Беременна для варваров

Радость переполняла меня. Я летела домой, словно на крыльях. Нужно обрадовать мужа.

«Я беременна! Ура! Боже, как же я счастлива! У нас всё получилось. Столько переживаний и стресса, и вот оно – счастье» – летали радостные мысли в голове.

Открыла дверь, зашла и запнулась. Опустила глаза вниз и не поверила. Туфли, женские, на высоченной шпильке. Рядом с ними женский клатч, а чуть поодаль вещи, которые вереницей тянулись через гостиную в нашу спальню.

Шок. Неверие. Отрицание.

И только тут я услышала стоны, доносившиеся из спальни. Еле заставила себя идти туда, чтобы своими глазами увидеть то, что, собственно, и так было понятно без слов.

Открыла дверь, а там картина маслом: мой муж трахал какую-то тощую блондинку, которая извивалась под ним и стонала так, что все соседи наверняка слышали этот концерт. Бессильно прислонилась к двери, и листок с фотографией УЗИ, тихонько выскользнув у меня из руки, спланировал на пол, приземлившись рядом с кроватью.

Слёзы потекли ручьём. Но почему? За что он так со мной? Я ведь так старалась! Всё для семьи. Создавала уют. Я даже не работала, потому что он хотел, чтобы дома было идеально, чтобы он мог отдыхать, приходя после тяжёлого трудового дня. Каждый раз доказывая мне, что он мужчина и деньги в доме – это его забота, а мне положено быть милой, ухоженной и домашней, а не взваливать на себя лишние заботы. И я соглашалась с ним. Идиотка! Всегда была для него идеальной, помогала во всём, была опорой, когда ему этого требовалось. А он… как он мог?!

Я всхлипнула и тут композиция: мой муж, хотя мой ли он после этого, и тощая девица замерли, и оба уставились на меня.

— Вася? Что ты делаешь дома? — спросило это чудовище, отшатнувшись от девицы, которая, взвизгнув, скатилась с постели, схватила свои вещи и была такова.

Только громкий хлопок входной двери оповестил меня о том, что она покинула квартиру.

— Вася, это не то, что ты думаешь!

*за шесть месяцев до описываемого события*

— Так, подруга, рассказывай, что с тобой происходит в последнее время? Я тебя не узнаю, — потребовала Мия.

Мы сидели в кафе недалеко от моего дома.

— Не знаю… — отмахнулась от неё сначала, а потом поняла, что больше и поделиться-то не с кем. — У нас с Никитой всё как-то сложно стало. Последнее время он часто на работе задерживается, и я вижу его совсем редко. Приходит поздно, уходит рано. Да и близости между нами давно не было. В общем, знаешь, такое ощущение, будто он из дома убегает на работу.

— Понятно, — хмуро ответила подруга. — А как у вас с беременностью? Ты же очень хотела малыша. Возможно, ребёнок исправит эту ситуацию?

— Я тоже так думала. Мы стараемся, даже обследование прошли. У нас всё хорошо с анализами, и всё равно ничего не получается, — ответила я, совсем пригорюнившись.

— Ну-ка, не вешай нос. Знаешь, у меня одна коллега обратилась в центр репродукции и там ей помогли. Сейчас ходит счастливая, с животиком, и собирается в декрет. Может быть, и тебе к ним обратиться?

— Думаешь? — подняла на неё глаза.

«Неужели всё-таки есть возможность забеременеть? Это моя мечта».

— Естественно, иначе, зачем бы я тебе это предложила. Так, погоди, сейчас узнаю у неё адрес, — сказала она деловито и достала свой мобильник из сумочки.

Мия несколько минут переписывалась сообщениями, а потом гордо произнесла:

— Адрес скинула тебе, там и телефон есть. Свяжись с ними. Потом расскажешь мне, что у тебя выходит.

Мы ещё некоторое время посидели в кафе, а потом Мия убежала, потому что обеденный перерыв подошёл к концу. А я пошла домой и сделала звонок в тот самый центр репродукции.

Нужно сказать, что это было для меня очередным испытанием. Снова процедуры, снова уговаривать мужа, который уже ничего не хочет на то, чтобы он приехал и потратил своё драгоценное, как он говорит, время на обследование. Затем сама процедура, к которой я так долго готовилась и вот он результат.

Все мои бессонные ночи, слёзы в подушку и переживания окупились. Сегодня мне сделали УЗИ и сказали, что я беременна, мало того, у нас будут двойняшки!

*настоящее время*

— Вася… — начал было Никита.

— Не смей меня так называть! — взорвалась я.

У меня довольно сложное имя: Василиса. С самого детства я не переносила, когда меня называли сокращённо – Вася. Это всегда злило. Когда мы только с Никитой познакомились, ему нравилось злить меня и потом умиляться, он говорил, что я похожа на пыхтящего ёжика и это до жути мило. Со временем я немного привыкла и смогла разрешить ему называть меня этим дурацким сокращением, хотя каждый раз оно неуютно цепляло. Но сейчас, услышав ненавистное «Вася» из уст этого изменника, как меня переклинило.

— Лиса, — исправился мой муж, но я махнула рукой.

— Мне не нужны твои жалкие оправдания, я всё видела своими глазами.

— Чёрт подери, ты сама виновата! — закричал он, а я опешила от наглости этого обвинения. — Мне нужен секс, а ты только и талдычишь, что о ребёнке, зациклившись настолько, что забыла о своих прямых обязанностях супруги, — начал он наезжать на меня. — Естественно, что я скидываю своё напряжение. Я же мужчина, у меня есть свои потребности. Тем более, что это для меня совершенно ничего не значит, люблю я только тебя!

А мне стало так омерзительно находиться тут. Сердце сдавило и вдруг резко заболело внизу живота.

«Нет, только не это! Только не мои малыши!» — пронеслось обеспокоенное в голове.

То, что происходило дальше, совершенно не укладывалось в рамки нормального.

Вдруг наша входная дверь с диким грохотом была сорвана с петель и в квартиру ввалились два огромных амбала. Высоченные, коротко стриженные, широкие в плечах. Я бы подумала, что спецназ, но одеты были странно, в какие-то чёрные немыслимые костюмы.

«Что за глупый косплей?» — пронеслось у меня в голове.

Эти два громилы подлетели ко мне и с дикой паникой в глазах стали спрашивать:

— Как ты себя чувствуешь? Ты в порядке? Где болит? Девочка, только не молчи, ответь!

От шока я даже не могла шевелиться. Страх завладел мной настолько, что даже руки похолодели от ужаса.

«Что происходит?» — билась мысль в голове.

— Ты меня обвиняла в измене, а сама завела себе ебырей?! — начал возмущённо кричать муж.

Я же пропустила крик мимо ушей. Больше всего меня заботило, что в квартиру ворвались неизвестные и почему-то пристают ко мне. А мой муж вместо того, чтобы защитить меня – обвиняет.

— Заткнись, придурок! — велел ему один из громил, шагнув в его сторону, поигрывая внушительными мышцами. — Стой молча и не отсвечивай, и мы тебе ничего не сделаем!

