.

Адвокат ткнул небольшой указкой в строчку где я должна поставить подпись. А потом ещё в одной, а потом ещё и ещё. И так я расписалась раз пятьдесят

Аж рука устала. А через несколько минут проверки моих автографов адвокат произнё

– Всё. Все формальности соблюдены и мы можем ехать.

–Прям сейчас? – удивлённо спросила я. А адвока невозмутимо ответил:

– А что тянуть?

"Ну ладно." – подумала я и пошла в след за адвокатом. Мы сели к нему в машину и поехали.

Я никогда не была в Питере, но очень хотела там побывать и вот скоро моя мечта исполнится, но на улице уже стало смеркаться и меня просто сморил сон. Я закрыла глаза и провалилась в беспамятство.

Разбудили меня только на рассвете, но маленький городишко в который мы приехали не напоминал мне ни Питера, ни элитного коттеджного поселка.

– Где мы?

– Почти на месте. – буднично заявил мне адвокат. А через минуту добавил:

– Я завезу вас в свадебный салон. Там уже ждут.

Спорить мне не хотелось. Да и кто его знает. У богатых свои причуды. Я молча ехала до салона под очень красивым названием, Венера.

Уж не знаю что подразумевали под этим названием хозяева этого салона но встретили меня там и правда как королеву. Миловидная девушка улыбаясь мне с порога заявила.

– Проходите мы вас давно ждём.

Я хмуро посмотрела в её сторону и двинулась за ней в след. Девушка взяла несколько нарядов на вешалках и проводила меня в примерочную. Я провела в примерочной не больше десяти минут.

Примеряя то одно, то другое платье. В конце концов, какая разница что на мне будет. Вспомнила лицо Марата, он на самом деле красавчик.

Высокий, ну на сколько я могла судить по видео связи. Видно было что он не русский, но очень хорошо говорит по русски, значит давно живёт в России.

Не смотря на то что он не особо проявлял свои чувства, довольно щедрый. Вышла из примерочной и увидев округлённые глаза продавщицы посмотрела на своё платье.

– Что-то не так?

– О. Нет. Просто, вы такая красивая в этом платье. Жених точно расплачется.

Оооо. Как же она была далека от истины. Плакала больше я. И точно не от счастья. Там же в этом салоне мне сделали причёску и макияж.

А после мы подъехали к высокому забору. Там то я и поняла куда меня привезли.

Однажды мы ездили с папой к такому же зданию по его работе. Не думала я тогда, что дочь генерала МВД выйдет замуж за уголовника.

продолжение следует...

Глава от лица Марата...
Пять лет назад.
Сегодня с самого утра мне начал названивать мой отец. Но мне и правда не когда с ним разговаривать. Дел было по горло.
Я уже давно живу отдельно. Сначала работал на отца Артёма, потом несколько лет отработал с ним вместе, а теперь мы стали партнёрами. И это сыграло свою роль. Хлопот прибавилось, да ещё его жена концерты закатывает.
Но оно и понятно девушка на втором триместре беременности. Вполне нормальное явление. Но телефон не унимался, я в сотый раз отключил звук и положил его перед собой на стол, пытаясь вслушиваться в слова Артёма по поводу нашего совместного бизнеса.
— Не понимаю, — невозмутимо заявила Лиса. — Как можно так игнорировать собственного отца. А вдруг что случилось?
Поднял голову вглядываясь во встревоженное лицо Лисы. Она, как всегда, нахмурила свои бровки и сморщила маленький носик. Артём посмотрел на жену и перевёл взгляд на меня.
— А вдруг правда что серьёзное?Я закатил глаза и недовольно произнёс:
— Конечно серьёзное. Как это я дожил до тридцати и не наплодил кучу детишек.
— И как? — пошутила Лиса, а потом сделав серьёзное лицо продолжила. — Как посмел? Тоже мне бык осеменитель.
И с невозмутимым лицом вышла из кабинета, Артём еле сдерживал рвущийся наружу смех, а я пыхтел подавляя свою бешеную ярость которая постоянно бурлила у меня в крови. Это как говорил мой отец — горячая кавказская кровь. И у нас не принято дожить до тридцати и не обзавестись семьёй. Для девушек в нашего селение я уже дряхлый старик.
Это здесь в Питере всё просто. Хочешь женись в восемнадцать, а хочешь в сорок. А можешь и вообще жить холостым и никто тебе слова не скажет. Но в моей семье так не принято и к тридцати годам я должен иметь уже как минимум одну жену, а как максимум две или три. Наша семья не из бедных и я могу себе позволить две жены при условии их обеспечения.
Но мне это не интересно. Не встретил я ту, что могла бы покорить моё сердце. Да и не стремился я к этому. Мне девушек всегда хватало отбоя не было. Денег хватало, а рядом с моими другом всегда вились девушки, даже после того как он женился. Поэтому перепихон мне был всегда обеспечен. Но отец не уставал мне напоминать, что мой долг сына, родить наследника. К сожалению я в семье единственный сын. А сестре исполнилось едва семнадцать. И она решила заниматься карьерой. У нас это не возбранялось, к тому же отец мог себе это позволить. Только лишь бедные девушки выдавались замуж в пятнадцать, а то и могли в тринадцать выскочить замуж, лишь бы повысить статус семьи. А моя семья являлась самой завидной, да только не для меня. Ненавижу установленные рамки. Мой телефон снова завибрировал от очередного звонка отца. Я не хотя ответил на звонок.
— Слушаю, отец.
— Марат. Слава богу ты ответил. Уже неделю не могу до тебя дозвониться.
Укол вины пронзил самое сердце. Я и правда избегал своего отца вот уже неделю.
— Что-то случилось, — попытался как можно невозмутимее спросить.
— Да. Резеда. Поехала поступать в Москву. А неделю назад мне позвонили и сказали, что её задержали с наркотиками.
— Что, — возмущению моему не было предела.
— Вот и я ни чего не понял.
Липкое чувство страха закралось мне под кожу покрывая моё тело холодным потом. Моя сестра не может быть связана с наркотиками. Это всё звучало как бред. Резеда самая правильная девочка в мире. Я тяжело вздохнул и попытался успокоить отца.
— Не переживай отец. Я разберусь со всем.
— Держи меня в курсе.
— Хорошо.
Я скинул звонок и ещё пару минут смотрел в никуда.
— С тобой всё нормально, — прозвучал голос Артёма, вырывая меня из моих размышлений. Я в растерянности посмотрел на партнёра и заключил.
— Бред какой-то. Резиду арестовали.
— Нужна помощь?
Криво улыбнулся другу и начал.
— Пока нет. Информацию я и сам раздобуду. Это точно подстава. Только бы разобраться кто?
Я понимал что это всё полное кидалово. Скорее всего хотят моего отца поставить на бабки. Значит знают кто моя сестра. И точно знали кого подставлять. Резеда всегда хотела поступать в медицинский и стремилась к этому с самого детства. Ну не могла она быть связана с наркотой. Я посмотрел в глаза Артёму.
— Мне нужно ехать в Москву.
— Проверь информацию.
Я кивнул и покинул кабинет своего друга. Дня три у меня ушло на то, чтобы выяснить кто ведёт дело моей сестры. Первым делом позвонил, чтобы выяснить хоть что-нибудь. Потому что несмотря на мои усилия об этом деле я не нашёл ни какой информации.
— Майор Градов, слушаю... — раздался в трубке басистый голос.
— Здравствуйте. Я Марат Гириев. Моя сестра Гириева Резеда Ильмировна была арестована неделю назад. Я бы...

Не успел я продолжить как этот майоришко перебил меня.Мы информацию по телефону не даём, приходите в отделение и узнавайте. Всего доброго.Эта сволочь повесил трубку даже не удосужившись поинтересоваться что я хотел. От злости сжал телефон и пульнул его в стену со всего маху. Дорогущий гаджет ударился об стену и разлетелся на мелкие кусочки. Но мне было плевать. Единственная любимая девушка в моей жизни это моя сестра. В я не могу даже узнать конкретно что ей предъявляют.
— Максим, — заорал на весь кабинет.

В дверь тут же вошёл парнишка лет двадцати, мой протеже. Ещё работая на Артёма я нашёл этого мальчишку. Он исполнительный и умный. Поэтому я и взялся его обучать. Статус не позволяет всё делать самому. К тому же сейчас меня просто трясёт от беспомощности и негодования. Парень встал у стены и уставился на меня.
— Закажи мне билет в Москву. На ближайший рейс.
— Вы один поедете, — поинтересовался парнишка, а я задумался.

Стоило конечно кого-нибудь с собой взять, но кого? Пока Максим мой единственный охранник. Да и работник тоже. Прислугу я не нанял. Да и в особняк переехал сравнительно недавно. До этого жил в съёмной квартире не далеко от особняка Литвиновых. Обедал и ужинал у Артёма. Мне одному много не надо. Но после того как мой отец стал настаивать, что мне нужно стать достойным наследником. Решил что стоит доказать отцу что я самостоятельный и могу сам обеспечить себя и свою семью, которая возможно у меня когда-нибудь появится. Отец не настаивал о возвращении на родину. Но намекал что его огромный бизнес перейдёт ко мне по наследству, а значит я должен разбираться в этих вопросах. А это требует моего присутствия на Северном Кавказе. Это моя родина, но я покинул отчий дом когда мне исполнилось 12 лет. Нас не балуют в детстве, мы сами зарабатываем себе на жизнь. Лишь только когда приходит определённое время мы возвращаемся в дом к родителям со своими жёнами. Я женой так и не обзавёлся, поэтому и решил, что возвращаться в дом к отцу не стану.
— Кхм, кхм, — услышал покашливание возле двери. А на пороге стоял Артём.
— И долго ты так глаза пялишь?
— Не знаю. Всё идёт не так. И этот майор какой-то мутный.
Артём прошёл в кабинет и уселся в кресло напротив меня.
— Поезжай в Москву, там всё и выяснишь.

Через 12 часов...В Москву я прилетел на закате. И ясное дело что ночью меня в этом МВД никто не ждал. Поэтому я снял номер в отеле и разместился на ночлег там. В дверь постучали и я незамедлительно открыл. Передо мной стояла девушка в одном полотенце.
— Здравствуйте. Я ваша соседка. Мне очень не удобно. Но мне показалось, что стучат. Я вышла, а дверь захлопнулась.
Девчонка поправила свои мокрые волосы рукой полностью покрытой пеной.
— Вы не могли бы мне помочь и взять на ресепшен запасной ключ. Ну или хотя бы попросить горничную открыть мне дверь.
Я осмотрел девицу с ног до головы. Хороша сучка. Ноги от ушей, стройные и тонкие. Грудь едва полотенцем скрывается, а лицо... Да мне всегда пох@й было на лицо. Я их не целовал, поэтому в лицо не смотрел. Главное чтобы х@й вставал на шикарное тело. А у неё тело самый сок. Я сразу смекнул, что девушка добивается. Ещё на ресепшене её заметил как она облизывается на меня. Только виду не подал. Посмотрел ей в глаза, в которых плясали огоньки похоти.
— Ты уверена?
Девчонка прикусила губу.
— Конечно.
Приоткрыл дверь в свой номер и сказал:
— Проходи. Позвонишь на ресепшен.
Девчушка прошмыгнула в номер и скинула своё полотенце прямо у двери. Я с аппетитом гулял по её телу глазами. Не ошибся. Она и правда в самом соку. Девчонки часто путают меня с арабами. А может и клюют на мои бабки. Не знаю что их привлекает во мне, но безотказных дырок мне хватает. Притянул её за талию, она было потянулась к моим губам, но я подставил палец.
— Для этого ещё рано.
Девушка смутилась, но настаивать не стала. А я прикусив губу провёл пальцами по её щёлке. Деваха прижалась промежностью к моим пальцам и охнула:
— Ах.
Изображая из себя недотрогу. Не долго думая нырнул в её горячую влагу пальцами. А она изогнулась в спине.
— Мммм.
Почувствовал как мой боевой настрой уже был готов ко всему. Поэтому особо не тянул время, достал шуршащую упаковку латексной защиты и нагнул девицу на столе. Расстегнул ширинку и выпустил своего друга на волю. Раскатал презерватив по всей длине и вошёл в тугую дырочку.
— Ааааа, — простонала девушка изгибаясь словно змея на гостином стеклянном столе.
— Как тебя зовут, — простонала совсем не вовремя мадам.
— А разве это имеет значение, — вколачиваясь в её щель ответил я ей.
— Мне сказали ты... Аааа. Шейх, — распластавшись по столу простонала она.

