Белая ведьма для Альфы

- Ты пришла, - прошептал мой волк мне на ухо.

- Ты в этом сомневался? - так же шёпотом спросила я, пусть мне было неудобно и неловко, роль роковой соблазнительницы не для меня.

- Нет, - втянул он носом запах моего тела за мочкой уха. От этого простого действия мурашки побежали по телу. – Как же ты пахнешь, - растягивая каждое слово, то ли говорил, то ли рычал мой волк. - Не передумаешь, Анриэль? Пока я ещё могу остановиться, - он сказал это и снова провёл кончиком носа по моей шее, медленно вдыхая мой запах.

- Я хочу этого…- прошептала, но нервная дрожь от предстоящего действия всё же начала сотрясать моё тело. Хотя, возможно, это было возбуждение, но опыта, чтобы разобраться с чувствами, я не имела.

Белые ведьмы вообще очень щепетильно относились к подбору партнёра для инициации, после которой могли уже магичить в полной мере, а не использовать те крохи дара, что были нам доступны с детства. Однако магичить могли мы только из добрых, чистых и светлых побуждений. Иначе Белая Веда - наша Богиня, покровительница, строго карала, отбирая дар, и тогда белая ведьма, становилась чёрной колдуньей. В нашем мире они оказывались вне закона, они преследовались и их убивали, потому как зло и чернь, поразившие их и изменившие полностью их сознание, приносили только беды, боль и дисгармонию для мира. Конечно, иногда Белая Веда могла дать возможность искупить свою вину, но это было настолько редко, что рассчитывать на такой шанс не приходится. Скорее, это сказки или легенды, передающиеся из уст в уста. А потому белые ведьмы всегда росли с ощущением добра и любви к людям и природе, чтобы даже мысли тёмной и чёрной не возникло использовать белый дар во вред живому существу. Мы учились с детства контролировать свой характер, да и дар накладывал определённый отпечаток на нашу личность: слишком добрые, слишком доверчивые, и много ещё таких слишком. Белых ведьм всегда было мало, и наличие хоть одной в небольшом поселении – просто удача для существ, проживающих там.

Так вот, для инициации всегда подбирался мужчина, с которым белая ведьма собиралась прожить свою жизнь, кому вручила своё сердце. Белые ведьмы со своими избранниками долго встречались, общались и только тогда принимали решение, подходит ли этот мужчина. Но мне повезло. Мне не нужно было долгих ухаживаний и притираний, видимо, сама Белая Веда направила меня в эту гостиницу, в которой я решила остановиться по пути домой с ярмарки, проходящей в столице, где приобрела редкие травы для зелий. Представляю, как удивится брат, ведь он всегда говорил мне, что даже не может представить рядом со мной мужчину, да и не интересовали они меня особо. Больше всего мне было интересно ведовство, пусть и не могла я применять свой дар в полную силу, но и того, что имела, хватало для полезных примочек и зелий для помощи существам.

Учиться мне нравилось всегда, и вместо того, чтобы обратить своё внимание на противоположный пол, я всячески оттягивала этот момент, мотивируя тем, что ещё успеется, и что даже инициацию пока ещё можно не проходить, ведь я столько ещё не изучила и не познала. А большой дар накладывает определённые обязательства, к которым я хотела сначала подготовиться и познать ведовство как можно глубже. Хотя брат опять же смеялся и говорил, что пока я всё познаю, то состарюсь. Но ведь три сотни лет — это достаточно долго, и стариться я не буду практически до самого конца. Это наша награда от Белой Веды, вернее, один из даров, которые даровала нам Она за доброту и заботу о других живых существах, которые пусть и не Она создала, но её Богиня-Мать.

Так вот, я настолько счастлива. Что ещё, как не награда от Белой Веды, встретить свою истинную пару, Чёрного волка? Пусть и не видела ещё его ипостаси, но, думаю, он будет просто прекрасен, а когда узнает, что я тоже…

Встретились мы случайно, столкнулись в гостинице в этом небольшом городке, что находится в дне пути от столицы. Признаться честно, я даже не сразу поняла это. Зато понял он.

Мой волк. Мой мужчина. Кто, как не истинная пара, может быть лучшим спутником и супругом по жизни?

Поужинав, мы разошлись по номерам, но мне так не хотелось отрываться от него. Никогда не видела настолько красивого мужчины: широкий разворот плеч, сильные руки, которые только подчёркивала его белая рубашка с закатанными рукавами, высокий рост. А лицо: его янтарные глаза так и манили, затягивали в свою пучину, нос с горбинкой, широкое мужественное лицо с волевым подбородком. На вид волку было около двадцати пяти, оборотни, как и ведьмы, становились совершеннолетними в восемнадцать лет. Чёрные волосы, соответствующие масти волка-оборотня, загорелое лицо. Я на его фоне смотрелась совсем хрупкой и явно выделялась, да хотя бы цветом своей кожи: молочной, ко мне абсолютно не цеплялся загар, а ещё длинные белоснежные волосы. Треугольное лицо, с узким подбородком, высокими скулами и большими слегка раскосыми глазами тоже янтарного цвета, только более тёмного оттенка, в обрамлении пышных длинных ресниц. Тёмные, тонкие, выразительные брови, прямой нос и пухленькие губки. Только вот тело моё пока ещё не расцвело, тоже особенность белых ведьм, только после инициации тело начнёт меняться.

А пока…

Разве могла я устоять против его приглашения и шёпота…

Сейчас инициация, потом знакомство, на которое у нас будет целая жизнь. Как только я вошла в его комнату, он подошёл ко мне со спины и, услышав моё подтверждение, прижался ещё ближе. Начал неспешно приспускать рукава моего платья, оголяя хрупкие тонкие плечи. Декольте на платье было и так глубоким, и поэтому вместе с плечами мой волк получил доступ и к небольшой острой груди с розовыми сосками. Обойдя меня по кругу, он посмотрел в глаза, от этого голодного пристального взгляда я покраснела. Не размыкая наших взглядов, он медленно склонился и взял вершинку в рот, слегка прикусив. От этой ласки я не удержала судорожного вздоха, он слегка улыбнулся и другой рукой накрыл вторую грудь, сжав её. Потом начал подниматься неспешными поцелуями вверх... ключица — поцелуй... шея — поцелуй...стоять было всё сложнее, и, заметив это, он слегка толкнул меня назад, я почувствовала дверь за спиной. От вспыхнувших чувств я просто прислонилась к ней, продолжая стоять на нетвёрдых ногах. Волк же, похоже, вознамеривался свести меня с ума, потому как когда он добрался поцелуями до моих губ, я была согласна уже на всё. Его поцелуй, сначала нежный, стал быстро набирать обороты, и я уже не успевала следовать за его губами, учитывая, что до него я вообще не имела такого опыта. Он покусывал мои губы и тут же зализывал их, я стала повторять за ним. И стоило только прикусить его губу, как он зарычал и вжал меня в дверь. Я лишь ахнула от такого напора. И вот он слегка отстраняется и спешно начинает стягивать моё платье, при этом спускаясь поцелуями вниз. Вскоре платье лежало уже у моих ног, а Даррэл стоял на коленях передо мной. Я попыталась прикрыть свою наготу, ведь, кроме маленьких тонких трусиков и чулок, на мне ничего не было, но он снова зарычал.

- Не закрывайся, ты красива, - прошептал он и жадно стал рассматривать, при этом прижимая мои ладони своими руками к моим же бёдрам.

