Бесплатно Новый мир

Пролог
 

От автора
Я предлагаю  вам отвлечься…  Осмотритесь вокруг, приглядитесь  к окружающим… Возможно, ваш лучший друг мечтает о любви и пишет тайком красивые письма, ваш сосед мнит себя истребителем  вампиров (так что поосторожней с соседями, мало ли что — может они решат, что вы и есть исчадие ада), коллега по работе стал оборотнем – припомните, ведь он не выходит на работу в полнолуние. Где-то в большой квартире, постройки семнадцатого  века, живет ваша бывшая однокурсница, с которой вы когда-то сидели за одной партой, а ныне она общается и даже дружит с привидениями.
Оглянитесь вокруг и вы увидите мир фантазий на яву, нужно лишь присмотреться и поверить.
Мы все заняты бытовыми проблемами, и жизнь течет размеренно, но… ЕСЛИ МЫ ЧЕГО-ТО НЕ ЗАМЕЧАЕМ, ТО ЭТО НЕ ЗНАЧИТ, ЧТО ЭТОГО НЕТ. Автора этих слов уже нет в живых, и мало кто помнит его имя, но что имя в мире ином. 

Я влюбилась в оборотня. Люблю безумно, страстно… Бред? Может быть. Если бы мне сказали,  что вервольфы живут среди нас, я бы рассмеялась этому человеку в лицо. Ни когда не верила в глупые сказки и  бредни сумасшедших утверждающих, что они их видели  — это не мое. И даже в детстве не увлекалась всеми этими «страшилками». Я современный и здравомыслящий человек, но реальность происходящего не вызывает сомнений.
Это не оборотни и вампиры живут среди нас, а мы — среди них. Смертным остается либо принять, либо бороться. Я приняла. Мои друзья оборотни и даже есть среди них и вампиры, мои соседи тоже нежить.
Мой возлюбленный  — повелитель  оборотней. Мой любимый сильнейший, любящий, могущественный повелитель оборотней. Дьявол во плоти, так его именует низшая нежить. Я в одночасье попала во власть его чар и знаю, что до конца обозначенного жизненного срока судьбой, я буду с ним. Мне предстоит нелегкая жизнь, мне понадобится терпимость и понимание, ведь я должна  выбрать жизнь с существом из мифов и сказок или жизнь без возлюбленного,  обычной человеческой жизнью.
Уже несколько чесов подряд еду неизвестно куда, покрывая километр за километром, и размышляю о своей жизни. Самостоятельная, красивая, свободная... Историк с блестящим образованием и известный на весь мир художник.
За плечами три года каторжной работы.
Итог: три блестящих репродукции  висят в разных музеях мира и больше десятка картин висят в частных коллекциях. И все это благодаря моему упорству и упрямству, называйте как хотите, но благодаря всему этому я стала тем, кем я  являюсь сейчас: популярная, известная художница,  у которой нет отбоя от заказчиков, несмотря на насмешки и скептический взгляд моего бывшего мужа. Моя популярность как кость ему в горле, на презентации последних двух моих картин,  Антон явился при всем пара-де и с большущим букетом красных роз, с мало искренними поздравлениями не нужными ни ему,  ни мне. Восхищений моим талантом и красотой, мне хватает от поклонников и знакомых. Даша единственная подруга и менеджер, как всегда от души постаралась обставить мою выставку с грандиозной помпой. Как раз в тот момент, когда подняли тост  за виновницу торжества, я имею в виду себя, и появился Антон. Какого черта ему понадобилось?
А в прочем, не трудно догадаться. Бедняга ни как не мог смириться с тем, что его  бывшая жена купается в лучах славы без него, но роль мученика ему не к  лицу. Антон Альбертович, ты –  пройденный этап моей жизни, и мне все равно, что ты скажешь. Куда подевалась та неудачница, которая стала твоей женой? Ну не знаю? Может ей надоело, что всякие там козлы ее унижают и обращаются как с недоразвитой. Кажется, я злорадствую. Ах, Антон, ты по-прежнему верен себе, в принципе, я рада твоим успехам в бизнесе! Поставим на этом жирную точку.
У меня  впереди долгая интересная и увлекательная жизнь и заслуженный отпуск, как нельзя кстати.
Мне удалось немного прийти в себя в деревне у родителей. Прогулки по лесочку около деревни показали, что у меня есть еще мышцы — они так сладко заныли к вечеру.   Я вновь полна сил и вдохновения. Впереди, насколько хватает глаз, ровная полоса пустынного шоссе, за окнами восхитительные пейзажи северной части Америки, прохладный салон новенького «внедорожника» наполнен музыкой. У меня отличное настроение! Покой и благодать, что еще нужно молодой и красивой женщине в отпуске . Опять я об этой красоте! Русые некрашеные волосы и синие глаза – это, что  удалось разглядеть в зеркало заднего вида. Ну, с фигурой все в порядке! Об этом мне говорят восхитительные взгляды мужчин. На мне было платье от Юдашкина – опять-таки благодаря Дашке,  если не она, я бы ограничилась джинсами, кроссовками и футболкой. Правда, смешно — Юдашкин в подарок от Дашки.
 И так, мужчины… Что они значат в моей жизни? После головокружительных рома-нов  и приключений в книгах моего лучшего друга-гея Макса, который заставляет  меня прочитать все его книги, перед  тем как отдать их  в печать. Представители  сильной половины человечества кажутся мне бледным  подобием тех, кого я бы хотела назвать настоящим мужчиной.
Антон, по началу,  напомнил мне героев его книг  и  атлетов с моих картин. Но на  утро,  эта картинка испарилась как небывало.
 На шоссе появилась вывеска — через  пять километров очередной городишка без достопримечательностей. Но зато, если верить щитку, в этом городке могут вкусно на-кормить,  ну проверим. А вот и поворот,  сразу на въезде попадается забегаловка с милой вывеской— «Милости просим к столу» — вызывает улыбку.
Заходя вовнутрь, звякнул колокольчик над  дверью, в глаза сразу бросился полумрак помещения, за столиком в углу сидели несколько парней, сильно бледные. Может шахтеры, тут неподалеку, вроде, шахты. За стойкой бара стоит верзила, тоже с бледной кожей, а его взгляд... Теперь я знаю, что такое холодный взгляд. Подхожу к бару.
У меня ,  что, мурашки по спине побежали?
— Здравствуйте, скажите, чем тут у вас кормят? И можно ли у вас в городе, где-нибудь остановиться на ночь?
— Кормят у нас отбивной с кровью, из выпивки — вино!
А вот остановиться на ночь у нас в поселении негде!
Все это, парень сказал с ничего не выражающим лицом. Я стояла, не понимая, как так, городок… и негде. Пока я так стояла и пыталась сообразить, что это такое, до меня донеслось несколько обрывков фраз тех парней в углу, они говорили почти шепотом (нельзя!.. гость… неприкасаемая), я не обратила на них внимания и опять обратилась к громиле.
— Совсем негде остановиться?
— Нет мисс, в нашем  поселении нет гостиницы. И хочу опередить Ваш следующий вопрос… тоже нет, у нас никто не сдает комнат.
Ничего себе, вот так номер. Ладно, переночую в машине, но  зато тут кормят, хоть какой-то плюс.
— Хорошо, тогда мне стейк и кофе! А еще, скажите:
- В вашем поселении есть  ка-кие-либо достопримечательности. Парень непонимающе на меня посмотрел.
— Видите ли, я художник,  в отпуске, ищу новое вдохновение для картин, вот решила запечатлеть на фотокамеру пару достопримечательностей, уведенных мной, дабы потом, они стали, либо картинами, либо памятью на будущее.
— К сожаленью весь наш городок состоит из тридцати домов, и тут не на что по-смотреть. На этом и кончился весь наш разговор.
Пока я ела  и пила,  разглядывая карту в поисках ближайшего городка, где есть хоть  мало-мальский  ночлег, в баре так именуется эта забегаловка, началось оживление, наверное, тут вечером будет представление. Когда я уже решила,  поехать в Форклинг, ко  мне подсел парень и начал рассказывать о городке к югу, в котором очень много красивых мест.
— Это правда ближе к горам и лесам, но зато там много мест, которые заинтересуют такую художницу, как вы.

И этот парень действительно заинтриговал юную художницу. То есть  меня.  Когда я уже собралась поблагодарить его за подсказку, того и след уже простыл.
Вот и опять  в пути,  на ночь глядя, ну не очень мне улыбается опять в машине спать. Проехав добрую треть пути, моя машинка странно начала чихать и в итоге заглохла. Смотря на панель,  я ничего не понимала. Я же  только ее  заправляла, не мог бензин так быстро закончиться.
 Ладно, посидим,  подождем, может, кто проедет да поделится бензинчиком или вызовет эвакуатор. Просидела  с  час и не увидела ни одной машины, ни человека, хотя уже совсем стемнело.
 Далековато, посмотрев по карте, я все же  решилась  отправиться обратно в стран-ное поселение.
Да,  до городка, который мне расписали, Вумвульфта,  долго топать, тем более, что чем дальше к этому городу, тем гуще становится лес.
 — Ну, совсем отлично,  дождь пошел,  еще и промокну по пути.
 Еще полчаса пешего пути и я на месте. По прежнему моросил дождь, капли пада-ли на листья кустов с тихим звоном и серебрились в ночном воздухе. Звук воды всегда успокаивал меня, и мне было не так страшно идти посреди лесной дороги ночью. Я любила океан, озера, реки — любые водоемы. Дождь приглушал обычные звуки.
Но у меня появилось ощущенье, что кто-то  или что-то следит за мной через тьму и занавес ночного дождя. Там кто-то был! Кто-то смотрел на меня из темноты. Неподвижно, спокойно, и тогда я увидела их…  глаза, немигающий взгляд. Неумолимый. Взгляд кроваво-черных глаз мерцающих  в ночи,  метрах  в  двадцати перед собой.  Луна вышла из-за туч,  осветив фигуру впереди.
Это был стройный бледный юноша с рыжими волосами, спадающими  по плечам.
Я тогда стояла как вкопанная, рассматривая странного парня. Легкий ветерок пролетел над моей застывшей фигурой  взъерошив мои волосы, косаясь плеч, рук и направился в сторону парня. Тот приподнял голову, словно принюхиваясь, и уже сделал пару шагов в мою сторону, но остановился, глядя куда-то за мою спину, и, одновременно с этим, послышалось шуршание гравия за спиной и вой стаи волков вокруг. Вмести с этим воем, смолкли ночные птицы и жучки,  прекратился дождь, словно он испугался этого воя.
Сердце мое  запнулось и с молниеносной скорость понеслось  вскачь, прогоняя холодную кровь и адреналин по венам. Медленно, словно в замедленной съемке я обернулась,  глаза расширились от ужаса… передо мной, метрах в двух, стоял волк, непросто волк,  а огромный волчище. В холке он, наверное, полтора-два метра. У него были  гипностические зеленые глаза. Шерсть, чисто серебряная в лунном свете, без единого пятнышка. Он стоял там и не шевелился, пристально смотря не на меня, а на парня за мной. Внутри  все сжалось от страха и от неизбежности этой встречи,  в глазах начало темнеть, и прежде чем потерять от страха сознание , промелькнула мысль: «Ну, все, кумушка, тебе конец».

