Автор на страже хэппи-энда

...Дэзмонд затащил Оливию в ближайший шатёр, предчувствия, что та станет препираться.

– Прошу, уезжай с ними. 

– Нет. Я прошла обучение не для того, чтобы отсиживаться в безопасности. 

– Если я буду знать, что ты в безопасности, смогу выложиться на максимум... 

– И погибнуть? – Такая перспектива Оливию не устраивала. 

– Прошу. Не разбивай мне сердце, – взмолился он. 

– А ты мне. Я останусь и буду рядом, чтобы лично проследить за твоим возвращением домой. 

– Домой? Вернёмся вместе? – Дэзмонд взял Оливию за руку и притянул её ладонь к своей груди. Металл кольчуги холодил кожу. Девушка не сводила взгляда с ясных голубых глаз любимого. Мгновение тишины и покоя – последний шанс на единение. Каждый из них хотел украсть поцелуй, но не решался пошевелиться, опасаясь, что он станет последним.

Раздался взрыв, уничтожив подходящий момент для решительных действий. Со всех сторон поднялись крики.

– Оливия, будь с целителями, – велел Дэзмонд, выпустив её ладонь. Он покинул свой шатёр, решительно настроенный выжить. Ради себя и Оливии...

Пальцы замерли над дисплеем.

«Господи, какой бред... Сахарные сопли... Может, убить их? Пусть станут символом не только любви, но и храбрости, – размышляла я, бросив взгляд за окно мчащейся по дороге маршрутки. – Ладно. Убивать не буду, мои верных полтора читателя не оценят такой ход, разочаруются и уйдут к другому автору. А мне такого не надо! Будут жить ваши Оливия и Дэзмонд. И свадьбу сыграют в эпилоге пышную, и пригласят всех своих недоброжелателей».

Мысленно разобравшись с финалом, стала крутить детали истории, чтобы понять, как описать войну, в которую сама же героев и втянула. Скучно мне было писать простую академку, решила выпендриться и добавить близость опасности и нешуточную угрозу жизни. А как описать баталии?... Между магами. И как не забыть про всех, кто засветился в первой половине книги, пока главные герои проходили военную подготовку?

Жуткий скрежет вырвал меня из размышлений. Звук удара яркой вспышкой засел в голове, затмив всё, что произошло в следующую секунду.

Я больше не сидела в конце салона, а лежала на грязном полу. Боль опоясала грудную клетку, в голове пульсировала раскалённая лава, а не кровь. Смогла пошевелить рукой. Телефон всё ещё со мной. Крики, которые я пыталась представить для своей книги будто перенеслись в реальность. Воздух наполнился запахом гари. Суматоха поглотила то небольшое число пассажиров, которые ехали в маршрутке.

А я знала, знала, что рано или поздно этим и закончиться, но каждый раз надеялась, что не в это раз и не со мной точно.

С трудом приподнялась и смогла поднести телефон к лицу. Перед глазами всё расплывалось.

Надо позвонить в скорую... Надо...

Веки налились тяжестью, мешая мне с задуманным.

«Нельзя отключаться, нельзя отключаться...» – повторяла я про себя. Но налитая свинцом голова тянула вниз, и веки слипались, будто вечность сна и отдыха не видели.

– Камилла? Камилла?! 

– Нельзя отключаться! – выкрикнула я и вскочила на ноги, рассмешив девушку, вздумавшей побеспокоить меня. 

– Хорошая мысль, – согласилась она, продолжая улыбаться. – Ты идёшь на линейку? Или всё же решила прогулять?

Я осмотрелась: деревья, скамейка, девушка в жакете и длинной юбке зелёного цвета, на мне была та же форма.

– Ты себя хорошо чувствуешь? Может, тебе в медпункт сходить? – обеспокоенно поинтересовалась незнакомка.

– Я-я в порядке, – выдавила неуверенно, руками ощупывая себя с головы до талии. 

– Что-то не похоже. Ладно, я пойду, а ты делай как знаешь, – махнула она рукой и устремилась прочь.

Я проследила взглядом, куда она направилась. В той стороне между деревьями угадывались силуэты других людей, в такой же зелёной форме, что у меня и незнакомки. Ветер доносил отзвуки голосов. Ощущалась общая тревожность.

Где это я, чёрт возьми?!

Беглый осмотр одежды помог собрать информацию: на мне форма академии Сентхофт, в которой собрали последний поток молодых граждан Шарфтада для прохождения военного обучения. И выходило, что я стала или заняла место призванной на срочные сборы Камиллы Резинфорд. Если первое следовало из листа призывника, позволяющего попасть на территорию академии, то второе я додумала сама.

Голова идёт кругом! Это же не может быть правдой!

Академия Сентхофт – место действий последнего моего романа. Пока недописанного до логического конца. Логического для меня, разумеется. А читатели могут с этим не согласиться, особенно если я вернусь к безумной идее похоронить всех героев в общей могиле. Зря что ли военную линию вводила?

Я сидела на скамейке, на которой пришла в себя, и обдумывала план действий. Отсидеться в стороне или спрятаться от здеца, что я, будучи автором, ниспослала этому миру, не получиться. Никак. Даже отпрыски высокородных дворян прибыли... должны были прибыть на финальные сборы, чтобы после отбыть к границе родной страны Ландэля для несения военной службы. И это ждало меня.

Я эту историю писала не для того, чтобы костьми лечь за отстаивание вымышленной страны!

Это мне наказание?.. Это точно наказание... Персональный ад для автора, который помышлял о самом непростительном финале любовной линии! А как же сказки? Там же всегда умирают в один день. Да, за кадром. И после «жили они долго и счастливо». Но всё в мире относительно: для кого-то это «долго и счастливо», а для других «коротко и пресно».

Я не знаю, кому молиться, но Отче-наш-Будда-Иссус-Мария-Зевс-Брахма-Аллах, прошу пощады! Верните меня домой! К любимой кроватке и компьютеру. Меня дейлики ждать не будут, премогены сами себя не заработают, а Сяо... Сяо так и не станет мои-и-им!

Сложив ладони в молитвенном жесте, я смотрела в небо – на тот кусочек, который не заслоняли пышные ветки деревьев – и на глазах моих проступили слёзы.

Всё же было хорошо... Ну до момента с аварией.

А теперь что?.. Что мне прикажете делать? Плыть по течению, уподобившись Офелии, или, терзаясь сомнениями в правильности своих действий, прожить жизнь Камиллы Резинфорд лучше самой Камиллы?

Минуточку! Если эту Камиллу призвали в последний поток, значит, она из дворян, богата и не обделена магией. А ещё большой грудью. Что в некотором смысле тоже бонус – не придётся привыкать к новым размерам, то есть мечта сладко спать на животе так и останется мечтой. А вот ма-а-агия!..

Я встала потирая руки.

Сейчас проверим на что способна новая я!

Выставила правую ладонь, буравя взглядом ствол ближайшего дерева. Подумала про фаербол. Самое обычное и часто встречающееся атакующее заклинание в большинстве книг.

Ладонь согрел приток силы. В воздухе возникло несколько искр, затем вспыхнул огонь, немного напугав меня своей близостью и жаром. Мысленно приказала ему сжаться, стать плотнее – он повиновался, словно ручной. И наконец, запустила его в дерево!

Шума было мало. Даже несмотря на то, что мой фаербол прошёл насквозь толстый ствол дерева и растёкся огненным пятном по следующему вставшему на пути дереву.

– Ой-ёй.

Первое дерево затрещало, тонкие перегородки не выдерживали вес кроны. Раздался хруст. Дерево полетело налево, а я побежала со всех ног вправо, спасая себя от участи стать жертвой лесоповала, получив от кармы за поджог на территории академии. Магический огонь не шутка какая-то – просто так он не возьмёт и не потухнет, и я не знаю что делать. Валить пока не поздно и надеяться, что в магической академии – пусть и придуманной мной – есть что-то на подобный случай. Не я же первая, кто вздумал попрактиковаться в магии в неположенном месте? Или первая?.. Тогда пусть спасибо скажут, что указала на несовершенство их системы безопасности.

– Объявление для новоприбывших: через пятнадцать минут на территории крытого тренировочного зала начнётся вводная линейка. Придерживайтесь указателей, расставленных по всей территории академии. Убедительная просьба не опаздывать. Опоздавших ждёт наказание от дисциплинарного совета. Приятного всем дня! – прозвучало со стороны, где между расступившимися деревьями показалось большое здание в мрачном викторианском стиле.

– Спасибо, что указал мне цель, о прекраснейший голос из всех женских голосов, что я слышала.

Покинув зелёный массив подозрительно попахивающий гарью, направилась к широкой дороге, по которой нескончаемым потоком хлынули люди в зелёной форме. Удачно растворившись в толпе, смогла расслабиться и почувствовать себя в некоторой безопасности. Чем дальше от пожара, тем определённо безопаснее.

Молодые и красивые юноши и девушки, будто сгенерированные нейросетью, неспешным шагом шли к центральному зданию. Я крутила головой, оценивая идеальные черты призывников. Сливки общества – это читалось в каждом их жесте, улыбке и речи.

Хм, сложно будет сойти за дворянку будучи представителем интеллигенции. Воспитание мне дали хорошее, но вот оно не дотягивает до стандартов выдуманного мной мира. Всем же подавай этикет королей и высокопарный слог. Хотя и с первым, и со вторым пунктом я поступала достаточно фривольно. А как ещё? Если будешь писать идеальное «как надо», никто – абсолютно никто! – читать не будет. Если только в качестве безопасного, но действенного снотворного. С таким подходом далеко не уедешь, поэтому пишу как мне самой нравится. И это моё преимущество в сложившейся ситуации! Не придётся долго и мучительно подстраиваться под местных. Уж чего точно не стоит допускать – мысли, что я чужачка. В Ландэле чужаки – это шпионы, а от них избавляются быстро, быстрее чем я допишу финал этой книги или стану свидетелем завязки.

Кстати о ней: люди остановились и притихли. Началось! Судьбоносная встреча главных героев!

Извиняясь налево и направо, я протиснулась сквозь стену из столпившихся студентов. Получилось выскочить вперёд всех, заняв место в первом ряду, из которого открывался вид на первое действие моего романа «Пылающие сердца Ланделя».

По моей задумке главная героиня заступилась за одного из призывников, который случайно задел герцога Лукара Энхарда. Герцог, разумеется, продемонстрировал все самые неприятные черты своего характера, но главная героиня – милая и добрая баронесса Оливия Солвен его не испугалась.

И вот я вижу это собственными глазами. И действительно, между этими двумя искры летели из-за столкновения прямых яростных взглядов. Прямые, потому что младший герцог Энхард ростом не вышел. По этому поводу он сильно комплексовал и заводился с пол-оборота, когда его не замечали, как это случилось сейчас.

