Беглая принцесса на факультете изгоев

Праздничный прием по случаю начала учебного года подходил к концу, а я была вынуждена прятаться под окнами академии, словно преступница. 

Торжество затянулось, и важные гости, встречаться с которыми мне было никак нельзя, не спешили уходить. 

Я переминалась с ноги на ногу, холодный пот покрывал ладони. Я боялась, что если не успею перехватить ректора до конца дня, то все жертвы окажутся напрасными. 

Чтобы не привлекать внимания, я спрятала вещи в кустах и делала уже третий круг, заглядывая в освещенные окна и прислушиваясь к звукам, что доносились изнутри. 

Мое отражение в стекле пугало: промокшая, растрепанная девушка с горящими от отчаяния глазами.

Формы, которую носили студенты, у меня не было. Поэтому чтобы никто не усомнился в том, что я имею право здесь находиться, я взяла в руки энциклопедию с печатью академии. Так и гуляла с ней по мокрым парковым дорожкам, которые постепенно погружались в сумрак.

Но не я одна в этот день пропускала званый ужин.

Еще на втором кругу я приметила группу парней, которые стояли в стороне от главного корпуса и что-то жарко обсуждали, время от времени озираясь по сторонам. 

От одного взгляда на них по спине побежали мурашки. Огромные, наглые, опасные. Те, для кого правила существовали лишь затем, чтобы их нарушать. Инстинкт кричал мне держаться от них в стороне, поэтому я на всякий случай отошла подальше.

Наконец, я услышала аплодисменты, знаменующие окончание торжественной части приема. А я в этот момент находилась с задней стороны корпуса. 

Проклятие!

Пришлось со всех ног бежать назад, задыхаясь от паники. Мне нужно было занять такую наблюдательную позицию, чтобы меня не было видно от входа, но я при этом не пропустила появление ректора.

От этого зависела моя жизнь!

Толпа уже хлынула из большого зала. 

Секунды! У меня были считанные секунды! Даже те верзилы исчезли, не желая попадаться на глаза преподавателям.

В панике, что весь мой план провалится, я решила срезать по узкой тропинке, проходящей через заросли. Воздух обжигал легкие, ноги подкашивались от страха. Казалось, что я еще никогда не бегала так быстро.

Кто же знал, что трава после дождя станет скользкой, а я решу срезать именно по кустам, куда переместились те самые парни?

Поскользнувшись, я въехала в одного из них. Такого большого, что если бы не форма академии, то никогда бы не приняла его за студента. От удара я нелепо взмахнула руками, а заветная энциклопедия полетела прямиком в грязь.

Мое необычное появление было встречено хохотом.

– Ай! – воскликнула я, кинувшись за книгой.

Но у самой земли она, будто издеваясь, сменила траекторию, и упала в нескольких сантиметрах в стороне, замочив лишь уголок. Я схватила энциклопедию и прижала к груди, как самое ценное сокровище. 

– Торопишься сдать книгу в библиотеку?! – услышала я насмешливый возглас того верзилы, в которого врезалась.

– Не хочешь вместо этого провести вечерок с нами, куколка? – прокаркал его товарищ.

Чья-то горячая рука легла мне на талию. Снова раздался хохот.

По телу побежала мелкая дрожь. Не то от холода, не то от первобытного страха.

Голоса студентов, которые уже вышли из главного корпуса и спешили насладиться последним свободным вечером, наполнили парк. 

Мой единственный шанс на то, чтобы стать одной из них стремительно таял.

– Отпусти ее, Верон, – произнес верзила холодно.

– Марк, какие у тебя благородные замашки! – снова этот омерзительный смех, от которого хотелось провалиться сквозь землю.

Воспользовавшись перепалкой между парнями, я стрелой помчалась ко входу в академию. 

И тут едва не налетела на того, с кем встречаться было никак нельзя — лорда Мелисмарда, который приехал в академию, чтобы торжественно открыть новый учебный год. 

В последний момент я успела открыть книгу и спрятать за ней лицо. 

Ректор и его гости были так близко, что я услышала обрывок их разговора.

– Ректор Ланс, в последние годы академия сильно изменилась. Рад, что вы так активно поддерживаете нововведения, – произнес мужчина, от которого я так старательно скрывалась.

– Благодаря новым правилам приема, много молодых магов сможет получить образование. Те, кто раньше был лишен этого права, представители разных сословий — все теперь здесь, под одной крышей.

Я прошла чуть дальше, чтобы оказаться на безопасном расстоянии, а потом развернулась и продолжила наблюдение, все так же закрывая лицо книгой.

Студентов во дворе становилось все меньше, поэтому я боялась, что мною могут заинтересоваться, и старалась держаться ближе к кустам.

Наконец, у ворот академии открылся портал, и важные гости отбыли. Ректор, видимо, решил не возвращаться в учебный корпус, а направился к общежитиям.

Идя за ним по пустынной парковой дорожке, я вынуждена была немного отстать, чтобы не привлекать к себе внимания. Но лишь только ректор свернул к своему домику, я припустилась следом.

На крыльцо я вбежала на секунду позже, чем он закрыл за собой дверь, и принялась судорожно барабанить.

Сердце стучало так же громко, как и мои кулаки.

Ожидание показалось вечностью. Наконец, дверь отворилась.

Ректор уже успел скинуть сюртук и ослабить форменный галстук. Он явно не ожидал увидеть гостей и выглядел устало. 

Увидев меня, он вздрогнул.

– Файре Риана! – воскликнул он и выглянул, чтобы проверить, что наш разговор никто не видит. – Не думал, что вы все же решитесь.

Внутри все оборвалось.

Ректор не ждал меня. 

– Входите! – он втянул меня внутрь и захлопнул дверь.

– Ректор Ланс, я готова к зачислению! – озвучила я цель визита. – Вы сказали прийти в первый учебный день, и вот, я здесь!

Но мужчина только вздохнул и отвел взгляд в сторону. И я поняла, что он и не планировал выполнять все, что обещал. 

Сдаваться я была не готова. Сжав кулаки я посмотрела на ректора в упор.

– Я столько всего преодолела, чтобы попасть в академию. А как же всеобщее право на обучение? Неужели вы мне откажете?! 

Я была готова отстаивать свое право. Если придется — ночевать под окнами ректора.

Ланс сжал губы и опустил плечи. В свете настенных ламп он казался совсем стариком. Но я знала, что это один из самых могущественных магов Мелисмарда, и я должна была поступить в академию к нему на обучение.

– У вас есть разрешение от вашего брата? – наконец, спросил ректор. - Вы же знаете, что аристократы не могут поступить в академию без письменного разрешения главы рода.

Я отвела взгляд.

Ксан никогда бы не позволил мне пойти учиться на общих основаниях. Для него я всегда оставалась той, чье предназначение заключалось в браке с правильным человеком и рождении детей. А моя тяга к изучению болезней была лишь блажью в его глазах. 

Поэтому даже смысла не было просить его об этом. 

– Подделка не подойдет, – опередил меня ректор. – Проверка будет магической.

– А как же сироты и дети бедняков? Кто подписывает разрешение для них? – отговорка ректора мне казалась надуманной.

Ланс отвернулся и подошел к столу. Я поспешила за ним опасаясь, что он каким-то образом сообщит брату о моем местонахождении. 

Ректор приложил перстень к секретеру и извлек на свет коробочку с артефактами. 

– Те студенты, про которых вы говорите, учатся на особом факультете, – произнес ректор устало. – Никаких привилегий, слуг и отдельных комнат. Стипендия тоже не положена, и, если вы не захотите просить денег у брата…

– Я не буду у него ничего просить! – поспешно воскликнула я.

Ланс кивнул.

– Тогда вам придется найти подработку, – закончил фразу он.

– Я согласна! – я подалась вперед.

Но ректор смотрел недобро.

– Это еще не все, – произнес он таким тоном, что у меня задрожали колени.

– Готова ли ты отказаться от прежней жизни, чтобы найти свое предназначение? – спросил Ланс.

– Если речь идет об отречении от рода и имени, то я согласна! – с готовностью воскликнула я.

Но он устало покачал головой.

– Если вы принесете такую жертву, то ваш брат с меня шкуру спустит, когда все выяснится, – усмехнулся старый ректор. – На такое я точно не согласен.