Тихо звучащая песня  где-то неподалеку, показалась  знакомой, а значит, я не умерла и не стала умственной калекой от перенапряжения,  да и тело не болит, может меня  не покусали или я — под  болеутоляющими?..
 Где-то в ногах послышался тяжкий вздох. Тут я медленно разлепляю один глаз. И искова смотрю в сторону, увидела окно и темно синие шторы. Мои губы тронула легкая улыбка,  все-таки жива и в относительной безопасности.
Я присаживаюсь на кровати,  полностью открывая глаза. Ого я сижу на большой кровати, ну очень большой. Целый ипподром, а не кровать,  с темно-синим балдахином, окно и дверь также были драпированы темно-синим бархатом и выходили на балкон.  Послышался скрип,  я глянула  в ту сторону и увидела два кресла с высокими спинками  напротив камина,  кресла стояли спинками к кровати,  и не было видно, кто там сидел. Там явно сидел мужчина, судя по руке, лежащей на подлокотнике.
Меня одолело любопытство — кто там. Любопытство — враг всех  женщин.
Я подползла к краю кровати, вылазия из под объятий одеяла. Выпутавшись,  встала, слегка покачнувшись,  сделала  шаг,  найдя точку равновесия.  И не успела я и двух шагов сделать по неосвещенной комнате, как меня сбили с ног. Я лежала на полу, а сверху  оказался разъяренный волк.

Он стоял надо мной, оскалившись и рыча. Я уже почти успела испугаться.
— Нет, место!
С кресла встал высокий парень, а волк, он, кстати, был нормального размера, не как те, что я видела в лесу, подбежал к парню и лизнул его руку, лёг около камина, а  я так и продолжала лежать, не шевелясь после шока.
Парень подошел ближе, протягивая мне руку, дабы я могла встать. Наконец,  я смогла  рассмотреть незнакомца. Высокий, симпатичный,  широкоплечий, на нем был свитер свободного покроя, из-за чего, не было видно мускулист он или нет; высокие скулы, прямой нос, зеленые глаза и… о Боже, я ни у кого не видела таких волос, длинные, собранные в хвост и перекинуты вперед, они почти доставали ему до талии, их цвет… цвет луны.
— Простите, Лола напугала Вас? Она очень добрая к людям, но Вы, наверное, что-то сделали не так, и ей это показалось странным.  Ух... его голос мягкий и словно теплый шелк обволакивал и успокаивал меня.
-Я… сделала… я только встала с кровати…  а она... она ведь волк?
— Да, Лола — волк,  я вырастил ее. Кстати меня зовут  Пьер,  а вы?
— Татьяна!
— Как Вы себя чувствуете?
—Эээ…  спасибо, неплохо… вроде...  А где я нахожусь и как сюда попала?
— Я все Вам расскажу, но для начала скажите, что Вы помните последнее?
— Дорогу,  лес,  дождь, силуэт парня на моем пути…  звук осыпающегося гравия,  ощущение адреналина в крови, помню, пока оборачивалась,  разглядела лес  и дальше я напряглась, пытаясь вспомнить, что именно я увидела за своей спиной, но мне это так и не удалось. Полно огромных волков в лесу и зеленые  глаза полные ярости и злобы за спиной, а потом тьма, и вот я очнулась здесь, вот только где?
— Вы находитесь в Вамвульфте, Ваша машина в ремонте. Вас нашли на заброшенном шоссе…
— Заброшенном?
— Да, есть более короткая дорога до нашего города. Если  лесничий не обходил бы территорию на наличие браконьеров,  то Вас, скорей всего бы, не нашли… а что касается волков, то это Вам привиделось после удара головой,  в наших краях нет хищников.
— Удара головой?
— Да… Вас нашли на обочине,  в канаве среди камней,  около машины. Наверно   выйдя из машины, Вы поскользнулись и упали, а при падении, ударились головой.
— Не может быть, там, где я остановила машину,  не было ни какой канавы.
— Была,  просто она заросла,  ее почти не видно. А Вам нужно еще отдохнуть, я пока схожу за доктором, чтоб он Вас осмотрел.
— Но…
— Ни каких,  но, мисс, Вы пробыли в бессознательном состоянии несколько дней.
— Несколько дней?
— Да, а теперь отдыхайте,  в моем доме Вас никто не побеспокоит.
Что-то теплое коснулось  сознания,  и я провалилась в сон, последнее ощущение которое  я ощутила, так это прикосновение теплых, сильных рук, подхватившие меня,  чтобы я не упала.
   Сквозь сон — ощущение прикосновения теплых губ ко лбу, потом опять сон, без  сновидений.
Очнулась я внезапно и резко села на кровати, от чего закружилась голова.
— Тише… у вас небольшое сотрясение, а так Вы в полном порядке, и через пару дней будете совсем как огурчик.
Когда голова перестала кружиться,  и глаза привыкли к свету, я увидела рядом с кроватью девушку, не старше себя, на ней был белый халат.
— Простите, а Вы?..
— Я доктор Слоун, Мери Слоун.

Оглядывая  дом,  я только и делала,  что удивлялась. Везде, куда бы ни упал  мой взгляд, были произведения искусств. Когда я пыталась хоть до чего-нибудь  дотронуться, за спиной раздавался недовольный рык  Лолы, и я опускала руку, так и не дотронувшись до предметов. Да этот волк великолепно выполняет поручение хозяина — не отступать от меня ни на шаг. В моем пустом желудке заурчало…   
Так, а где тут кухня? Глядя на нее, размышляла я вслух. И кто бы мне сказал ранее, насколько звери понимают людей. Волчица прошла мимо меня и остановилась около лестницы на первый этаж, слегка  рыкнув, она пошла вниз. Подойдя к лестнице,  я увидела, что на первом этаже меня  ожидает  Лола, и мне ничего не осталось, как последовать за ней. На первом этаже хищник повел меня к задней части дома, там была дверь с вырезанным  проходом для волка.  Им и воспользовалась волчица.

Он стоял надо мной, оскалившись и рыча. Я уже почти успела испугаться.
— Нет, место!
С кресла встал высокий парень, а волк, он, кстати, был нормального размера, не как те, что я видела в лесу, подбежал к парню и лизнул его руку, лег  около камина, а  я так и продолжала лежать, не шевелясь после шока. Парень подошел ближе, протягивая мне руку, дабы я могла встать. Наконец,  я смогла  рассмотреть незнакомца. Высокий, симпатичный,  широкоплечий, на нем был свитер свободного покроя, из-за чего, не было видно мускулист он или нет; высокие скулы, прямой нос, зеленые глаза и… о Боже, я ни у кого не видела таких волос, длинные, собранные в хвост и перекинуты вперед, они почти доставали ему до талии, их цвет… цвет луны.
— Простите, Лола напугала Вас? Она очень добрая к людям, но Вы, наверное, что-то сделали не так, и ей это показалось странным.  Ух... его голос мягкий и словно теплый шелк обволакивал и успокаивал меня.
-Я… сделала… я только встала с кровати…  а она... она ведь волк?
— Да, Лола — волк,  я вырастил ее. Кстати меня зовут  Пьер,  а вы?
— Татьяна!
— Как Вы себя чувствуете?
—Эээ…  спасибо, неплохо… вроде...  А где я нахожусь и как сюда попала?
—Я все Вам расскажу, но для начала скажите, что Вы помните последнее?
— Дорогу,  лес,  дождь, силуэт парня на моем пути…  звук осыпающегося гравия,  ощущение адреналина в крови, помню, пока оборачивалась,  разглядела лес  и… Татьяна напряглась, пытаясь вспомнить, что именно она увидела за своей спиной, но ей это так и не удалось. Полно огромных волков в лесу и зеленые  глаза полные ярости и злобы за спиной, а потом тьма, и вот я очнулась здесь, вот только где?
— Вы находитесь в Вамвульфте, Ваша машина в ремонте. Вас нашли на заброшенном шоссе…
— Заброшенном?
— Да, есть более короткая дорога до нашего города. Если  лесничий не обходил бы территорию на наличие браконьеров,  то Вас, скорей всего бы, не нашли… а что касается волков, то это Вам привиделось после удара головой,  в наших краях нет хищников.
— Удара головой?
— Да… Вас нашли на обочине,  в канаве среди камней,  около машины. Наверно   выйдя из машины, Вы поскользнулись и упали, а при падении, ударились головой.
— Не может быть, там, где я остановила машину,  не было ни какой канавы.
— Была,  просто она заросла,  ее почти не видно. А Вам нужно еще отдохнуть, я пока схожу за доктором, чтоб он Вас осмотрел.
— Но…
— Ни каких,  но, мисс, Вы пробыли в бессознательном состоянии несколько дней.
— Несколько дней?
— Да, а теперь отдыхайте,  в моем доме Вас никто не побеспокоит.
Что-то теплое коснулось  сознания,  и я провалилась в сон, последнее ощущение которое  я ощутила, так это прикосновение теплых, сильных рук, подхватившие меня,  чтобы я не упала.
   Сквозь сон — ощущение прикосновения теплых губ ко лбу, потом опять сон, без  сновидений.
Очнулась я внезапно и резко села на кровати, от чего закружилась голова.
— Тише… у вас небольшое сотрясение, а так Вы в полном порядке, и через пару дней будете совсем как огурчик.
Когда голова перестала кружиться,  и глаза привыкли к свету, я увидела рядом с кроватью девушку, не старше себя, на ней был белый халат.
— Простите, а Вы?..
— Я доктор Слоун, Мери Слоун.

Оглядывая  дом,  я только и делала,  что удивлялась. Везде, куда бы ни упал  мой взгляд, были произведения искусств. Когда я пыталась хоть до чего-нибудь  дотронуться, за спиной раздавался недовольный рык  Лолы, и я опускала руку, так и не дотронувшись до предметов. Да этот волк великолепно выполняет поручение хозяина — не отступать от меня ни на шаг. В моем пустом желудке заурчало…   
Так, а где тут кухня? Глядя на нее, размышляла я вслух. И кто бы мне сказал ранее, насколько звери понимают людей. Волчица прошла мимо меня и остановилась около лестницы на первый этаж, слегка  рыкнув, она пошла вниз. Подойдя к лестнице,  я увидела, что на первом этаже меня  ожидает  Лола, и мне ничего не осталось, как последовать за ней. На первом этаже хищник повел меня к задней части дома, там была дверь с вырезанным  проходом для волка.  Им и воспользовалась волчица.