А я нагло улыбнулся, мой план сработал и мальчишка на ресепшене сделал своё дело. Пусть это и стоило мне пятидесяти баксов. Но шлюха обошлась бы гораздо дороже. А тут ухоженная девочка, но нагло обманутая, правда с моей подачи. Но это уже мелочи. Сделал ещё несколько движений своими бёдрами и почувствовал облегчение, а вместе с тем спустил в латекс презерватива. Девица изобразила оргазм. Но мне было плевать, я чётко знаю когда мне врут и уж когда кончают от моих ласк. Но сегодня у меня не было задачи ублажать свою партнёршу на один раз. Я вытащил свой член и снял переполненный презерватив.
— Тебя нагло обманули. Я не шейх. И уж тем более не богач. Друг снял мне этот номер.
Мне казалось она лопнет от негодования, её лицо стало пунцовой красным. А глаза увеличились в два раза. Она подобрала своё полотенце с полу и пролепетала:
— А кто ты?
— Обычный клерк. Добываю информацию для своего шефа. Прости. Разрядка была необходима.
Увернулся от её руки и заржал. А она гордо вздернув подбородок пошла на выход.
Поправил свои брюки и пошёл в душ. Сегодня всё прошло как по маслу.
Значит и завтра меня ждёт прекрасный день.
Надо выспаться перед встречей с майором Градовым. Я вышел из душа и лёг спать. Проснулся около шести утра. Не могу я долго спать видимо моя работа даёт о себе знать. Новый мобильник просигналил мне о звонке. Взглянул на экран, Артём. Тут же ответил.
— Ало.
— Рад слышать.
— Я тоже, брат. Есть новости?
— Есть. Ты хоть и не просил, но Ершов помог. Это хоть и не его ведомство, но кое-что может. Поэтому сейчас поезжай к сестре. Тюрьма в которую её упекли не очень хорошая.
— Тюрьма? Какая ещё тюрьма? У неё суда ещё не было.
— Я адрес смской кину.
— Давай.
В голове не укладывалось как получилось что моя сестрёнка попала на зону. Приехал я туда в часы приёма. Но меня не пустил к ней. Ещё тогда почувствовал неладное. Но пытался себя успокоить.
— "С ней всё хорошо. С ней будет всё хорошо."
Какой же я был дурак, что не настоял. Какой идиот. Я простоял под стеной с этой колючей проволокой почти целые сутки. Только когда стемнело, пошёл в номер. Места себе не находил. А утром мне позвонили.
— Ало.
— Гириев Марат Ильмирович?
— Да. Это я.
— Гириева Резеда Ильмировна вам кем приходится?
— Сестрой.
— Можете приехать на опознание?
Сердце моё упало прямо на пол. Упало и разбилось вдребезги.
— Какое опознание, — едва дыша, произнёс я.
Это простая формальность, но нам нужно подтверждение родственников.
— Какое опознание, — более требовательно спросил я у мужика, что сейчас разбивал все мои мечты вдребезги.
— Ваша сестра была найдена в своей камере. Она покончила жизнь самоубийством.
— Нет, — не мог поверить в происходящее.
— Что?
— Она не могла. Это Харам.
— Что?
— Нельзя.
— Если вы не можете нам придётся просить других родственников.
— Я приеду.
Дальше всё было как в кошмарном сне. Опознание, заполнение бумаг, и спустя три дня мне выдали тело моей сестры. Отец сильно сдал после смерти Резеды. Мне пришлось остаться дома на Северном Кавказе.
Спустя четыре года...
Я вернулся в Питер. В аэропорту меня встречали Артём с Лисой. На руках Артёма сидел парнишка трёх лет. Лиса обняла меня за шею и чмокнула в щёку.
— Рада снова тебя увидеть.
Я приподнял её за талию.
— Я тоже рад.
Протянул руку другу, но шустрый мальчишка успел вперёд отца пожать мою ладонь. Мы засмеялись и я, улыбаясь, продолжил:
— Да ты силён. Весь в отца.
— Не поверишь, характером в мать пошёл.
— Тогда не пропадёт.
Мы снова рассмеялись, а Лиса нахмурившись произнесла.
— Знаешь что Литвинов. У тебя характер не лучше.
Артём обнял жену и поцеловал.
— За него ты меня и любишь.
Лиса улыбнулась и поцеловала его в ответ. А парнишка сидевший на руках Артёма обнял родителей за шею. Я терпеливо ждал. Только эта семья была мне самыми родными людьми в этом мире. Я не горжусь своими замыслами на будущее, но меня обязывает долг.
Некоторое время спустя...
Я сидел в кабинете своего друга медленно потягивая виски из хрустального стакана.
— Ты так и не нашёл этого майора?
— Нашёл, буквально на днях мне позвонил мой человек. Только из-за него я здесь.
— Решил мстить?
— Кровь за кровь. Таковы наши законы.
— Но ты же не убийца.
— Мне не нужно его убивать. Это слишком гуманно.
— И что ты решил?
— Лишу его дочери. Как он когда-то лишил моего отца.
— Я знаю тебя. Ты не сможешь убить девушку.
— Никто не говорит о смерти. У меня другой план.
— Поделишься?
— Мне давно пора жениться. А его дочь хороший кандидат. Стоит только немного подготовиться.
— Жена? Я не узнаю своего друга холостяка.— Ты удивишься ещё больше, если узнаешь что у меня будет двойная свадьба.
— Что?
— Артём напрягся и поднялся с кресла.
— Отец настоял. Нашёл мне жену у нас на родине. Она умная, красивая, молодая.
— Молодая. Это сколько?
— Для меня в самый раз. Давно пора рожать детей.
Артём прищурился.
— Марат. Это не ты. Рожать детей. Молодая. Лишить дочери. Это всё не твои слова.
— Мои, — попытался убедить друга. — Моё сердце очерствело после смерти Резеды.
— Я понимаю она твоя сестра. Но сколько прошло после её смерти?
— Сегодня четвёртая годовщина.— Прости друг. Но ты всю жизнь практически прожил в России. Как ты собираешься оформить двоежёнство?
— На моей родине это не запрещено. По нашим законам нас распишут и с Гуйе и с Василисой.
Артём молча смотрел мне в глаза, а я чувствовал его осуждение. Мне самому становилось противно от моей затеи. Но я всё решил. Я не желал свадьбы ни с Василисой, ни с Гуйе. Но знал, что отец не отстанет, пока я не женюсь. Радовать Василису рождением детей я не желал, а наследники мне нужны, поэтому я и должен был жениться на той которая родит мне здоровых сыновей. В семье Гуйе несколько братьев. Ну и выкуп они хороший заплатили отцу. И девушка уже готовилась к свадьбе.
— Не смотри на меня так. Я всё решил.
— Раз решил, делай. Ты же за этим сюда приехал.
— А меня посвятите в свои мужские тайны, — раздался голос Лисы. Девушка прошла в кабинет и присела на подлокотник кресла своего мужа.
— Да, вот. Марат у нас жениться решил.
— Дааа? А нас на свадьбу пригласишь?
— Нет, — резко обрубил Артём.
Лиса уставилась на мужа не понимающим взглядом.
— Это не свадьба, а похороны.
Я посмотрел на друга и улыбнувшись Лисе произнёс:
— Не слушай Тёму. Конечно приглашу. И в гости к себе позову. У нас шикарные свадьбы играют.
Артём встал с кресла и произнёс:
— Прислуга в твоём доме навела порядок, можешь жить. Людей я тебе нанял. Но затею эту не поддерживаю.
— Я тебя услышал, брат.
Встал на ноги и двинулся к выходу. У самого порога услышал голос Лисы:
—Да что происходит, чёрт возьми?
Остановился у самого входа и развернувшись спросил у Артёма:
— Осуждаешь?
— Нет. Не понимаю.
Лиса смотрела то на мужа, то на меня. Но перебивать не торопилась.
— Я должен отомстить за сестру.
— Кому? Беззащитной девушке?
— Резеда была тоже беззащитной девушкой.
— Подожди, подожди. Я не понимаю причём здесь твоя сестра, — решила уточнить Лиса.
— Он решил жениться на дочери того майора. В отместку.
Лиса уставилась на меня своими ореховыми глазами.
— Он получил генерала, после смерти Резеды. Эта падла остался безнаказанным, да ещё и пошёл вверх по карьерной лестнице.
— А его дочь причём? Ты её любишь?
— Ненавижу.
Лиса открыла свои глазёнки и уставилась на меня немигающим взглядом.
— И кого ты решил наказать, себя?
Спорить мне больше не хотелось. Я и так приходил в ужас от одной мысли что мне придётся всю оставшуюся жизнь играть определённую роль. Но это нужно было сделать

Глава от лица Василисы...Я стояла под душем в серой обшарпанной душевой и стучала зубами. Но выходить мне не хотелось. Наверное звучит глупо, но я уже пожалела несколько раз что вышла замуж. Кто же знал что он уголовник? Дверь распахнулась и я резко обернулась в сторону двери. На пороге стоял Марат.— Что ты делаешь?Я дрожала от холода, а может и от стресса, а может и от страха. Попыталась прикрыться руками, но только больше стала дрожать, звонко стуча зубами. Марат подошёл ко мне и выключив воду обернул полотенцем.— Ты специально что ли это делаешь?Посмотрела ему в глаза, но даже рот не открыла. А он начал растирать мою озябшую кожу и попытался согреть меня своим теплом. Я чувствовала как его мышцы перекатывается под бронзовой кожей от каждого его движения. Как он старается вытереть меня насухо и пытается не смотреть мне в глаза. Ну да. Теперь я ему наверное противна. Кому понравится что его жену пытались изнасиловать, да и кто, простые уголовники. Хотя он и сам такой же уголовник. Он поднял меня на руки укутывая в полотенце больше похожее на скатерть. Но наверное им здесь не положено махровых полотенец. Он напялил на меня футболку и штаны которые мне были на два размера больше. И подвязал их каким-то шнурком.— Ты меня слышишь, — решил он уточнить.Посмотрела ему в глаза.— Василиса? Ответь.— Слышу.— Они сделали с тобой что-нибудь?— Не успели.Сейчас поедешь с моим адвокатом ко мне в особняк. И будешь ждать меня там. Поняла?— А ты?— Ты меня поняла, — не обременяя себя ответом, рявкнул от нетерпения.— Да, — тихо прошептала ему в ответ и сильнее закуталась в тюремную робу.

Меня провели по узким коридорам которые закрывались на решётку через каждые два метра. И вот она сладкая свобода. Вышла на улицу вдыхая свежий ночной воздух. Но меня тут же вывернуло на изнанку. Адвокат занервничал.— Василиса Алексеевна, с вами всё в порядке?Я только и смогла, что помотать головой. Какой тут в порядке? Вышла замуж за зека, чуть не изнасиловали в первую брачную ночь. Веселая свадебка я вам скажу. А теперь я ещё должна ехать к нему в особняк и ждать его там, пока его освободят. На сколько мне помнится Белый лебедь, это тюрьма для особо опасных преступников получивших пожизненно. Он мне предлагает его ждать до скончания веков. Но спорить мне было глупо, тем более сейчас. Без денег, в чужом городе. Да ещё и в арестантской робе. Выплеснув из себя что я ела за последнее время. Я наконец-то смогла сесть в машину. И примерно через семнадцать часов дороги меня привезли в дорогой особняк элитного посёлка где-то возле Питера. По крайней мере так мне показывал навигатор в моём телефоне который мне благополучно вернули на выходе из мест заключения моего мужа. Твою мать! Жена уголовника, снова мысленно я похвалила себя.— "Это ж надо так вляпаться. Поздравляю, Градова! Ты просто молодец! Так лохануться." — Проходите.Адвокатишка открыл мне резную дверь со стеклянными вставками. Я зашла в особняк Марата Гириева. Посмотрела на верх и сделала два неторопливых шага.— Сейчас позову прислугу.Адвокат скрылся за поворотом, а я стала рассматривать убранство дома. Белоснежные стены с небольшими серыми прожилками вкраплений. То ли это мрамор, то ли имитация. Но очень похожа. Нет в самый раз. Меня только что чуть не изнасиловали, а я тут рассуждаю об имитации мрамора. Невысокая девушка в одежде прислуги вышла ко мне навстречу.— Добрый день, Василиса Алексеевна. Пойдёмте я вам покажу вашу комнату.Молча пошла в след за этой девушкой. Надо показать себя с хорошей стороны. Но я уже точно знала что не останусь в этом особняке. Я не подписывалась на свадьбу с уголовником. А деньги? Деньги верну. Как только оформим развод. Я слышала можно это сделать если твой муж за решёткой. План сам собой созрел в моей голове. Я аккуратно сжимала телефон в руке и шла по особняку стараясь запомнить всё расположение. Как только мене показали комнату я закрыла за собой дверь и облокотилась лбом о стену. Мне нужно было прийти в себя. Что вообще происходит? Я стояла и рассуждала о своём плачевном состоянии. Но телефон завибрировал в моих руках, на экране высветился незнакомый номер. Дрожащей рукой я приняла вызов.— Ало?— Дочка. Дочка, — послышался тревожный голос отца.— Папа, — едва сдерживая слёзы пролепетала в ответ.Слезы сами потекли по моим щекам. Я еле сдерживала истерику рвущуюся наружу. Но папе незачем беспокоиться обо мне. Просто пусть быстрее появится дома.— Дочка, ты как?— Хорошо. Ты сам как?— Уже нормально, детка. Васенька. Я через пару дней буду дома.— Это же хорошо, пап. Мы будем ждать.— Ну мне пора, милая. Передай привет маме.— Хорошо.Он повесил трубку, а я закусила губу чтобы не разрыдаться в голос. Мои мучения не прошли даром, скоро папу освободят. И это придавало мне сил. Правда что-то нужно было делать с моим заключением. Конечно же маме я не сказала о своей затее. И она скорее всего волнуется. Ведь с моего исчезновения прошло уже больше суток. Посмотрела на телефон и утёрла слёзы. Нужно было действовать и быстро. Я набрала номер Егора. Спустя несколько гудков мне ответили.— Ало.— Егор.— Василиса? Слава богу, ты жива. Мать место себе не находит. Ты где, — обеспокоенно поинтересовался напарник отца.— Егор. Забери меня, пожалуйста.Слёзы сами по себе хлынули из моих глаз. И вся моя храбрость рухнула. Я пыталась хоть что-нибудь сказать, но истерика не давала мне этого сделать. Я просто всхлипывала и всё.— Так. Вася. Слушай меня внимательно. Не отключай телефон. Слышишь?— Угу, — еле смогла выдавить из себя.— Я отслежу тебя. Жди меня. Я скоро.—Я в Питере.— Что ты там делаешь? Ай, не важно. Жди меня я скоро.Время тянулось неумолимо. На улице стемнело, а дом притих и казался мне ужасающим. Я то и дело на цыпочках приближалась к двери, чтобы послушать что творится за дверью. Но там была тишина. То ли все спали, то ли все вымерли как мамонты. Пока мой телефон не завибрировал в моих руках. От испуга я чуть не выронила гаджет. Несколько секунд ловила его в воздухе изображая паука плетущего свою паутину, а потом приняла вызов.— Да.Получилось немного резковато, но Егор не заметил этого. Или сделал вид, что не заметил.— Ты где? Я стою возле какого-то особняка.— Не кричи, пожалуйста. Я тебя в доме слышу.— Ты в доме, — более тихо уточнил Егор.— Да. Сейчас выйду.В течение дня я смотрела себе пути отхода. Выглядывала охрану, считала секунды через какое время они меняются и как часто патрулируют периметр. Дождалась нужного момента и вышла на балкон оставалось дело за малым спуститься со второго этажа. Но это я предусмотрела. Рядом с балконом была сточная труба очень хорошо прикреплённая к дому. Мне не составило труда спуститься по ней вниз. Но как только спустилась на землю, заметила в кухне кухарку, та увлечённо готовила. Я спряталась за стену и тихонечко проверила, наблюдает ли она за мной. Но слава Богу она меня не заметила. Рванула к небольшой калитке посередине глухого забора. Попыталась открыть щеколду, но та проржавела и не двигалась.— Чёрт.— Вася, — послышался голос Егора из-за забора.— Тише, — зашипела я ему в ответ.— Щеколда заржавела— Перелазь через забор, я тебя поймаю.Оценила состояние забора, если постараться, то перемахнуть можно. Поставила ногу на перекладину, как сработала сигнализация. Думать было некогда, пульс отдавался в висках, а я со всего маху вскарабкалась на высоченный забор и сиганула вниз. Прямо в объятия к Егору. Мы встретились взглядами и на секунду парень улыбнулся мне обворожительной улыбкой. Из транса меня вывел лай собак. Мы рванули к машине стоящей в нескольких метрах от забора. Егор на ходу завёл автомобиль и с пробуксовкой рванул с места. Только когда выскочили на трассу Егор задал мне вопрос.— И на кой х@й ты залезла в этот дом?— Я не залезла.— Тогда что ты там делала?— Тебя ждала.— Василиса. Я не смогу помочь, если ты будешь увиливать от разговора.Мои ладошки в миг вспотели, а сердце пустилось вскачь.— Это дом моего мужа.Егор закашлялся, а потом серьёзно спросил.— Кого?Я прикусила губу и начала теребить подол своего платья которое мне любезно предоставила горничная.— Нам нужны были деньги.Егор резко свернул на обочину и затормозил машину. Развернулся ко мне вполоборота и встряхнул меня за плечи.— Рассказывай с самого начала. Кто? Что и как?Я отвернулась от него в окно и тихо начала рассказывать. Поведала ему обо всём. Единственное, что утаила это об недо изнасиловании. Но мне и самой хотелось забыть весь этот ужас. Я думала Егор будет кричать на меня, ругаться. Но он только обнял и прижав к себе поцеловал меня в макушку. Егора я знаю с самого детства, сколько себя помню, Егор был напарником отца. Потом когда папа стал генералом, он стал папиной правой рукой. Только ему отец доверял как самому себе.— Глупышка моя.Прозвучало у меня над ухом. И снова это щемящее чувство вины. А может и не вины, наверное я просто хочу есть. Ведь от обеда и ужина я отказалась. Я чувствовала как Его нежно гладил меня по волосам не торопясь меня отпускать. Да мне не особо хотелось покидать его родные объятия. Но мимо проехала машина ослепляя нас светом фар. Егор резко отпрянул и прокашлялся. Голос его стал более низким и со слегка уловимой хрипотцой. Я взглянула на него понимая что он покраснел. Но он смотрел вперёд, завёл машину и потихоньку тронулся вперёд. Я молча отвернулась к окну, а в голове возникло воспоминание.***Мне тогда было лет десять.