Красивый и подтянутый Лукар. Точёные черты лица, острые скулы, хищный взгляд. Аккуратные губы притягивали взгляд, но не сейчас, когда герцог, злясь, поджимал их. Длинные светлые волосы он собирал в хвост, чтобы не мешали, но отрезать отказывался наотрез, считая, что в них его сила и некоторое очарование. В какой-то степени он был прав: девушки мечтали коснуться его шелковистых волос, а некоторые грезили вымыть их и причесать. Ну что поделать, у каждого свой фетиш.

Оливия тоже была блондинкой. Как все призванные на военный сбор девушки, она собрала волосы, выбрав для этого простую косу, а не сложные причёски, которые можно было наблюдать здесь у большинства не готовых к новой реальности девушках. Обычно её большие карие глаза лучились добротой, а с лица не сходила лёгкая улыбка. Она была вежливой и внимательной и не терпела, когда кто-то использовал свой титул, чтобы принизить других. Вот и сейчас, она заступилась за парня, не боясь нажить врага до конца своих дней.

И казалось бы отличное начало завязки для истории «от ненависти до любви», но нет – я решила дать плохишу играть свою нелицеприятную роль до самого конца. В книге же должен быть кто-то, кто будет раздражать большую часть читателей. Пусть его ненавидят! И всё ради благого дела: триггерный персонаж оттенит главного героя, создав ощущение его неоспоримого превосходства, чтобы главная героиня – да и читатели тоже – не сомневалась и хотела взять его себе, то есть стать его любимой.

– Разрешите пройти, – услышала я сзади. Волоски на затылке зашевелились от странного предчувствия. Я обернулась и встретилась взглядом с ним – главным обладателем самых ясных и голубых глаз в этой истории. С главным героем, конечно же.

Если бы на его месте оказался мой кумир – о, Хью Джекман, ты хорош во все времена – я бы оцепенела, забыла обо всём, даже о том, что меня попросили дать дорогу.

– Мисс, – обратился ко мне Дэзмонд. 

– Д-да?.. – с трудом ответила я, не в силах отвести взгляда от красивого мужчины. Не Хью, но очень близок к моему идеалу. Не удивительно, я же его нафантазировала и практически для себя, но увы придётся отдать его другой. 

– Пропустите меня, – расшифровал своё короткое обращение Дэзмонд. 

– Простите, – очнулась я и вышла вперёд, позволяя старшему герцогу Энхарду пройти. Он поспешил вмешаться в словесную стычку Оливии и Лукара. Приструнил младшего брата, заставил извиниться перед девушкой и пострадавшим парнем. Сам извинился за него перед ними и был готов призвать столпившихся зевак поспешить в тренировочный зал, но ему помешал громоподобный голос, напугавший всех присутствующих без исключения. А особенно меня. 

– Камилла Резинфорд! – повторил голос. Из толпы на свободный пятачок вышла женщина. Мегера во плоти. Призывники старались отойти от нового персонажа подальше, опасаясь, что её гнев перекинется на них.

Подождите. Новый? Нет, я же весь основной каст знаю.

Два метра роста, прямая словно шпала, лицо вытянутое, щёки впалые, глаза навыкате.

Не может быть! Что от меня нужно декану факультета целителей Эдэм Бриэнель? А рядом с ней низенький и тучный старик в грязной одежде, весь красный, со всклокоченными волосами, бормочущий проклятье на голову того, кто испортил его угодья – мистер Верген, местный садовник?.. Других грязных и склочных мужчин в своей книге не припомню.

Растерялась и указала пальцем на себя, вопросительно вылупившись на деканшу.

– Вы решили спалить академию, лишь бы от сборов увильнуть? 

– Я? Нет. И в мыслях такого не было. – Нервно улыбнулась, чувствуя колкое и осуждающее внимание со всех сторон. Не ожидала я такого. Можно подумать, махнулась местами с главными героями. Ведь декан Бриэнель должна была отчитать Энхардов и Оливию за пробку на пути в тренировочный зал.

О нет! Я изменила события собственной истории! Надеюсь, это никак не повлияет на дальнейшее развитие событий. Больше никаких сюрпризов не хочу, и так местами было сложно «договориться» с героями, чтобы получить то, что получилось – почти дописанный роман.

– Ваши руки говорят об обратном, – жёстко заявила декан. 

– Руки? – Посмотрела на свои ладони, а они светились предательским ядовито-зелёным светом – обнаруживающее заклинание. Как я могла забыть, что в этой академии весь педагогический состав в совершенстве знает это заклинание, чтобы максимально быстро по горячим следам отыскивать студентов-шутников, любящих колдовать, что вздумается и где вздумается, без оглядки на элементарную безопасность и риск быть наказанным по всей строгости.

– После линейки зайдёте в кабинет дисциплинарного совета. Найдёте его в главном здании. И советую не придумывать способов уйти от наказания, если не хотите застрять в нашей академии дольше всех и получить по распределению самое худшее место на передовой.

Я шумно сглотнула, тряхнув головой, в немой попытке заверить, что явлюсь непременно. Готова на самое суровое наказание, если оно защитит меня от знакомства с войной, которая пришла в мою дурную голову, когда я стала размышлять о том, какие испытания и трудности отсыпать героям.

– Общий сбор начнётся меньше чем через десять минут, или здесь все хотят предстать перед дисциплинарным советом? – усилив тон голоса, поинтересовалась декан Бриэнель, пробежавшись пугающим взглядом по присутствующим.

Под тихое обсуждение случившегося призывники поспешили продолжить свой путь.

Просто великолепно. Это успех: первый день, и я уже наказана. Буду наказана. Неумолимо и неотвратимо.

Надеюсь, меня не заставят восстанавливать деревья в пострадавшей лесополосе. Или драить все этажи в общежитии. Но могут назначить штраф! Хотя за длительное время, в течение которого дворяне откупали своих отпрысков от призыва, в фонде академии должно было скопиться денег побольше, чем в королевской казне. В последнюю налоги отчисляют неохотно, зная, что всё уйдёт в первую очередь на вооружение и укрепление границ, а во вторую – на дворцовые балы и празднества.

Ладно, посмотрим, что придумает дисциплинарный совет. Во всяком случае никто от наказаний в академии Сентхофт не умирал. Уже этому можно порадоваться.

Собрание призывников проводили стоя, потому что в тренировочном зале не было стульев и скамеек. Кто повыше мог рассмотреть весь преподавательский состав с представителями военной комиссией, которым предстояло следить за качеством быстрого прохождения курсов. У нас было всего три месяца, чтобы освежить свои знания по необходимым дисциплинам, такие как боевая, защитная и лечебная магия и зелья того же направления действий.

Всех нацелены натаскивать одинакового, но с парней больше спрашивать будут атаку и защиту, а с девушек всё, что касается поддержки. Будет практиковаться работа в парах, группах и отрядах. Ректор академии не сомневался, что его педагоги смогут за три месяца из сливок общества сделать послушных солдат. Да, многие получат высокий ранг по результатам экзаменов и размеру донатов в казну, но сейчас все начинали с одной позиции – рядовые военной академии Сентхофт.

Выслушав час трёпа и рассмотрев спины всех впереди стоявших призывников, я ожила. А всё благодаря приятному мужскому тембру, который усилил артефакт-микрофон.

Я поднялась на носочки, чтобы разглядеть говорящего.

Ах... Дэзмонд... Хорош чертяка. С первых слов завладел вниманием всех девушек в зале и зародил ненависть в парнях. Одно его присутствие будет стимулировать девушек не пропускать занятия на плацу и тренировочном поле. Многие даже будут проситься к нему на личное занятие, лишь бы он уложил их на лопатки. Ну подумаешь не в постель. Для влажных фантазий кадеток этого будет более чем достаточно. А тот факт, что он холост и на хорошем счету его величества, делает его лакомым кусочком в этой лавке сладостей – остальные-то ребята тоже не промах! Кривых, косых, хромых нет. А вот тупых... Не помню, но парочка дурачков точно отыщется и отсеется для общей безопасности.

После напутственных слов главы военной комиссии ректор дал добро всем разойтись. Почесав затылок, я пошла искать путь в дисциплинарный совет, благо проблем с ориентированием в академии не было – на каждом шагу и развилке парящие в воздухе таблички указывали, в каком направлении что находится.

Перед искомой дверью я стояла минут пять, вспоминая, каким я прописала дисциплинарный совет. Нервничала жутко, аж голова разболелась.

– Мисс? – услышала я уже знакомый голос и подпрыгнула от неожиданности. – Уже второй раз за сегодня вы стоите на моём пути, – констатировал Дэзмонд заинтересованным тоном.

Только бы он не стал думать, что это проделки судьбы! Этого мне не хватало! Всё должно идти, как задумал автор! То есть я. А я никогда не присваивала героев своих романов. Они создавались для главных героинь, вот пусть с ними и будут до конца, пока смерть не заберёт их в один миг... прямо после слова «конец».

Я развернулась к Дэзмонду лицом, надеясь, что оно не сильно покраснело от стыдливого страха собственными руками уничтожить всё, что создавала в течение нескольких месяцев.

– Простите, – и улыбнулась, пропуская вперёд.

Дэзмонд вошёл в кабинет дисциплинарного совета, оставив дверь открытой.

– Заходите. Пред смерть не надышитесь, – адресовал он мне через плечо. 

– Конечно... – Глупо хихикнула. – Простите. 

– Алегро, – обратился Дэзмонд к девушке, сидевшей за одним из столов. – Займитесь мисс Резинфорд. 

– Проходите, садитесь, – пригласила она меня к себе. – Вы по какому вопросу?

Я уселась на предложенный стул, сложив ладони на коленях.

– Даже не знаю с чего начать... – замялась, подбирая слова. 

– Мисс Резинфорд подожгла несколько деревьев на юго-западной части парковой зоны, – сообщил Дэзмонд вместо меня. 

– Это был неумышленный поджог! 

– В таком случае почему вы не потушили его на начальной стадии? – выстрелил вопросом в спину Дэзмонд. 

– Я перепугалась... и забыла, как это делать, – тихо призналась, низко свесив голову. 

– Почему тогда не позвали на помощь более опытного мага, того же мистера Вергена? – не отставал Дэзмонд, начиная меня злить своей дотошностью. 

– Я очень сильно испугалась, что такой вариант в мою голову не пришёл, – процедила сквозь зубы, недоумевая: куда делся «мой милашка Дэзмонд»? Хотя, если вспомнить, к Оливии он тоже докапывался, объяснив это в дальнейшем своим желанием защитить её от глупых ошибок, а окружающих от последствий этих ошибок. А случайно устроенная мной диверсия могла привести к большому ущербу и травмировать таких же рассеянных магов, как я. 

– А если бы и пришёл, – заговорила, подняв голову, – отказалась бы от него: мистер Верген меня пугает больше, чем вероятность сгореть заживо.

