БЕРТА снежное счастье

Снег, снег, снег — подняв лицо к небу, Берта закрыла глаза, раскинула руки в стороны и позволила нескольким снежинкам плавно опуститься, жаля кожу. Джея нет, а она тут и он тоже. Чуткие уши уловили скрип под подошвами тяжёлых ботинок. Питер. За этот год этот ликан плотно вписался, в её, казалось бы, тихую жизнь. 

Всего одно дело, одна спасённая жизнь на прошлый Новый год и всё стало иным. Даже с Волчицей они нашли общий язык. Но ещё много недосказанного осталось. Благодаря Питеру Берта смогла договориться с Волчицей, найти компромисс, который устроил обеих. Больше не нужны ни чёрная рябина, ни аконит. По крайней мере, к полнолунию Берта не пополняет их запасы, только по мере необходимости. 

Тёплые объятия и чужое дыхание на затылки стали сюрпризом — Питер редко позволял себя настолько нарушать границы, знал, что Волчица может не одобрить и взбрыкнуть.

— Не передумала? — тихим шёпотом на ушко.

Берта мотнула головой. Она слишком долго держала дистанцию и никого не подпускала к себе. Даже просто знакомых сторонилась. Но в прошлом году что-то изменилось. 

— Просто… Это было давно, — выдохнув, она убрала белую прядь за ухо, развернулась и зашагала в сторону дома. — Идём.

Коротко бросив приглашение, заскрипела выпавшим снегом. Волчица ворочилась внутри, но не рычала, а по ощущениям лениво зевала то ли в знак одобрения выбором, то ли просто сонная из-за снега.

Стоило переступить порог, как тепло дома тут же окутало их, кольнуло кожу, и Берта на несколько секунд зажмурилась. Питер стоял сзади молчаливой тенью и не мешал ей наслаждаться не одиночеством. Ему не надо прикасаться, шуметь, говорить, чтобы Берта знала, что он здесь. Чувствовала, что дома не одна, хотя это ведь всего лишь дружеская встреча и не более того? 

Родственники Питера звали в гости их обоих, но Берта не была уверена, что готова принять это приглашение.

Он проскользнул мимо неё, повесил куртку на вешалку и ушёл в комнату к приготовленным коробкам с ёлочными игрушками. Сама Берта на какое-то время замерла в проходе, прислонившись к косяку, наблюдала за Питером, за его плавными, уверенными движениями.

Отпустить прошлое: они много говорили об этом и о том, что сделала Волчица. Это был не выбор Берты и тогда она не смогла ничего сделать. Теперь же, узнав Волчицу, она хотя бы не боялась отпускать её, уверенная, что если кто и пострадает от её лап и зубов, то сам напросился. 

— Он бы не хотел… — Питер недоговорил, просто заметил, куда направлен её взгляд: на камин со старыми фотографиями, где она и Джей. Ещё живой, ещё улыбающийся, ещё обнимающий ту Берту, какой она была до появления Волчицы. 

Соглашаясь, Берта кивнула, Питер прав. 

— Она тихая, — проговорив это, Берта поняла, что сама опасается того, что Волчица что-то задумала.

Питер оказался рядом, осторожно обнял, зная, что Волчица может воспринять это как нарушение границ и атаковать. И раньше иногда это случалось, Волчица скалилась, не желая мириться с чужаком на её территории. В этот раз молчала, только по ощущениям Берты приподняла голову, принюхалась, зевнула, облизнулась и положила морду обратно на лапы. 

Отступив, Питер сунул руку в коробку, ухватил гирлянду улыбаясь, потянул её во внешний мир. Берта тяжело вздохнула: в последний раз, когда эта коробка опустошалась, ей помогал Джей. Подняла взгляд и решительно шагнула к Питеру. Руки слегка дрожали, когда она вытаскивала одну игрушку за другой, извлекая их на свет и устраивая на ёлке.

Куплена не ей, эту зелёную красавицу привёз Питер, со словами, что иначе, она осталась бы одна и скучала, забытая всеми на рынке, Берта приняла её, хотя и не планировала отмечать, думала, как и в прошлом году отсидеться в тепле дома, в одиночестве, попивая глинтвейн и поедая рождественскую индейку.

Не срослось.

Первая робкая улыбка появилась на её губах в тот момент, когда Питер шутливо кинул в неё мячиком. Волчица лишь недовольно заворчала, а Берта успела поймать. Как же давно она этого не делала, не позволяла себе вот так беззаботно с кем-то проводить день и вечер за таким простым занятием, как наряжание ёлки. 