— Это мой дом, валите отсюда, пока я полицию не вызвал! — продолжал кричать Никита.

Я стояла и всё сильнее чувствовала тянущую боль внизу живота. Страх за детей пересилил и я, наконец, смогла из себя выдавить:

— К-кто, вы такие? Что вам нужно? — спросила, заикаясь.

Никита в этот момент резко заткнулся, как-то странно на меня посмотрел, а потом, схватившись за телефон, стал куда-то звонить. Сделать ему этого не дали, одним ударом вырубив его. И муж кулем упал на пол. Как раз в этот момент я почувствовала, как по ноге побежала струйка чего-то тёплого. Опустив взгляд на свои ноги, я увидела кровь.

Успела только всхлипнуть: «Нет» и сознание резко покинуло меня. Последнее, что уловила, как бережно меня подхватили на руки, а потом темнота.

От лица Дамириана 

Наша раса Гаарийдов давно вымирает. Может потому, что мы слишком воинственны и за жаждой завоеваний не уберегли своих женщин, а природа на нас обиделась и отняла у нас то ценное, что может быть: любовь и продолжение рода. Как бы там ни было, но последняя девочка родилась более пятисот лет назад. Нас становится всё меньше и меньше. Что мы только не делали, но нам ничего не помогало, и год назад случилось чудо, не меньше. Случайно с закрытой планеты была похищена девушка. Как случайно? Её средство передвижения перенесли вместе с нашей разведывательной капсулой на корабль. Было принято решение о том, что она останется с нами. Лишать её памяти посчитали не гуманным и девушка осталась. Спустя какое-то время её соблазнил один из наших воинов, и она забеременела, причём девочкой. Это было великое событие, которое всколыхнуло наших учёных.

Но оказалось не всё так просто. Не знаю, по какой причине, но далеко не любая девушка могла забеременеть от нас.

Тогда было принято решение, по совету той самой беременной, что обратившиеся в репродуктивные центры женщины могут получить нашу сперму, при условии согласия на анонимного донора.

Так, на сегодняшний день у нас уже более ста беременных женщин, и большинство из них именно девочками. Каждая из этих женщин согласилась покинуть свою планету, выйти замуж и поселиться в нашей галактике. Мужчины нашей расы любящие и заботливые не только отцы, но и мужья.

Конечно же, количество желающих воспользоваться возможностью получить семью среди наших мужчин было огромным, и тогда образовали очередь. И вот совсем недавно подошла и моя.

Я обратился медицинский центр к «Химин», эта уникальная раса является нашими врачами. Их уровень развития в изучении тел живых существ самый высокий во вселенной. Они обладают уникальными знаниями и технологиями, которых нет ни у кого. На данный момент они начали изучать нашу расу. Хочу сказать, что мы такому раскладу оказались очень рады. Сотрудничество с ними помогло нам во многом, в том числе преодолеть ряд заболеваний, которые ранее казались неизлечимыми.

— В этот контейнер вам необходимо набрать образец вашей спермы, — сказала мне женщина Химин, протянув небольшой пластиковый бокс.

Кстати говоря, мы не знаем их имён, и обращаемся к ним, только лишь называя их расу.

— В соседней комнате есть всё, чтобы помочь вам сделать это максимально быстро, — махнула она рукой в сторону закрытой двери. — Если вы не сможете это сделать самостоятельно, тогда я буду вынуждена сделать забор образца сама, но хочу сказать, что это будет немного болезненно, — сказала эта садистка, поигрывая шприцем с огромной иглой в руках.

Думаю, не нужно говорить, что после такой демонстрации я справился своими силами и передал ей образец в контейнере.

— Отлично, можете идти, с вами свяжутся, если будет положительный результат, — отмахнулась она от меня и занялась своими делами.

Мне оставалось только выйти за дверь, где я столкнулся со своим самым давним соперником Ортирионом. Наша конкуренция корнями уходит ещё в глубокое детство. Две самые богатые семьи расы. Каждый из нас старался быть первым во всём: лучшие игрушки, лучшая команда, лучший космический корабль, лучшая должность и прочее, так можно перечислять до бесконечности. С одной стороны, мы всегда соперничали, а с другой – дружили, если можно так сказать. Ведь в нашей среде не так много мальчишек нашего возраста, с которыми было бы интересно.

 — Дамириан, ты что тут делаешь? — нахмурился Орт.

Я тоже замер, не может быть! Неужели очередь Орта подошла так же, как и моя? Хотя, чему я удивляюсь. То, что каждый из нас получил шанс именно сейчас, это закономерно, ведь очередь начиналась от членов совета правления и спускалась дальше. К примеру, мой отец тоже был в очереди, но до сих пор никто не забеременел от него. Поэтому логично, что сейчас настало наше время, каждый из нас занимает должность Главнокомандующего. Только я военно-космическим флотом, а Орт военно-планетарными войсками, а должности это совсем не маленькие.

Я вернулся к своим рабочим делам, которые отнимали у меня всё свободное время. Погрузился в работу настолько, что и забыл даже о том, что сдавал свой образец, прошёл не один месяц, поэтому сигнал, поступивший мне на коммуникатор и оповещающий о том, что мне нужно срочно появиться в центре у Химин, выбил меня из равновесия. Я смотрел на сообщение и не мог поверить. Неужели мне повезло?!

Ровно через час я уже был в центре, куда входил вместе с Ортом.

— И ты тоже? — удивился мой вечный оппонент. — Рад за тебя, брат! — он подошёл, хлопнул меня по плечу и радостно мне улыбнулся.

В ответ я тоже его поздравил. Это большое событие и великая радость, что у нас будут дети. Вот только оказалось не всё так радужно.

— Поздравляю, от вас обоих забеременела самка, — радостно сказала Химин.

— Самка? — уточнил я. — В смысле одна…?

— Да, я не знаю, что там случилось, это уникальный и интересный случай, от вас забеременела одна самка, — отмахнулась Химин.

После её слов я посмотрел на Орта уже не так радостно. Поверить не могу, что нам с ним придётся делить мать наших детей. Она должна стать моей! Я приложу все силы, чтобы она стала моей женой!

Судя по лицу Орта, его посетила та же мысль. Ну, нет, только не в этот раз. Я не проиграю тебе в этом! Эта женщина станет моей и точка!

— Вы должны срочно вылететь на закрытую планету, — вернула меня из моих мыслей Химин. — Не знаю, что происходит с самкой, но она волнуется, и сильно, и может потерять малышей. Вы пока ещё не видите и не чувствуете их, а я уже сейчас вижу, как волнуются нити, связывающие вас с детьми. Ваша задача — успокоить её и по возможности перевезти сюда, чтобы я могла наблюдать за ней и помочь ей родить. Чего стоите, истуканы? Быстрее летите за самкой! — возмутилась Химин нашей растерянности.

И я и Орт мгновенно взяли себя в руки и вылетели из комнаты. Да, мы соперники, но сейчас нужно действовать сообща.

— Мой шаттл быстрее, мощнее и манёвреннее, летим на нём, — бросил я Орту.