Он стоял надо мной, оскалившись и рыча. Я уже почти успела испугаться.
— Нет, место!
С кресла встал высокий парень, а волк, он, кстати, был нормального размера, не как те, что я видела в лесу, подбежал к парню и лизнул его руку, лег  около камина, а  я так и продолжала лежать, не шевелясь после шока. Парень подошел ближе, протягивая мне руку, дабы я могла встать. Наконец,  я смогла  рассмотреть незнакомца. Высокий, симпатичный,  широкоплечий, на нем был свитер свободного покроя, из-за чего, не было видно мускулист он или нет; высокие скулы, прямой нос, зеленые глаза и… о Боже, я ни у кого не видела таких волос, длинные, собранные в хвост и перекинуты вперед, они почти доставали ему до талии, их цвет… цвет луны.
— Простите, Лола напугала Вас? Она очень добрая к людям, но Вы, наверное, что-то сделали не так, и ей это показалось странным.  Ух... его голос мягкий и словно теплый шелк обволакивал и успокаивал меня.
-Я… сделала… я только встала с кровати…  а она... она ведь волк?
— Да, Лола — волк,  я вырастил ее. Кстати меня зовут  Пьер,  а вы?
— Татьяна!
— Как Вы себя чувствуете?
—Эээ…  спасибо, неплохо… вроде...  А где я нахожусь и как сюда попала?
—Я все Вам расскажу, но для начала скажите, что Вы помните последнее?
— Дорогу,  лес,  дождь, силуэт парня на моем пути…  звук осыпающегося гравия,  ощущение адреналина в крови, помню, пока оборачивалась,  разглядела лес  и… Татьяна напряглась, пытаясь вспомнить, что именно она увидела за своей спиной, но ей это так и не удалось. Полно огромных волков в лесу и зеленые  глаза полные ярости и злобы за спиной, а потом тьма, и вот я очнулась здесь, вот только где?
— Вы находитесь в Вамвульфте, Ваша машина в ремонте. Вас нашли на заброшенном шоссе…
— Заброшенном?
— Да, есть более короткая дорога до нашего города. Если  лесничий не обходил бы территорию на наличие браконьеров,  то Вас, скорей всего бы, не нашли… а что касается волков, то это Вам привиделось после удара головой,  в наших краях нет хищников.
— Удара головой?
— Да… Вас нашли на обочине,  в канаве среди камней,  около машины. Наверно   выйдя из машины, Вы поскользнулись и упали, а при падении, ударились головой.
— Не может быть, там, где я остановила машину,  не было ни какой канавы.
— Была,  просто она заросла,  ее почти не видно. А Вам нужно еще отдохнуть, я пока схожу за доктором, чтоб он Вас осмотрел.
— Но…
— Ни каких,  но, мисс, Вы пробыли в бессознательном состоянии несколько дней.
— Несколько дней?
— Да, а теперь отдыхайте,  в моем доме Вас никто не побеспокоит.
Что-то теплое коснулось  сознания,  и я провалилась в сон, последнее ощущение которое  я ощутила, так это прикосновение теплых, сильных рук, подхватившие меня,  чтобы я не упала.
   Сквозь сон — ощущение прикосновения теплых губ ко лбу, потом опять сон, без  сновидений.
Очнулась я внезапно и резко села на кровати, от чего закружилась голова.
— Тише… у вас небольшое сотрясение, а так Вы в полном порядке, и через пару дней будете совсем как огурчик.
Когда голова перестала кружиться,  и глаза привыкли к свету, я увидела рядом с кроватью девушку, не старше себя, на ней был белый халат.
— Простите, а Вы?..
— Я доктор Слоун, Мери Слоун.

Оглядывая  дом,  я только и делала,  что удивлялась. Везде, куда бы ни упал  мой взгляд, были произведения искусств. Когда я пыталась хоть до чего-нибудь  дотронуться, за спиной раздавался недовольный рык  Лолы, и я опускала руку, так и не дотронувшись до предметов. Да этот волк великолепно выполняет поручение хозяина — не отступать от меня ни на шаг. В моем пустом желудке заурчало…   
Так, а где тут кухня? Глядя на нее, размышляла я вслух. И кто бы мне сказал ранее, насколько звери понимают людей. Волчица прошла мимо меня и остановилась около лестницы на первый этаж, слегка  рыкнув, она пошла вниз. Подойдя к лестнице,  я увидела, что на первом этаже меня  ожидает  Лола, и мне ничего не осталось, как последовать за ней. На первом этаже хищник повел меня к задней части дома, там была дверь с вырезанным  проходом для волка.  Им и воспользовалась волчица.
Я открыла дверь и ахнула, Лола привела меня прямо на кухню, это умное существо сидело около холодильника, уткнувшись в него носом. Да ничего себе… но чего я больше всего от себя не ожидала, так это то,  что я буду разговаривать с волком.
— Ты очень умная, Лола. Волчица, немного поскуливая,  ткнула носом в холодильник. Ты наверно голодна?! Давай глянем, что там есть поесть, если конечно не будешь на меня опять рычать,  то мы с тобой перекусим. Поставив миску с едой  для Лолы около стола, я сделала себе бутерброд,  и мы с ней приступили к  еде. Так нас и застал Пьер за поглощением еды.  Взглянул на меня, потом на Лолу  которая ела у моих ног так, как будто делала это постоянно.
— Да девушки, вижу,  вы подружились. И раз вы уже приступили к еде, позвольте и мне присоединится к вам. Мы с волчицей одновременно посмотрели на него,  а затем друг на друга.
— Конечно, извините, за то, что хозяйничаю на кухне, но я просто умирала от голода. Да и Ваша волчица так красноречиво показала свой голод, что мы решили немного подкрепиться.
— Вы правильно сделали, что похозяйничали без  меня… Пьер подошел к плите и налил себе кофе из кофейника, позволяя мне, разглядеть его со спины…  ммм…  зрелище захватывающее, скажу я вам. У него были длинные,  стройные ноги, тонкая талия,  широкие плечи. В общем,  перевернутый треугольник. А его волосы были в этот раз заплетены в косу,  которая доставала почти до ягодиц. Когда он развернулся, я резко посмотрела в тарелку, осознавая, что слишком долго его разглядывала. Сами собой мои щеки начали краснеть. А вдруг он заметил или все же нет?
Лола, доела свой стейк, облизнулась и положила свою морду мне на колени, от чего я вздрогнула, понимая, отныне наши с ней отношения из-менились. Но  Пьер  объяснил поведение своего питомца.
— Так она обычно выражает свою благодарность…
Я погладила  Лолу  по голове, та встряхнула мордой  и легла калачиком у моих ног. Тем временем,  после небольшой паузы, парень продолжил свою фразу:
— Но она не выражала своей благодарности никому из племени кроме меня, а это, заметьте, очень странно, обычно, она…  огрызается на всех,  кто ее пытался покормить. Но все равно спасибо, что Вы ее покормили,  я завозился с делами племени и забыл об этом. Так, стоп, что он сказал?
— Племени?
— Ну да, Вы не отсюда, я и забыл. Этот город, Вамвульфт,  это город трех индейских племен, я — Пьер Линдсей — сын Медвежьего Когтя и Агаты Линдсей, пятый вождь племени  Ликвульфов и глава совета племен. В городе  проживают еще два племени,  кроме моего,  племена  Кошволти и Лисфолты.
— Ничего себе... Вы, вождь? Никогда бы не подумала…
— Да, я вождь, а что, с этим есть какие-то проблемы?
— Нет! Конечно, нет! Просто я думала вожди — это, обычно, люди в преклонном возрасте. Да и Вы, не больно-то на индейца похожи. И индейцы живут не в домах,  а в вигвамах.
— Хм… справедливая оценка, но она  устарела уже довольно давно. Да, я молод.   
Пьер сел за стол прямо напротив,  он продолжал свой рассказ,  заглядывая мне в глаза, и мне тогда показалось, его  глаза были какие-то знакомые.
— Это не мешает мне быть справедливым вождем. Ну, а моя европейская внешность, то тут нет ничего загадочного, моя мать европейка, и внешне — я весь в нее. Давайте перейдем на  Ты, а то начинаю чувствовать себя либо младше Вас, либо намного старше. А насчет жилища — мы ведь живем в XXI веке.
— Ой,  извини… хорошо, давай… на Ты.
— Отлично, теперь расскажи,  зачем тебя занесло на заброшенное 47 шоссе?
— Я вроде рассказывала или нет?
— Нет, мы только выяснили, что ты помнишь последнее, а зачем тебя сюда занесло — нет.
Таня рассказала как в придорожной забегаловке соседнего города, ей отказали в приюте на ночь, потом парень, узнав, что она ищет красивые достопримечательности для вдохновения,  рассказал ей о городке среди леса.

— Я сначала ему не поверила,  ведь на моей карте не было этого городка. Тогда он мне свою  отдал и сказал, мол — моя устарела, хотя я ее всего месяц назад купила.
— Эээ…. Это да, наш город только недавно появился на картах.
— Теперь понятно. А как так получилось, что три племени объединились. Ведь на-сколько я знаю, племена редко объединяются. Татьяна налила себе кофе,  обернулась к нему, приподняла одну бровь в вопросе.
— Или я опять ошибаюсь?
— Нет, ты не ошибаешься! Наши племена  вообще не объединялись, а враждовали меж собой.
—Тогда как?..
— Дело в том, что наши племена  не совсем обычные…
бросив на него непонимающий, вопрошающий взгляд,  я допила кофе.
- Пойдем, я покажу тебе город  и все расскажу! Раз ты приехала сюда за вдохновением…  кстати,  для какого вида деятельности ты ищешь вдохновение?
— Я художник и ищу новых  впечатлений, так как я проработала три года без передышки, мои внутренние запасы вдохновения иссякли.
Вымыв кружки,  Пьер повел меня осмотреть город. Лола неотступно следовала за  мной, словно кто-то приказал ей идти рядом. И это не осталось без внимания Пьера. Он удивленно смотрел на то, как его верный страж переметнулся на мою сторону  В этот самый момент я  и посмотрела в лицо парня.
— И  что означает Ваше выражения лица?
— Мы же договорились на Ты! Просто раньше Лола так себя не вела, с опаской относилась ко всем кроме меня, а тут.
Она даже еду ни от кого не принимала кроме меня, что и удивило меня. Я в свою очередь  подумала,  что  тоже с животными с легкостью ни когда не сближалась, так  как с этой волчицей.
— Наверно это из-за того, что мы обе женского пола и понимаем друг друга.
— Нет,  это все равно странно

