Бесправная Истинная в академии драконов

– Ты в порядке? – спрашивает Ришель, с беспокойством глядя на меня, когда я после ужина вяло ложусь в постель.

– Не очень. Немного знобит, и рука правая болит, словно отваливается, – жалуюсь подруге нехотя.

– Сходи к госпоже Блейнин в целительское, она тебя живо подлечит, – подмигивает Риша, берет подушку и обхватывает ее, обнимая. С ногами забирается в кровать и удобно устраивается.

– Да, конечно, – вяло отзываюсь, чувствуя себя до невозможности отвратительно.

Мои мысли то и дело скачут в сторону Ридлина О'рхарриса. 

И я бы и рада о нем не думать, но не выходит. 

Риша уходит в душ перед сном, а я ворочаюсь в кровати, уныло уставившись в окно. 

В который раз вспоминаю и прокручиваю в голове его жестокие слова и то, что он сделал со мной, когда нам было по восемь лет.

– Отец, я сам поставлю этой девчонке печать на запрет магии. – Синие глаза мальчишки смотрят жёстко, цепко и внимательно. 

– Рад, что ты проявил инициативу, сын. – Король ласково треплет по макушке мальчика, но тот дёргает головой и уклоняется от отцовской ладони.

Подходит ко мне и больно стискивает мое запястье. Драконьи когти распарывают нежную кожу, и я начинаю беззвучно плакать.

Печать запрета магии, наложенная наследником королевства драконов Теней, пронзает болью мое плечо, проявляясь после произнесенного Ридлином заклинания.

– Вот и всё, – оскаливается Ридлин. – Теперь на тебе моя метка. Ты моя игрушка навечно. Захочу – верну тебе магию, а захочу – найду и казню. Не попадайся мне на глаза, убогая.

Абсолютно точно с этой минуты я больше не намерена думать о нем. Выберу себе другие основные дисциплины, буду ходить на пары с другими группами, договорюсь с преподавателями... Я буду держаться от него подальше. Ради спокойствия своего сердца и ради моей единственной подруги Ришель.

Но у судьбы, видимо, иные планы...

В следующий миг ощущаю странное жжение на коже предплечья.

Закатываю рукав пижамы, и мое сердце замирает. В комнате враз будто бы заканчивается кислород. Я хватаю ртом воздух, как рыба на суше, и не могу никак поверить в то, что я вижу.

Метка Истинности украшает тонкое запястье, тянется к локтю витиеватыми красивыми линиями дымчато-черного цвета. 

Иероглифы сплетаются в инициалы, меняясь на имя, которое я в страшном сне не готова увидеть в качестве своего Истинного. Прорисовывается красивая морда теневого дракона.

– Ридлин О'рхаррис, я ненавижу тебя! – в сердцах восклицаю и откидываюсь обратно на подушку.

Хуже всего, что он не знает о том, что я та самая девочка из детства, дочь лекаря, обвиненного в покушении на его отца.

Сжимаю зубы и сворачиваюсь клубочком. Значит, уже завтра я должна буду сделать то, зачем я вообще появилась в этой академии.

Хуже ведь уже быть не может, да?..

– Рэддл! – моя фамилия, да ещё в исполнении Его голоса, звучит словно гром средь ясного неба. 

В момент сердце уносится в пятки, а дыхание перехватывает так, словно я лечу с высокой скалы. 

Просто иди мимо, Эйви, иди мимо...

– Стоять, убогая, – беспрекословным тоном распоряжается объект моей ненависти, высокомерный и напыщенный наследник драконьего престола.

Бесцеремонно хватает за локоть и разворачивает к себе.

Повернув голову к дверям, дожидается, пока последний адепт выпорхнет из аудитории навстречу большому перерыву.

– Чего тебе? – бормочу я, прощаясь со спокойствием. Ведь сейчас мое сердце заходится в ускоренном ритме.

Очевидно одно: после всего, что я пережила, боги решили, что мне этого было мало, и решили меня добить. Сделали Истинной того, кто двенадцать лет назад лишил меня магии! Он поставил клеймо позора на мое плечо, блокируя мои магические потоки.

Эй, боги! Он отнял у меня магию! Где ваша справедливость?

– Ничего не хочешь мне сказать? – вкрадчиво и даже любезно интересуется Ридлин.

 Он нависает надо мной нерушимой и грозной скалой. Я оказываюсь в плену бездонных синих глаз с вертикальным зрачком. Аромат мужского парфюма обволакивает стенки лёгких, заполняет нос, вынуждает вдыхать и... к моему ужасу, наслаждаться этим вкусным запахом миндаля и свежести.