А потом начал целовать плоский живот и кружить кончиком языка вокруг пупка. Смотреть на это было выше моих сил, и, откинув голову назад и закрыв глаза, я отдалась на волю ощущений, и мой стон нарушил хрупкую тишину этой комнаты.

- Даррэл, прошу...- застонала я.

- Тише, тише, девочка моя, я боюсь не сдержаться...- зашептал он и снял последний кружевной чулок.

- Не сдерживайся, прошу, - захныкала я, сразу хотела сказать, что я не хрупкий цветочек, и регенерация у меня под стать волчице, как всё резко изменилось.

И вот он уже нависает надо мной и сверкает янтарными глазами, взгляд пробирает до костей, но от этого я хочу его ещё больше.

Я вижу, что он сомневается, но вот только этих сомнений нет у меня. И я резко поддаюсь вперёд и впиваюсь со всей силы в его губы и сразу кусаю, ведь знаю, что это спровоцирует его звериную часть и ... наконец, получаю то, что хочу сейчас получить больше всего на свете - его самого, моего чёрного волка. Он оскалился и подхватил меня на руки, в одно незаметное движение опустил меня на кровать и устроился между моих ног, не успела я предупредить его, как он одним движением вошёл в меня... отчего я не сдержала крика и закричала от боли, прострелившей низ живота, слёзы покатились с глаз.

- Почему ты не сказала? -Даррэла как будто парализовало, он замер, боясь пошевелиться, но ответа ему и не потребовалось, он быстро пришёл в себя и начал сцеловывать слёзы на моих щеках, шепча слова утешения.

- Моя девочка, моя, сейчас всё пройдет, -шептал между поцелуями мой волк.

Боль отступила, и я первая повела бёдрами. Он понял всё без слов и начал двигаться, ноющая боль стала перерастать в пьянящее удовольствие, и как же я рада, что дождалась своего волка и не стала размениваться на других.

Мой, он только мой. Тело прошило судорогой, и я вновь закричала, он заглушил мой крик долгим поцелуем, и как только я затихла, он продолжил и вскоре догнал меня. Мой первый раз вымучил меня, не говоря уже о том, что я ощутила, как моё тело начало наполняться белой ведьмовской силой, спавшей до инициации. Он скатился с меня и, уложив на свою твёрдую грудь, крепко сжал в своих объятиях, я почувствовала лёгкий поцелуй в макушку, говорить было лень, и я просто закинула свою ногу на его бедро и, уже проваливаясь в сон, почему-то услышала:

- Жаль, что ты не волчица.

Хотела бы я у него спросить, о чём он, но сил не было, и организм, взяв своё, просто уснул.

А наутро я уже и не вспомнила о его словах...

О-о-о, Белая Богиня Веда, три дня, три бесконечных долгих дня, которые слились в один поток удовольствия, любви и неги, ровно столько мы не выходили из комнаты, прерываясь лишь на еду и сон. Мы не могли насытиться друг другом, как сумасшедшие, занимаясь любовью, каждый раз, как будто это в последний раз. Я перестала стесняться своего тела, да и Даррэл, кажется, не обошёл своим вниманием ни единого участка на моём теле, он любил меня страстно...и нежно, грубо и ласково, от его напора не было спасения, но мне оно и не требовалось... Всё это время мы так практически и не говорили, даже принятие пищи у нас плавно перерастало в волшебную прелюдию, после которой я уже не могла сказать и нескольких слов. Я так и не рассказала ему о том, кто я. Да и не думаю, что это важно... мне на самом деле всё равно, кто он и чем занимается, я люблю его просто за то, что он есть. Нет счастливей женщины на свете. Не договариваясь, мы просто решили отложить все дела и откровения на потом.

И как обычно бывает, рано или поздно нам всё же было нужно возвращаться в обычный мир. Мне необходимо связаться с братом и сказать, что завтра утром я выдвигаюсь в путь, и что его ждёт сюрприз. Ужин, сервированный на низком столике, в очередной раз закончился бурным танцем прямо в кресле. Я мокрым лбом уткнулась моему волку в обнажённое плечо и пыталась перевести дыхание. Он всё ещё находился во мне, я почувствовала поцелуй в висок. Он встал вместе со мной, снял с себя и поставил на ноги, вернее, попытался это сделать. И, видя, что я не в состоянии после такой скачки стоять, рассмеялся своим хриплым голосом и, взяв на руки, отнёс в нашу кровать. Я тоже улыбалась и открыто смотрела на него, впитывая каждую чёрточку его лица, ласкала взглядом всё его тело.

- Если ты будешь так на меня смотреть, то мы продолжим, - усмехнулся он и поцеловал меня в кончик носа.

- Ты же знаешь, что я не против, - улыбнулась ему в ответ, но он нахмурился и серьёзно посмотрел на меня, только и проронив:

- Это-то и странно, ты настолько выносливая, как... - но закончить он не успел: раздался стук в дверь.

Но на его реплику я ответила смехом и кинула в него подушку. Выносливая, значит?! Он тоже засмеялся и, быстро натянув плотные кожаные штаны и накинув на себя свободную белую рубашку, вышел за дверь, потом, вернувшись, он сказал.

- Я отлучусь ненадолго. Скоро вернусь, - и, снова поцеловав, вышел из комнаты.

А я, улыбаясь, раскинула руки в стороны и смотрела в потолок, потом закрыла глаза и почувствовала ток магии в венах, чувствовала, как наполнилась силой, и купалась в этом ощущении, а ещё в эйфории, которую подарил мне мой волк. Моя истинная пара.

Очередной стук в дверь вывел меня из мечтательной неги, решила не открывать, но стук раздался уже более настойчивый. Пришлось искать платье и надевать его. Бархатное платье фиолетового цвета было сшито по моей фигуре и доходило до пола, пояс, состоящий из тонкого плетёного ремешка более тёмного цвета, чем платье, опоясывал мою тонкую талию и тонкой змейкой спускался до пола. Быстро облачившись и наспех расчесав волосы, открыла дверь и изумилась.

На меня смотрела прекрасная незнакомка, даже я оценила её яркую красоту. Чёрные как смоль волосы длиной до поясницы были уложены локонами, янтарные глаза, высокие точёные скулы, о которые можно было бы порезаться, сочные пухлые губы, грудь, которая едва помещалась в низкое декольте, её шёлковое бордовое платье длиной в пол.

И пока я её рассматривала, она делала то же самое. Полагаю, вид я имела тот ещё, ведь наспех привела себя в порядок. Да и по сравнению с ней я была совсем ещё зелёной девчонкой, даже с не оформившейся фигурой, когда как тут всё было в норме: и широкие округлые бёдра, и тонкая талия. Да и я точно почувствовала, что передо мной стоит оборотница.

Если меня вид нежданной гостьи поражал, то мой ей явно пришёлся не по вкусу, и она скривилась.

Лицо приобрело надменность и высокомерие. Я нахмурилась в ответ на такую реакцию, так явно демонстрировала своё пренебрежение ко мне. Ведь я точно не знаю её, но развить эту мысль мне она не дала.

- Так вот ты какая, истинная пара моего Даррэла, - это был даже не вопрос, при этом она так выделила слово моего, что подозрений о том, кто она, просто не осталось.

- А вы? - не стала я уподобляться ей и всё же обратилась к ней в более уважительной форме.

- Я – его избранная, - произнесла она это, явно наслаждаясь произведённым эффектом.