Выйдя на улицу, мой рот распахнулся  сам собой, и глаза от удивления сами со-бой открылись. Дом, в котором я находилась, оказался двух этажным коттеджем, находящемся в чаще леса. Дом выглядел не как ворвавшееся в пейзаж здание, а как выросший из ландшафта  домик,  и составлял одно целое существо с лесом.
— Как красиво! Только не говори, что все дома в Вашем городе выглядят так?
— Нет,  тут я тебя разочарую, весь остальной городок выглядит, как и большинство деревень в этой части континента. Да и это не просто дом, а дом Совета, а на втором этаже я живу, чтоб место не пропадало. Да и мне здесь комфортней, чем в городе.
— Ладно, но ты должен позволить мне нарисовать его, я еще нигде не видела та-кой красоты. Пьер улыбнулся очеровательной улыбкой, а не только уголками губ.
— Черт,  меня тогда поразила его улыбка, от нее, у выше названой особы, побежали мурашки по коже, и сердце учащенно забилось. А на щеках ямочки. Редко встретишь мужчину с ямочками на щеках.
— Вот  теперь я  точно убедился ты истинный художник!
— Я   больше обнаглею если попрошу…
Он с подозрением посмотрел на меня.
- Позволения  нарисовать и тебя на фоне дома?
— Что?
— Ну просто я подумала, что одинокий дом в лесу на картине без хозяина будет смотреться не так эффектно, нежели как тот, что вы производите вместе.
  Такого Пьер явно не ожидал.
 Дружище, от того как её щеки краснеют, от ее собственной просьбы, одно это, и ты готов ради нее на все.
— Ладно, потом посмотрим, а сейчас пойдем,  я покажу тебе город.
К городу мы шли через тропку, на которой и ребенку было бы тесно, но зато по обе стороны от нее был великолепный лес.
Когда впереди показался просвет, юный вождь приостановился слегка в стороне, чтобы лучше увидеть на моем лице восхищение открывшемся видом. Выйдя из леса, я на секунду закрыла глаза от яркого света, который теперь не застревал в листве. Открыв их, прямо передо  мной, в низине, показались милые домики, крыши которых были выкрашены в белый, синий и зеленый цвет.  Расположены все они были вокруг одного здания, церкви, судя по куполам. Вокруг города было что-то вроде… полей, а за полями… лес, словно забор, стоял со всех сторон, и всего в двух местах в этом лесу были видны просветы — там,  где дорога, новая дорога и заброшенное шоссе. Мы  начали спускаться с горки,  на которой находился дом Пьера.
Хм… если бы домики стояли более плотно, то они все бы и на пяти километрах не поместились… хм, маленький городок да… уж,  городок оказался намного больше, чем я предполагала. Дома были в основном двух- и трехэтажными. Как пояснил Пьер, за каждым из домов находилось по несколько акров земли. Все живут в основном ведением сельского хозяйства.
  В центре города была церковь, а вокруг — воздвигнут город. Все время, которое юный вождь показывал мне город, я то и дело удивлялась, почти во всех дворах были скульптуры, произведения искусства, животных и людей. Больше всего мне понравилась скульптура, находящаяся около церкви.  Она изображала троих людей. Один стоял посе-редине, сложив руки на груди, а двое других стояли по обе стороны от него;  по их  позам было видно, что они спорят. Как объяснил Пьер, этот памятник,  часть истории его народа, рассказывающий о первом вожде, который запретил поединки между соперниками. Он заставил их решать проблемы без кровопролитий, и с тех пор все решается словами,  а не сражением. С тех пор в нашем племени не пролилось ни капли крови  в поединках между собой. Белый народ назвал это судом, мы — примирением душ. Но в последнее время молодежь, ступившая в XXI век,  переняла обычаи белых.
 
    Какое-то время спустя, когда экскурсия  по городу подошла к концу, я заметила, что тут почти нет стариков,  да и те, кого я видела не моложе десяти и старше сорока… Странный город,  да и магазин всего один… странно…
— Пьер?  Наверно, это не мое дело, но я  не вижу в вашем городе стариков и детей младше десяти?
—А, это?.. как ты уже знаешь, наш город образован всего лет десять назад.
— Ну  да, и все же? Не может быть, чтобы даже в новом городе не было старцев?
— Дело в том, что раньше не было единых племен... Ну, я была права, и это стран-ные племена,  объединившиеся  в одном городе не просто так.
— В общем, вся молодежь в  племенах…  детей отправляли в школы учиться читать и писать, когда это осваивалось, их забирали. Так молодежь, которая доучилась до конца школы и составляет наш город — молодые люди,  вступившие в XXI век. Белые люди пытались переубедить старцев,  но из этого ничего не вышло. Старики так и остались в традициях индейцев, не желая новшеств… Мы пытались внедрить хоть  что-то, но и из этого ничего не  вышло. Тогда молодежь нашего племени собралась на Совет,  было решено, что мы уйдем из племени и создадим свое на традициях и на технологиях XXI века. Таким образом, большинство молодых людей и молодых семейных пар ушли из племени. Меня тогда выбрали вождем. Некоторые из моих друзей остались, они не смогли просто уйти от традиций. Мы ушли, около двух лет мы жили в большом городе, среди белых людей, но воспитанные все-таки на своих традициях, мы не смогли долго жить там. Уйдя из большого города, мы нашли заброшенную церковь в горах. Тогда мы и поняли, что нашли то место, которое и будет нашим новым домом. Сначала мы жили в палатках, а когда к нам присоединилась молодежь из другого племени, то на всеобщем собрании было решено начать строительство домов, в которых смогут поселиться по несколько семей. Да и в домах намного легче жить нежили в палатках и шатрах. Вот и началось  великое строительство, дома строились обоими племенами. Чтоб ни кому не было обидно… вот, вы ему помогли построить,  а мне нет и т.д. и т.п. В самом начале наш город больше походил на деревеньку,  всего пятнадцать домов, а в них куча народа…  Но строительство не закончилось, мы продолжали строить.
Притом все дома строились в таком темпе, что уже через год строительства, было построено много домов, пригодных для жилья. Нас тогда стало очень много, и один я  уже не справлялся следить за двумя племенами. Тогда мы и выбрали второго вождя — Тилтака. В течение  пяти лет мы с ним вдвоем управляли городком, который к тому времени уже больше походил на город, нежели на временное поселение. В лесу мы с ним нашли это поместье. Отреставрировали его, и он стал нашим с ним домом, в котором мы проводили совещания, да и жить в нем очень приятно.

Хм… мне тогда казалось, что это целый дворец — мне тогда только шестьнадцать исполнилось, у меня все мечты были связаны с этим коттеджем…
Как я не пыталась, так и не смогла представить,  как это в 16 лет быть вождем, и как тебе помогают отремонтировать дом, который станет скоро твоим.
— А Тилтаку  тогда исполнилось  девятнадцать … я был младше его на три года, когда стал во-ждем и все  из-за моих корней, сначала я пугался своей должности, и мне пришлось очень быстро повзрослеть, тогда  даже те, кто был старше меня прислушивались к моим советам.
Ничего себе в шестнадцать лет вождем стать. Нет, мой мозг ну ни как не может принять вождя-ребенка.
— Ты был ребенком, когда тебя выбрали вождем!?
— Да…  слушать дальше будешь? Пьер с интересом посмотрел на меня.
 Для него  это может и нормально, шестнадцать  лет и уже такая ответственность, а вот мне так это нонсенс  какой-то.
— Да конечно, мне очень интересна  твоя истории. Посмотрев очень внимательно на Пьера, хм, сколько  же тебе лет? Ему на вид  всего двадцать - двадцать пять, а он уже в ответе за целый город.  Да и в его глазах такая мудрость, которую не в каждом старике увидишь. Если его глаза всегда излучали такую мудрость, а от него еще веет и энергией силы и доброжела-тельности, то понятно, почему его выбрали вождем.
— И так, наше поселение превратилось в небольшой городок, еще через  пять лет, в день, когда мы отмечали день основания Вамвульфта,  появилось племя Листата.  Было их около пятидесяти,  ты не поверишь, все они были тоже  молодежью до двадцати  лет…  Пьер ухмыльнулся, видимо в тот день произошло нечто интересное,  связанное с появлением того племени. Они были вдохновлены нашими подвигами и решили присоединиться к нам, в их племени с ними ни кто не считался и не давал жить по-новому. Они все были  приняты,  и был выбран третий вождь для них,  сначала мы расселили их к нам в домики, за тем началось строительства для них. Джон,  парень который был выбран вождем,  ходил в национальном костюме,  на протяжении всего строительства, а в день, когда они пришли, он был в боевой раскраске,  мы тогда долго смеялись, так как ни  кто из нас уже давно не ходил в национальных костюмах. В конце концов, было решено отреставрировать церковь, вокруг  которой и был воздвигнут весь город. Поэтому в нашем городе нет стариков, так как его основали дети. Я знаю ваш следующий вопрос, а где же дети? Татьяна покачала головой в знак согласия.
— Мы запретили пока производить всем  потомство, так как у нас не было врача,  который был бы способен помочь роженицам, но это уже решенный вопрос и к концу этой или следующей недели у нас появятся несколько новых жителей. Ты бы видела лица Тилтака и Джона когда им сообщили, что их жены будут  первые,  кто родит в новой больнице.  У  них очень умные жены, к тому же из моего племени,  близняшки: Майки и Флора,  они не говорили,  что беременны, пока животы не стало видно. Пьер рассмеялся в голос, смотря,  как по моему лицу расползлась  понимающая улыбка.
— Моя сестра тоже до последнего не говорила, что беременна так, что я знаю, ка-ково было им. Шок, потрясение,  радость и все эмоции через край.

Весь вечер пока Пьер показывал мне город, рассказывал мне легенды своего племени и какие происшествия произошли в его городе, именно  в его городе. Он рассказал, как пару лет назад его родные бабушка с дедушкой по материнской линии оставили ему наследство, и он выкупил землю под городом, дабы их не могли согнать с их земли. Так же он рассказал, откуда взялись все те статуи,  которые я видела. Они все были связаны либо с прошлыми,  либо с настоящими историями племен. Статуи,  которые связаны с их прошлым были выкуплены у их племен,   дабы молодежь не забывала свои корни,  старики согласились их отдать ради молодежи. Те, которые были связаны с нынешним временем,  были сделаны ребятами из всех трех племен. Так разговаривая об истории статуй, мы вышли к кладбищу города. Молодой вождь,  глядя на меня, явно увидал удивление на моем лице, на кладбище была одна единственная могила. Надгробием служила, вы не поверите, тоже статуя,  но статуя непростая, а статуя старика с тростью, на вид ему лет сто, если не больше.