Я понимала, что было большим риском прийти к самому честному ректору и просить его об обмане.

– Поступить в академию на классический факультет под своим именем вы можете только с разрешения главы вашей семьи: отец, дед, муж, брат. Таковы порядки для детей аристократов, – продолжил объяснять ректор. – Но у бывших беспризорников другой статус. 

Я ловила каждое слово. У меня снова появилась надежда, что все реально.

– У тех студентов, что попали к нам с улицы, мы не спрашиваем документов, ведь чаще всего их у них попросту нет. Они не могут отказаться от обучения после зачисления. Это сделано для того, чтобы родители или опекуны не могли забрать такого студента из академии. Вам ли не знать, что не всегда близкие понимают, что для нас лучше?!

Я кивнула. Мне как раз очень подходил тот вариант, когда даже всемогущий брат не сможет принудить меня бросить обучение.

– Я могу вас зачислить на новый факультет, но придется жить по его правилам. Вас будут окружать выходцы с улицы, у вас не будет всего, к чему вы привыкли. Возможно, жизнь станет невыносимой…

– Я согласна! – вклинилась я в бесконечное перечисление ограничений. – Я буду работать, жить в комнате на пятерых и сама надевать платье!

Ректор грустно усмехнулся.

– Для конспирации придется сменить имя. Думаю, вас быстро найдут, если в списках учеников академии будет значиться Риана Тарукс.

Я задумалась.

– Лиана, Виана… пусть, будет Диана! Диана Райве! 

– Что ж, Диана Райве, произнес ректор. Подпишите вот эти документы, – ректор положил передо мной небольшую стопку. – Здесь вы подтверждаете, что ваше имя верное и обязуетесь провести в академии три ближайших года без права на отчисление по собственному желанию или по требованию близких.

Я с готовностью взяла чернильный карандаш и присела к журнальному столику, чтобы все подписать.

– Подумайте еще раз, – попросил меня ректор, опускаясь рядом. – Поставив здесь подпись, вы заключите магический контракт, разорвать который по первому требованию будет нельзя. Это будут три тяжелых года.

– Поверьте, это не просто прихоть. И как бы не было сложно здесь, назад во дворец мне нет дороги, – ответила я и подписала все документы своим новым именем.

Ректор только головой покачал, принимая из моих рук контракт. Стоило ему положить все документы в секретер, как тот буквально выплюнул новый лист бумаги.

– Что ж, Диана Райве, – продолжил он, поднимаясь со стула и поглядывая на часы. – Если вы не успеете найти свою спальню до отбоя, то будете наказаны. 

Еще секунду назад голос ректора был мягким и учтивым, но теперь в нем был только лед. Я стала одной из студенток, такой же, как и десятки других. 

Разве не этого я добивалась?

Визуал

Давайте познакомимся с героями этой истории! 

Данная книга будет полностью самостоятельной историей, может читаться отдельно. Планируется однотомник.

Риана, 19 лет. 

Впервые мы ее увидели в книге “Жена на год”. С тех пор прошло три года, девочка немного повзрослела. 

Марк 20 лет. Студент второго курса.

Как думаете, чем занимается наш герой?

Сжав в руке заветный листок, я выбежала на улицу.

У меня теперь был перечень предметов, которые предстоит изучить в этом учебном году студентам гуманитарного факультета. А еще там были записаны имена преподавателей и кураторов, а также номер комнаты, где я буду жить.

Выбежав на улицу, я метнулась в сторону зарослей, где были сложены мои вещи. По моим расчетам оставшихся десяти минут должно было хватить для того, чтобы собрать сумки и успеть явиться к общежитию до того, как часы пробьют девять.

Но стоило мне пробраться к моим вещам, как я поняла, что в них кто-то уже порылся. Одежда была раскидана на несколько шагов вокруг. Я принялась поспешно собирать разбросанные платья, чулки и панталоны и судорожно совать все в сумку. 

От охватившего меня чувства гадливости хотелось немедленно вымыть руки, а вещи сжечь. Но модисток здесь нет, а на новую пару чулок еще заработать придется, поэтому я шарила по кустам и без разбора совала все в свою сумку.

За этим занятием меня и застал бой часов на главной башне.

В панике я подхватила сумки и бросилась к общежитию. У меня было всего несколько секунд. 

В академии был установлен комендантский час, и после девяти вечера выйти из жилого корпуса или войти в него будет нельзя. 

Я бежала так быстро, что гравий вылетал из-под ботинок. На крыльцо я влетела с последним ударом часов и ввалилась в дверь за секунду до того, как она защелкнулась на магический засов. 

С облегчением выдохнув, я мысленно похвалила себя за скорость и находчивость. 

Я смогла добиться зачисления, успела в общежитие до закрытия дверей и теперь могла не спеша пойти искать свою комнату.

Позолоченные светильники наполняли общую прихожую мягким, уютным светом. Вверх поднимались две широкие мраморные лестницы, устланные мягкими коврами. В нишах стояли кадки с цветами и изящные мраморные статуи.

Обстановка произвела на меня приятное впечатление. Пусть, в академии все сделано не с таким шиком, как во дворце, но на отделке здесь явно не экономили.

Откуда-то сверху лилась музыка, и доносился смех. Выходить на улицу было запрещено, но жизнь здесь кипела. 

Мне все больше нравилось это место. 

Я хотела уже взять вещи и направиться на поиски своей комнаты, но заметила, что при падении у многострадальной сумки оторвалась ручка. Но даже это не могло испортить мне настроения. Поудобнее перехватив сумку, я прижала ее к себе и направилась вверх по лестнице на поиски своей комнаты.

Вот только нужного номера нигде не было.

В моем листке значилось “12 Г”, а здесь все номера заканчивались  на “К”. 

Сумка оттягивала руки, уже и поясницу ломило, а я все плутала по этажу. 

Наконец, из одной из дверей в коридор весело смеясь, выбежало несколько девушек. 

Я с облегчением выдохнула. Уж они-то мне точно помогут найти нужную комнату!

Девушки и сами уже меня заметили. Я приветливо улыбнулась, как меня всегда учили. В любой ситуации следовало общаться учтиво и вежливо, даже если ноги гудят от усталости.

– Кого это к нам занесло? – спросила одна из девушек, жгучая брюнетка в ярком платье.

Я открыла было рот, но мне не дали и слова сказать. Вторая девушка выхватила из моих рук листок.

– К нам пожаловала Ее Высочество Диана Райве! – девушка со смехом поклонилась. – Наверняка решила, что в клоповнике для гуманитариев ей спать не хочется, и пошла напрашиваться к кому-то из наших парней на постой!

– А что, я слышала, что изгои должны работать! Так какая разница, кем. Можно полы мыть или пойти прачкой у Тесвила!

– Лучше сиделкой!

– Можно сразу лежалкой! 

Девицы смеялись и помогать мне явно не собирались. Они обступили меня со всех сторон, разглядывая меня и тыкая пальцем, словно я была нелепой куклой, выставленной на потеху публике. 

– Может, на новую сумку заработает, чтобы не ходить с таким драным баулом! 

– Или платье новое купит. Это-то совсем никуда не годится!

А потом кто-то из них подло толкнул меня в спину.

Лишь оказавшись на полу, я поняла, какую ошибку допустила. 

Я стиснула зубы, хотя очень хотелось отчитать грубиянок за недостойное поведение. Стоит мне открыть свое истинное имя, как девицы будут молить о помиловании.

Брат сотрет в порошок любого, кто на меня косо посмотрит. Правда, после заберет домой и запрет во дворце. 

Но девицы восприняли мое молчание как слабость.

– Таким, как ты, не место в академии! – заявила зачинщица. – А если уж посмела сунуть сюда свой грязный нос, так и сиди в своем хлеву, не отсвечивай!

Подружки поддержали ее дружным хохотом. 

– Лола, открой окно! – велела брюнетка.

Одна из подружек поспешила в конец коридора, где было единственное окно. Она отперла ржавый шпингалет и распахнула ставни.

– А теперь давайте покажем этой Диане, как у нас в общежитии встречают изгоев! 