А он, несомненно, был. Моё сердце ухнуло вниз и заныло. Я не знала, что и сказать. Почему, почему он мне не сказал, что у него уже есть избранная? Ведь это знание всё изменило бы… Да по той же причине, по которой ты сама до сих пор не сказала, что ты не человек, которым Даррэл меня и считает, а белая ведьма… страсть и инстинкт затмили нам мозги. Ведь истинность, она идёт на уровне инстинктов, и говорят, кто обрёл её и смог удержать, становится самым счастливым в браке, если только… не появляется избранная, к которой волк уже испытывает глубокое чувство любви и привязанности, избранная выбирается основательно не только инстинктами, которыми руководствуется звериная часть оборотня, но и привязанностью душевной, любовной. Избранная – это та, которую выбирает и сам человек, основываясь на своих чувствах и эмоциях. И что немаловажно, она волчица, и, похоже, полностью устраивает и звериную часть, раз она уже имеет статус его избранной.

На моей же стороне, кроме утоления инстинктов, больше ничего нет. Пусть я только перешла рубеж совершеннолетия, но я точно понимала, что за эти три дня глубокие чувства со стороны человеческой ипостаси оборотня вряд ли возникли. Так, поверхностная симпатия, вот на что я могла надеяться в лучшем случае. И вот как раз развеять эту симпатию ничего не стоит.

Как?! Как я могла попасть в такую ситуацию? Учесть ещё, что вот я-то влюбилась в него бесповоротно.

- Вижу, ты понимаешь, что это означает, - усмехнулась она, и этой улыбке позавидовала бы любая змея.

Я смотрела на неё и не знала, что делать, а ещё больше я страшилась услышать решение Даррэла по поводу нас… если слово мы, конечно, можно применить к нам.

И того, что произошло в следующее мгновение, я просто не ожидала, а потому не смогла среагировать.

Лицо её искажает ненависть.

Она делает шаг в мою сторону и со всей силы толкает рукой в грудь, отчего я подаюсь назад, и с трудом мне удаётся остаться на ногах.

Я ошеломлённо смотрю на то, как она проскальзывает в комнату, не закрывая дверь.

Лицо по-прежнему искажено, теперь уже не ненависть, а первобытная ярость горит в её глазах.

Ничего не понимаю, но тут она подходит вплотную ко мне и шипит, словно гадюка, а не волчица, прямо в моё ошеломлённое лицо.

- Ненавижу тебя, тварь! Ты мне за это дорого заплатишь! Очень дорого, - зло сверкают её глаза, а губы кривятся в презрении. -Он мой! И так будет всегда! - припечатывает она, и тут я вижу, что в её руке появляется кинжал с тонким длинным лезвием и чёрным камнем на рукоятке.

И в следующее мгновение я понимаю, что не смогу высвободиться из крепкого захвата.

Миг и …

Я смотрю, как она заносит кинжал и пронзает собственную грудь… Мои глаза от шока и неверия распахиваются ещё шире.

Избранная падает на колени, но в её глазах не боль или страх, а торжество.

Она начинает что-то бормотать, достаёт кинжал из груди, и вот уже тонкая струйка крови скатывается по её подбородку и капает на грудь. Она зажимает этот кинжал своими руками и не сопротивляющейся мне вручает в руки. Ничего не понимаю. Она держит мои руки своими ладонями, и теперь остриё снова упирается в разрез на груди.

На бордовом платье молниеносно расползается красное пятно, и тут происходит сразу несколько действий.

Её торжествующая улыбка резко исчезает, а глаза начинают округляться. И уже удивление появляется на лице. Понять, что поменялось в её эмоциях, я не успеваю, потому как комнату разрезает жуткий по своей силе рык.

- Изабелла! - кричит и рычит Даррэл и одним движением отшвыривает меня, отчего я больно впечатываюсь в стену и непроизвольно выпускаю из руки кинжал, который до этого придерживала в моих руках избранная.

Дикий взгляд Даррэла, заметившего это, я не забуду никогда. Клыки, выступившие из-под верхней губы, его оскал, направленный на меня, и уже не человеческие глаза, а волчьи смотрели на меня. Когти его удлинились, ещё немного, и он обернётся, и вот тогда… Я даже боюсь представить, что случится тогда…

Даррэл крепко прижимал к себе свою избранную, на мгновение он оторвал уже волчьи глаза от меня и посмотрел на умирающую.

Она дотронулась своей окровавленной рукой до его щеки, Даррэл отреагировал на это и прижал её ладонь к себе, и прошептала.

- Я буду любить тебя вечно…- потом её рука ослабла, а глаза остекленели. Вой Даррэла разнёсся по всей комнате и коридору.

- Князь! Что происходит? - в комнату ввалилось три оборотня, и они уставились на ту сцену, которая предстала пред ними. Я, жмущаяся в страхе у стены, и князь?! Это князь, до меня только что дошло, как его назвали. Не может быть…

Он резко развернул свою голову ко мне и, оскалившись, прорычал.

- Как ты могла?

- Это…не…я. Она сама, - промямлила я.

- Что ты несёшь, человечка, - уже даже не Анриэль. Осознание того, что он мне не поверит, пронзило моё сердце.

Я постаралась придать своему голосу больше уверенности, но у меня это получилось плохо.

- Я говорю правду, - прямо посмотрела на него.

Видимо, это было лишним…потому как он бережно уложил свою избранную на пол и в одно движение, которое я с трудом увидела, оказался около меня, нависая, как скала, и скалясь уже мне в лицо. Его уши заострились, рука, которой он схватил меня за горло, начала покрываться шерстью, когти и так были длинными, и потому они вспороли нежную кожу шеи и окрасили её в красный цвет. Мне стало страшно, по-настоящему страшно, ведь он уже начал частичную трансформацию, и мне даже трудно представить, насколько хорошо он себя контролирует с этой ситуации.

Воздух перестал поступать в лёгкие, и перед глазами замелькали чёрные мушки, я стала хватать ртом воздух.

Но Даррэл не обращал на это внимания. Слёзы страха, боли покатились по моему лицу.

Он тряхнул меня, и от этого я больно приложилась затылком о стену. Обида и злость уже на него начали затапливать меня.

- Убир-р-райся! И больше никогда! Слышишь, никогда не появляйся передо мной! Иначе я не сдержусь и всё-таки убью тебя, несмотря на то, что ты истинная для моего зверя. Только это и удерживает меня от убийства, – рычал и скалился Даррэл, а потом резко отошёл от меня и отряхнул руку так, как будто ему было противно касаться меня.

Я же, не удержавшись, просто рухнула на колени, схватилась за израненное горло, и начала судорожно вдыхать воздух. Но кто бы мне позволил это сделать.

Он схватил меня за плечо, снова не рассчитывая сил, тем самым вспоров мне плечо, и просто потянул в коридор, где, толкнув, заорал:

- Убир-р-райся, - зло сверкал он янтарными глазами.

А мне не нужно было повторять дважды, я отчаянно хотела жить, а разговаривать со мной он не будет. Это я уже поняла на собственной шкуре.

Боль, обида, злость на жизнь и судьбу душили меня. Слёзы лились по лицу.

Хромая и еле переставляя ноги, я пошла в свою комнату, насколько это возможно в моем состоянии, и переоделась в дорожный брючный костюм. Покидала вещи в сумку, открыла окно, выходить через дверь я боялась…боялась, что он передумает и лишит меня жизни за то, что, собственно, я и не совершала. Да только кто будет меня слушать…

Но самое страшное, что я не понимала поступка этой избранной. Её последние слова никак не вязались с последовавшими после этого действиями.

Даже подставив меня, она ведь всё равно не смогла быть с ним — смерть никого не щадила. Так в чём был смысл?

