Белая принцесса, чёрный волк

Принцессе волчьей стаи Вайленда с рождения было уготовано стать разменной монетой.

– Ты прекрасна, моя дорогая, – говорила мама, расчесывая её сияющие волосы. – Ты будешь красивой невестой.

Только чьей?

Кали опускала глаза в пол и смиренно молчала. Она знала, что со дня её восемнадцатилетия отец разослал предложение её руки, сердца и всего прочего, не в один десяток стай.

Было ли это необходимо в их раздираемой войнами стай стране? Наверное. Было бы это полезно для статуса её семьи? Да. Было ли унизительно для неё самой? Три тысячи раз да.

Но их маленькая стая нуждалась в союзниках. И она была слаба. Поэтому предложить что-то помимо покорной волчицы королевских кровей, когда-то великих, а теперь прозябающих в бедности и бессилии, её семье было нечего. Отец был настоящим вожаком, и он давно поставил интересы стаи превыше чувств своей единственной дочери.

– Улыбайся, дорогая, – всё ещё продолжала ворковать мать, колдуя над её причёской.

Сегодня в их родовом поместье будет что−то вроде смотрин. Естественно, вожаки других стай слишком большие шишки, чтобы приезжать за их забытый богом лес самостоятельно, поэтому большинство из них просто присылали своих подчиненных.

− Но не слишком развязно, Калистрея, − добавил отец, отодвигая штору и смотря в окно на приближающуюся вереницу чёрных внедорожников. – Их много, а женихом станет только один, прибереги всю приветливость для него одного. И не только её, − он зыркнул в сторону Кали, и щеки её залило румянцем.

Конечно, она будет чиста для своего мужа, об ином и речи не могло быть. Невинная покорная невеста – по этой причине все эти волки и приехали сюда.

− Гости пробудут у нас пару дней, родная, − матушка любовно пригладила её белокурые волосы и прошлась пальцами по нитке жемчуга на шее. Вкупе с розовым платьем Кали выглядела, как зефирка. И пахла так же. – Постарайся пообщаться с каждым, будь вежлива и попробуй понравиться им. От этого зависит выбор их альф. И постарайся… − она замялась и кинула взгляд на мужа, − постарайся не говорить много о своей особенности… Конечно, все они знают об этом, такое нельзя скрывать, но не акцентируй внимание, хорошо?

Девушка согласно кивнула, и мама выдохнула.

− Вообще не говори об этом, − жёстко вклинился отец, − ты волчица. Точка. А оборачиваешься ты или нет – не их собачье дело.

Мама испуганно икнула, и рука её дернулась к высокой причёске. Матушка всегда принималась поправлять её, когда нервничала. Поэтому сегодня на голове у неё волосинка лежала к волосинке, а лак настолько сильно блестел, что отражал солнечные лучи.

Карата Вайлендская всегда была статной волчицей, и Кали старалась походить на неё, но врождённая неуклюжесть сводила на нет все попытки соответствовать величественной матери.

Вот и сейчас, как только руки мамы оторвались от волос дочери, пара прядок тут же непослушно выбилась из причёски и завилась по бокам от лица.

− Всё, спину ровно, морщинку между бровей долой, улыбайся, − суетилась мама, а секунду спустя их поместье огласил звон – гости прибыли и ждут.

Кали расправила плечи, пригладила складки платья и пошла в холл за родителями, стараясь выглядеть уверенно.

- Калистрея Карата Вайлендская, - представил её помощник отца многочисленным гостям стаи, и Кали вошла в залу.

Смотрины закончились быстро. Семеро мужчин толпились в коридоре, пока помощник отца руководил слугами и пытался разместить всех прибывших гостей в большой зале.

– Это честь для нас, – мужчины один за другим поклонились отцу Кали. За исключением двух хмурых волков, которые вошли в дом последними. Высокие и с подавляющей аурой, в них девушка сразу узнала альф – они решили явиться в стаю отца лично. Обоим на вид за пятьдесят, они держались расслабленно, как дома. Немудрено, стая отца была едва ли не самой слабой в стране, любой альфа, оказавшийся здесь, по статусу выше даже вожака. Поэтому они казались немного высокомерными, осознавая свою власть и силу.

Кали сразу не понравился вид того, который был с сединой в висках. Его взгляд был слишком… развратным. Причём предназначался он вначале не самой Кали, а её служанке.

– Грегор Крон, приветствую в наших краях, – поздоровался с ним отец, и они пожали друг другу руки.

Кали облилась холодным потом, когда взгляд старика обратился к ней.

– Милая девчушка, – он наклонил голову и прищурился, и Кали задрожала.

