Айви. Дочь Дракона

— И помни, никто не должен узнать, что ты невеста есхарийского принца, — наказывал отец, ведя меня по переполненному коридору академии прямо в кабинет директора и по совместительству его давней подруги.

С того дня, как он вытащил меня из моря, прошло лето, а у меня до сих пор щемило в груди. Я тосковала по маме, по сестрам, по друзьям. Никак не могла смириться с неизбежностью вскоре стать женой принца могущественной империи.

— Тебя зачислят на факультет ускоренной подготовки, — продолжал объяснять отец. — Весной получишь диплом и прямиком под венец. Хоть со стыда не сгорим от твоей неграмотности…

Директор академии, мадам Авенира Делавэль, скептически улыбнулась, пройдясь по мне критикующим взглядом.

Что поделать: на дочь дракона я не тянула. Слишком утонченная и нежная для носительницы гордого статуса. Разумеется, о том, что моя мать — марселинка, отец умолчал. Это еще страшнее тайны о моем скором браке с принцем.

При обычных условиях я продула бы все вступительные испытания и была бы всего-навсего рекомендована комиссией к рассмотрению на общих основаниях. Честно говоря, с моей тупиковой безграмотностью мне вообще нечего тут делать. Попытки дать мне образование — пустая трата времени. Наверняка из-за меня кто-то более способный вообще вылетел с факультета.

— Айви очень талантливая девочка, — на всякий случай сказал отец, по-хозяйски сидя в кресле. — Уважаемая Авенира, ты не пожалеешь, взяв ее.

— Вильгельм, я уверена, что твоя дочь обладает большим талантом, — ответила ему мадам Делавэль. — Когда-то ты и сам окончил нашу академию с отличием, отсюда начав свою успешную карьеру. Но чего желает сама Айви?

Наши с отцом взгляды встретились. Всем своим видом он напоминал мне, что я обещала ему быть покладистой, как бы тошно мне ни было от перспективы учиться.

— Я далека от наук, — произнесла я в дежурной интонации, — но с радостью хотела бы их изучать.

Наверное, это был первый раз в жизни, когда отец поощрял мою ложь. Ведь он прекрасно знал, что я не хочу учиться, не хочу замуж и вообще провести всю жизнь на суше. Тем более, сколько бы я ни старалась, у меня все вон из рук плохо. Мои таланты совсем в другом — в том, что отец презирает.

Директор Делавэль улыбнулась и, перебрав несколько хрустящих страниц насыщенного соломенного цвета, обмакнула перо в чернила и вынесла мне приговор:

— Хорошо. Только из уважения к твоему отцу я зачисляю тебя на факультет ускоренной подготовки.

Размашистая подпись, свежая печать — и вот я студентка. Море позади, как и моя беспечная, свободная жизнь. Мне оставалось надеяться, что в академии найдутся неудачники, среди которых я буду почти как своя.

Сказать, что мой отец преувеличивал о моих талантах, это ничего не сказать. Он откровенно лгал, потому что никакой драконьей магии во мне и в помине не было.

Отец расписался, где было нужно, и директор Делавэль пожала ему руку, напоминая о годовом взносе, чтобы мы случайно не прошли мимо кассы, и объясняя, где мне отыскать мадам Леонеллу, коменданта женского общежития.

— Вы появились у нас вовремя, — улыбнулась она, перейдя на более официальный тон. — Завтра у новеньких знакомство с деканами и менторами. Уверена, профессор Анфлеир подберет вам лучшего наставника.

Дураку было ясно, что этим наставником окажется далеко не лучший вариант. Ведь за всеми выдающимися старшекурсниками давно кого-то закрепили. Меня отдадут какому-нибудь балбесу, и я буду слушать нудные фантазии бедолаги-девственника, вот уже четвертый год влюбленного в самую красивую студентку академии, но не способного завоевать ее элементарным приворотом.

На кассе отец не упустил возможности напомнить мне, как поднялись цены. Это чтобы я наверняка знала, как дорого обхожусь ему, и что никуда от навязанного брака мне не деться.

Потом мы нашли мадам Леонеллу, спортивную молодую особу в обтягивающем трико и тунике. Вместе с другими студентками она занималась гимнастикой на спортивной площадке, покрытой мелким стриженным газоном.

Жизнь в академии кипела. Два дня до начала занятий. Разумеется, дел невпроворот, и всюду не протолкнуться. Пока я вертела головой, гадая, кто учится здесь уже давно, а кто новоприбывший, отец обсуждал с мадам Леонеллой условия моего проживания. Несмотря на то, что он настаивал на отдельной комнате, комендант общежития решила, что мне непременно нужна соседка. Да и не потянул бы он в финансовом плане личные покои. Ему стало дурно, едва он услышал цену за их содержание.

— Будешь жить с… с… с Рэгной Мостафа! — решила комендантша, недолго поразмыслив. — Она приедет послезавтра, но ты уже можешь заселяться. Комната номер тринадцать. Сама поймешь, какая кровать свободна.

Мадам Леонелла вернулась к гимнастике, а отец велел слугам принести мои вещи и отвел меня к той самой тринадцатой комнате.

— Ну что ж, Айви, пришло время прощаться, — вздохнул он, остановившись у двери. — Не подведи меня. Ты — будущее нашего рода.

После коротких объятий он ушел, и я с тоской взглянула на цифры, криво выцарапанные на деревянном полотне. Здесь мне предстоит жить ближайший академический год. Если, конечно, меня раньше не отчислят, что, естественно, станет трагедией глобального масштаба для отца.

Прогнав подобный исход перед глазами, я передернула плечами и хотела уже было взяться за дверную ручку, как кто-то толкнул меня в спину, с пренебрежением пискнув визгливым голосом:

— Сгруппируйся, желторотая! Ты не одна в общаге живешь!

Я резко обернулась и сжалась под атакой мужских карих глаз.

Кривляющаяся цыпочка, которую этот грубиян обнимал одной рукой за шею, насмешливо фыркнула.

Форма на ней была, как минимум, на размер меньше. Очевидно, эта выскочка нарочно так одевалась, чтобы подчеркивать все выпуклости и вогнутости своей стройной по среднестатистическим человеческим меркам фигуры. Ростом-то природа ее обделила. Чуть выше полутора метров, и это вместе с каблуками. Но дерзко красивая и стильная. И с волосами умела работать, и идеальный макияж наносить. В общем, на что мозгов хватало.

Посочувствовав ее недоразвитости, я вновь перевела взгляд на высокого блондина с небрежно растрепанной шевелюрой. Наглец был прекрасно осведомлен в непревзойденности своего генофонда. Знал, как смотреть, чтобы собеседник терялся с ответом. Когда и как улыбаться. Да и за телом следил. Обтягивающая майка и шорты до колена отлично демонстрировали каждую мышцу рук, груди, ног. Вероятно, ежедневные подтягивания, бег, отжимания. Я таких самолюбов насквозь видела. Себя он за шею так удушающе бы не обнимал, как эту хихикающую дурочку, таявшую от его повышенного внимания.

Презрительно усмехнувшись, он спросил низким, грудным голосом:

— Нравлюсь?

— Ой, Астар! — Кукла положила свои короткие пальчики на его грудь. — Я тебя умоляю! Не своди желторотую с ума, а то лишишь ее покоя. Начнет по ночам к тебе в окна лазать.

— Любви все особи покорны, — сумничал он. — И мелкие мышки, и общипанные пташки, и немые рыбешки. Пусть влюбляется. Практика ей не помешает.

— Эта рыбешка все чешуйки сожжет в твоем огне.

— Поступая сюда, следовало реально оценивать свои силы, — добавил этот Астар, еще раз мазнув по мне взглядом. — И правда — рыба. Будь осторожней, мелкая. Тут хватает клыкастых крокодилов.

— Да, — согласилась я, — с двумя я только что познакомилась, — и переключила все внимание на подошедших с моими вещами слуг.

Учтиво мне поклонившись, они внесли весь багаж в комнату, заставив моих новых «друзей» сдвинуться в сторону.

Выпроводив слуг и хлопнув дверью перед важными моськами, я позволила себе выдохнуть. О том, с какими выпендрежниками мне светит тут учиться, отец не предупреждал. Исключительно одобрял всю студенческую жизнь в академии.

Тем не менее, мне предстояло здесь учиться, практиковаться, заводить знакомства и становиться гордостью отца и завидной невестой для настоящего принца.

Не жизнь, а сказка…

Комната, куда меня как пальцем в небо заселила мадам Леонелла, оказалась весьма своеобразной. Половина, занятая моей соседкой, вызвала у меня кратковременную потерю дара речи. Это был самый настоящий музей наистраннейших вещей, какие мне доводилось видеть. Оба книжных стеллажа были от пола до потолка забиты флаконами с зельями разного цвета, подтаявшими свечами, перьями птиц от воробья до павлина, пучками трав, косточками мелких животных, наполненными чем-то мешочками, свитками и камнями. Но самым экзотическим тут был человеческий череп и самодельные тряпичные куклы с жуткими лицами.

Я, конечно, подозревала, что в академии столкнусь с повернутыми на магии студентами, но до последнего надеялась соседствовать с кем-нибудь попроще. Все-таки куда приятнее по вечерам просто помолчать, а не дрожать от ужаса. Увы, Рэгна Мостафа — не тот вариант. А главное — зачем ей весь этот мусор? Похоже, меня подселили к ведьме…

Мой отец, как примерный выпускник академии и гордый дракон, тоже хранил в доме атрибуты, но то были красивые талисманы, амулеты, магические книги в изысканных обложках, руны, карты, зеркала, аромасвечи и цветы, я бы даже сказала, много цветов. Будь он настоящим драконом, ему бы ничего из этого и не понадобилось для подчеркивания своего титула, ведь моей маме хватает одного трезубца, который по щелчку пальцев может легко превратиться в более действенное оружие — сковороду. Но какое значение в магии несут череп и страшные, как ночной кошмар, куклы, для меня оставалось загадкой, ответ на которую я даже не хотела знать.

Впрочем, я появилась в этом заведении не для составления психологических портретов моих будущих злопыхателей. Может, Рэгна окажется достаточно приветливой, и мы даже уживемся.

Определив, что кровать, застеленная черным покрывалом с вышитыми косточками, уже занята, я присвоила свободную. Выдвинула широкие ящики, смахнула с них пыль и переложила туда все свои вещи. Пальто и обувь убрала в платяной шкаф, а канцелярские принадлежности и коллекцию магических безделушек, которые мне обязательно понадобятся, определила на письменном столе. Если соседка изволит освободить для меня хотя бы одну полку на стеллаже, то я с радостью ее займу. В противном случае, пусть мирится, что половина стола моя.

Обнаружив метлу и совок в углу комнаты, я приступила к уборке. С тех пор, как Рэгна уехала на каникулы, сюда никто не совался. А я не привыкла ходить по комнате в тапках. Я вообще ненавидела и обувь, и одежду, и пыль. Так что пришлось наводить порядок. Вот такая она — престижная академия…

Единственное круглое окно над столом между нашими кроватями тоже не мешало бы помыть. Забрызганное дождем, оно буквально молило о помощи.

Я взяла тряпку, залезла с ногами на стол и принялась тереть стекло. Но рассмешить троицу парней за окном у меня получилось лучше, чем убрать разводы. Что именно их развеселило, я поняла не сразу, только когда заметила, куда они дружно пялятся…

Проклятые ноги и юбки!

Сведя колени, я спрыгнула на пол и задернула шторки. Хорошо, что отцовские служанки приучили меня к панталонам, иначе сейчас засветила бы перед ними все свои прелести. Не академия, а дурдом на крылышках!