Две девицы подхватили мою сумку и с раскачки швырнули ее в окно. Ткань окончательно лопнула, явив миру все содержимое. Белоснежные сорочки и панталоны взметнулись в ночное небо, будто диковинные птицы.

Последовал новый взрыв смеха. Девицы явно были довольны собой и наперебой предлагали, что еще можно со мной сделать.

Злость и обида росли во мне огромным огненным шаром. Я сжала кулаки, чтобы магия случайно не выплеснулась.

Я так и не научилась контролировать ее, и боялась, что не смогу удержать эту бурю внутри.

Прямо надо мной распахнулась еще одна дверь. На пороге появился молодой человек со скучающим выражением лица.

Идеальная осанка выдавала в нем аристократа. Ксан всегда говорил, что такие люди — наша опора, с молоком матери они впитали понятия о благородстве и чести.

Я надеялась, что уж он-то заступится за девушку в беде и осадит зарвавшихся девиц.

– Тесвил, не твоя ли служанка заблудилась? – спросила брюнетка.

Парень брезгливо сморщился.

– Нет, Габи, не моя. Что это вы здесь устроили? – лениво спросил он.

Брюнетка только волосами тряхнула и состроила глазки парню.

– Значит, мы поймали воровку! – заявила она. – Да, точно, Лола застала ее, когда она шарилась по нашему общежитию в поисках наживы!

Брови Тесвила взметнулись вверх. Он посмотрел на меня с неприязнью.

А у меня от несправедливости обвинения потемнело в глазах.

– Это ложь! – воскликнула я, поднимаясь с пола.

– А ты докажи! Твое слово против нас четверых! – воскликнула Габи. – Тес, ты с нами?

Парень с сомнением пожал плечами. 

– Ну, же! Покажем этим выскочкам, что их место на помойке! Очистим академию от тех, кому здесь не рады! – воодушевленная собственными словами, Габи рассмеялась мне в лицо и снова толкнула.

Пытаясь поймать равновесие, я взмахнула руками.

С кончиков моих пальцев сорвались молнии. Чудом они не задели лица брюнетки, с которого тотчас слетела наглая ухмылка.

– Да как ты смеешь! – взвизгнула брюнетка. – Тебя вышвырнут из академии этой же ночью, уж я об этом позабочусь!

С этими словами Габи мелко изорвала бумагу, что дал мне ректор, и швырнула мне ее в лицо. 

Этого я уже не смогла стерпеть. 

Столько унижения и несправедливых обвинений я не испытывала за всю жизнь!

– Я уйду из академии, только если сравняю ее с землей, – прошипела я. – И такие, как ты, будут погребены под ее обломками.

Моя магия вышла из-под контроля.

Коридор наполнился дымом. Стены трещали, а в окна завывал ветер.

– Немедленно прекрати! – взвизгнула Габи. – Тебя высекут на площади перед академией за нападение на детей аристократов!

Я посмотрела в глаза этой мерзкой девице. Как могут потомки благородных семейств вести себя так гадко?!

– Спорим, мне ничего за это не будет?! – прорычала я ей в лицо.

Габи уже тянула руки, чтобы вцепиться мне в лицо, но я откинула их от себя и бросилась к лестнице.

– Стой! – внезапной крикнул мне вслед Тесвил. – Выход же закрыт! Ты не пройдешь!

Парень бежал за мной, перепрыгивая через ступеньку, но все равно не мог догнать.

– Да стой же ты! Тебя накажут!

Уже у двери он попытался схватить меня за руку. Но проявлять героизм было уже поздно.

– Плевать! – бросила я и ударила магическим зарядом по входной двери.

Та слетела с петель, в стороны полетели мелкие щепки.

Двор академии наполнил звук сирены. Из окон стали выглядывать любопытные.

Что ж, Риана, добро пожаловать магическую академию Мелисмарда. Мое феерическое появление здесь никогда не забудут!

Я не успела далеко уйти, как уперлась в разъяренного ректора. Он накинул сюртук прямо поверх пижамы и не выглядел как человек, с которым было бы приятно вести беседу.

– Р-р… Диана! – рявкнул он, сверкнув глазами. – Немедленно отправляйтесь в мой кабинет!

Я подняла на ректора заплаканные глаза. К сожалению, я понятия не имела, где находится это место.

Ланс устало вздохнул.

– До моего дома доберетесь? – спросил он несколько мягче.

Я кивнула.

– Ждите в гостиной и никуда не уходите, – сказал он.

Я поплелась в указанном направлении, жалея только о своих вещах. Нет, они не были дорогими, но я приложила немало усилий, чтобы выменять одежду попроще у служанок, чтобы не привлекать внимание к своим нарядам. 

От злости хотелось крушить все вокруг. 

Я целый год разрабатывала план побега из дома, собирала информацию об академии, читала все отчеты, что попадали брату на стол. 

Даже поймала ректора на одном из приемов и убедила меня принять!

И надо же было проколоться на такой элементарной вещи, как расположение студенческих общежитий! Просто перепутала здания!

Я добежала до домика ректора и забралась с ногами в глубокое кресло. Я шмыгала носом и ждала, что в любую минуту за мной может явиться мой брат.

Но вместо него пришла довольно молодая женщина. Во дворце я ее никогда не видела.

Она налила мне стакан воды и села в кресло напротив. 

– Ректор Ланс сказал, что у тебя проблемы, – сказала она ласково.

Я посмотрела на нее с сомнением. 

Напасть на старшекурсников, разгромить общежитие и нарушить комендантский час. Да, пожалуй, у меня были проблемы.

– Я знаю, что тебе тяжело принять новые порядки, ведь они так отличаются от того места, где ты жила ранее, – продолжила женщина. – Меня зовут Анея, и я занимаюсь тем, что помогаю таким, как ты встроиться в новый порядок.

– Таким, как я? – эхом отозвалась я.

Анея улыбнулась.

– Конечно! Не все же раньше во дворцах жили и с рождения знакомы с правилами этикета, – продолжила она, а у меня внутри все похолодело. 

Неужели ректор ей все рассказал?

– Я понимаю, что, живя на улице, ты не привыкла доверять хоть кому-то. Но здесь ты найдешь новых друзей, обуздаешь свой дар и сможешь принести много пользы людям! – воодушевленно продолжила Анея.

Я только улыбнулась, когда поняла, что она на самом деле ничего обо мне не знала. Ланс сдержал слово.

– Ректору пришлось решать кое-какие внезапные вопросы, поэтому он попросил меня собрать твои вещи, а после проводить до спальни, – продолжила Анея. 

Я только хмыкнула. 

Сложно было представить, что этой ночью могло случиться еще что-то страшное. Наверняка ректор Ланс просто не хотел больше меня видеть. И мне сложно было винить его в этом.

– Кстати, я починила твою сумку, – женщина продемонстрировала свою работу.

– Благодарю вас, файре Анея! – воскликнула я.

Но женщина от столь необычного обращения только вскинула брови удивленно.

– Я не отношусь к благородному сословию, поэтому не стоит ко мне так обращаться, – сказала она. – Даже интересно, откуда ты сама узнала его?

Моя рука, которая уже тянулась к вещам, зависла в воздухе. Так нелепо прокололась!

– Услышала в общежитии, куда сегодня попала по ошибке, – выкрутилась я.

Анея улыбнулась.

– Я не отношусь к дворянам. В это сложно поверить, но мне, как и тебе, довелось жить на улице. Потому-то я и решила, что моя миссия — стать наставником для новичков в академии.

Я выдохнула. В очередной раз за вечер я была в шаге от провала.

Анея проводила меня в другое общежитие. Оно было не таким богатым и оснащенным, а в комнате, рассчитанной на четверых, была занята всего лишь одна кровать.

– Смотри-ка, как тебе повезло! – улыбнулась Анея. – Спать можно на собственной кровати, и на ней даже есть постельное белье! 

На этом удобства в комнате заканчивались. Здесь даже стола не было, чтобы учиться. Но по мнению куратора, это был предел мечтаний вчерашней беспризорницы.

Я не стала с ней спорить. 

– Утром у тебя в первую очередь будет обследование твоего дара, я зайду за тобой. А до этого постарайся не покидать общежитие, – с этими словами Анея закрыла дверь.

