Бессовестная невеста

Рада всех видеть в новой истории!  ♥️♥️♥️
Вас ждут: 
⚡️Умная, уверенная, сильная героиня.
⚡️Гордый, самоуверенный, харизматичный и в какой-то степени наглый герой.
⚡️Детективная линия
⚡️Невероятная любовь
⚡️Сложные отношения
⚡️Тайны и интриги 

Я – та, о ком сплетничают в высшем обществе. Бессовестная невеста, сменившая уже пять женихов и нацелившаяся на шестого. Легкомысленная красавица с ледяным сердцем. Однако мало кто знает, что все это – лишь прикрытие. Я – фиктивная невеста, которая помогает решать проблемы. В этот раз они возникли у меня. Мой новый жених хорош собой, нагл и харизматичен. И меня к нему тянет с такой пугающей силой, что хочется отказаться от договора и сбежать. Но я – Лилиан Харрис, я не могу отступить. Главное – не поддаться искушению.

Лорд Родерик Джон МакЛауд был без сомнений привлекателен. Он принадлежал к тому типу джентльменов с особой харизмой, на которых обращают пристальное внимание все представительницы женской половины общества без исключений. Но без дальнейшего желания познакомиться поближе. 

Потому что при взгляде на холодное, гордое, надменное лицо лорда по коже пробегал озноб, сердце начинало бешено биться, жар бросался в лицо, но не от девичьего восторженного волнения, а от ощущения опасности, которая исходила от мужчины. 

Безупречные черты лица, прямой нос, волевой подбородок с ямочкой, короткие темные волосы, уложенные идеально волосинка к волосинке, невероятно широкие для джентльмена плечи, высокая крепкая фигура, упакованная в элегантный костюм, на шее - безупречно повязан платок. И невозможно бирюзовые глаза. 

Мисс Лилиан Харрис, искоса наблюдавшая, как опасный мужчина неумолимо приближается к ней, уверенно пересекая бальный зал, на миг вновь испытала искреннее изумление — ну разве бывают глаза такого невероятного цвета?

Однако вскоре уже привычное нетерпение от встречи с очередным «женихом» затопило девушку с головой, и мисс Харрис нервно облизнула вдруг пересохшие губы. 

— Странное чувство вызывает твой новый наниматель, — задумчиво пробормотала тетушка Мэри, сопровождавшая её на бал. Но пояснить не успела. 

— Мисс Харрис, позвольте пригласить вас на тур вальса? 

Девушку мгновенно окутал уже знакомый аромат — чувственный сандал, пряная теплота гвоздики с яблоком и древесный запах дикой сливы. Лилиан медленно подняла глаза. Для этого невысокой хрупкой девушке пришлось хорошенько задрать голову. Взгляд МакЛауда — невозмутимый, холодный, пристальный — был прикован к её сухим губам. 

Лилиан ощутила, как жар зарождается в груди, а сердце от волнения забилось где-то в горле. Но уже не от исходящей от мужчины опасности. Давно уже она не испытывала подобное смущение.

Девушка осознавала, что в данный момент взгляды всех присутствующих сошлись на их паре, и постаралась взять себя в руки. Она прекрасно понимала острый чужой интерес: лорд Родерик Джон МакЛауд с момента своего появления в высшем обществе Сент-Эдмундса никогда никого не приглашал танцевать. Это являлось его незыблемым правилом, которое он раньше не нарушал. 

Но мисс Харрис знала, что сегодня он пригласит её.

Знала.

Ждала.

И внутренне готовилась к этому невероятному событию.

Поэтому Лилиан мысленно дала себе оплеуху, умело изобразила на лице замешательство, а через несколько секунд будто неуверенно улыбнулась и присела в коротком реверансе.

— Почту за честь, сэр.

Мужчина протянул руку широкой ладонью вверх, в которую мисс Харрис изящным движением вложила свою узкую ладошку в тонкой кружевной перчатке, поднимая вторую руку на плечо лорда

— Старая дева…

— Невероятно…

— Неужели …

— Бессовестная...

Лилиан, конечно, услышала возмутительные шепотки за спиной, но лишь мысленно закатила глаза. И также мысленно усмехнулась. Неугомонные сплетницы. Это они от зависти. 

Они стали третьей парой, вошедшей в круг танцующих.

Вальс — довольно интимный танец. Он требует удивительной осторожности, чтобы партнеры танцевали не слишком близко друг к другу, что оскорбляло бы приличие. Как правило, его танцевали с хорошо знакомыми или достаточно уважаемыми мужчинами. Но ни в коем случае с такими опасными кавалерами, как лорд МакЛауд. Но Лилиан заявила лорду, что они должны эпатировать публику именно этим танцем, иначе им никто не поверит.

— Мисс Харрис, полагаю, вальса достаточно, чтобы все присутствующие поверили, что я сражен вашей красотой? 

МакЛауд задал этот вопрос ледяным тоном, от которого захотелось передернуть плечами, чтобы скинуть с них морозную колючую крошку.

В самой глубине бирюзовых глаз она прочитала, что он все ещё сомневается. В том, что она справится. В том, что ей можно довериться. 

Необычные глаза вдруг затянули девушку в водоворот — тягучий, настойчивый, хищный.

Дыхание перехватило. Сердце совершило кульбит. Мужчина же еле заметно усмехнулся. Снисходительно. Видимо, лорд МакЛауд привык к подобной женской реакции. Но ведь он сам виновен в ней. Зачем он так пристально уставился на нее, словно съесть хотел?!

Усмешка наглого лорда отрезвила мисс Харрис мгновенно. 

«Ах, так, милорд! Вы так самоуверенны? Считаете, что любая растечется перед вами лужицей? Что ж... повоюем!»

Лилиан тоже усмехнулась. Только мысленно. 

— Не достаточно, милорд. — Девушка кокетливо улыбнулась. — Думаю, вам стоит пригласить меня ещё на два танца.

Лилиан внутренне возликовала, когда кадык МакЛауда нервно дернулся, а ладонь на её спине дрогнула. 

— Вы издеваетесь? — Мужчину явно не обрадовала эта перспектива. Лицо мгновенно перекосило, взгляд заискрился гневными искорками.

— Просто трезво оцениваю ситуацию, — мягко ответила девушка.

— Вы уверяли меня, что вальса будет достаточно.

— Верно. Но я не видела тогда лиц окружающих нас сейчас людей. А на них написано сомнение. Нам же необходимо, чтобы нам поверили.

«И ваша усмешка тоже этому виной, сэр МакЛауд», — мысленно проинформировала Лилиан мужчину.

— Нас видели на прогулке в городском парке, в театре и вот на балу. Считаете, нам все еще не верят? — Родерик МакЛауд пристально уставился на партнершу. В голосе мелькнуло раздражение.

Сердце Лилиан кольнуло: не нужно смешивать эмоции и работу. Но вот уже в мужском взгляде мелькнула ирония. МакЛауд наблюдал за ней, словно догадавшись о её коварном женском замысле и, поймав насмешливый взгляд невозможных бирюзовых глаз, Лилиан невольно вспыхнула. 

— Считаю, — тихо, но твердо откликнулась девушка, не отводя глаз. — Хотя я с удовольствием больше не танцевала бы с вами. 
— Вот как. — Темная бровь мужчины лениво поползла вверх. — И почему же?
— Вокруг вас аура власти и опасности. Вы словно хищник, поджидающий новую жертву. И если бы не лорд Рид, который заверил меня, что мне нечего опасаться... — Лилиан сделала выразительную паузу.

— Нечего, — медленно подтвердил лорд, чье лицо стало нечитаемым.

— Однако ещё ни один человек не вызывал у меня такого острого чувства риска, — призналась девушка. — Моя интуиция кричит: «Убегай!»

— А вы?

— Все равно решила разгадать вашу тайну. 

— А вот этого не нужно, милая мисс Лилиан, — процедил МакЛауд. — Не нужно разгадывать меня. Для вашей деятельной натуры я предложу более подходящий вариант. Когда придет время.

Лилиан мысленно усмехнулась: она сама решит, что будет делать и что именно разгадывать.

— Танец подходит к завершению, — проинформировал мужчина. — Действуем по плану. 

— Действуем, — кивнула девушка, — но у нас ещё два танца, сэр. И в течение них вы смотрите на меня влюбленно и восхищенно. А я так же — на вас.

—  Я заметил несколько враждебных мужских взглядов. Мы точно ничье сердце не разобьем?

— Все сердца, которые можно было разбить, я уже давно разбила, — уверенно улыбнулась мисс Харрис. — Иначе не смогла бы работать спокойно. 

— И сколько мужских сердец на вашем  счету?

— Хм… дайте-ка подумать. Четыре.

— Общество считает, что пять, — уверенно возразил мужчина.

— Серьезно? — Лилиан искренне удивилась. А лорд, значит, уже собрал о ней сведения?

— Всем этим джентльменам вы помогали?

— Не всем.

— Значит, среди них есть, действительно, несчастные влюбленные?

— Вам больше не о чем поговорить, сэр? Пора снова эпатировать публику, сделать мне предложение и пригласить на следующий танец. 

— Представляю, как все удивятся. Бессердечная мисс Харрис снова согласилась выйти замуж. Леди и джентльмены начнут делать ставки, выйдете вы за меня или нет.

— Что ж, давайте наконец дадим им этот замечательный повод для споров! — очаровательно улыбнулась Лилиан, и ямочки мелькнули на её розовых щеках.

Девушке вдруг показалось, что ладонь на талии стала горячее, а черты мужского лица стали хищными. Звериными. Опасными. Дрожь охватила хрупкую девичью фигурку, но уже в следующее мгновение лорд МакЛауд вновь выглядел невозмутимо и спокойно.

«Показалось, наверное», — упрекнула себя Лилиан.