Но я же ни в коем случае не должна показывать всяким недоумкам свою уязвимость. Поэтому сгребла ноги в руки и отправилась на экскурсию. Надо же узнать, где получить постельное белье, форму, пособия. С задранным повыше носом, походкой от бедра, прямо мимо этих парней. Пусть моя жизнь уже круто изменилась, но весной вообще перевернется вверх дном. И если я сейчас раскисну, то потом только вешаться. Утопиться-то не выйдет.

— Эй, красавица, зачетные рюши! — не удержались они от шуток.

Резко притормозила, взглянула на них через плечо и с трудом сдержалась, чтобы не запеть. Конечно, их следовало бы проучить. Пусть бы помучились под чарами марселинки пару дней, но отец строго-настрого запретил демонстрировать свои русалочьи таланты. Если здешние хулиганы прознают, кто я, долго я не протяну. На свете нет человека, кто не хотел бы обзавестись ручной марселинкой. Ведь мы не только приносили удачу, но и обладали сильнейшим даром исцеления. Собственно, вместе с ним у нас был еще один дар — способность очаровывать до безумия, граничащая с кровожадностью. Море хранит много косточек утопленников, чья судьба в наших руках. Вот и этих я с радостью отдала бы хищным рыбам на съедение. Повезло им, что академия далеко от побережья.

— Приходите сюда почаще, — ответила я с широкой улыбкой. — Как знать, может, в следующий раз удача вам снова улыбнется.

Едва развернулась уйти, как столкнулась с твердой мужской грудью. Передо мной опять стоял Астар. В этот раз он был один. Без своей вешалки.

Обвел меня кусачим взглядом и сощурился, сканируя.

Слишком хорош для своего напыщенного характера, но ведь все самовлюбленные парни выглядят как морской дьявол. И ногти у него ухоженные, и лицо гладко выбрито. Да и дантист у него не из простых. Я до этого таких ровных, белоснежных зубов ни у одного мужчины не видела. У моряков с ними вечная беда.

Он сунул большие пальцы в карманы шорт и продемонстрировал мне всю свою накачанную ширину плеч. Странно, что с такой комплекцией он торчит здесь, а не проходит военную службу. Хотя я слышала, что парням в удовольствие поступать в академию. Ведь здесь полно нежных и мечтательных красавиц, жаждущих мужского внимания.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он с заметным требовательным нажимом.

— Астар, она… — хотели было напеть про меня парни, но он так грозно зыркнул на них, что они языки проглотили.

— Я с ней разговариваю, а не с вами. Исчезли! — отдал им четкий приказ, и те разбежались в стороны, оставив после себя сквозняк. — Так ты Айви Дэш? Дочь Вильгельма Дэша, называющего себя драконом? — Уголок его губ сдвинулся в сторону.

— Мой отец и есть дракон.

— Умоляю, не смеши. Его способность укрощать драконов еще не делает его самого драконом. Если в международном праве и допускается почитать его этим громким титулом, то, по сути-то, любая ведьма сильнее твоего отца. Во всяком случае, ты должна усвоить одну важную истину — в этой академии все равны. Ты новенькая. Значит, сегодня твоя очередь дежурить в столовой. Поспеши. Опоздаешь с накрыванием на ужин — и получишь первый выговор от Делавэль. После третьего тебя отчислят. Наверное, это сильно ударит по репутации господина Дэша…

— Что это за правила такие? — Я скрестила руки на груди.

— Спроси у Делавэль. Правда, она уехала и вернется только завтра. Ей будет в радость узнать, что ты проигнорировала дежурство. Она любит наказывать. — Он склонился ко мне так близко, что я почувствовала его горячий, бодрящий запах сильного тела. — Или ты любишь наказания? Только скажи, я все устрою.

Представив, какие гадости вертятся в его голове, я сделала шаг назад и, не теряя достоинства, спросила:

— Где эта ваша столовая?

В чем я прекрасно разбиралась, так это в коварстве. Кому как ни мне знать, как опасна чужая приветливость. С чего бы вдруг наглому и распущенному старшекурснику выручать меня дельными советами? Явно не по доброте душевной. Но я вела себя так, будто поверила каждому его слову. Пошла в столовую и даже обернулась на входе убедиться, что он меня видит. Разве что рукой не помахала.

В просторном зале с лепниной на высоком потолке и стенах вовсю кипела работа. За раз накормить несколько сотен студентов и преподавателей не так-то просто. Дежурные девушки и парни бегали промеж длинных рядов со стопками тарелок и корзинами хлеба. На одних столах уже разливали напитки, на других — только расстилали скатерти.

Мне удалось поймать одну рыжеволосую коротышку, которая обдала меня недовольным взглядом и фыркнула:

— Чего тебе?

— Я новенькая, — ответила я, ничуть не оскорбившись. — Хотела узнать, когда подадут ужин?

— Вот если все дежурные соизволят явиться, то вовремя! — огрызнулась она, будто это меня касается. — Например, Астар Харавия!

Так вот в чем дело. Сегодня его дежурство, а он решил воспользоваться наивностью новенькой. Ох, Астар Харавия, ты не на ту напал! Я из тех, кто подчиняет, а не подчиняется.

Но на всякий случай я уточнила:

— А новеньких когда на дежурство ставят?

— Не терпится, что ли? Топай отсюда. Завтра встреча с деканом, он на все вопросы и ответит. Дежурить она собралась. Ты хоть знаешь, что делать-то?

— Нарисса! — окликнули ее друзья. — Пошевеливайся!

— Не отвлекай меня! — бросила она мне напоследок и побежала с горой ложек дальше. — Колокол к ужину пробьет. Если не глухая, не пропустишь!

К счастью, слух у меня был отличный, как и интуиция.

Заметив, что в столовую ведут три входа, я вышла через другой. Пусть находчивый, но невероятно глупый Астар думает, что я тут за него в поте лица вареные яйца чищу, а я тем временем прогуляюсь по академии.

Найти библиотеку оказалось несложно. В вестибюле во всю стену предусмотрительно был нарисован план здания, так что я быстро отыскала хранилище книг. В отличие от столовой, тут было тихо. Сонный библиотекарь лениво выдавал пособия первокурсникам, изредка цокая языком и ворча, если растерянная барышня отмечала не ту позицию в формуляре.

Я терпеливо дождалась, пока он отпустит всех шестерых, и назвала свое имя и факультет.

— Ах, опять эти однолетники! — выругался он, поковыляв в дальний угол. — Зачем вообще в академию поступаете? Проку от вас все равно нет.

Принеся мне всего одну тонюсенькую брошюру, которую, казалось, никто никогда не открывал, небрежно швырнул на стойку и усмехнулся.

— Это все? — удивилась я.

— Ты же не думаешь, что вас всерьез учить будут? Кому надо на вас, бездарей, время тратить?

Я не стала спорить. Мне и так ясно, что ничему путному меня тут не научат. Отцу важно, чтобы у меня был диплом на руках, а заодно чтобы я влилась в общество, подышала с ним одним воздухом.

— Нужно где-то расписаться?

— Очень смешно. Иди уже. Учись, — съязвил он и уже собрался опуститься на стул, как я поинтересовалась:

— А могу я получить что-нибудь для общего развития? Может, у вас есть самоучители или руководства по народам и традициям. Я приехала издалека, хотела бы знать, в чем особенности ведьм, эльфов… кто у вас тут еще учится…

— Ты клоунесса, что ли?

— Почему клоунесса? — Я недоуменно похлопала ресницами.

— Шутки несмешные.

— Я вовсе не шучу, господин… — опустила взгляд на его нагрудную карточку и зачитала: — Джаладри. Я дочь Вильгельма Дэша — владыки Драконьих Островов.

Библиотекарь насмешливо фыркнул.

Да уж, похоже, от величия отцовского рода осталось только имя. Худшего правителя во все времена не было. Это же надо так довести империю, чтобы единственным спасением стал брак родной дочери и иноверного принца!

— Ладно, дочь владыки Драконьих Островов, дам тебе пару книжек, — вздохнул он и через минуту принес потрепанные талмуды, но их не просто отдал, а вписал в карточку и предупредил: — Эти даже не вздумай потерять. Через неделю чтоб вернула.

— Даю слово, — улыбнулась я, сгребла все пособия и окрыленно покинула библиотеку.

Читала я плоховато, но за неделю-то справлюсь. Попутно подтяну технику чтения, чтобы не опозориться на занятиях. Просто до моего переезда в отцовский замок мне особо не требовалась грамота. Кое-что я, конечно, знала. На дне моря немало затопленных кораблей. Но мама развивала во мне совсем другие способности.

Не успела я выйти из здания, как пробил колокол. Отовсюду рекой потекли голодные студенты, гадая, что сегодня в меню, и делясь своими вкусовыми предпочтениями.

— Если опять будет салат из капусты, можешь съесть мой. Тебе нужнее, — посмеивался какой-то парень над плоскогрудой девушкой.

— Надеюсь, не подадут морские водоросли. Ненавижу их, — морщилась другая.

— Хоть бы было мясо, — молился пухляш.

— Лишь бы никто не плюнул в мою тарелку, — надеялся еще кто-то.

Я молча влилась в поток и вместе с ним прибыла в столовую.

— Первый курс сюда!!! — пыталась перекричать дикий ор Нарисса, размахивая руками, чтобы мы заметили ее среди великовозрастных детин.

Новенькие, с опаской озирающиеся по сторонам, осторожно протиснулись к обозначенному столу, и только я ненадолго задержалась в дверях, обратив внимание на скандал за столом старшекурсников, где еще толком ничего не было накрыто. Студенты возмущались, угрожали, напоминали, кто их родители, а их декан хватался за голову и поторапливал всполошенных дежурных.

— Профессор Карнайн, объясните, что здесь происходит? — потребовала от него ответа влетевшая в столовую директор Делавэль.

— Мадам Делавэль, клянусь, я сам не знаю, как так вышло! За два часа до ужина лично предупредил дежурного…

В этот момент последним в столовую важно вошел виновник сего торжества. С самодовольной ухмылкой и парой девчонок под обе руки. Но увидев, что его работа мной не выполнена, оттолкнул их и стер улыбку со своего смазливого лица.

Директор Делавэль медленно перевела на него свой грозный взгляд и сотрясла всю столовую гневным криком:

— Астар Харавия!!! Немедленно в мой кабинет!!!

Все затихли, позабыв о голоде и уставившись на самого популярного плохиша академии. Он же глазами отыскал меня, прижимающую к груди книги и отплывающую от него подальше, и процедил сквозь зубы:

— Это война, Айви Дэш…

Первокурсники перестали дышать. По меньшей мере половина из них тотчас пожалела о поступлении. Всеми любимые и избалованные, они не были знакомы с подобным истерическим методом воспитания.

Те, кто постарше, уже привыкли. Их аппетит страхом не испортить. Будь директор Делавэль недовольна одним из них, они из-за стола поднялись бы только с набитым ртом.

Мне тоже страсть директора к дисциплине показалась излишней. Что катастрофичного, если студенты поедят на десять минут позже? Ее раздражение скорее было связано с личностью нарушителя. Наверняка это не первая провинность Астара Харавии. Немало нервов он потрепал и декану, и профессорам, и директору за годы своего обучения.

Я опустилась на свободное место за столом, но книги из рук не выпускала. Вдруг придется бежать. Вражда враждой, а обещание библиотекарю надо сдержать.

Однако главный бунтарь академии не собирался разделываться со мной здесь и сейчас. Впереди у него был целый год, чтобы издеваться медленно и со вкусом. Не дожидаясь повторного приказа, он вышел из столовой, а вслед за ним вылетела директор Делавэль. Только после этого первокурсники выдохнули и уткнулись в тарелки.