Секретарь дисциплинарного совета посмотрела на меня с пониманием. В академии Сентхофт никто не любил этого старого мага, одержимого растениями. Будь его воля, он бы вывел разумные деревья и с ними бы захватил мир! Да-да, так бы и было.

– Понятно, – послышалось сзади. Больше Дэзмонд нас не отвлекал, занявшись своими бумажками за дальним столом.

Секретарь положила передо мной белый лист и ручку, походившую на стилус – чернил в ней не было, наконечник, заряженный огненной магией, оставлял чёткие и не выводимые следы.

– Напишете объяснительную, – пояснила она в ответ на мой вопросительный взгляд.

Я задумчиво уставилась на лист.

– Напишите, как случился поджог, – добавила девушка. – На основании вашей объяснительной и осмотра места происшествия будет назначено ваше наказание.

Я надула щёки. Настал тот самый момент, когда от моей писанины зависит будущее! Моё будущее!

Покрутив слова в голове, низко нависла над листом и принялась писать. Тяжело пришлось – отвыкла я от ручек, аж пальцы свело от усилия удержать стилос и не позволить буквам превратиться в непонятное месиво или серпантин, на зависть выпускников меда. Закончив, подвинула объяснительную секретарю. Та принялась читать, а я с замирающим в груди сердцем ждать её оценки и дальнейших указаний. Только бы переписывать не заставила.

– Хорошо. Можете быть свободны, – наконец сказала она, укладывая мою объяснительную в одну из стопок с бумагами.

– Правда? 

– Да. В ближайшее время, но не раньше завтрашнего вечера, вас пригласят на заседание совета, а сейчас можете быть свободны.

– Подождите, – вмешался Дэзмонд, о котором я в писательском порыве успела позабыть. Глаз на затылке у меня нет, чтобы следить за любителем влезать в дела, которые ему кажутся несправедливыми.

Дэзмонд приблизился к столу секретаря, взял мою объяснительную и на второй строчке задал вопрос:

– Что это? 

– Моя объяснительная... – неуверенно ответила я, затем встала и заглянула в листок, который держал Дэзмонд. – Да, она.

– Вы в тайне от всех романы пишете? 

– Ч-что?.. Нет. И почему сразу тайно? 

– Слишком много лишнего, в объяснительной этого не надо. 

– Кто сказал? – бросила, прищурив в недовольстве глаза. 

– Я, – твёрдо заявил Дэзмонд, пронзая ледяным взглядом – меня таким не напугать, хотя сердце сейчас отстукивало в районе пяток.

– А как бы вы прочувствовали, что случившееся лишь случайность?

– Фактов достаточно. 

– Не согласна! Эмоции в магии имеют значение, – яростно заявила я махнув в сторону рукой, и как по заказу с пальцев соскочили искры и прыгнули на ковёр. – Ой! – Перепугавшись, принялась топтать их, но это были магические искры и даже самые тяжёлые сапоги им не помеха. 

– Блин! – Отскочила от вспыхнувшего под ногой пламени, которое горячими языками впилось в подол юбки. С визгом крутанулась и упала на пол, как подкошенная – вспомнила, что надо кататься, чтобы сбить пламя, опять позабыв о его магической основе.
– Стойте! – приказным тоном выкрикнул Дэзмонд, накрыв меня какой-то тряпкой. Жар огня исчез, как и яркие всполохи. – Как вы, мисс Резинфорд, получили диплом о высшем образовании? 

– Как?.. Как все: заплатила бешеные деньги и накинула щедрых подарков всем из педсовета, – проворчала, лёжа на полу. Сложно было найти сил, чтобы подняться как ни в чём не бывало, после того как каталась в ногах у главного героя. 

– Это будут тяжёлые три месяца, – сделал вывод Дэзмонд. 

– Мисс, вы в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась секретарь, выбежав из-за своего стола. – Может, вам в медпункт?

Я откинула тряпку, села и оценила сотворённый ущерб: юбка в дырках – не выдержали защитные чары, значит, род Камиллы не шибко богат... Печалька. Если и дальше так пойдёт, то меня сделают рабой академии, буду выполнять всю грязную работу, пока не закрою свой долг за деревья, за ковёр… и фиг знает за что ещё – а что-то ещё точно будет. Незавидная перспектива вырисовывается.

– Мы вас больше задерживать не будем. Визитом в медпункт не пренебрегайте, – сказал Дэзмонд, забирая свой плащ с пола, который я приняла за тряпку. Он на мгновение поднял глаза. Наши взгляды встретились.

И чего он на меня так посмотрел? Думает, что я из-за его красивых глаз буду пищать и прыгать на задних лапках, выполняя команды, словно послушная собачонка? Не на ту напал! Твоя чарующая красота на меня не действует! У автора вообще иммунитет на всех героев и их выходки. Осталось научиться справляться со своими.

– Вам позже сообщат о собрании дисциплинарного совета для объявления решения по вашему делу, – отчеканила секретарь, склонив голову. 

– Хорошо, – обронила, не глядя на неё и на Дэзмонда, вернувшегося за свой стол, и поплелась искать выделенную мне комнату – надо переодеться. Срочно.

Осмотрела себя ещё раз.

Мда, в таком виде легко прославиться на всю академию и все три месяца отбиваться от оскорбительных выпадов кадетов. Очень не хочется стать всеобщим посмешищем. Это же поставит под удар всю историю! Да уже! Из-за меня Оливия и Лукар избежали сцены в кабинете дисциплинарного совета, во время которой Дэзмонд вступился за неё, осадив разгорячившегося брата.

Оливии в этом плане повезло больше – её наряд не пострадал, и репутация избежала падения на уровень плинтуса. Надеюсь, ни Дэзмонд, ни секретарь не станут распространяться о случившимся. Первый точно нет, воспитание не позволит, а вот девушка...

Задумалась, вспоминая этого второстепенного персонажа, которому не досталось много моего авторского внимания.

– Ха-ха, да скажи! Первый день начался весело, поэтому думаю, нельзя оставить без внимания мисс Резинфорд... – достиг моего слуха радостный женский голос, перепугав меня до чёртиков. 

– Выход... – прошептала, словно это поможет быстрее сориентироваться. И помогло! Одна из табличек, парящая в воздухе в нескольких метрах от поворота, откуда и донеслось настораживающее сообщение, опустилась на уровень моих глаз, чтобы я точно её заметила. На ней гласило «Выход», и указывала она как раз туда, куда мне идти не хотелось. Кто и какое внимание решили мне уделить – не знаю, но сейчас в прожжённой юбке лучше никому не попадаться, если хочу избежать насмешек и грязных сплетен.

– Мне нужен короткий проход к общежитию, – шепнула табличке.

Та крутанулась несколько раз, словно загрузочный значок на тормозящем компьютере. Замерла на секунду, затем развернулась к окну и мигнула несколько раз словом «выход».

Гениально! Как сама не догадалась!

А голоса стали громче – две девушки принялись обсуждать мою выходку в парке и спорить, что это разовая акция, больше корок я не отмочу.

Ухмыльнулась под нос, открывая ставню. Быстро выглянула, примеряясь к высоте. Пышные кусты порадовали — за такими легко скрыться.

Села на подоконник, собираясь выпрыгнуть из окна, пока был шанс. Сердце в груди стучало как сумасшедшее, подгоняя. Голоса стали ещё громче, я поспешила... Чего делать в любой ситуации не стоит. Рука соскользнула, и я полетела вперёд... На свободу! Прямо в кусты. Ещё раз обрадовавшись их пышности и расположением.

– Мисс? С вами всё хорошо? – не дал насладиться удачным приземлением кто-то. Слева возник молодой человек – очередной дворянин в форме, пошитой на заказ. 

– А похоже, что со мной всё хорошо? – поинтересовалась, не шевелясь в колючих объятиях поймавшего меня кустарника. 

– Вы выпали из окна. Или вас столкнули?

– Первое, – пропыхтела, решив, что хватит терпеть ветки, впивающиеся в тело со всех сторон. Чудо, что не покалечилась.

– Позвольте, – галантно предложил руку парень, едва заметно улыбнувшись. 

– Кто я такая, чтобы отказываться от руки помощи, – пробурчала, протянув ладонь вызвавшемуся стать моим героем.

Шум мы подняли знатный, что привлекли напугавшие меня голоса девиц. Не желая попадаться на глаза странным девушкам, присела, спрятавшись за примятым кустом. Удивительно, но мой герой оказался не из глупых – присел рядом, с любопытством следя за мной.

– Кому-то жарко стало? – услышали мы со стороны окна. 

– Кто-то не выдержал похода в тупик? – предположила вторая девушка и засмеялась.

Раздался отчётливый хлопок – окно закрыли. Но я не спешила выходить из скрытого режима, отвернулась от своего героя и, придерживая подол юбки, гуськом удалилась от опасного места. Не хватало, чтобы меня с помятым кустом связали. После такого мистер Верген не подпустит к растениям. И как тогда сдавать зачёты по травоведению и зельям?

О чём я думаю? Уроки и зачёты должны меня волновать в последнюю очередь!

Надо понять, чем для меня закончится эта история, если уже всё идёт не по плану. И что ждать после финала?..

Оценив обстановку за главным зданием, встала, выпрямила спину и повела плечами.

– Уф! – Размялась. 

– Вы убегали от тех девушек? 

– А! Ты ещё здесь? – Резко развернулась, наткнувшись на любопытный взгляд пришедшего мне на выручку парня. – Простите. Вы меня напугали. – Не стоит тыкать в незнакомцев, можно попасть в особо влиятельную фигуру и лишиться впоследствии тыкалки. 

– Это вы меня простите. Но зачёт по тихому шагу я, видимо, сдам без проблем, – отшутился он, заметно покраснев. 

– Даже не сомневайтесь. На вас ещё колокольчик повесят... 

– В знак отличия? 

– Нет, чтобы не пугали никого, как меня сейчас, – с улыбкой объяснила я, внимательнее вглядываясь в черты лица парня: карие глаза с вкраплениями жёлтых точек, словно переливающаяся на солнце янтарная крошка. Гладкая кожа, дочиста выбритая. Тёмные волосы аккуратно уложены назад. Высокие скулы, пухлые губы, пышные ресницы – «мальчик» с картинки. И манерами не обделён. 

– Прошу простить меня за то, что лезу не в свои дела, но что с вами случилось? Кто-то над вами издевался? – стеснительно поинтересовался он, косясь на низ моей юбки. 

– А-а-а, это. Не берите в голову. И прошу! – Сложила ладони перед собой и опустила голову. – Не говорите никому, что видели меня в таком виде... И в кустах... Прошу вас! 

– Не скажу, но даже если бы и хотел, то вряд ли мог ссылаться на вас, ведь я не знаю вашего имени. 

– Точно, – хихикнула, поднимая голову и опуская руки. – Я Камилла. Камилла Резинфорд. Могу я узнать имя своего героя?