Подойдя ближе,  я не увидела надписей, и Пьер разъяснил мне,  что к чему.
— Когда мы начали реставрацию церкви, то нашли в подвале этого старика,  в подвале он уже наполовину разложился, при нем мы нашли свидетельство о рождении,  но оно до такой степени выцвело, что мы не смогли его прочесть,  нам удалось только разобрать год рождения 1920.
—То есть ему было более ста лет?
— Получается так, мы вызвали следователя, и он привел с собой медика, который констатировал,  что человек умер от сердечного приступа полгода назад. Наверное, он спустился  туда, прячась от непогоды, я помню, тогда еще была сильная гроза,  и  стена в церкви обвалилась, замуровав его там внизу.
— Бедняга, наверное, ему было очень страшно  умирать в одиночку. Почему сле-дователь не забрал его в городской  в морг?
— Ну, они побрезговали разложившейся плотью. Губы Пьера дернулись в подобии улыбки, на щеках пробились ямочки. Его нос был слегка изогнут в нескольких местах, видимо, он ломал его раз или два, но это ничуть не портило его,  а наоборот делало  мужественней. Ресницы, густые и черные, почти лежали на щеках, когда он закрывал глаза.  Он и в самом деле  был самым красивым мужчиной,  из всех кого мне доводилось видеть. Легкая линия ямочек  углубилась, и я  попыталась сосредоточиться,  на том,  что он там говорил. Когда я перестала разглядывать его ямочки, он  перестал улыбаться.
— Видела бы ты  их лица,  когда мы вынесли тело, и от него пахло, как от помойки. Им просто не захотелось марать машину. Мы тогда с ребятами предложили похоронить его  на месте, где будет кладбище. Марк сделал надгробие,  вот так этот парень стал членом нашего племени и похоронен по нашим законам. У нас тут,  если позволят боги еще не скоро появятся свежие могилы, и это радует.

  Пьер повел меня по тропинке за кладбище и направился в лес. Сначала я даже испугалась — зачем? Уже проктически ночь и в лес?. Где-то  вдалеке слышался волчий вой. Пьер меня успокоил — сказал, что это дикие собаки, но они далеко от нас и в город не приходят, они боятся людей. Потом всю дорогу мы молчали,  я смогла разглядеть все красоты этого  леса, в просвете меж деревьев показался дом, из которого нам на встречу выбежала Лола,  и я вздохнула с облегчением.  Мы подошли к дому  с тыльной стороны,  вся задняя часть дома до второго этажа,  была облицована диким камнем,  входной дверью на второй этаж был стеклянный балкон и…  Ого весь второй этаж был из стекла от пола до потолка… наверное оттуда великолепный обзор… к балкону по дому вился виноград, изгибаясь он дотянулся до крыши дома и разрастаясь  вверх поднимался на крышу. Глядя на это волшебство природы, мне на ум пришла повесть о Ромео и Джульетте. Я представила Пьера в роли Ромео, карабкающегося по винограднику к своей Джульетте. Мы подошли к двери, но открыть ее так и не смогли.
— Что за черт, я не запираю заднюю дверь!
— Как так не закрываешь, а если воры?
— Никто не рискнет  залезть в дом к вождю.
— Может она захлопнулась? Или, может быть, какой-нибудь другой вождь закрыл ее?
— Захлопнуться она не могла. Вожди тоже не могли ее закрыть. Я уже год живу один в этом коттедже.  Другие  построили себе дома, и у них вот-вот появятся новые чле-ны семьи. Ладно, пойдем с главного входа.
Обойдя дом,  мы вышли на площадку перед главным входом  и увидели одинокую лошадь, привязанную к перилам крыльца,и мотоцыкл байк стоящий не подалеку. Пьер хмыкнул и продолжил свой путь к двум ступеням, отделяющим веранду от улицы.
Я как  загипнотизированная подошла к великолепному мустангу черной масти. На переднем предплечье  у него был нарисован волк белой краской. Нерешительно протягивая руку, дабы погладить существо, я не заметила, как Пьер подошёл сзади, заговорил.
— Это черный месяц, осторожно он не любит когда до него дотрагиваются  чужие. Но меня уже не остановить, я поглаживала шелковистую гриву животного,  которое  спокойно принимало ласку от незнакомца.

Пьер и Лола с удивлением смотрели то на коня, то на меня к которой так и льнут животные, которые раньше относились агрессивно ко всем кроме своих хозяев.
Вождь зашел в дом, я, конечно же, следовала за ним, желая узнать: кто же прискакал на коне, стоящем  во дворе.  Пройдя в зал, замерла, около камина в позе лотоса медитировали двое юношей младше двадцати.
Пьер подошёл к шкафу,  взял какой-то увесистый томик… интересно,  зачем…   примерил его на вес  в руке,как бы   раздумывая запустить им в парней или с грохотом обрушить на пол. Прислушавшись, поняла,  что они не медитируют,  а спят, притом похрапывая периодически. На них были национальные костюмы великолепной работы, засмотревшись  на это искусство умелых рук, жалея, что у меня нет с собой ни фотоаппарата, ни карандаша с листком бумаги.
Тут по залу разнеся оглушительный грохот,  я  подпрыгнула от неожиданности. Спящие парни,  тут же повскакивали на ноги и схватились за  свои ножи,  висящие на поясе, озираясь по сторонам и ожидая нападения. Я даже не успела испугаться, что они нас прирежут, когда  послышался смех.
Когда до проснувшихся дошло,  что нападения не будет,  они посмотрели с укором на Пьера, но тут и я не выдержала и расхохоталась, разглядев их лица,  они  были разрисованы словно у клоунов. Интересно,  какой шутник так над ними подшутил,  ну явно не Пьер, ведь он весь день был со мной.
— Пьер Линцей! ты опять за старое… только не говори, что забыл о собрании, в один голос произнесли они, и мы с Пьером еще больше расхохотались. Пытаясь придать лицу серьёзность, они и не подозревали, как смешно выглядят с таким-то макияжем. Через силу, пытаясь перебороть смех,  Пьер пытался объяснить им что к чему.
— Простите ребята… Вы… бы видели себя…  посмотрите… в зеркало. Уже совсем избавившись от смеха. Наверно когда вы  вырубились, сюда приходила  Джорджия с девочками  и решила чуток вас приукрасить. Вы идите  умойтесь, а потом и проведем собрание, я и на самом деле забыл о нем.
Парни посмотрели друг на друга и тут их лица перекосились от смеха ,гогоча они ушли в ванную комнату отмывать косметику.Когда парни вернулись  отмывшись от косметики, в зал вбежала Лола и устроилась у моих ног, что не осталось без внимания юных вождей. Они вопросительно посмотрели на Пьера,  а потом с удивлением опять на меня.
— Здравствуйте, я Джон, а это Тилтак, Вы, наверное, волшебница, обычно, когда мы встречаемся с Лолой, она кидается на нас, а с Вами она словно преданный щенок у Ваших ног.
— Я не прочь занять ее место, мне очень приятно познакомиться с такой очаровательной женщиной как Вы. Тилтак поклонился и поцеловал мне руку,  от чего по моим щекам заиграл румянец.
— Здравствуйте,  мне тоже очень приятно познакомиться, а  Лола ко мне так относится потому, что я просто ее покормила.
— Простите меня парни, но вы так классно медитировали, что я не удержался вас побеспокоить,  но когда вы вскочили с воинской  раскраской… мы с Пьером опять хихикнули… это был и для меня шок. Я улыбнулась,  ведь оба вождя оказались подростками,  лет по 18—19 и очень симпатичными, они и сами посмеялись над собой, когда заглянули в зеркало,  весившее над камином.
Наверно перед камином классно заниматься любовью… так Татьяна, что-то тебя стали чаще посещать такие мысли… надо бежать из этого города, тут одни красавчики…
— Так мы будем сегодня держать совет или нет Пьер, Тилтак? И на собрании не должно быть посторонних!
— Ладно, молодые люди, я поняла и  ушла спать, спокойной ночи. Пьер и Тилтак  со странной грустью в глазах посмотрели на меня, а Джон с как-то враждебностью.
— Спокойной ночи, Лунная роза. Тилтак опять поклонился и поцеловал мне руку. Ну, этот хоть на комплименты не скупится.
— Спокойной  ночи!  Если,  захотите, завтра  Вас могу  отвести к Вашей машине, чтобы Вы взяли все  нужные Вам вещи.
— Ох.  Спасибо, это было бы замечательно. И ушла на второй этаж в комнату, которую мне  выделил Пьер. Лола последовала было за мной,  но Пьер закрыл дверь, прямо перед ее носом. Она зарычала на него,  чего он никак не ожидал.

— Лола, ты же присутствуешь на каждом собрании племен.
Но Лола как ни в чем не бывало  ткнулась носом в дверь, парень вздохнул и от-крыл дверь, она выбежала и помчалась на второй этаж за своей новой подругой. Пьер закрыл плотно дверь и, обернувшись назад, обнаружил любопытство на лицах вождей.
— И как это понимать? Почему она в твоем доме?
— Джон, она гостья. И в больнице еще не оборудованы нормально комнаты.
— А что стряслось с Лолой?
— Ох,  Тилтак, если бы я знал, представляете,  захожу на кухню, а они там обедают, и Лола у нее в ногах. Ладно, об этом потом. Итак, приступим к собранию.