Вскоре об инциденте забыли и за столом старшекурсников. Загремели ложки, зашелестели разговоры. Кто-то продолжал корчить из себя гурмана, другие с удовольствием наворачивали по две порции, а новенькие начинали знакомиться.

В академии было четыре факультета.

Первостепенный — факультет боевой магии. Учились там, в основном, парни, но среди первокурсников отыскалась и смелая девица, испепеляющая всех взглядом.

За ним шел факультет целительства. Для поступления на него особого дара не требовалось. Для обучения азам медицины хватало желания лечить больных и отваги работать бок о бок с ведьмами.

Почетное третье место занимал факультет любовной магии, состоящий из нескольких направлений. Чего здесь только не было: секция первых свиданий, сексология, отделение любви до гроба, семьеведение, бытовая магия и прочая интимно-личностная ерундистика, почитаемая теми же ведьмами и эльфами.

И хотя факультет ускоренной подготовки считался самым малозначимым, мне предстояло оперативно выучиться и боевой магии, и бытовой, и любовной, и лечебной. Поступали сюда по разным причинам. Одни вовремя не успели получить образование, а для высокой должности нужен хоть какой-то диплом; других спихнули родители, чтобы хоть немного вразумить; некоторые перевелись с других факультетов. Одна я торчала тут, чтобы угодить предпочтениям царской семьи, которая весной приберет меня к рукам.

Астар Харавия вернулся в столовую, когда я уже разделалась с салатом из морской капусты и собралась в общежитие. Никого не стесняясь, схватил меня под локоть, выволок из-за стола и, глазами метая стрелы, прошипел в лицо:

— Ты подставила меня, Айви Дэш.

Все вокруг снова притихли.

Это был тот самый момент, когда в пору напомнить, чья я дочь, да только никто моего отца всерьез не воспринимал, а о матери рассказывать чревато. Главное правило марселинок — избегать раскрытия. Нас желают, обожают, боятся и ненавидят одинаково. О том, что я невеста принца самой могущественной империи континента, и вовсе запрещено распространяться. Из оружия у меня остался лишь собственный характер.

— Тогда-а-а, — почти нараспев произнесла я, аккуратно убирая его горячие, цепкие пальцы со своей руки, — ты должен был усвоить урок, что со мной опасно связываться, господин Харавия. Не понравилось, что я подставила тебя? Неприятно быть в роли жертвы, не правда ли? Интересно, неужели я первая, кто тебя проучил? — Обвела взглядом притихшую аудиторию и улыбнулась, услышав, как скрипнули зубы Астара. — Ты ошибся на мой счет, красавчик. Тебе меня не прогнуть.

— Это ты ошиблась, синеглазка, нагадив мне, — ухмыльнулся он с азартом. — На что способен твой дар? Подчинить дракончика? Ты хоть знаешь, с кем ты связалась, Айви Дэш? Ты знаешь, кто я такой? — Астар едва не облизнулся, предвкушая мой предстоящий шок.

— От тебя несет колдовством, — не стала я трепетать, — и безмозглой силой. Да, господин Харавия, я знаю, кто ты. Худший студент факультета боевой магии.

Кто-то в зале рассмеялся, некоторые повставали с мест в ожидании продолжения конфликта.

— У-у-у!!! — заголосили увлеченно парни с его факультета. — Детка, зря ты с ним связалась!!!

Я обернулась, отыскала глазами остряка и хмыкнула дерзко:

— Детка — это плюшевая игрушка, с которой ты обнимаешься по ночам. Меня зовут Айви Дэш. Для всех вас я — госпожа Дэш! Может, вы и привыкли, что первокурсницы забиваются в угол или на коленях ползают перед лидерами академии, чтобы сыскать поддержку. Так вот знайте, я не такая. Я докажу, что драконы сильнее каждого из вас.

— Аха-ха-ха!!! — разразились смехом все, кроме первокурсников, которые с бледными лицами медленно стекали куда-то под стол.

— Что ставишь на кон, госпожа Дэш? — выкрикнули мне старшекурсники. — Чем откупишься, если проиграешь?

— Я не проиграю! И к концу года вы все признаете, что я вас уделала!

Астар со спины склонился к моему уху и урчаще произнес:

— Ты только что нажила себе три сотни врагов, Айви Дэш. Откуда в такой маленькой, хрупкой девочке столько амбиций?

— Ты заблуждаешься, я не хрупкая. — Я взяла со стола книги и вновь повернулась к Астару. — Кстати, придержи свои фантазии. Они отвратительны.

Он выгнул бровь и, сунув большие пальцы в карманы брюк, качнулся с пятки на носок.

— Ты ничего не знаешь о моих фантазиях.

— О, милый, как ты наивен. Я прочитала все твои мысли, когда ты схватил меня за руку. — Я шагнула к нему и понизила голос, чтобы больше никто нас не услышал: — Никогда и ни при каких обстоятельствах твои мечты обо мне не исполнятся... До встречи, господин Харавия!

В общежитии всех первокурсниц ожидала мадам Леонелла. Ее помощницы раздали нам постельное белье и форму, а сама комендант провела короткий инструктаж.

— Форму начнете носить с первого дня занятий. На завтрашнюю встречу можете прийти в своих любимых нарядах. У каждого направления свой цвет. Черная для боевых магов, зеленая полагается целителям, красная — чародеям, ну и так далее, — опустила она подробности моего факультета. — Раз в месяц каждая комната дежурит в блоке. В каждом крыле по одной общей душевой. Это единственное место, где вы можете мыться. Никаких рек и фонтанов, если не хотите получить выговор и обзавестись вшами. В общежитие запрещено проносить хмельные напитки, курительные травы, боевое оружие. Также не допускается проводить гостей и юношей. Но разрешается содержать фамильяра, если он не доставляет неудобств соседям.

Я не стала рассказывать, что сегодня уже видела здесь одного юношу. Я же не хочу прослыть доносчицей.

— Что подразумевается под боевым оружием? — поинтересовалась одна из ведьм. — Некоторые наши атрибуты имеют разное предназначение. Например, для выполнения домашнего задания может понадобиться обрядовая кукла, которая тоже считается своего рода оружием.

— За всеми подробностями обращайтесь к своему декану. Завтра в полдень у вас с ними встречи. Они расскажут о порядках в академии, — увильнула от ответа мадам Леонелла и подытожила: — И еще кое-что! Если заведете тут с кем-то роман, то никаких публичных проявлений чувств!

Что мне тут точно не светит, так это роман. Во-первых, влюбляться — это против моей природы. Во-вторых, я уже обзавелась женихом.

Пожелав нам успехов, мадам Леонелла выпорхнула из общежития, а мы побрели по комнатам.

Застелив кровать синим, как глубокое море, бельем, я развернула форму. Мне выдали две белые рубашки: одну с длинным, другую с коротким рукавом; синий приталенный пиджак, вязаный жилет, юбку до колен и брюки. Из аксессуаров ко всему этому прилагались синие ленты для волос, чулки и нагрудная карточка с моим именем и факультетом.

Аккуратно убрав вещи в шкаф, я взяла чистую сорочку и полотенце и пошла в душ. Однако мои неприятности в академии только начинались. Дверь в комнату мне преградила та самая девица, которая утром толкнула меня и назвала желторотой, в сопровождении своих подружек — свидетельниц моего выступления в столовой.

— Куда это ты намылилась, госпожа Дэш? — усмехнулась она, сделав акцент на обращении. — Новеньким запрещено ходить в душ до посвящения.

Я обвела всю компанию беглым взглядом и обратила внимание на протекающий умывальник у стены. Звон каждой капельки вызывал у меня жуткую сухость во рту. Как же хотелось в море!

— И когда это посвящение? — со вздохом спросила я, не сдвинувшись с места.

— Через неделю, — ответила она и деловито опустила глаза на свои ноготки.

Ее подружки ехидно захихикали, жаля меня змеиными взглядами.

— То есть, ты хочешь сказать, что, когда сама была первокурсницей, целую неделю ходила с запашком? — задала я самый едкий вопрос, который они могли услышать.

Девица обомлела и посерела, ведь ее группе поддержки теперь было не до смеха. Видимо, не совсем глупые. Если я не устрашилась бросить вызов самому Астару Харавии, то этих пустышек и подавно раздавлю.

— Ты меня с собой не сравнивай, госпожа Дэш. Моя семья владеет курортами у Южного Края, а твой отец едва сводит концы с концами на своих змеиных островочках. Когда-то драконы держали в страхе весь мир, даже норды перед ними трепетали. А что твой род представляет собой сейчас? Вы — блеклая тень своих предков.

— А собственными достижениями похвастаться не хочешь? Чему ты научилась в этой академии, кроме унижений?

— Поверь, я одна из лучших студенток. У меня большое будущее.

Устав слушать сказки, я направила ладонь на умывальник, подняла в воздух шар воды размером с куриное яйцо и запустила в лицо этой куклы. Застыв от неожиданности и моей наглости, она ртом хватанула воздух и задрожала. Ее подружки попятились в стороны, испуганно глядя то на нее, то на меня.

— Поверь, я тоже одна из лучших, — произнесла я четко. — С легкостью утоплю тебя в капле воды. Поэтому не зли меня и дай пройти.

— Ты за это ответишь, госпожа Дэш! — заорала она, утирая с щек потекшую косметику. — Запомни мое имя — Мойена Акка! С этой минуты я — твой злейший враг!

— Не разбрасывайся словами, Мойена Акка. Ты же не знаешь, что всех нас ждет завтра. Вдруг своим заявлением ты подписала семейным южным курортам приговор.

— Ты неправильно начала свое пребывание в академии, госпожа Дэш. У всех есть слабости. Когда мы найдем твои, ты сильно пожалеешь.

— Удачи, — пожелала я, обошла эту гадюку и заперлась в душевой, где прямо в одежде залезла под поток воды.

Все мышцы вмиг расслабились, по коже поползли мурашки, разум начал светлеть, освобождаясь от лишних тревог. В воспоминаниях всплыли завораживающие песни сирен… Как же я по ним соскучилась! По шуму прибоя, по косякам рыб, по могучим волнам, по вкусу соли на губах. Ничто в этом мире не заменит мне той прекрасной жизни.

С самого детства я гордилась быть дочерью царицы моря — величественной Аркадии Марибэль Эсмари. Мне завидовали все марселинки. Я была свободной мечтательницей, будущей владычицей водного мира. Даже в кошмарных снах я не представляла, что однажды окажусь в подобном тупике.

Пусть мне не дозволено заявлять о себе, но никто не запретит мне защищаться. Я не дам в обиду ни себя, ни свой род. Сколько испытаний ни выпадет на мою долю, я все пройду с честью и достоинством.

Приведя себя в порядок, насколько это возможно в условиях общежития, я вышла из душевой и столкнулась с целой толпой уставших девушек, выстроившихся в очередь. Увидев, что именно я посмела заставить их ждать, они начали возмущаться:

— Ты кем себя возомнила?

— Ты что, не знаешь правил?

— Первачам нельзя ходить в душ до посвящения!

— Девушки, успокойтесь, — счастливо улыбнулась я им, — вы же уже не первачи. Все вымоетесь в порядке очереди.

И проплыла мимо них, держа осанку и не опуская глаз. Пусть каждая знает, что я не потерплю ни травли, ни издевательств. Конечно, окидывая меня желчными взглядами, все они желали мне покрыться бородавками. Да только напрасно. Во мне природой заложено быть идеалом. И ничто это не изменит.

Вернувшись в комнату, я зажгла свечу, взяла одну из книг и залезла на кровать. Пора бы подробнее узнать, с какими созданиями мне предстоит тут жить, учиться и… воевать.