Я вылезла в окно, благо козырёк под моим окном помог беспрепятственно спуститься со второго этажа и не переломать себе руки. Хоть регенерация и помогла бы мне, но даже на неё нужно время.

Я зашла в стойло, где меня ждала моя лошадь. Наскоро оседлала её и сразу же выехала через задний двор. Стоило только оказаться за гостиницей, я сразу пустила лошадь в галоп, благо была ночь, и зевак на улице было мало. А то, что эта гостиница стояла неподалёку от широкого тракта, помогло мне быстро выехать за черту этого городка.

Дальше был бег без остановки и отдыха.

С моими душевными ранами меня не отпускали злость и боль предательства. Я понимала, что если не уберусь вовремя, просто могу сорваться и навредить кому-нибудь и… тогда прощай белое ведовство и да здравствует чёрная колдунья.

Как только я осознала, насколько близка к срыву, поняла, что ни за что! Ни за что в жизни не доставлю Даррэлу такого удовольствия. Я смогу справиться с эмоциями и сохраню свой дар.

Быстрый галоп помог прийти в норму и остудить мой пыл.

А спустя два дня выматывающего бега, в течение которого я останавливалась только, чтобы лошадь могла поесть и хоть немного отдохнуть, я вернулась домой.

Только вот прежней я уже не буду никогда…

- Сестра, что с тобой? У тебя вид, как будто за тобой гнались изменённые, - Лорейн встречал меня вечером второго дня, вернее, он помог мне спуститься, чтобы я просто-напросто не упала с лошади от усталости и напряжения.

Нервы мои были ни к порождению мрака, ведь мне постоянно приходилось справляться со своими чувствами и тем, что мою любовь просто растоптали...

- Ты практически загнала лошадь, и не жалко же тебе бедную скотину, - ворчал он, пока провожал меня в дом.

- Я сварю ей что-нибудь для восстановления сил, так что всё будет в порядке, - устало сказала я и опустилась на удобный диванчик, стоявший в середине гостиной комнаты, которая была небольшой, но очень уютной.

Брат остановился недалёко от меня. Пододвинув кресло, сел напротив и стал буравить пристальным взглядом. И как же мне не хотелось, чтобы он ни о чём не спрашивал, но, видимо, не судьба.

- Анриэль, ты прошла инициацию, - ровным тоном сказал он, даже не сомневаясь в этом. Да это и понятно, он был белым ведьмаком, ещё более редким явлением среди нашей братии.

- Прошла, - не стала отпираться, но так и не посмотрела на него, а продолжала рассматривать однотонный светлый ковёр под ногами.

- Рита купила новый ковёр? - предприняла я заранее провальную попытку перевести тему.

- Да, купила, но речь не об этом, - всё так же ровным голосом проговорил он и сложил руки на груди. Я краем глаза видела, что он начинает злиться, но всё рассказывать я не собиралась. В конце концов, это моя жизнь и… моя боль. -Рассказывай, Анриэль, где этот смертник, который обидел тебя? Моё терпение на исходе, - ровный тон стал на порядок холоднее, и я знала, что злится он не на меня, меня он любит и готов лобового удавить, несмотря на то, что является белым ведьмаком.

А ещё у него удивительная способность понимать меня, похоже, родство сказывается, и то, что он меня и воспитывал. Десять лет назад с нашей семьёй произошла беда, брату тогда было всего пятнадцать лет, мне пять. На нашу семью напали изменённые, и родители ценой собственной жизни спасли нас, взяв с брата слово, что он позаботится обо мне и спрячется со мной, в то время как родители и другие существа нашей небольшой деревеньки пытались противостоять изменённым.

Собственно говоря, именно из-за этого случая и открылись его способности к ведовству, ведь я была очень сильно ранена, когда мы бежали, помощи было ждать неоткуда, моя жизнь была на грани. Вот и получилось, что стресс и сильные чувства повлияли на проявления его дара, и он смог исцелить меня. Однако его с рождения не ограничивали в проявлении эмоций, он, как совершенно обычные существа, мог и злиться, и огорчаться, совершать шалости над другими. Я же росла с грузом ответственности и постоянно контролировала свои чувства, белый дар должен быть во благо и должен помогать людям, поэтому допускать мысли об отмщении даже нельзя было, потому как это первый шаг на пути к тому, чтобы воспользоваться даром во вред. А оттуда уже путь к погибели. Так вот с тех пор брату было сложно контролировать себя, но он научился, никогда не использовал его во вред, хоть и изрядно мог выругаться.

Теперь же и мне предстоит научиться контролировать мои силы, ведь, как оказалось, жизнь — это не романтика и любовь, а боль и разочарование.

Что ж, так тому и быть…

- Лорейн, я не хочу об этом говорить, мне и так изрядно пришлось постараться, чтобы не сорваться, - всё же посмотрела я ему в глаза, он недовольно скривился, ведь он, как никто другой, понимал, как это бывает трудно.

- Я всё равно узнаю, рано или поздно, - зло сказал он, и в его глазах стали проявляться белые всполохи.

А вот это реально плохо, его не на шутку разозлило случившееся со мной. Вот это ещё одна причина, по которой я не буду говорить, с кем прошла инициацию, чтобы у него не возникло желания поквитаться с князем. Ведь ему есть ради кого жить, его семья, замечательная полукровка оборотница, пусть она и не чистокровная, но почувствовать пару в брате смогла, как и Лорейн, они уже пять лет вместе, и у них есть прекрасная маленькая девочка — ведьмочка, унаследовавшая гены отца.

- Не узнаешь, потому как я тебе не скажу. Я хочу забыть его как страшный сон, я ошиблась с выбранным и чудом смогла сохранить своё белое начало, поэтому прошу, давай больше не будем об этом вспоминать, я не настолько стабильна, - тяжело вздохнула и снова опустила глаза и как бы не пыталась сдержать слёз, одна предательница всё-таки скатилась из уголка глаза.

- Малышка, - протянул он и пересел рядом со мной на диван, притянув в свои объятия, и я не смогла просто сдержаться и расплакалась, горькие слёзы катились по лицу. Лорейн прижал меня ещё крепче, я уткнулась в его рубашку и рыдала. И когда только слёзы стали сходить на нет, и я уже просто всхлипывала, он сказал.

- Анриэль, если ты беспокоишься, из-за того, что я воспользуюсь своим даром во зло, то можешь не переживать об этом, ведь и добро бывает разным. Знаешь, я слышал одну мудрость: добром дорога устлана во Мрак, я могу ему это устроить.

- Не нужно. Я просто хочу обо всём забыть, - посмотрела заплаканным глазами на него и снова всхлипнула, потом вытерла рукой слезы и очень серьёзно проговорила. -Пообещай мне ничего не искать и больше никогда не спрашивать о нём. Ну же, - пришлось надавить на брата, потому что я его знала хорошо.

- Анриэль, - недовольно сверкнул он глазами.

- Ну же, Лорейн, я больше ни о чём не прошу.

Лорейну это не нравилось, он не давал обещания, которые не мог сдержать, и я точно знала, что если он даст его, то сдержит.

И, видя моё настроение и ту решительность, с которой я стою на своём, сжав кулаки и зубы, он всё-таки проговорил.

- Обещаю не искать его самому, но если ты вдруг решишь поделиться со мной, то я выслушаю. И ещё: если он вдруг сам найдётся, то пусть пеняет на себя, - снова сверкнул брат глазами. И я поняла, что пусть хоть так.

- Хорошо, принимаю твоё обещание.