Зайдя в комнату,  с подозрением посмотрела на кровать — ипподром. И в  голове сразу появились нескромные образы с участием красивых парней, которые  на данный момент держали совет племен внизу.
 –Так, Татьяночка, выкидывай эти мысли из головы, там два юнца,  у тебя же нет желания сидеть за совращение малолетних. Но вот Пьер, интересно у него кто-нибудь есть, ну конечно же есть у такого-то красавца… Так, что-то тут сильно жарковато. Подойдя  к балкону, открыла дверь, дабы пустить прохладу ночи в комнату. Послышалось скуление  от двери,  Лола завиляла хвостом, когда я открыла дверь и пробежала мимо меня в комнату, она по-хозяйски забралась на постель.
— Ну, спокойной ночи, Лола. Как только тело легло на кровать, сознание  сразу по-грузилось в сон без сновидений.
  Уже за полночь  проснулась от того, что вновь пошёл дождь, и в комнате стало довольно прохладно. Я  встала с постели и пошла закрыть окно. Благо в комнате  было мало мебели, и даже в полумраке я  спокойно дошла до окна. Развернулась от окна, дабы разглядеть комнату в  свете выглядывающей луны из-за туч. В свете луны комната выглядела словно сон. Да и Лола, спящая в ногах, выглядела, как сказочный страж на ложе у принцессы.  Да, такой комнаты мне явно не видать в России.
   Вдруг чьи-то мокрые руки схватили меня  за талию и рванули на себя. Я  уперлась спиной в мокрую, холодную и твердую, словно камень грудь, и не успела  я вскрикнуть, как рука закрыла мне рот. Проникший  в комнату наклонил голову к моей  шее и потянул воздух… Наконец тело  начало реагировать на происходящее, и я  начала дрожать всем телом от  страха… Вот  тебе и отпуск, сотрясение мозга плюс  маньяк…
Лола соскочила с кровати и рванула мне на помощь, но не успела она и на два шага сделать, как мужчина дернул меня на себя и мы выпали в окно…  странно, я вроде его уже закрыла… мы падали в ожидании жесткого падения. Я  распахнула глаза, когда похититель мягко приземлился на ноги, так и не выпуская мое тело из рук. В моей комнате вспыхнул свет, похититель рванул в лес,  так и не выпустив меня. Я повисла на его руках, но он бежал дальше, словно я ничего не весила. Как только мы  скрылись в лесу, со стороны дома послышался страшный вой, от которого бежали мурашки по спине. Похититель прижал влажный платок к моему лицу,  это последнее, что я помню, так как  провалилась во тьму. Но перед тем как потерять сознание,  подумала, что никогда не слышала такого воя.
 Очнулась я от холода ночного воздуха. Дождь уже прекратился, но одежда еще была мокрой. Значит, я не сильно долго была без чувств. Сев  огляделась по сторонам, пещера — первое,  что бросилось мне в глаза. Я  лежала  на подстилке из листьев. Справа  потрескивал костерок, и никого кроме моей персоны  не было видно в пещере... Вот он, мой шанс сбежать…  резко встала, и все у меня  поплыло перед глазами, я  чувствовала сильную слабость во всех мышцах. Я зашаталась и начала падать назад, я ударилась бы о каменный пол, но позади  послышался легкий шорох, и сильные, холодные  руки поймали меня  не дав упасть. К  сознанию прикоснулось что-то мерзкое и темное, от чего по  спине побежали мурашки.
    Я сидела напротив парня из бара соседнего поселения. При свете костра,  который он разжег, чтобы я  обсохла. Похитителем оказался тот самый парень, который и рассказал мне  о Вамвульте. Передохнув и обсохнув,  он потащил меня  дальше по лесу в сторону гор. Я вся трусилась от страха и неизвестности от того что меня ожидает впереди.

Набравшись смелости я стала задавать вопросы но какой бы вопрос я не задала, он молчал, пропуская его мимо ушей.
— Куда ты меня тащишь!?
— Заткнись и не надоедай мне, а то я ослушаюсь приказа и прибью тебя  прямо здесь!
Ну, хотя б разговаривать начал…
— Скажи,  куда ты меня тащишь, и зачем я понадобилась твоему нанимателю?
— Тогда ты обещаешь замолчать и не брыкаться?
Немного я  узнаю, но это хотя бы что-то, чем ничего.
— Хорошо, обещаю!
— Ладно…  Нанял меня мой хозяин и принц, а зачем ты ему понадобилась я понятия не имею, об этом мне не рассказали.
— Принц?
— Да, принц! А теперь заткнись, я не слышу — гонятся за нами или нет!
Я  тоже притихла и стала прислушиваться, но все, что   удалось расслышать, так это вой целой стаи собак или волков. Хоть Пьер и говорил, что здесь нет волков. Судя по слышимости, они были не сильно далеко, но и не близко. Похититель выругался на незнакомом мне  языке.
— Пошли и ни звука! Он скинул меня на землю,  схватил мою  руку и потащил дальше через лес. Через час пешей пробежки по лесу, я ощутила, все свои мышцы, начиная от стоп ног заканчивая руками, но похититель также продолжал тащить меня через лес, будто он не бежал, а прогуливался по парку

 Поднявшись в горы далеко за полночь, всю дорогу до горы мы слышали вой  где-то позади, на расстоянии.  Мы  двигались без остановки,  и я уже начала подозревать  парня в том,  что он робот, а не человек. На вершине горы оказалась скала,  мы направи-лись к ней, скала была отвесной,  по ней не вскарабкаться без снаряжения, да и я не особо спортивный человек…  так-то  тупик,  нам некуда дальше идти, так и хотелось все это заорать похитителю в ухо. Но он потянул меня вдоль скалы на север. Пройдя еще метров сто, в скале показался проход, и мы пошли через него вглубь  скалы.
Как оказалось, внутри скалы  не было пещеры, а было довольно обширное пространство с открытым небом, а скала шла, как чаша вокруг небольшого леса. И в глубине всего этого, где-то по центру,  окруженной скалами поляны,  виднелись пики замка,  который в ночи выглядел, словно черные пики пронзающие небо.  При приближении к сооружению я понимала, какой страх должен он вызывать. Вся обстановка  вокруг замка  делала  его поистине  пугающим. Темные деревья, небосвод,   полный грозовых  туч, ров вокруг замка, подвесной мост… кто же построил здесь замок?… я остановилась,  разглядывая все это. Послышался вой за скалами… хм… волки или собаки все-таки почти нас нагнали.
— Пошли! Похититель дернул меня за руку. Мы перешли мост, на страже которого стояли два парня, затянутые они были в черные мантии,   при небольшом порыве ветра я увидела  под ними доспехи.
— А вы ребята, что тут историческую  постановку,  что ль делаете?
Бугаи в доспехах так и не обратили на меня никакого внимания. Когда мы прохо-дили мимо, они слегка  поклонились  прибывшему похитителю…  так понятно, Татьяна, ты тут  вряд ли  найдешь поддержку. Он потащил меня дальше по направлению к главному входу.
По пути я разглядела  двор. Небольшой такой дворик метров пятьдесят диаметром, помимо главных  двойных дверей сюда выходили еще пара более мелких дверей дополнительных помещений. Мы вошли и направились по главному залу… видимо к хозяину сооружения.Потом  меня втолкнули в какое-то помещение .....

— Меня  меня что заперли!? Заперли!?  В башне? Не может быть, я чувствую себя так, словно героиня бульварной пьески.
— Выпустите! Что вам от меня нужно? Вы меня слышите? Выпустите! Зачем меня  сюда притащили…  Да мне и рта не дал раскрыть этот  гад, похитивший  меня. Притащил  в главную залу…я оглянулась   зал представлял  собой  большую комнату, занимающую   весь первый этаж, меня опять схватили за руку и потащили через зал: Слева и справа стояли колонны, которые держали на себе верхние этажи замка, пока мы шли, я насчитала шесть колонн.  Меж колонн стояли дубовые столы и лавки, за которыми сидели люди, все как один, в черном. Женщины были в черных платьях до пола с глубоким декольте и без рукавов. Мужчины были в черных смокингах, различие в их одежде было в незначительных  деталях.  Мы продолжили путь через зал, где поперек комнаты стоял стол,  за которым было два трона. Трон представлял собой стул с высокой спинкой, с острыми шпилями на верхушке.
Мы  остановились перед этим великолепием метрах в пятнадцати. Не выдержав всей этой ситуации, я опять заговорила с парнем, хоть он мне и запретил  это делать.
— Чего ждем? И зачем  я здесь?
— Молчать! Он не сильно отличался  красноречием.. Сидящие за столами люди начали сгруппировываться вокруг  нас, пока мы стояли и неизвестно чего ждали. Я рассмотрела повнимательней зал. Обычный каменный зал VIIIX века без всяких украшений, по бокам несколько дверей. Из одной двери вышел еще один обладатель черного костюма, а за ним… ну наконец, хоть какое-то разнообразие цветов… за ним вышел высокий парень с солнечно-русыми волосами, они были распущены и расправлены по плечам. На нём был белый плащ с воротником стоечка, подкладка была сделана из серебряной ткани. Под плащом камзол, тоже из белой и серебряной ткани. На ногах — высокие сапоги, сделанные в стиле своего хозяина, белые с серебром. У меня аж челюсть отвисла, мужчина не может выглядеть так эффектно в таком наряде. Пока я его разглядывала, он прошел как король среди своих поданных… Почему именно это сравнение, дело в том, что когда он проходил мимо людей, те слега склоняли головы в знак уважения или почтения… Он сел на главный трон, который был чуть больше второго.  Люди, как один, склонили свои головы, и в зал вплыла девушка в белом платье, словно невеста. Платье скрывало и одновременно подчеркивало все формы стройной девушки.
— Ты вернулся, Себастьян, и ты выполнил мое поручение!
Так значит, моего похитителя зовут Себастьян. Теперь осталось узнать, кто эта па-рочка с обложки, и зачем меня притащили сюда. Себастьян склонил голову, приветствуя парочку.
— Да, мой принц! Рад был услужить Вам. Значит, это  и есть наниматель.
— Эй,  вы! Зачем меня притащили сюда?
— Колдьжи, отведи нашу гостью в ее комнату! А с тобой, Себастьян, нам нужно еще о подготовке к обряду поговорить.
Бугай, который стоял позади нас, взял меня под локоть и поволок к  боковому проходу. Пока мы шли, все расступались  с каким-то благоговением и страхом в глазах. За дверью оказалась лестница наверх. Поднимались мы дольно долго, и я начинала понимать, что  мы поднимаемся в башню. Лестница  закончилась небольшой площадкой и металлической дверью. Меня втолкнули в эту дверь, за которой оказалась одна единственная комната. Обернувшись, я увидела парня, который меня сюда привел, это оказался тот самый бармен с ледяным взглядом. Он запер дверь, и только тут до моего сознания дошло, что меня похитили. И большая часть народа внизу об этом знает.
    На второй день моего заточения мне казалось, что я совсем пропала. Мне при-носили еду два раза в день. Мальчишка приносил поднос утром и вечером, можно было бежать пока он ставил поднос  несколько раз, но за дверью всегда стаял амбал Колдьжи и следил за тем, чтобы я не сбежала. К концу второго дня я услышала вой где-то внизу под моим окно, выглянув, я нашла взглядом близлежащие кусты, около которых сидела Лола и словно  что-то теплое и легкое, как порхание крылышек бабочки, появилось в моей душе, у меня появилась надежда.
— Лола, приведи Пьера. Прокричала я в ночь. И тут же, словно железные тиски обхватили мое запястье и меня дернули назад, отчего я пролетела через всю комнату и, ударившись о стену, опустилась на пол у противоположной стены. Парень, отшвырнувший меня от окна, оказался около меня, не успела я и глазом моргнуть.
—Ты умрешь,  прежде чем твоя шавка приведет помощь! Это он прошипел мне в самое ухо.
— Что? Как ты оказался так быстро…
- Молчать! Телонья неси обрядное платье.
В комнату вплыла миниатюрная блондинка.
— Здравствуйте,  меня зовут  Телонья, я помогу Вам переодеться.
Моей новой знакомой была миниатюрная, сантиметров на десять ниже меня, девушка, но копна светлых кудрей скрывала разницу в росте. Как только она перешагнула порог комнаты,  то болтала без умолку. Минут через пять пустой болтовни она погрустнела, на что я сразу обратила внимание и стала прислушиваться к тому, что она там говорит.