Самым темным звеном в магическом мире считались ведьмы. Прорицательницы гадали и предсказывали будущее; стихийные ведьмы работали со стихиями, черпая из них энергию; а серые ведьмы или ведьмы-одиночки воплощали в себе свет и тьму. В основном, каждая из них владела фамильяром, но практике были известны случаи, когда ведьмы работали самостоятельно. Ведьм недолюбливали, особенно на Востоке. История помнила времена их гонений, но в этой академии они учились на всех четырех факультетах испокон веков. Хотя боевой магии обучались зачастую ведьмаки и колдуны, а женщины предпочитали что-то более бытовое.

Эльфы тоже делились на несколько категорий. Среди них выделялись лунные, сумеречные, солнечные, лесные и дроу. Но в академию поступали лишь единицы. У эльфов была развита независимая система образования, и они не причисляли себя к общему населению. Только в редких случаях представителей каких-то аристократических семей отправляли сюда на учебу. Делалось это с целью, чтобы в дальнейшем выпускник академии участвовал в ведении внешней политики.

Из справочника я узнала, что в мире говорили и про марселинок. Долгое время нас считали мифическими существами, потом внесли в бестиарий. И только после войны с нордами, когда была проведена масштабная научная реформа, марселинок причислили к общественным существам, обладающим разумом и сознанием. Нас даже назвали субъектом исторической деятельности и культуры.

Тогда же магов, обладающих даром подчинения драконов, вынесли из общего списка колдунов и ведьм. Было решено именовать их по названию подвластных существ — драконами. Сделано это было по предложению моего прямого предка. В качестве доказательства, что наш род отличается от других, он привел факт наследования дара. Если у ведьм и колдунов он передавался, как от матери к детям, так и от отца, то у нас — только от отца к сыну. Женщины укрощать драконов не могли.

Я перелистнула страницу и задумчиво посмотрела на льющийся в окно лунный свет. Вот бы отец был такой же убедительный. Может, мне не пришлось бы выходить за принца чужой страны. Он уверял, что меня там будут любить, уважать и оберегать. Только лучше бы он с такой же настойчивостью, с какой запихнул меня в эту академию, решил вопрос со своими соседями и откупился от них чем-то менее ценным, а не единственной дочерью.

Какой же глупышкой я была, когда верила, что я — его сокровище! Считала подарком судьбы свою способность выходить на сушу. Теперь же поняла, что это проклятие. Именно ноги сыграли со мной злую шутку. Будь я исключительно хвостатой, ни один принц не пожелал бы жениться на мне…

Почитав еще немного про выдающихся выпускников академии, чьи имена навсегда вошли в историю, я прилично устала. Много сил ушло на переезд, а нервов — на разборки с местным бомондом. Вряд ли завтрашний день пройдет тише сегодняшнего. Покой теперь мне может только сниться.

Я затушила свечу и легла, укутавшись в одеяло. Мне вовсе не было холодно. Природа не позволяла мерзнуть. Просто хотелось хоть какой-то имитации защиты.

Уснуть мне не удалось, потому что за окном кто-то долго и громко смеялся. Коменданты общежитий разрешили студентам расслабиться напоследок и смягчили режим.

Прислушавшись, я уловила свое имя. Кто-то насмехался, передразнивая: «Госпожя Дэш-ш-ш!» Причем слова коверкали нарочно, ведь говорила я без акцента. После войны с нордами все перешли на общий континентальный, и марселинки от прогресса не отставали. Мы всегда легко подстраивались под язык моряков.

Быстро догадавшись, что эти юмористы травили анекдоты не под случайным окном, я вылезла из постели, прямо в пижаме вскарабкалась на стол и перегнулась через подоконник.

На лужайке под раскидистыми дубами увидела дружную компанию из десятка особей обоих полов. Разумеется, среди прочего сброда класса премиум находился и мой заклятый новый друг Астар Харавия.

— Тс-с-с… — шикнула какая-то девица и указала на меня.

— Доброй ночи, госпожа Дэш! — хохотнул ее дружок, руку которого она только и успевала с себя скидывать.

— Не спится? — заржал другой.

— Спускайтесь к нам! — подхватил третий.

— Симпатичная пижамка. Тоже с рюшами? Ха-ха-ха!

Дождавшись, пока все выскажутся, Астар оторвался от дерева, к которому прижимался спиной, и вышел на лунный свет, явив мне свой великолепный лик мерзавца. Где-то за его спиной надменно ухмыльнулась Мойена Акка.

— До меня дошли слухи, что ты уже применяешь магию, Айви Дэш, — проурчал он без смеха, но с ироничной полуулыбкой. — До посвящения это запрещено.

— Я еще и в душ сходила, представляешь, Астар Харавия, — в ответ улыбнулась я, подперев подбородок ладошкой. — Прямо-таки злостная нарушительница.

— Вижу, ты так и лезешь на рожон. Так и быть, не будем упускать последнюю ночь каникул. Организуем тебе индивидуальное посвящение прямо сейчас.

Взмахнув рукой, он выпустил энергетический луч и рывком направил в меня. К сожалению, меня подвела заторможенная реакция на суше, и я тут же попалась. Луч обвил кольцом мою талию и буквально выдернул из оконного проема.

Я едва успела моргнуть, как перенеслась на лужайку и упала в объятия Астара Харавии.

— Мой черед продемонстрировать силу, Айви Дэш, — шепнул он, стискивая меня мощными ручищами. — Кстати, — наклонился к уху и добавил, — кричать разрешается…

Излучение, исходящее от него, было вполне объяснимо. Астар Харавия сгорал от страсти. Он восхищался мной в той же степени, в которой не выносил. Его мысли были мне так же доступны, как и искрящиеся глаза. Каждое прикосновение ко мне вызывало в нем целую бурю эмоций, окрашенных огнем. Фантазии бежали далеко вперед — на шелковые простыни в окружении свечей. Они пьянили его, превращая в моего раба.

Но почему мое сердце вдруг стало биться чаще?

Мне чужда влюбленность. Я даже не рассматривала его как мужчину. Однако тело жестоко предавало, поддавшись вибрации. И вместо того, чтобы оттолкнуть, выпутаться из его тисков, я сильнее покорялась чарам соблазнения.

Когда пауза затянулась, в реальность нас вернули его друзья.

— Сейчас мы тебя проучим, — предупредила Мойена Акка, чуть ли не с куском моей плоти оторвав от меня Астара и повиснув на нем для демонстрации своих хозяйских прав. — Думаешь, самая умная? Ни для кого не секрет, что женщины не наследуют драконью магию. То, что твой отец договорился с мадам Делавэль о твоем зачислении, еще ни о чем не говорит. А фокус с водой любой начинающий маг провернет.

Я окинула эту глупышку тоскливым взглядом и закатила глаза.

— Ты все в одну кучу смешала. Давай по порядку, что именно тебя во мне бесит? — задала я прямой вопрос. — Мой род? Умение постоять за себя? Или то, что я Астару нравлюсь больше тебя?

Последнее ее особенно задело, зато у остальной публики вызвало живой интерес, послуживший мотивацией сделать ставки.

Астар же мое заявление оспаривать не стал. Наоборот, улыбнулся и косо глянул на побагровевшую от злости Мойену. Война девушек за его внимание, очевидно, была для него особым видом удовольствия. Не знаю, чьим сыном он был, хоть великого царя, но в академии явно возмещал ограниченную заинтересованность его персоной в миру. Только ущербные в чем-то люди рады скверной репутации.

— Астар только что наглядно показал тебе азы боевой магии, — зашипела Мойена, неспособная проглотить обиду, — а ты продолжаешь показывать зубки? Ты либо психопатка, либо тебе нечего терять.

— Возможно, ты права, — не стала я спорить. — Но реальность может быть и того хуже. Вдруг я психопатка, которой нечего терять.

Астар совсем расцвел ядовитым диким цветком, украсив собой лужайку.

— Мойена, кончай ее кошмарить, — заржали парни. — Ты же ничего не знаешь о ее матери.

Кукла заметно напряглась: друзья-то попали в точку. Пусть отцовский дар мне не передался, но у меня же и второй родитель был, а драконы простых смертных в жены не брали. Сведение о том, что мои мать и отец в браке не состояли, я решила не афишировать.

— Может, уже приступите к делу, — предложила я, глазами обведя всю компанию. — Ночь на дворе все-таки.

Некоторые начали облизываться, другие потирали ладони.

— Не спеши, Айви Дэш, — порекомендовал мне Астар. — Тебе нельзя провалить испытание. Второго шанса не будет.

— Если будете продолжать тянуть кота за хвост, то второго шанса не будет у вас, — ответила я.

Мойена Акка надменно усмехнулась и обменялась лисьими взглядами с подружками.

— По всей вероятности, твоя мать ведьма и работает с водной стихией, — начала она издалека, — раз уж капелька воды тебе так легко поддалась. Мы достаточно гостеприимны и миролюбивы, а к слабым относимся наиболее благосклонно, — добавила под смешки со стороны. — Так что максимально упростили тебе задачу. Видишь фонтан?

Мойена носом повела в сторону каменного фонтана с двумя чашами и глубоким бассейном. Он располагался как раз в центре двора академии, в окружении учебных корпусов, общежитий и здания администрации. Его бы даже слепец не пропустил. Если бы не увидел, то услышал. Шум бурлящей воды в ночи был особенно хлестким.

— И что?

Астар Харавия одарил меня коварной улыбкой и ответил:

— Удиви нас.

— Всего-то? Мне казалось, я вас вполне наудивляла за ужином.

— Ты сказала, что сильнее всех нас, — напомнила Мойена. — Все же слышали? — Стайка закивала головами. — Тогда покажи нам что-то такое, отчего дух захватит. Что-то, вызывающее шок, испуг, непонимание, а не смех и жалость, как было за ужином. Справишься — и ты одна из нас. Нет — твой учебный год превратится в вечность.

— Не помню, когда я говорила, что хочу быть одной из вас.

— Струсила? — засмеялась она. — Расходимся, народ. Айви Дэш — ноль!

Я понимала: если немедленно не докажу им, что мои слова не пустой треп, в покое они меня не оставят, а русалочью магию раскрывать нельзя. Единственное, что я могла сделать, чтобы избавиться от их насмешек, это не удивить, а напугать. И напугать так, чтобы при виде меня их начинало трясти.

— Шок хотите? Испуг? Непонимание? — задумчиво перечислила я, визуально изучая фонтан и тасуя в голове идеи своего номера. — Пусть будет по-вашему. Но ставки мои. Если справлюсь, вы прекратите меня провоцировать. Поверьте, это для вашего же блага.

Всерьез мое предупреждение никто не воспринял, но все снова дружно покивали. А чтобы меня в простушки не записали, я добавила:

— А ты, Астар Харавия, как и все остальные, начнешь называть меня госпожой.

«Все равно когда я выйду за есхарийского принца, для всех вас стану именно госпожой», — подумала я про себя.

— Ты сначала дело сделай, потом поговорим, — дернул он уголком губ.

Поглубже вздохнув, я направилась к фонтану, босыми ногами шлепая по мягкому, влажному от вечернего полива газону. Ближе к воде стало прохладнее, свежее, а я вновь почувствовала себя уверенно и окрыленно. Подошла к бассейну и осмотрелась.

Наверное, хватило бы продемонстрировать искусство управления водой, но вряд ли я кого-то удивлю этим в академии магии. Любая стихийная ведьма может и развести воду, и начертать ею знаки в воздухе, и вскипятить, и превратить в лед. Дар и практика вкупе творят чудеса. Но мне и самой было бы мало легкого изумления на лицах этих повес и их зазноб. Я должна была показать им то, что они навсегда запомнят, но не свяжут с марселинками.