— Согласен, поторопимся, — злился Орт.

Я понимаю его злость. Страх за потерю малышей, за женщину, которая ими беременна, ведь если она переживает, значит, в её жизни должно было произойти что-то из ряда вон. За то, что наших детей носит одна женщина, и мы будем соперничать как никогда в этой жизни, ведь на кону наше личное счастье.

Уже подлетая к закрытой планете, я почувствовал ту самую нить, связывающую меня с ребёнком, о которой говорила Химин. Судя по выражению лица Орта, не я один.

В атмосферу входили под пологом невидимости. После приземления я включил на шаттле отпугивающую ауру. Каждый, кто близко к нему приблизится, будет испытывать чувство опасности и тревоги, и невольно будет уходить подальше. 

В один момент я вдруг резко почувствовал, как натянулась ниточка между мной и ребёнком. Мы с Ортом переглянулись и побежали, быстро, на пределе наших возможностей. Какая же это ужасная планета: грязный воздух, которым совершенно невозможно дышать, а нужно сказать, что повидал я немало планет, и такого нигде не было.

Невысокая бетонная коробка, нити вели нас туда. Узкие коридоры, в которых не разойтись вдвоём. Лестница на верх. Третий этаж. Дверь. Нет, это не преграда. Мы просто сметаем её со своего пути.

ОНА! Совсем юная. Невероятно красивая. Такая миниатюрная, хрупкая, но испуганная. Лицо в слезах… ЧТО? Какой смертник заставил её плакать? Порву! Убью! От него живого места не останется!

Кажется, я зарычал, потому что очнулся только в тот момент, когда Орт положил руку мне на плечо и с силой сжал, а стоило мне перевести взгляд на него, как он покачал головой и мотнул в сторону девушки, мол, испугаешь. Собрав волю, я взял себя в руки. Только сейчас я, наконец, осмотревшись, понял, что это спальня. Вон и кровать стоит, а за ней жмётся к стене какое-то ничтожество. От него разило сексом, и слава всем богам, не с нашей суженой, но почему-то я чувствовал, что именно это расстроило мать наших детей.

Это существо, по недоразумению называющееся мужчиной, что-то проблеяло, обвиняя нашу малышку, отчего она расстроилась ещё сильнее, и я почувствовал, как напряглась нить между мной и ребёнком в её животе. Этого ещё не хватало, чтобы этот придурок пугал мою женщину! Двинул ему кулаком и не ожидал, что одного удара хватит, чтобы его вырубить. Так даже лучше.

Вот только, похоже, что наша женщина так не считала и в этот раз напугалась именно нас. Я увидел, что нить, соединяющая меня с ребёнком, натянулась, стала ярко-алой и запульсировала сильно-сильно.

Девушка в этот момент охнула, закатила глаза и стала оседать. Орт вовремя успел подхватить её на руки. Я же немедленно связался по коммуникатору с Химин.

— Я отправила вас, чтобы вы успокоили особь и привезли сюда, а вы сделали только хуже! Идиоты, если вы потеряете детей, я обо всех ваших действиях доложу! Немедленно везите её в центр репродукции, там есть Химин, она ей поможет. Адрес уже у вас, — сказала и отключилась.

Выведя адрес на коммуникаторе, и подхватив нашу малышку, понеслись в центр репродукции. Только бы успеть!

Когда открыла глаза, чувствовала себя так, словно моё состояние идеальное. И выспалась и вдруг стала полна сил и энергии.

Но тут волной накатили воспоминания, и я резко села в постели и обалдела.

— Где это я? — опешивши, рассматривала комнату, в которой оказалась.

Больше похоже на больничную палату, особенно, судя по оборудованию, стоящему рядом с моей кроватью. Хотя палата явно ВИП, уж очень тут было уютно и по-домашнему. Тяжёлые портьеры, цветы в горшках, недалеко от кровати мягкий диванчик. Дорогущая люстра на потолке.

Вдруг дверь в палату распахнулась, и в неё вошли те самые два здоровущих мужика, которые ворвались к нам в дом. Я в ужасе вся сжалась и словно окаменела.

«Что им от меня нужно?! Что они тут делают?!» — панически заметались мысли в голове.

— Немедленно покиньте палату! — услышала я громкий злой женский голос, прорывающийся до моего сознания, словно сквозь толщу воды.

Один из мужчин зарычал самым натуральным образом, словно зверь какой.

— У себя на планете будете показывать кто главный, а тут главная я, и именно я забочусь о детях, понятно? — не испугалась женщина, мало того, мне показалось, что ещё минута и она сама их выкинет из палаты. — А сейчас вышли отсюда немедленно! Вы напугали пациентку, а ей сейчас волнение категорически противопоказано.

Эти слова подействовали на мужчин похлеще ушата ледяной воды. Оба словно сдулись, мгновенно взяли себя в руки и посмотрели на меня как-то виновато, что ли, и вышли из палаты, закрыв за собой дверь. С чего бы это?

— Василиса Андреевна, как вы себя чувствуете? — обратилась врач ко мне, посматривая на мониторы.

— Нормально, — выдавила я из себя. — Кто эти мужчины и что им от меня нужно?

— Хороший вопрос, — улыбнулась она. — Вам всё расскажут, но только после того, как я проверю вас и ваших будущих детей, договорились? — она говорила ласково, располагая к себе, поэтому я даже не стала спорить.

Она достала шприц и лекарство, наполнила его и повернулась ко мне:

— Я поставлю вам успокоительное, вы слишком много переживаете, это очень плохо для малышей, — продолжила она всё с той же ласковой интонацией.

— А мой муж, он здесь?

— Муж? — замерла она на секунду, но затем ловко и совсем не больно сделала укол. — Вы замужем? — удивилась доктор, и посмотрела на дверь, куда только что ушли мужчины.

— Да, замужем, — раз врач удивилась моему вопросу, значит, Никиты здесь нет, на сердце стало больно от воспоминаний и обмана моего мужа.

 — Где я нахожусь и как сюда попала?

— Это центр репродукции, в котором вам делали процедуру оплодотворения. На данный момент меня назначили вашим лечащим врачом. Вы сильно переволновались, это чуть не привело к выкидышу.

Я в ужасе подняла на неё свои глаза.

— Спокойно! — сказала она грозно. — Сейчас всё в порядке. И вам и вашим детям ничего не угрожает.

Я наконец-то смогла выдохнуть и, расслабившись, откинулась на подушки.

— Так-то лучше, а сейчас мне нужно провести осмотр, позволите?

Я молча кивнула, погружаясь в свои мысли. Значит, Никита не просто изменил мне, ему плевать на меня и на детей. Он даже не приехал сюда. Как же такое могло со мной случиться? Я вообще не понимаю сейчас, что делать дальше. Хотя… я должна позвонить Мии и рассказать, что произошло, а там мы вместе что-нибудь, да придумаем. И я однозначно не вернусь в квартиру, где это всё произошло.

— Тонус матки мы вам сняли, сейчас уже лучше, но вам нужен покой, никакого стресса и обязательно выполнять все мои рекомендации, — сказала врач.