Я молча швырнула сумку с вещами под кровать у дальней стенки и расстелила постель.

– Ты сейчас была на улице? Знаешь, что там произошло? Столько шуму было! – донесся шепот с кровати из противоположного угла.

Я увидела девушку, которая сидела на кровати, с головой завернувшись в одеяло.

– Нет, я была с куратором, – соврала я и забралась в постель.

С соседкой следовало дружить, но сил на это уже не осталось. Мне лишь хотелось, чтобы этот ужасный день поскорее закончился, и утром я все еще было в числе студентов.

Первое утро не во дворце было тяжелым.

Не было старой нянюшки, что разбудила бы меня и принесла сладких пончиков к завтраку. Собственно, завтрака вообще не было. 

Пока я приводила себя в порядок, моя соседка уже собралась и убежала, хотя до занятий было больше часа. Наверняка она спешила узнать, что же за странное происшествие подняло накануне всю академию на уши. 

На бегу она сообщила, что учится уже на втором курсе и зовут ее Элата.

Что ж, она хотя бы не станет свидетелем моего позора, когда я буду надевать платье. Правда, наряды у моих служанок обычно настолько простые, что надеваются без посторонней помощи. Видимо, поэтому они и не заводят себе свою прислугу.

В дверь постучали.

Спустя минуту стук повторился.

Не сразу я поняла, что мне следует пойти и открыть дверь. Сначала по привычке ждала, что это сделают слуги.

А когда поняла, что мои действия больше не ограничены правилами этикета и условностями, то даже обрадовалась. 

Теперь я буду сама себе хозяйкой!

Но радовалась я ровно до того момента, открыла дверь.

На пороге стояла очень Анея. Женщина была чем-то крайне обеспокоена.

– Идем скорее! – воскликнула она с нетерпением. – Нас ждет ректор Ланс.

Я не стала спорить и направилась следом.

– Первый день всегда сложный, но сегодня все особенно нервные, – на ходу пояснила куратор. – Мало нам своих проблем, еще и из столицы какие-то тревожные новости.

Сердце ухнуло куда-то вниз. Я почему-то была уверена, что эти самые новости были каким-то образом связаны со мной. Наверняка брат весь Мелисмард на уши поднял.

Видимо, его не убедила моя записка о том, что дворец я покидаю добровольно и прошу не препятствовать моему поиску себя.

Как много времени ему понадобится на то, чтобы найти меня? 

В том, что он это сделает, я не сомневалась. Вся надежда была на новые правила об образовании, согласно которым студент не может покинуть академию по собственному желанию или по требованию родственников.

Вот только эти правила не отменяют право ректора отчислять студентов, которые нарушают внутренний распорядок академии. И после вчерашнего у него будут все основания для этого.

Я вздохнула, опечаленная тем, как быстро закончилось мое обучение и так бесславно закончился так тщательно спланированный побег.

Вне всяких сомнений, ректор уже сообщил брату о моем местонахождении и сейчас собирался отчислить.

Понуро опустив голову, я шла за куратором в сторону главного корпуса. Посмотрю в последний раз на академию, прежде чем покину ее навсегда.

– Поторапливайся, Райве! – через плечо бросила Анея.

Я не сразу вспомнила, что теперь это моя новая фамилия.

В главном корпусе академии было многолюдно и суетно.

Студенты второго и третьего курса обменивались новостями с приятелями и спешили на первые уроки.

А у первокурсников занятия пока еще не начались. Сначала всем следовало пройти диагностику дара и определить основные дисциплины, на которые будет сделан упор.

У кабинета ректора толпилось десятка два растерянных юношей и девушек. Они не обменивались сплетнями и не делились впечатлениями от каникул. Большинство из них были даже не знакомы. 

Кто-то из ожидающихся перекидывался короткими фразами, но в основном все в напряжении ждали самой главной процедуры.

Я пристроилась у стеночки и в напряжении сцепила пальцы. Еще несколько минут, и меня с позором утащат отсюда.

Ждать пришлось недолго.

– Диана Райве! – позвали из-за двери, лишь только оттуда вышел предыдущий студент.

На негнущихся ногах я вошла в кабинет. Вокруг большого стола сидело несколько мужчин и женщин. Одни смотрели на меня с интересом, другие делали какие-то записи. 

Оглядев присутствующих, я едва не закричала от радости. По какой-то непонятной причине моего брата там не было. Значит, отъезд во дворец пока откладывается!

Ректор устало улыбнулся и знаком предложил мне подойти к набору артефактов.

– Для определения типа магии вам следует положить ладони вот на этот шар, – пояснил ректор. 

Я смело шагнула и сделала то, что от меня требовали.

Когда-то у придворного мага моего брата было много различных артефактов, и он многие испробовал на мне. Поэтому я не боялась магических приспособлений. Бояться всегда нужно только людей.

Шар под моими ладонями наполнился ровным голубым свечением.

– Поверить не могу! – воскликнула пожилая женщина, сидящая рядом с ректором. – Чистейшая первородная магия! Такая редкость, да еще не на классическом факультете! Надо срочно сообщить лорду о том, что мы нашли такой бриллиант!

Я едва не застонала. Только обрадовалась, что брата здесь нет, как его тут же решают позвать!

Ректор посмотрел на женщину затравленно.

– У правителя Мелисмарда, насколько я слышал, сейчас тяжелый период, – произнес Ланс многозначительно. – К тому же он только вчера у нас был. Я договорился о дополнительном финансировании и новых практиках. Уместно ли будет его беспокоить на следующий же день?

Женщина задумчиво постучала карандашом по столу.

Ректор скользил взглядом по присутствующим. Всем своим видом он показывал, что не стоит иметь мнение, отличное от его.

– Вы очень мудры, ректор Ланс, – оживился полный невысокий мужчина с круглой лысинкой. – Одаренная студентка никуда не денется. Можем поработать над раскрытием ее таланта, а показать лорду уже к концу учебного года. Будет повод отблагодарить за помощь и попросить о чем-то еще.

Женщина поджала губы, но спорить не стала.

– К тому же у нас уже есть один студент с похожим даром. И пока академии на пользу это не пошло, – продолжил мужчина.

На это остальные только покивали тихонько.

Я с облегчением выдохнула. 

– Обучались ли вы где-то ранее? Школы, гимназии? – спросил ректор, сверля меня взглядом.

Я хотела было ответить про частных учителей, но вовремя сообразила, что такой роскоши у девочки с улицы быть попросту не могло.

– Нет, господин ректор, я не имела возможности посещать учебные заведения, – ответила я, скромно потупив взгляд.

– Сильный дар и слабая подготовка, – вновь вклинилась та женщина. – Будет довольно сложно в адаптации.

Ректор полоснул по ней взглядом.

– Профессор Ганета, у Дианы Райве будет постоянная связь с куратором, – сказал Ланс. – Уверен, что девочка быстро вольется в учебный процесс. В конце концов, это не мальчик, так ведь?

Ганета скупо кивнула.

– Не думаю, что с Дианой будут какие-то сложности, – заключил ректор и поставил размашистую роспись на бланке. 

Я смотрела на ректора во все глаза. 

Неужели вчерашний инцидент он не посчитал чем-то из ряда вон выходящим?

– Позже вы получите индивидуальное расписание у куратора, – произнес ректор и кивнул в сторону двери.

Не веря своему счастью, я на ватных ногах дошла до выхода. Мое сердце бешено колотилось от восторга. 

Теперь я официально стала студенткой академии магии!

Не прошло и минуты, как к ректору позвали следующего студента. Немного успокоившись, я стала прислушиваться к разговорам своих будущих сокурсников.

– Там на стенде для объявлений вывесили новые вакансии, видел? – спросил один парень приятеля.

– И что там? Мыть горшки у целителей или драить полы в столовой? – прозвучал презрительный ответ.

Я вспомнила, что мне тоже нужна подработка. Окрыленная первым успехом, я была готова и на мытье пола, особенно если мне покажут, как это делать. Опыта в этом деле у меня не было, но служанки всегда справлялись с этим довольно ловко.

– Простите, а где эти объявления? – обратилась я к парням.

– Нечего подслушивать! – нахмурился один из них. 

– Напротив большого зала, – с готовностью пояснил второй.