Вальс завершился, и мисс Харрис приготовилась удивить местное общество.

Сердце забилось быстрее, девушка искоса взглянула на того, кто сейчас объявит об их помолвке, и вспомнила, как они познакомились.

Три недели назад Лилиан Харрис получила магический вестник от своего давнего знакомого — лорда Майкла Рида. Вестнику девушка несказанно удивилась, так как давно уже не общалась с бывшим тайным советником короля. Он же — бывший Глава теней королевского рода. В настоящее время лорд Рид являлся ректором Академии теней королевского рода.  

Несколько лет назад запутанная и сложная история, в которую оказалась  замешана её старшая сестра Белла и наследник престола, связала Лилиан, которая тогда ещё даже не достигла возраста для выхода в свет, и лорда Рида, одного из сильнейших магов Рейдалии, старше девушки в несколько раз.

Связь, конечно, имела не романтичный характер, а, скорее, партнерский: в силу природного любопытства, острой любознательности и неординарного ума, которому позавидовали бы даже советники императора, Лилиан участвовала в расследовании покушения на жизнь наследника престола.

К удивлению и мисс Харрис, и лорда Рида, связь так называемых случайных партнеров по расследованию преступления оказалась прочной и сохранилась на долгие годы. Основывалась она на взаимном восхищении и уважении. Хотя однажды чуть не прервалась. Как ни странно, по инициативе обиженной до глубины души девушки. 

Лорд Рид дал Лилиан слово джентльмена, что примет девушку в академию теней королевского рода. Но слово свое не сдержал. 

Тот факт, что сам король Рейдалии издал указ о запрете приема личностей женского пола именно в эту академию, мало впечатлил девушку. Дал слово — держи. В конце концов, сделай все возможное и невозможное! Но лорд Рид, к глубокому возмущению Лилиан, просто покорился королевской воле. 

В тот день, когда Рид сообщил о том, что учиться в академии она не сможет, сэр Майкл пообещал отдавать ей для частных расследований самые сложные дела, если те не будут касаться королевской семьи. Для расследования последних существовала Служба теней и  полиция. 

Однако Лилиан крепко обиделась и довольно долго игнорировала все попытки лорда Рида к перемирию.

Возможно, со стороны любому подданному империи покажется странным настойчивое желание одного из сильнейших магов Рейдалии, ректора академии теней, заслужить расположение молоденькой девушки, которая даже магией не обладала. 

Однако среди лиц, входящих в ближний круг девушки, никто этому обстоятельству особо поражен не был. Особенно две женщины: ее высочество Белла Ветинг герцогиня Албемарл — старшая сестра Лилиан, и леди Мэри Трэверс, тетя девушки по материнской линии. Именно эти леди предприняли все возможное, чтобы Лилиан сменила гнев на милость и помирилась с не на шутку расстроенным сэром Майклом.

Итак, три недели назад, лорд Рид  написал следующее:

«Дорогая моя мисс Харрис!

Спешу сообщить, что ко мне за помощью обратился сын моего старого друга. У него сложнейшее и запутанное дело, с которым он не может обратиться в полицию, так как не желает огласки. 

Услышав его рассказ, я сразу подумал о вас и вашем новом амплуа «невесты». Сыну моего знакомого как раз и нужна такая «невеста», которая поможет с его проблемой.

Не желаете ли встретиться в известном нам обоим месте завтра во время ужина? 

Преданный вам лорд Майкл Рид».

Лилиан изъявила желание, о чем известила мужчину в ответном вестнике. Артефакт, который помог отправить магическое письмо, несколько лет назад подарила старшая сестра, когда осознала, что, не обладая магией, Лилиан может отправлять ей лишь обычные письма, которые до адресата шли довольно долго.

Вечером следующего дня Лилиан, лорд Рид и его протеже встретились в условленном месте.

Мисс Харрис сразу узнала «сына друга», ведь их уже представили друг другу, однако изумление смогла скрыть. 

Сент-Эдмундс уже несколько дней гудел от сенсационной новости, которую леди с придыханием передавали из уст в уста. В светских салонах осеннего сезона появился невероятно завидный жених — лорд Родерик Джон МакЛауд, с недавнего времени глава древнего рода МакЛаудов. 

Аристократ был не только молод, невероятно хорош собой, баснословно богат и жутко знатен, но к тому же его личность была окутана тайной. Той самой, что сопровождала лордов, много веков проживающих на таинственном и закрытом острове в Северной Рейдалии...

Вечером следующего дня Лилиан Харрис подъехала к лучшей кондитерской Сент-Эдмундса — «Воздушная выпечка миссис Лав».

Полированные деревянные столы, масляные лампы и плотные бежевые занавески в мелкий цветочек, с тонким кружевом встретили девушку привычным уютом.

Именно шторки разделяли просторное помещение на отсеки, в которых гости доброжелательной миссис Лав, закрытые от чужих взглядов, мило проводили время за чаепитием и беседой.

Уверенным шагом девушка проходила мимо отсеков, из которых до нее долетали довольные приглушенные голоса: женские, мужские, детские, направляясь к последнему из них в самом конце зала.

Остановившись рядом с плотно зашторенным отсеком, Лилиан прислушалась. Голос Майкла Рида она узнала сразу, голос же его собеседника — «сына друга» — вызвал непроизвольную дрожь волнения и смущения. Совсем как в тот день, когда леди Эшли представила ее этому джентльмену. 

В ту встречу Лилиан поразил необыкновенный цвет радужки мужских глаз, а низкий бархатный голос сэра Родерика МакЛауда проник в самую глубину сердца. Однако аура власти и опасности отталкивала. И поскольку Лилиан прекрасно помнила те свои ощущения рядом с новым знакомым, она  решила, что у нее слуховые галлюцинации, и она ошиблась. 

Неужели и такому мужчине понадобилась помощь «фиктивной невесты»? 

Сгорая от нетерпения и сдерживая волнение, Лилиан медленно выдохнула, надела на лицо легкомысленную, очаровательную улыбку — ту самую, от которой на щеках заиграли ямочки, и уверенно вошла в отсек.

Тот, кому понадобилась её помощь, сидел к девушке спиной, сюртук из тонкого темного сукна обтягивал широкие плечи мужчины.

Лорд Рид, наоборот, расположился лицом ко входу, и при виде вошедшей мисс Харрис синий взгляд мужчины вспыхнул откровенной радостью.

— А вот и ваша спасительница, дорогой Родерик! — Сэр Майкл поднялся, подошел к девушке и поцеловал воздух рядом с её кистью.

«Сын друга» тоже поднялся, как того требовали приличия, и медленно обернулся к Лилиан.

Краем глаза девушка отметила, что на столе перед мужчинами уже стоял пузатый фарфоровый чайник, три изящных чашки и несколько тарелок с разнообразной выпечкой. Дальше с тайным любопытством Лилиан наблюдала за мужчиной, который, действительно, оказался МакЛаудом, заранее предполагая его реакцию. 

Интуиция не подвела, как обычно: при взгляде на нее во взгляде МакЛауда на несколько секунд отразилось явное недоверие, сменившееся недоумением, глубоким изумлением, которое вскоре переросло в разочарование. 

— Сэр Майкл, значит, это была шутка? — Вместо приветствия ей чуть ли не прорычал северянин, резко оборачиваясь к Риду.

— Ни в коем случае, мой друг, — спокойным тоном отозвался сэр Майкл и незаметно подмигнул все еще улыбающейся мисс Харрис.

В следующее мгновение лорд выставил вокруг их тройки полог тишины и довольным голосом продолжил:

— Мисс Лилиан Харрис — именно тот человек, который поможет вам, о котором я рассказывал. 

— Бессовестная невеста?! — с нескрываемым презрением в голосе процедил МакЛауд. — Девица с репутацией легкомысленной кокетки и пожирательницы мужских сердец?! 

— Ох, милорд, вы собрали обо мне все сплетни Сент-Эдмундса?! — с восхищением чуть ли не пропела Лилиан, очаровательно улыбаясь. — Мне это невероятно льстит! Видимо, во время нашего знакомства я произвела на вас неизгладимое впечатление? 

Лицо МакЛауда вдруг пошло пятнами, но уже через мгновение вдруг закаменело, а вспыхнувший в глазах гнев сменился ледяной озерной гладью. Бирюзовые глаза уставились на девушку холодно и твердо, без малейших признаков симпатии. 

Родерик МакЛауд впился в лорда Рида испытующим взглядом, и Лилиан догадалась, что северянин пытается проникнуть в мысли ректора академии теней, поскольку её персона основательно шокировала и разочаровала мужчину. 

Сэр Майкл продолжал улыбаться, делая вид, что ничего особенного не случилось.

— Мне не нужно было собирать сплетни, мисс Харрис, — сухо проронил МакЛауд, вновь уделив внимание девушке. — Они посыпались на меня со всех сторон.

— О, видимо, леди Сент-Эдмундса решили сразу избавиться от конкурентки, — усмехнулась Лилиан, прошла к столу и изящным движением присела на третий стул в комнате.

Северянин не спешил занимать свое прежнее место, наблюдая за девушкой с нечитаемым выражением лица.

— Ты же поверил в образ легкомысленной кокетки? — Сэр Майкл Рид ловко подхватил пузатый чайник и наполнил чашку девушки ароматным черным чаем. — И тогда у леди Эшли, и сейчас?

— То есть вы хотите убедить меня, — медленно цедя слова, проговорил МакЛауд, — что поведение мисс Харрис — игра?

— Если было бы иначе, разве я рекомендовал бы тебе обратиться к Лилиан, как к специалисту по расследованию сложнейших и запутанных дел? Твои люди тоже поверят ей. Да им даже в голову не придет, с какой целью ты привез молодую невесту. 