— Хорошо, а что насчёт телефона, могу я позвонить подруге и сказать где я?

— Конечно, я распоряжусь, чтобы вам принесли телефон. Что же касается двух мужчин, о которых вы спрашивали, то с вами хочет поговорить наша директор. Не возражаете?

— Нет, но вы меня удивили…

— Вот и отлично, сейчас она зайдёт к вам, а я загляну попозже.

Врач вышла, оставив меня одну.

«Странно всё как-то и не понятно»

Не прошло и пары минут, как в палату, предварительно постучав, зашла приятная женщина лет тридцати пяти, не старше. Уложенные русые волосы, тёплые карие глаза, словно застывшие капельки мёда, деловой костюм и простая белая блузка сидели на ней идеально.

— Василиса Андреевна, добрый день. Меня зовут Инна Витальевна, я директор медицинского центра, в котором мы сейчас находимся, — её голос был словно тёплое молоко, приятным, грудным, обволакивающим. — Позволите, я присяду?

— Очень приятно, конечно, — ответила ей.

Она расположилась на краю диванчика.

— То, что я сейчас расскажу вам, может показаться странным и нереальным, вы можете подумать, что я сижу и придумываю небылицы, но поверьте, это всё правда.

Начало было не самое обнадёживающее, хотя я поймала себя на том, что совершенно не волнуюсь. Хм, интересно.

— Так вот, принято считать, что известная нам жизнь существует только на Земле. Есть ещё вероятности, что и на других планетах, но очень далеко от нашей и достоверно об этом неизвестно. Так вот, это не так. Мало того, мы не одни в этой вселенной, так нашу планету постоянно посещают другие расы. Естественно, инкогнито.

Я улыбнулась ей. Смешно даже, хорошо, что она хоть предупредила меня об абсурдности рассказа. Она оказалась совершенно права. Это несусветная глупость. Я не то, чтобы не волновалась, почему-то мне совершенно не поверилось в то, что она сказала.

— Я понимаю вашу реакцию. Вы не первая и не последняя, кто так отреагировал и отреагирует. Как бы то ни было, другие расы есть и они достаточно часто встречаются среди нас. К примеру, те двое мужчин, которые принесли вас сюда, они не люди, это раса Гаарийдов. Они очень похожи на людей, это правда, но у них есть свои особенности организма.

Этот монолог начал меня раздражать. Глупость какая-то.

— Для чего вы это мне рассказываете? — спросила устало.

— Дело в том, что у этой расы большая проблема с рождаемостью девочек и вообще, с женщинами. Поэтому наш центр предлагает незамужним женщинам возможность забеременеть от Гаарийда, выйти замуж и стать счастливой, любимой женщиной. Гаарийды очень нежные и трепетные как отцы, так и мужья.

— Но я замужем! — перебила её. — Меня не интересует подобное предложение, и я уже беременна.

— Да, мне это известно. Дело в том, что когда вам проводили процедуру оплодотворения, в тот день у нас работал новенький лаборант и он по неосторожности, и не понимаю как, но перепутал биоматериал для вас и ещё одной девушки.

От ужаса я похолодела. Что значит перепутал?! Это бред какой-то…

— Мне очень жаль, что так произошло, но вы беременны от Гаарийдов, — выдала она страшные слова, каждое из которых набатом стучало у меня в голове.

— Что?! В смысле?

— Я понимаю ваше негодование и приношу вам глубочайшие извинения за работу нашего персонала…

— В задницу засуньте себе свои извинения! — взорвалась я. — Вы что, хотите сказать, что я беременна не от мужа, а от этих жутких мужиков?

— Вы беременны не от мужа, — начала она было оправдываться, но я резко махнула рукой, прерывая её.

О боже, что происходит? Как это вообще возможно? Может ли быть такое, что она лжёт? Судя по её лицу, не очень… Я беременна не от Никиты?! Да ну… это же бред. Так… мне нужно бежать! Боли я не ощущаю, значит, с малышами всё в порядке, мне нужно бежать отсюда, и как можно скорее. Она говорит бред, такого не бывает! Это дети Никиты и точка!

— Я не хочу этого знать! Оставьте меня, мне нужно побыть одной!

— Простите нас, Василиса Андреевна, — пробормотала тётка.

— Не стоит, оставьте меня. Я… ХОЧУ… ПОБЫТЬ… ОДНА! — чуть ли не кричала я.

— Да, вы правы, вам действительно нужно отдохнуть. Немного позже к вам заглянет медсестра, — сказала она, поднимаясь из кресла и неспешно выходя из комнаты.

Я была готова пинком отправить её отсюда. Не знаю почему, но эта женщина вызывала у меня сильнейшую антипатию. Я не хотела её видеть. Вся такая холёная, чопорная и искусственная, не настоящая. Эта её приторная, словно приклеенная улыбочка. От неё фальшью за километр тянуло. Меня даже передёрнуло.

Стоило ей выйти, как я выдохнула.

«Так, Лиса, бери себя в руки! Тут явно дело нечисто. Нужно отсюда бежать, и чем быстрее, тем лучше. Здесь всё странно, начиная от врачей и заканчивая директором центра. Если тебе дороги твои малыши, то беги!» — кричала сама на себя.

А дети для меня были всем, ради них я была готова на всё. Поэтому медлить не стала. Первым делом отсоединила от себя всякие датчики, сбросив их на пол, неспешно встала с постели и осмотрелась. В комнате было одно окно и две двери, одна из них вела в коридор, вторая в санузел. Санузел мне явно не поможет, в коридоре меня наверняка поймают. Оставалось окно. Мне невероятно повезло, окно было на уровне первого этажа и даже не зарешечено. Приоткрыла его и аккуратно, стараясь не создавать лишнего шума, распахнула одну половину и, держась руками за неоткрывающуюся створку, осторожно сползла на улицу, затем спрыгнула.

«А теперь бежать! И подальше!» — билась мысль в голове. — «Но куда мне сейчас идти? Конечно же, к Мии! Она непременно мне поможет!».

Выйдя из клиники и попав за ворота, я немного растерялась и никак не могла понять, куда я попала. Вроде я в городе, но в то же время я совершенно не понимала, как так? Я приезжала сюда на машине, а сейчас совершенно не узнавала этого места. Откуда взялся этот пустырь? Вроде раньше этого тут не было. Пришлось идти пешком вдоль дороги. Искренне пожалела, что у меня не было нормальной обуви и одежды. Ходить по улице в больничном халате и тапочках – то ещё удовольствие. Ночью было достаточно прохладно, но самое главное — жутко темно, ведь телефона у меня с собой не было. В комнате я не обнаружила вообще ни одной своей вещи, поэтому пришлось бежать так, как есть. Но через некоторое время я начала понимать, что мне холодно.

Не знаю, сколько я брела в полной темноте, как вдруг дорогу осветил свет фар, на миг ослепив меня. Я прикрыла глаза руками и замерла. Рядом со мной остановился автомобиль. Я слышала визг тормозов и следом тишина.