Внеочередное звание моего отца праздновали в ресторане. Тогда он только майора получил. За него радовались все даже его начальник подполковник Савинов. Хороший дядька. Часто бывал у нас дома, пока на пенсию не вышел. Папа прислушивался к его советам. Можно сказать они были друзьями.

И вот к ресторану в котором мы отмечали, подъехал чёрный внедорожник. Я стояла прилипнув к окну, внимая каждому движению этого роскошного блестящего автомобиля. Он плавно встал на парковку возле ресторана, а из него вышел молодой парень в чёрном костюме. Открыл пассажирскую дверь и помог выйти из машины девушке. Миловидная блондинка в шикарном красном платье и ярко накрашенными губами.

Егор притянул её к себе и поцеловал не отходя от машины, нагло шаря по ее попе и бедрам руками. Я следила за каждым его движением, а он направился ко входу. Увидев меня подмигнул и продолжил своё шествие. Только когда они зашли в ресторан я поняла, что это очередные гости. Да только, приглашал их не отец. Подполковник Савинов подошёл к молодому Егору и взяв его пол руку повёл к моему отцу.—;Алексей. Позволь тебе представить моего племянника. Егор. Юное дарование. Ты давно себе просишь напарника. Так вот, принимай пополнение.Подполковник приблизился к отцу и более тихо сказал.— Хочу чтобы ты его всему научил. Он талантливый, но слишком горяч.И похлопал парня по спине. Я смотрела как заворожённая на Егора и его вульгарную пассию.Весь вечер я следила за новым лицом на этой вечеринке. И поведение Егора не очень нравилось его дяде. Я застукала их в коридоре в самый разгар вечера. Но входить не стала услышав повышенный тон подполковника.— Тебе обязательно было тащить с собой эту... Особу?— А что такое, дядя? Я думал здесь все семейные. Разве нет?— Здесь уважаемые люди. А ты устроил балаган.Послышалась возня и я слегка выглянула из-за угла. Егор вырвал руку из хватки подполковника.— Вы сами с матерью решили. Всё решили за меня. Так пожинай плоды.Егор вышел в зал и направился к столу, а я всё глядела ему в спину боясь пошевелиться.Надо сказать, что не сразу у них с папой прекрасные отношения завязались. Пока Егор отца от пули не спас. Об этом потом мы на семейном обеде слышали и не раз. Егор на самом деле хороший парень, столько раз он нам помогал и папа всегда о нём хорошо отзывался. Егор относился к нему как к отцу. О чём открыто говорил всем нам.***Ты хочешь кушать, — голос Егора вырвал меня из раздумий.Да. Не откажусь.— Хорошо. Сейчас в кафе заедем. И надо передохнуть, до Москвы ещё далеко.

Я кивнула в ответ и снова уставилась в окно. Через пару километров мы остановились у придорожной гостиницы. Егор отправился внутрь на разведку, а я осталась в машине. Через пару минут он вернулся и помог мне выйти из машины.

Ужинали мы молча. Он даже не пытался поднять на меня взгляда. А я боялась посмотреть на него. На самом деле мне было противно, противно от самой себя. Казалось что всё моё тело грязное. Хотелось снять с себя кожу, но внешне мне приходилось оставаться уравновешенной. Хотя внутри всё протестовало и бушевало.

А уже через двадцать минут я стояла в душе гостиничного номера и тщательно тёрла себя мочалкой. Тёрла до тех пор, пока кожа не начала болеть. Я вышла из душа обмотавшись полотенцем и присела на кровать. Тупо смотрела в одну точку. Пока не подпрыгнула на кровати от неожиданности. В дверь постучали.— "Это нервы. Это всё нервы." — мысленно успокаивала я себя медленно подходя к двери.— Василиса, — раздался голос Егора.Я рванула дверь на себя. Он встретился со мной взглядом, а потом медленно стал спускаться ниже блуждая глазами по моей обнажённой коже. От его взгляда мне становилось жарко. Я должна засмущаться, должна чувствовать себя неловко. Но почему-то мне становилось страшно. Страшно от того что я испытываю к этому человеку. По телу бегут мурашки, а между ног словно пожар разгорается. И так и тянет накинуться на Егора с поцелуем.

Это был мимолётное желание, но отказать себе в этом я не могла. Кинулась Егору на шею и припала своими губами к его. Он на секунду замер. Просто стоял не шевелясь, а через мгновение приподнял меня за талию и переставил на два шага дальше от себя. Он едва облизнул свои губы и продолжил словно ничего и не произошло пару секунд назад.—Твоя мама звонила. Я сказал что ты со мной.—Он говорил мягко и нежно. А мне стало так неловко.Я смутилась и отвернулась, густо покраснев.— Не беспокойся. Я объяснил твоей маме всё.— "Ну и почему он такой до одури приятный. И что со мной творится?"— Ты как, — услышала снова голос Егора. Внимательно посмотрела на него.— Устала.— Отдыхай. Утром снова в путь.

Я кивнула и поспешила закрыть дверь. Мне было стыдно. Стыдно за всё разом. Казалось что все окружающие знали о моём недо изнасиловании.

После моего возвращения из Питера прошло две недели. Я понемножечку стала успокаиваться, отец и правда вернулся домой и все мои проблемы стали отходить на второй план. Новоявленный муж не давал о себе знать и я снова вернулась в привычное русло. Мне казалось что всё налаживается и о разводе можно будет подумать позже. Не хотелось пугать удачу. Утром, как обычно, встала в хорошем расположении духа. Всё прекрасно. Папа дома, у меня каникулы. И сегодня я должна пойти в торговый центр, чтобы купить себе платье. Ведь завтра у меня день рождение. Я созвонилась с Тамарой чтобы было веселее. После произошедшего в парке мы так с ней и не виделись, но созванивались довольно часто. Мне было очень легко и непринуждённо с ней общаться. Конечно же, после того что они сделали, об институтских подругах и речи не могло идти. Я никогда им не прощу такой подставы. Возможно они в этом и не виноваты, но сайт, с возможностью нахождения на ней зека, уже говорил о многом. С Тамарой я встретилась у подъезда своего дома.— Привет.Девушка распростёрла свои руки для объятий. Я охотно последовала её примеру.— Давно не виделись.— Да. И не говори. Как ты себя чувствуешь?Тамара единственная кто знал о случившемся в ИК-2. Я немного смутилась и постаралась сменить тему.— Давай не об этом. Хочу забыть всё как страшный сон.— Не мудрено. Ну да ладно, куда отправимся?Взяла Тамару под руку и мы пошли в ближайший торговый центр. Стоит отвлечься. По крайней мере я могу на некоторое время расслабиться и почувствовать себя свободной. Отметить день рождения. Мы поднялись на второй этаж и остановились у дорогого бутика одежды. Брендовые вещи, но сегодня мне хотелось чего-нибудь особенного. Всё-таки я праздную начало новой жизни. Конечно это только мне об этом известно, но всё же. Я перемерила кучу платьев устраивая дефиле для Тамары, но выбрала лишь одно единственное. Оно было то самое, неповторимое и только для меня. Целый день проведённый в примерочной дал о себе знать громким урчанием моего живота.— Нам срочно нужно перекусить, — хватая меня под руку, сказала Тамара и рванула к первой кафешке в торговом центре.

Мы присели за столик и уткнулись в меню. Я изучала блюда местного кафе, но у меня было стойкое ощущение, что за нами следят. Это чувство у меня появилось ещё в бутике, но я старалась его гнать. Хотя несколько раз осматривала пространство вокруг себя. Но не замечала ничего похожего на наблюдение. От вот снова это чувство тревоги и страха. Я снова осмотрела кафе и прилегающую к нему территорию.—Ты что будешь заказывать? Может... Ты чего, — поинтересовалась Тамара, увидев мой растерянный взгляд. Я посмотрела на подругу.— Да меня не покидает чувство, что за нами наблюдают.— Эй. Ты чего? Всё нормально.Потрепала меня за руку Тамара.— Этот кошмар в прошлом. Не парься.Но меня окатило ледяным потом. Ладошки моментально похолодели и увлажнились. У небольшого киоска спиной ко мне стоял парень. Его телосложение до жути напоминало мне Марата. Я практически потеряла дар речи и тупо смотрела на спину этого парнишки в спортивном костюме. Но парень обернулся и меня медленно стало отпускать. Нет. Он даже близко не был похож на Марата, улыбчивое лицо, светлые волосы и гладко выбрит.— У меня паранойя. Мне везде Марат мерещится.Тамара участливо погладила меня по руке.— Я с тобой. Всё будет хорошо.Я вздрогнула от громкого звонка своего мобильного. Тамара посмотрела на меня и скривилась в горькой улыбке. А я посмотрела на экран и приняла вызов.— Ало.— Ну что? Готовишься, — послышался бодрый голос Егора.— Да. Зашла с подругой в кафе.— Ну и хорошо. Тебя встретить?Последнее время Егор практически не оставлял меня одну. Он сопровождал меня по всюду. И в магазин и на тренировку и даже в поликлинику. Да я не особо сопротивлялась.— Не откажусь.— Ну тогда жди, я выезжаю.— Ок.Я сбросила вызов и сунула телефон в карман. А Тамара констатировала:— Ты слишком нервничаешь. Всё нормально.— Да. Наверное. Я стала дёрганая.Мы заказали пиццу и я постаралась расслабиться. В конце концов ведь ничего не произошло. Время подходило к вечеру, пицца была съедена и Егор вот-вот должен был подъехать на подземную парковку.

Мы с Тамарой, зашли в лифт и нажав нулевой этаж стали слушать тихую музыку сопровождение. Она что-то мне рассказывала о своих планах, а я пыталась не думать о дурном. Двери лифта распахнулись и мы вышли в подвальное помещение под сопровождение собственного эха. Но сделав несколько шагов я замерла.

На этот раз я не могла ошибиться. Это точно был он. Его грозный и суровый взгляд я не забуду никогда. Сейчас он мне казался зловещим, а когда-то я считала его красавчиком. Марат стоял возле своего огромного внедорожника расслабленно облокотившись на капот. Он что-то смотрел на экране своего телефона и поэтому меня не видел. Зато мне было его замечательно видно.

Мне бы бежать отсюда, а я и шагу не могу сделать. Стою как дура и пялюсь на него, пытаясь, побороть жуткое чувство страха. В одну секунду я услышала громкий звук телефона. Даже не сразу сообразила что это трезвонит мой мобильник.