Прошла ещё минута, и я услышала, как в дверь вошла Рита с маленькой Нисой.

Я быстро направила магию на своё лицо и привела его в порядок, убрала отёки и красноту. Потом встала и побежала навстречу к ним. Как же я соскучилась.

***

- Зря ты, князь, её отпустил. А если она понесла от тебя? Вы три дня из постели не вылезали. Нужно было закрыть её, пока бы не родила, а там бы и решал вопросы, - покачал головой друг и верный соратник молодого князя.

- Не понесла, она человечка, а полнолуния не было, только в него можно зачать с такой, как она, - презрительно произнёс князь. -Только из-за своего зверя я и сдержался. Пусть проваливает, чтобы я её больше никогда не видел, иначе меня уже ничто не остановит.

- Тебе виднее.

Спустя пять лет

- Милая, ты уверена, что тебе нужен этот котик? - недоверчиво смотрела я на котика, который уже развалился на руках моей дочери.

- Да! Мама, посмотри, какой он хорошенький, беленький и пушистенький, - мой маленький ангелок прижимала к себе, по всей видимости, бездомного кота, который утром забрался к нам в окно и, похоже, рассчитывает здесь прижиться.

- Я не думаю, что заводить магического кота – это хорошая идея, - всё же я попыталась донести до своего маленького чуда эту новость.

Конечно, наличием магического животного в доме никого не удивишь, и, если честно, я всегда знала, что рано или поздно какой-нибудь такой нахлебник появится в моём доме, но всё же хотелось позже. И вот уж совершенно беспроигрышный вариант для кота – сразу явить себя моей дочери, которая, разумеется, не сможет пройти мимо такого «пушистенького и миленького» котика. Хотя чувствую, вот не всё так гладко с этим «котиком». Белые ведьмы изначально притягивают к себе вот таких любителей чистой и светлой энергии, которая разлита прямо в воздухе, в месте, где такая ведьма живёт постоянно, а тут целых две, пусть одной ещё совсем мало лет. Самое интересное, что для жизни она им не нужна, просто места с такой энергией более привлекательны на каком-то глубинном уровне, вот они и притягиваются. Правда, не переносят соседство с другими такими магическими животными, и потому на одну ведьму приходится одно такое создание.

- Ну, ма-а-мочка, - протянула Лия тоненьким голоском и посмотрела на меня своими янтарными глазами, и даже до пущей уверенности и похлопала пышными ресницами.

- Знаешь ты, как уговаривать. Ладно. Пусть остаётся, только знай, ухаживать за ним будешь сама, раз завела такую животину.

Кот на руках, услышав эту фразу, сразу расслабился и замурчал ещё громче. Начал тереться своей головой о шею, а потом и щеку Лии, отчего та заливисто захохотала.

Потом Лия встала и, подойдя ко мне, звонко поцеловала в щеку и тут же унеслась с котом на руках на кухню.

Я лишь вздохнула и покачала головой, чувствую я, ещё не раз пожалею о том, что поддалась на уговоры моего белокурого чуда.

Лучше бы птичку какую дождались. Сидела бы себе на дереве возле дома и пела песни, да червячков сама добывала, а тут кот.

Ну ладно, сказанного не вернёшь, а потому посмотрим, что будет.

Спустя год

- Пауч-ч-чий случ-ч-чай, - верещал этот белый кот, мнящий себя Тёмным Властелином.

- Хм. А знаешь, ты дельную мысль подсказал, ведь корень ротерии в сочетании с паучьей лапкой может дать необходимый эффект, главное — дозировку подобрать, - пробурчала я себе под нос, совершенно не обращая внимания на кота и его истерику.

- Ты абсолютно меня не ценишь и заставляешь работать, неблагодарная! Лучше бы я молчал, - насупился кот и даже морду свою наглую отвернул от меня. Но я-то знаю, что это ненадолго.

- Да, ты прав, когда ты притворялся не говорящим котом, было гораздо лучше и тише, - всё так же спокойно заметила я и продолжила варить снадобье.

Но только кот, вернее, Тёмный Властелин, уже сел на своего излюбленного конька, а потому мои уши могут и не надеяться на тишину.

- Да если бы я не заговорил с тобой, то так и остался бы голодным, - зло сплюнул кот. Вот и как у него это получается, но на удивление у него очень подвижная мимика. – Моя крошка ушла к дяде ночевать, а ты как всегда закрылась в своей лаборатории и забыла про меня на двое суток! - не унимался белый кот. – А между прочим, ты белая ведьма. Ты…- указал он на меня лапой, как будто тут ещё кто-то есть, и продолжил. - Ты по своему призванию и врождённой доброте душевной должна заботиться обо мне, любить, ухаживать, а ты чуть не уморила меня. Да я должен был под боком белой ведьмы жить-поживать и в ус не дуть: спать, есть, спать и снова есть. А ты?! Я вообще не понимаю, как из тебя белая ведьма получилась, в этом явно какая-то ошибка.

- Это было один раз, и с тех пор я не единожды пожалела об этом, потому как могла ещё хоть какое-то время пребывать в сладком неведении, какое «чудо» досталось мне, - отбила его подачу я.

- Хр-р-р, - то ли зашипел, то ли зарычал кот, но продолжил ловить пауков, которых по своей неосторожности выпустил из банки. - Я, между прочим, что ни слово, то на дельную мысль тебя наталкиваю. И заметь, я за то, что являюсь твоим идейным вдохновителем, много-то и не прошу. Так что цени меня, - на последних словах он оторвался от своего дела, сел и важно выпятил свою грудь с белой пушистой шерстью.

- Под «цени» ты, я так думаю, что-то конкретное предлагаешь? – я оторвалась от своего котелка и повернулась к нему. Признаться, мне даже стало интересно, до чего на этот раз дошёл мозг кота.

- Разумеется, - сказал он и медленно облизнул лапу. Я хмыкнула и продолжила ждать ответа.

- Хочу, чтобы ты не гоняла меня, не заставляла ловить мышей и… пугать их тоже, - сразу поправился кот, ведь знает, что я весьма изобретательна, и если он их не ловит и не ест, то хотя бы просто выгнать должен быть в состоянии, а уже каким образом он это сделает, меня не интересует. - …не применяла ко мне заклинание немоты, хочу, чтобы утром было только парное молоко, хочу…

- Тёплое парное? - уточнила на всякий случай.

Кот недоумённо посмотрел на меня как на дуру и со всей серьёзностью произнёс:

- Р-р-разумеется, - и снова продолжил свой список привилегий, который, зная его, будет очень большим, а слушать его у меня времени совершенно нет, а потому… щелчок пальцев и…

Кот пучит глаза и пытается выдать мне хоть слово, но из глотки вырываются лишь хрипы.

- Так-то лучше, молчание — золото.

Я отвернулась от него и снова склонилась над котелком.

Спустя три часа я встала из-за стола, за которым записывала свои последние рекомендации, и сладко потянулась. И вот в этот самый момент мне показалось, что чего-то не хватает.

- Ах, да, про Повелителя забыла и его вечно не замолкающую пасть, - но стоило только проговорить это, как этот кот сразу прыгнул ко мне на стол и укоризненно заглянул в глаза. Вот и как у него это получается?

Я щёлкнула пальцами и вернула ему речь, о чём через секунду пожалела, а ведь так было хорошо в тишине.

- Ты-ы-ы! - вздыбился кот, распушил хвост и для пущей уверенности поднял лапу и ткнул в меня. - Да, ты - настоящее исчадие ада! - выдал он и зло сплюнул.