– Арслан, – коротко представился парень, покраснев.

Божечки, какой милашка, так бы и затискала, словно маленького котёнка!

– Проводить вас до медпункта? – галантно поинтересовался он. 

– Может, перейдём на «ты», если это позволительно?

– Конечно, – охотно согласился он и улыбнулся. На сердце стало тепло. Ну что за очаровашка! Как я такого проглядела в своей книге? Он бы мог составить конкуренцию Дэзмонду. Вот только главный герой прельщает девушек своей сформировавшейся маскулинностью, а тут у нас отличный вариант для героя второго тома, когда Арслан станет на лет пять старше и, к несчастью, перестанет краснеть от комплиментов.

– Спасибо за помощь и заботу, но со мной всё хорошо. Досталось только юбке... и ковру... В общем, ничего страшного, главное добраться до своей комнаты, не попавшись на глаза любителям сплетен. Ты же не из их числа? 

– Нет. 

– Точно? 

– Клянусь благополучием Ланделя! – пламенно заявил он, приложив сложенный кулак к груди. 

– Тихо ты, – шикнула на него, оглянувшись по сторонам, опасаясь посторонних ушей и глаз. 

– Я могу как-то помочь? – предложил он понизив голос почти до шёпота. 

– Как?.. Сделаешь меня невидимой? Телепортируешь прямо в мои покои? Наложишь иллюзию, скрыв неподобающий для леди вид? 

– Первое. 

– Что?! Не шутишь? 

– Нет, но... 

– Так и знала. Всегда есть какое-то «но». 

– Мне не доступна эта техника, – повесив нос, признался он. 

– А кому доступна? 

– Моему телохранителю, – ответил, подняв голову.

Я удивлённо моргнула.

– Ты предлагаешь воспользоваться твоим телохранителем? 

– Да. 

– Кх... – На сердце стало тревожно. – Не многовато-то ли свидетелей моего позора? 

– Он никому не скажет. Я прикажу молчать обо всём, что он видел, – заверил Арслан.

Я неловко хихикнула. Вот что значит, попасть в академию, кишащую дворянами.

– Хорошо. Если это позволит мне избежать излишнего внимания местных задир.

Арслан довольно кивнул и позвал своего телохранителя:

– Лиам. 

– Я здесь, – отозвался тот очень близко. Я отшатнулась, подавив вскрик, когда призванный телохранитель проявился в шаге от нас. 

– Не пугай моих друзей, – отчитал мой новый знакомый Лиама, и взрослый мужчина, крупнее хозяина в два раза, пристыженно извинился. Постаралась не пялиться на нового персонажа, особенно на его мутный правый глаз, через который по лицу шёл шрам. Что-то знакомое?.. Не могу вспомнить.

– Слышал? – коротко спросил Арслан. 

– Каждое слово.

Я напряглась. Опасный малый, этот Арслан. Но очень милый! Что вдвойне его красит. Моё женское сердечко украдено этим парнем. Растёт новый герой! Жаль, не моего романа...

– Позаботься о мисс Камилле, – отдал приказ Арслан, преобразившись на мгновение в серьёзного мужчину, которому не стоит переходить дорогу.

От восхищения мурашки пробежали табуном по коже.

– Мисс. Мне придётся взять вас на руки, – сообщил Лиам, посмотрев на меня решительным взглядом: моего отказа не примут, потому что у него приказ! 

– Хорошо! – радостнее, чем стоило бы, ответила я, готовая запрыгнуть на хмурого здоровяка. 

Какая женщина откажется от того, чтобы её мужчина носил на своих сильных накаченных руках? Даже шрам и глаз телохранителя меня не отталкивали, скорее наоборот придавали ему некий шарм бывалого вояки.

Ух! Вот это я удачно вышла из окна.

– Проследи, чтобы никто не видел мисс Камиллу, – сказал напоследок Арслан, когда я оказалась в крепких мужских руках и беззастенчиво оплела шею чужого телохранителя, приникнув к его широкой груди.

Что бы это всё ни было, но прямо сейчас похоже мне компенсируют некоторые неудобства из-за неудачного начала истории.

Лиам кивнул. Внезапная прохлада растеклась по телу, щекоча кожу. Воздух вокруг нас с Лиамом задрожал, окружающее пространство исказилось, Арслан стал нечётким, словно отражение на подрагивающей водной глади.

Телохранитель пошёл твёрдой походкой, особо не испытывая трудностей из-за меня. А я вряд ли весила меньше мешка с цементом. Демонстрация силы и выносливости сделала нового персонажа более привлекательным, несмотря на его «уродство».

Я молчала, наслаждаясь моментом. Благо, что слюнки не пускала, ограничившись чрезмерно довольной улыбкой.

По дороге в мою комнату нам попадались люди, но они никак не реагировали. Никто не замечал нас. Это внушало надежду на лучшее будущее. Хотя странно его рассматривать в условиях вымышленного мира. Впору сойти с ума, но поздно – авторы давно немного того, потому что способны спорить со своими героями, уговаривая на ту или иную сцену. Шиза. Так что нельзя потерять рассудок, когда его давно унесло бешеной музой.

Лиам донёс меня до самой двери в мою комнату. На табличке сбоку так и значилось: «Камилла Резинфорд». Живу одна – хорошо, то есть, как и полагается дворянке. Только без слуги. Наверное. По идеи слуг с собой брать было запрещено, тем более львиная доля обычного люда были переброшены к границе рыть траншеи, возводить укрепительные сооружения и активно участвовать в защите границ своей Родины.

Это что же получается?.. Арслан какая-то местная шишка, раз при нём телохранитель ошивается. Вот только я не припомню, кому могла дать такое, запоминающееся после «платяного шкафа», имя.

Возле общежития собрались небольшие группы, что-то весело обсуждающие. На первом этаже ещё попадались кадеты, выясняющие, в какой стороне их покои, а вот на втором этаже женского крыла было пусто. И тишина. Даже из-за дверей не раздавалось ни шороха. Шумоизоляция в общежитии была на высшем уровне, чтобы никто никому не мешал учиться – если такие найдутся среди богатеньких отпрысков.

Лиам осторожно поставил меня на ноги.

– Я покину вас здесь. 

– Спасибо, – ответила ему, едва заметно удивив. Конечно, мне по статусу не положено проявлять благодарность к слугам и прочим нижестоящим на социальной лестнице людям.

Лиам кивнул и отступил от меня, растворяясь в пространстве. А я, потеряв завесу невидимости, поспешила скрыться в своей комнате.

Закрыла дверь и привалилась к ней спиной – небольшая передышка перед тем, как возьмусь за обдумывание ситуации. Солнечные лучи острыми стрелами врывались в комнату, отражаясь от блестящих поверхностей и размывая очертания предметов.

– Наконец-то... 

– Кто здесь?! – подпрыгнула я, выискивая заговорившего со мной. Я же одна живу? Одна?.. 

– Я устал тебя ждать, – заявил незваный гость, развалившийся на кровати. 

– Лукар? Что ты... забыл здесь? – Он ко мне на «ты», не к добру это.

– Я же сказал: «ждал тебя», – скучающим тоном протянул он, поднимаясь с постели, и лениво направился в мою сторону.

– А как сюда попал? Разве доступ не только у меня должен быть?.. И у администрации на непредвиденный случай?

– Ты сама дала разрешение приходить, когда мне захочется, – ответил он, замерев на расстоянии вытянутой руки.

Если закрыть глаза на его характер, парень хоть куда – красавчик. Ростом не вышел, но смотреть прямо, не задирая головы, бывает удобно – кровь от мозга не отливает, и легко думать в непростых, как сейчас, ситуациях.

– Ах да... Замоталась, забыла... 

– Что ещё ты забыла? – прошептал он, притянув меня за талию. 

– Эм... причину... 

– Причину? 

– Причину, по которой я дала тебе такое разрешение.

Лукар изогнул брови, недоумевая.

– Что ты хотел от женщины? Память девичья... Почти как у рыбки, – оправдывалась, отдирая цепкие пальцы от своего тела. Или тела Камиллы?.. Меня эта попаданческая фигня путает только.

Игривый момент был упущен. Лукар разжал руки, выпустив меня из своих объятий.

Многовато сегодня тесных контактов с представителями противоположного пола. И если сравнивать, то на руках Лиама было куда приятнее, чем в руках Лукара. Ни к чему не обязывающий контакт выигрывает перед вероятностью тесной связи не с самым лучшим персонажем этой истории. 

Лукар. Он, конечно, не злодей. Так… мелкий хулиган, чтобы разбавить сахарную патоку главных героев. Кто-то же должен ставить подножки, проверяя и испытывая чувства хороших ребят. Абы кого на такую роль не возьмёшь, поэтому надо быть предельно осторожной с местным Наполеоном.

– Ладно, напомню, – просипел он недовольно. – Ты предлагала мне приятный способ скрасить дни в академии. – Лукар припёр меня к двери, руками отрезав пути к бегству. 

– Хм... Да, припоминаю. Так я имела в виду чайные посиделки с картами. 

– На раздевание? 

– На щелбаны, – отмела его торг, затушив озорную улыбку в зародыше.

Лукар нахмурился и отступил.

– Ладно, – нервно закивал он головой, принимая поражение. – Больше не подходи ко мне. Но если раскаешься, то можешь прийти в мою комнату, чтобы попросить прощения. На коленях. Как это ты умеешь делать.

Это что за пошлые намёки?!

Щёки вспыхнули от едкой смеси не самых приятных чувств. Да, что бы я просила у него прощения? На коленях? Вот ещё!

Не поворачиваясь спиной к незваному гостю, повернула ручку, и отступила, открыв путь на выход.

Злость Лукара смыло недоумением: он стоял как вкопанный смотря вперёд.

Я заглянула за дверь и тоже опешила – за порогом стоял Дэзмонд.

А этот тут что забыл?!

– Лукар? – нарушил напряжённую тишину Дэзмонд. – Крыло для юношей в другой части кампуса, – напомнил он брату. – А вы, мисс Резинфорд, разве не знаете, что нельзя раздавать доступ в комнату всем подряд?

– Я забыла... 

– Вам стоит обратиться в медпункт, состояние вашей памяти оставляет желать лучшего. 

– Обязательно так и сделаю, – с натянутой улыбкой ответила ему, с нетерпением ожидая, когда эти двое разойдутся и грозовые тучи, нависшие над моей головой, рассеются. 

– Иди к себе, – велел Дэзмонд, сверля немигающим взглядом Лукара. 

– Не указывай мне, что делать, – фыркнул тот и вышел, плечом толкнув брата. Дезмонд никак не отреагировал, даже не моргнул на толчок.

– Неловко вышло, надеюсь, визит вашего брата не вынесут на рассмотрение дисциплинарного совета? У нас с ним вышло небольшое недопонимание. В моих планах не было нарушение правил академии, так и запишите себе... куда-нибудь. 