Только его железная хватка пальцев на моем локте доказывает, что я попала. 

– Привет, любимый? – неуверенно шучу я, натянуто улыбаясь.

Поднимаю глаза буквально на несколько секунд, но не выдерживаю его тяжёлого взгляда.

Черноволосый гад изгибает бровь и смотрит на меня, как на умалишённую.

– Ты точно убогая, – холодно усмехается драконорожденный.

Тут же убирает руку с локтя и впивается пальцами обеих рук в мое предплечье.

– Кто-нибудь знает? – Его синие глаза прожигают насквозь.

– Знает что? То, что ты ненормальный? Думаю, большинство. А те, кто не знают, будут со мной согласны, – тихо бормочу я, дёргая рукой.

– Бездна... – цедит сквозь зубы. – Убогая, не зли меня. Я о метке.

Поджимаю губы и мотаю головой. Конечно, он будет стыдиться своей Истинной. Конечно, я для него убогая и без магии. Но это по его вине! По вине его отца! Его Величество казнил моего папу! Отобрал у меня родителя!

– Вот и хорошо. Никто не должен узнать. Я найду способ убрать эту связь, – холодно бросает Рид, отпуская меня. – Так что предлагаю игнорировать это недоразумение. 

– Метку Истинности? И твой дракон не против? – робко переспрашиваю, облизывая пересохшие от волнения губы.

– Считаешь, что мой дракон в восторге от обезмагиченного неликвида? – приподнимает бровь Рид.

Он говорит спокойно. И, наверное, даже не считает за оскорбление то, что произносит. Так, констатация факта, не более.

И я уже почти облегчённо вздыхаю и даже решаю тихонько сбежать, но дракон преграждает мне путь, делая шаг в сторону. Ридлин смотрит в мои глаза неотрывно, изучающе. 

Вздыхаю и опускаю глаза, теперь смотрю просто на золотистую пуговицу на его рубашке. Поднимаю взгляд и пытаюсь предугадать, чего ему всё ещё надо.

– Разве я могу вот так просто отпустить свою Истинную? – вдруг усмехается он уголком губ.

И у меня сжимается сердце от нехорошего предчувствия.

– Конечно, не можешь, – кисло улыбаюсь, – Ридлин О'рхаррис был бы не Ридлин О'рхаррис, если бы не нашел повод докопаться до кого-то.

– Истинностью наделяют только тех, кто носит в себе магию. Но ты свою не используешь, – игнорирует мои слова черноволосый, и каждое его умозаключение вынуждает мое сердце носиться в груди ещё быстрее. – Что с твоей магией, убогая? Не разобралась, как ей пользоваться, и она атрофировалась?

– Нет, ей стало стыдно за своего Истинного, и она ушла, – огрызаюсь тут же.

– Ушла она раньше проявления Истинности, – прищуривает взгляд. – Так что с тобой не так?

– Рид, – окликает друга Киллиан, заглядывая в аудиторию. – Тренер по боевке зовёт. Говорит – срочно. Что-то вроде подтверждения команды на грядущие межакадемические войны.

Ридлин дёргает губой, обнажая один из клыков.

– Продолжим позже, убогая.

И только когда оба дракона выходят, я перевожу дыхание, схватившись за край стола. 

С одной стороны, если я признаюсь, что этот ненормальный поставил на мне клеймо, блокирующее магию, то это замотивирует его шевелиться с поисками ритуала быстрее. А с другой... Ну он же действительно ненормальный! И лучше молчать.

Следующие пары я нервно поглядываю на часы, пытаясь дождаться отбоя после ужина. Ведь уже сегодня я сделаю то, к чему морально готовилась долгие годы.

– Ты меня вообще слушаешь? – шепчет мне на ухо Ришель.

Встрепенувшись, поворачиваюсь к подруге.

– Я говорю, что уже подружилась со всеми, кто входит в его компанию, – Риша, когда говорит о Ридлине...

 В общем, ее невозможно остановить. Только слушать и поддакивать. Она им, кажется, совсем стала одержима. Собственно, как и большинство девушек в академии.

– Риш, не стоит он того, – бормочу я, жалея, что не могу поделиться с подругой самой тяжёлой тайной – что на нас вспыхнула Истинность.

Это разобьёт сердце Риши. И я боюсь потерять единственного близкого мне человека.

– Я его люблю, – уверенно произносит Ришель.