— Специалист, значит? — МакЛауд продолжал сверлить взглядом очаровательное создание с огромными чистыми глазами и легкомысленными завитками волос у ушей. — А ваши помолвки..?

— Фиктивные, — пожала плечами девушка. — Для отвода глаз. Заключались с клиентами, когда те являлись мужчинами.  

— А если клиентом становилась женщина?

— На время мы становились лучшими подругами.

— Зачем вам это? 

— Что именно? Поясните.

— Вместо того, чтобы выйти замуж, жить жизнью респектабельной леди, вы намерено разрушаете свою репутацию, рискуете ею, плюс с каждым годом у вас все меньше шансов подцепить подходящего мужа.

— Я отвечу вам на этот вопрос, сэр. Но после того, как вы расплатитесь со мной за великолепно выполненное дело. 

— То есть вы не сомневаетесь в успехе, даже не зная, о чем пойдет речь?

— Не сомневаюсь, сэр. 

Глаза МакЛауда сощурились до узких темных щелок, в помещении наступила тяжелая, гнетущая тишина. 

— Почему вы так уверены в себе?

— А почему нет? Кстати, у миссис Лав самые воздушные и вкусные шоколадные булочки во всем Сент-Эдмундсе, — улыбнулась Лилиан, ловко отрезала ножом кусочек от выпечки и отправила тот в рот. — Ммм, блаженство. Попробуйте, сэр. Не пожалеете.
МакЛауд качнулся с пятки на носок, некоторое время не отрывая взгляда от розовых губ девушки, смущая её и нервируя, но через несколько взволнованных ударов сердца мисс Харрис быстрым скользящим движением занял место за столом.
В течение последующего получаса Лилиан ощущала на себе пристальный взгляд молчаливого северянина, который не стесняясь рассматривал ее, наблюдал за каждым движением, изучая. Интуиция пока подсказывала девушке, что мужчина все ещё полон сомнений. Иногда искоса она бросала взгляд на сэра Майкла, который и поддерживал беседу за столом, время от времени обращаясь то к Лилиан, то к Родерику.  
Когда МакЛауд откинулся на широкую спинку стула, по-прежнему наблюдая за девушкой, та поинтересовалась:

— Вы будете вот эту последнюю булочку? 

— Нет.

— Значит, я могу её взять?

— По-моему вы сегодня съели столько, сколько не каждый мужчина осилит за неделю. Вы не только пожирательница мужских сердец, но и шоколадных булочек.

— Хм. Какое деликатное замечание, — очаровательно улыбнулась Лилиан. — Вы всегда такой милый, сэр?

МакЛауд проигнорировал вопрос и забарабанил пальцами по столешнице.

— Расскажите мне о тех делах, в которых вы участвовали и преуспели, — властно потребовал он.

— Не могу, сэр, — с искренним сожалением вздохнула девушка. — Это конфиденциальная информация.

— Значит, моего слова тебе не достаточно? — задумчиво, с неприкрытым удивлением проронил Майкл Рид, на что в ответ северянин покачал головой.

— На кону — не только моя судьба, но всего клана. Я не могу доверить ее... —МакЛауд холодно взглянул на мисс Харрис. 

— Тогда и говорить не о чем, — спокойно заметила Лилиан, нейтрально улыбнулась и поднялась. — Джентльмены, мне пора. 

Задерживать её никто не стал. 

***

Однако уже на следующий день МакЛауд связался с мисс Харрис по артефакту связи. 

— Мисс Харрис?

— Да.

— Это Родерик МакЛауд. Я передумал. Хочу нанять вас. 

— Что заставило вас изменить решение? — не скрывая любопытства, поинтересовалась девушка. 

— Вчера после нашей встречи у меня случилась ещё одна. С другом детства. Вам знакомо имя Патрика Бересфорда?

— Знакомо, сэр. 

Лорд Бересфорд являлся одним из нанимателей Лилиан и третьим по счету «фиктивным женихом». Два года назад девушка помогла ему с разрешением довольно щекотливого вопроса. У сэра Патрика пропала фамильная реликвия, в краже молодой человек подозревал мачеху, но не желал огласки.  

— Вечер был долгим, выпито немало, где-то в середине вечера друг поделился, почему до сих пор не женился. Единственная леди, которую Патрик хотел бы видеть в качестве супруги, отказала ему. 

Лилиан мысленно закатила глаза. Неужели Патрик Бересфорд до сих пор страдает по ней? А она-то считала, что молодой человек давно успокоился и забыл её. 

— Конечно, я поинтересовался именем жестокой леди, и неожиданно услышал ваше имя, мисс. Оказалось, что вы были помолвлены, но помолвку разорвали. 

МакЛауд замолчал, Лилиан не торопила мужчину, уже догадываясь, как именно продолжился диалог друзей.

— Естественно, я выяснил подробности вашей помолвки и то, что именно вы помогли Патрику в довольно щекотливом вопросе. 

«Естественно», — мысленно вздохнула мисс Харрис.

— И все-таки вы любитель сплетен, милорд, — насмешливо усмехнулась девушка, с удивлением ловя себя на том, что ей захотелось подразнить сдержанного северянина.

— Зато вы умеете держать язык за зубами, леди, — невозмутимо парировал лорд. — А это главное. 

— Что ж, если вы передумали, то жду вас завтра, сэр. В полдень. Поедем в городской парк, чтобы нашу пару заметили. Адрес мой, наверное, вы тоже уже выяснили?

— Выяснил. Буду без опозданий. 

Проснувшись, мисс Лилиан Харрис некоторое время не могла понять, почему её наполняет такое знакомое чувство радости и удовлетворения.

Мысли еле ворочались, и девушка уже решила было, что, когда дрема окончательно развеется, она вспомнит причину довольства.

Однако память все же лениво и ненавязчиво подсказала, что в её жизни произошли грандиозные изменения: она снова «невеста», ее «жених» невероятно харизматичный молодой мужчина с загадочным взглядом, а мозговым шестеренкам, наконец-то, снова нашлась достойная работа. Лилиан пока не знала сути дела, но не сомневалась, что то удивит её и порадует своей сложностью.

Девушка тягуче потянулась, тонкие пальцы мелькнули перед сонным взглядом, и Лилиан резко застыла. С трепетом и восхищением она уставилась на кольцо, украшавшее безымянный палец левой руки — изящное, из белого золота, с тремя бриллиантами, один из которых, в центре, — редкого золотисто - оранжевого цвета. 

— Напоминает цвет ваших необыкновенных глаз, когда вы чем-то невероятно довольны, — шепнул Родерик Джон МакЛауд, когда надевал помолвочное кольцо на ее пальчик. — Например, как в тот день, когда вы объелись шоколадными булочками в заведении миссис Лав. 

— Я совсем не объелась тогда! — хихикнула девушка, невольно вспыхнув румянцем и сверкнув глазами. 

— Когда вы уходили, то еле переставляли ноги, — насмешливо вздернул темную бровь «жених».

— Неправда! — с возмущением фыркнула Лилиан. 

— Возможно. Зато все окружающие в данный момент заметили, как вы смущены и ярко сверкаете глазками, — прищурился северянин.

Лилиан медленно села, спустила ноги с кровати, все ещё любуясь фамильной драгоценностью МакЛаудов.

Это кольцо являлось уже шестым помолвочным кольцом, которое после расторжения помолвки ей придется вернуть. И, на её опытный уже взгляд, оно самое восхитительное из всех помолвочных колец, которые ей когда-либо дарили «женихи».

Лилиан вызвала горничную, которая помогла ей привести себя в порядок и спустилась вниз, в малую столовую, для завтрака.

Уже несколько лет мисс Лилиан Харрис проживала в доме своей тети — леди Мэри Трэверс, с которой с детства у нее возникли самые теплые и дружеские отношения. И довольно долгое время тетя Мэри была ближе ей, чем родители. Однако в результате некоторых давних событий леди Трэверс полностью потеряла доверие племянницы, и почти на год Лилиан прекратила с ней всякое общение. 

Однако, когда осознала, что из-за пресловутых правил этикета для той смелой жизни, которую она выбрала для себя, ей нужна респектабельная компаньонка, спустя время возобновила. И объяснила тетушке, что теперь между ними сугубо деловые отношения, в рамках которых леди Трэверс становится постоянной компаньонкой девушки, как того требует высшее общество, а Лилиан обязывается выплачивать ей двадцать процентов от того вознаграждения, которое получает от клиентов: «женихов» и «подруг».

К удивлению Лилиан, когда она проходила мимо гостиной, та оказалась заставлена корзинами с цветами.

Мисс Харрис остановилась и решительно ступила в комнату, с любопытством изучая цветы, вспоминая их тайный язык, который просто обязаны знать все леди и джентльмены без исключений. 

Корзина с орхидеями, означающими любовь; с белыми камелями, являющиеся символом очарованности; с гвоздиками, выдающими восхищение того, кто их прислал; и с красными камелиями, говорящими о страстном чувстве отправителя. 

К каждой корзине была прикреплена визитка лорда МакЛауда и карточка с фразой: «Самой восхитительной леди Рейдалии»; «Самой очаровательной девушке Сент-Эдмудса». И так далее.

На журнальном столике девушка заметила коробки с шоколадными конфетами ручной работы и коробку с шоколадными булочками — теми самыми из кондитерской миссис Лав, к которым она так неравнодушна. 

Рядом с лакомствами на столике Лилиан также нашла визитку и карточку с фразой: «Самой милой и очаровательной пожирательнице шоколадных булочек!»

— А вы с чувством юмора, сэр, — пробормотала мисс Харрис, поймав себя на том, что широко улыбается. — И вновь дали отличный повод посплетничать высшему обществу Сент-Эдмундса.

В малой столовой своего столичного особняка леди Мэри Треверс пока не приступила к завтраку, ожидая появления племянницы. 