– Я об этом не сообщу, если это будет разовый инцидент. 

– Конечно. Моя комната не проходной двор! – пламенно заявила я. – Спасибо... За всё. – Попыталась закрыть дверь, но Дэзмонд остановил, не желая прощаться на такой ноте. 

– Я пришёл поговорить с вами. 

– Вам не стоило... Могли же вызвать к себе, в дисциплинарный совет.

– Хотел поговорить лично, без посторонних ушей. Могу я зайти к вам?

Как ему откажешь, после того как он видел Лукара в моей комнате? Обижать ещё одно Энхарда – плохая тактика. Мне же нужна будет протекция, если его младший брат решит потешить задетое самолюбие.

– Хорошо. Заходите.

– Ваша неспособность не контролировать магию вызывает опасения, – начал с главного Дэзмонд, когда мы остались наедине. 

– Я просто устала и перенервничала. Слишком много всего навалилось... Уверена, завтра всё встанет на свои места. 

– Уверены? Вы при мне пытались затушить магический огонь голыми ногами. 

– Не голыми, – не согласилась я, запахнув край юбки, прикрыв зияющие дыры в зелёном полотне.

– Если вы по какой-то причине не желаете посетить медпункт, я могу осмотреть вас сам. Гарантирую, что всё останется между нами. 

– Осмотрите? Я не обожглась, если вы об этом. Не знала, что вы сильны в медицине. 

– Первая помощь – обязательная дисциплина в военных академиях. Вы и это забыли? 

– Точно. То есть нет. Не забыла. Устала сильно... Да ещё наедине с вами... Мысли путаются, – с придыханием призналась, стрельнув глазками, аки достаточно набравшаяся в баре смелости  девица не первой свежести – мне же надо оттолкнуть Дэзмонда, а не очаровать подкопчёнными ножками. 

– Вы же свободны, мистер Энхард? – выстрелила по воробью из пушки, наслаждаясь полученным эффектом – Дэзмонд окаменел. Вопрос замужества ломал его, словно пиратский софт систему компа.

– Я имела в виду, вы ни с кем не помолвлены, а не ваше сердце, – уточнила, вбивая кол в слабое место сильного мужчины. – Вы красивый, богатый и сильный маг. Возможно, я вас и полюблю, но вы всегда будете на втором месте после денег. В деньги я влюблена с младенчества, и у нас это взаимно.

– Мисс Резинфорд, попрошу соблюдать границы, – не своим голосом произнёс Дэзмонд, что я обрадовалась промелькнувшему испугу. Цель достигнута! Он внесёт меня в чёрный список и никогда в мою сторону не посмотрит! То что нужно, чтобы Оливия получила назад своё право стать центром мира для этого мужчины. 

– Я вас поняла. Больше приставать не буду, – пообещала ему, борясь с победной улыбкой, которая норовила растянуть мой рот от уха до уха. 

– Если я замечу, что ваше состояние не улучшилось, то буду вынужден подать прошение на принудительное медицинское обследование, – предупредил Дэзмонд, пронзая меня неприязненным взглядом. 

– Спасибо за заботу, – ответила с улыбкой, чувствуя, как растёт его раздражение. – Могу я вернуться к своим делам?

– Завтра, после занятий, вас пригласят на заседание дисциплинарного совета. Запишите, чтобы не забыть. 

– Обязательно. Так и сделаю. 

– Не смею больше отнимать у вас времени, – бросил Дэзмонд и удалился. 

– Спасибо, – бросила сладким голоском ему вслед, словно соль в спину недруга, чтобы точно больше не вернулся, а лучше забыл дорогу ко мне и меня тоже.

Улеглась на измятую постель и прикрыла глаза. Тяжело думать. Даже не знаю, с чего начать.

Завтра начнутся занятия, которые приведут к неизбежному концу. Или нет?

Заканчивая книги, жизнь героев не кончается. Какое-то время они остаются, чтобы рассказать, как сложится их путь до самого последнего дня. Если там возникает что-то интересное, то появляется второй том, а за ним третий. А если же судьба и автор не подбрасывают персонажам новых потрясений и испытаний, то за кадром остаётся простая жизнь, наполненная светлыми моментами.

Если это всё не сон собаки, а моя новая жизнь, то надо адаптироваться, лелея надежду на личный хэппи-энд и долгую, счастливую жизнь с инкубаторным красавчиком из числа массовки.

Всё как в обычной жизни. Только с магией.

В животе заурчало. Настоящий мир или нет, а кушать хочется.

Сменив испорченную форму на новую, благо, что Камилла не поскупилась на гардероб, несмотря на невозможность носить привычные ей наряды, парочку из которых она всё же прихватила с собой. Именно Камилла – девушка стеклянной красоты, ещё одна жертва нейросети, которая хорошо прошлась по массовке. А что я ожидала? Сама же не прорабатываю их. Хорошо, что всегда отмечаю красоту высокородных особ, а то бы досталось тело местной страхолюдины. Но тогда бы у меня не было опасений за судьбу Оливии и Дэзмонда. Всё-таки лучше быть страшной, но я бы предпочла своё обычное лицо – к нему я уже как-то привыкла за пятнадцать лет и сто шестьдесят месяцев. А лицо Камиллы выглядело маской – частью хорошо проработанного образа для сказочной фотосессии, после которой сам себя узнавать не будешь ни на фото, ни в зеркале.

Убедившись в полной готовности ко всему новому и необычному, покинула комнату и отправилась искать столовую.

Только бы обошлось без сюрпризов. Только бы без сюрпризов.

– У вас забронирован столик? Будете оплачивать наличкой или записать на ваш счёт? – обескуражил юноша на входе в зал, за которым развернулся настоящий фешенебельный ресторан с приятной музыкой и красивым дизайном. 

– Камилла! – окликнули сзади из-за собравшейся очереди ввиду моего замешательства.

Обернулась и улыбнулась девушке, которая в компании двух подруг, или подпевал, смело обогнула впереди стоявших, забрав право пройти первой вместе со мной.

Мда, какая бы столовая не была, но правило «один стоит в очереди за всех» и тут работает.

– Наш стол, – бросила девушка, державшаяся за главную.

Я и её подруги, одна из которых уже ранее встречалась мне в парке, последовали за ней.

– Так близко к столу Энхард, – восхитилась одна из девушек. – Интересно, он будет обедать в общей столовой? 

– Скорей всего, – ответила главная. 

– А его брат? 

– Дэзмонд, если и будет приходить сюда, то для него припасено место за столом преподавателей. Но это, конечно, не отменяет того, что он вправе сесть за любой стол, чтобы обсудить какие-нибудь вопросы с кадетом или кадеткой. 

– А ты бы, Марлин, хотела бы пообщаться с Дэзмондом? – ехидно поинтересовалась главная, усаживаясь за стол, застеленный скатертью, на бордовом полотне которого был вышит фамильный герб. Подобная метка красиво смотрелась и была заметна издалека, в отличие от именных карточек, и в полной мере давала понять иерархию. Вот теперь ясно, почему столик надо бронировать, а если приплатишь щедро, то скорее всего можно заполучить влиятельных соседей и со следующего дня отказаться от своего стола, пересев к новым «друзьям». И как известно, связи – важная часть жизни аристократов, и ими лучше обзаводиться с юных лет.

– Я бы не отказалась, – подтвердила Марлин. – Дэзмонд красавчик и весь такой серьёзный. Ур... Не то, что кадеты. Да, Камилла? 

– А? Это ты намекаешь на его брата? – не растерялась я, понимая, что Марлин знает чуть больше меня, например, что было до того, как я очнулась в этом мире.

На столе появилось четыре брошюры с ручками. Девушки, чьи имена я не знала, взяли листочки и принялись их изучать.

– Не обижайся, но Лукар проигрывает старшему брату во всём: в манерах, характере и росте, – сказала Марлин. 

– Зато титул и наследство отлично компенсирует это, – выступила с сомнительной защитой главная. 

– Не забудьте его особые навыки, – добавила четвёртая из нас, оторвавшись от изучения меню. 

– О, Целеста! – прыснула Марлин. – Не говори, что ты сама убедилась в заявлении Камиллы, что он хорош в постели? 

– Хорошо, не буду. Но должна отметить тот факт, что он мало занимает места в той самой постели после всего... Ну вы поняли... И это нужно считать плюсом. И не смотри на меня так, Камилла, Лукар свободный ветер. 

– Вижу... Дует всем не глядя, – пробурчала, схватив меню со стола. 

– Обиделась? Я не собираюсь уводить его у тебя. Только попробовала мужчину, зарекомендовавшего себя с лучшей стороны в вопросе постельных развлечений. Мне не хотелось начинать своё знакомство с женихами без должных знаний. И в этом плане Лукар отличный учитель. Девочки, в постели он сам на себя не похож. 

– Смотри не влюбись, – предостерегла Марлин, прикрыв рот брошюрой с меню. – Одной постелью счастлив не будешь.

– Девушки, прекратите рекламировать моего кузена, – приструнила хозяйка стола. – И зарубите на своих носах: не обсуждайте мужчин своих подруг, если дорожите дружбой и не нарываетесь на войну. 

– Прости, Диана, – сказала Целеста. 

– Ты должна извиняться перед Камиллой, а не передо мной. 

– Прости, Камилла, – послушно извинилась та, посмотрев на меня.

Я промолчала, прокручивая в голове имена девушек, чтобы не ошибиться при следующей встрече. Но неприятный осадок разговор девушек оставил. Почему мне досталась роль не самой благочестивой особы, запавшей на сказочного блядуна?! Это что за приколы такие?! Других вариантов не было? Та же Диана! Если Лукар её кузен, то и Дэзмонд тоже. И никаких поползновений в сторону своей кузины они бы не предприняли... Хотя... От Лукара можно ожидать что угодно. Он же свободный ветер...

Изучив меню, каждая из девушек отметила ручкой свои предпочтения. Я повторяла за ними, нервно бросая взгляды с одной соседки на другую. Все отложили свои брошюры и ручки, и я... с небольшой заминкой. Предметы как появились, так и исчезли со стола, будто никогда их тут не было.

– Камилла, что-то не так? – обратилась ко мне Диана. 

– Нет. Всё хорошо, – ответила, часто заморгав. 

– Ты так уставилась в одну точку, будто хочешь устроить ещё один пожар, – прокомментировала Целеста. – Это же не из-за моих слов? 

– Нет. Ты ничего такого не сказала, чтобы я захотела устроить показательное сожжение ведьмы. 

– Не зли её, Леста, – шепнула подруге Марлин. – У Камиллы состоялся неприятный разговор с Лукаром. Если на кого она и злится, то на него. Так ведь, Камилла?

– Нет. Я ни на кого не злюсь. Пока.