Я с трудом представляла, где это. Кажется, нужно было пройти по лестнице один пролет… или два…

Пока приятели препирались, я поспешила на поиски заветных предложений о работе, чувствуя себя очень успешной и невероятно самостоятельной. 

Лавируя между студентами, я пробралась к лестнице. 

Никогда прежде я не была в такой оживленной толпе. От количества людей кружилась голова. Все сразу пытались говорить друг с другом, и от этого создавалось ощущение жужжащего улья.

Казалось, что меня несет по бушующему людскому морю.

Крепко вцепившись в перила, я медленно пошла по ступеням вниз. 

В какой-то момент стало тише, и я смогла нормально дышать. Не сразу я поняла, что случайно спустилась ниже первого этажа. Теперь людской поток проносился мимо меня.

Придя в себя, я осмотрелась. 

Лестница заканчивалась тупиком, но под последним пролетом явно кто-то был. Возможно, кто-то тоже прятался от суеты вокруг.

Я не хотела нарушать уединения тех, кто там был. Думала, что постою минутку, отдышусь и отправлюсь на дальнейшие поиски доски с объявлениями.

– Не может быть никаких отговорок, вы взяли на себя обязательства по доставке, – услышала я недовольный голос.

– Все было сделано согласно договоренности, – второй голос показался знакомым, он был надтреснутым, будто говоривших внезапно охрип. – Груз был под окнами общежития в условленном месте.

– Тогда почему утром я ничего не нашел?! – вновь напирал первый. 

– Не могу знать. Вчера все знатно переполошились из-за происшествия в вашем общежитии, – снова прокаркал второй. – Радуйся, что преподаватели не нашли его первыми. Тогда бы мы с тобой здесь не стояли.

В памяти всплыло имя Верон. Не тот ли это нахал, что пытался меня облапать? Кто же тогда второй?

Мне вдруг стало мерзко оттого, что я вот так стою и вслушиваюсь в чужие разговоры. Будто я в холодную вонючую жижу наступила. Не хотелось иметь ничего общего с этим противным слизняком и его темными делишками.

Я поспешила наверх.

– А, может, это ты с дружками под шумок присвоил то, что принадлежит мне? – было последней фразой, которую я услышала, вновь погружаясь в людское море.

Будь у меня возможность, я бы заткнула уши, чтобы никогда не слышать чужих секретов. Мне и своих хватало.

*Марк*

Академия гудела, словно улей. Каждый здесь вел свою игру и шел к только ему известной цели. 

Это напоминало мне улицу, где я вырос.

В одном месте собрались богачи и бедняки. Пройдет время, и они разойдутся по разным сторонам, позабыв друг о друге. Но пока мы здесь все вместе, можно успеть завести нужные знакомства и заработать денег на наивных дурачках.

Я остановился у напротив большого зала, оглядывая толпу студентов. 

С детства я привык наблюдать за людьми, по одному движению считывать их мысли и желания, предугадывать поступки.

В коридорах академии все было ровно так, как и в базарный день на торговой площади: одни спешили на занятия, другие общались, уделяя учебе минимум времени. 

А еще здесь были желторотые новички. Первокурсники. 

Многие из них впервые выбрались из-под родительской опеки. Таких было сразу видно по растерянному взгляду и хаотичным, бессмысленным движениям. К концу учебного года они станут совсем иными. Кто-то из этих птенцов оперится, а кто-то будет съеден хищником.

В прошлом году мне пришлось изрядно попотеть, завоевывая авторитет. Я был готов грызть глотку своим противникам как за себя, так и за тех, за кого я поручился.

Но нужные связи на улицах города помогли мне и в этот раз. Ко мне стали обращаться детишки-мажоры, чтобы я достал им что-нибудь незаконное. 

– Марк, богатеи так и не нашли вчерашнюю посылку, – отвлек меня от размышлений Шедун. – Вызвали на разговор Верона. Наверное, будут требовать вернуть деньги. 

Я обернулся. 

– Пекло! – выругался я, увидев обеспокоенного товарища. 

Вечно всклокоченный рыжий парень был сегодня совсем не в форме, будто этой ночью даже глаз не сомкнул.

– Не могла он просто так пропасть! – продолжил я, чувствуя, как внутри закипает что-то нехорошее, темное. – Кто-то взял. Не удивлюсь, если сами же богатеи и прихватили! 

– Они вчера устроили какой-то беспредел. Наверное, отмечали начало учебного года. Явно кто-то из них и взял. Может, даже шутки ради, – предположил Шедун.

– Возможно. В любом случае, они теперь будут требовать деньги, – вздохнул я. – А если мы не вернем, то это будет серьезный урон по репутации.

Деньги не были проблемой. Я легко мог раздобыть их на играх. 

Сложно было не победить, а сделать это так, чтобы не выдать своего секрета. 

– Куда пошел Верон? – спросил я.

– Ему назначили встречу под восточной лестницей, – ответил Шедун. – Думаешь, тебе стоит вмешаться?

Я коротко кивнул.

В своих парнях я был уверен. Но Верон слишком несдержан и не всегда следит за своим языком. Может разгорячиться, и потом проблем будет прорва. Не лучший вариант переговорщика.

– Ответ в любом случае держать мне, – сказал я, сжимая кулак, чтобы сдержать магию. – Пусть видят, что мы не помойные крысы и по углам прятаться не будем!

Шедун только усмехнулся.

– Именно крысами они нас и считают, – сказал он.

Я не стал тратить время на то, чтобы переубедить приятеля. Направился прямиком к месту переговоров.

На лестнице было многолюдно. Никакого порядка, все сразу шли во всех направлениях сразу, расталкивая друг друга локтями.

И посреди всей этой суеты стояла блондинка с широко распахнутыми глазами. Я сразу узнал ту, которая вчера бегала по кустам, как испуганная белка. 

Я уже вчера понял, что она какая-то необычная, будто в своем мире живет. Девчонка казалась слишком погруженной в свои мысли, чтобы заметить действительно опасные вещи.

Таких академия ломает в первую очередь.

*Риана*

Я торопливо поднималась по ступеням, пытаясь сообразить, куда же мне идти дальше. 

Мне редко приходилось видеть столько людей сразу. А на мероприятиях, которые проходили во дворце, никто не передвигался так хаотично. Толпа немного пугала и сбивала с толку.

Стоило мне подняться на пролет выше, как я увидела вчерашних парней. Там был верзила и один из его дружков.

Толпа почтительно огибала их, будто вода, текущая вокруг камня.

Я тоже хотела обойти парней стороной, но заметила, что самый главный, — Марк, пристально на меня смотрит.

От этого взгляда веяло опасностью. Захотелось сжаться в комочек и держаться от него как можно дальше.

Я поспешила отвести взгляд, но сделала это так быстро, что он наверняка заметил. Разозлившись на саму себя за то, что придаю этому нахалу столько значения, я стиснула зубы и сжала кулаки в карманах платья.

Я прошла мимо с совершенно независимым видом, с достоинством распрямив спину. Но боковым зрением я все равно продолжала следить за ним.

Вот он сложил руки на груди, а потом повернулся в ту сторону, где была я. Может, это была чистая случайность, и он просто увидел знакомого. Но я была уверена, что он не просто меня заметил. Он изучал меня, следил за каждым шагом. 

От такого пристального внимания спина взмокла. Но я не выдала своего беспокойства. 

Расслабиться и спокойно дышать я смогла только тогда, когда отошла на приличное расстояние, а нас с Марком разделял десяток студентов.

К счастью, я вышла прямиком к стенду с полезной информацией. Там было расписание занятий, приглашение в спортивную команду и даже набор в танцевальную группу.

Объявление о вакансиях нашлось не сразу. Это было два листа, пришпиленных один над другим так, что получался довольно длинный список. Обрадовавшись, что вариантов так много, я принялась изучать предложения.

И почти сразу разочаровалась.

Условия были описаны кратко, но либо я не подходила под указанные требования, либо возле вакансии была пометка о ее неактуальности.

Почти все ожидали увидеть парня, а если требовалась девушка, то непременно начиная со второго курса.

Как же заработать первокурснице? Неужели и правда девушки вынуждены ходить убираться у студентов классического факультета, чтобы иметь возможность купить пособия и оплатить одежду?