— Вы в порядке? Почему вы здесь ночью в этой одежде? Может быть, вас подвезти? — послышался мужской голос.

— Со мной всё в порядке. Езжайте, у меня всё хорошо. — отмахнулась от него.

Чего ему от меня надо? Пусть едет прочь, я и сама справлюсь. Злилась на мужчину

, который вместо того, чтобы проскочить мимо меня, вдруг решил остановиться.

Я шагнула вперёд, не обращая внимания на незнакомца, и вдруг услышала хлопок двери, а следом почувствовала, как кто-то схватил меня за руку. 

— Постойте! Я не наврежу вам, наоборот, хочу помочь. Уж не знаю, почему вы решили уйти из клиники на ночь глядя, да в таком виде, полагаю, что у вас были на это свои причины. Клянусь вам, что не причиню вам вреда. Давайте я подвезу вас. Куда скажете…

Я остановилась и повернулась в его сторону. В свете фар я не видела его лица, только профиль. Высокий, худощавый.

— Так что? Вас подвезти? — спросил незнакомец.

Некоторое время я боролась с собой. И только жар от его рук показал мне, насколько я всё-таки замёрзла. А ведь это могло плохо сказаться не только на мне, но и на малышах.

— Хорошо, — пришлось нехотя согласиться. — Надеюсь, вы не маньяк, — выдала потихоньку.

Он рассмеялся. Его смех был таким открытым и добрым, что ли.

— Уверяю вас, я точно не маньяк! Мало того, я давно и счастливо женат, можете не переживать за это. Идёмте, вы совсем замёрзли, — потянул он меня в сторону авто.

Только усевшись на переднее сиденье, я смогла прочувствовать, насколько замёрзла. И хотя работала печка, и даже подогрев сидения, мне всё равно было холодно.

— У меня есть плед, предлагаю накинуть себе его на плечи, а ещё жена собрала мне горячий чай и пару бутербродов, думаю, что и это будет вам точно кстати, — сказал он и протянул их мне, достав с заднего сидения.

Я приняла и горячо его поблагодарила за заботу. Спустя какое-то время, оттаяв в тепле и мерном укачивании автомобиля, я провалилась в дрёму.

И только сквозь сон услышала:

— Девочка у меня, не переживай. Всё будет так, как мы и запланировали.

«О чём это он?» — проносилось в голове сквозь сон.

Но я настолько устала, что не смогла заставить себя открыть глаза, погружаясь в сон всё глубже.

— Эй, девушка, мы приехали, — толкали меня в плечо.

Выплывать из сна было очень тяжело и неуютно. Голос, который меня будил, был незнаком.

— Где мы? — спросила, озираясь по сторонам.

— Центр города. Ты уснула быстрее, чем успела сказать, куда тебя подвезти, — усмехнулся водитель.

Его переход на ты не коробил. Странно, но этот человек не вызывал у меня опасения. Наоборот, рядом с ним мне непонятно, по какой причине было хорошо и уютно. Вообще-то, ни с одним незнакомцем я подобного не испытывала, поэтому сейчас была в замешательстве от своих ощущений.

После его слов я стала узнавать местность. Точно, тут же и Мия недалеко живёт.

— Спасибо, я выйду тут, — ответила незнакомцу, заторопившись расстегнуть ремень безопасности.

— Уверена? — спросил он меня, скептически поглядывая то на меня, то на улицу. Мне несложно, я довезу тебя. На улице ночь и холодно, а одета ты явно, не по погоде. Не хочу, чтобы ты простудилась.

— А вам-то какое до меня дело? — огрызнулась настороженно.

Меня злило, что рядом с чужим человеком мне было уютно, злило, что я вообще оказалась в такой ситуации. Что рядом нет того, кто должен быть со мной здесь и сейчас. Но глядя на его лицо, устыдилась своей вспышки. Этот, уже явно не молодой человек, искренне хотел мне помочь. И даже сейчас не обиделся на меня, а наоборот, по-доброму улыбнулся. Только сейчас, в свете салонного освещения авто я смогла немного его разглядеть. На вид примерно лет семьдесят. Благородная седина. Возрастные морщинки на лице, а ещё мимические. Он, видно, любит улыбаться, открытый человек. Глаза тёмные, но цвет разглядеть не смогла – освещение всё-таки тусклое.

— Простите, — пробормотала извинение, заливаясь краской от стыда.

— Ничего. Я всё понимаю. Ты просто очень молоденькая и напоминаешь мне дочь, когда она была такой, как ты. И потом, это я нашёл тебя на дороге и теперь несу за тебя ответственность, пока ты не попадёшь в безопасное для тебя место.

От его слов глаза защипало. Мне стала так приятна его забота. Именно то, чего мне не хватало в последнее время – простое человеческое отношение, забота и поддержка.

— Эй, девочка, ты чего? — заполошился водитель, стоило только одной слезинке сползти по щеке. – Я совершенно не знаю, что делать с женщиной, которая плачет, — признался он, искренне пригорюнившись.

Это его признание было таким милым. Он выглядел расстроенно, и правда, обескураженно, что даже непроизвольно вызывало улыбку. Этот взрослый человек действительно растерялся при виде моих слёз. Редко можно встретить настолько живую реакцию. Никита обычно начинал злиться, когда я плакала, иногда просто уходил, иногда пытался отвлечь меня.

— Простите, — улыбнулась ему, стирая мокрую дорожку с щеки. — Просто усталость накатила, я больше не буду.

Он недоверчиво смотрел на меня, но всё-таки кивнул.

— Так куда тебя подвезти?

Я назвала адрес Мии, и мы поехали. Уже через пару минут заруливали во двор.

— Я провожу тебя, — сказал мужчина.

— О, нет, спасибо, мы уже на месте. Мне в этот подъезд, — указала рукой. — Я очень вам признательна, что не оставили меня там и помогли добраться до дома.

— Думаю, так поступил бы любой, — ответил он мне. — Рад, что я с тобой всё в порядке. Позаботься о себе и ребёнке.

— Ребёнке? — вскинула на него удивлённый взгляд.

— Ты шла из центра репродукции ночью в одной рубашке и тапочках. Не знаю, что должно было расстроить тебя настолько сильно, что ты сбежала оттуда. Как бы то ни было, постарайся теперь думать не только о себе, но и о малыше. Ты хорошая девочка, уверен, что у тебя будет всё хорошо.

Он вышел из машины вместе со мной. После уютного тепла автомобиля улица встретила неприятным холодом, из-за чего колючие мурашки стройным табуном пробежали у меня по коже с ног до головы.

— Я подожду, пока ты зайдёшь в подъезд. Я бы проводил тебя до двери, но что-то мне подсказывает, что ты этого не захочешь.

— Вы правы, тут тихий район и консьерж не впускает чужих. Поэтому мне ничего не грозит. Ещё раз спасибо за помощь.

На улице было ощутимо прохладно и темно, при этом двор освещался достаточно хорошо, чтобы видеть, куда идёшь. Поспешила к подъезду.

На домофоне набрала квартиру Мии и стала ждать, когда она проснётся и мне ответит.

— Кто? — услышала я заспанный голос подруги.