Марлин нервно хихикнула, но смягчить накалившуюся атмосферу это не помогло.

– Я на твоей стороне, Камилла, – перешла она в режим подлизы. – Я видела, как он нехорошо с тобой обошёлся.

– Видела? – Бросила на неё вопросительный взгляд.

– Я не подслушивала. Просто недалеко прогуливалась, когда услышала злой мужской голос. Даже не думала, что он принадлежал Лукару. Маленький, но такой злобный. 

– Как гном-переросток, – усмехнулась Целеста. 

– Дамы, – хлестнула Диана, следившая за соблюдением некоторых границ. 

– Что ещё ты видела или, может, слышала? – спросила, потому что информация об этих двоих не помешает. 

– Я была недалеко, но не так, чтобы расслышать каждое слово. Но ты же планировала обсудить с ним ваши отношения. Видимо, обсуждение пошло не по плану. 

– И Лукар не был рад твоему предложению, – высказалась Целеста. – Теперь понятно, почему он предложил мне свою помощь, подчеркнув, что я могу обращаться к нему не только днём, но и ночью.

Я скривилась. Этот маленький сучок найдёт за кого зацепиться. Не пропадёт, паршивец.

– Но не переживай! Я отказалась от его щедрого предложения. У меня была с ним разовая встреча в целях самообразования, на большее я не замахивалась, да и в академии есть варианты получше. 

– И постарше, – мечтательно протянула Марлин. 

– Опять ты про Дэзмонда, – бросила в её сторону Целеста. 

– Если среди нас есть кто-то, кто считает Дэзмонда далёкой звездой от идеального мужчины, пусть кинет в меня фаербол, – заявила она, покосившись в мою сторону. 

– Оспаривать очевидное, чтобы прогуляться в кабинет дисциплинарного совета? Я пас, – проворчала в ответ.

Диана засмеялась. Звонкий смех прозвучал словно мелодия, растворившая остаток напряжения за столом, на котором появились первые блюда. Точнее перед девушками стояло по одной тарелке с супом, а передо мной весь столовый сервиз.

– Камилла, ты настолько голодна или просто забыла отметить очередность подачи блюд? – уточнила Диана, чья тарелка сиротливо ютилась с краешку от моих десертов: заказала себе две порции – лопну, но съем всё! 

– Простите. Забыла, – неловко улыбнулась, уже зная, за что возьмусь первым делом. 

– Приятного всем аппетита, – пожелала хозяйка стола, проигнорировав шушуканье со стороны соседей. 

– Приятного аппетита, кузина… дамы, Камилла, – отвлёк меня от тыквенного супа недовольный голос, после которого кусок в горло не полезет.

– Спасибо, Лукар. Присоединишься к нам или будешь есть в гордом одиночестве? – с прелестной улыбкой уточнила Диана.

Я спешно промокнула рот салфеткой и повернула голову назад, чтобы бросить приветственный взгляд неприятелю.

– Ай! – не сдержала болезненный вскрик и замерла, ожидая, когда вспышка боли бесследно померкнет.

– Камилла, что с тобой? – забеспокоилась Диана.

– Шею защемило, – просипела, медленно возвращая голову на место. Сзади раздался злорадный смешок – бой проигран. 

– Смотрю, кто-то решил стать не только одинокой, но и толстой, – прилетел комментарий от Лукара. 

– Разочарую тебя, но ничего из этого мне не грозит.

Чтобы я и потолстела? Только не в этом мире! Здесь все стройны и красивы, как вышедшие с конвейера боты. Исключения – особые персонажи, как мистер Верген, который в этот момент в компании с Дэзмондом направлялся к преподавательскому столу.

– Дамы, приятного аппетита, – произнёс Дэзмонд, притормозив у нашего стола. 

– Приятного аппетита всем, кроме мисс Резинфорд, – сварливо поддержал пожелания мистер Верген, дав понять, что меня не просто запомнили, а внесли в особый список, кому будет тяжелее всего на занятиях и смежных дисциплинах. Одарив меня сердитым взглядом, садовник поспешил дальше, не дожидаясь Дэзмонда, который обратился к брату: 

– Лукар, не досаждай девушкам. 

– Я никому не досаждал, просто подошёл выказать своё внимание Камилле. Или в академии запрещены отношения между кадетами? 

– Не запрещены, если никому и ничему не мешают.

– Дэзмонд, Лукар, – вмешалась Диана, – либо присоединяйтесь к нашему столу, либо позвольте поесть спокойно. – Её наигранно милая улыбка приправляла сказанное предупреждение, которое в приличном обществе девушка её статуса не озвучит вслух. 

– Да, у Камиллы второе остынет, пока вы, мальчики, закончите свою словесную дуэль, – поддакнула Целеста, обратив всеобщее внимание на батарею тарелок передо мной. 

– Лукар, – сказал Дэзмонд, смерив его горящим взглядом. – Дамы, прошу меня извинить, – добавил он, почтительно кивнув нам.

Его брат не решился продолжить стоять над моей душой, хотя меня это не так уж сильно напрягало – тарелка с супом благополучно была опустошена между делом. 

Я девушка простая: хочу есть – ем. Не зря в своём мире я с лёгкостью набирала вес. Для меня голод – то, что терпеть не буду! Как и парней, пытающихся испортить мне аппетит.

– У меня что-то со слухом или Лукар назвал тебя своей девушкой? – обратилась ко мне Марлин. – Что на него нашло? Осознал, что был с тобой излишне груб?.. Там в парке. Или отказ Лесты его вынудил пересмотреть ситуацию?

Я пожала плечами, взявшись за второе блюдо. Пустая тарелка из-под первого исчезла через считанные секунды, освободив место на столе.

– А мне показалось или оба Энхарда нацелились на Камиллу? – задала вопрос Целеста, стрельнув глазами в подруг. 

– Лукар просто выпендривается перед старшим братом, – сказала я. 

– Уверена? Дело в этом? – засомневалась Марлин. – И что ты будешь делать? 

– Что я точно не буду делать, так это не стану девушкой Лукара. И Дэзмонда тоже, – уточнила, заметив загоревшийся взгляд Целеста. – Я считаю, что всем надо сконцентрироваться на обучении, а не разводить шуры-муры.

Диана звонко засмеялась.

– Шуры-муры, – выдавила она из себя, утирая выступившие слёзы салфеткой. – Камилла, разговор с Лукаром был для тебя ударом... и последствия на лицо. 

– Ну а как ещё сказать, чтобы чьи-нибудь нежные ушки не свернулись в трубочку? 

– Нет, мне нравится. Прелесть академии, что тут можно расслабиться вдали от дома и двора, – успокоила меня Диана. 

– А ещё! – оживилась Марлин, прекратив пилить явно пережаренный бифштекс. – Всё, что происходит в академии – остаётся в академии.

Я усмехнулась.

Для героев академия была своего рода Лас-Вегасом, где можно было найти блэкджек и даже шлюх.

Ожидаемая безнаказанность для фигуры и кошелька (про кошелёк Камиллы тут не ручаюсь) обед был сытным. Так плотно я давно не ела. Во-первых, после такого всегда клонило в сон. Во-вторых, спать после еды вредно. Но раз я в выдуманном мире – а это всё равно, что сон, то после обеда отправилась к себе, чтобы отдохнуть. На свежую голову проще будет обдумать всё и набросать план, а с ним и ещё как минимум одну объяснительную – прожжённый казённый ковёр не давал покоя больше, чем странное поведение братьев Энхардов.

Устраивалась как полагается: позаимствовала ночнушку Камиллы – после присвоения тела подобное казалось мелочью. Задёрнула плотно портьеры, погрузив комнату в приятный мрак. Забралась под лёгкое одеяло и с блаженной улыбкой опустилась на пуховую подушку.

Если возможно было поспать на облаках, то ощущения были именно такими – невесомая и обволакивающая мягкость. И ногу не надо было вытаскивать, чтобы регулировать приятную температуру – одеяло делало это само. Магия и прихоть автора на деле! Ну хоть где-то мечты сбываются...

Я была готова к тому, что мне ничего не приснится: сон во сне – это как пиццу хлебом закусывать. Слишком. Не думаете? Да и отсутствие снов – хорошо: мозг не перегружен ничем и отдыхает. А после отдыха выдаст отличный план! Расчёт был на это, не отрицаю. Но и в этой необычной обстановке моё подсознание не оставило меня без радужных картинок и повода задуматься и даже испугаться.

…Я спешила домой... к бабушке. Автобус на станции сломался, следующий по расписанию лишь утром и солнце пугающе быстро скользило по небосводу, стремясь спрятаться за горизонтом.

Шла я привычной дорогой, срезая все возможные углы. Людей, как всегда, в поздний час было не видно. Лай собак, усердно защищающих дачные участки, время от времени заглушали птиц, радующихся приятному летнему вечеру.

Внезапно передо мной возникла лужа – посреди ровного дорожного полотна. Отмахнулась от очевидной странности – луж на этой дороге никогда не было, благодаря небольшому скосу в направлении боковых дренажных траншей. Но что поделать?.. Стала пытаться обойти её по краю в опасной близости к забору, за которым надрывалась овчарка.

– Ваф! Ваф! Стой! Ваф! Ваф!

Замерла и покосилась на прыгающую за деревянными рейками псину.

Да ну… Почудилось. И овчарка отбежала от забора, взяв паузу после долгого лая. А я продолжила обходить лужу, конца которой не было видно.

Вот почему я не люблю межсезонье. Эти лужи, что в городе, что за городом, без ущерба обуви и штанам не обойти.

На обочине влажная земля была едва прикрыта примятой травой, напоминая лысеющих мужиков, старательно зачёсывающие свои три волосинки через весь некогда прекрасный скальп. На каждый мой шаг снизу раздавалось неприятное хлюпанье. Передвигалась я с трудом из-за того, что земля стала засасывать мои ноги, ещё чуть-чуть и останусь без обуви и чистых носков.

Овчарка нервно кружила вдоль забора, не думая отставать от потенциального нарушителя границ. А я завязла... Капитально. Дёргала ногой – бесполезно. Нагнулась и подключила руки. Наивная. Перестаралась с усилиями и упала в треклятую лужу. Правая рука ушла в грязную воду по локоть. Меня обдало холодом. Поспешила встать, но что-то схватило за руку и потянуло обратно в лужу. Именно что-то, похожее на длинные щупальца осьминога.

Кошмар! Это настоящий кошмар! И солнечный свет померк, а луна не вышла. Темень жуткая, будто грязная лужа затопила всё пространство, намереваясь и меня поглотить.

– Ваф! Ваф! – взорвался лаем собака.

В панике потянулась к забору, наплевав на острые зубы пса. Почему-то неведомо чьи тентакли пугали сильнее собачьей пасти.

Удалось пальцами коснуться шершавой деревянной рейки, но чудище из лужи поднатужилось, и меня дёрнуло назад, удаляя от спасительной опоры.