— Простите! Мы Вас похитили… Она всхлипнула. Вот те на, только этого не хватало, что бы она тут разревелась… Я была против этого… Но меня заставили помогать в этом дурацком обряде… Глядя на нее, было видно, что она  разревется.
— Успокойся. Ты же не виновата в моем похищении, давай померим платье, кото-рое ты принесла. Открыв коробку с нарядом, я замерла с открытым ртом, внутри оказалось красное бархатное платье, достав его и приложив к себе, я еще сильней восхитилась работой швеи. Оно было до пола, с
В-образным вырезом и держалось на кружеве, пришитом  в области плеч, от чего создавалось впечатление, что оно вот-вот упадет с плеч.  Лиф платья был вышит красным бисером, от чего моя и так не маленькая грудь только казалась еще больше, на талии было перехвачено тонкими алыми лентами, а дальше свободно спадало вниз. Но это оказалось еще не все, я не знаю, где Телонья прятала еще одну коробку, но оттуда она извлекла пару алых туфель на небольшом каблучке. Вертясь около небольшого зеркала,  почувствовала,  холодный метал на шее,  от неожиданности я  вскрикнула.
— Извини, я не хотела вас
напугать, просто я подумала,  что этот кулон здесь будет к месту. И  правда, кулон оказался как нельзя к месту. Приглядевшись,  обратила внимание на то, как искусно он был сделан: в виде объемной капли, в центре была небольшая рубиновая капелька, а вокруг нее было великолепное витье из стеблей розы с небольшими листиками.
Вечером за мной пришли двое амбалов и повели на церемонию.  
Как ни старалась их разговорить, они молчали как немые. Проведя через весь путь, которым меня вели в башню, парни повернули к противоположной стене, там было несколько дверей, облицовка которых  была медной. За центральной дверью оказалась лестница вниз. Лестница  уходила далеко вниз во тьму. Один из амбалов  пошел  первым,  а второй, взяв меня под локоть повел следом.
— Эй, мне хоть кто-нибудь ответит  или нет? Скажите, куда вы меня ведете, вы, чертовы молчуны,  я имею права знать, куда меня ведут???
— Заткнись ты, наконец! Нет у мертвецов никаких прав.
— Так, значит,  убивать  ведете,  ну хоть что-то. 
Пока мы шли по темному проходу, вниз по ступеням, я раздумывала над тем, что мне удалось узнать о своих похитителях.
 Во-первых, они были очень преданные своему сообществу люди, так как ни кто из всех здесь проживающих и не подумал вызвать поли-цию.
Во-вторых, у всех здесь была бледная кожа,  как у нездорового человека.
В-третьих, все они ходят в черном и,
В-четвертых, те, до кого я дотрагивалась, были чертовски хо-лодные.
Впереди показался просвет,  и я только сейчас  заметила,  что по всему пути спуска было всего два источника света проход впереди и проход позади из которого мы только что пришли. Подойдя к источнику света, я увидела выбоину  в стене, через которую и лился лунный свет. Заглянув в неё мимоходом пока мы проходили мимо, я успела заметить стаю здоровых волков, которые продвигались от подлеска к замку. В лунном свете  был отчетливо виден только  серебристый гигант под два метра. У меня от напряжения, наверное, мозг отказывается  здраво мыслить, таких здоровых волков просто не бывает. А мои похитители тащили меня дальше вниз по лестнице во тьму. Снаружи раздался волчий вой да такой, от которого побежали мурашки по коже, в нем была злоба и отчаяние, я раньше такого не  слышала. Метров примерно через сто показался дверной проем слабо освещенный. Братья-амбалы протолкнули меня вовнутрь, и при слабом свете свеч я кое-как разглядела то, что находилось внутри. Это оказалась круглая  комната с проходами по обе стороны, в центре был квадратный алтарь,  с  его углов, уходя в потолок, было что-то наподобие труб только из камня,  к ним были привязаны веревки, в комнате находилось четыре человека в черных рясах. Не знаю почему, но я не испытывала страха, может это из-за того, что мой мозг  отказывался поверить в происходящее. Все это напоминало какой-то  дешевый  ужастик. Из прохода напротив вышел еще один жрец, только этот  был в алой рясе.
Все жрецы встали вокруг алтаря и затянули напевы мантры.  Амбалы подхватили меня под руки и  уложили на алтарь, один из них меня держал, а второй привязал к четырем столбцам по углам алтаря.
Ну,  все кумушка, ты доигралась,  и тебе настал конец. Мой мозг и тело словно окунули в морозилку, хотя здесь минуту назад и было тепло. Но  здесь, словно в морозилке холодрыга, я пыталась пошевелиться, но мои мышцы, словно свинцом налились и мозг окутал туман. Я уже видела все не так четко. Может они в еду наркоты добавили или может это из-за этих напевов. Как в замедленной  съемке я видела, как жрец в алом, заносит тонкий кинжал над моей грудью. Рука, как в замедленной съемке, этот самый кинжал начала опускать вниз. Конец, или меня спасут в последние  миллисекунды, наверно я вижу все в замедлении из-за большого количества адреналина в крови.  Раздался странный шум со стороны — откуда мы пришли. Жрецы, да и я, повернули головы в сторону шума. Из прохода, один за одним, вываливались  парни в черном, словно они кубарем прокатились по всем ступеням, а вслед за ними в помещение ворвались… волки… Не может быть —  волки, теперь мне точно хана. Горе-жрецы бросились в рассыпную, но не тут-то было, волки быстро нагнали беглецов,  ведь они одновременно рванулись к одному единственному свободному проходу, ну и как следствие застряли. Волки повалили жрецов на землю, придавив их лапами, вцепились зубами в предплечье своих жертв так, что  те и пошевелиться не могли. Лежа на алтаре,  я поворачивала  голову то в одну, то в другую сторону. Четыре волка — четыре жреца, так, а где пятый? Из прохода,  который вел  еще дальше в глубь горы, выскочил жрец в алом. Прямым ходом он  метнулся ко мне, вновь завел нож,  уже правда без того благоговения,  но с явным намереньем меня убить. Что-то   черное промелькнуло над моей головой, отбросило алого жреца к стене. Транс,  в котором я прибывала, резко спал. Помню, я от этой резкой перемены на несколько мгновений потеряла сознание. Придя в себя, я осмотрелась,  вот жрец в алом  лежит  на полу, а на нем сидит черный волк с белой прядкой за ухом. Не может быть, ни один волк  не убил свою добычу, они…  сторожат их, интересно  для кого. Я где-то читала, что в стае самый большой и сильный волк  является лидером и  что он первый ест. Так, Таня, прекрати об  этом думать,  если так, то тебя первую и съедят,  тем более ты привязана и не сможешь  убежать. Я закрыла глаза,  дабы не видеть,  как придет  вожак и будет смотреть на меня голодным взглядом, после чего, меня съедят. Но через пару минут я поняла,  ни кто не придет страшный и большой, но зато в комнату вошел взволнованный Пьер. Он был в черных брюках в обтяжку,  босые ноги и белая рубашка полностью расстегнутая, так что я смогла разглядеть  плоский живот  с кубиками пресса,  которые были видны при движении, вокруг  пупка была какая-то татуировка,  состоящая из неизвестных иероглифов,  на груди волос не было. Вся правая рука была в крови и висела как-то безжизненно вдоль тела.  Подняв глаза на лицо Пьера,  я увидела  отразившееся  на нем эмоции облегчения, радость и что-то еще. Но вот что, я так пока понять и не смогла.
— Пьер! Беги, волки! Но он даже не послушал меня, спокойно  подошел  к  алтарю,  поднял кинжал, наверно жрец  обронил его,  когда черный волк сбил его с ног.  Странно,  но мне так и подмывает назвать этого волка Тилтак, не знаю почему,  но такое у меня ощущенье. Странные какие-то волки,  на нас с Пьером не нападают,  даже внимания не обращают.  Пьер перерезал веревки, волки также по-прежнему  продолжали  держать жрецов. Я  сначала села на алтарь, а когда попыталась встать с него,  то чуть не упала,  если бы не Пьер,  я бы точно упала, все мышцы до сих пор были  наполнены  свинцом. Со стороны лестницы послышался грохот, и в зал ввалились близнецы-амбалы, и почему я  раньше не заметила, что они близнецы, одеты, я вам скажу, они были не лучшим образом,  штаны и футболки на них были изорваны в некоторых местах,  виднелась кровь, в руках они держали железные трубы, наподобие  бейсбольных бит.
Оглядев комнату,  они уже замахнулись трубами и двинулись в нашу с Пьером сторону.  Из того же прохода выскочил рыжий волк и набросился на одного из братьев, а  пока второй не успел среагировать, из того же прохода показался еще один,  рыжий волк.  В мгновение ока  он бросился на второго  из братьев, через  несколько мгновений жестокой борьбы,  оба брата были повалены на пол и удерживались волками,  как две капли похожие друг на друга… Все это время Пьер прижимал меня к груди, для надежности,  мало ли, я опять вздумаю упасть. Я подняла голову  и встретилась  взглядом с  Пьером,  так мы и замерли, смотря друг другу в глаза. Мне показалось или в глазах Пьера  действительно промелькнули,  отступающее беспокойство и страх. В этот миг,  было ощущение,  что весь мир остановился,  кроме нас больше никого нет. Пьер слегка наклонил голову к моему лицу, и мое бурное воображение сразу нарисовало картину того, как Пьер меня целует. Но этот волшебный миг был нарушен злобный рыком,  который раздался откуда-то снизу, от наших ног. Мы одновременно посмотрели под ноги и увидели, Лола сидела в ногах и странно посматривала на нас. Только тогда мы вспомнили, что не одни в комнате. Осмотревшись по сторонам,  я хотела уже испугаться, но поняла что волки, точней  сказать гигантские волки нас не тронут.
 В зал с алтарем через главный вход,  вошли еще три волка,  они прошли мимо нас и сели меж других волков,  от чего казалось,  что они сидят вокруг нас и не пытаются нам навредить. Тем временем, кажется, и Пьер пришел в себя.
— Ты в порядке? Не ранена? Ни чего не болит? В его голосе столько волнения, столько беспокойства.
— Нет, я   в порядке? Пьер, они нас  растерзают… говоря все это, я боязливо посматривала на стаю. Пьер улыбнулся мне, но выражение, с которым он это сделал, выбило меня из колеи,  мол, я маленькая  и глупенькая  и ничего не понимаю.  Хотя я и в самом деле ничего  не понимала, ведь волки — это хищники, но они еще не напали. Волки так и сидели вокруг,  удерживая своих жертв.
— Нет, Татьяна, они нас не тронут. А теперь, если ты в порядке, то пошли, нам  нужно выбираться отсюда.
 Выйдя из замка, Пьер не отпускал моей руки, отчего  постепенно я  успокаивалась, и страх постепенно начал отступать. И даже сопровождение волков теперь  не сильно беспокоило. Мы шли через лес в обратную сторону города. Волки так и продолжали следовать за нами… Будто охраняя нас от возможного нападения. Где-то  к часам трем ночи мы вышли  на круглую поляну, в центре которой был плоский камень  около метра диаметром, как невысокий помост. Мы подошли к нему, и Пьер помог мне  на него забраться, сам он остался на земле, но при всем этом он так и не отпустил моей руки, так прошло несколько минут. И за это время, стая нас окружила, но не направилась в нашу сторону. Все волки сели по границе поляны и леса. Затем Пьер посмотрел на луну, от чего не знаю, но я повторила его движение. На небе оказалась полная луна,  звезды вроде светили ярче обычного. Но затем я чуть не упала от  неожиданности, и если бы Пьер  не вспрыгнул на камень и не обнял меня за талью,  я поцеловала бы землю, ведь пока я разглядывала луну, волки вокруг нас завыли. Пьер стоял за моей спиной, одной рукой он держал меня за талию, а второй он продолжал держать меня за руку. Не помню когда, но наши пальцы были переплетены как у влюблённой парочки.  Пьер прижал меня сильнее к своей груди, обнаженной спиной я ощущала тот жар,  который исходил от его обнаженной груди, у платья есть свои плюсы, мне пришлось идти в нем, так как мы не старались, мне не удалось найти своей одежды. От жара, исходящего  от Пьера,  мое сердце участило свой стук, а внизу живота образовался странный комок. Я уже начала ощущать, как мои щеки заливает румянец, когда из-за моей спины послышался новый вой. Но на этот раз вся стая молчала. А вот тот, от  кого я такого не ожидала, так это от Пьера. Он сильней  прижал меня к груди и завыл на луну, после нескольких мгновений, вся стая подхватила его одинокий вой, а я так и стояла в его объятьях с открытым ртом.
Что он делает… он сумасшедший? Черт, ну и везет же тебе дорогуша, тебя чуть не убили, дикая стая необычных волков спасла тебе жизнь. Теперь эта стая сопровождает меня в город, парень который тебе симпатичен, стал вести себя странно.
  Дойдя до города, волки разошлись в разные стороны по лесополосе вокруг  города. Все время, что мы шли, Пьер не отпускал моей руки. Если какой либо волк, делал, хоть шаг в нашу сторону, Пьер сильней сжимал мою руку и злобно смотрел в сторону того. А я не пыталась ее вырвать, ведь мне было интересно,  расскажет  ли он мне то, что произошло на поляне… Что это было?  Да и страшновато как-то, вокруг волки. Так, держась за руки и без слов, мы дошли до коттеджа  Пьера. На кухне нас встретила Лола, смотря на Пьера, я опустилась на стул, он налил две кружки кофе, одну подал мне. Он явно пытался начать разговор, но не мог найти слов с чего начать. Так в молчании мы просидели пару минут, пока он не начал разговор. Он начал свой рассказ с момента моего похищения:
— Я  уже засыпал, когда услышал, как под дверью скулит Лола, не знаю почему,  но мне показалось, что что-то случилось, ну и я пошел за Лолой, проверить все ли в порядке, ну и как раз подошел к окну в тот момент, как Вы с этим поддонком скрылись в лесу. Я бросился за вами, но меня задержал  Джон, он поссорился с Софи и остался у меня на ночь, я столкнулся с ним в коридоре.  Через несколько минут  я уже был на улице, но вас уже нигде не было… я тогда… ох, я даже не знаю, как объяснить… я испытал такие смешанные чувства:  страх, гнев,  отчаяние из-за того, что тебя похитили… Я тогда даже не смог сдержать свои эмоции, и на уровне инстинктов созвал племя, чего я никогда не делал. Но я понимал, что не сделай я этого,  с тобой может что нибудь произойти. Все  мое племя было уже на ногах, а через пять минут мы пустились  вдогонку.
—Да дружище, я от тебя такого  отчаянного  воя никогда не слышал. Мы обернулись к кухонной двери, там облокотившись о дверной косяк, стоял Джон, а за ним в коридоре Тилтак. Мы и не заметили,  как они пришли.
— Так, и давно вы здесь стоите, парни? Пьер серьезно на них посмотрел, мол, что вы приперлись?
— Тилтак, когда вы вошли?  Кажется на словах…  «не знаю почему, но я почувствовала,  что что-то не так» они вошли в кухню. Тилтак сел рядом со мной, а Джон стал наливать кофе себе и Тилтаку.
— Как ты, не сильно испугалась? Тилтак так внимательно смотрел на мою реакцию,  он такой заботливый, такой внимательный. Мельком, бросив взгляд на Пьера, я увидела, что он тоже внимательно смотрит на меня. Как же я себя чувствую? Самой бы разобраться в своих эмоциях.
— Да вроде не сильно, я, наверное, от количества происшествий случившихся со мной на этой неделе,  перестала испытывать сильный страх. Я бы предпочла сейчас пойти поспать, вы меня извините, но я пойду, отдохну. Как только я встала, все парни, кто сидел, встали, как истинные джентльмены. Пьер подошел ко мне, взял мои руки в свои и так посмотрел мне в глаза, что мое сердце запнулось на половине удара.
— Прости, я и не подумал. Ты сильно устала? Позволь тебя проводить до комнаты. Он повел меня из кухни под  удивленные взгляды его друзей, все дорогу до комнаты Пьер так и не отпустил моей руки. Около двери он опять посмотрел мне в глаза:
— Татьян… он явно что-то хотел сказать, но передумал… спокойной ночи, отдохни, как  следует, а завтра мы продолжим разговор. И, потянув меня за руку, прижал к груди и поцеловал в лоб,  отчего мои щеки залил румянец. Черт, что со мной такое, это всего лишь поцелуй в лоб, и я уже взрослый человек. Я оттолкнула Пьера и быстро скрылась в комнате, закрыв за собой дверь. Прислонившись к двери спиной,  пыталась понять, что же это такое творится со мной, да и Пьер какой-то странный, с чего это он вздумал меня целовать. За дверью послышались удаляющиеся шаги. Так нужно немного поспать и убираться подальше от этого места, где я, то и дело, влипаю в странные истории, да еще и этот парень, от которого мурашки по спине, и сердце странно себя ведет. Я подошла к кровати  и увидела свою сумку, вот и отлично. Моя машина на заднем дворе.