— Мия, это, я.

— Лиса! — вопль подруги мог перебудить всю округу. — Где ты, чёрт побери, была?

— Может, откроешь? — спросила, посмеиваясь.

Не только мой случайный попутчик беспокоится обо мне. На душе стало тепло. Я обернулась, чтобы помахать рукой и увидела, как в мою сторону несутся те самые два громилы. Остолбенела.

«Как они меня нашли? Что им от меня нужно?» — проносились мысли в голове.

Мой спаситель, похоже, увидев мою реакцию, тоже обернулся на громил, затем повернулся ко мне и крикнул:

— Быстро домой, на улице холодно!

И тут я отмерла, в этот момент пропищал звук открываемого электронного замка входной двери, и последнее, что я успела увидеть перед тем, как запрыгнула в подъезд, как мой попутчик развернулся к громилам и, совершив какие-то совершенно невероятные кульбиты в воздухе, уложил их на землю.

Пискнув, я юркнула в подъезд и с силой закрыла дверь. Сердце колотилось как бешеное, наверное, где-то в горле. Даже дышать было тяжело.

— Василиса Андреевна? — вышел из своей коморки заспанный консьерж. — С вами всё в порядке? Вам нужна помощь? — спросил он, разглядывая меня с ног до головы.

— Нет, всё в порядке, спасибо, я к Мии. — Ответила и пошагала в сторону холла с лифтами. Не успела нажать кнопку вызова, как двери одного из них разъехались в сторону, и из него выскочила подруга.

— О, господи, Лиса! Что с тобой случилось?

— Пойдём к тебе, пожалуйста. Я всё расскажу за чашкой тёплого чая, — поторопила подругу, затягивая её обратно в лифт, подальше от глаз не в меру любопытного консьержа.

— Почему ты в таком виде? Где ты была? — сыпала вопросами подруга.

А меня, похоже, нагнали последствия пережитого ужаса. Всё тело трясло так, что зуб на зуб не попадал.

«Как этот не молодой и достаточно худощавый мужчина смог уложить этих амбалов? Что это только что было? Что вообще происходит? А ведь он помог мне, остановил этих громил и крикнул мне, чтобы уходила! Кто он такой?»

И тут я вспомнила его слова, которые слышала сквозь дрёму о том, что девочка у него и всё будет так, как он с кем-то запланировал.

«Хотя, может, я себя накручиваю, и он говорил не обо мне?» — пыталась успокоить саму себя. — «Ну-ну, сама-то веришь в это? Он и меня девочкой называл, значит, он говорил кому-то обо мне. Не знаю, кто он такой, но я ему благодарна за помощь».

— Ли-и-иса, — прокричала мне в ухо подруга, — мы приехали, — показывала она на распахнутые двери лифта.

— Ой, — только и смогла я пискнуть и поспешила выйти.

— Не нравишься ты мне, — покачала головой Мия. — Быстро ко мне, одеваться, пить горячий чай и всё-всё рассказывать своей подруге, — подтолкнула она меня в спину.

Утеплила она меня надо сказать, знатно. Тяжёлый пушистый, длинный в пол махровый халат, шерстяные носки на ноги, а сверху ко всему прочему ещё и пледом меня укутала. Потом сунула мне в руки горячую чашку травяного чая с мёдом и велела:

— Рассказывай! Почему ты в таком виде? Почему ночью? Что случилось?

Пока она сетовала на то, какая я безголовая, я же маленькими глотками попивала чай и потихоньку начинала оттаивать и согреваться. И только когда мне совсем стало тепло, я начала свой рассказ с того, как пришла домой.

— Почему не позвонила мне? — рассердилась подруга, когда я закончила повествование.

— Да хотела я тебе позвонить, — махнула рукой. — Только всё так завертелось, а потом мобильника у меня не было, и я уже не могла. Хорошо, что хоть добралась до тебя.

— Во дворе, говоришь? — хитро прищурилась подруга и подошла к окну.

Её окна как раз выходили во двор. Отодвинув штору, она стала туда выглядывать. Я же подходить к окну отказалась. Мне было страшно.

— Слушай, там нет никого, — сказала подруга.

Я, как толстый укутанный колобок, еле встала с кресла и неспешно подошла к окну. Встала сбоку и из-за угла оконной рамы стала выглядывать во двор. Там и правда, не было ни машины, ни моего попутчика, и этих двух амбалов не было, двор был пустынен и тих.

— Но они там были, — сказала ей возмущённо.

— Да верю я тебе, верю. Ты бы не смогла такое придумать.

Я посмотрела на неё разгневанно.

— Не обижайся, но с фантазией у тебя не очень, — улыбнулась Мия. — Да ладно ты, так с самого детства ещё было. А вообще, знаешь, не нравится мне вся эта возня вокруг тебя! Уж больно большая концентрация непонятного крутится рядом. Предлагаю тебе отлежаться у меня на даче. Может быть, всё поутихнет к тому моменту, да и тебе сейчас витаминчики нужны и покой, а не это вот всё.

Дача Мии находилась в ста двадцати километрах от города. Досталась она ей в наследство от бабушки. Тридцать соток, огромный двухэтажный дом, баня, уютная беседка, небольшой огородик, а большая часть земли засажена кедрами. Вы представить себе не можете, какой там невероятный запах. Только ради него стоит туда ехать. Поэтому на следующий день подруга взяла на работе неоплачиваемый отпуск на пару недель, собрала вещи на нас обеих, слава богу, что у нас один размер. Возвращаться домой и видеть Никиту я не хотела. Набрали нам в дорогу перекуса и, закинув всё это в старенький форд, поехали на природу. За болтовнёй ни о чём дорога пролетала быстро и уже через полтора часа мы въезжали в посёлок.

Охрана на въезде пропустила нас без проблем, и уже через пятнадцать минут мы подъезжали к нужному нам участку. Мия открыла ворота брелоком, они откатились в сторону, пропуская нас на территорию.

Давненько я тут не была и сейчас с радостью окунулась в воспоминания о том, как мы проводили тут летние каникулы с Мией и её бабушкой. Уютный запах кедрового леса приятно обволакивал лёгкие изнутри, даря наслаждение.

— Как же тут здо-о-орово! — улыбнулась я, глядя на подругу.

— А то! — задорно подмигнула она мне в ответ. — Пойдём в дом, вещи позже разберём, — потянула она меня за собой.

Дом нас встретил полной тишиной, которую разбавляли поющие на улице птицы. Как же здесь уютно и спокойно, я очень соскучилась по этому месту.

— Знаешь, я тут давно не была, возможно, потребуется уборка, — сказала она, проводя пальцем по пыльной поверхности стола. — Сейчас вызову клининг и закажу доставку.

Мия пошла в машину за телефоном, а я осталась в доме, наслаждаясь его тишиной.

В этом посёлке все коттеджи достаточно дорогие, принадлежащие обеспеченным людям. Поэтому для их удобства в посёлке есть своя клининговая компания и доставку продуктов они тоже осуществляют сами.