– Держу! – крикнул кто-то. Почувствовала крепкую хватку на левой руке. Подняла взор и встретилась с неземным красавчиком: кроваво-красные глаза переполненные печалью, тонкие губы искажены болью, брови нахмурены и были бесцветны, как и его длинные волосы. Больше разглядеть ничего не успела, если не считать руки, вытянутой из-за забора и впившейся в моё запястье.

Незнакомец тянул на себя изо всех сил, но и чудище не сдавалось. Вот-вот разорвут меня попала.

– А-а-а-а! Отстаньте! – завизжала во всё горло и проснулась. – Уф... Не буду больше спать на сытый желудок, – сделала вывод, вытерев вспотевший лоб.

В первую же ночь обнаружила минус в академической системе: поесть ты мог только в дневное время. Из-за кошмара промаялась до самого утра, страдая от желания заточить чего-нибудь вкусного, но соглашусь и на бутерброд.

Не заметила как задремала и проснулась вздрогнув из-за раздавшегося оповещения: «Доброе утро, кадеты. Объявляется общий сбор перед общежитием для утренней пробежки. У вас десять минут, опаздывать не рекомендуется!»

Поморщилась, поражаясь искристой жизнерадостности говорящей женщины. Умывшись холодной водой, кое-как взбодрилась. Надела штаны и тонкий свитер поверх рубашки, которые, как помниться, я выбрала в качестве спортивной формы для девушек. Не в юбках же бегать и прыгать.

В коридорах общежития, на лестницах и во дворе наблюдалось жуткое столпотворение. Многие спешили занять первые ряды, рассуждая, что так они скорее покончат с утренней пыткой. Я плелась в конце, зевая и потирая глаза.

– Доброе утро! – услышала, но никак не отреагировала, решив, что это не мне. 

– Доброе утро, Камилла, – повторил тот же голос в шаге от меня. 

– О, Арслан! Доброе утро. 

– Не выспалась? 

– Да какой тут? После ужина заснула, что было ошибкой. Посреди ночи проснулась и до этого момента поспать больше не удалось, как и поесть, – пожаловалась своему герою. 

– В таком случае тебе стоит продвинуться в первые ряды, чтобы раньше стартовать и быстрее отправиться в столовую. 

– А душ? – и скривилась, представив обеденную залу, наполненную вспотевшими аристократами. Красиво, но запах перебьёт любой аппетит. 

– После душа, конечно же, – с улыбкой успокоил Арслан.

Я окинула взглядом толпу, поймала любопытный взгляд Лукара, приметила вышагивающего перед толпой кадетов Дэзмонда и решила:

– Нет. Я лучше в конце побегу. Бегун из меня всё равно слабый, в любом случае в хвосте окажусь. Ну а ты беги в своём ритме. – И шёпотом добавила: – Не хочу, чтобы потом подруги устроили мне допрос на тему «А кто это был и когда это вы с ним познакомились?» Понимаешь? 

– Не хотелось бы подвергать тебя допросу... 

– С пристрастием, – уточнила я. 

– Тем более. Я себе подобное не прощу, – с игривой улыбкой заявил Арслан. – Был рад увидеться. 

– Взаимно, – ответила с лёгким кивком.

Арслан пошёл вперёд и через минуту затерялся среди кадетов.

– Доброе утро, кадеты! – прокатился над головами голос Дэзмонда. – Все готовы к утренней пробежке?!

Послышались басовитые «да» и тихие «нет».

– Быстрее пробежите дистанцию, быстрее отправитесь на завтрак! – жалкая попытка мотивации не прибавила энтузиазма. – Придерживайтесь указателей! Каждый должен сделать круг по территории академии! Кто сойдёт с дистанции, будет определён в группу повышенной физической подготовки!

По толпе прокатились страдальческие стенания – девушки не оценили подхода к воспитанию из них настоящих солдат.

– Налево! – скомандовал Дэзмонд. – Вперёд! Бегом!

Под недовольное ворчание и бубнёж кадеты развернулись и побежали по дороге. Мне пришлось подождать, когда двор опустеет, чтобы присоединиться к бегунам.

– Мисс Резинфорд, советую ускориться, – возник сбоку Дэзмонд. Он шёл быстрым шагом, я же делали вид, что бегу.

– Мне же нужно дойти до конца, – пропыхтела и не думая слушаться непрошеных советов. 

– Если вы продолжите бежать с такой скоростью, рискуете опоздать на первое занятие, – предупредил он. 

– Вы меня поставили в такую ситуацию, что, хочешь не хочешь, чем-то придётся пожертвовать.

Дэзмонд отстал, буквально: остановился, а я побежала вперёд.

В целом пробежка мне понравилась. Хорошая погода и свежий воздух подпитали силой, позволив доволочить ноги до конца положенного круга. Видела наблюдателей, которые вылавливали по кустам и углам любителей смухлевать. Забот у дисциплинарного совета может прибавиться, если увиливание от утренней пробежки каралось чем-то ещё, кроме увеличения физической нагрузки. Девушка, зачитывающая объявления, держала в курсе всех кадетов, сообщая, сколько осталось времени до начала занятий.

Вернувшись в общежитие, быстро ополоснулась, переоделась в учебную форму и побежала в столовую, прихватив приготовленную ночью сумку с тетрадями и письменными принадлежностями. У меня оставалось полчаса на завтрак и я предвкушала его, как никогда. После пробежки есть хотелось жутко.

– Столовая закрыта, – вновь обрадовал меня дежурный администратор. 

– Но люди сидят и едят! – возмутилась я. 

– Они пришли намного раньше вас, – осадил парень.

– Я после пробежки. Я жутко голодная. Либо впусти меня, либо я сожру тебя, – пригрозила ему, хищно сощурив глаза. 

– Камилла? – с ехидной улыбкой из столовой вышел Лукар в сопровождении двух парней-подпевал. – Опаздываешь на завтрак? Но это не беда: ты вчера столько за ужином съела, вряд ли к этому часу проголодалась. 

– Я ем, не потому что надо, а потому что люблю это дело. А ты. Кончай. Завидовать, – отчеканила слова, не сводя с Лукара пристального взгляда. 

– Смотри, не разжирей. Толстые на войне помеха, – поддел он, не стирая противную улыбку с лица, и пошёл своей дорогой, подбадриваемый смешками друзей. 

– У-у-у... Наглый... Прыщ! – бросила вслед, но так, чтобы он не расслышал меня. Не хотелось тратить время на перепалки с Лукаром, когда этого требовал администратор на входе в обеденную залу. 

– Нет, – сухо произнёс тот, только увидев мою вымученную улыбку. – Есть правила, – настаивал он. – Не положено запускать новых посетителей за полчаса до уроков.

– И что теперь? Мне терпеть до обеда?! 

– Можете не терпеть, – предложил нахал. 

– Твоё имя! – потребовала я.

– Выпускник боевой академии Сентхофт Винсент Дербиш, – отчеканил парень. 

– Что ты тут забыл, выпускник? 

– Обеспечиваю безопасность в стратегически важных местах, – нахально ответил он. 

– Мисс Резинфорд? 

– Угадали! – бросила вмешавшемуся Энхарду, второму по счёту. Не сумел он, как другие, пройти мимо нас с Винсентом.

– Что? – опешил Дэзмонд. 

– Сэр Энхард, – включила тон бедной несчастной девицы. – Поговорите с молодым человеком, пусть он пропустит меня в столовую. 

– Вы опоздали, – подчеркнул он неоспоримый факт.

– Да, но всего на минуту, – проблеяла я жалобно. 

– Есть правила, и они едины для всех. В следующий раз будете бежать быстрее, если не любите пропускать завтрак. 

– Но... 

– Никаких «но», – отрезал он, пришпилив меня суровым взглядом.

Поджала губы, проглатывая обиду. Герои без твёрдой руки автора совсем распоясались.

Дэзмонд ушёл. Я зло зыркнула на выпускника, запоминая его черты, чтобы держаться подальше конкретно от этого пухлогубого брюнета. Но. При случае отомщу. Всем отомщу!

С невыносимой пустотой в животе отправилась на вводное занятие, которое – как же сказочно мне повезло – вёл Дэзмонд.

Я заняла свободную парту, бросила сумку рядом и повернула голову к подсевшему ко мне парню – Лукар растянул рот в улыбке, я ответила кислой миной. Встала и пересела за дальнюю парту у окна. Но Лукар последовал за мной.

– Подвинься, – велел он. 

– Вот ещё. Мне такого соседа не надо.

Принимать поражение он не собирался, занял парту в соседнем ряду. Нас разделял узкий проход, но отодвигаться к окну я себе запретила, подозревая, что тот только этого и ждёт.

Я обменялась взглядами и улыбками с Дианой, Целестой и Марлин. Девушки заняли первые парты, не отказавшись от компании симпатичных молодых людей, которые рискнули предложить им своё соседство. В дальнейшем каждый мечтал урвать свою выгоду: девушки – помощь от сильных парней, а те заботу и поддержку слабого пола. Ну а если забегать далеко, то вполне возможно появление романтических пар и крепких союзов, выгодных их семьям.

Прозвучал сигнал начала первого занятия. Дэзмонд сообщил, что взял руководство над нашей группой, раз в ней присутствует его брат и кузина. Он заверил, что со всех кадетов будет одинаковый спрос, и стал рассказывать, как будет протекать учебный процесс. Первые четыре дня было отведено под лекции о магическом искусстве. На пятый день сдача экзамена по дисциплине. После нам начнут читать лекции по травоведению. Сдав зачёт по травам, перейдём к зельеварению, а там начнётся практика, в том числе и боевая. Первая помощь, строевая подготовка, командная работа и многое другое предстояло как следует усвоить за три месяца перед началом масштабных военных действий.

Жаль, что война неизбежна. Я же сама так прописала. Но, как и в любой красивой истории о любви, врагам придётся потерпеть неудачу! Надеюсь, нас всех ждёт именно этот финал, а не тот, который дарил быструю свободу автору от возможных продолжений во вторых, третьих и так далее томах.

– У-у-у... – Накрыла руками живот и пригнулась. 

– Мисс Резинфорд, вы не можете и часа прожить, не привлекая к своей персоне внимания? – поинтересовался Дэзмонд, прервав свой рассказ.

Посыпались сдержанные смешки, словно капли дождя в закрытое окно.

– Тихо! – прикрикнул Дэзмонд, и все замолкли. Он продолжил рассказывать про то, как будут проходить тренировки. Я слушала вполуха, молясь, чтобы живот не провыл ещё раз.

Наконец прозвучал сигнал конца занятия.

– Можете быть свободны, – дал добро Дэзмонд.

Кадеты повскакивали со своих мест, похватали сумки, спеша покинуть помещение.

– Мисс Резинфорд, а вас попрошу остаться, – добавил он, пронзив тяжёлым взглядом.