Спорить о том, где должна висеть та или иная игрушка, какой цвет гирлянды и мишуры будет лучше смотреть и сколько оборотов стоит делать. С Джеем это было… Берта чуть не опустила руки, когда Питер вытащил из коробки одну из игрушек, которые они покупали тогда. Замерев, она смотрела, как он вешает их на ёлочные лапы. Сглотнула, но не сбежала, просто стояла там и смотрела. А после включилась в событие: пора прошлому остаться в прошлом. Лишь иногда взгляд — нет-нет, да проходился по каминной полке.

— Вот и всё, — говоря, Питер нацепил звезду за макушку, и Берта сделала шаг назад, чтобы полюбоваться открывшимся зрелищем. 

Подхватив коробку, в который сбрасывался мусор, Берта поспешила на улицу. В доме стало тепло, слишком тепло, и взгляд Питера, которым он одаривал её, слишком тревожил. Стоит ли? А, может, нет? Да и остался вопрос с Рикардо и его альфой.

Витавшие в голове мысли не давали покоя. Морозный воздух заставил остановиться на крыльце, осмотреться: куртка осталась дома, холод жёг кожу, щипал лицо. Глубоко вдохнув, Берта на несколько секунд спрятала ладони, прижав их к бокам. 

Осмотревшись, мотнула головой, прогоняя все сомнения прочь, и отправилась выкидывать мусор. Питер не раз говорил, что все тревоги года, надо оставлять в прошлом, а в следующем году найдётся о чём беспокоиться. Но она не могла просто так всё отпустить и забыть.

Берта собиралась просто влететь в дом, закрыть дверь и постараться не думать, но вынужденно остановилась на крыльце, взглядом споткнулась, натолкнувшись на небольшой свёрток. 

— Что за? — облачко пара окутало вопрос, и Берта осторожно протянула руку к находке.

Выпустив магию, прощупала вещицу, если всё верно, то это не нечто опасное, но кто и что могло сюда принести этот подарок. Вдохнув воздух, Берта позвала Волчицу, её навыки в различии запахов могли очень пригодиться. Та тоже ничего опасного не уловила и, решившись, Берта взяла свёрток в руки и занесла его в дом — здесь она сможет его исследовать более тщательно, а в случае необходимости обратиться к Нилу и остальным, кто вместе с ней работал в ордене «Серебряного ворона» и помогал справляться со сверхъестественной опасностью.
*******************************************************
Книга пишется в рамках литмоба

Действуя осторожно, положила неизвестный предмет на кухонный стол, упёрлась ладонями в полированную поверхность последнего и не мигая смотрела. Осторожно, выпустив когти, постаралась развернуть странный предмет. Она слышала, как её звал Питер. Судя по приблизившимся шагам, не дождавшись, тоже пришёл на кухню.

— Что?.. — он замер где-то за спиной, стоило только Берте шикнуть и попросить остановиться. 

Всё её ведьмовское нутро кричало, что содержимое не так просто, как может показаться. В нём столько силы, что даже Волчица проснулась и с интересом посматривала на происходящее. Задерживая дыхание, облизывая сухие губы, осторожно убирала обёртку, под которой прятался камень. 

Чёрный, матовый. Круглый. Он просился в руку. Убрав когти, Берта осторожно обхватила его ладонью. На удивление тёплый даже после того, как неизвестно, сколько времени провёл на улице при минусовой температуре.

Кто и зачем его оставил на пороге её дома? А главное, когда, ведь ни она, ни Питер не слышали шагов. И их волки тоже молчали. Да и вообще, Берта же практикующая ведьма, так что озаботилась защитными чарами на доме и возле него. Но магия молчала, словно ничего такого не произошло. 

— Нашла клад? — тёплым шёпотом на ухо.

Берта вновь кивнула и протянула шар Питеру. Устроив голову у неё на плече, тот принюхался и осторожно дотронулся до камня кончиками пальцев.

— Тёплый, — на этот факт Берта кивнула. — Запаха нет, угрозы нет.

— Ага. Подарок от вселенной, — не очень удачная шутка, произнесённая с толикой сарказма.

— Подарок от тайного поклонника? — в озвученном вопросе есть послышалась ревность, лёгкий налёт раздражения и взметнув в удивлении брови вверх, Берта настойчиво уставилась на Питера.

Тот мягко улыбнулся, но отступать не стал, лишь подарил заботливый поцелуй в висок. 

— Или от самого праздника…

Теперь уже скепсис отразился на её лице. Мотнув головой, не желая думать, Берта выбралась из объятий и поплелась в гостиную. Оставив камень на полке камина, Берта решила, что этот вечер она посвятит себе и Питеру, а разгадками займётся завтра, ведь поздно ещё не будет?