Хорошо, что хоть кормят здесь бесплатно, а носить можно форму академии, которую всем студентам выдают бесплатно.

Я трижды изучила список и нашла всего три варианта, где могла себя попробовать девушка без опыта: уход за больными, работа на кухне и переплет старых библиотечных книг.

Мысленно прикинув, сколько сейчас первокурсников проходит диагностику у ректора, я поняла, что у меня есть всего одна попытка на трудоустройство. Если же не выбранном месте мне откажут, то за это время кто-то другой успеет занять остальные вакансии.

Хотелось выбрать что-то такое, где я не просто буду деньги зарабатывать на обновки, а смогу получить какой-то дополнительный навык. Но главное — раскрою и усмирю свой дар. А еще смогу заниматься тем, зачем я в эту академию так рвалась — изучу все, что известно про вырождение магии и про излечение того недуга, который был у меня.

Кухню отмела сразу. Желания набить брюхо у меня не было, да и голодать не приходилось.  А вот выбирая между работой в библиотеке и у целителей, я серьезно призадумалась.

***
Как думаете, куда наша девочка пойдет работать? Есть предположения?

Целительство меня всегда очень привлекало. Я с интересом изучала теорию возникновения различных заболеваний и методы их лечения. Долгое время сама была объектом практики у различных лекарей.

И поняла одно: простые заболевания умеют лечить все, а сложные — лишь единицы. А уж совсем редкие заболевания лечить не умеет никто, просто тыкают наугад и надеются, что сработает.

В итоге лучшим лекарем оказался маг-самоучка, который сам перелопатил тысячи книг в поисках подходящего средства. 

А чему меня научат лекари при академии? Наверняка лечить на практике то, с чем каждый день сталкиваются студенты: разбитые носы, простуда, зубная боль ну и ожоги от неправильного применения магии. 

Место в библиотеке казалось мне более интересном и вместе с тем менее популярным: когда не приучен читать с детства, то и желания закопаться в очередную книгу нет.

К тому же я смогу получить доступ к редким и, возможно, опасным книгам, не привлекая к этому внимания.

Решение было принято быстро, и я поспешила в библиотеку. 

Несколько лет назад я была в академии проездом. Я мало что запомнила в тот раз, но огромное помещение книгохранилища произвело на меня такое впечатление, что потом мне не раз снилось, что я брожу между бесконечных рядов с книгами.

  С того раза у меня до сих пор осталась книга по целительству, которую добрый ректор Ланс разрешил забрать в порядке исключения. 

В библиотеке было тихо и сумрачно. Прохладный воздух был стоячим, сухим и не давал ощущения свежести. 

Посетителей здесь совсем не было. В первый учебный день студенты меньше всего думают об уроках и домашних заданиях. 

Я сделала несколько шагов и осмотрелась.

Стеллажи были впечатляющими, но уже не такими огромными, как запомнились мне. Видимо, в прошлый раз я была слишком впечатлена. Еще бы, едва ли не впервые в жизни мне было позволено хоть ненадолго покинуть дворец!

Тишина в библиотеке была почти осязаемой, и мои шаги разрывали ее, казались неуместным грохотом.

Из-за стеллажа выплыл высокий и очень худой пожилой мужчина. Его длинные волосы и борода до пояса были белее снега, а одежда — слишком простой и грубо скроенной.

– Что-то хотели, юная файре? – спросил он.

Я улыбнулась. Обращение было учтивым и немного старомодным. Такое обычно принято в чопорных аристократических домах, но в академии практически не использовалось.

– Я пришла по поводу вакансии переплетчика, – сказала я. – Надеюсь, она еще не занята?

Библиотекарь удивленно изогнул бровь.

– Так вы, стало быть, студентка? – спросил он.

– Первый курс, – кивнула я. – Гуманитарный факультет.

Старец задумчиво теребил свою бороду.

– Занятно, – произнес он спустя минуту размышлений. – Что ж, давайте знакомиться. Меня зовут Бурс. А как вас зовут? Что умеете делать?

Библиотекарь смотрел испытующе.

– Диана, – поспешила ответить я. – Диана Райве. Если быть честной, то я ничего не понимаю в переплетном деле, но я очень старательная и обязательно всему научусь! И книги я люблю. Вот увидите, вэйр Бурс, я справлюсь с этой работой!

– Много ли книг вы прочитали за свою жизнь, файре Диана? – поинтересовался библиотекарь.

– Очень… – начала было я и осеклась, заметив заинтересованный взгляд.

Не могла сирота, у которой нет ни дома, ни денег, умудриться найти достаточное количество книг для изучения. 

– Очень немного, – со вздохом сказала я. – Намного меньше, чем хотелось бы. Но меня всегда восхищало, как можно написать столько разных книг, используя всего три десятка букв.

Бурс улыбнулся. Кажется, мой ответ его позабавил. Но будет ли этого достаточно, чтобы он решил взять меня на работу?

– Реставрация книг — очень кропотливое занятие, требующее большой аккуратности и неимоверной усидчивости, – сказал библиотекарь. – Это похоже на рукоделие, когда нужно вышивать тончайшими нитями-паутинками. На эту должность подходят только девушки с нежными руками и сноровистыми пальчиками. Обычно это большая редкость среди студенток вашего факультета.

Я с готовностью продемонстрировала руки. Тонкие, изящные пальцы определенно впечатлили старого библиотекаря.

– Мой опекун считал, что рукоделие для девушки важнее, чем образование, – немного слукавила я.

– Я буду платить по два серебряных коронара в месяц, – произнес Бурс после некоторых раздумий. – Надеюсь, этого достаточно?

Я вздрогнула. 

В моем плане, который еще вчера казался идеальным, обнаруживалось все больше брешей.

Никогда прежде мне не приходилось даже в руки деньги брать, а для оплаты любых прихотей у меня были слуги. На мое содержание во дворце выделяли определенные средства, но казначейство лучше знало, как это все потратить. Если же мне хотелось купить какую-то безделицу или сладость, которой не было во дворце, я могла отправить служанку на городской рынок.

Я не знала цен, а потому не могла понять, много это или мало? Слышала лишь, что монеты бывают золотые, серебряные и еще какие-то. 

В ущерб заведению библиотекарь точно работать не будет, но может лишь наоборот, положить часть денег себе в карман. Но я не в той ситуации, чтобы сравнивать установленные тарифы на оплату труда студентов. Чуть зазеваешься, и место уйдет из-под носа!

Хотелось показать, что я — самая лучшая кандидатура, которую он только может найти.

– Да, меня все устраивает, – поспешила согласиться я. – Подскажите лучше, что мне нужно будет делать, и когда следует начинать? Если нужно, то я могу не только с реставрацией помогать, но и расставлять книги по местам или приносить что-то… наверное, найти здесь что-то бывает довольно сложно…

Я махнула рукой в сторону огромных стеллажей, вместивших несметные сокровища.

Библиотекарь только усмехнулся.

– Здесь десятки тысяч книг и рукописей! Даже зная, в каком месте искать, вы потратите часы на то, чтобы найти нужное, – он с гордостью указал на стеллажи находящиеся под высоченным потолком. Попасть туда можно было только по специальной приставной лестнице.

Я проследила взглядом за движением его руки. 

– Чтобы быстрее найти нужную книгу, следует изучить библиотечную картотеку. Это своего рода указатель, дающий представление о том, по каким координатам следует искать то или иное произведение, – продолжил вэйр Бурс. – Это как карта, которая подскажет, где среди океанских волн притаился крошечный остров. На одно только изучение этой информации вы, юная файре, потратите очень много времени.

В голосе библиотекаря было сомнение и легкая ирония. Я же стремилась продемонстрировать ему всю серьезность своих намерений.

– Я освою и это! Пусть, сначала будет не так быстро, но я буду рада помочь вам, – с готовностью сказала я.

Я жаждала получить доступ ко всем книгам, а не только к тем, которые нуждаются в ремонте. Хотелось иметь возможность ходить везде, доставать любую из них и читать без ограничений.

Но библиотекарь был категорически после такого вмешательства.