Тамара подергала меня за рукав, а я как в замедленной съёмке наблюдала как ко мне приближаются двое мужчин. Один из которых был Марат, а второй Егор. Я была готова провалиться сквозь землю, но голос Тамары вывел меня из транса.— Это что оба твои?— Что?Перевела я взгляд на подругу. Как Егор хотел меня взять за руку, но услышал грозный голос Марата.— Нам пора, Василиса.Егор развернулся к Марату и загородив меня собой спросил.— Ты кто вообще такой?— Не твоё дело.Ответил Марат расправляя свои широченные плечи. В данный момент он мне шкаф напоминал.

Высокий, почти на голову выше Егора. И практически в полтора раза шире. Обстановка накалялась и я просто побоялась за Егора. Марату стоит один раз махнуть рукой и Егор улетит в другой угол. Я коснулась руки Егора и тихо вздохнула.— Егор, — начала я заикаясь. — Это Марат. Мой муж.Егор прищурился, а Марат всё так же грозно смотрел ему в глаза. Через секунду Егор повернулся ко мне и спросил.— Я могу тебя увезти. Он...— Нам нужно поговорить, — перебила я парня и вышла на встречу к своему мужу. Мы отошли в сторону на пару метров и Марат понизив голос почти до шёпота спросил:— Как дела у отца? Отпустили?Я внимательно вглядывалась в его голубые глаза высматривая в них настроение Марата. Хотя мой собственный пульс долбил где-то в висках.— Это ты? Ты поспособствовал его освобождению?— Умная девочка.— Едва ухмыльнулся он мне в ответ.— Мы прекрасно сможем ужиться вместе, если не будешь тупить. А попрощаешься со своими друзьями и поедешь домой.— Домой, — едва выдавила из себя.— Да.— И где... Этот дом.— Твой дом теперь рядом с мужем. Если ты забыла? То у нас контракт.— Ты забыл упомянуть, что ты находишься в тюрьме.Марат грозно посмотрел мне в глаза, а потом оскалился.— Разве это что-то меняет? Сейчас я здесь. Приехал забрать свою супругу. Или твоему отцу на воле надоело?Ком в горле только усиливался, а руки становились мокрыми и холодными. Я не могла допустить чтобы отца вновь арестовали. Мы только стали приходить в норму. Мама снова не переживёт этого ужаса. Поэтому я медленно приблизилась к Егору и тихо пролепетала.— Егор, мне нужно уехать с Маратом.— Ты не обязана, — попытался объяснить мне Егор.— Я хочу, — еле смогла я ответить. — Объясни, пожалуйста, моим родителям, что пока я поживу с мужем. Мы должны попробовать.Проглотила ком в горле и быстро развернулась. Мне нужно было как можно быстрее сесть в машину к Марату, пока я сама не передумала. Почти на ватных ногах я добралась до внедорожника мужа, он мне открыл дверь и помог сесть в салон. Егор рванул ко мне, но Марат его предупредил.— Не стоит усложнять ситуацию. Она сама едет со мной.Марат сел рядом и завёл машину, а через пару секунд мы тронулись в путь. Это напоминало мне кошмар. Казалось, что сейчас я открою глаза и окажусь в своей комнате, а это будет кошмарнфм сном. Посмотрела на своего мужа и тихонько начала:

— Я же могу попрощаться со своими родителями?— Зачем?— Я еду в другой город.— Ты сможешь навестить их позже.— Ну одежду, — попыталась снова образумить мужа. — Мне нужно собрать одежду.

— Я обеспечу свою жену всем необходимым.— Пожалуйста. Я ненадолго.Я коснулась его руки своей ладонью. Он посмотрел на мою руку и вытащив свою руку из моей хватки прошептал.— Хорошо. Заедем на пару минут.— Спасибо, — едва прошептала я и стала наблюдать за дорогой. Марат остановился возле моего дома и произнёс:— Я жду в машине.Я кивнула и стала подниматься по лестнице. Мне не понадобилось много времени, чтобы собрать чемодан. Обняла маму.— Я буду скучать.Мама только тихонько плакала. А отец твёрдо спросил:— Ты уверена, что он тот единственный?— Не попробую, не узнаю.Отец обнял меня и поцеловал в щеку.— Будь счастлива, дочка.Егор пока ещё не успел всё рассказать родителям и мне пришлось это делать самой, но так даже лучше. Я смогла попрощаться с ними и они будут уверены, что у меня всё хорошо. Я спустилась к Марату, на улице практически стемнело. Села в машину и мы двинулись с ним к нашей семейной жизни.Я посмотрела на Марата в свете фар он становился ещё мрачнее. А под горячую руку мне попадаться совершенно не хотелось, поэтому я притихла и молча сидела пока не уснула от мелькания мимо проезжающих машин. Приехали мы к особняку Гириева только на следующий день. Марат въехал на придомовую территорию, я хотела выйти из машины, но Марат остановил меня.— Не торопись.А ко мне на всём ходу летел огромный пёс. Массивный огромный Алабай песочного цвета. От одного его вида кидало в дрожь, а уж от лая сводило все внутренности. Его морда как раз заглядывала ко мне в окно. А это он ещё на задние лапы не вставал. И сидела я не в легковушке. Марат вышел из машины и потрепав этого медведя за ушком.— Арчи. Ну привет, дружище.Это животное вводило меня в шок. А Марат, тем временем, открыл мне дверь.— Выходи, вас нужно познакомить.— Нет.Замотала я головой. Марат подал мне руку.— Он здесь для безопасности. В том числе и твоей.— Скорее он для опасности, моей.Марат схватил меня за руку и практически выдернул меня из машины. Я едва успела сбежать с приступа машины на асфальт. А огромный пес практически упирался мне своей мордой в лицо. Угрозы я от него не видела, просто интерес. Но то что он наводил на меня ужас это было фактом. Марат поднёс мою ладонь к его морде и дал меня обнюхать.— Свои, Арчи. Свои.Пёс принюхался к моей руке, а потом громко фыркнул и полетел в противоположную сторону.— И давно он здесь?— Пару дней назад привёз. А то жёны пропадать стали. А я своим не разбрасываюсь.Я закусила губу понимая, что сейчас он говорит о моём побеге. Он проводил меня до дому.— Помнишь, где комната?— Да.— Иди отдыхай. Ужин в 17:00 не опаздывай.— Что?— Жду тебя к ужину в гостиной. У нас так принято.— У кого, у нас?— У нас в доме. Поэтому переоденься, прими душ и спускайся.И для пущей убедительности подтолкнул меня в спину рукой. Я поднялась к себе в комнату обнаружив, что у меня в шкафу есть одежда. Правда одежда была весьма своеобразная. Но куда деваться? Хотя вспомнила что у меня с собой было платье, что я купила в бутике накануне. Я достала платье и разложила его на кровати, а сама направилась в ванну. Только успела раздеться, как дверь ванной открылась и ко мне вошёл Марат. Я едва успела прикрыться руками. Но мой муж даже не отреагировал.— Что ты будешь на ужин?Я смотрела ему в глаза, но моё лицо пылало от яркого румянца на щеках. А он ждал моего ответа.— Я... Я... Не знаю.— Хорошо. Тогда скажу приготовить несколько блюд.Он развернулся и как ни в чём не бывало вышел из ванной. А я наспех вымылась и обернувшись полотенцем вышла из ванной. Времени ещё было предостаточно и чтобы хоть маленько отдохнуть я прилегла на кровать. Сама не заметила как мои глаза закрылись и я погрузилась в безмятежный сон. Проснулась я от хлопка входной двери. Я вздрогнула и подпрыгнула на кровати. Передо мной стоял разъярённый Марат, брови его почти сошлись на переносице и от этого он казался ещё мрачнее чем обычно.— Моей жене не позволительно заставлять меня ждать.Я машинально бросила взгляд на часы. Стрелки показывали 17:30.

Я встала с кровати и упёрлась руками в бока.— Ах, простите, ваше величество, что заставила вас ждать. Я устала в конце концов.По моей щеке легонько прошлась его ладошка приводя меня в чувства. Он ударил меня, не больно, скорее ставя меня на место. Показывая что главный здесь он. Скандалить не хотелось, да и не видела смысла.— Прости я сильно устала, — произнесла потупив взор.

Он ткнул в мою сторону пальцем и зашипел:— Для мусульманской жены ты слишком дерзкая. Я это исправлю, а сейчас я даю тебе пять минут одеться и спуститься вниз. Иначе будешь есть голая.Больше он не сказал ни слова, а просто вышел из комнаты. Я подавила слёзы обиды и наспех стала напяливать на себя платье. Убрала волосы в хвост и пошла вниз. Марат сидел за столом и медленно поедал стейк. Он лишь мельком взглянул на меня и его взгляд мне не понравился. Его голубые глаза потемнели и стали практически чёрными. Как такое было возможно я не знаю, но сейчас он походил на грозовую тучу, мрачную и сердитую. Я присела за стол и смотрела в свою тарелку.— Почему ты не ешь?— Не хочу.— Ты должна питаться.— Я не голодна.Он ударил по столу кулаком, а я подпрыгнула на стуле.— Ешь.Моментально схватила вилку и покидала в свою тарелку овощей. Кусок в горло не лезет, но нужно держать марку. Чтобы не злить мужа ещё сильнее. Я ковырялась в тарелке примерно пол часа. Выпила чай и поспешила уйти. Но снова Марат ударил кулаком по столу так что все приборы задребезжали.— Я тебя не отпускал.Повернулась к Марату.— Я могу уйти, — пролепетала дрожащим голосом. Мои руки моментально взмокли и похолодели. От его пристального взгляда становилось дурно.— Готовься к своей первой брачной ночи.От этих слов мне и вовсе поплохело. Что это всё значит? И как это он собирается делать? Пульс стучал в висках, а ноги не гнулись. Я едва смогла подняться в комнату. Всё разом нахлынуло на меня. Все воспоминания моей первой брачной ночи в ИК-2 снова мелькали перед глазами страшными картинками.

Немного ранее...

Стук колес поезда об рельсы отдалялся вместе с тем, как я покидал ворота ИК-2. Мой взгляд был устремлен вперёд, но мысли оставались где-то позади, в тех днях когда моя сестра была ещё жива и мы вместе играли и веселились с ней. С тех пор, много воды утекло, мир стал для меня другим, изменившись до неузнаваемости. Её смерть так сильно повлияла на меня. Однако, у меня был план, коварный план мести, который неотступно должен был соблюдаться, я возвращался на свою родину, которая ждала меня меня всегда. Моя семья, мать и отец что были мне рады.

Дорога до Дагестана была долгой, и время тянулось мучительно медленно. Пытался сосредоточиться на своих планах, на том, что мне предстояло сделать. Женитьба на Гуйе должна была стать первым шагом к новой главе моей жизни, но по мере того, как мы приближались к городу, всё больше сомневался. Гуйе была молода, слишком молода, всё чаще задавался вопросом, сможет ли она стать той женой, которую я себе представлял.

Но несмотря на все сомнения, всё же поехал к ней. Приехав к дому, где жила её семья, взял в руки маленькую коробочку с украшением и вошёл в дом. Отец Гуйе встретил меня на пороге, его лицо светилось гордостью и ожиданием. Он видел во мне выгодного жениха для своей дочери, и я понимал, что для него этот брак был вопросом чести.

В гостиной, под мягким светом лампы, увидел её. Она сидела тихо, опустив взгляд, и выглядела так, словно ей было всё равно, что с ней происходит. Моя рука инстинктивно сжалась в кулак, но я заставил себя расслабиться и улыбнуться.

— Привет, Гуйе, — начал, протягивая ей коробочку с украшением. — Я принёс тебе подарок.

Она подняла глаза и нерешительно взяла коробку. Её взгляд был пустым, как будто она смотрела сквозь меня, не видя.

— Спасибо, — прошептала она.

Я заметил, как отец Гуйе смотрел на нас с удовлетворением. Для него всё было решено, понял, что он не видит за моей улыбкой и её безразличием ничего, кроме будущего благополучия своей семьи.

— Нам нужно поговорить, — сказал, обращаясь к отцу девушки. — Я хотел бы поговорить с вашей дочерью наедине.

Отец Гуйе нахмурился, его лицо напряглось. Он явно не ожидал такого предложения и был возмущен.

— Но ведь это неприлично, Марат, — начал он, но я перебил его, стараясь сохранить спокойствие.

— Я не подойду к ней ближе, чем на два метра, клянусь, — сказал я. — Просто хочу задать несколько вопросов. Это важно.

Он колебался, но, наконец, неохотно кивнул и покинул комнату. Я остался наедине с Гуйе и, глубоко вздохнув, начал разговор.

— Скажи мне честно, Гуйе, ты хочешь выйти за меня замуж?

Она замерла, словно не ожидала такого вопроса. Её глаза затрепетали, и она медленно ответила:

— Мне очень повезло. Я стану женой такого уважаемого человека, как ты.

Я ощутил, как внутри всё оборвалось. Это не был ответ на мой вопрос, решил попробовать ещё раз.

— Я не об этом спрашивал, — сказал тихо, пристально глядя на неё. — Хочешь ли ты выйти за меня замуж?

Гуйе снова замерла, её взгляд стал ещё более растерянным.

— Это престижно для моей семьи стать частью семьи Гириева, — сказала она, наконец.

Я вздохнул. Она так и не поняла, чего я от неё хотел. Но в глубине души уже знал ответ на свой вопрос.

— Я спрашивал не о твоей семье и не о престиже. Я хотел узнать, хочешь ли ты этого сама, — сказал сдержанно.

Она не ответила, и я понял, что время для разговоров закончилось. Я поднялся с места и направился к выходу, оставив её сидеть в тишине.

Когда встретил взгляд её отца, на его лице было видно удивление.

— Свадьбы не будет. Я не женюсь на вашей дочери, — сказал решительно. — У меня уже есть жена.

Глаза отца Гуйе расширились от шока, но он быстро взял себя в руки.

— У тебя уже есть жена? — переспросил он, не веря своим ушам.

— Да, она живёт в Москве, — подтвердил. По правде говоря. Мне не хотелось объяснять почему отменяю свадьбу. — Думаю, что ваша дочь для меня слишком покладиста.