На мое счастье, о нас знали совсем мало. Мы хранили много тайн, и одной из них я и воспользовалась.

Я залезла на высокий борт бассейна и оглянулась через плечо убедиться, что все в ожидании чуда. Особенно мне было важно увидеть глаза Астара. Он явно был в замешательстве, но не ждал от меня ничего сверхъестественного. Казалось, что в этой академии он уже видел все, а я тупо отнимала у него время.

— Сегодня вас ждет бессонная ночь, дамы и господа, — сказала я и прыгнула в бассейн.

Вода в нем была, конечно, не морская и не самая приятная к телу. Главное, что она была водой и помогла мне исчезнуть в своей темной глубине.

Как только я оказалась в подобии привычного мне мира, кожа покрылась чешуйками, которые тут же сделали меня невидимкой. Я стащила с себя пижаму, закопала ее под толстым слоем накиданных сюда монет, залегла на самое дно и затаилась, слушая голоса сквозь толщу воды.

— Она что, дерзнула искупаться?

— Вот дура, ее же накажут!

— Неужели это и есть ее фокус?

— Слабенько для дочери дракона.

— А сколько прошло времени? — наконец кто-то опомнился. — Почему она не всплывает?

И вот случилось то, чего я от них и добивалась. Они обступили бассейн и стали вглядываться в воду, даже запуская руки и ища меня.

— Эй, ребят, она что, утонула?! — запаниковала одна из девушек.

— Поди башкой стукнулась? — предположил ее дружок.

И пока они делились мыслями, медленно впадая в шок, Астар Харавия не раздумывая прыгнул вслед за мной. Но разве позволила бы я ему отыскать меня? Естественно, когда он проплывал мимо, я ловко увиливала. Отзеркаленная, прозрачная и шустрая. Пусть на суше мне от них не убежать, но в воде меня никто никогда не догонит.

Несколько раз выныривая, чтобы глотнуть воздуха, и снова погружаясь на дно, он не терял попыток отыскать утопленницу. Когда же решил, что меня тут нет, применил магию поиска, просканировав ладонями весь бассейн вдоль и поперек. Увы и ах, но эта штука срабатывала только на теплокровных. Так что он и меня не нашел, и попался с очередным нарушением, вынырнув прямо перед комендантом мужского общежития.

— Астар Харавия, — гневно прошипел он, хватая того за рубашку и выволакивая из фонтана, чтобы отчихвостить. — Только не надо рассказывать мне сказки, как Мойена Акка выронила кольцо, а ты, рыцарь в мокрых трусишках, кинулся его искать. Это косяк, Астар!

Мужчина был суров и неподкупен. Ни одно из оправданий этой компании даже слышать не желал, перебивая их и закрывая рты. А уставший и непомерно ошеломленный Астар мог только выплевывать воду и жадно хватать воздух.

— Выслушайте нас! — сумели перекричать коменданта парни, когда тот выдохся их ругать. — Астар нырнул за новенькой! Эта дура с ускоренного прыгнула в бассейн!

— Что ты несешь, обормот?! Все новенькие в своих комнатах! А если какая-то недотепа и махнула в фонтан, то только с вашей подачи, остолопы!

 Опять началась перепалка, и средь голосов я услышала мадам Леонеллу:

— Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит?! Почему крик на весь двор?!

— Да вот, госпожа Леонелла, рыбачу! — коротко объяснил ей коллега. — Харавию выловил! На редкость пакостная рыба!

— Дайте нам сказать! — уже почти сквозь слезы визжали девушки. — Дочь лорда Дэша утонула!

— Вы в своем уме?! — повысила она голос. — Айви Дэш спит в своей постели. Я с вахты не отлучалась ни на минуту. Она не проходила мимо меня.

— Но есть же окно! Сами посмотрите, оно открыто!

— Вы что, хотите сказать, Айви Дэш покончила с собой?

И тут все резко умолкли. Ведь если будет обнаружен мой труп, всю эту веселую компанию, которую теперь не на шутку колотило от ужаса, будут допрашивать уполномоченные маги из следственного отдела. А те найдут способ вытянуть из них правду. На вранье они далеко не уедут, и каждый понесет суровое наказание.

Быстро сообразив, чем грозит им мое «посвящение», они умерили пыл, и Астар Харавия наконец-таки устало произнес:

— Ребят, нам показалось. Наверное, ведьмы со второго опять устроили розыгрыш. Нет там никого.

Его голос прозвучал убедительно. Он ведь действительно меня не нашел. Нет тела — нет дела. Теперь им предстояло провести долгую бессонную ночь, молясь, чтобы утром я не всплыла.

Над водой мелькнул силуэт, и я увидела, как Астар перегнулся через борт бассейна, вглядываясь в глубокую тьму. Мокрый, обессиленный, растерянный и… подавленный.

Он и правда испугался.

Но чего? Того, что я умерла, или того, что его притянут за доведение до суицида?

Как бы то ни было, завтра они увидят меня целой и невредимой и начнут обходить стороной.

Хорошо, что Астар Харавия блондин, а то поседел бы за ночь.

Хихикнув, я случайно выпустила пузырек воздуха изо рта и замерла. Но Астар не увидел, как тот виляя поднялся на поверхность и лопнул, потому что уже отвернулся и поплелся в общежитие, подгоняемый нотациями комендантов.

Я терпеливо дождалась, пока все стихнет, и расслабилась. Даже вздремнула, решив не торопиться с возвращением в общежитие. Все-таки спать в фонтане было куда удобнее, чем в постели.

Однако всю жизнь здесь не проведешь. После полуночи я выплыла и осмотрелась. Вокруг не было ни души. А если кто-то из перепуганных мной студентов и торчал у окна, то все равно не мог меня увидеть. Пока я была мокрая, магия маскировки отлично работала.

Я вылезла из бассейна и быстро пересекла двор. Мадам Леонелла даже бровью не повела, когда я проскочила мимо вахты. Здесь и без меня был сквозняк.

Вернувшись в комнату, я закрыла окно, хорошенько обтерлась полотенцем, переоделась в сухую пижаму и залезла под одеяло.

И пусть только скажут, что я не прошла испытание!

Какое же все-таки я получу удовольствие, когда сам Астар Харавия назовет меня госпожой…

— Это тебя, что ли, госпожой велено называть? — фыркнула вошедшая в комнату девушка с двумя чемоданами.

Я уже была умыта, одета и причесана. Нарочно надела черное платье — торжественное по фасону и траурное по цвету. Чтобы та буйная компания сразу поняла, что сегодня я праздную свою победу и их поражение. Элегантное, идеально подчеркивающее мою стройность и женственность, с отделкой из нежных цветов и кружев на прозрачных расклешенных рукавах, придающих мне утонченности и особого стиля. По крайней мере, со слов отцовских служанок, собиравших в дорогу мой гардероб.

Прыснув на себя чуть-чуть духов, я перевела взгляд на девушку, и одна моя бровь непроизвольно выгнулась.

Как же все-таки далеки Драконьи Острова от континента. Таких необычных девиц я еще там не видела.

Высокая, с короткой мальчишеской стрижкой вьющихся волос, в рубашке без рукавов и брюках. Обе ее руки были покрыты цветными татуировками, как и шея, ставшая пристанищем лика какого-то монстра и кожаного ошейника. Однако были на ней и женственные украшения — тяжелые серьги, кольцо в носу и куча колец на всех пальцах. При всем этом девушка была вполне себе привлекательной: большие карие глаза, немного кокетливых веснушек, аккуратные брови-полумесяцы. И хотя она обладала крупными зубами, они были ровными, ухоженными и белоснежными. Впрочем, все мое внимание было сосредоточено не на них, а на рисунках.

Когда мадам Леонелла назвала мне имя соседки, я решила, что ею окажется скромная девушка из восточных краев. Собственно, моя ошибка. Стоило пристальнее приглядеться к ее странным вещам, а не спешить с выводами.

— Рэгна Мостафа? — на всякий случай спросила я.

Вслед за ней в комнату заглянула мадам Леонелла. Увидев меня, облегченно выдохнула и что-то шепнула, устремив взгляд в потолок.

— Даже знать не хочу, что вчера произошло между тобой и Астаром Харавией с его сборищем, но ты меня порядочно напугала. Если бы до меня не дошли слухи, что ты устроила за ужином, я всю академию подняла бы ночью на уши. На твое счастье, тебе одним своим выступлением удалось привлечь к себе внимание не только студентов, но и педагогического коллектива. Но если бы с тобой что-то случилось, лорд Дэш спустил бы с меня три шкуры. А она у меня одна!

— О чем вы, госпожа Леонелла? — сделала я недоумевающий вид.

Она скривила губы и поморщилась:

— Айви Дэш, я прекрасно знаю, что ты отсутствовала в комнате после отбоя.

— Только я?

— Именно поэтому я тебя и прощаю на этот раз. В следующий доложу директору Делавэль. Каникулы закончились. Завтра начинаются занятия, так что сегодняшнюю ночь, будь добра, проведи без приключений. Кстати, это Рэгна. — Мадам Леонелла подняла руку и погладила девушку по коротким волосам. — Гордость академии. Отличница, активистка, оторва, — перечислила она ее выдающиеся качества. — Уверена, вы подружитесь. Я же могу на тебя рассчитывать, Рэгна?

Та широко улыбнулась и ответила:

— Нарисса вкратце уже рассказала мне о госпоже Дэш.

— А почему ты приехала на день раньше? — обеспокоенно спросила комендант. — Надеюсь, дома все хорошо? Или тебя прогнали из страны? Никогда мне не нравились эти суровые законы Востока! Никаких прав у бедных женщин!

— Мадам Леонелла, — вздохнула Рэгна, ставя чемоданы, — сколько можно говорить, что с Востока были мои предки? Я родилась и выросла в Андервиле. Наши законы меня ни в чем не ограничивают. Смотрите, — она повернулась к коменданту спиной и, запрокинув руку, указала на шею, — новая руна. Авторская, между прочим. Мой летний проект. Если экзаменационной комиссией будет одобрена, то запатентую и вам подарю.

— А что она делает? Приносит счастье?

— Ага. В постельных делах, — усмехнулась Рэгна, заставив мадам Леонеллу нервно кашлянуть.

— Да ну тебя! Коза!

Молча погрозив нам пальцем напоследок, комендант вышла и закрыла за собой дверь.

— Ну что? — подмигнула мне Рэгна. — Будем знакомиться?

— Кажется, тебя со мной уже заочно познакомили, — улыбнулась я, чувствуя в этой ведьмочке-стервочке родственную душу.

— Это все не то. Что ты сама о себе расскажешь, госпожа Дэш? По виду и не скажешь, что кусаешься. Выглядишь мило.

— Спасибо. А ты дерзко.

Она хохотнула, прошла к своей кровати и рухнула, спиной откинувшись на стену.

— Так, значит, ты — дочь Вильгельма Дэша? И каково это, жить вдали от цивилизации? Я слышала, на Драконьих Островах даже нормальных рынков нет. А из развлечений — утомительное ожидание парусов на горизонте.

— А твои предки сбежали в Андервиль за развлечениями?

— Сама бы пожила по законам восточных династий, не задавала бы глупых вопросов. Там женщинам даже лица открыть нельзя, а наследники царя вообще имеют гаремы.

— Какие гаремы? — насторожилась я.

— Они что, бывают разные? — усмехнулась Рэгна. — Обычные гаремы. Пару сотен девушек на одного принца, которые годами ждут своей очереди на его внимание.

Меня словно кипятком обдало.