- Я думала, что истинное Исчадие у нас ты, - усмехнулась я и снова потянулась, разминая затёкшие мышцы спины и шеи.

- Иногда я думаю, что нет. По сравнению с тобой я так, мелкий бес! - всё не унимался он, вот не любит, когда я его лишаю дара речи.

- Ну-ну.

- Да, я хоть и не помню свою прошлую жизнь, но уверен, что более честного и прямолинейного Тёмного Повелителя, или Князя Тьмы, или Владыки Зла, тут, я повторюсь, разница не принципиальна, всё равно ты, ведьма, разницы не понимаешь, поэтому хотя бы суть запомни, не было! Так вот, о чём я: уверен, что всегда напрямую устранял врагов, никогда не действовал за их спиной. А ты же исподтишка! - он снова поднял лапу и обвинительно наставил её на меня. - Зачем бедняге подмешала опорожняющее средство в зелье? Тебя же просили изготовить только антизелье приворота.

- Чтобы несладко ему было, и он лишний раз думал, как всякую гадость в чужих домах пить. Тем более у неопытной зельеварки. И я, что бы ты ни думал, тоже напрямую действую - напрямую с кишечником, - повела я плечом и отвернулась к стеллажу с книгами, которые стояли совсем рядом с рабочим столом. - Кто сказал, что чистка кишечника — это вред? Только польза, - устало закончила. И почему я вообще оправдываюсь перед ним? Всё же он Повелителем себя мнит, а не моей совестью.

- О чём и речь, скоро у меня на твоём фоне разовьётся комплекс неполноценности, и мне будет стыдно носить титул Владыки Тьмы, - обличительно снова ткнул лапой в меня этот Властелин, который так и не определиться со своим именем. – Потому что ветку первенства отберёшь ты!

- Я белая ведьма, котик. И не претендую на твой титул, - покивала я.

- Почаще себе это напоминай, а меня ты не проведёшь! Я своих чую.

- Тогда по твоей же логике: могу сказать, что подобное притягивается к подобному. Так что ты сам виноват, что пришёл ко мне в дом.

- Я белый кот и хотел себе белую, белую ведьму!

- Ну так я и беловолосая, - усмехнулась я.

- Я по сути хотел себе Белую.

- Подобное к подобному, - пропела я и улыбнулась.

И предвидя новый повод для спора, решила остудить пыл пушистого брюзги.

Щелчок пальцев.

И Повелитель снова пучит глаза, пытаясь произнести хоть слово.

- Так, нужно бы проверить рецептуру и начать варить зелье, - пробормотала я и снова погрузилась в свои бумаги.

Спустя ещё два часа я снова вспомнила про кота, злобный взгляд которого уже научилась игнорировать.

Щелчок пальцами, и такую замечательную тишину разрезал крик кота, который сразу подскочил на своём месте, взъерошил шерсть и распушил хвост, злобно им помахивай.

- Вот же гадина ты! Да когда уже тебя накажет Белая Веда и лишит ведовского дара. Тебе же нельзя использовать дар во вред, - орал и бегал уже по моему столу этот кот.

- А с чего ты сделал вывод, что я его использую во вред? - осведомилась я, так и не посмотрев в его сторону, продолжила наполнять маленькие сосуды зельем из котелка, прочно запечатывая крышки своей магией, чтобы исключить проникновение туда не тех компонентов, а также чтобы оно не испортилось.

- Ты снова лишила меня дара речи, - припечатал злобно Тёмный Повелитель.

Услышав такое обвинение, я не сдержалась и ответила:

- Милый, если бы я этого не сделала, то не смогла бы сосредоточиться на изготовлении зелья от хвори детишкам Греты. Твой бесконечный лепет меня отвлекал бы, так что твоя немота была оправданной, кроме того, я постоянно прошу терпения и работаю над собой и своими мыслями, возношу Белой Веде молитвы, чтобы даровала мне успокоение и свою милость.

- Не слышал я хвалы. Забыла ты, - буркнул кот.

- Хм. Точно. Хвала! - подняла я ладони вверх, закрыла глаза и насколько могла благословенно произнесла слово.

- Да кто ж так воздаёт? Вот я, например, в своё время наверняка приносил не меньше, чем несколько десятков жер…

Снова щелчок пальцев, не хочу слышать продолжение.

Я лишь усмехнулась, подняла руки и снова сказала.

- Хвала. Я не идеальна, но очень стараюсь.

А кот лишь закатил глаза от безысходности и плюхнулся на пушистый ковёр в моей лаборатории, периодически метая искры из глаз и отслеживая мои перемещения по комнате.

И явно в его голове роились те ещё мысли.

***

Тёмный Повелитель, он же Князь Тьмы, он же Владыка Зла… (непринципиально, главное суть)

«Знать бы, кто поспособствовал тому, что она стала такой невыносимой, сам бы лично в сапоги нагадил паразиту. И ещё бы проклял, чтобы века два, не меньше, жил с этой «белой» ведьмой и мучился от её справедливости и особенного видения и трактовки добра», - мысленно ругался про себя кот, гневно сверкая глазами и мотая хвостом из стороны в сторону.

«И как только угораздило прибиться к ней. Истинно всё-таки было: подобное притягивается подобному…», - недобро провожал взглядом все действия хозяйки Тёмный Повелитель (как он утверждает) в шкуре белого кота.

***

Даррэл, князь чёрных волков

- Как обстановка, Гор? - обратился я к своему ближайшему другу и соратнику.

- Вести неутешительные, князь. На приграничную деревню, в сутках езды отсюда, напали изменённые - никто не выжил, скверна поразила всех.

Я ударил кулаком по столу от бессильной злобы. Изменённые – это настоящий бич нашего времени. Если раньше их нападения были хаотичны и редки и практически всегда отбивались населением или нашими воинами, то уже пятнадцать лет назад число нападений увеличилось. Но особенно неприятной новостью стало, что изменённые начали сбиваться в стаи и целенаправленно нападать на небольшие деревни, которые не могли дать достойный отпор или же хотя бы дождаться помощи.

Началось это ещё при моём деде, отец как раз и погиб во время бойни с изменёнными, и как только дед отошёл от дел, то власть, а также защита и забота о существах, проживающих на моей территории, легли на мои плечи. И вот теперь эти новости…

Изменённые снова напали. Целая деревня погибла.

Никто до сих пор не может сказать, откуда они появились. Но мы точно знаем, что если раны, нанесённые ими, достаточно глубоки и серьёзны, и наша регенерация не справляется с ними, то ты тоже пополнишь их ряды. И будешь, обуреваемый жаждой крови, злобы и ненависти, убивать всё и всех, попадающихся на пути. Эту тёмную заразу мы называем скверной. Последний шанс для тяжело заражённого скверной – это помощь и лечение белым даром, только вот белых ведьм не так много, и даже там, где они есть, местное население грудью встанет на их защиту. Да и рисковать жизнью белой ведьмы никто не станет в здравом уме, поэтому мы просто запасаемся телепортационными камнями, направленными на место, в котором подходящая ведьма живёт, чтобы она могла оказать помощь оборотням или другим существам, которые уже находятся на грани.

- Плохо, очень плохо, - проговорил я. – Слишком уж действия изменённых организованы. Мне кажется, ими кто-то управляет.

- Но какие цели у нашего врага?

- Захватить власть, территории… да всё, что угодно, Гор, - ответил я. - Да и не так это важно, гораздо важнее понять, как найти этого врага. Слишком уж число изменённых увеличилось, но самое худшее, что мы не можем знать, откуда они, из какого клана, возможно, что эта информация пролила бы свет на данную ситуацию. Кстати, что с серыми, ты узнал? - я повернулся в сторону друга.