Чтобы отвлечься и дождаться Лилиан, миссис Треверс читала свежий выпуск «Городских новостей».

На первой странице газеты жителей Сент-Эдмундса извещали о внезапной помолвке лорда Родерика Джона МакЛауда, того самого с северных отландских островов, которому принадлежит остров Скай и замок Анвенган, и самой загадочной девушки графства Вуффолк мисс Лилиан Харрис, на счету которой уже пять разбитых мужских сердец. 

Смелый журналист задавался вопросом, разобьет ли леди Лилиан Харрис очередное мужское сердце или все же дойдет с женихом до храма. 

Прочитав последнюю строчку, миссис Треверс прищурила глаза и поджала узкие, накрашенные бледно-розовой помадой, губы. Подобное внешнее выражение эмоций леди позволила себе лишь потому, что сейчас рядом с ней не было ни Лилиан, ни прислуги, а сейчас она испытала высшую степень раздражения.

В другое время леди Мэри, считающая себя истинной леди, безупречно справлялась с любыми эмоциями, что бы вокруг не происходило. Когда-то в кругу домочадцев, особенно в обществе милых и любимых племянниц, леди Мэри могла расслабиться, но с тех пор, как Белла и Лилиан дали понять, что больше не считают её близким человеком, достойным доверия, леди всегда сохраняла невозмутимость и сдержанность. 

Когда мисс Харрис с радостно блестящими глазами появилась в малой столовой, леди Треверс отложила газету в сторону и приказала лакею, появившемуся вслед за девушкой:

— Эндрю, оставь нас. Сегодня мы сами за собой поухаживаем. И дверь за собой закрой.

Лакей поклонился, вышел из комнаты и прикрыл дверь. Лилиан изящным движением присела за небольшой круглый стол напротив тети, взяла в руки отложенную женщиной газету и пробежалась взглядом по первой полосе новостей.

— Доброе утро, миледи.

— Доброе утро, дорогая. 

С тех пор, как их отношения изменились, любимая племянница перестала обращаться к леди Мэри «тетя», но за прошедшие годы миссис Треверс ни разу не показала Лилиан, как сильно задевает ее новое обращение.

— Новость о помолвке уже есть! — с удовлетворением пробормотала девушка. — На первой полосе! Все просто замечательно!

— Лилиан, я выполнила твою просьбу, — ровным тоном проговорила леди Мэри, переключая внимание племянницы на себя. — Если вдруг ты хочешь знать мое мнение, то в этот раз тебе сначала нужно было выяснить, что за дело у лорда МакЛауда, а затем уже соглашаться на сотрудничество или отказываться.

— Почему?

Мисс Харрис внимательным взглядом уставилась на женщину, ожидая пояснений. Девушка давно убедилась, что тетя Мэри слов на ветер не бросает.

Когда Родерик МакЛауд сообщил, что нанимает её, Лилиан дала поручение тете собрать о самом МакЛауде и вообще обо всех  МакЛаудах информацию. Данная просьба объяснялась просто — самые титулованные  сплетницы графства Вуффолк, столицей которого являлся Сент-Эдмундс, значились либо подругами, либо приятельницами леди Треверс. Бывало, благодаря именно этим леди, Лилиан доставала такие сведения, которые никаким другим способом никогда не узнала бы.

Леди Треверс вздохнула, взяла в руку небольшой фарфоровый чайник и разлила чай по изящным чашкам из самого тонкого рейдальского фарфора. Аромат знаменитого и многими любимого чая «Бохи» заставил затрепетать тонкие ноздри носика миссис Харрис от удовольствия.

— Миледи, так что же вас насторожило? 

— Многое. Во-первых, сама личность твоего нанимателя довольно неоднозначна. О нем ходят совершенно противоречивые... хм... слухи. Согласно одним Родерик МакЛауд благороден, щедр, умен и после смерти отца сумел сохранить в клане дисциплину и держит всех в железном кулаке. Однако герцогиня Аркинс, чья близкая подруга из МакЛаудов, если ты не знала, по большому секрету поведала, что сэр Родерик отличается просто невероятной жестокостью, а в клане до сих пор сохранена смертная казнь за нарушение правил.

— Как это «смертная казнь»? — Девушка чуть не подавилась чаем, со звоном поставила чашку на кружевное фарфоровое блюдце и в изумлении уставилась на тетю. — А полиция куда смотрит?

— На острове МакЛаудов нет королевской полиции, — невозмутимо сообщила леди Треверс. — Обязанности местных полицейских выполняют представители клана.

— Занятно, — задумчиво пробормотала Лилиан, закусив губу. — Что ещё интересного поведали ваши подруги?

— Мужчины отландских кланов женятся на женщинах своих кланов. Или на тех, чьи территории граничат с их землями. Всегда. Это означает, что тебя, как невесту, родственники МакЛауда воспримут враждебно.

Леди Треверс выразительно уставилась на племянницу, но та лишь равнодушно пожала плечами и сделала маленький глоток горячего чая, зажмуриваясь от удовольствия. 

— Я не собираюсь замуж за МакЛауда. Поэтому эта информация мне мало интересна. Кроме того, враждебность родственников мне на руку, вы же знаете. Не придется проводить драгоценное время за ненужным общением.

Мисс Харрис всегда раздражали пустые беседы с родственниками очередного жениха, ведь такое ценное время улетучивалось, а она топталась на месте, не приближаясь к разгадке задания нанимателя. 

Конечно, иногда из общения с ними девушка выуживала что-нибудь важное и стоящее внимания, но, как правило, это случалось в первые же полчаса разговора: Лилиан давно научилась правильно задавать вопросы...

— Лилиан!

Леди Треверс отставила свою чашку, переплела пальцы рук и положила маленькие, изящные кисти на колени. 

Племянница с тайным удивлением проследила за данным маневром, свидетельствующим, что её ожидает довольно серьезный разговор. 

— Насколько я поняла, по твоим же словам, дело МакЛауда связано с судьбой клана.

Мисс Харрис кивнула.

— По каким-то личным причинам милорд не желает обращаться в королевскую полицию. Как и к королевским теням. Ведь, если лорд Рид — друг его покойного отца, то мог бы договориться с его высочеством, чтобы тот выделил последних. 

— Все так. — Лилиан приступила к завтраку, так как решила, что иначе тот остынет. Тетя Мэри любила поговорить. И если овсянку девушка могла съесть остывшей, то яичницу с беконом — категорически, нет.

— Поэтому МакЛауд, оказавшись в тупике, обратился к лорду Риду за советом. А милорд предложил ему твою кандидатуру. 

— К чему вы ведете разговор? — вздохнула мисс Харрис, безотчетно отмечая, что сегодняшняя овсянка с ягодами и шоколадом ей все же нравится больше, чем вчерашняя с орехами и медом.

— Моя интуиция отчего-то подсказывает, что это дело будет намного сложнее твоих прежних. А ещё, что оно... опасно.

— Мне она подсказывает то же самое, — невозмутимо заметила Лилиан. — Да и МакЛауд уже предупредил, что дело непростое, он сомневается в успехе, но у него не осталось вариантов. Милорд уже гарантировал мне защиту, обещал родовые охранные артефакты. Но у меня и самой каких только артефактов нет. 

Мисс Харрис очень гордилась своей коллекцией артефактов на все случаи жизни. Благодаря её родственным и деловым связям эта коллекция постоянно пополнялась и могла удивить даже лорда Рида. Однако ни один человек в мире не знал обо всех артефактах, которые удалось достать девушке.

— Лилиан...

— Миледи, если вы чего-то опасаетесь, не стесняйтесь в этом признаться. Я найду другую компаньонку. На остров Скай, где расположен родовой замок МакЛаудов Анвенган, я не смогу отправиться без респектабельного сопровождения.

Услышав невероятную новость, леди Мэри не смогла справиться с эмоциями: женщина побледнела и в изумлении уставилась на невозмутимую и спокойную племянницу.

— Лилиан, ты сошла с ума? — тихо процедила леди. — Ты не можешь поехать на этот остров. Он расположен слишком далеко. И там нет... королевской полиции! 

— Я и лорд Родерик уже заключили магический договор, — сухо отозвалась девушка. — Сразу после объявления о нашей помолвке. По словам лорда моя работа будет связана именно с его родовым замком и его тайнами. Поэтому вскоре нам предстоит долгое и интересное путешествие. Или оно ждет меня и мою новую компаньонку?

Лилиан вскинула изящную бровь, ожидая ответа. Мисс Харрис прекрасно осознавала, что леди Мэри не меньше, чем ей, нравилось участвовать в распутывании загадочных дел, ведь именно тетя с детства потворствовала увлечению девушки собирать вырезки из главной газеты Сент-Эдмундса «Городские новости».

А вырезала Лилиан исключительно «Полицейские новости», которые после нумеровала и прошивала. 

Девушка жадно изучала всю доступную информацию про кражи, ограбления, похищения, выдвигая свои версии случившегося. После, по-возможности, следила за ходом расследований, запоминая, какая из версий полиции в результате оправдала себя. 

Довольно часто собственные предположения Лилиан оказывались верными. Однако, к сожалению, в Рейдалии женщина не имела шансов стать частным детективом, в полиции тоже работали исключительно мужчины. На короткое время её охватила надежда поступить в академию теней королевского рода, но и та оказалась призрачной.

В итоге несколько лет назад Лилиан Харрис приняла непростое решение стать «фиктивной невестой». Родственники, хотя и не пришли в восторг от её решения, но смирились, втайне надеясь, что Лили вскоре наиграется в частного детектива, выйдет замуж и станет респектабельной замужней дамой. 

— Конечно, я не оставлю тебя, — медленно проговорила леди Треверс. — Однако, раз уже все решено, — голос женщины стал тверд и уверен, — то я настаиваю на встрече с герцогом и герцогиней Албемарл. Они должны знать о твоем новом деле. На всякий случай. 