Вечер наступил быстро: они вдвоём приготовили ужин, в четыре руки это оказалось сделать легко, особенно если помощник тот, с кем есть о чём поговорить. И сейчас, сидя на диване, под лёгкую ненавязчивую мелодию, мигающий свет гирлянды, Берта позволила себе прислониться к Питеру, умостив затылок у него на плече, задумчиво смотрела на камин, но, казалось, видела совсем не его.

Порывисто поднявшись, взяла его ладонь в свою и поманила к окну, по дороге выключая практически весь свет, кроме гирлянды. Когда-то давно, ещё в детстве, она любила стоять вот так, смотреть на небо и загадывать желание на падающую звезду. 

Поднеся палец к губам, попросила о тишине. Питер ответил ей понимающей улыбкой и, встав за её спиной, осторожно обнял, накрыв её ладно своими. 

Детские желания давно сменились другими, но в последние пару лет, она ничего не просила, ведь вернуть Джея даже вселенной было не под силу. Тонкие пальцы легли на холодное окно. Казалось, время застыло. Берта всматривалась в ночное небо, шанс увидеть падающую звезду мал, но она не теряла надежды. 

Волчица не спала, она подняла морду и тоже ждала, смотря вместе с Бертой. Закрыв на несколько секунд глаза, Берта позволила себе представить, как по тёмной глади небо к земле мчится звезда. Слегка сжав пальцы Питера, мысленно загадала желание, ведь если сказать вслух оно не сбудется.

«Хочу покоя. Ни счастья, ни восторга, а просто покоя. Чтобы боль ушла. Не забыть, а просто отпустить». 

Открыв глаза, улыбнулась уголком рта: всё оставалось как и прежде. Ни одного всполоха на ночном небе, не одной падающей звезды. Развернувшись в руках Питера, она на миг замерла. Нет, просто показалось, что камень на долю секунды вспыхнул, а после погас. Это всего лишь игра воображения и не более того.

Ей даже показалось, что Волчица там внутри тихо тявкнула, но ведь волки не лают? Она словно говорила, что нужно ждать. Что всё ещё должно случиться. 

Тряхнув головой, Берта отошла от окна, заправила за уши белые пряди и взялась за уборку, оставлять комнату в таком виде не следовало, даже если хочется спать и приходится прятать зевок за раскрытой ладонью. 

Утро каждый из них встретил в своей комнате. Берта всё ещё держала с Питером дистанцию, обозначив его и для себя, и для Волчицы просто другом. Хоя частенько ловила, как рассматривает его, когда он рядом, замечала, как Волчица поворачивает голову, наклоняет её, словно примеряется, подходит ли он им.

Запах апельсинов, корицы витал по кухне, а мысли Берты то и дело возвращались к лежавшему на каминной полке камню. Она словно ощущала его присутствие даже здесь, там, где его сейчас не было. Старалась сосредоточиться на готовке и не сразу заметила, как замер Питер, прислушиваясь к звукам с улицы.

— Что? — вопросительно смотрела на него, тоже прислушиваясь к тому, что происходило снаружи дома.

— Машина. Остановилась неподалёку. Кто-то идёт сюда.

Берта ощутила, как Волчица пружинисто вскочила на лапы, шерсть на загривке встала дыбом. Она тихо скалилась, но не нападала, прислушивалась и чего-то ждала. 

А шаги приближались. Под чьими-то тяжёлыми, уверенными шагами скрипел снег. Не настороженно, а словно ждал этого гостя. Чары тихо зазвенели, сообщая о раннем визитёре. Оставалось только гадать, кто там мог пожаловать.

Питер отставил тарелку, положил рядом с ней ложку и двинулся в сторону прихожей, словно собирался сам встретить утреннего гостя. Берта поспешила его опередить: всё-таки это её дом. 

Шаги смолкли перед крыльцом.

За ними последовала тишина, растянувшаяся на три удара сердца.

А после раздался стук: твёрдый, но не грубый. 

Переглянувшись с Питером, Берта прочла в его глазах тот же вопрос, что мучил и её: никто из своих не сообщал о визите. Не звонил. Родня Питера не стала бы его сейчас беспокоить, ведь всё обговорено. Нил бы точно набрал её номер и сказал всё в трубку, а не ехал сюда. 

Волчица внутри тихо рычала,словно предупреждала о чём-то, точнее, о ком-то. Но при этом в этом слышалось какое-то узнавание. Предупреждение, а не атака. Она словно говорила пришедшему, что это её территория и ему придётся с этим считаться вне зависимости от того, на каком месте иерархии он находится. 

Вытерев руки о полотенце, Берта взглядом попросила Питера оставаться на месте, хотя прекрасно знала, если там кто-то опасный и он нападёт, то тот вмешается.
*******************************************************
Книга пишется в рамках литмоба