— А что в этом плохого? — спросил он, явно не понимая, в чём дело.

Я посмотрел ему прямо в глаза и сказал:

— Такая мне не подходит.

Его лицо исказилось от разочарования, но он ничего не сказал. Только кивнул, словно соглашаясь с тем, чего не мог изменить.

Вернулся домой, но на душе было тяжело. Мои родители с нетерпением ждали моего возвращения, отец ждал от меня действий. Я понимал, что в его возрасте уже хочется думать о внуках. И он уже готовился как будет баловать своих наследников. Едва переступив порог, понял, что разговоров не избежать.

— Как прошло? – спросил он меня у самого порога.

Замер, осознавая, что этот разговор принимает опасный поворот.

– Гуйе прекрасная девушка, но на роль моей жены она не подходит.

– Кто же тогда подходит?

– Отец. У меня уже есть жена.

Отец нахмурился и приподняв одну бровь спросил.

– Как это, есть жена?

– Я женился пару недель назад. Она из Москвы и ждёт меня в нашем доме.

– И ты молчал о таких новостях?

Отец обнял меня похлопав по спине. А потом более мягко продолжил.

– Ты обязан нас с ней познакомить. Мама будет рада.

Эти слова только напугали меня.

– Две недели. Целых две недели мой сын женат, а я ещё не знаком с его девушкой. Скоро уже внуки пойдут, а мы незнакомы.

От этих слов по моей спине пробежали мурашки.

— Внуки? — переспросил, стараясь скрыть замешательство.

— Конечно, — подтвердил отец. — Ведь брак подразумевает детей, не так ли?

Я не собирался спать с Василисой, моя свадьба с ней была лишь ходом в игре, чтобы сделать больно её отцу. Но вот теперь, столкнувшись с реальностью, понял, что все мои планы пошли наперекосяк.

— Я не думал об этом, — сказал, пытаясь выиграть время.

Но отец не успокаивался.

— Ты должен познакомить нас со своей женой, — настаивал он. — Мы с матерью приедем в гости.

Сердце упало. Ведь я даже не разговаривал с Василисой после свадьбы. Прошло уже две недели, и мне нужно было срочно что-то придумать.

— Хорошо, приезжайте на следующей неделе, — ответил, стараясь скрыть свою тревогу. — Пока нам нужно подготовить дом и, конечно, Василису.

Отец удовлетворённо кивнул, понял, что отсрочка была всего на неделю. Но эта неделя могла стать решающей.

***

Едва выйдя из дома, сразу направился в Москву. Время поджимало, и мне нужно было как можно быстрее вернуть Василису себе. Имея нужные связи найти её оказалось несложно: выяснил, где она находилась, и отправился прямо туда.

Торговый центр был оживлённым, но я не обращал внимания на суету вокруг. Мои мысли были сосредоточены на Василисе и на том, как вернуть её домой. Припарковался, проверил телефон и начал решать дела, которые накопились за время моего отсутствия. Но мои размышления прервал звонок телефона. Поднял взгляд и увидел её.

Василиса стояла у выхода из торгового центра, и к ней приближался какой-то парень. Увидел, как её лицо изменилось — она узнала меня, и в её глазах появился страх. Правильно, что боится, подумал. Это значило, что она знала, на что я способен.

Не теряя времени, подошёл к ней. Парень, заметив меня, хотел выяснить отношения, а Василиса застыла на месте, как окаменевшая. Я не видел в этом парне конкурента. Ничего особенного, но он явно проигрывал мне и в весе и в росте.

— Нам пора, Василиса. — сказал холодно, указывая на машину.

Она хотела возразить, но стоило напомнить ей про её отца перестала сопротивлятся, зная, что это бесполезно. Всю дорогу до дома мы молчали. Я чувствовал, как она несколько раз пыталась уснуть, но всякий раз просыпалась и снова погружалась в свою тихую безмолвную тоску.

Когда мы приехали, решил, что будет лучше, если она приведёт себя в порядок. Мы зашли в дом, и я, предупредил её, что в 17:30 ужин. Она не ответила, просто ушла в свою комнату, а я остался в коридоре, прислонившись к стене. Но вспомнив, что не спросил что она будет на ужин поднялся к ней в комнату.

Совершенно не думая о том что она может быть раздета. Залетел в ванную даже не постучав. Девушка в испуге повернулась ко мне лицом. Её испуганный взгляд, её тело, дрожащие руки прижимающие к груди полотенце. Всё это стояло перед глазами, не мог выбросить это из головы. Злость переполняла меня, но ещё больше злился на самого себя.

Она выглядела потрясающе. Такая скромная и в то же время просто сногсшибательная. Что-то невнятное промямлил ей и поспешил покинуть её комнату, стараясь унять свои мысли. Почему она так на меня действует? Вся ситуация была неправильно понятой с самого начала, но теперь, когда она здесь, чувствую, как всё выходит из-под контроля.

Дом казался мне тесным, несмотря на его простор. Мысли о Василисе не давали покоя, понимал, что это — опасная игра, в которой ставки становятся всё выше. Мне стоило охладить свой пыл, унять скачущий пульс. Я зашёл к себе и пошёл в душ. Встал под прохладные струи и долго стоял смотря в одну точку. Что происходит со мной в последнее время? Как всё стало рушится? У меня был прекрасный план. Но видимо Артём был прав и я не заточен под это.

Когда спустился в гостиную, ужин был уже на столе, но Василисы не было. Посмотрел на часы: прошло уже двадцать минут. Сперва решил, что подожду ещё немного, но, когда прошло полчаса, почувствовал, как во мне закипает раздражение, решился подняться наверх.

Когда открыл дверь её спальни, то увидел Василису спящей в кровати. Она была так безмятежна, что я остановился, чтобы полюбоваться ею. Её лицо, такое спокойное и невинное, почти не соответствовало той злости и отчаянию, которые видел в её глазах при встрече.

Полотенце небрежно задралось оголяя её стройные и красивые ноги невольно задержал взгляд на её округлостях. Вспоминая тот проклятый вечер, когда она стала моей женой. Сколько боли было в её глазах. Вспомнил как аппетитная грудь терлась о мою вызывая бурю эмоций. В тот момент я хотел её, хотел всем своим нутром. Вновь посмотрел на её растрёпанные по подушке волосы, перевёл взгляд на потрясающую талию и стройные ноги.

«Чёрт, она действительно красива», — подумал. Мягкие линии её тела, её бледная кожа, такие непривычные для меня черты...

Почувствовал, как напряжение нарастает во мне с каждой секундой, она вызвала во мне волну желания, которую едва смог подавить. Но, вместе с этим, чёрт возьми, она меня злит. Злит до боли. Она вызов для меня, чувствую, как этот вызов заводит меня всё больше. В этот момент осознал, её непохожесть на других женщин, которых я знал. Но не мог позволить себе поддаться этому чувству.

Громко хлопнул дверью, чтобы разбудить её. Василиса вскочила на кровати, глаза распахнулись в испуге, когда она увидела меня стоящим на пороге. Чтобы скрыть своё желание. Нацепил на себя маску этакого мусульманина. Судорожно вспоминая, о наших обычаях и традициях.

Попытался ей указать на её мммместо, но её глаза сверкнули вызовом, и это вызвало во мне смешанное чувство — злость и, одновременно, восхищение. Она не боялась, не сдалась, и это пробуждало во мне странное чувство уважения к ней. Вместо этого подошёл ближе и склонился к ней, чтобы она могла почувствовать, насколько серьёзны мои намерения.

— Ты — моя жена, — произнёс медленно и отчётливо. — И ты будешь вести себя так, как я скажу. У тебя есть пять минут чтобы одеться и спуститься вниз. Иначе будешь ужинать голой.

Её глаза сузились, но она промолчала. Видел во взгляде вызов, но она не пошла дальше. Возможно, поняла, что зашла слишком далеко.

Выпрямился и вышел из комнаты, чувствуя, как внутри меня всё кипит от эмоций, которые не хотел признавать. Это была не просто злоба, это было что-то большее, что-то, что я никак не мог контролировать.

Вернувшись в гостиную, сел за стол и начал есть, но мысли о Василисе не давали мне покоя. Каждая минута её отсутствия раздражала меня всё сильнее. Хотел, чтобы она была здесь, рядом, и одновременно не мог вынести её присутствия. Это был парадокс, который сводил меня с ума.

Прошло несколько минут, прежде чем услышал её шаги на лестнице. Поднял голову и увидел, как она спускается в гостиную. На ней было платье, которое не могло оказаться в её гардеробе. Я его не покупал. Оно подчёркивало её фигуру, но при этом едва прикрывало тело. Каждый шаг, каждый жест выглядели настолько соблазнительно, что почувствовал, как внутри всё напряглось.

Она подошла к столу и села напротив, не поднимая глаз. Наблюдал за ней, не скрывая своего внимания. Она ничего не ела, только молча смотрела на свою тарелку.

– Почему ты не ешь?– Не хочу.– Ты должна питаться.– Я не голодна.

— Ешь, — приказал, чувствуя, как раздражение нарастает с каждым её движением.

Она не ответила, лишь слегка повела плечом, словно пытаясь избавиться от моего взгляда. А потом нехотя взяла вилку и начала ковыряться в еде, но её движения были настолько ленивыми и небрежными, что понял — она не собиралась меня слушаться. Это вывело меня из себя окончательно. В довершение всего она просто встала из-за стола и попыталась смыться. Ударил кулаком по столу так, что тарелки подпрыгнули на месте.

— Когда я говорю, ты делаешь! — зарычал, чувствуя, как ярость захлёстывает меня.

Она подняла на меня глаза, и в её взгляде увидел не страх, а вызов. Это было как раз то, что мне не нужно было видеть. Она злила меня, доводила до белого каления, но, чёрт возьми, я хотел её. Это желание было настолько сильным, что едва мог его сдерживать. С трудом сдержался, чтобы не сорваться на неё, не сказать чего-то, о чём потом буду жалеть.

— Я могу идти?

Эти слова были словно вызов. Её спокойствие, её холодность действовали мне на нервы. Взял себя в руки и, не отрывая от неё взгляда, медленно произнёс:

— Готовься к нашей первой брачной ночи.

Видел, как в глазах мелькнуло что-то, что могло быть страхом, но она тут же скрыла это за маской безразличия. Она медленно кивнула и вышла из гостиной, оставив меня наедине со своими мыслями.

Когда закончил есть, то поднялся наверх, чувствуя, как каждый шаг отдаётся в голове тяжелым эхом. Стоял перед её дверью и думал о том, как всё зашло так далеко. Но одна мысль не давала мне покоя: я хотел её. Хотел, чтобы она была рядом, принадлежала мне.

Открыв дверь, вошёл в комнату. Василиса стояла у окна, спиной ко мне. Её силуэт, освещённый лунным светом, был словно вырезан из мрамора. Я подошёл ближе, и она, услышав мои шаги, обернулась.

— Ты готова? — спросил, пытаясь скрыть волнение в голосе.

Она посмотрела на меня с такой хладнокровностью, что на мгновение почувствовал, как земля уходит из-под ног.

— Ты действительно этого хочешь? — тихо спросила она, её голос звучал так, словно она знала, что ответит за меня.

Молчал, не зная, что сказать. Это был момент истины, когда все наши маски могли бы упасть, но я не мог позволить себе показать слабость.

— Да, — ответил, чувствуя, как внутри всё закипает.

Она повернулась обратно к окну, подошёл к ней вплотную, чувствуя тепло её тела. Моя рука поднялась, чтобы прикоснуться к плечу, но она отступила на шаг, избегая прикосновения.

— Почему ты так делаешь? — спросил, чувствуя, как внутри всё бурлит от раздражения и желания.

— Потому что это не любовь, — тихо ответила она, её голос был едва слышен. — И ты это знаешь.

Эти слова резанули по сердцу. Она была права, и я знал это. Но признать это было бы слабостью, которую я не мог себе позволить.

Схватил её за плечо, развернув к себе, и посмотрел в глаза. В них было столько боли, столько непонимания, что почувствовал, как что-то внутри меня ломается.

— Почему ты так уверена? — спросил, стараясь не поддаваться эмоциям.

Её глаза встретились с моими, увидел в них ту же смесь решимости и страха, что и раньше. Василиса не отвела взгляд, и это меня злило и одновременно восхищало. Как она могла быть такой сильной, несмотря на все обстоятельства?

— Потому что любовь — это не то, что можно заставить, — её голос был твёрдым, но едва слышным, как шелест листьев на ветру. — Ты можешь заставить меня быть здесь, но ты не можешь заставить меня любить тебя.

Отпустил её плечо, и она тут же отступила на шаг назад, словно это было спасением от того, что должно было произойти. Но я не мог так просто сдаться. Внутри меня боролись противоречивые чувства: с одной стороны, я хотел её, а с другой — понимал, что это желание может убить меня самого.

Хотел сопротивляться жгучему желанию, что терзало меня в глубине души. Но скорее всего сказывалось мое долгое воздержание. Приблизился к Василисе практически в плотную и аромат её тела защекотал мои рецепторы. От неё пахло вишней, такой знакомый с детства аромат. Чувствовал тепло её тела через рубашку, но прикоснуться не торопился. Слишком остро чувствовалось напряжение. И мне бы взять её силой, быть грубым. Ведь это требовал мой план. Но тихий голос топил мой лёд.– Будь, пожалуйста, нежнее.— "Твою, мать. Что мне делать?"Все вопросы отошли на задний план, стоило ей только развернуться ко мне лицом. Не давая себе отчёта просто потянулся к её губам. Она едва приоткрыла ротик и я вторгаться внутрь. В тот момент даже забыл, кто она. Зачем здесь находится. И даже то, что я не целуюсь во время секса. Её губы сводили меня сума, заставляя трепетать каждую клетку моего тела. А что ещё нужно голодному мужчине.