Всемилостивая Мать Волчица, хоть бы её отдали не этому старику! Она не переживёт этого!

– Прошу к столу, – тем временем позвала всех мама, и гости заняли свои места. Слуги тут же выкатили тележки с едой, и зала заполнилась соблазнительными ароматами разнообразного мяса. Их лес был богат на дичь, а накануне смотрин стая поохотилась для гостей. Кали предпочитала овощи, но в этот раз под строгим взглядом отца принялась ковырять вилкой ножку косули.

Гости обсуждали её родословную. Её физическую форму. Потенциал зачать и выносить ребёнка в ближайший год. Под таким пристальным вниманием к её персоне у девушки кусок в горло не лез, и это тоже не осталось незамеченным.

– Что насчёт наследственности? – наконец был задан вопрос, которого Кали так боялась. Молодой мужчина в смокинге поправил очки на носу и бросил цепкий взгляд на побелевшую маму девушки. – Я слышал, бабушка невесты была белой волчицей.

– Да, это так… – робко ответила мама, сжав вилку в задрожавших пальцах. Она-то надеялась, что эта тема будет поднята не при всех гостях сразу. – Моя матушка была такой… Но, по поводу наследственности, у меня трое братьев, и ни они, ни я не унаследовали от неё этот ген.

– Но унаследовала ваша дочь.

– Её дети не унаследуют, – мама вздёрнула подбородок. – Раньше считалось, что белый ген передаётся по женской линии, но мой пример доказывает обратное.

– Значит ли это, что внуки моего альфы будут белыми волками, если он возьмёт её замуж? По вашей логике и вашему примеру.

Рот мамы приоткрылся, а потом отец хлопнул по столу.

– Довольно догадок. Никто из нас здесь не видит будущее.

– Это риски, – снова прищурился очкарик, а потом записал что-то в свой блокнот, отложив вилку и нож. – В ваших краях к белым волкам толерантны, но в наших – выживает сильнейший. Они истреблены. И наследники альфы без способности оборота – крах правящей семьи, её величайшая слабость.

Кали чувствовала, как щеки её пылают от стыда. Но не из-за своей сути, а из-за того, что какие-то чужие мужчины так бесстыдно обсуждают её тело и будущих детей.

Хотя, с другой стороны, возможно, это отпугнёт от неё потенциальных женихов, и она станет наконец свободной. Пойдёт учиться, найдёт работу по душе, выйдет замуж по любви… И дети её будут не наследниками какого-то чужого ей мужчины, а просто детьми. Любимыми и желанными ею.

– У меня уже есть дети, – внезапно сказал старший из гостей и улыбнулся. Тот самый, с сединой в висках.

Кали стало совсем грустно. Мечты о светлом будущем тут же разбились о суровую реальность.

Дальше мужчины отвлеклись от неё и тема перешла на почивших жён старого альфы, которые подарили ему восьмерых наследников. Конечно, при таком раскладе от неё не требовалось быть инкубатором для волчат старика. А если и родятся ущербными, как она, всё равно затеряются среди нормальных.

– Ты прекрасно справилась, – сказала мама после застолья. Она поцеловала дочь в лоб и улыбнулась. – Не обращай внимания на их бестактные вопросы, дорогая, это их работа здесь – разузнать о тебе как можно больше. Но, думаю, главное они уже узнали – ты невероятно хорошенькая! Просто красавица. Даже твоя особенность не отпугнула того альфу, помнишь? Он не спускал с тебя глаз весь вечер.

Мама захихикала, а девушка печально вздохнула.

– Но твой отец вряд ли отдаст тебя ему, если любой другой захочет твоей руки, всё же стая Грегора не сильно больше нашей. Да и сам он не в лучшей форме, – сказала женщина, постучав острым ногтем по своей нижней губе. – Поспи сегодня хорошо, дорогая, завтра тебе придётся повторить ответы на все вопросы уже новым гостям.

– Сколько их всего? – ахнула девушка. Она-то думала, что сегодня увидела уже всех претендентов на своё сердце.

– Завтра приедут пятеро, – улыбнулась волчица. – В их числе наш самый желанный гость – Кассар Олийский из стаи Олийна. Заполучить в зятья мы его вряд ли сможем, но это неплохой шанс заручиться поддержкой сильнейшего альфы на материке, детка. Твой отец пытатся наладить связи с его стаей уже очень давно. Впрочем, как и все остальные.

– Я так устала, – вздохнула девушка. – Поскорее бы всё закончилось.