Лилиан выпрямилась, отложила столовые приборы и прищурилась.

— Желаете подвергнуть меня нотациям моей правильной старшей сестры? Вы же знаете, как Бель относится к тому, чем я занимаюсь.

— Племянников ты тоже давно не видела, — упрямо пробормотала леди Мэри. — А путешествие в Анвенган, скорее всего, займет немало времени. Только на поезде по Северной дороге придется ехать две недели.

Вспомнив малышню — детей старшей сестры Беллы, Лилиан немного смягчилась. Да и в совете тети содержалось разумное зерно. Но тогда и родителей с младшими сестрами нужно навестить в Харрис-холле перед отъездом. 

— Что ж, все равно МакЛауда нужно представить и родителям, и Бель, иначе наша помолвка вызовет ещё большие пересуды, — вздохнула Лилиан.

Немного подумав, она добавила:

— Тогда после ланча выдвигаемся в Харрис-холл. Я отправлю маме магический вестник, чтобы к вечеру ждала нас. На обратном пути заедем к Бель и Эдуарду. Нужно предупредить МакЛауда, что его ждет представление моим родителям и его высочествам. Отправлю и ему магический вестник, чтобы к вечеру появился в Харрис-холле.

Родерик Джон МакЛауд взбешенным взглядом сверлил сжатые в кулак пальцы, которые мгновение назад безжалостно скомкали магический вестник. Содержание последнего оглушило его.

Возможно, он ошибся? Может, не так понял то, что написал друг юности? 

Родерик нервно расправил лист магической бумаги и жадным взглядом впился в ровные и аккуратные строчки, написанные знакомым почерком. 

«Милорд Родерик,

я вызываю вас на магический поединок. Сегодня вечером. В известном вам месте. Время найти секунданта у вас предостаточно.

Причина — ваша помолвка с прекраснейшей девушкой, к которой я давно испытываю искреннее и нежное чувство, о чем имел глупость поделиться с вами.

Ваш бывший друг, Патрик Бересфорд». 

Выходит, в первый раз он прочитал все верно. Просто в голове не укладывался поступок глупца Бересфорда.

Какого, спрашивается, демона?! Он спятил?! С Лилиан Харрис друг разорвал помолвку почти два года назад!

Прошло демоновых два года!

По словам самого Бересфорда с тех пор девушка не изменила решение, становиться его леди не собиралась и после него уже дважды успела побывать чужой невестой. Дважды! Неужели Патрик и тех «женихов» вызывал на дуэль? Он не слышал об этом. Так какого демона Бересфорд взбесился сейчас?!  

— Какой болван!

В порыве раздражения МакЛауд запустил скомканным вестником в стену и тот, стукнувшись о дорогую шелковую обивку кабинета особняка, который он снял на месяц, рассыпался возмущенными магическими искорками.  

Перед гневным мысленным взором северного лорда словно в насмешку возникло девичье лицо с тонкими чертами лица и самоуверенным взглядом огромных золотисто-карих глаз. Одновременно загадочным и невинным. 

Прямой нос, пухлые розовые губы, очаровательные ямочки на щеках, каштановые шелковые завитки волос у маленьких раковин ушей, невысокий рост и осиная талия...

Леди Лилиан Харрис была бесспорно хороша собой той особенной красотой, которую можно сравнить с нежным домашним цветком, но не настолько прекрасна, чтобы Родерик потерял голову и дрался из-за нее на дуэли.

Если бы не демонов магический договор, он бы и не посмотрел в ее сторону: девушка была совсем не в его вкусе. МакЛауда всегда привлекали статные жгучие брюнетки с многообещающим смелым взглядом, и на одной из таких он и собирался когда-нибудь жениться. Не в скором будущем. Но и не в слишком далеком.

МакЛауд надеялся, что Флора при встрече не придушит его невесту-чужачку и дождется расторжения помолвки с мисс Харрис, которая, он очень надеялся на это, обещала быть недолгой.

И снова лицо той, которая вдруг стала между ним и Патриком, а вскоре будет бесить прекрасную Флору, всплыло в памяти.

Непроизвольное удивление вновь наполнило каждую клетку — разве может девушка с такой невинной и очаровательной внешностью обладать мозгами, которыми восхищался сам лорд Майкл Рид?

А как Бересфорд восторгался девчонкой? Лилиан Харрис и такая, и растакая, и, вообще, самая расчудесная и разумная леди Рейдалии.

Причин не верить старому другу отца и Патрику у Родерика не было, хотя сначала он и отказался от услуг мисс Харрис — уж больно нереальным показалось ему то, о чем поведал лорд Рид. Да и Патрик.

Вот эта милая мисс сможет помочь ему отыскать предателя и вора в клане? Серьезно?! Он не смог. Его люди из ближайшего окружения тоже не преуспели. А эта хрупкая пигалица с полупрозрачной сияющей  кожей эльфов, едва достающая ему до плеча, хихикающая, как глупая и легкомысленная девица, найдет?! Да она даже магией не обладает!

В итоге он сдался. Хотя и не до конца поверил в чудесные способности мисс Харрис, все ещё сомневался в них. Однако решил рискнуть. По сути, выбора не осталось: время стремительно истекало.

В полицию обратиться не мог. Впустить теней короля шастать по острову и землям клана? Невозможно. Те только рады сунуть нос в секреты МакЛаудов. А самая главная причина, почему он согласился на сотрудничество с мисс Харрис — ни одна живая душа ни в клане, ни вне его не должна узнать о пропаже Флага Фей. Кроме тех, кто уже в курсе. Но то была необходимость. С мисс Харрис же он уже взял магическую клятву о том, что она не имеет права распространяться ни о сути их магического договора, ни о жизни и тайнах МакЛаудов.

Родерик представлял изумление и недовольство клановцев, когда привезет невесту-чужачку, однако он не сомневался в том, что, пока те не узнают о пропаже древнего артефакта, никто не посмеет высказаться против его решения или посмотреть косо на невесту вождя. 

Следующий магический вестник, неожиданно влетевший в распахнутое настежь окно, заставил лорда МакЛауда ещё больше насторожиться. Северянин ловко поймал послание, развернул магическую бумагу и с чувством выругался:

— Да чтоб мне сдохнуть в бездне! 

Что за день-то такой дурной сегодня?Мисс Харрис все это серьезно? Он должен познакомиться с её многочисленным семейством? Это шутка такая? Да лучше он дважды схватится с Патриком Бересфордом на дуэли, чем снова лицедействовать, только теперь на семейном чаепитии Харрисов. И так изобразил влюбленного болвана для всего Сент-Эдмундса и графства Вуффолк. Да и уважительная причина уклониться от сомнительного удовольствия у него имелась — дуэль. Из-за мисс Харрис, между прочим.

— Мы так не договаривались, леди, — задумчиво процедил Родерик и повторил недавнее действие — смял жесткими пальцами магическую бумагу и швырнул в стену.

Послание рассыпалось магическими искорками, а МакЛауд задумался, кого сможет позвать секундантом.

От дуэли отказаться он даже не подумал. Как бы не хотелось драться с другом, но Патрику придется вставить мозги на место. Глава клана МакЛаудов не имеет права прослыть трусом.

В назначенное время МакЛауд прибыл в известное ему с юности место.

Именно на территории заброшенного и разрушенного храма Пресветлой Богини на окраине Сент-Эдмундса когда-то давно юные лорды МакЛауд, Бересфорд и их третий друг Джордж Синклер участвовали в дуэлях из-за прекрасных леди графства или просто так — по дурости.

С тех пор прошло много времени, и Родерик Джон МакЛауд даже в страшном сне не мог представить, что когда-нибудь Патрик Бересфорд вызовет его на дуэльный магический поединок... 

Сегодняшним вечером секундантом Родерика стал Пол Дабх, молодой уроженец отландаких островов, его верный человек, в компании которого он приехал в Сент-Эдмундс.

Вместе с Дабхом Родерик приближался к условленному месту и, ещё не выйдя из сумрака, услышал знакомый женский голос. 

— Патрик, я так восхищаюсь вами! Вы самый достойный джентльмен из всех моих знакомых джентльменов! Я так рада, что вы услышали меня! Теперь я навеки ваша должница! 

Родерик решил, что у него слуховые галлюцинации. Ну не может эта девушка находиться поздним вечером за пределами Сент-Эдмундса в заброшенном храме. 

— Ты тоже слышишь голос леди Харрис? — Вкрадчиво уточнил он у обескураженного Пола Дабха. — Или мне кажется? 

МакЛауд обратил внимание, что Дабх, как и он, тоже прислушивается, и на мужском лице с грубыми, словно высеченными из гранита, чертами озадаченность сменяется довольно странным выражением — смесью недоверия, радости и восхищения. И что бы это значило?

— Это голос вашей невесты, милорд, — уверенно заявил Дабх.

— Какого демона она здесь забыла?! — процедил МакЛауд в густую темноту и вышел из сумрака в ту часть заброшенного здания, над которой слабо мерцал магический светильник.

У него имелся еще один вопрос: «Отчего ты так рад, Пол, что леди Харрис здесь?!» Но мужчина не озвучил его, решив после дуэли разобраться с этим загадочным обстоятельством.

Взгляду МакЛауда предстала следующая картина. Лорд Патрик Бересфорд, хмурый, внешне сдержанный, с крепко сжатыми челюстями и слегка сощуренными темными глазами сверху вниз смотрел на девушку. Та стояла рядом с ним, задрав голову, и с восхищением щебетала о том, какой Патрик расчудесный и замечательный.  