– У меня особенная память. Я никогда и ничего не забываю, файре Диана, – произнес он, пристально глядя мне в глаза. – Я сам составил эту картотеку, но она мне не нужна — все уже у меня в голове. Я помню место каждой книги в этой библиотеке и знаю, когда и кому какая из них выдавалась. Поэтому мне бы не хотелось, чтобы кто-то, пусть и случайно, мог нарушить этот порядок, выстроенный десятилетиями.

Слушая библиотекаря, я все больше проникалась уважением к нему и его работе. 

– Я отложу для вас книги, нуждающиеся в ремонте. Буду ждать вас трижды в неделю. Скажем, послезавтра уже можете приступать к работе, – резюмировал Бурс.

Весь первый день первокурсники потратили на то, чтобы получить форму, учебные пособия и канцелярию. 

Все это нужно было отнести в свою комнату, а в перерывах найти столовую и разобраться с тем, как организована система питания.

Студентов классического факультета было видно сразу. Их выдавало знание манер, этикета, отсутствие какой-то нездоровой суеты и паники. 

Они хоть и были в академии впервые, но многие знали друг друга еще по школе или благодаря связям родителей. Встречаясь у кабинетов, они перекидывались ничего не значащими фразами и ненавязчиво подбадривали друг друга. 

Если бы братец не прятал меня во внутренней части дворца, то я могла бы учиться вместе с ними!

Студентов же с гуманитарного факультета тоже было легко заметить. Многие испуганно озирались по сторонам, не понимали элементарных указаний от методистов и почти не разговаривали друг с другом.

Большая часть моих однокурсников выглядели так, как и полагалось тем, кто вырос в нищете и попал в академию едва ли не с улицы. 

Я была уверена, что и среди них должны быть и те, кто ходил в школу или обучался на дому, жил с родителями и получил какое-то понятие о нормах приличия. Но пока не видела таких.

Может, они были смущены тем, что попали в незнакомое место и теперь вынуждены подчиняться непонятным правилам.

В столовой меня ожидал самый большой шок.

К счастью, никто руками тут не ел! 

Но когда я подошла к раздаче, то суровая женщина лишь глянула на меня, и подала только ложку. Тогда как девушке, стоявшей передо мной, она дала полный комплект приборов, в том числе ложечку для десерта и салатную вилку.

Я выбрала суп, второе и десерт. А потом сама взяла недостающие приборы, не обращая внимания на недовольно скривившуюся подавальщицу.

Только я устроилась за столом, как ко мне нагло плюхнулась рыжеволосая девушка и невозмутимо принялась расставлять приборы. Судя по тому, что она уже была в форме, то она была не первокурсницей. На ее шее красовался синий изящный шарфик — отличительный знак гуманитарного факультета.

– Ой, я так рада, что ты хоть приборами умеешь пользоваться! – обрадовалась девушка.

Я сразу узнала ее голос. То была моя соседка по комнате Элата. Просто я не видела ее при свете дня до этого, вот и не узнала.

– Мои родители смогли оплатить поступление в неплохую школу, а потом умудрились родить еще троих детей. Двое из них близнецы и все — мальчики. Им без образования никак. Поэтому в семье каждый коронар откладывали, и мне было предложено либо сразу замуж выйти, либо пойти учиться на бесплатное отделение! – Элата болтала без умолку, но при этом умудрялась проворно орудовать ложкой.

Еда была непривычно простой, но вполне съедобной.

Я успела проголодаться, поэтому не отставала от соседки. Та выжидательно смотрела на меня, ожидая ответной откровенности.

– Сочувствую, – сказала я, делая вид, что меня очень заинтересовала котлета. – А я даже в школе не училась. Так, в частном порядке брала несколько уроков. 

– Мммм, – протянула Элата. – А где ты жила?

– В квартале Мастеровых, – сказала я первое, что пришло в голову. 

Девушка окинула меня взглядом, будто сомневаясь в моих словах.

– Ну, хорошо, что хоть не с Нижнего квартала, – протянула она.

– А ты? – спросила я скорее из вежливости, чем из любопытства. Стыдно признать, но географию родного города я не знала.

– А я вообще не из столицы, – махнула она рукой. – Из графства Таарон. Но многих ваших знаю! Вот, например, Марк — темный король академии. Как раз из квартала Мастеровых. Обратись к нему, чтобы он взял тебя под свою защиту!

Элата кивнула в сторону двери. 

Еще до того, как я повернула голову, я уже знала, кого увижу.

Стоило Марку войти в столовую, как все головы дружно обернулись ко входу. Разговоры стихли. Студенты расступались, чтобы дать ему дорогу. 

Казалось, что все вокруг стали ниже, ничтожнее, и только одна его фигура возвышалась над остальными. 

Марк окинул столовую ленивым взглядом и, как мне показалось, задержал внимание на нашем столике чуть более, чем того требовалось. Заметив это, Элата помахала ему рукой, а я вся вжалась в сиденье. 

Спина вспотела при мысли, что моя слишком активная соседка сейчас заявит главному верзиле академии, что мы с ним были соседями.  

И угораздило же ляпнуть такое!

Марк подошел к совершенно пустой раздаче, хотя еще несколько секунд назад там толпились студенты, обсуждая, что можно взять на обед.

– Мы с ним с одного курса, – с гордостью заявила Элата, кивая на парня. – Дар у нас схожий, поэтому мы часто пересекаемся на одних и тех же занятиях. Иногда практикуемся вместе.

У меня в голове не укладывалось, как можно было спокойно находиться рядом с Марком. От него же просто разило опасностью. Я это чувствовала кожей даже сейчас, когда он стоял ко мне спиной и о чем-то говорил с женщиной за стойкой.

Парень быстро набрал целый поднос еды и направился прямиком к нам. 

Я опустила голову ниже, стараясь смотреть только на свою тарелку и по возможности быстрее орудовать приборами. Но руки предательски дрожали, а тупой нож никак не хотел пилить котлету.

– Марк, это моя новая соседка Диана, – торопливо представила меня Элата. – Оказывается, вы с ней почти соседи, она тоже из квартала Мастеровых! Разве это не чудо, что все больше таких простых ребят, как вы, можете проявить себя?!

– Неужели?! – только и сказал Марк, а у меня от его баритона все руки покрылись мурашками, и бледные волоски встали дыбом.

Даже не поднимая головы, я чувствовала на себе его взгляд.

– Расскажи, Диана, где ты жила? – продолжала напирать Элата.

Я как раз отпилила кусок котлеты и пыталась справиться с ним при помощи зубов, но он никак не хотел поддаваться.

Чтобы ответить на вопрос, пришлось проглотить весь кусок, отчего на глазах выступили слезы, и я едва не закашлялась.

– Мой опекун был очень строг и не позволял выходить на улицу, – сказала я севшим голосом. – Постоянно твердил, что это может быть опасно для меня. Даже шторы не разрешал широко открывать. Я видела лишь стену противоположного дома, да окно булочника. 

Марк, который смотрел на меня с интересом, нахмурился.

Я поспешно схватила стакан воды и большими глотками принялась запивать ком, который все еще стоял в горле.

– Бедняжка! Сидела взаперти, как принцесса! – Элата сочувственно погладила меня по плечу. Подумала, наверное, что мне так плохо из-за тяжелых воспоминаний.

– Тебе уже провели диагностику? – соседка поспешила перевести тему беседы. – Знаешь, какой у тебя дар?

У меня кровь отхлынула от лица, а ладошки стали влажными.

Мне не хотелось привлекать излишнее внимание к своей персоне, но Элата сделала все, чтобы не дать этому случиться.

В любом случае эта информация уже не была секретом и рано или поздно стала бы известной.

– У меня преобладает первородная магия, – произнесла я почти шепотом.

– Ого! Наш человек! – обрадовалась Элата. – Не зря тебя ко мне поселили! Марк, скажи же, что это очень здорово, что столько людей с древней магией получили доступ к образованию! 

Девушка совершенно панибратски пихнула Марку локтем и засмеялась.

А у меня голова закружилась от мысли, что можно вот так совершенно спокойно касаться его и при этом не умирать от ужаса.