Мои руки сжали её талию и нащупав молнию потянули бегунок вниз. Замок издал характерный звук и края платья стали разъезжаться в стороны оголяя прекрасную фигуру. Сумев на секунду совладать со своими мозгом, поспешил освободить её от ненужного тряпья. Пытаясь причинить боль, напугать. Но едва она посмотрела на меня испуганными глазами мой здравый смысл давал сбой. И я начинал жить чувствами.

Взял Василису на руки и донёс до кровати. Аккуратно укладывая на белоснежные простыни. Она инстинктивно прижала руки к груди закрывая своё кружевное бельё. О, Алах, на сколько же она была скромна. В одну секунду, до меня дошло, что она же девственница. Тогда на аукционе мы договаривались о покупке той самой заветной и единственной. Потянулся к застёжке её бюстгальтера и снял его отшвыривая в сторону, девушка тут же залилась ярким румянцем. Розовые щёки придавали ей особую красоту. Она сжалась в комочек когда мои руки потянулись к её стрингам.

В моём мозгу мелькнула мысль, что если

хочу чего-то от неё получить, то придётся постараться. На самом деле мне даже нравилось, то что она сама невинность. У меня не было девственниц за все мои 34 года. Но я чётко знал что женой у меня будет девочка. Таково моё воспитание. Это мне привили с молоком матери.

А теперь я наблюдаю как глупый, несмышленый котёнок привыкает к своему новому дому. То щериться, то пугается, а то замирает словно в панике. Провёл своей рукой по внутренней стороне бедра и она ещё больше сжалась. Но лежала смирно, стараясь даже не шевелиться. Решил что придётся немного повременить и начал расстёгивать свою рубашку. Она нервно сглотнула, но следила за каждым моим движением.

Пытался вспомнить хоть какую-то информацию о невинности. Вспомнил, что где-то читал, что если девушка достаточно возбуждена, то всё пройдёт успешно. Но стоило мне полностью раздеться, как Василиса раскрыла свои глаза и стала походить на испуганную лань. Её глаза увеличились, а рот приоткрылся в немом изумлении. Хотя через секунду из её рта вырвалось.– Мамочки.Ну что мне оставалось делать? Прилёг с ней рядом и нежно коснулся рукой в том самом месте. Мои губы нежно покрывали шею поцелуями, а руки массировали нежный бугорок в самом центре её ножек. Я знал как доставить девушке удовольствие. Не первый год на любовном фронте. Но моя жена лежала не шевелясь. Сначала подумал, что она в шоке. Но стоило моим пальцам толкнутся внутрь почувствовал, что Василиса истекает соками. Но не может даже шелохнуться от сковавшего её страха. Моя рука прошлась по груди и сжала сосочек.– Мммм.Наконец-то застонала Василиса мне в ухо. Нужная кондиция была достигнута. Мой член был словно каменный и ужасно болел требуя разрядки. Я устроился у неё между ногами и упёрся во влажный вход.

Стоило мне толкнуться внутрь, как её глаза расширились, а голова замоталась по подушке. Если бы не придавливал её собственным телом, она точно бы сквозанула из-под меня в другую комнату. Замер давая ей привыкнуть к моему размеру.– Шшшшш, — успокаивающе зашептал ей на ушко.— Сейчас всё пройдёт.

Моя рука нежно щекотала заднюю сторону её шеи, а губы целовали скулы.— "И чего я вдруг вожусь с этой пигалицей? Взял её и дело с концом."Уговаривал сам себя, пока не понял, что Василиса вновь расслабилась получая удовольствие. Надавил своими ногами на бёдра, заставляя шире развести ножки и вошёл до упора.— "Какая же она узенькая?"Наслаждаясь ощущением тесноты её горячей влаги понял, что она плачет. По нежным щекам бежали слёзы. Она тихо всхлипывала, облизывая солёные губы. И что за чёрт? Ну почему, почему мне хочется её пожалеть? Поцеловал глазки, носик, щёчки перешёл на губы, сам того не замечая как жадно поедал её своими губами. Я начал своё движение бёдрами стараясь не прерывать поцелуй.– Ммм.Простонала Василиса и попыталась выкарабкаться из-под меня. Придавил своим весом и пригрозил.— Отшлёпаю.Девчонка снова округлила глаза.— Расслабься, так быстрее пройдёт.

А через некоторое время заметил как моя жена рвано задышала, хватаясь за мои плечи руками, увеличил темп и даже смог получить удовольствие от этого квеста. Василиса прикусила губу и вцепилась в мои плечи сжимая меня своими стеночками. Мне только этого и надо было. В секунду выстрелил внутри неё. Только спустя мгновение понял, что мы с ней были без защиты.— "Да и плевать. Отец давно ждёт внуков."Скатился с жены и только хотел обнять, как понял что она уже спит. Так нежно посапывает своим носиком. Ей сегодня было тяжело. Слишком многое на неё навалилось. Встал с кровати, напялил на себя свои шмотки.Посмотрел на неё в очередной раз решил оставить её в покое, по крайней мере на сегодня.

Проснувшись, я почувствовала себя растерянной, словно очутилась в незнакомом месте. Глаза ещё не открылись, но я уже осознавала холодную реальность, которая окружала меня. Простыни на ощупь были мягкими, но от этого они не становились уютными, словно сама материя впитала в себя этот неприветливый дом. Моя голова гудела от тревожных мыслей, но прежде чем я успела осмыслить происходящее, дверь в комнату с грохотом распахнулась, и я увидела его — Марата.

— Вставай, — его голос был твёрдым, но лишённым гнева, просто приказ. Он швырнул мне на кровать халат, и я почувствовала холод ткани, когда она коснулась моей кожи. — У тебя десять минут, чтобы привести себя в порядок. Ты должна научиться быть в этом доме хозяйкой.

Хозяйкой... Я мысленно повторила это слово, которое звучало почти как издевательство. Как я могу быть хозяйкой в этом доме, где даже стены дышат его присутствием, где каждый предмет напоминает о том, кто здесь настоящий хозяин? Но я молчала. Спорить с ним было бы бессмысленно. Мой муж, фактически силком, меня притащил в свою берлогу.

— Я никогда не буду хозяйкой здесь, — прошептала я так тихо, что даже сама едва услышала свои слова. И разве можно быть хозяйкой в собственной тюрьме?

Он продолжал говорить, его голос звучал спокойно и размеренно, словно объяснял что-то само собой разумеющееся:

— На следующей неделе приезжают мои родители. Ты должна научиться быть покорной женой и прекрасной хозяйкой. Это важно.

Он и правда сейчас требует от меня покорности? С его умом всё нормально? Привёз меня к себе, заточил в темницу, а сейчас требует чтобы я подчинялась?

С вызовом посмотрела ему в глаза.

— А что, если я не хочу быть покорной? — я не могла сдержаться, слова вырвались прежде, чем я успела подумать.

Марат замер на мгновение, потом его глаза сузились, и я увидела в них холодный блеск. Его взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Если ты не научишься подчиняться, — он медленно произнёс каждое слово, как будто вырезал их на камне, — то страдать будешь не ты, а твой отец. Я могу это устроить.

Я долго смотрела ему в глаза, просто молчала, испытывая его на прочность. Внутри меня закипала ярость. Как он смеет угрожать мне? Как он смеет использовать моего отца, чтобы манипулировать мной? Но я знала, что в этом противостоянии у меня нет шансов.

Марат не был тем человеком, кто отступает. Он привык к тому, что мир следует его правилам, и от меня ожидал того же. Но как он ошибается в этом. Я своих родителей-то не слушаю с самого детства. А его и подавно. Но я не торопилась озвучивать свои мысли в слух. Пусть считает что он победил.

— Я жду тебя внизу через десять минут, — он резко развернулся, направляясь к двери. — Иначе я приду в твою комнату и ты очень пожалеешь об этом. Наказывать я умею.

Я смотрела ему вслед, гадая, что за наказание он мог иметь в виду. Но, несмотря на то, что его угрозы меня не пугали, я не решилась проверять, что они означают. Я нехотя надела халат, чувствуя себя словно в чужом обличье. Подошла к шкафу, вновь провела по скромным одеяниям что висели в шкафу. Откуда они здесь я не знаю, хотя могу догадаться, что Марат решил просто поиздеваться надомной и сделать своей рабыней. Озвучивая и показывая свои правила. Все вещи были однотипные и безвкусные. Ткань была скромной, строгой, напоминающей мусульманский наряд, как будто это должно было подчеркнуть моё новое положение в этом доме. Я вздохнула и подошла к зеркалу, прикладывая к себе вешалки с тем что выбрала, пытаясь хоть немного прийти в себя.

Минуты тянулись невыносимо долго. Я могла бы заставить его ждать, могла бы устроить сцену или просто запереться в комнате, но что это изменило бы? Я была в его доме, в его власти. И если даже я не боюсь его, то боюсь за своего отца. Это ощущение беспомощности давило на грудь, как тяжёлый камень.

Когда я спустилась вниз, у подножия лестницы меня встретил Марат. Его глаза оценивающе скользнули по моей фигуре, и я почувствовала, как в груди снова поднимается волна протеста. Но заставила себя держаться. Его взгляд блуждал по моему телу, словно он хотел показать, что он мой хозяин.

— Следуй за мной, — сказал он, не дожидаясь ответа.

Он повёл меня по дому, словно гид по музею, рассказывая о каждой комнате, о каждом предмете мебели, будто это имело для меня какое-то значение. «Ты должна стать хозяйкой здесь», — снова и снова твердил он. Я шла за ним, стараясь не смотреть на него, не замечать его присутствие, но это было невозможно. Его аура, его сила заполняли собой всё пространство вокруг нас.

Когда мы добрались до кухни, он остановился и повернулся ко мне.

— Это твоя новая задача, — произнёс он, бросив взгляд на собравшихся слуг. — Отныне ты будешь управлять ими. Они будут исполнять твои приказы.

Он говорил это так, словно награждал меня каким-то особым правом. Я не могла поверить в то, что слышала. Управлять прислугой? Я, которая сама чувствовала себя здесь пленницей?

— Вы должны слушаться Василису так, как слушаетесь меня, — добавил он, его голос прозвучал громче и увереннее. Слуги кивнули, никто не осмелился возразить. Они знали, что лучше не противоречить хозяину дома.

Пока мы продолжали экскурсию по дому, я старалась держаться ровно, не показывать своей растерянности. Но мои мысли были далеко. Я пыталась найти выход из этой ситуации, но вокруг были только стены, закрывающие все пути.

Внезапно я почувствовала лёгкое дёрганье за подол платья. Я остановилась и опустила голову, чтобы увидеть, кто это. Передо мной стоял маленький мальчик, на вид не старше трёх лет. Его большие глаза смотрели на меня с любопытством.

— Привет, — сказала я, присаживаясь на корточки и протягивая ему руку. — Как тебя зовут?

Мальчик немного смутился, но потом тихо произнёс:

— Егор Атёмович.

Я не смогла сдержать улыбку. Этот мальчуган сразу приглянулся мне. Он был такой непосредственный, такой настоящий, в отличие от всего вокруг. Но я не могла понять, откуда он здесь. Во дворе этого дома был огромный пёс, который, казалось, готов был растерзать любого, кто осмелится нарушить границы его территории.

Мой взгляд перехватил Марат, который тоже заметил мальчика.

— Эээ... Вот так сюрприз, — в его голосе прозвучали нотки тёплого удивления. — Егорка, привет!

Они обменялись каким-то странным, но явно привычным для них приветствием. Егор звонко рассмеялся, и я увидела, как тепло он относится к Марату. Эта сцена поразила меня до глубины души. Я наблюдала за ними и не могла поверить своим глазам. Марат, этот холодный и неприступный человек, который ни разу не показал мне своей доброты, теперь был с этим мальчиком совершенно другим. Он был настолько открыт и сердечен, что я невольно задумалась о том, каким он был бы отцом. Это невольно вызвало у меня улыбку. Но я быстро взяла себя в руки.

Но кто был этот мальчик? Пока я обдумывала это, в комнату вошёл высокий мужчина лет тридцати пяти. Его лицо было суровым, жёстким, с чёткими чертами. Он вежливо поздоровался со мной, но что-то в его взгляде вызвало у меня беспокойство. Этот человек не вызывал доверия. Вслед за ним вошла молодая женщина, немного старше моего возраста. Она была полной противоположностью этому мужчине — её лицо излучало доброту, и я почувствовала, что могу ей доверять, хотя и не понимала, почему.

— Это мои друзья, — объяснил Марат, заметив моё замешательство. — Артём и Ли́са. Артём — мой деловой партнёр, а Ли́са — его жена. Егор — их сын.

Я кивнула, стараясь скрыть свои эмоции. Ли́са улыбнулась мне, и я ответила ей на улыбку, хотя чувствовала себя неуютно. Марат тем временем уточнил, что ему нужно поговорить с Артёмом в кабинете.

— А ты угости гостей чаем, — добавил он, бросив на меня суровый взгляд, полный скрытого вызова.

Я встретила его взгляд, не отводя глаз, и несколько долгих секунд мы молча изучали друг друга. Но его взгляд был непреклонен. Я знала, что в этом поединке я проиграю, и потому нехотя подчинилась.

— Хорошо, — ответила я, голосом, в котором звучал скрытый вызов. — Я распоряжусь.

Я поторопилась уйти на кухню. Марат тепло обнял своих друзей, а я не понимала как он быстро превратился в совершенно другого человека.

— Это та самая девушка? — услышала я шёпот Ли́сы, обращённый к Марату, когда я выходила из комнаты.

— Да, это она, — ответил Марат, не оборачиваясь.

Внутри меня что-то перевернулось. «Та самая девушка»… Что они знали обо мне? И почему именно я? Слишком много вопросов, на которые я не знала ответов. И теперь, я вдруг почувствовала непреодолимое желание узнать больше.

Я спряталась за углом, прислушиваясь к их разговору. Друг Марата начал разговор первым. Голос Артёма звучал приглушённо, но достаточно громко, чтобы я могла различить его слова:

— Ты всё-таки решился на эту авантюру?