Узнать девушку возможно было только по нежному, музыкальному голосу, так как с головы до ног его невеста была закутана в черный плащ с капюшоном. Несмотря на каменное лицо, взгляд Бересфорда, обращенный на Лилиан Харрис, горел мрачным, жадным огнем. МакЛауду показалось, что мужчина еле сдерживается от того, чтобы не схватить девушку в объятия.

В черном костюме из магически заговоренной ткани, собранный и серьезный, Бересфорд выглядел готовым к дуэли. Из точно такой же ткани был сшит и костюм самого МакЛауда — те, кто довольно часто участвуют в магических поединках, не станут пренебрегать подобной защитой, отражающей хотя бы простые боевые магические заклинания. 

Рядом с Патриком, за его правым плечом, широко расставив ноги, стоял серьезный молодой мужчина с резкими чертами лица. Вероятно, секундант. МакЛауду он не был знаком.

— Что здесь происходит? — тихим голосом уточнил Родерик. Его взгляд впился в мисс Харрис, тон выдавал крайнее раздражение и недоумение.

— Милорд! А вот и вы! — выдохнула девушка, резко оборачиваясь. — Мы вас ждали.

— Я прибыл раньше назначенного срока, — сухо заметил МакЛауд. Что, значит, ждали? — А с кем вы приехали сюда, мисс Харрис?

— С горничной, милорд, — пожала плечами «невеста». —  Энн ждет в экипаже. Она испугалась сюда идти.

— А вам, значит, не страшно?

— Мне? — Его невеста так сильно удивилась, словно он спросил её о какой-то нелепости. — Нет, конечно. Я не боюсь ночи, развалин и всего остального. — Лилиан Харрис усмехнулась и сделала выразительный жест рукой, показав на это «все остальное».

— Лилиан, как вы узнали о дуэли?

— К мисс Харрис приехала моя средняя сестра Джорджиана и умоляла предотвратить наш поединок, — сухим, колючим голосом вмешался Бересфорд и вдруг усмехнулся: — Отчего-то ты кажешься Джорджи беспощадным монстром, который обязательно разорвет меня на куски.

МакЛауд мысленно поморщился. Он помнил двух младших сестер Патрика: Джорджиану и Милдред. Девушек - погодок. Однажды, несколько лет назад, леди Джорджиана Бересфорд, которой в то время уже исполнилось тринадцать лет, подсмотрела кое-что, связанное с ним и не предназначенное для чужих глаз. Девушка безумно перепугалась, но, к его удивлению, об увиденном никому не проболталась. Однако с тех пор избегала его общества.

— Значит, вы здесь, чтобы помешать нам, леди? — МакЛауд хмуро уставился на невесту. — И каков ваш план? — Темная бровь мужчины вопросительно взлетела вверх.

— Сэр Патрик! — Девушка резко обернулась к Бересфорду. В её голосе одновременно мелькнули требовательные и просительные нотки. — Вы дали слово! 

Давно зная Бересфорда, Родерик был уверен, что друг еле сдержался от того, чтобы не закатить глаза.  Через несколько секунд он уставился на МакЛауда нечитаемым взглядом и медленно, но твердо проговорил: 

— Милорд, я был не прав, когда вызвал вас на магический поединок. Приношу свои извинения. Если принимаете их, дуэли не будет.

Некоторое время МакЛауд не сводил холодного, изучающего взгляда с окаменевшего лица друга. Бывшего или все же нет? Насколько ему известно, задира Бересфорд впервые в жизни приносил кому-то извинения и признавался в том, что был не прав. Сколько дуэлей у них случилось за годы учебы в академии магии! И никогда лорд Патрик Бересфорд не признавал вину.

— Я принимаю извинения, сэр, — сухо процедил МакЛауд.

Патрик коротко кивнул, после ловко, но мягко ухватил тонкую руку мисс Харрис и поцеловал тыльную сторону узкой, маленькой ладони. Затем выразительно взглянул на секунданта и бесшумно шагнул в темноту. Его спутник исчез вслед за ним. 

На территории бывшего храма остались трое, и МакЛауд насмешливо уточнил у довольной невесты:

— Что вы сказали Бересфорду, леди? Угрожали лишить себя жизни? Или запугали Патрика всеми известными вам небесными карами?

— Всего лишь привела разумные доводы против этой дуэли, — легко пожала плечами мисс Харрис.

Разумные доводы? Которые Бересфорд услышал? Довольно долгое время МакЛауд молча сверлил девушку взглядом, мечтая проникнуть в её мысли, когда мисс Харрис вдруг бросилась ему в объятия и спрятала личико на его груди. 

— Я так разволновалась, Родерик! Так переживала! — тихо воскликнула Лилиан. — Когда Джорджиана мне все рассказала, я сразу бросилась сюда! Я очень боялась опоздать!

Мужчина сперва опешил, но «невеста» шепотом отрывисто добавила: 

— Ради Пресветлой, сэр! Ваш человек наблюдает за нами. Не будьте ледяным истуканом, ведь по легенде вы по уши влюблены в меня. Обнимите меня, скажите что-нибудь успокаивающее и ласковое.

— Дорогая, не стоило волноваться, — послушно буркнул Родерик. — Я справился бы. 

— Но сэр Патрик ваш друг! Недоразумение между вами не должно повлечь дуэль! — И снова Лилиан добавила шепотом: — Да и причина дуэли показалась мне совершенно нелепой.

— Возможно, и судьба лорда Бересфорда вам небезразлична? — прошелестел губами МакЛауд.

— Он хороший человек и настоящий джентльмен, — не стала отрицать девушка. 

— И до сих пор влюблен в вас, — задумчиво буркнул МакЛауд, ловя себя на довольно загадочном чувстве — ему нравилось обнимать хрупкую фигурку «невесты», гладить девушку по шелковым каштановым волосам, с которых упал капюшон, вдыхать нежный цветочный аромат.

— Последнее обстоятельство не имеет отношение к тому, почему я здесь, — с возмущением в голосе возразила Лилиан и шепнула: — Хватит меня нюхать. Лучше поцелуйте меня в макушку. Пару раз хватит. 

— Вы же должны были уехать в Харрис-Холл! — вдруг вспомнил МакЛауд, послушно приникая губами к волосам «невесты». 

— Я отправила родителям вестник, что мы приедем завтра. Вместе. 

— Полагаю, эта поездка не обязательна, — попытался отвертеться Родерик. 

— Очень даже обязательна! Вскоре мы уедем далеко и надолго, поэтому родители должны видеть того, кто меня увезет. И сестра — тоже. Кроме того, специально для вас приготовят вкуснейший отландский пирог с рубленой бараниной и кранахан. Кто, кроме вас, по достоинству сможет оценить эти блюда?

Услышав последние новости, МакЛауд слегка отстранился и сверху вниз недоверчиво уставился на Лилиан. В сумраке вечера огромные золотисто-карие глаза девушки мягко и загадочно светились, а розовые губы изгибались в лукавой улыбке. 

На мгновение мужчине показалось, что его затягивает теплый золотистый водоворот прекрасных глаз мисс Харрис.

— Как вы узнали? — хрипло спросил Родерик и сам не узнал свой голос.

— Я же ваша невеста, Родерик! — кокетливо проворковала девушка. — Я должна знать любимые блюда жениха.

— Но... Как?!..

— Это мой секрет. 

Секрет?!

Мужчина резко обернулся к Полу Дабху. Отландец, застывший от них в нескольких шагах и прислушивающийся к диалогу вождя с невестой, встретив гневный бирюзовый взгляд, стал вмиг бледным и отшатнулся. 

— Дабх?!

— Мисс Харрис просто поинтересовалась вашими любимыми блюдами и напитками, сэр. 

МакЛауд поймал себя на том, что испепеляет Пола взглядом, но все еще держит в объятиях свою фиктивную невесту.

Родерик решительно отстранил от себя Лилиан и постарался уточнить, как можно мягче:

— Во сколько выезжаем в Харрис-Холл?

— После завтрака вам удобно, сэр?

Мужчина еле удержался от того, чтобы не ответить: «Мне никогда неудобно, леди».

— Удобно. Я буду верхом, — сухо ответил он.

— Замечательно. А сейчас проводите меня к экипажу, сэр? 

МакЛауд молча подал девушке руку, на которую та оперлась, и они медленно направились в обратный путь.

— Спасибо, — шепнул Родерик, когда уже подсаживал девушку в экипаж. — Вы сегодня выручили меня, ведь Бересфорд мой давний друг. Не знаю, какая собака его укусила.

— Полагаю, ваше присутствие в Харрис-холле станет для меня достойной наградой, — довольно улыбнулась девушка и исчезла в салоне, в котором её ждала бледная и взволнованная горничная.

Когда экипаж мисс Харрис превратился в еле различимую точку, МакЛауд услышал задумчивый голос Пола Дабха:

— Удивительная у вас невеста, милорд. Светлая, добрая, смелая, с большим сердцем. Вам очень повезло. 

— Пол, сколько тебя помню, ты всегда был холоден с женщинами. И ни одной отландке не выдал моих пристрастий. 

— Милорд, — тяжело вздохнул мужчина. — Сам не заметил, как ответил мисс Харрис на все ее вопросы. Она сначала щебетала, как птичка, а потом вдруг уже благодарила меня за то, что я помог ей. 

«Непростая вы птичка, Лилиан Харрис, — мысленно усмехнулся МакЛауд. — Похоже, лорд Рид не зря восхищается вами... И что же вы сказали Бересфорду? Как убедили его принести извинения?»

***
Спасибо за обратную связь! Рада вашим комментариям и лайкам! Кто хотел подписаться на меня, как автора, но забыл, может нажать на эту кнопку! Тогда вы будете всегда в курсе моих новинок и новостей! ♥️

Лилиан Харрис с лукавой улыбкой наблюдала, как её шестой жених пробует десерт, приготовленный поваром Харрисов. 