– У нас с Марком тоже есть примесь первородной магии, – продолжала болтать Элата. – Для таких, как мы, часто ставят дополнительные уроки, чтобы научиться держать под контролем ту часть, которая дикая. С искрой все проще, там как формулы в математике…

Соседка говорила без умолку, а Марк просто молча меня рассматривал, будто чувствовал подвох. Понял ли он, что я всех обманула и никогда не жила в переулке Мастеровых?

*Марк*

Элата, как всегда, болтала без умолку, но ее слова слились в один ничего не значащий поток, будто это был шум воды.

А вот Диана…

Я несколько раз повторил про себя это имя. Нет, никогда раньше мне не приходилось его слышать. 

А вот лицо девчонки мне было смутно знакомо. 

Дом булочника — единственная ниточка, которая нас связывала. Это место я никогда не забуду.  

Каждое утро мы с толпой мальчишек пробирались по крышам, чтобы своровать свежие булочки. Обычно нас было всего несколько человек, но бывали дни, когда “банда” разрасталась до десяти человек.

Для многих моих подельников это была единственная еда за целый день, поэтому я никого не гнал, но все понимали риски и делили их поровну.

 По законам Мелисмарда вора не сильно накажут, если он сворует хлеба не больше, чем два его кулака (как раз в этот размер укладывалась одна свежая булочка). 

Наказание — всего-то десяток ударов плетьми в полицейском участке, да и то, если поймают. Поэтому желающих всегда было много.

Но если вор посмеет превысить минимальный размер и осмелится взять две булочки, то наказание будет куда более суровым. Его будут бить палками, а могут даже руку отрубить.

Остаться без руки просто за то, что взял хлеба не только для себя, но и для младшего брата или сестры, никто не хотел. 

О, жестокие законы!

Невольно я сжал ложку так, что она погнулась. 

Диана посмотрела на это широко распахнутыми от ужаса глазами.

Она поспешно отвернулась, но я заметил этот взгляд! Он был обжигающим, словно пламя. И когда-то давно оставил в моей памяти след, будто шрам от огня.

Я помнил только его, он будто тянулся ко мне из глубин памяти.

Оттуда, где каждая вылазка за едой могла стать последней. Ведь если не мой дар к левитации, то спуститься, держась лишь за бельевую веревку, было бы невозможно. 

Моих подельников тогда не волновало, что этот дар был под запретом. Многие из них предпочитали думать, что я был невероятно ловок и силен, поэтому так легко ходил по крышам и с легкостью лазил по вертикальным стенам.

Но если бы об этом узнали стражники, то обвинили бы меня во всех грабежах, которые случались в Мелисмарде! 

Да и сейчас стоит лишь кому прознать о таком даре, меня больше не пустят на ринг. 

Девчонка поспешно закончила есть и сбежала, будто одно нахождение со мной за одним столом пугало ее. На дне синих глаз плескалось нечто неразгаданное. Будто два драгоценных сапфира утонули на дне колодца.

Я зажмурился, чтобы отогнать видение.

Так почему же мне был так знаком этот взгляд?!

Дианы точно никогда не было среди шайки воров. Что-то в этой истории не складывалось. 

Я посмотрел на Элату. К счастью, она замолчала и проворно ковыряла свой десерт.

– Я думал, что самое большое недоразумение, попавшее к изгоям — это ты, – сказал я подруге, с удивлением отметив, что после побега Дианы ко мне вновь вернулась способность нормально говорить. – Как и откуда к нам эта изнеженная принцесса попала?

Элата оживилась. Собирать сплетни и слухи было ее суперспособностью. 

– Кажется, ее из дома не выпускали, и опекун до сих пор не знает, что она сбежала в академию, – просветила меня подруга. – Одежда у Ди скромная, нового почти ничего и нет. 

Элата облизнула ложку. Обычно этот жест все окружающие меня девушки использовали для соблазнения. Но только не Элата. Она была своим в доску парнем и никогда не пыталась перевести наши отношения в другую плоскость.

– А еще ее очень интересовала подработка. Кажется, она устроилась в библиотеку. Значит, она осталась совсем без поддержки родственников, раз решила пойти к Бурсу в услужение, – заключила Элата.

Я задумался. 

Мое чутье кричало, что здесь было что-то не так. Диана что-то скрывала. Возможно, ложью было все, начиная с ее имени.

*Риана*

Я выбежала из столовой и опрометью бросилась по ступеням вниз. У меня было только одно желание: никогда больше не видеть Марка.

Я так спешила, что едва не врезалась в куратора Анею.

– Адептка Райве, что-то случилось?! – спросила она обеспокоенно. – А я как раз тебя искала!

Я только головой помотала, стараясь не смотреть ей в глаза. 

Мне было страшно! 

Я боялась не справиться, боялась, что меня выгонят из академии…

Но самый большой ужас я испытывала, когда в поле моего зрения оказывался Марк. 

Даже случайно оказаться ночью в общежитии мажоров и терпеть издевательства трех девиц было не так страшно, как сидеть с этим монстром за одним столом, когда он одним легким движением руки согнул ложку, а потом поднял свой свирепый взгляд на меня!

Эмоции переполняли меня, но сил рассказать о том, что меня мучает, не было. К счастью, куратор и не требовала откровенности. 

– Я предложила ректору в этом году не делать жесткого деления по факультетам, а группировать студентов, исходя из их дара, – голос Анеи звучал так спокойно и уютно, будто укрывал невидимым покрывалом. – Магия не зависит от того, как много денег у родителей студента и от того, насколько родовитыми были предки. Что уж говорит, часто мы и сами до конца не знаем, чья кровь течет в наших жилах.

Смысл сказанного доходил до меня постепенно. Кажется, мне предстоит заниматься вместе со студентами классического факультета.

Анея тем временем взяла меня под руку и повела на воздух.

– Понимаю, что для тебя и академия-то в диковинку. А тут еще дар такой, что не у каждого лорда бывает. На этом потоке ты единственная среди студентов гуманитарного факультета показала такой уровень,  –  продолжала она. – Природа магии еще не изучена, но в наших силах сделать ее более понятным и послушным инструментом в наших руках. 

Мы вышли на улицу. Толпа шумных студентов осталась позади.

На свежем воздухе дышать стало намного легче, и я постепенно приходила в себя. Увидев это, Анея улыбнулась.

– Я подумала, что работать с первородной магией лучше там, где защита выше, а случайных прохожих меньше, – продолжала куратор. – Поэтому пару раз в неделю у нас будут встречи в тренировочном клубе. Получится своеобразный кружок, где вы с другими обладателями такого таланта будете обсуждать свои ощущения и делится достижениями. Это поможет нам лучше понять ваши возможности.

Мы свернули с широкой аллеи и пошли по извилистой дорожке. Под ногами хрустел гравий, мокрый от недавно прошедшего дождя. Тяжелые капли искрились на кустах гортензии. Было спокойно и тихо, как в саду, где я провела все детство.

Тренировочный клуб представлял собой серое здание, имеющее форму куба. Окна располагались так высоко, что с улицы было невозможно узнать, что происходит внутри. Судя по вспышкам, которые отражались от стен, там как раз сейчас проходили занятия.

– Днем здесь проходят уроки по боевой магии, а вот по вечерам клуб пустует, – пояснила куратор. – Сможем собираться здесь после окончания учебы несколько раз в неделю.

– Спасибо за беспокойство, но у меня еще подработка будет, – я попыталась найти хоть один предлог, чтобы не посещать этот странный кружок по интересам со студентами-мажорами, где из изгоев была бы я одна. – Не думаю, что остальные студенты нуждаются в этом. Не хотелось бы, чтобы из-за меня кому-то пришлось менять планы…

– Нет-нет! Отказ не принимается! – Анея сурово свела брови, но образ злой учительнице совсем не шел ей. – Я подстрою расписание встреч так, чтобы ты могла присутствовать на наших занятиях. Куда ты устроилась?

– В библиотеку, – ответила я.

Анея поджала губы. Видимо, предвидела, что вэйр Бурс не будет лоялен к прогулам.

– Но занятость будет всего три дня в неделю, – решила успокоить я ее. – Если мы будем собираться не так часто, то это не помешает ни моей учебе, ни работе.

– Что ж, если ты не против, то мы можем начать прямо завтра, – обрадовалась Анея. – Приходи после ужина. У нас как раз будет два часа до комендантского часа.