- Так, пару часиков поспать и ухожу. Проснулась я часов пять утра, потихоньку собрала свою сумку и выскользнула в коридор, направилась через гостиную к задней двери. Уже почти сев в машину, меня кто-то дернул за плечо, разворачивая меня назад,  это оказался Пьер….
— Пьер?
— Зачем же так? Сбегаешь, с утра пораньше, пока все спят! Неужели  мы так тебе противны?
— Пьер я…, извини,  я ничего не понимаю… я устала,  все это… Столько всего уже произошло, я не могу понять, еще эти гигантские волки, люди которые двигаются с нечеловеческой скоростью… и ты себя странно ведешь, я вообще не знаю кто ты? Пьер! Скажи кто ты? Пьер отступил на шаг,  со странным выражением лица, отчего мне стало не по себе.
— Ты действительно хочешь это знать? Я забросила сумку на заднее сиденье и повернулась  обратно к нему.
— Да, Пьер, это то, что я хочу знать! Покажи,  кто ты на самом деле?! Пьер отступил от меня еще на шаг, когда я уже решила, что не дождусь от него никакого ответа, услышала его отчаянно тихий голос.
— Хорошо, я покажу тебе кто я и я не буду тебя останавливать, если ты убежишь от меня сейчас.
— Что? Убегу? Ты сумасшедший, да? Ну, этим все и объясняется.
— Нет, Татьян, я не сумасшедший. Просто не знаю, поверишь ты моим словам или нет,  отчего-то он отпустил голову так, что я не смогла разглядеть его лица. Ты знаешь о существование оборотней?
— Ну да, выдумка писателей и киношников.
— Так вот, все это не выдумка, мы вервольфы, существуем на самом деле,  нас  на земле несколько разновидностей, все мое племя— это все моя стая, я вожак вервульфтов. Он еще ниже опустил голову.
Так я и поверила, точно он сумасшедший.
— Пьер я в это не поверю, просто скажи, что у тебя не все дома, и я поехала, я не хочу тут находиться, мне здесь тяжело, да и от отпуска у меня неделя осталась.
— Я не вру — это правда! В его голосе слышалось столько четкой веры в свои слова.
—Отлично, если это правда, докажи! Превратись на моих глазах!
— Ты мне приказала? Этого не может быть! Ты не можешь быть…
— Если ты мне не докажешь сейчас, не поверю больше ни единому твоему слов… и не успела я  и договорить, как на моих глазах Пьер задрожал всем телом, падая на колени склонив голову. Его волосы рассыпались, создавая завесу и скрывая его выражение лица.  Его белые волосы  в свете стали отливать серебром и укорачиваться. Послышался странный звук, будто ломаются кости, Пьер застонал от боли, схватился за ребра, а его спина выгнулась под неестественным изгибом, словно спина кошки. Он уперся руками в землю. Прямо на моих глазах руки Пьера стали обрастать шерстью, он стал увеличиваться в размерах, и через несколько мгновений, передо мной стоял серебристый волк под два метра. Нет,  этого не может быть, я сплю, оборотень,  нет, это не правда,  я еще сплю.  Волк сделал шаг в мое сторону, и я почувствовала, как сознания  касается что-то теплое и хорошее, но я не придала этому значения. Я резко развернулась, запрыгнула в машину и захлопнула дверь. Засунула руку в карман, черт, где ключи? В сумочке. А сумочка? Поворачиваю голову в сторону волка,  у лап которого лежала сумка. Черт, везет как утопленнику. Он поднял сумочку зубами и поднес ее ближе к машине, затем он стал лысеть, волосы просто выпадали, на нем были ошметки разорванной одежды. И вновь Пьер схватился  за ребро, он явно испытывает боль. Таня, это не твое дело, хватай сумку и беги. Пьер завыл от боли, я выскочила из машины, схватила сумку  и, разворачиваясь обратно к машине, увидела, как из леса выскакивают пять волков, и на ходу начинается перевоплощение из животного в человека. Тут видимо мой мозг не выдержал, и я потеряла сознание. Последние, что помнится — это то, как сильные теплые руки Пьера не дали мне упасть. Перед моим взором мелькнуло лицо или морда,  что-то между