«Штирлиц ещё никогда не был так близок к провалу», – прозвучал в моей голове дикторский голос на фоне тревожной музыки.

Класс опустел. Дэзмонд подозвал меня к учительскому столу.

– Вот. – Он выложил небольшой свёрток на стол. – В следующий раз рассчитывайте не только силы, но и время. Забирайте и идите.

Схватив неожиданный подарок, выскочила в коридор. Удалившись на безопасное расстояние, остановилась и задумчиво уставилась на свёрток.

– Что это? – с этими словами Лукар выхватил предмет из моих рук. 

– У брата своего спроси, – фыркнула я и пошла дальше, не желая связываться ни с подозрительным подарком старшего Энхарда, ни с младшим Энхардом. 

– Лукар, – остановил меня голос Дэзмонда.

Оглянулась и увидела, как он отбирает у брата то, что вручил мне.

– Прекрати вести себя как маленький, – отчитал Дэзмонд Лукара и подошёл ко мне, чтобы вернуть подарок. 

– С-спасибо, – выдавила я, глупо хлопая ресницами.

Как долго эти двое будут меня преследовать? Что нужно сделать, чтобы меня оставили в покое? Как в такой обстановке и на голодный желудок придумывать план действий?!

Дэзмонд ушёл. Лукар прошёл мимо, взглядом обещая продолжение своих глупых выходок. Я же, будучи в выигрышной близости к урне, быстро развернула плотную бумагу и разинула рот, в котором мгновенно собралась слюна. Бутерброд! Он дал мне бутерброд! И где же тут одинаковое отношение к студентам? Подсуживает мне на самом старте! А как же Оливия?..

Но об этом я не могла думать, глядя на сочную буженину с ароматным листом салата между двух ломтей белого хлеба. Воровато оглянулась, оценивая обстановку. Есть бутерброд, стоя над урной, – не то, чем должен заниматься аристократ.

– Мисс Резинфорд, – услышала я тихий оклик, и воздух пошёл знакомой рябью. 

– Лиам! 

– Ш-ш-ш, – приложил он палец к своим губам. – Можете перекусить, вас никто не увидит, – добавил он, став со мной спиной к спине, едва касаясь.

Под надёжной защитой я съела бутерброд. И он был таким вкусным! Настроение мгновенно улучшилось, а настырное и досаждающее поведение Лукара позабылось.

Я выкинула бумагу из-под бутерброда в урну.

– Спасибо, – шепнула Лиаму, повернувшись к нему лицом. Тот не шелохнулся – мимо нас прошла группа кадетов, шумно обсуждая планы на вечер. 

– Почему ты тут, а не с Арсланом? – спросила его, улучив такую возможность. 

– Господин попросил проверить, как вы после пробежки. Он не видел вас за завтраком в столовой и переживал, что у вас могут возникнуть новые проблемы. 

– Спасибо ему за заботу, а тебе за помощь, но подобное внимание меня немного пугает. 

– Пугает? 

– Теперь буду думать, что ты где-то рядом, даже если не видно Арслана. 

– Я не хотел вас пугать. Но работа у меня такая, выполнять поручения господина. 

– Поняла. Передай Арслану, что я хотела бы с ним встретиться после занятий. 

– Сможете это сделать сами. Лекции по магическому искусству будут читать двум группам в одной аудитории. 

– Ясно. Ещё раз спасибо.

Лиам ушёл, пока никто не видел, как в коридоре у стены внезапно появилась я – магнит для мужчин на любой вкус! Мне хотелось, конечно, купаться в мужском внимании, но не когда на кону стоит жизнь! Не до ваших глупых игр сейчас! Не понятно разве?

Но этот бутерброд... Так мило и заботливо. А прикрытие Лиама? Чудо, как приятно!

Нет, нет, нет... Тряхнула головой. Надо собраться! Никаких шур-мур, вась-вась и ути-путий! Так я и до финала не пойму, что со всем этим делать и чем грозит мне «конец».

В аудитории стоял шум и гам. Кадеты обсуждали свои достижения в магическом искусстве, ведь все они с успехом окончили академию. Необходимость повторять пройденный давно материал и тем более сдавать по нему экзамен многих возмущал. А по мне так обычная практика. Кто-то из присутствующих завершил своё обучение год назад, кто-то два, а были и те, кто по разным причинам этого сделать не успел. Можно сколько угодно сетовать и возмущаться, но соседям всё равно как легла твоя карта – войне быть! Отсрочка недопустима! Конспектируй за профессором, зубри по ночам, если хочешь дожить до хэппи-энда!

Мне не пришлось выбирать, куда сесть, к моему приходу свободное место осталось одно. Заняла свободный стул, ничего не сказав, сидевшему за столом кадету.

Подняла взгляд на подошедшего к нам парня – Лукар. Вот пристал, как банный лист! Короткой фразой он согнал моего соседа и собирался уже сесть, но я среагировала быстро – положила рядом сумку, заявив: «Занято».

– Я буду с тобой сидеть, – сообщил прилипала, попой метя приземление на мою сумку. 

– Лукар, – остановил его кто-то. – Я с Камиллой договаривался сидеть вместе на общих занятиях. – К нам присоединился Арслан: прямая спина, высоко поднятый подбородок и руки скрещены за спиной.

Все в аудитории притихли, наблюдая сцену позёрства и бессловесной дуэли за право сидеть со мной. Будто пожара мне было мало, чтобы прославиться на всю академию.

– Арслан, – процедил Лукар, – не знал, что ты знаком с Камиллой.

– Мы друзья, – проинформировал Арслан, и я почувствовала облегчение: раз он во всеуслышание объявил о нашей дружбе, то не стоит бояться с его стороны притязаний на мою руку и сердце, хотя в рамках академии вернее будет сказано «губы и постель». 

– В стенах академии мы все равны, – напомнил Лукар. 

– В таком случае пусть Камилла решает, кто с ней будет сидеть, – с примирительной улыбкой предложил Арслан.

Все посмотрели на меня. Каждый в аудитории, затаив дыхание, ждал моего вердикта.

– Прости, Лукар, но ты опоздал.

Посмотрев на меня как на врага народа, Лукар оставил нас с Арсланом. Все дружно принялись обсуждать произошедшее, вызывая у меня беспокойство: а тому ли я дала право сидеть рядом?

***

– Камилла, проснись...

Кто-то осторожно коснулся моего плеча.

– Ещё пять минут, – пробубнила в ответ.

– Занятие уже закончилось... Мне приказать Лиаму, чтобы он отнёс тебя в мою комнату?

– Что? Куда? – подскочила как ошпаренная и заозиралась, едва продрав глаза. Услышанное предложение напугало, напомнив, что я не дома и сон в чужой кровати может принести много проблем.

Арслан старательно сдерживал смех.

– Что смешного?

Протёрла глаза и убедилась: мы одни в большой аудитории. Доска исписана странными закорючками. Пометки на понятном языке были, но их смысл ускользал от меня.

– Я всё проспала? – в голове не укладывалось. – И профессор проигнорировала это? 

– Нет. Она попыталась тебя разбудить, но твоя усталость была такой сильной, что и взрывом бы не подняли.

– Правда? – не поверила я, покосившись на Арслана. – И не угрожала отправкой в дисциплинарный совет? 

– Возможно, жалобу им подаст, но это маловероятно.

– Почему ты так думаешь? – спросила, начав собирать свои вещи в сумку. 

– Я заверил её, что лично повторю с тобой весь материал. Вот если ты не сдашь зачёт, мне придётся отвечать за твой провал.

Я глупо уставилась на Арслана, не понимая, с чего это профессора удовлетворило обещание кадета.

– Копию конспекта могу занести вечером… либо можем встретиться в библиотеке, заодно повторим материал, – предложил он, собрав свою сумку. 

– В библиотеке – хороший вариант. 

– Договорились, – Арслан довольно улыбнулся, готовый покинуть аудиторию. 

– Только один вопрос, – спохватилась я.

– Слушаю. 

– Кто ты такой?.. – Не услышав ответа, уточнила вопрос: – Кто ты такой, что профессор позволила мне спать на её лекции? – А я знала, в этой академии педагогический состав исключал мягких и бесхребетных личностей – всё для того, чтобы воспитать самых сильных и образцовых боевых магов. Поэтому в академию Сентхофт шли те, кто готов учиться, ну хоть как-то, без прогулов, отмазок и взяток. За последнее вообще грозило отчисление. С позором!

– Ты правда не знаешь? 

– Н-нет, – усомнилась в собственной памяти, но никаких Арсланов среди второстепенных героев не было точно! 

– Я младший принц Арслан Джей Фердинанд, – представился он полным именем, заставив меня потерять челюсть.

Но как так?! Помню Фердинанда – пару раз упоминала его в книге, но дети... Для себя решила, что их трое, как в каноничных сказках: старший так, средний сяк, а младший и вовсе... красавчик. Имён им не давала, раз они так и остались где-то там, на задворках моей фантазии.

Судорожно сглотнула. Надо было лучше продумывать лор мира, не удивлялась бы тогда внезапному знакомству с принцем.

Теперь ясно почему Лукар замешкался, но стоит отметить его смелость – не побоялся при свидетелях дерзить самому знатному среди кадетов.

– Ваше высочество?.. – произнесла с сомнением, всегда путалась в титулах короля и королевичей.

– Не стоит. В академии это излишне – таковы правила. Раз ты теперь всё знаешь, хотел бы попросить тебя об одолжении.

Я напряглась, ожидая подвоха.

– Мы можем продолжить наше общение в том же ключе, как начали? 

– Не думаю, что для меня это будет сложно, но всё же... мне нужно быть осторожней. Не только с тобой, – поспешно уточнила я, – а с любым представителем противоположного пола. 

– Из-за Лукара? 

– Не-е-ет. Из-за девушек, которым дай волю напридумывать небылиц про людей. 

– Опасаешься сплетен. Понимаю, – кивнул Арслан, от былой радости не осталось и следа. 

– Мисс Камилла Резинфорд, после обеда загляните в кабинет дисциплинарного совета. Повторяю. Мисс Камилла Резинфорд, после обеда загляните в кабинет дисциплинарного совета, – прозвучало объявление. 

– Обед! – всполошилась я и поспешила на выход, Арслан последовал за мной. 

– Это всё, что ты услышала? – усмехнулся он на ходу. 

– Нет, но обед самая важная часть. 

– Камилла, – остановил меня Арслан, поймав за руку.

Я посмотрела на него, он выпустил мою ладонь и сказал:

– Я хотел предложить пообедать вместе. 

– Хорошо, предложишь как-нибудь в другой раз, на сегодня поводов для сплетен более чем достаточно.

– Договорились, – кивнул Арслан.

Я пошла вперёд и только на лестнице заметила, что он не пошёл со мной и в столовой не появился.