Мой отец спятил? Неужели он всерьез хочет выдать меня за принца, владеющего гаремом? Чтобы я что делала? Решала, какая из наложниц побывает в его постели следующей?

Когда я говорила, что никогда не полюблю навязанного жениха, а отец отвечал, что это и не обязательно, я даже мысли не допускала, какую разрушительную игру он затеял.

Почувствовав на языке отвратительную горечь, я до скрипа стиснула зубы и выскочила из комнаты.

Промчавшись мимо первокурсниц, глядящих на меня с восхищением и трепетом, я выбежала из общежития и прямиком отправилась в здание администрации. Я даже не обращала внимания на полусонных студентов, выползших во двор. Возможно, среди них были друзья Астара Харавии или он сам. Меня это мало заботило. Вернее, вообще не заботило. Появились проблемы куда катастрофичнее, касающиеся не одного академического года, а всей моей жизни.

Ворвавшись в кабинет директора Делавэль, я застала ее за подписыванием приказов. Пожилая секретарь аж потеряла дар речи от моей наглости. Я же, толком не отдышавшись, заявила:

— Мадам Делавэль, я должна немедленно поговорить с отцом!

Директор даже не отложила перо. Прошлась по мне критикующим взглядом и спокойно произнесла:

— Во-первых, врываться в мой кабинет без разрешения запрещено. Во-вторых, вы не имеете права что-то от меня требовать. В-третьих, сбавьте тон, госпожа Дэш. И наконец, в-четвертых, со своим отцом вы увидитесь на дне встречи. Он состоится через месяц.

— Но это срочно! Вопрос жизни и смерти!

— Я ни за что не поверю, что вам здесь кто-то угрожает, — улыбнулась она уголком губ. — Наслышана о вашем вчерашнем выступлении. Хоть кто-то поставил Астара Харавию на место. Жаль, вы не появились у нас раньше. Три года пытались сделать из него человека…

— Мадам Делавэль! — вернула я ее к своему вопросу.

— Ах, отец… Вы можете написать ему письмо. Почту забирают раз в неделю.

— Ма…

— Разговор окончен, — уже строже сказала она, и я шлепнула губами, вспомнив, как эта женщина умеет сотрясать воздух. — С минуты на минуту у вас состоится встреча с деканом. Профессор Анфлеир не жалует опоздавших. Поспешите.

Поняв, что в академии не на все мои выходки будут закрывать глаза, я выдохнула, извинилась и покинула кабинет.

Только через месяц я смогу потребовать объяснений от отца. И то, если он изволит навестить меня, а не сыщет причину не приезжать.

Завтрак я пропустила, чтобы подольше подержать Астара Харавию и его дружков в неведении. Обед и ужин пропущу, потому что отныне у меня начисто пропал аппетит.

Лекционную аудиторию, в которой была назначена встреча с деканом, я нашла без труда. Самая тесная, в глубине первого этажа, с северной стороны, где-то между мастерской по хозяйственной магии и туалетами. Это чтобы с первого дня наглядно показать студентам-однолетникам, как нас тут «ценят».

Сам профессор, плотного телосложения стареющий мужчина в строгом костюме, уже был на месте. Стоял за кафедрой и сосредоточенно изучал короткий список группы.

Нас было всего восемнадцать. Треть уже взрослые — те, кто не побоялся с первой же встречи занять переднюю трибуну. Остальные рассредоточились по всему кабинету.

Я обратила внимание на двух высокомерных подружек, усевшихся в самом центре и неприкрыто сплетничающих о присутствующих. При моем появлении они осклабились и сузили глазки. Даже подвинулись, надеясь, что я обязательно примкну к ним. Я же решила не завязывать дружбу с этими особами. Окинула аудиторию взглядом и заняла одно из свободных мест у дальней стены.

Одновременно с раздавшимся колоколом декан отложил список и поднял лицо. Улыбнувшись нам, он взмахнул рукой в сторону двери, и та захлопнулась с порывом ветра.

Некоторые ахнули, хотя никого из поступивших магия удивлять не должна. Видимо, были совсем слабенькие, поступили в академию не по велению сердца, а по нужде.

— Рад приветствовать вас, уважаемые студенты, в нашей академии! Меня зовут Бьяр Анфлеир. Я профессор магических наук. Занимаю пост декана кафедры ускоренной подготовки вот уже двадцать два года. Мы с вами проведем много совместных учебных часов. Я буду преподавать у вас часть спецдисциплин и некоторые отрасли практики. Также я буду возглавлять экзаменационную комиссию и утверждать ваши выпускные проекты, к которым рекомендую приступать с первого дня обучения.

— А типовые темы работ будут представлены? — поинтересовался кто-то из взрослых.

— У вас будет возможность ознакомиться с лучшими работами выпускников прошлых лет, — ответил он и перешел к следующему вопросу: — Расскажу немного о дисциплине. Посещать занятия вы обязаны без опозданий, строго в выданной вам студенческой форме, и полностью готовыми. Ориентируйтесь на расписание, но не забывайте, что в академии кипит активная внеурочная жизнь. Хотите вы или нет, но будете задействованы в разного рода творческой деятельности…

Как бы я ни пыталась вникать в каждое слово, мысли уносили меня далеко за пределы академии. Сложно думать об учебе, когда родной отец обрекал меня на несчастный брак.

— Айви Дэш, — обратился к аудитории профессор, и я встрепенулась. — Кто из вас Айви Дэш?

В мою сторону уже были обращены взоры тех, кто имел честь видеть меня вчера в столовой.

— Так вот какая вы, госпожа Дэш, — то ли с иронией, то ли с восторгом сказал декан. — Так как вы поступили к нам только вчера, я еще не успел выбрать вам достойного наставника, а такую смелую девушку, согласитесь, нельзя доверять кому попало. Дайте мне немного времени, и я подберу вам лучшую кандидатуру.

Мне было уже все равно, кто будет просвещать меня, пусть хоть Мойена Акка. Так или иначе, год в этой академии покажется мне благодатью небес по сравнению с тем, что ждет меня дальше.

— Если кто-то еще не получил пособия, — продолжил профессор, — то не забудьте сходить в библиотеку. Господин Джаладри работает без выходных. Завтра с утра у него будет не протолкнуться. За учебниками побегут самые одаренные, — усмехнулся он, — поэтому позаботьтесь о своей готовности уже сегодня… Теперь о фамильярах. Каждую сущность, будь то хомячок или дракон, — Бьяр Анфлеир вновь посмотрел на меня, — необходимо регистрировать и владеть согласно требованиям по содержанию фамильяров.

— У меня вопрос! — Руку подняла одна из дружной парочки. — Все знают, что выполнять практические задания с фамильярами гораздо легче. Особенно когда это дракон размером с академию. Повышаются ли баллы тем, у кого фамильяров нет?

Профессор снисходительно улыбнулся.

— Уважаемая Корделия Гицур, с чего вы взяли, что работать с фамильярами легче?

— Но ведь они выполняют половину дела.

— Тогда попробуйте завести себе фамильяра. Приручите, подчините, призовите, создайте… Вижу, вы сникли. Так вот запомните, чтобы обзавестись фамильяром, надо иметь дар, терпение и силы. К слову, не все фамильяры — отличные помощники. Зачастую это гордые, капризные, корыстные существа. Справиться с ними — уже огромная работа.

Поняв, что надавить на жалость не выйдет, названная Корделия Гицур скисла.

— Ваш учебный год будет разделен на три семестра. В первом вы будете изучать курс целительства, во втором — боевое искусство, а заключительным этапом станет любовная магия.

Подружки заурчали. Они словно только ради этого сюда поступили. Ну и шли бы сразу на факультет любовной магии: четыре года изучения страстей.

— Выпускной проект имеете право приготовить по любому из направлений, — подытожил профессор Анфлеир. — А сейчас я раздам вам небольшую анкету. Ответьте на вопросы максимально честно. Это намного упростит нашу с вами связь.

Он поднял обе ладони, и листы с кафедры разлетелись по столам, опустившись прямо перед нами. Поверх них попадали пишущие палочки с нескончаемыми чернилами.

Я провозилась с этой анкетой дольше всех. Называлась она «Выявление уровня социально-магической адаптации» и состояла из довольно простых вопросов. Но я и читала пока еще медленно, и писала корявенько, и никак не могла сосредоточиться на этом простецком задании.

Комфортно ли я чувствую себя в новой обстановке?

Лучше всех!

Хорошо ли я осведомлена об академии?

Уже поняла, что отец не рассказал мне и половины.

Какая помощь и с чьей стороны нужна мне, чтобы справиться с трудностями?

Желательно, чтобы морской дьявол призвал меня к себе. Только так я решу все проблемы.

Старшекурсники конфликтуют со мной?

Чувствую ли давление со стороны кого-либо?

Нуждаюсь ли я в фамильяре?

Какое из магических направлений мне нравится больше?

Далее нужно было охарактеризовать атмосферу в студенческом общежитии и оценить свой дар по десятибалльной шкале.

Разумеется, я ни на один вопрос не ответила честно.

— Госпожа Дэш, задержитесь ненадолго, — попросил профессор, когда я поднесла ему заполненную анкету.

В аудитории мы остались вдвоем, даже Корделия Гицур, отвечающая на вопросы с некоторым фанатизмом, уже ушла.

— Слушаю, — ответила я.

Он сложил все анкеты стопочкой и улыбнулся, достав из-под них список незнакомых мне имен.

— Ваш первый день в академии, как до меня дошли слухи, прошел насыщенно.

— Это всего лишь слухи.

— Однако сегодня утром к директору Делавэль обратилось уже десять старшекурсников, взывающих назначить их вашими наставниками. Некоторые даже отказались от приставленных к ним новичков, прося передать тех кому-нибудь другому.

Я взглянула на список и пожала плечами. Каждый из них наверняка норовил сделать меня ручной.

— Завтра желающих станет еще больше. Вы успели многих покорить. Директор Делавэль согласилась отойти от правил. Вам разрешено самой выбрать себе наставника. Даже если у него уже есть подопечный, вопрос будет улажен.

— Что вы, не стоит ради меня лишать кого-то достойного опыта. Назначьте любого свободного. Претензий предъявлять не стану, — ответила я и направилась на выход. — С вашего позволения, профессор.

Подав мне совет хорошенько подумать, декан проводил меня улыбчивым взглядом и переключился на анкеты.

Едва я вышла в коридор и выдохнула, как была поймана в капкан цепких мужских рук.

— Не дергайся, Айви Дэш, — произнес Астар Харавия, блокируя мои движения, — а то хуже будет…

Переместившись в соседнюю мастерскую, где нас уже ждали его друзья, он усадил меня на приготовленное кресло и четким движением руки привел в действие веревки, тут же крепко связавшие мои руки и ноги.

Я, конечно, не строила иллюзий и была готова к расспросам, но недооценила отчаянность этой компашки. Видимо, хорошо я их всполошила, раз решились устроить мне допрос с щепоткой насилия.

Меня окружили, буравя сердитыми взглядами. Судя по изнуренным лицам, ночь у них действительно была бессонной. Парни взъерошенные, девушки без румян. Все дружно хотели надо мной поиздеваться, но также дружно поджали хвосты, боясь вместо диплома получить срок на каменоломне.

— Признавайся, — потребовал Астар, встав передо мной и скрестив руки на груди, — как ты это провернула?

— Провернула что? Удивила вас? Какая разница? Я с заданием справилась, и по уговору вы больше не имеете права измываться надо мной, — смело напомнила я, прекрасно понимая, что после ночного инцидента они точно не рискнут причинить мне вред. Уж если я их напугала, то страшно представить, на что способен мой отец. Хотя бы в их воображении…

— Науке знакомы разные способы перемещения в пространстве, — продолжал искать ответ Астар. — Метлы, ступы, летающие ковры, драконы, тени… Но трансгрессия — запрещенный прием.