Мне показалось, что Артём был расстроен этим фактом. Авантюра? Что за авантюра? Меня окутывало чувство тревоги, усиливающееся с каждым их словом.

— Не совсем авантюра, — ответил спокойно Марат, и я почти могла представить, как он в этот момент поджимает губы в своём привычном строгом выражении лица. — Василиса моя единственная жена. И других не будет.

Моё сердце пропустило удар. Его слова прозвучали как обещание, как клятва, которую он дал самому себе. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, но не от горя, а от странного, необъяснимого чувства, которое я не могла назвать. Это было что-то между надеждой и отчаянием.

— Поздравляю, — услышала я голос Артёма. — И как тебе семейная жизнь?

— Не очень, — сухо ответил Марат. — Всё слишком сложно. Пока я не знаю что мне делать.

– Ты всё равно не отказался от своего плана?

Словно холодная вода пролилась мне на душу. А Марат тянул с ответом. Слишком сложно… Не отказался от плана... Его слова резанули по сердцу, оставив болезненный след. Как могла я надеяться на что-то большее? На тепло, на любовь, когда он сам признаёт, что наша жизнь — это всего лишь сложность, которую ему приходится терпеть?

Я больше не могла слушать этот разговор. Тяжесть слов Марата подавляла меня, и я медленно отступила от двери, стараясь не выдать своё присутствие. Внутри бушевал ураган эмоций — горечь, злость, разочарование. Мне казалось, что я в пустыне, одиноко борюсь с призраками надежд, которые сама же себе создала.

Когда я вернулась на кухню, чтобы отдать последние распоряжения, руки предательски дрожали. Я попросила подать чай на двоих и затем, вспомнив о Егоре, добавила:

— И принесите сладости для ребёнка.

Пытаясь восстановить своё спокойствие, я вернулась в гостиную. Мужчины уже отправились в кабинет. А Ли́са сидела на диване, смотрела в окно, словно ждала моего возвращения. Услышав мои шаги, она повернулась ко мне с той же доброжелательной улыбкой, которая, казалось, всегда украшала её лицо.

— Как тебе живётся в новом доме? — спросила она, и в её голосе прозвучала неподдельная забота.

Этот вопрос застал меня врасплох. Как мне живётся? Как я могу ответить на это? Я не могла сказать правду, но и лгать не хотела.

— Жить можно, — ответила я уклончиво, пытаясь скрыть горечь в голосе. — Если бы не сосед из противоположной спальни.

Ли́са звонко рассмеялась, её смех был искренним, но в нём я уловила что-то ещё, что-то большее, чем просто веселье. Она внимательно посмотрела на меня, а затем серьёзно сказала:

— Марат совсем не такой, каким кажется на первый взгляд. Он очень добрый и порядочный человек. Уж я это точно знаю, не зря ведь сделала его крёстным для своего сына.

Её слова поразили меня. Я попыталась понять, что она имела в виду. Добрый? Порядочный? Как это может быть? Передо мной стоял образ человека, который был мне чужд, холоден и неприступен. Как она могла видеть в нём то, чего я не видела?

Прежде чем я успела задать ей вопросы, в гостиную вернулись Марат и Артём. Они говорили о деловых вопросах, их разговор был сухим, деловым, и я поняла, что для них это было очень важно, важнее всего. Лиза улыбнулась, когда увидела их, и Егорка, подбежав к Марату, попросился на руки. Марат с удовольствием подхватил его и начал кружить по комнате. Я смотрела на это и не могла понять, что творилось у меня в душе. Зависть, восхищение, страх — всё смешалось воедино.

— Кажется, Егор любит своего крёстного больше, чем родного отца, — заметил Артём с лёгкой улыбкой.

Лиза подошла к мужу и обняла его за талию.

— Не говори глупости, — мягко ответила она, а затем повернулась к Марату и мне: — Кстати, Марат, мы хотели пригласить вас к нам на ужин в выходные. Как вам идея?

Марат нахмурился, его взгляд мгновенно потемнел. Я почувствовала, как напряжение снова возвращается.

— Это не очень удачная идея, — произнёс он, бросив короткий взгляд в мою сторону.

Артём хлопнул его по плечу, словно пытаясь развеять его сомнения.

— Это прекрасная идея, друг мой. Нам всё равно нужно будет обсудить результаты работы. А заодно и отдохнём в семейной обстановке.

Марат перевёл взгляд на меня. Его глаза изучали моё лицо, и я поняла, что от моего ответа может зависеть многое. Я смотрела на него, пытаясь скрыть своё беспокойство. Ужин в компании его друзей мог бы стать возможностью узнать больше о Марате, понять, что кроется за его холодной маской. Но в то же время меня пугала перспектива провести ещё больше времени с ним наедине, особенно если учесть его непредсказуемость. Его вспыльчивость и угрозы.

— Хорошо, мы придём, — наконец ответил он, к моему удивлению. — И приглашаем вас к нам на следующие выходные. Как раз приедут мои родители, и мы устроим праздничный ужин.

Я попыталась улыбнуться, но это вышло слабо и натянуто. Моя главная цель на данный момент была провести меньше времени с Маратом, но вместо этого меня вовлекали в его жизнь всё глубже и глубже.

Марат подошёл ко мне и протянул руку, чтобы помочь подняться с дивана. Этот жест удивил меня. Он был настолько непривычен, что я замерла на мгновение, раздумывая, стоит ли принимать эту помощь. Но его взгляд был непроницаем, и я не смогла понять, что скрывалось за его неожиданным проявлением вежливости. Наконец, я положила свою руку в его, и он мягко помог мне встать.

Мы вместе проводили друзей до двери, и Марат, к моему ещё большему удивлению, обнял меня за талию, когда они прощались. Я снова почувствовала его руку на своём теле, и это вызвало во мне смешанные чувства — отвращение и странное притяжение. Но стоило дверям закрыться, как Марат снова стал холодным, его тепло исчезло так же внезапно, как и появилось.

— Мне нужно поработать, — бросил он на ходу, направляясь к своему кабинету. — Ты можешь отправляться в свою комнату.

Я стояла в пустой гостиной, слыша, как его шаги удаляются. Ощущение одиночества и отчуждения окутало меня, и я поняла, что снова остаюсь одна со своими мыслями и чувствами. Этот дом, этот мужчина — всё это было чуждо и непонятно, как и моя собственная жизнь, которая, казалось, была продана на аукционе судьбы. Том самом в который я была вовлечена своими одногруппницами, за что я их ненавидела. И теперь мне предстояло разобраться, что делать с этой странной и пугающей свободой, которую мне предоставили.

Я 

стоял у лестницы и ждал, когда Василиса спустится. В голове был хаос. Вчера вечером я позволил себе слабину. Вновь дал ей увидеть, что она влияет на меня больше, чем я готов признать. Чёрт возьми, как же она меня злит! Её самодостаточность и спокойствие раздражают, но именно этим она меня и привлекает. Её сочетание страсти, вызова и нежности сводит меня с ума. Я хотел быть грубым с ней сегодня утром, и, кажется, у меня получилось. Увидев растерянность в её глазах, я почувствовал, что попал в точку. Но стоило ей появиться в моём поле зрения, как все мои планы на грубость пошли прахом.

Василиса спускалась по лестнице, и я невольно залюбовался её образом. На ней был мусульманский наряд, который подчёркивал её изящество. Она выглядела восхитительно. Я злился на себя за то, что не могу скрыть своего восхищения. Ведь мне нужна покорная жена, а не эта дерзкая красавица, которой, кажется, плевать на мои правила.

Но кого я пытаюсь обмануть? Грубость была лишь маской, за которой я прятал своё смятение. Моё сердце билось быстрее каждый раз, когда я видел её. Нужно было действовать. Я отвёл взгляд от её прелестей и сосредоточился на предстоящем дне.

— Пошли, познакомлю тебя с прислугой, — произнёс я, стараясь придать голосу как можно больше холодности.

Она кивнула, и мы начали обход дома. Я видел, как её взгляд с интересом скользит по комнатам, как она общается с прислугой — вежливо, но сдержанно. Я же старался не смотреть на неё, хотя мои глаза предательски возвращались к её фигуре. Она вызывала во мне странные, пугающие желания, которые я никак не мог подавить.

Внезапно, в углу гостиной, я заметил маленького Егорку, сына моего друга Артёма. Сердце сжалось от тёплых чувств. Этот мальчишка был моим крестником, и я испытывал к нему нежность, которую редко кому удавалось вызвать. Тут же мелькнула мысль: если здесь Егорка, значит и Артём с Лизой где-то рядом.

Василиса тоже заметила ребёнка и её лицо изменилось. Она светилась каким-то особым теплом, когда опустилась на корточки перед мальчиком и протянула ему руку. Я замер. Неужели она действительно любит детей? Почему эта мысль так обескуражила меня? Я всегда восхищался женщинами, которые могут найти общий язык с детьми. Но в этот момент мне хотелось скрыть своё одобрение.

— Эээ. Какой сюрприз. Привет, Егорка! — сказал я, подходя к мальчугану. Мы поздоровались с ним нашим особым рукопожатием, которое даже его отец не знал. Егор засмеялся, и я начал кружить его, вызывая у него ещё больше смеха. А сам при этом ловил на себе взгляд Василисы. Что-то в её глазах заставило меня почувствовать себя уязвимым. Чёрт, она идеально вписывалась в роль матери! Но я не мог позволить себе влюбиться в неё. Это было бы катастрофой для моего плана.

Артём и Лиза вошли в комнату, прервав мои мрачные мысли. Я познакомил их с Василисой, но не позволил себе расслабиться, оставаясь хмурым и сдержанным. Послав её за чаем, я подхватил на руки Егора, чтобы скрыть смятение, и начал о чём-то болтать с Артёмом.

— Ну что, решился на эту авантюру? — спросил Артём, с усмешкой наблюдая за мной. Я понимал о какой авантюре он спрашивает. Он не в восторге от моих планов. И наверное в этом он прав. Мы с ним не первый год дружим. Поэтому он так хорошо понимает меня.

— Не совсем, — ответил я твёрдо. — Василиса — моя единственная жена и таковой останется.

Артём кивнул, явно довольный моим ответом.

— Ну что ж, поздравляю тебя, друг! — он хлопнул меня по плечу, но в его глазах я заметил сомнение. — Но, если честно, ты не выглядишь счастливым. Как семейная жизнь?

— Не очень. Всё сложно, — уклончиво ответил я, пытаясь скрыть своё замешательство. Не хотелось обсуждать с ним свои внутренние терзания. Ли́са, с присущей ей жизнерадостностью, вмешалась в наш разговор.

— Марат, да она же просто сокровище! — воскликнула она, указывая в сторону куда ушла Василиса. — Разве ты не видишь?

Я едва удержался, чтобы не хмыкнуть. Да, я видел. И это было настоящим проклятием. Мне нужно было оставаться холодным и отстранённым, иначе я бы пропал, утонув в своих чувствах к ней. Но это было чертовски сложно. Каждый раз, когда я смотрел на неё, меня охватывало желание, которому я не мог и не хотел противостоять.

Артём отозвал меня в кабинет, и я направился следом. В кабинете он резко сменил тему разговора, став серьёзным.

— У нас проблемы, Марат. Кто-то снова пытается разрушить наш бизнес. Нам нужно выяснить, кто крот. Ты должен допросить всех сотрудников на следующей неделе. Так как умеешь только ты.

— Без проблем, — ответил я, скрывая раздражение от того, что я хотел бы забыть. Я долгое время работал на отца Артёма. Используя все свои навыки очень неплохого бойца. Но его следующая фраза застала меня врасплох. Он так резко сменил тему, что я с трудом смог понять о чём идёт речь.

— И как ты держишься рядом с такой красоткой? — спросил он с ехидной улыбкой.

— Тяжело, — признался я, не сдержавшись. — Но ради своей сестры я должен привести план в действие и ты знаешь об этом.

Артём помрачнел, положил руку мне на плечо и заговорил серьёзным тоном.

— Ты понимаешь, что Резеду не вернуть?

Конечно, я понимал это. Но здесь было нечто большее. Это было дело чести — отомстить за сестру. Я только смог посмотреть в глаза Артёма. И этого взгляда хватило чтобы он понял всё.

— Главное, не заиграйся в свои мстительные войны, — продолжил Артём, внимательно изучая моё лицо. — Рядом с тобой замечательная девушка, готовая стать тебе женой, а ты ведёшь себя как последний олух.

Я стиснул зубы от его слов, хотя и понимал, что он прав. Чтобы скрыть свои истинные чувства, я перевёл разговор на деловые вопросы. Мы обсудили поставки, закупки, и постепенно я смог вернуть себе самообладание.

Когда мы вернулись в гостиную, Ли́са и Василиса пили чай, и я заметил, что моя жена выглядела немного растерянной. Егор снова бросился ко мне, и я, не раздумывая, подхватил его на руки, продолжая кружить. Мальчик смеялся, а я не мог оторвать взгляд от Василисы. Она украдкой наблюдала за мной, и в её глазах я заметил что-то новое. Может быть, интерес? Или что-то большее?

Артём и Ли́са пригласили нас на ужин в выходные. Я хотел было отказаться, не зная, как поведёт себя Василиса, но её умоляющий взгляд заставил меня согласиться. А затем я сам пригласил их к нам на следующие выходные. Знал, что присутствие друзей поможет отвлечь моего отца от его навязчивых идей о внуках.

На душе стало чуть легче, и я вновь позволил себе быть более галантным по отношению к Василисе. Но стоило мне прикоснуться к её талии, как внутри меня разгорелся пожар желания. Я хотел её. Я жаждал её до такой степени, что едва сдерживался.

Пытаясь заглушить это желание, я оставил Василису и ушёл в кабинет. Пытался сосредоточиться на работе, но стоило мне закрыть глаза, как передо мной возникал её образ — дерзкий, манящий, сводящий с ума. Тогда я принял решение. Сегодня вечером она будет моей. Сегодня я сделаю её своей полностью.