Мистер Лойс довольно часто поговаривал, что путь к сердцу даже самого сурового джентльмена можно найти через желудок. 

Юная Лилиан, как-то услышав эту фразу, намотала её на свой любопытный нос и с тех пор стала наблюдать за отцом и его друзьями.

Девушка отмечала, что после вкусного обеда или ужина отец и другие джентльмены становились добрее и сговорчивее по многим вопросам. 

Лилиан даже проводила тайные эксперименты. В один из дней обращалась к отцу с нелепой просьбой до ужина и почти всегда получала отказ, в другой — с этой же просьбой, но после вкусного и сытного ужина. И в последнем случае процент согласий поражал юную экспериментаторшу. 

А Лилиан Харрис умела делать выводы. 

Родерика Джона МакЛауда девушка сразу отнесла к тому сорту мужчин, от которых исходит какая-то внутренняя угроза. Последняя ощущалась на уровне интуиции, к которой Лилиан научилась прислушиваться и доверять. 

В отношении шестого жениха это самое чутье подсказывало ей, что новый наниматель не причинит вреда, а опасность исходит из... его привлекательности для нее. А это значит, что в будущем ей стоит опасаться разбитого сердца. 

Допускать этого Лилиан не собиралась. Следовательно, «жениха» из опасного для сердца мужчины ей необходимо превратить в того, с кем сложатся доверительные и дружеские отношения. В того, на кого она станет смотреть исключительно, как на друга. Другого варианта не было, ведь, изображая влюбленную невесту, она должна часто и довольно близко общаться с МакЛаудом.

Таким образом, Лилиан Харрис решила сначала подружиться с желудком сложного джентльмена. Девушка так и объяснила мистеру Лойсу, что от того, как тот приготовит любимые блюда ее «жениха», зависит очень многое. И повар от души расстарался.

Теперь МакЛауд осторожно смаковал кранахан — традиционный отландский десерт из смеси взбитых сливок, виски, мёда, малины и обжаренных овсяных хлопьев.

То, что её суровый и сдержанный жених оказался вдруг тайным сладкоежкой, сперва удивило Лилиан и даже позабавило. Девушка прекрасно помнила, как тот посмеивался над её любовью к шоколадным булочкам. Выходило, что и сам суровый мужчина имел интересные слабости. 

В разговоре Пол Дабх, сам того не замечая, объяснил ей, в чем состоял секрет того кранахана, который обожал его милорд. Овсяные хлопья поджаривали до золотистого цвета, — тогда те придавали блюду лёгкий ореховый привкус; сливки взбивали мягко, не до крутого состояния; виски добавляли умеренно, чтобы аромат не стал слишком насыщенным.

— Итак? Ваш вердикт, сэр? — не выдержала миссис Харрис, мать Лилиан. — Справился наш мистер Лойс с отландским десертом? На мой вкус получилось очень достойно.

Лилиан показалось, что дыхание затаила не только она, но и мистер Харрис с её младшими сестрами. Харрисам, к её удивлению, определенно понравился гость, и теперь они хотели, чтобы тот остался доволен.

— Без сомнений, справился, миледи, — скупо улыбнулся МакЛауд. — Я в ошеломлении. Не думал, что, кроме Северной Рейдалии, еще где-нибудь умеют готовить идеальный кранахан.

После этих слов послышались радостные восклицания членов многочисленного семейства Харрисов, а мужчина нашел взглядом невесту.

В его глазах застыло задумчивое выражение, и Лилиан кожей ощутила и озадаченность, и удивление, и искреннее восхищение. 

Девушка ответила своей привычной лукавой улыбкой, прекрасно осознавая,  с чем связаны эти яркие эмоции.

Родерик МакЛауд, северный лорд, в очередной раз убедился в том, что, если мисс Харрис за что-либо берется, то делает это безупречно. В данном случае — казалось бы, из ниоткуда девушка выяснила все нюансы идеального отландского десерта, так любимого мужчиной.

Пирог с рубленной бараниной мистер Лойс тоже приготовил безупречно. Конечно, в этом была заслуга и самого талантливого повара, но рецепт ему отдала Лилиан, а тот тоже содержал нюансы.

Прежде всего, размер пирога: он должен быть небольшим, не больше десяти сантиметров в диаметре. Далее особенность касалась мясного фарша: в него тоже добавлялись овсяные хлопья...

Уезжал МакЛауд из Харрис-Холла сытый, довольный и благодарный за теплый прием. Семейство Харрисов произвело на него самое приятное впечатление. Впрочем, как и он на них. Супруги Харрис убедились, что новый наниматель дочери очень даже достойный джентльмен, несмотря на то, что родом с дикого севера.

Однако довольство мужчины вскоре испарилось, когда он вдруг осознал, кем именно являлась старшая сестра Лилиан Харрис — её любимая Белла. 

— Я как-то упустил из вида, что ваша любимая Бель и супруга наследного принца Рейдалии — одна и та же женщина!

— А когда вы осознали этот момент, что-то изменилось? — легко усмехнулась Лилиан, которая сопровождала жениха верхом.

Экипаж с леди Треверс следовал за ними. Лилиан планировала оставить кобылку у Бель и дальше, до Сент-Эдмундса, проследовать в экипаже.

— Моя сестра в любой своей ипостаси прекрасна и добра.

— Полагаю, все же изменилось. Уверен, далеко не каждому удается попасть на личную территорию главы теней королевского дома.

— А, вы об этом! Если рассматривать с этой точки зрения, то вы правы. Но думаю, Эдуарда мы вряд ли встретим. Наверняка, его высочество в столице. Он всегда очень занят.

— Не сомневаюсь в этом. Еще я слышал, супруга принца талантливая целительница. И даже практикует в госпитале Сент-Эдмундса под руководством графини Вуффолк. Это так? 

— Так. Только у Бель есть железное правило — брать выходные и проводить время с детьми, моими племянниками. И сегодня у нее как раз выходной.

Едва девушка произнесла эту фразу, как широкая протоптанная тропа через хвойный лес закончилась, и их взгляду предстало поместье из светлого камня впечатляющих размеров, огороженное высоким кованым забором.  

— Албемарл! — радостно воскликнула Лилиан Харрис и пустила кобылку к огромным воротам с калиткой. — До чего же он хорош, правда?!

К удивлению МакЛауда привратника у ворот не оказалось. Но северянин поразился ещё больше, когда «невеста» приложила узкую, изящную ладонь к калитке, и огромные ворота стали медленно разъезжаться в стороны. 

— Сложный артефакт, настроенный на ауру близких родственников, — с восхищением в голосе пояснила девушка, а через мгновение кобылка с очаровательной всадницей протиснулась в узкий проем, не дожидаясь, когда ворота окончательно разойдутся. 

МакЛауд на своем жеребце и экипаж с леди Треверс тронулись за девушкой спустя некоторое время, подождав, когда расстояние между двумя коваными половинками достаточно увеличится.

Когда Лилиан Харрис подъехала к парадному входу загородного поместья старшей сестры, герцогиня Белла Албемарл уже встречала ее. В компании четырехлетнего Генри Албемарла, двухлетней Валери Албемарл, няней, дворецкого и кое-кого из прислуги.

Маленький принц рос копией своей прекрасной матери, унаследовав от нее волосы цвета темной меди, каре-зеленые глаза и сдержанный характер. Валери же пошла в отца не только темными волосами, пронзительным взглядом темно-зеленых глаз, но и упрямством, которое, несмотря на её совсем юный возраст, измучило уже ни одну няню.

Лилиан вновь отметила, как и всегда, что годы замужества и материнства пошли её любимой сестре на пользу. Белла стала ещё прекрасней, а в глубине её огромных глаз, казалось, навсегда поселились довольство, счастье и спокойствие. 

Герцогиня Албемарл при виде сестры широко и искренне улыбнулась, она крепко держала за руку Генри, малышка же находилась на руках у высокой и крепкой няни. 

— Лили! — радостно выкрикнул Генри, махнув пухлой ручкой.

— Ли! — восторженно пискнула Валери, заерзав на руках у няни. 

Лилиан ловко соскочила с кобылки, отдав поводья подбежавшему конюху и, подхватив юбки амазонки, взлетела по ступенькам. 

Сестры крепко обнялись, уже привычно при подобных встречах нарушая правила этикета, после чего Лилиан приласкала и поцеловала счастливого племянника и забрала на руки верещащую от восторга Валери. А затем вместе с Беллой наблюдала, как спешивается её спутник, невольно отмечая его статную фигуру, широкий разворот плеч и невозмутимый взгляд невероятных глаз. 

— Дорогая, снова ты ходишь по острию бритвы, — еле слышно пробормотала леди Албемарл. — Что-то подсказывает мне, что этого джентльмена тебе сложнее всего будет превратить в... хм... друга. 

— Начало положено, — не менее тихо ответила Лилиан и добавила самоуверенно: — Он уже смотрит на меня намного мягче и дружелюбнее. Да и мистер Лойс сегодня превзошел сам себя с отландскими блюдами. 

— Опять начинаешь с тропинки к желудку нанимателя? — насмешливо усмехнулась герцогиня.

— Зачем изменять проверенным тропам? — фыркнула Лилиан. 

На это высказывание ее высочество Белла Ветинг лишь отчего-то тяжело вздохнула, а через мгновение уже нейтрально улыбалась лорду МакЛауду, о котором Лилиан писала ей в магическом вестнике. 

Родерик Джон МакЛауд с первого взгляда показался леди Албемарл не подходящим нанимателем для младшей сестры. Белла решила, что в этот раз сердце Лилиан точно в опасности, а, насколько герцогиня была наслышана, лорды Северной Рейдалии не женились на девушках из других регионов королевства. 

Особенно загадочные лорды с отландских островов. 