— Транс… что? — переспросила я.

— Трансгрессия, — повторила Мойена Акка, — перемещение на дальнее расстояние за считанные секунды. Ты же не прыгала в бассейн, а просто сбежала, ведь так? — с надеждой на положительный ответ спросила она.

— Нет. Я не практикую запрещенные приемы.

Все переглянулись. Они до последнего надеялись, что я преступница, и тогда со мной будет легко разделаться.

— Тогда в чем твой фокус?! — вспылила она, но Астар одной рукой отодвинул ее подальше.

— Ты же не могла так долго не дышать! — сорвалась одна из ее подружек.

— Почему же? Я дочь владыки Драконьих Островов. Я выросла на берегу моря. Много плавала и упражнялась.

— Тебя в бассейне не было, — утверждал Астар.

— С чего ты взял? — стараясь не улыбаться, задала я вопрос. — Неужто за мной прыгнул?

— Разбежался! — усмехнулся он, и друзья его поддержали нервным, неестественным смехом, мол, кто я такая, чтобы за мной прыгать. — Я достаточно силен в магии и точно знаю, что в бассейне тебя не было.

— Раз ты так силен, то сам ответь на все свои вопросы, — посоветовала я.

Это его взбесило. Метнувшись ко мне, Астар склонился и пальцами впился в мои руки.

— Самая умная, Айви Дэш? Мы и не таких ломали. Тебе же лучше, если сама признаешься, в чем твой секрет. Потому что, если его узнаю я, на гадости не поскуплюсь. Любую сильную сторону можно обернуть в слабость. Ты же не хочешь из зазнайки превратиться в неудачницу?

— У меня много секретов, Астар Харавия, — улыбнулась я, глядя ему в глаза. — Тебе жизни не хватит все их выведать.

— Ну ты и вляпалась. Отныне остерегайся, Айви Дэш.

— Подошлешь мне шпиона в наставники?

— Я и без шпионов справлюсь. Вот увидишь, скоро ты станешь для меня открытой книгой. Я не только узнаю все твои тайны, но и начну предугадывать каждый твой шаг. Ты без моего ведома глотка воздуха не сделаешь.

Я скучающе вздохнула.

— Так с испытанием-то я справилась?

Они злодейски рассмеялись и всей толпой отправились на выход.

— Эй! — окликнула я их. — А развязать меня не хотите?

— Ты же у нас даровитая, — съязвила Мойена Акка, вновь повиснув на Астаре. — Самая сильная в академии. Так освободись самостоятельно. Тебе это не должно составить труда.

И на этом они ушли. Оставив меня привязанной к креслу.

Как бы я ни дергала руками, веревки не поддавались. Астар сделал не простые узлы, а запечатал их заклинанием. Чтобы я наверняка подольше повозилась.

Быстро сообразив, что самостоятельно мне не высвободиться, я просто смирилась со своим незавидным положением и, набравшись терпения, стала ждать. Если сегодня сюда никто не заглянет, то завтра точно тут будут занятия, и тогда меня кто-нибудь развяжет. Кричать, плакать, молить и звать на помощь не стану. Не дождутся. К тому же куда мне торопиться? Самое время начинать приводить в норму внутреннее равновесие. Оно мне сильно пригодится в семейной жизни.

— Ты кто такая?! — всплеснула руками вошедшая в мастерскую женщина.

Седые виски, прибранные шпильками волосы, очки, длинная юбка, старомодная блузка. Точно профессор.

— Айви Дэш. Я с факультета ускоренной подготовки…

Она подняла руку и этим немым жестом велела мне умолкнуть.

— Наслышана, — ответила и замысловатым движением пальцев расколдовала веревки.

Те змейками упали на пол, и я наконец встала, слегка пошатываясь на занемевших ногах.

— Полагаю, вы не сами себя здесь заперли, — скривила губы эта строгая женщина, уперев руки в бока. — Я даже догадываюсь, кто. Но не мне вас допрашивать. Хотите вы этого или нет, но я доложу директору о вашем несанкционированном проникновении в мастерскую. Перед мадам Делавэль будете оправдываться, кто и за что над вами поглумился. А сейчас покиньте помещение. Немедленно.

Повтора не требовалось. Я все поняла с первого раза. Молча кивнув, вышла и поплелась вон.

День был солнечный, яркий, теплый, поэтому все студенты повылезали во двор. Встречи с деканами уже закончились, так что было что обсудить. Да и за каникулы все друг по другу соскучились.

— Где ты пропадаешь? — Появившаяся из ниоткуда Рэгна легонько толкнула меня плечом. — Обед пропустила. Подавали профитроли.

— Да так. Впуталась в одну неприятную историю…

— Дай-ка угадаю... — Моя соседка посмотрела туда же, куда и я — на Астара Харавию и его ржущую компанию, облюбовавшую раскидистый дуб. — Ты развязала войну с хищниками. Они тебя в клочья порвут.

— Зубы переломают, — ответила я и перешла к более важной теме: — Рэгна, ты же не первый год здесь учишься?

— Третий курс. Факультет любовной магии. Ищешь наставника? Я бы с радостью, но не представляю, чем я, ведьма, могу помочь дочери дракона…

— Нет-нет, просто кое-что спросить хочу. Мадам Делавэль сказала, что увидеться с отцом я смогу только на дне встречи через месяц. А есть ли способ вызвать его сюда раньше?

— Грубое нарушение порядка, как вариант, — улыбнулась она. — Но не скандал с той шайкой и не побег из общаги после отбоя. Должно быть что-то серьезное. То, что заставит директора Делавэль вскипеть.

— Например?

Рэгна задумчиво посмотрела на кишащий студентами двор и пожала плечами:

— Публичный поцелуй.

Я рассмеялась. Тоже мне — нарушение.

— Зря так реагируешь, — подсказала она, переведя взгляд на окно кабинета директора. — Авенира Делавэль ненавидит влюбленные парочки. Говорят, в юности она была безответно влюблена в какого-то дракона, а те, как известно, в жены берут только особенных. Ее слабенький дар, доставшийся от прабабки-ведьмы, не давал ей никаких шансов. Разбитое сердце и стало причиной, почему она посвятила жизнь не семье, а академии.

Теперь предупреждение мадам Леонеллы о запрете на публичные проявления чувств мне стали понятны.

— Разочарование, злость, зависть, — продолжала Рэгна. — Авенира Делавэль так и не смогла их победить. С годами она научилась закрывать глаза на короткие объятия, но все равно обрати внимание, никто даже за руки не держится. Все это делается подальше от посторонних, где-нибудь за закрытыми дверями, а еще лучше — за пределами академии. В свободное от учебы время нам разрешено выбираться в город. Конечно, если нет каких-то внеурочных мероприятий. Хотя иногда можно примкнуть к отряду волонтеров и улизнуть. Но если поймают…

— То есть, если я с кем-то поцелуюсь, моего отца тотчас вызовут сюда? — перебила я соседку.

Она хитро посмотрела на меня и медленно покивала:

— Я вижу опасный блеск в твоих глазах, госпожа Дэш. Только прислушайся к моему совету: целуйся с тем, кого не жалко. Ведь его родителей тоже вызовут в академию…

Рэгна огласила имена целого ряда потенциальных жертв. Каждый из этих парней — отъявленный нарушитель. Вызов родителей ни для кого не станет неожиданностью. Был среди прочих и Астар Харавия, которого я вычеркнула первым. Много ему чести будет целоваться с марселинкой! Он доберется до моих губ, только если я умру и засохну.

Однако я же девушка приличная, не могла поцеловать первого попавшегося. На длительное знакомство тоже времени не было, но хотелось, чтобы парень не вызывал у меня хотя бы элементарного отвращения. Тем более первые двое, кого посоветовала Рэгна, причинили мне моральный ущерб. От одного за версту несло чесноком, второй был небрит.

Я бродила по двору, подбираясь то к одному, то к другому студенту, но разводила руками, стоило тем обратить на меня внимание. Рэгна, наблюдающая за этим со стороны, только успевала укорачивать список, все яростнее черкая по бумаге.

— Ты со своими вкусовыми предпочтениями за месяц никого не поцелуешь, — вздохнула она, когда я очередной раз вернулась ни с чем.

— Но должен же парень хотя бы быть симпатичен мне.

— Признайся уже, что ни разу не целовалась, — подмигнула она.

— Целовалась! — воскликнула я так громко, что встрепенулись все находящиеся неподалеку студенты. — Один раз, — добавила тише.

— И что? Получила психологическую травму, раз стала такой избирательной? — усмехнулась соседка. — Это просто поцелуй, госпожа Дэш. Он ни к чему не обязывает.

Знала бы она, как много значит поцелуй русалки, сейчас отговаривала бы меня от этой опрометчивой затеи. Ведь сильнее чар в мире не найти, какой бы любовной магии ни учили в этих стенах.

Я сделала еще несколько неудачных попыток флирта, но единственный, с кем я уже была готова поцеловаться, сбежал от меня как от огня. Студенты были здесь разной степени одаренности. Возможно, он почувствовал, что я склоняю его к преступлению. Возможно, испугался связываться с дочерью дракона. Еще один сразу дал понять, что у него есть девушка, указав на ведьмочку в компании Нариссы.

На ужин я пошла ни с чем. Те, кто явно желал бы поцеловаться со мной, даже с последующим наказанием, совершенно меня не привлекали. Но и активные поиски жертвы не смогли возбудить во мне аппетит. Я тоскливо ковырялась ложкой в какой-то непонятной бурде и думала о предстоящем браке. Я же ничего не знала о своем женихе, за исключением того, что он будущий царь самого могущественного государства континента, занявшего весь восток, центр и половину севера. Государства, алчно тянущего свои щупальца к остальным землям.

— Подвинься, — скомандовала подошедшая Рэгна с подносом в руках парню, сидящему напротив меня. Он сиюминутно повиновался, и она рухнула на его место. Взяла стакан и пригубила сладкий эль. — Расстроилась?

— Мне очень важно как можно скорее встретиться с отцом, — ответила я, подняв глаза.

— У тебя такой вид, что я начинаю волноваться. Ты как будто рыба, выброшенная на сушу. Зря ты не хочешь использовать Астара. Девушки поговаривают, что целуется он неплохо.

— Фу-у-у… — протянула я, поморщившись.

— Ты не фукай, а думай. Нарушителей допрашивают. Любой сообразительный парень скажет, что ты поцеловала его насильно. Но не Астар Харавия. Он не ударит в грязь лицом. Репутация гулящего кота для него чуть ли не смысл жизни. Поцелуешь его ты, а наказан будет он. Правда же, здорово?

— Мойена Акка и так меня ненавидит. Если покушусь на ее парня, то спать мне с открытыми глазами.

— Астар Харавия не ее парень, — улыбнулась Рэгна, расслабленно откинувшись на спинку стула. — У него вообще нет постоянной девушки. Когда ему хочется, он обнимается с Мойеной. Когда хочется, с ее подружками. А эти дурочки и рады, надеясь, что именно одна из них покорит его сердце и станет избранницей. Что они только не делают: интриги, заговоры, привороты. Но сильного мага не так-то просто одолеть.

— Ты как будто сватаешь его мне, — произнесла я, глазами отыскав Астара в окружении других старшекурсников.

Ужин ему, судя по всему, тоже был не по вкусу. Он лениво качался на стуле, подкидывая на ладони яблоко и время от времени поддерживая бессмысленную беседу ни о чем.