Весь дом был полон воспоминаниями. Наши первые влюблённости, наши тайники. Вкусные пирожки Мииной бабушки с разнообразными начинками. После, в своей жизни я никогда больше не ела подобной вкуснятинки. Всё было уже не таким.

— Через полчаса приедет клининг, — прервала мои воспоминания подруга.

И тут мой живот недовольно заурчал от голода.

— Ну ты и проглот, слопала все бутерброды и всё ещё голодна, — рассмеялась Мия.

— Можно подумать, это я сама, наверняка это всё дети, — пробурчала в ответ насупившись.

— Ладно уж, пошли, горе ты моё, будем тебя кормить, — улыбнулась подруга.

Оказывается, она предусмотрела такой вариант и у неё в запасе была ещё парочка бутербродов с горячим чаем.

Мы как раз сидели в беседке и подъедали запасы, когда раздалась трель звонка.

— О, а вот и клининг пожаловал, — подскочив, Мия унеслась к калитке, чтобы открыть её.

А я неспешно последовала за ней.

Три женщины в рабочих комбинезонах с инвентарём вежливо поздоровались и вошли на территорию. А после того как их пропустила, Мия замерла и потом гневно спросила:

— Ты что тут делаешь?

«Кому это она? Мы же только приехали. Неужели уже кто-то узнал, где мы?» — медленно текли мысли в голове, пока я шла к калитке.

— Мне нужна Василиса! — произнёс мужской голос.

А я остановилась как вкопанная. Это же Никита!

— С чего ты решил, что она со мной? — Мия играла изумительно, даже я поверила, что меня тут нет.

— Охрана сказала мне, что вы недавно приехали, — ответил он, усмехнувшись, а Мия выругалась.

— Что тебе от неё нужно? — держала оборону подруга. — Ты ведь не думаешь, что я так просто дам тебе её обижать.

— Тебя это не касается. Это наша семья, и нечего лезть туда, куда тебя не просили. Мы сами разберёмся, что и как нам делать, без посторонних, — злился Никита.

— Я-то как раз не посторонняя, и за Лису я буду стоять горой, если ты ещё не понял. Я не дам тебе её обижать, понятно? А сейчас иди отсюда, пока я охрану не вызвала! — злилась подруга.

Я по-прежнему не могла пошевелиться. Не хотела видеть Никиту. Та самая картина, которая предстала мне, когда я вернулась домой, до сих пор стоит перед глазами. Даже его голос вызывал во мне чувство обиды и горечи. Я просто не была готова сейчас с ним разговаривать, и казалось, что Мия тонко это почувствовала, поэтому и выпроваживала.

— Василиса, выйди, нам нужно поговорить! Я знаю, что ты меня слышишь! — закричал Никита.

Я зажмурила глаза, не зная, что мне делать. Только не сейчас, сейчас я не могу с ним говорить, мне больно. У меня душа болит и сердце. Его предательство… я не могу пока его видеть, просто не могу.

Недалеко от нас громко залаяла собака, реагируя на крики Никиты.

— Нечего здесь орать, это тебе не базар! — зло зашипела подруга.

— Мия, привет! У тебя всё в порядке? Нужна помощь? — услышала незнакомый мужской голос.

— Роберт, привет! Нет, всё хорошо, я справлюсь, — улыбнулась она, похоже, кому-то из соседей.

— Если что, вызывай охрану, я их предупрежу, — проговорил незнакомец и ушёл.

— Спасибо, — крикнула Мия.

Стоило соседу Мии отойти от калитки, как Никита продолжил, но уже спокойно:

— Понятно, значит, решила от меня спрятаться, только это не поможет. Мне нужно, чтобы она подписала документы на развод, — сказал он, протягивая какие-то бумаги Мии.

Эти слова словно обухом по голове меня ударили, оглушили и ошеломили одновременно. Я даже дышать перестала. Вмиг перед глазами всё потемнело. Как на ногах устояла и не свалилась прямо на газон, не знаю. И словно сквозь толщу воды я услышала:

— Ты совсем охренел? Ты решил развестись с беременной женой? С Василисой? — возопила Мия.

— Не ори, припадочная! Это не мой ребёнок, она мне изменяла, — припечатал муж.

— Ты совсем с дуба рухнул? Чтобы Василиса изменяла? Да для неё всю жизнь только и существовал один-единственный мужик – её муж! Это ты, кобелина, не смог удержать свой член в штанах, а она никогда в жизни тебе не изменяла, идиота кусок!

— Я всё видел своими глазами! Мне не нужна женщина, таскающаяся по другим мужикам. Передай ей бумаги, с ней свяжется мой адвокат, — он сунул в руки ошеломлённой подруге документы и, развернувшись, ушёл.

Я слышала его ровную поступь по гравийной дорожке, потом хлопок двери авто и шуршание колёс по асфальту, а затем всё стихло.

Я не могла поверить в то, что услышала. Он обвинил меня в измене! Не разобравшись, не поговорив со мной! Он решил, что я неверная жена!

— Лисёнок, маленькая моя, ты только не плачь, — бросилась ко мне Мия, обняла меня и стала гладить по спине.

Тут я поняла, что не плачу и даже не собираюсь. Он не стоит моих слёз! Человек, которому я посвятила столько лет своей жизни, обманывал меня, предал, и потом ещё и свалил всю вину на меня. Да, мне было больно, но я не буду плакать! Он этого недостоин!

— Вот же гандон! — услышала я рядом с собой незнакомый женский голос.

Повернувшись, я увидела тех самых сотрудниц клининга, они наблюдали за безобразной происходившей здесь сценой. Стыд-то какой!

— Да уж, — раздосадованно сказала Мия. — Непрофессионально!

Женщины устыдились, и все опустили голову, кроме одной из них.

— Простите, — покаялась женщина. — Мы не хотели мешать, больше такого не повторится! Какой объём работ нам необходимо сделать?

— Ждите здесь! — распорядилась Мия. — Солнышко, пойдём в беседку.

Мия увела меня, усадила в кресло, достала из сундука плед, заботливо укутала.

— Лисёнок, посиди здесь, я принесу тебе успокоительное. Волноваться сейчас никак нельзя. Ты можешь навредить малышам.

Я молча кивнула, и Мия мгновенно убежала. Она права, мои малыши – вот что важно! Я буду учиться жить ради них! Теперь уже я не готова жить рядом с мужчиной, который меня так легко предал и бросил. Сделавши однажды, сделает и дважды. Нужно будет решить, что делать дальше, где жить. Нужно обо всём подумать, но не сейчас, не сегодня.

В беседку ворвалась подруга с двумя пузатыми бокалами, один протянула мне.

— Это тебе, раз ты у нас будущая мамочка, то будешь пить успокоительные отварчики, а мне нужно расслабиться, думаю, ты не против, если я выпью шампанского.  

Мия обожает шампанское и это единственный алкогольный напиток, который она пьёт. И если для меня шампанское это, скорее, что-то праздничное, то для подруги просто любимый напиток на все случаи жизни.