- Узнал, нападения на их территории практически минимальны, стычки есть, до четырёх изменённых в группе, но не больше. Деревни не истребляются поголовно, как на наших территориях.

- Мне это не нравится. Нужно ещё собрать информацию по бурым, - я нахмурился, эта новость не пришлась мне по душе и наталкивала на не очень хорошие выводы.

- Сделаю, князь. Могу идти?

- Иди, - и пока друг не вышел из походного шатра, остановил его и сказал. - И береги себя, в случае ранения сразу же телепортируйся к ближайшей ведьме, не жди критического момента, чтобы понять, справляется ли твоя регенерация или нет.

- Хорошо, князь, - кивнул Гор, поднял полог и вышел из шатра.

- Кто бы за всем этим ни стоял, я всё равно докопаюсь до истины.

Я вышел из шатра и подозвал к себе командира одного из отрядов.

- Ром, прикажи сворачивать лагерь, отправимся на восток. Гор принёс неутешительные новости, деревня разрушена, мы не успели, но я хочу лично всё осмотреть. Возможно, нам удастся напасть на след изменённых и узнать, откуда они пришли.

- Хорошо, князь.

- Тогда выполняй. Через два часа отправляемся.

Оборотень кивнул и ушёл выполнять распоряжения.

И вот уже через два часа мы скакали во весь опор на восток. Двадцать всадников.

Гор же с ещё одним оборотнем отправились на запад, чтобы добыть интересующую меня информацию.

Спустя сутки мы, наконец, прибыли на место. Вид, представший перед нами, был удручающий. Обугленные деревянные дома, заборы, хозяйственные постройки, повсюду запах смерти и дыма. Тут обычному оборотню ничего и не учуять, а вот мне можно попытаться, мой род издревле был самым сильным не только в физическом плане, но и обладал непревзойдённым нюхом.

Я спешился, мои воины сделали то же самое. Взял лошадь под уздцы и повёл по улицам, которые наверняка раньше были полны существ, а теперь же здесь царила тишина, настолько густая, что становилось не по себе. Это все последствия скверны, там, где погибло столько существ, даже воздух, кажется, пропитался этой чёрной энергией. Лошади нервничали, как и наши звери, им не нравилось находиться здесь, но и выбора другого не было, ведь нужно наконец разобраться в ситуации и найти истоки скверны и того или чего, что заражает существ и делает из них изменённых.

- Грэм, всё в порядке? - повернулся к молодому оборотню, который не так давно попал в наш отряд, патрулирующий границы клана чёрных волков. Я чувствовал исходившие от него беспокойство и нервозность.

- Да, князь, - сказал парень, но я знал, что и по-другому он бы не ответил.

- Норин, отправляйся вместе с Грэмом за пределы деревни, и посмотрите, что там. Если что-то обнаружите, то сообщите. А мы пока осмотримся здесь, - сказал я. Всё же пусть молодой волк побудет пока подальше от этого места.

Норин кивнул, и они отправились на окраину поселения.

Чем больше я ходил среди разрушенных строений, тем больше понимал тщетность моей затеи, даже если тут и были какие-нибудь следы, то огонь сжёг всё. Все же тела изменённых принято сжигать, а тут целую деревни истребили, поэтому нет ничего необычного в том, что её в итоге всю сожгли.

- Обойдём вокруг, - махнул своему отряду, и мы рассредоточились, но так, чтобы видеть друг друга.

Но стоило практически дойти до конца улицы, как мы услышали лязг мечей и рык. Изменённые, в этом нет сомнения.

Мы бросились на помощь.

Пятеро изменённых, четверо из которых точно оборотни, потому что шкура рвано покрывала их тела до пояса. Морда была изменена, глаза налились кровью, а из зубастой пасти стекала слюна. Кое-где по некогда мощным телам расползалась скверна. Кожа была покрыта чёрными пятнами разложения. У тварей были непропорционально удлинённые руки, тугие мышцы и выступающие вены. Но особую опасность представляли когти: длинные и смертоносные. Изменённые сражались ими, вернее, рвали тела своих жертв. Недюжинная сила и свирепость делали из них сильных противников.

Скверна, попадающая в организм через слюну, от укусов и порезов тварей, быстро начинала разноситься – по венам, и если ранений было не так много, то природная регенерация могла справиться с ней. А если нет, то дело плохо.

Туловища тоже были изменены: спины согнуты, а колени вывернуты в обратную сторону - сейчас изменённые были чудовищами, желающими убивать и рвать всё, что попадётся на пути, и только смерть могла остановить их. Каждый раз, убивая, они отправлялись на поиски новых жертв. Только вот вопрос, что их могло здесь задержать? Ведь трагедия произошла два дня назад.

Пятый же, кажется, был эльфом, по крайней мере, одно острое ухо, указывало на это. Другое же просто отсутствовало. Половина лица была вся чёрная, и кое-где виднелись кости.

Запах гнили и разложений – постоянный их спутник. Только вот как им удалось подкрасться так близко? Нюх никогда меня прежде не подводил.

Пять против двадцати. Мы окружили их и сразу же вступили в бой.

И как только мы принялись наносить удары, ещё десять изменённых вышли из леса.

- Князь, там ещё! - закричал Норин.

- Вижу, - прорычал я. Да что здесь происходит? Почему нет запаха? Они сами точно не могли озаботиться этим.

И пока я кружил против пары таких чудовищ, мысль, что кто-то нас ждал и устроил засаду, всё больше укоренялась во мне.

Пятнадцать против двадцати, не слишком положительный расклад, при условии, что они сильнее.

- Прикрывайте друг друга, - крикнул я и начал атаку, резко развернулся и отрубил одному руку, второму же смог снести голову.

Снова замах мечом, но не успел заметить, как сбоку от меня метнулся изменённый и зацепил бок своими когтями, больно вонзая их в мою плоть, из-за чего я не смог с первого раза поразить свою цель. Но всё же вскоре представился случай, и я вспорол брюхо твари, тому же, кто уже пытался вырвать кусок из моего бока, я отрубил кисть, и пока он не оклемался и не атаковал снова, снёс ему голову.

Думать о боли не было времени. Трое из моего отряда были мертвы. Одно успокаивало: изменёнными они тоже уже не встанут.

Я оглянулся, мои воины образовали круг и не пускали изменённых за свои спины. Теперь в живых оставалось только трое.

Ещё пара минут, и их тоже убили.

- Нужно сжечь их. Грэм, бери артефакт и поджигай трупы. Есть раненные на грани? – осведомился я. Теперь главное — не упустить этот момент.

- Есть, князь, пятеро наших под вопросом, ран много, регенерация может не справиться, а пока будем ждать, можем опоздать.

- Пятерых одна ведьма не потянет. Ром, на тебе трое раненых. Бери помощников и срочно открывай портал к ближайшей ведьме. Шэд, ты бери другой камень и двух других отправляй в Дриз, к ведьме.

И стоило им покинуть нас, как остальная часть нашего отряда устроилась здесь же и принялась осматривать раны друга и обрабатывать их снадобьями. Я же, наконец, подошёл к погибшим, которые уже лежали отдельно. Глаза их были закрыты, а в руке у каждого было его оружие. Я опустился на колени и, дотронувшись тремя пальцами до лба каждого из сородичей, прочитал молитву Луны, чтобы она осветила им последний путь и даровала перерождение. Опустив голову, я какое-то время пребывал в тишине, но меня прервал Грэм.