— Драконица ты моя недоделанная, — засмеялась Рэгна. — Я лучшая студентка факультета любовной магии. Мои практики уже внедряют в широкий оборот, а монографии используют на лекциях.

— Тогда зачем тебе череп? — удивилась я, вспомнив жуткий набор магических атрибутов, занимающих треть нашей комнаты.

— Ах! — отмахнулась она. — В прошлом году я сдавала курсач на тему «Любовь до гроба». Не бери в голову, я обязательно приберусь.

Я вздохнула и отложила ложку.

— Все знают, что с Астаром у меня война. В этот поцелуй никто не поверит.

— А оно тебе надо? Главное — вывести из себя Делавэль.

— Ты сказала, что его накажут. Насколько серьезно?

— В зависимости, насколько пылким и глубоким будет ваш поцелуй, — пошутила Рэгна. — Наказания в академии ничем не отличаются друг от друга. Нарушителя могут заставить дежурить в столовой, мыть полы, туалеты, помогать профессорам на лабораторных работах, чистить фонтан, стричь газон. Работы в академии полно, здесь всегда есть чем заняться.

Представив Астара Харавию, в поте лица драящего туалет, я довольно заурчала. Раз он так и не ответил, прошла ли я испытание, надо бы продолжить. И совершать непредсказуемые поступки до тех пор, пока он не признается, что я его наконец-то удивила. А поцелуя от меня он точно не ожидает.

Я выдвинулась из-за стола и встала.

— Ты чего? — выдохнула Рэгна. — Прямо сейчас собралась?

— Не вижу смысла медлить. Свидетелей полно. Да и Делавэль еще в своем кабинете. Все вовремя.

— Ты хоть тресни его потом, чтобы все подумали, что это он тебя… — напоследок посоветовала мне подруга.

Задрав подбородок, я двинулась к столу старшекурсников. Шелестя платьем и оставляя за собой шлейф цветочных духов.

Астар, как и его компания, сразу заметили меня и не удержались от тупой шутки:

— Преследуешь нас, госпожа Дэш?

Я остановилась рядом с Астаром и взглянула на напрягшуюся за соседним столом Мойену Акку. Постепенно и все остальные начинали замолкать, ожидая очередного скандала. Ложками стучали лишь самые голодные.

Поймав очередной раз подкинутое в воздух яблоко, я заставила Астара встать.

— Тебе чего, Айви Дэш? — фыркнул он.

— Мы не закончили, — ответила я, крутя яблоко между ладоней. — Ты привязал меня к креслу и ушел.

Кто-то засмеялся, другие завопили азартным кличем. Студентам, у которых ветер в голове, туда же залезли и самые пошлые мысли.

— Я осталась неудовлетворена, — подчеркнула я и ловко занесла яблоко за спину, когда Астар за ним потянулся.

Да! Идеальный вариант. Одним неловким поцелуем я не пробью энергетическую защиту сильного мага. Значит, мои чары на него не лягут. Кроме того, в отличие от перебранных мной парней, этот действительно был чрезвычайно хорош собой. Обладал и мужским шармом, и сексуальным магнетизмом. Губы у него умелые, дыхание свежее.

— Не знаю, что за игру ты затеяла, Айви Дэш, но я не в настроении, — ответил Астар, нависнув надо мной и потянувшись за яблоком.

— Госпожа Дэш, — напомнила я с улыбкой, взглядом скользнув от его глаз к губам.

Выронила яблоко, схватила его за ткань рубашки, дернула на себя и прикоснулась своими губами к его.

Время вмиг остановилось. По всему телу пополз небывалый жар. Колени подогнулись. И я наверняка бы упала, опьяненная ответным поцелуем, если бы сильная мужская рука не обвила мою талию.

Я будто окунулась в море, поглотившее все посторонние звуки. Никого не слышала и не видела, купаясь в мгновении обжигающей нежности.

— Астар Харавия и Айви Дэш!!! — сотряс тишину в столовой уже знакомый истеричный крик Авениры Делавэль.

Я, как одурманенная, медленно отстранилась от Астара и еще медленнее открыла глаза, допивая сладкое послевкусие поцелуя на разомкнувшихся губах.

Астар смотрел на меня не менее осоловело. Вот только русалочья магия не объясняла наше общее странное состояние. Я его не приворожила. Между нами произошло что-то другое. Незнакомое ни ему, ни мне.

— Немедленно в мой кабинет!!! — привела нас в чувство директор Делавэль. — Оба!!!

И нас невидимой болезненной силой оттолкнуло друг от друга.

Монотонное тиканье напольных часов неминуемо приближало меня к необратимому и, возможно, фатальному результату собственных ошибок. Отец предупреждал, что вернет меня из академии, если я пущу тут в ход свои русалочьи чары. Разумеется, не смотря на аморальную репутацию Астара Харавии, лорд Дэш будет уверен, что это именно я поцеловала бедолагу. В общем-то, он будет прав. Жаль, я не докажу истинную причину моего поступка. Все это я поняла слишком поздно…

Авенира Делавэль с прискорбием на лице вышагивала из стороны в сторону по кабинету, терпеливо ожидая, кто же из нарушителей сознается первым и начнет просить прощение. Но ни я, ни Астар Харавия с этим не торопились.

Мы сидели в разных креслах, и нас разделяло расстояние, способное вместить между нами королевскую карету. Время от времени директор останавливалась, окидывала нас строгим взглядом и снова начинала расхаживать в такт часов. Когда же они звонко пробили девять вечера, она всплеснула руками и выругалась:

— Дери вас духи, Астар Харавия и Айви Дэш! Если я пропустила мимо ушей ваш вчерашний сыр-бор, это не значит, что отныне вы неприкасаемые! С самого основания в академии существуют строгие правила поведения!

— Запрет на поцелуи ввели вы, — посмел оборвать ее Астар, томясь от скуки. — Что, собственно, создает большие трудности студентам с факультета любовной магии. Особенно в выполнении домашнего задания и практических работ, — он нарочно облизнулся, сильнее дразня директора.

— Я прекратила распутство, безнравственность, срамоту!

— Это синонимы, — продолжал он выводить Делавэль из себя.

Она ладонью шлепнула по столу, отчего я едва не подпрыгнула.

— Вы не в том положении, Астар Харавия, чтобы иронизировать! Только посмотрите, сколько на вас жалоб! — Директор потрясла кипой бумаг и швырнула в ящик с надписью «На уничтожение». — Я не успеваю их читать! Мне недели не хватит, чтобы поведать вашим опекунам о всех ваших выходках! Вместе с вами в моей жизни появилась седина, нервные тики, бессонные ночи, — стала перечислять она, загибая пальцы.

— Менопауза, — снова укусил ее Астар.

Это было чересчур даже для меня.

Директор Делавэль поджала губы и глубоко вдохнула раздувшимися ноздрями.

— Чур меня! — шикнула она на выдохе. — Чтобы я еще хоть раз приняла в академию неотчисляемого! Вы послужили мне хорошим уроком, Астар Харавия. Пожалуй, это единственное, что полезного я почерпнула в наших с вами отношениях.

— Вы с первого дня знали, что меня сюда не учиться отправили, а сослали. Я отбываю срок, мадам Делавэль. Между прочим, самое полезное, что вы получили, приняв меня, это горы денег.

Она растерянно посмотрела на меня и поспешила оправдаться:

— Это вовсе не взятка! Семья Астара проявила благодушие и пожертвовала крупную сумму на облагораживание и оснащение академии новым оборудованием.

— За такую сумму академия уже должна быть переименована в честь меня, — усмехнулся он.

— С вами невозможно вести диалог! — закончила мадам Делавэль с ним и переключилась на меня. — А вы, госпожа Дэш, как объясните этот инцидент? Только не говорите, что мадам Леонелла не предупреждала вас о запретах.

Я хмыкнула, расправила плечи и произнесла:

— Наверное, самое время вызвать сюда моего отца.

— Вызову. Даже сомневайтесь. Непристойного поведения я не потерплю. Не хватает мне тут только любовных интриг, разбитых сердец и ранних беременностей. — Она рухнула в свое кресло и махнула рукой. — Убирайтесь прочь! Увидимся, когда сюда прибудут ваши семьи. Перед родными будете отчитываться. Я как раз успею подыскать вам подходящее наказание.

Сказано это было так, будто Авенира Делавэль собиралась не только проучить нас, но и унизить. Отомстить, так сказать, за ее уязвленную психику. Думается мне, если бы Астар не подливал масло в огонь, она бы догадалась, что все это спланировано мной с одной-единственной целью. Но злость застлала глаза и затуманила разум.

— Ты была так красноречива, — заговорил со мной Астар уже в коридоре. — Чуть не спалилась. Скажи мне спасибо, Айви Дэш. Если бы я не разбудил в ней зверя, она не стала бы вызывать твоего отца.

— То есть ты смекнул, зачем я это сделала?

— Я похож на дурака? Хотя отдаю тебе должное, пока ты не подала голос, я терялся в догадках. Ты хитрая, Айви Дэш. — Он обошел меня и остановился, преградив дорогу. — Где научилась так целоваться?

Мои щеки вспыхнули. Оставалось надеяться, что Астар не заметил проклятого румянца из-за сумерек.

— Как — так?

— Разметая мысли в щепки.

Признаваться ему, что я тоже испытала фантастические чувства, я не стала. Да и зачем? Второго раза все равно не будет, даже если сильно захочется.

— Не надо ко мне клеиться, Астар Харавия. Я тебе отомстила. На этом наши отношения считаю завершенными.

— Ты меня бросаешь? — улыбнулся он уголком губ. — После всего, что между нами было? От меня не так-то просто отделаться, Айви Дэш. Теперь нас многое связывает.

— Не мечтай. Нас связывает лишь крепкая вражда.

— А как ты объяснишь все это своему отцу?

— У меня с ним есть более важные темы для разговоров. Сними корону, Астар. Мир вокруг тебя не вертится.

— Но из всего многообразия раздолбаев ты выбрала именно меня, — точно подметил он.

— Ты просто под руку попался, — пожала я плечами.

— Видел я, как ты через всю столовую бежала в мои объятия. Но каким бы потрясающим ни был наш поцелуй, я им не насытился, Айви Дэш.

— Что это значит?

— Это значит, что наша история еще получит продолжение.

Я закатила глаза и скривила губы. Ну и фантазер!

— С радостью поупражнялась бы с тобой в остроумии, но уже поздно, а завтра лекции.

— Ты все равно не выспишься, — улыбнулся он, засовывая руки в карманы брюк и пропуская меня. — Ведь тебе буду сниться я.

— Было бы замечательно. Хоть во сне придушу тебя, — ответила я на прощание и пошла вперед, виляя бедрами.

У входа в общежитие я, конечно же, столкнулась с Мойеной Аккой и ее подружками. Однако она и рта раскрыть не успела, как посмотрела сквозь меня, скрипнула зубами и отошла в сторону.

Глаза на затылке не требовались увидеть, что за моей спиной стоял Астар. Я бы и без его помощи справилась, но раз он силой взгляда разогнал этих гиен, то возмущаться не стану. Пусть сам с ними разбирается. Ведь в итоге он не был моей жертвой. На поцелуй-то ответил. Значит, тоже виноват.

В комнате меня ждала усердно перебирающая вещи Рэгна и большая ваза профитролей.

— Наконец ты вернулась! — обрадовалась она. — Я задобрила дежурных и раздобыла для тебя вкуснятину. Знаю же, что ты ничего сегодня не ела.

Выдохнув, я села на кровать и скинула туфли. Ноги гудели. Щеки горели. В животе урчало. А у меня еще даже учеба не началась!

Рэгна схватила вазу и подсела меня пытать:

— Ну, давай, рассказывай!