— Знаешь, я тут подумала, мы и с тобой вдвоём сможем детей поднять. Жить нам есть где, деньги тоже не проблема, так что справимся! Чин-Чин, — улыбнулась мне, чокаясь своим пузатым бокалом с моим.

День прошёл спокойно. Мы много болтали. Через несколько часов женщины из клининга отчитались в завершении работ. Мия быстренько всё приняла и подписала акты.

Днём же нам привезли продукты и огромный шмат свежего мяса. До жути захотелось шашлыка. Тем более, что мы на природе, тут просто сам бог велел мяса нажарить. У меня только от предвкушения уже слюнки потекли.

— Ну ты и проглот! – хихикала надо мной подруга. — Знаешь, я вообще спокойно могу замариновать и всё подготовить, но вот жарить на огне… не моё это, не моё. Надеюсь, ты не против, если я Роберта приглашу?

— Это тот, который помощь сегодня предлагал?

— Ага, тот самый, — улыбнулась Мия.

— Да ты никак влюбилась? — стала над ней подтрунивать.

На самом деле мне давно известно, что подруга тайно по нему сохнет. Кто я такая, чтобы мешать ей любоваться объектом своего воздыхания.

— Да ну тебя! — махнула на меня рукой Мия. — Так ты согласна?

— Зови, конечно, втроём веселее будет, — улыбнулась в ответ.

Сейчас я очень хотела отвлечься от своих мыслей, потому что мне казалось, что если я останусь одна, то просто потону в них, и мне снова будет больно. А пока Мия рядом, пока общается со мной на отвлечённые темы, мне немного легче. Поэтому позвать ещё одного человека, наверное, не такая уж плохая идея.

Роберт присоединился к нам ближе к вечеру, как раз, когда мясо успело замариноваться. Очень вежливый и учтивый, этакий дамский угодник. Высокий блондин с очаровательной улыбкой. Тело он явно держал в тонусе, судя по рельефу мышц, проступающих через тонкую ткань рубашки. Как по мне, так слишком слащавый, но самое главное, что он нравится Мии. Остальное неважно.

У меня же вызвал уважение тот факт, что он не стал расспрашивать о произошедшем днём, даже ни намёка на любопытство. Приятно!

Вечер был уютным и «вкусным», я наелась до отвала, но в какой-то момент почувствовала себя здесь совершенно лишней. Подруга так миленько ворковала с соседом, что мне стало понятно – пора их оставить вдвоём.

— Мия, я спать пойду, устала. День был долгим и сложным, — сказала подруге. — Роберт, спасибо вам за приятный вечер, — улыбнулась соседу.

— Всегда, пожалуйста, — ответил он с тёплой улыбкой.

— Лисёнок, тебя проводить?

— Так, Мия, я беременная, а не больная и не маленькая, — возмутилась её предложению. — Сама справлюсь, отдыхайте.

Чмокнула Мию в щёку, попрощалась с Робертом и направилась в дом.

Спальня у меня та же самая, что была в детстве, комната подруги через стенку. Видно, что всё здесь убрали — ни пылинки. Расстелила постель и легла. Сил на то, чтобы принять душ, не было.

Я лежала, глядя в потолок, обнимая свой живот, и думала о том, что же мне делать дальше. Конечно, слова подруги вселяли в меня надежду, что я со всем справлюсь, но я не могу взвалить на неё свои проблемы.

Мысли плавно перетекли на то, что случилось сегодня, и я горько заплакала. Стало безмерно себя жаль. Столько сил вложено в наш брак, в мужа. Хотя, какой он мне муж? Он потерял право так называться, когда предал меня, когда отвернулся. А его обвинения? Как он мог? Неужели он не видел, как я старалась для нашей семьи? Как он мог так легко принять мою воображаемую измену?

Плакала долго, так и заснула в слезах. И приснился мне странный сон.

Во сне те самые двое громил пришли ко мне и умоляли вернуться.

— Маленькая, мы не причиним тебе вреда. Прости нас, если напугали, ты важна для нас, — упрашивал один.

— Мы не можем тебя найти, чувствуем, что тебе плохо, а найти не можем. Мы хотим помочь. И никогда, слышишь, никогда не причиним тебе вреда.

— Почему? — спросила у них, не понимая.

— Ты носишь под сердцем наших детей. Ты для нас священна, — ответил один из них.

— Это всё глупость, сказки, придуманные репродуктивным центром, не понятно для чего, — улыбнулась им и они начали таять, а я проснулась.

В следующую ночь они снова пришли ко мне и упрашивали вернуться в город. Я просто их послушала, даже не разговаривала. Всё, что они говорили, было бредом. Я беременна от мужа, и другого совершенно не могло быть. Я взрослая девочка и не верю в сказки. Они снова растаяли в белёсой дымке, а я проснулась.

Так происходило ещё две ночи, те же сны, те же слова. А на пятую ночь во сне я увидела только одного из них.

— Один? — удивилась.

— Да, Ортирион сильно занят, проблемы с работой, поэтому сегодня только я. Может, хотя бы немного пообщаемся? А то ты всё время закрываешься от нас.

— Давай пообщаемся, — согласилась на его предложение. — Как тебя зовут, для начала? А то общаться собрались, а имён друг друга не знаем, — смутилась я.  

— Я – Дамириан, — улыбнулся мой гость.

Улыбка смягчила грозный вид, и теперь он не казался мне жутким бугаём. Просто очень высокий и мощный мужчина. По сравнению с ним я была Дюймовочкой. Во сне я сидела в кресле, он напротив меня, а рядом с нами горел камин, треск поленьев, тепло, идущее от него навевало уют. Всё остальное было словно покрыто дымкой и не улавливалось взглядом. Мужчина не нёс в себе угрозы, сидел в кресле расслабленно, смотрел открыто, по-доброму, так почему бы не познакомиться? Тем более, что эти парни зачастили в мои сны. Конечно, происходящее было странным, но всё-таки можно логически объяснить, эти мужчины сильно на меня повлияли, может, их внушительный вид или то, что совершенно чужие люди так жаждали пообщаться со мной, их отношение. Видимо, моё подсознание не хочет их отпускать, а раз так, то и не буду противиться.

— У вас сложные имена, Ортирион и Дамириан. Что-то ваши родители намудрили, — улыбнулась в ответ. — Я вот Василиса, но можно просто Лиса.

— Ли-и-иса, — протяжно произнёс мужчина, словно лаская имя языком. — Красиво! А нас можешь называть Ортом и Дамиром, так проще.

— Ты прав, имена длинные и непривычные, и запомнить сложнее. Расскажи мне о себе.

Дамир рассказывал о себе, о своём детстве, родителях, братьях и сёстрах, о своих проделках, о том, каким был шкодой, и как ему удавалось раз за разом избегать наказания. Как он учился. Рассказывал интересно, он прекрасный рассказчик и собеседник, с ним было приятно, так что я даже не заметила, сколько пролетело времени, когда он сказал:

— Тебе нужно выспаться, завтра я обязательно приду к тебе, — пообещал мужчина и, как и прежде, растворился в белёсой дымке, а я проснулась.

Нужно ли говорить, что следующей ночи я ждала с нетерпением.