— Дорогая Белла, позволь представить тебе лорда Родерика Джона МакЛауда. Милорд, Белла — моя старшая сестра. Ее высочество принцесса Рейдалии, герцогиня Албемарл. 

— Рад знакомству, ваше высочество. — Северянин склонился к изящной руке принцессы Рейдалии.

В памяти же молодой женщины всплыл недавний весьма напряженный разговор с супругом, касающийся личности гостя. 

— Кто стал новым нанимателем нашей непоседы? — с откровенным интересом поинтересовался за недавним ужином его высочество Эдуард Ветинг, герцог Албемарл. 

Наследный принц Рейдалии второй очереди никогда не скрывал ни своего нежного отношения к младшей сестре супруги, которую полюбил, как свою собственную сестру, ни своего негативного отношения к выбору Лилиан относительно своей деятельности. Наверное, Эдуарду больше всех из окружения Беллы не нравилось своеобразное увлечение Лили, которое, по его мнению, чересчур затянулось.

— Некий лорд Родерик Джон МакЛауд.

— Кто?

Взгляд супруга мгновенно изменился, из заинтригованного стал напряженным, сильная фигура на миг окаменела, будто от шока, а челюсти так крепко сжались, что Белла забеспокоилась за зубы супруга.

— Эди, что такое?

— Бель, это нехорошая новость, — тихо процедил его высочество. — Ты меня расстроила.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась герцогиня, сердце забилось быстрее, ладони от охватившего беспокойства вспотели. 

— Твоя сестра уже заключила магический договор с... МакЛаудом?

— По словам Лили, да, — настороженно отозвалась её высочество.

— Демоны! Бель, у Лилиан совсем атрофирован интстинкт самосохранения? Почему она не посоветовалась? Разве она не слышала о МакЛаудах с острова Скай?!

— Эди, моя сестра с тобой советовалась лишь дважды, когда клиенты настораживали её. Видимо, в этот раз Лилиан уверена, что лорд МакЛауд достоин её доверия. Эди... что она должна была слышать?

— Это МакЛауд достоин доверия? — гневно выдохнул Эдуард Ветинг. — Наверняка, Лили заранее собрала информацию о нем и его клане...

— Наверняка.

Принц нервно забарабанил пальцами по подлокотнику кресла, в котором сидел. Через несколько секунд он поднял строгий взгляд на Беллу.

— Надеюсь, дело МакЛауда не связано с его землями, и твоя сестра останется в графстве Вуффолк. 

— Эдуард, скажи, что происходит? — медленно процедила герцогиня. — Дело в том, что Лилиан скоро уезжает в Северную Рейдалию. Вместе с лордом МакЛаудом. Тетя Мэри будет сопровождать её. Поэтому сестра скоро приедет. Попрощаться и познакомить меня с очередным нанимателем, как она всегда делает. 

На эту новость его высочество отреагировал вновь застывшим выражением лица и нечитаемым взглядом. 

— Что ж, ясно, — без всяких эмоций отозвался принц. — Когда приедет Лилиан?

После ответа супруги, его высочество твердо проговорил:

— В этот день я тоже буду на ужине. Хочу познакомится с новым вождем МакЛаудов. Как-то до сих пор не довелось. 

И вот теперь ее высочесиво Белла Ветинг приглашала в дом северного лорда, искоса и осторожно присматриваясь к загадочному мужчине, чья персона явно настораживала её супруга. 

Леди Мэри Треверс, которой лакей помог выбраться из экипажа, Белла лишь слегка кивнула, без особой улыбки и теплоты. Тетю герцогиня Албемарл до сих пор не простила и принимала только ради Лилиан, ее доброго имени и безопасности.

Пока герцогиня проводила для гостя с севера небольшую экскурсию по загородной резиденции Ветингов, мисс Лилиан Харрис с удовольствием общалась с любимыми племянниками. 

Генри и Валери дружно затянули тетушку в детскую и сразу повисли на любимой Лили, как яблочки на яблоньке. Малыши обожали добрую и веселую девушку, и всегда ждали её приезда, потому что только с Лили отец разрешал им носиться по дворцу и играть на всех этажах. Даже на чердачном, где хранилось много загадочных вещей.
Поэтому, когда в разговоре Лилиан вдруг призналась, что приехала всего на одну ночь, а завтра уже уедет, ещё и надолго, дети искренне расстроились.

— Значит, завтра мы не поиграем с тобой в прятки? — насупился Генри и сложил ручки на груди в характерном жесте. — В нашем парковом лабиринте?   

— В этот раз — нет, — мягко отозвалась Лилиан. — Но, когда я вернусь, то приеду к вам на несколько дней, и мы обязательно поиграем не только в прятки в лабиринте, но и в другие игры. Заберемся на чердак, откроем тот загадочный сундук, который нашли в прошлый раз. А потом ещё и на лодке покатаемся, и в этот раз весла будут у тебя, а не у Джейкоба.

— Обещаешь? — недоверчиво выдохнул малыш.

— Слово леди! — кивнула девушка с серьезным выражением лица. Мисс Харрис постаралась, чтобы в этот момент на её лице не дрогнул ни один мускул, ведь его высочество Генри Ветинг уже знал, что тетя Лилиан, несмотря на то, что женщина, слов на ветер не бросала. А её «слово леди» равносильно нерушимой клятве. 

Поэтому маленький принц бросился на шею к девушке, а Валери довольно запищала: «Лили! Сундук!» и поцеловала  Лилиан в щеку.

Именно в этот момент в детскую заглянул лакей и сообщил, что его отправила её высочество предупредить о том, что ужин в малой столовой состоится через час.

Лилиан с сожалением оставила малышей с нянями и отправилась в свою комнату, чтобы переодеться и привести себя в порядок после верховой прогулки.

За прошедшие годы девушка уже привыкла к той роскоши, которая теперь постоянно окружала её любимую Бель и реагировала на нее спокойно. 

По мнению Лилиан, её восхитительная сестра идеально соответствовала всем критериям принцессы Рейдалии, хотя король с королевой – дед и бабка Эдуарда Ветинга – были с ней не согласны. 

С Лилиан никто не делился этой информацией, но девушка давно выяснила, каким способом Эдуард Ветинг получил согласие деда на брачный союз с Беллой: услуга в обмен за услугу. 

Однако, несмотря на королевское разрешение, Бель не желали видеть при дворе из-за личной неприязни королевы к супруге внука…

Лилиан тряхнула головой, отгоняя печальные мысли, и вошла в свою комнату. За дверью её уже ждали горничные, которые всегда прислуживали, когда девушка останавливалась в поместье Ветингов. 

В четыре руки девушки быстро помогли молодой госпоже освежиться, переодеться, расплели, причесали и вновь заплели и уложили длинные каштановые волосы. Меньше, чем за час, мисс Лилиан Харрис полностью подготовили к ужину, нарядив в элегантное платье из изумрудного шелка и редкие изумруды, подаренные Ветингами на двадцатилетие.

Девушка вышла из комнаты и вслед за лакеем, который уже ожидал её появления в коридоре, отправилась в малую столовую.

— Эндрю, а его высочество ещё не вернулся?

— Вернулся, мисс. Недавно. Милорд в своих покоях, переодевается и приводит себя в порядок.

Эта новость немного расстроила Лилиан. Она все же надеялась, что принц не сможет сегодня присутствовать на ужине, так как подозревала, что Эдуард будет снова недоволен и ее новой договоренностью, и новым нанимателем. 

Во-первых, потому что супруг сестры часто называл её авантюристкой, чье ребячество зашло слишком далеко. Если бы не заступничество Бель, пользуясь властью и статусом, принц уже давно соединил бы ее брачными оковами с кем-либо из своих друзей, родственников или подчиненных, так как искренне считал, что любой леди рядом нужен сильный мужчина. 

А во-вторых, принц точно владел той информацией, которую Лилиан пока тщательно скрывала от всех, в том числе от тети Мэри, которая собирала для нее сплетни высшего света.

Выслушав тетю, мисс Харрис уяснила для себя, что аристократы Рейдалии далеки от древних легенд отландских островов. Но к этим аристократам точно не относился глава теней королевского рода. 

— Лилиан.

Услышав знакомый голос мужчины, о котором она только что размышляла, мисс Харрис от неожиданности вздрогнула и застыла прямо в движении, сердце застучало быстрее, гулко отдаваясь в ушах.

— Ваше высочество! — Девушка очнулась и неуклюже присела в положенном реверансе.

— Давайте без этого, — поморщился принц Эдуард, темно-зеленые глаза уставились на девушку остро и изучающе. — Хочу поговорить с вами. До ужина. И до того, как встречусь с МакЛаудом. Беллу я предупредил. Она займет нашего гостя.

Девушка опустила глаза, чтобы не выдать свою насторожённость и досаду, и кивнула. Отказаться от беседы она не могла. 

Когда Эдуард Ветинг узнал про ее первый договор, то отчитал ее, несмотря на то, родственники довольно быстро смирились. Когда услышал о её втором деле, молча схватил за руку и волоком потащил в кабинет. Для нотации. Подобные нотации девушка выслушивала потом после каждого заключенного договора и обещала, что тот будет последним.

Лилиан не сердилась. Знала - его высочество просто волнуется. Как заботливый старший брат. Но каждый раз подсознательно ждала, что тот потребует от нее магическую клятву о том, что она прекращает свою довольно рискованную работу.

Эдуард взглядом отпустил вытянувшегося в струну лакея, после чего нажал на тайную панель в коридоре. Стена бесшумно отъехала в сторону, его высочество сделал приглашающий жест девушке пройти в нишу, из которой он только что появился…

Мысленно вздохнув, Лилиан Харрис смело шагнула в тайный проход. Успокаивало её лишь то, что с МакЛаудом магический договор уже заключен и расторгнуть его непросто.