- Князь, мне кажется, я что-то нашёл, посмотрите, - сказал парнишка.

Подошёл к нему, он стоял у очередного изменённого с артефактом, готовым пустить искру и поджечь труп.

Я смотрел на тело, но ничего не видел, по крайней мере, необычного для этих чудовищ, а повидал я их достаточно.

- Что именно тебя насторожило?

- Вот, я увидел этот камень, он был у каждого, но в разных местах. И ещё он настолько мал, что его можно и не рассмотреть на полуразложившихся телах. Присмотритесь, вот здесь.

И действительно, он указал под ключицу, и там слегка поблескивал в лучах солнца крошечный чёрный камушек.

- Князь, я бы и не заметил, если бы не луч солнца, отразившейся от камня. Вот, на остальных они тоже есть. У этого - на спине, у этого - за мочкой уха, вот здесь… и вот здесь.

Воины притихли и с интересом уже слушали нас.

- Князь, что это значит?

- Не знаю, Норин. Но думаю, что нас здесь ждали и планировали убить. Другой причины, по которой изменённые не покинули бы эту разрушенную деревню, нет. Да и запаха не ощущается, а ведь обычно запах гнили сопровождает их. Напрашиваются очень плохие выводы. Полагаю, что с помощью этих камней ими управляли, а вот по поводу того, почему мы не почувствовали их приближения, у меня вариантов нет. Камень один нужно будет взять с собой, только, Грэм, не дотрагивайся до него руками, вылей воду и сложи во флягу. Попробую показать нашему артефактору, может, он сможет объяснить его действие, - я устало потёр пальцами переносицу. – Так, кто сейчас может ещё идти, пойдёмте со мной, я хочу посмотреть, откуда они пришли.

Вышли четверо, уже что-то. Десять оборотней отправились к ведьмам, кто в качестве сопровождения, кто на лечение. Трое погибли, ещё троим требовалось отдышаться.

Что ж, думаю, справимся.

- А как же вы, князь? Вас же тоже нехило ранило, - заметил Гур.

- Ничего серьёзного, регенерация справится, но времени терять нельзя. Возможно, что-то удастся найти.

И мы отправились в сторону, с которой изменённые и пришли.

Однако стоило нам только углубиться в лес, как в следующее мгновение один из моих воинов, который замыкал наш строй, закричал и упал на колени. Мы стразу обнажили мечи, но то, что мы увидели…

Женщина, высокая, вся в длинном сером балахоне. Вместо глаз там была чернильная мгла. Чёрный губы были искривлены в усмешке. Практически всё лицо покрывали тёмные узоры, расползавшиеся, как змеи, от уголков глаз к подбородку. Передо мной была колдунья. Чёрная. Нет сомнения.

В руке она держала длинную палку с чёрным навершием и направляла его на одного из моих воинов. Магия, тёмная и вязкая, била ключом прямо ему в спину, от чего он кричал, потом резко упал на землю, но колдунья уже направляла свой жезл на другого оборотня.

И за доли секунд я понял, что только что увидел в воочию, как появляются изменённые, а ещё… что, кроме нас, больше никто и не мог похвастаться такой сомнительной информацией, потому что никто не уходил прежним из лап колдуньи.

Ещё одной доли мига хватило, чтобы вынуть из сапога родовой кинжал, который был ещё и артефактом, заправленным белым даром. Миг, и клинок попадает прямо в сердце колдуньи. Она перестаёт улыбаться и смотрит на свою грудь. Её глаза в удивлении расширяются, и она падает на колени. Чёрная кровь ручьём течёт по подбородку колдуньи. Ещё миг, и жезл выпадает из её рук, она хрипит, заваливается на бок, и вот уже чёрные провалы глаз закрываются.

Но времени нет, я смотрю на двоих своих ребят и… понимаю, что их уже не спасти.

- Кня-язь…- хрипит мой воин. - …избавь, - но слов и не надо.

Я дотрагиваюсь тремя пальцами до лба. Нет хуже участи для каждого из нас, чем стать тварью, убивающей своих же собратьев.

- Пусть Луна осветит тебе дорогу, - его голова упала рядом с бездыханным телом.

Я снова поворачиваюсь и стискиваю рукоятку. Как же это трудно и тяжело.

Второй лишь открывает глаза и, улыбаясь, кивает. Каждый из моих ребят готов к смерти, ведь такова наша работа. Все знаем, что из похода может вернуться не каждый.

- Пусть Луна осветит тебе дорогу, - говорю снова и обезглавливаю волка. Это самый быстрый способ убить изменённого. Я ещё стою над его телом, пока Норин не подходит. Он кладёт свою ладонь на моё плечо, крепко сжимая.

- Мы все знали, на что идём. Луна дарует им перерождение, а мы постараемся, чтобы следующая их жизнь была спокойной и без скверны, чёрных колдуний и изменённых.

- Даю слово… -тихо сказал я, но меня услышали. Каждый из нас мечтает разобраться с этой гнилью. И теперь мы знаем, как это происходит.

Я подошёл к колдунье и вытянул клинок из её сердца. Камень, в котором клубилась белая магия, стал прозрачным.

Норин посмотрел на кинжал в моих руках и произнёс:

- Князь, а смогли бы мы её убить, не будь у нас его? - он кивком указал на мой родовой клинок.

- Нет, Норин, без клинка с белой магией мы были бы мертвы. Колдуний давно не появлялось, а потому я даже не ожидал её встретить. И повезло, что я не расстаюсь с ним. Нужно по прибытии домой вооружить бойцов таким оружием и наполнить его белой магией.

- Это будет трудно.

- Знаю, но иначе мы можем не выстоять. Думаю, это не единственная колдунья. Боюсь, как бы они не объединились, всё же столько лет мы страдаем от этой напасти, - я кивнул на труп колдуньи. Грэм уже подошёл к ней.

- Поджигай, - только и сказал я.

Наших ребят тоже пришлось сжечь на месте, все же они уже начали изменяться. Самое страшное во всей этой ситуации то, что для поражения скверной существо должно оставаться живым, если же посчастливилось всё-таки умереть от ран, нанесённых изменёнными, то ты так и умирал.

Отдав дань погибшим и прочитав молитву, мы подожгли их, наблюдая, как догорают их тела.

Пришло время возвращаться.

Вернувшись на поляну, я отдал распоряжение о сборе. У нас ещё оставался одни телепортационный камень, невероятно редкая и дорогая штука с рядом ограничений. Создавался один такой камень артефактором на протяжении полугода, из-за того, что это очень кропотливая работа: из нитей пространства нужно сплести коридор, который позволит сократить нам расстояние. Сложная работа. Пусть я и не жалею денег для своих отрядов на это, ведь нет ничего ценнее жизни, но вот таких мастеров-артефакторов, способных правильно настроить телепорт, очень и очень мало, и потому приходилось беречь каждый из этих камней. Не знаешь, когда они закончатся. Телепортироваться мы могли только в одно место, координаты которого задавались единожды и уже не изменялись. Использовать один такой артефакт можно только пять раз. Поэтому в основном они у нас были настроены на крупные города, где мы и получали помощь от белой ведьмы. И ещё один всегда держали для того, чтобы доставить погибших в столицу, где уже и провожали их как подобает.

- Норин, погибших товарищей мы забираем и воздадим им почести дома, по всем традициям, - проговорил я.

И вот уже через пять часов мы, вместе с остальными выжившими и мёртвыми собратьями, вышли перед замком.