– Скоро всё решится. Надеюсь, папа выберет тебе мужа поближе к нашей стае… Ох, детка, что я буду делать, если ты уедешь далеко? – мама на секунду потеряла невозмутимое выражение лица и уронила слезинку, а потом за секунду вернула на лицо улыбку, утерев глаза. – Так, всё будет хорошо, прости, родная… Тебе и самой нелегко, ещё и я… – она поджала губы, а потом взялась за ручку двери. – Добрых снов, увидимся завтра, моя Кали.

Мама улыбнулась и щёлкнула дочь по носу, а потом ушла, плотно прикрыв за собой дверь.

Спина болела от ненавистного корсета, который Кали не могла снять целый день, и она со злостью повыдёргивала ленты из петелек, освобождая уставшее тело и ноющие рёбра. Раскинула руки в стороны и бахнулась на мягкую постель, чтобы поваляться пару минут и дать себе отдохнуть.
А потом схватила из-под балок кровати старую футболку, сарафан и мигом натянула на себя, чтобы уже через мгновение вылезти из окна в пахнущий ночными цветами и свободой задний двор.

– Привет, малявка Калиса, – Алрик, её друг детства, встретил девушку у ворот особняка и обнял, не забыв при этом поелозить кулаком по её макушке, спутывая волосы.

– Ай, отстань! – заверещала она и стукнула его в худощавую грудь. – Мама оставила там груду невидимок, я ещё не все вытащила… Болит ужасно.

– Извиняюсь, – парень выставил вперёд руки, а потом почесал затылок. – Тебя никто не видел?

– Неа, все заняты нашими гостями, я ушла незамеченной.

– Как тебе они, кстати?

– Ужасно, – тут же пожаловалась девушка. – Зубы мне разве что не посмотрели… А ещё ужаснее то, что самих возможных мужей я не видела. А тех, что видела, лучше бы не видела! Ох, как же я не хочу этого всего…

– Мне так жаль, Калиса, – вздохнул Ал, а потом посмотрел на ночное небо. – Будь моя воля, я бы забрал тебя и убежал куда-нибудь далеко.

Он и раньше говорил, что не прочь уехать из стаи, чтобы начать новую жизнь, но никогда ещё не звал Кали с собой. По рукам её побежали мурашки, и она поёжилась.

– Я не могу подвести стаю, ты знаешь, – голос стал хриплым, и Кали прокашлялась. – Без союза нам долго не протянуть. Да и не такая уж это и жертва, – она попыталась усмехнуться, но вышло натужно. – Не убивают же меня, просто отдают замуж.

– За того, кого ты не любишь. И даже не знаешь, – упрямо ответил Ал. – Я в ужасе от того, что не могу помочь. Ты же мне как сестра!

– Да будет тебе, – хихикнула она, легонько ударив друга в плечо. – Может, я влюблюсь в него, а? Или он окажется моей истинной парой?

Она посмотрела на едва ли полную луну и в шутку завыла, после чего Ал взглянул на неё, как на круглую идиотку. В стае был единственный член, который никогда в жизни не выл и не завоет на полумесяц – и это Кали. А ещё – никогда не обретёт пару по зову луны, этого белые волки тоже были лишены вместе со способностью оборота.

– Ты знаешь, ты всегда можешь на меня положиться, – необычайно серьезно сказал друг, а потом взял девушку за плечи. – У тебя нет братьев, но ты давно стала мне сестрой, Калиса. И если ты только захочешь сбежать, если почувствуешь, что тебе нужна помощь – я всегда рядом. Договорились?

Алрик смотрел на неё необычайно долго, и девушка стушевалась. Она запоздало кивнула, и друг облегченно выдохнул.

– И если он будет обижать тебя, Калиса…

– Я расскажу всё тебе, – вздохнула она тяжко. – Всё будет хорошо, Ал.

Он отпустил её, а потом указал головой на светящуюся в свете звёзд и луны деревню.

– С детства я был уверен, что наши семьи будут жить рядом. А дети играть вместе. Получается, не суждено?

– Ты всегда можешь перебраться ко мне поближе, – сказала Кали, думая о том, что тоже не хочет терять лучшего друга. – Кто знает, может в моей новой стае тебя будет ждать твоя истинная?

Девушка улыбнулась, а друг прикрыл глаза, обратив лицо к небу. Так они и стояли, думая о неизбежном будущем, пока текли минуты.

– Пока ты не уехала… – подал голос в тишине Ал. – Давай напоследок погуляем там же, где и всегда. Как будто всё как прежде. Сейчас мне нужно это. Пока ты ещё здесь.

– Я сама хотела предложить, – грустно улыбнулась девушка. – Спасибо за то, что ты рядом, Ал. Если я уеду, я буду скучать по тебе больше всего на свете.