– Ты его не знаешь. Он жестокий, наглый, надменный. И ещё раз жестокий!

– Так, адептки на третьем ряду возле окна, – громогласно вещает преподаватель по Артефакторике. – Вам моя лекция не интересна? Может быть, вы свою прочтёте? 

Магистр складывает руки на груди и прожигает нас грозным взглядом.

Да уж... Риша точно прочтет. Лекцию про Ридлина. И эта лекция всем зайдет, уверена. Особенно самому Ридлину О'рхаррису. Его самомнение и так выше небес, так поднимет аж до звёзд.

– Простите, пожалуйста, – невинно улыбается Ришель, кокетливо потупив взор. 

Остаток лекции я погружаюсь в раздумья. 

– Ты лекцию записываешь не тем концом, – фыркает подруга, вдруг кивая на мое перо.

Вздыхаю. 

– А я и думаю, чего так мягко и бесшумно, – ворчу я. Украдкой поглядываю на невозмутимого Ридлина. 

Он, к счастью, не пытается меня испепелить взглядом. Ну, это пока...

Ведь очень скоро я посмею сделать то, что даст мне драгоценную свободу. Интересно, как он отнесётся к тому, что где-то там от его клейма освободилась его "игрушка"?

– Ну же, давай, – умоляю я защитное заклинание закрытой секции библиотеки поддаться. 

Но с тем артефактом, который ещё достался от моего отца, это как пытаться вскрыть сейф спичкой. 

Вообще, я к этому моменту готовилась более чем тщательно. Всю свою жизнь, можно сказать. Даже попросила перевести меня из другой академии со второго курса в Виленхолл. 

Ведь от того, что в хранилище академии находится, зависят моя свобода, моя магия. И моя жизнь, в конце концов! 

Руки почти не дрожат. Застукай меня за этим делом госпожа Фойлен, наша библиотекарша, сдала бы с потрохами ректору.

Метка Истинности на руке чешется, отвлекая меня от судьбоносного дела. С тех пор как она проявилась, меня иногда бросает то в жар, то в холод. Я опираюсь лбом о холодную металлическую дверь. Так немного легче. 

Но не возвращаться мыслями к тому, что теперь на мне целых два клейма теневого дракона, я не могу. 

Защитное магическое заклинание щелкает, и рябь проходится по огромной металлической двери. Прямо как в лучших банках империи. Получилось?

Я только собираюсь взяться за ручку, предвкушая, что вот сейчас войду в святая святых...

...как мое запястье бесцеремонно перехватывают сзади.

Волоски встают дыбом, а сердце падает в пятки. 

Рывок и разворот. 

Меня впечатывают в дверь, и весьма жёстко. Так, что из лёгких выходит весь воздух. 

Поймали!

Боги милостивые, только бы не госпожа Фойлен! Я настолько увлеклась процессом взлома сейфа библиотеки академии, что не услышала чужих шагов.

– Уверена, что тебе туда можно? – раздается хриплый голос возле моего уха.

 И горячее дыхание, почти в шею, слишком приятно обжигает нежную кожу.

И это пробуждает множество мурашек, что бросаются врассыпную по спине. 

Сглатываю, идентифицируя, чей это голос.

Первое чувство – радость. Это точно не госпожа Фойлен.

Второе чувство – животный ужас. И я уже жалею, что это не госпожа Фойлен!

Ридлин О'рхаррис собственной персоной.

Я его сегодня весь день избегала, лишь бы не допытывался, где моя магия.

– Уверена, – шепчу.

Глаза цвета беспокойного моря, с вертикальными драконьими зрачками впиваются в мои. Он одним только взглядом подавляет так, что инстинктивно хочется съежиться, уменьшиться, свернуться комочком.

Но я из природного упрямства не отвожу взгляд. И он тоже. Смотрит вон как, почти не моргая! Да так, что ток бежит между нами.

 Кажется, что сейчас вот-вот обратится в дракона, раскроет пасть и сожрёт. 

Вон даже блестящая черная чешуя проявляется на его массивной шее. 

– Мы не договорили, убогая. Ты ведь знаешь, что бегать от меня у тебя не получится. Мой дракон чует тебя за версту.

Со стороны окна раздаётся тихий смешок. А я вздрагиваю и пытаюсь в темном углу разглядеть того, кому он принадлежит.

– Завязывай издеваться над бедной новенькой, Рид, – со стороны окна, где стоят столы с лампами, раздается невозмутимый голос Киллиана. – И, может, признаешься ей уже?

«Признаешься в чём?» – проносится тревожная мысль.