Я позвонил в доставку и заказал 50 роз. Затем направился на кухню и попросил повариху приготовить что-нибудь особенное для романтического ужина. Женщина посмотрела на меня с удивлением, но потом улыбнулась и заверила, что знает, что нам обоим понравится.

Вернувшись в кабинет, я снова погрузился в работу. На этот раз мне удалось справиться с задачами, и я с удовлетворением завершил все дела. Затем поднялся наверх и вышел на террасу. Василиса сидела в кресле, и я уже хотел было уйти, чтобы не мешать ей, но понял, что она разговаривает по телефону.

Что делать?

Оставить её одну.

Понаблюдать. (Доп. Сцена.)

Василиса тихонько всхлипнула и утерла свой шмыгающий нос.

– Ох. Тамара. Он ледяной словно айсберг.

На том конце провода ей ответили и Василиса продолжила.

– Да. Я знаю. Меня пугает резкие смены его настроения. Но не смотря на всё это, он такой притягательный. Есть в нём что-то особенное.

Она замолчала слушая свою собеседницу. А я расплылся в глупой улыбке. Эти слова как бальзам на душу. Что она могла во мне найти? Да и что греха таить есть в этой девушке что-то. Что притягивает и меня.

– Не знаю. Но самое страшное, что его родители приезжают на следующей неделе.

Мне было приятно слушать, что Василиса испытывала ко мне притяжение. Это могло помочь мне в достижении цели. Я посмотрел на неё снова. Внезапное желание обнять посетило меня. Но её слова немного усмерили мой пыл.

– Ты думаешь это возможно?

Василиса зашевелилась пытаясь встать с кресла и я покинул терассу стараясь не шуметь, чтобы не привлечь внимание. Я медленно расхаживал по комнате, каждый шаг отзывался гулом в моей голове. Моя рука всё ещё ощущает тепло её талии, и я никак не могу отогнать от себя желание прикоснуться к ней снова. Но я знаю, что если позволю себе это — пропаду окончательно. А мне нужно держать себя в руках. Для этого вечера я придумал план, который должен сработать: сблизить её со мной настолько, чтобы она сама не заметит, как станет зависима от моих прикосновений, от моего внимания. Как будет стонать моё имя до сорванного голоса. Как будет молить о большем. При этих мыслях у меня в штанах задымилось. Я и сам не понимал на сколько сильно я жажду её тела.

Но, чёрт побери, она слишком прекрасна. Стоило ей только появиться на ужине, как весь мой холодный фасад начинал трещать по швам. Я ощущал, как внутри меня всё клокочет, как сердце бьётся быстрее при каждом её взгляде. И этот аромат… Вишня. Он будто создан, чтобы сводить меня с ума.

Я остановился в дверях, наблюдая за ней. Василиса сидела за столом, облокотившись на спинку стула, и отрешённо смотрела на свечи. В её взгляде — тихая грусть, и это меня задевало. В груди неприятно ёкнуло, будто я подвёл её. Но раз за разом я напоминал себе, что её отец виноват в том, что моя сестра погибла. Я должен помнить об этом. Должен ненавидеть её, как и планировал изначально. Но вот беда — я не могу. Ненависть и страсть смешались воедино, заставляя страстно желать её, до скрипа зубов, до давящей боли в паху. Натянув маску безразличия, я вошёл в столовую и чмокнул Василису в лоб.

— Думаешь о чём-то важном? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Василиса подняла на меня глаза, и я заметил, как исказилось её лицо от удивления, что она испытывала в тот момент, её щеки слегка порозовели. Она всегда смущается и это так мило выглядит. Это заставляет меня чувствовать себя ещё большим мудаком. Как можно играть с такой невинностью? Но план есть план.

— Я… нет, — она замолкает, словно не решаясь продолжить. — Что происходит?

– В каком смысле?

– Ты пьян?

Я невольно улыбнулся, но получилось довольно загадочно.

– Ты ведёшь себя не обычно.

— В хорошем смысле или плохом? — я стараюсь улыбнуться, чтобы подбодрить её.

— Пока не определилась, — настороженно ответила она, чуть заметно улыбнувшись. — Но точно необычно.

Я не могу не отметить, что мне нравится, когда она улыбается. В такие моменты её лицо словно светится изнутри, и это притягивает меня ещё больше. Мне хочется увидеть, как она улыбается чаще, но для этого нужно быть мягче с ней, а не таким холодным. Впрочем, я должен держать баланс.

— Значит, всё ещё есть шанс сделать этот вечер хорошим? — Я наклонился вперёд, и наши взгляды встретились.

Она внимательно смотрела на меня, и я чувствовал, как в животе растёт приятное тепло. Но тут она неожиданно усмехнулась, и её слова сбили меня с толку:

— Ты уверен, что это не Ретроградный Меркурий, который на тебя так влияет? Или, может, Луна в Венере?

Она пошутила? Серьёзно? Удивлён, что у неё есть чувство юмора. Я засмеялся, по-настоящему засмеялся, ощущая, как напряжение немного спадает. Её юмор, хоть и немного наивный, помог разрядить обстановку. Так непринуждённо я не чувствовал себя уже давно. В первые в жизни мне захотелось узнать чем живёт эта девушка. А точнее чем она жила до моего вторжения в её жизнь.

Что делать?

Узнать её лучше.

Не торопить события.

– Какие цветы тебе нравятся?

Василиса посмотрела на меня с опаской, но всё же ответила на вопрос.

– Я люблю цветы в принципе. Ни сорт, ни цвет не имеют значения.

Я невольно улыбнулся, понимая что эту девушку осчастливить очень просто. И что конечно же играет мне на руку.

– Ты слушаешь музыку?

– Как все обычные люди.

Усмехнулся её ответу и тут же озвучил свою мысль.

– Ну, значит я не обычный.

Склонил голову вниз, понимая, как глупо звучит моё признание. Но её слова заставили меня вновь посмотреть ей в лицо.

– Ещё какой не обычный. Не знаю, что ты там употреблял, но мне нравится. По крайней мере сегодня я могу тебя не боятся.

Только сейчас, я понял какая открытая и весёлая у меня жена. И то, что я совершенно не знаю её.

— Пожалуй, ты права, — ответил я, сдерживая улыбку. — Но, возможно, это просто я решил, что пора немного расслабиться и позволить себе быть менее… холодным.

Василиса удивлённо посмотрела на меня и слегка наклонив голову прищурилась, словно не веря своим ушам. В одну секунду её глаза расширились, а губы начали дрожать, словно она не уверена, что должна сказать в ответ.

— Марат, ты уверен, что сегодня ничего не пил, — говорит она тихо, почти шёпотом.

— Нет. Просто сегодня якое что понял, — я взял её руку, и она не сопротивлялась. Её кожа мягкая и теплая, и это прикосновение вызывает во мне волну желания, которую я едва мог удерживать под контролем.

— И что же ты понял? — спросила она, глядя прямо в мои глаза.

— Я понял, что нам пора стать настоящей семьёй, — склонившись к её руке, поцеловал ладонь.

Её глаза наполнились слезами, и это вызвало у меня странное ощущение: я не хочу, чтобы она плакала, но в то же время вижу, что эти слёзы — отчасти от радости.

— Марат… — начала она, но я не дал ей договорить. Впился в её губы своими. О, Аллах! На сколько они сладкие и сочные. Её робость сводит сума. А в мозгу лишь одно. Хочу, хочу её. Едва могу оторваться от её губ. И с хрипотцой в голосе произнёс.

— Сегодня я хочу, чтобы ты почувствовала, что я действительно твой муж, — почти шёпотом сказал ей, наклонился ближе и вновь каснулся её губ своими. На этот раз мягко, нежно, словно проверяя, как далеко я могу зайти.

Её губы тёплые и сладкие, и я ощущаю, как внутри меня разгорается пожар. Я целовал её всё более настойчиво, чувствуя, как она откликается, как её дыхание учащается. Мои руки скользнули по её телу, и я чувствую, как она тает в моих объятиях. Это сводит меня с ума.

Я подхватив её на руки, не прекращая целовать, направился в спальню. Мысли о мести, о холодных расчётах отступили на второй план. Сейчас я думал только о том, как сильно хочу её, как она необходима мне.

— Марат, — прошептала мне Василиса, словно в агонии, и это только разожгло моё желание. Я почти перепрыгивал через несколько ступеней. Чтобы быстрее остаться с ней наедине. Залетел в свою спальню и опустил её на кровать, я продолжал целовать, чувствуя, как каждый её стон проникает в меня, заставляя терять контроль. Я хочу полностью обладать ей, почувствовать её каждой клеточкой своего тела. Она вздрогнула, стоило моим губам коснуться её шеи, и её тихие стоны зазвучали для меня как музыка. Я поймал её взгляд, полный растерянности и желания, и понял, что сейчас она доверяет мне полностью.

— Вася, — прошептал я, едва отрываясь от её губ. — Ты даже не представляешь, как сильно я тебя хочу.

А она ответила мне страстным поцелуем, её руки уже скользили по моей спине, и это сводило меня с ума. Я чувствовал, как она отдаётся мне, и это подтолкнуло меня двигаться дальше. Я хочу, чтобы она запомнила этот момент навсегда.

Но вдруг что-то во мне остановилось. Её доверие, её преданность — они сейчас в моих руках, и я осознавал, что не могу просто так использовать её в своих планах. Это было бы слишком жестоко даже для меня. Но в то же время я не могу отступить, что если отступив сейчас, я потеряю эту власть над ней. И вот я стоял перед выбором, сердце стучало в груди так, словно сейчас готово выскочить.

— Что-то не так? — осторожно поинтересовалась Василиса, её голос дрожал от беспокойства.

А я смотрел на неё, и во мне боролись два совершенно разных человека. Один — тот, который жаждет мести и считает, что ей здесь не место. Другой — тот, кто хочет просто быть с ней, наслаждаться каждым моментом, видеть её счастливой.

— Всё так, — ответил, но мой голос дрожит выдавая внутреннюю борьбу.

Я снова поцеловал её, и этот поцелуй стал ещё более страстным, наполненным той бурей эмоций, которую я долгое время пытался скрыть. В этот момент я решил: пусть всё идёт так, как идёт. Сегодня я не буду думать о мести или о том, что должен оставаться холодным и расчётливым. Сегодня я просто хочу быть с ней. Хочу любить её снова и снова погружаться в нашу страсть и нежность. Быть только с ней и сделать её счастливой женой. К тому же она отвечает мне с такой же страстью, и я знаю, что сейчас для неё я не просто муж по договору, а человек, которому она готова доверить себя полностью. И это осознание заставило меня почувствовать нечто новое, что я давно забыл — чувство того, что я нужен кому-то не только как лидер, не только как расчётливый игрок в этом мире, а как человек, как мужчина.

Я целовал её снова и снова, мои руки скользили по её телу, и она отвечала на каждый мой жест, на каждое прикосновение. Я чувствовал, как её дыхание становится всё прерывистее, как её тело откликается на мои ласки. Это больше не игра и не план — это настоящий порыв, чистое желание и страсть, которые нас захлестнули именно в ту минуту и секунду.

Я прижал её к себе, ощущая её тепло, и понимая, что больше не могу сопротивляться этим чувствам. Я больше не хочу играть роль. Я хочу, чтобы она знала, что для меня это тоже важно, что я тоже чувствую что-то большее. Я шепчу ей слова, которые давно хотел сказать, но не решался:

— Василиса, я… я хочу, чтобы ты знала… для меня это важно. Ты, важна.

Она замерла на мгновение, её глаза широко раскрылись, и я видел, как в них зарождается что-то новое, что-то, чего раньше не было. Её взгляд — это смесь удивления и радости, но и какой-то глубокой грусти, будто она не может поверить в мои слова.

— Марат… — её голос был еле слышен, но в нём звучало столько эмоций, что я не мог сдержаться. Я притянул её к себе и снова поцеловал, забывая обо всём на свете. Я тот мужчина, который в своей жизни никогда не целовал ни одну девушку, считая поцелуи чем-то более интимным, чем секс.

В тот момент я осознавал, что всё изменилось. Я больше не мог использовать её ради своей мести. Она больше, чем просто часть моего плана. Она — женщина, которую я хочу видеть рядом с собой, независимо от того, что было между нами раньше. Засыпать и просыпаться рядом с ней. Сегодняшний вечер перевернул всё, и я знаю, что уже не смогу вернуться к прежнему.

Наши прикосновения становились всё более страстными, и я ощущал, как Василиса всё больше открывалась мне. Я понимал, что для нас это не просто ночь — это начало чего-то нового, чего-то, что способного изменить наши жизни.

Моя рука скользнула по её спине, и я почувствовал, как она дрожит под моими прикосновениями. Её стоны становились всё громче, и я видел, как она теряет контроль, отдаваясь на волю чувств. Она не стеснялась ни своей наготв, ни чувств, ни эмоций. Она была настоящая открытая со всех сторон. Это сводило меня с ума. Я никогда не чувствовал ничего подобного, и это пугало и радовало одновременно. В одну секунду я скинул с себя одежду и заполнил Василису одним толчком до предела. Всё, что важно сейчас, — это её тело, её губы, её взгляд, который едва прояснятся от желания и похоти, что поглотили нас.

Я зарылся руками в её волосы, впитывая каждый момент, каждую эмоцию. Продолжая погружаться всё глубже и глубже проникая, не только в её лоно но и душу. Это не просто страсть — это что-то большее, что-то, что я давно не испытывал. Она — тот свет, который вытаскивает меня из тьмы, и я понял, что больше не хочу отпускать её.

Наконец, я притянул её к себе, ощущая её вибрации, и в этот момент мой мир вспыхивает новыми красками. Мы вместе срываемся в бездну эйфории и бесконечного кайфа. Прижал её к себе, изливаясь глубоко внутри и понял: всё, что мне нужно сейчас, — это она. Я чувствовал, как её дыхание смешивается с моим, и мы оба тонем в этом безумии страсти.