Безбилетный пассажир

Раннее декабрьское утро. Легкий морозец, мелкий снежок, больше похожий на сухую манную крупу, и голубоватая предрассветная дымка. Но у меня совсем нет сил, чтобы насладиться приходом зимы. Вдыхаю колючий воздух, механически переступаю с ноги на ногу и чувствую себя выжатым лимоном… Упорно бреду по просыпающемуся городу, а в голове мечты о том, чтобы, наконец-то, просто выспаться. Нет, сегодня тоже не удастся. Завтра первый зачет, а за ночную смену в аптеке я выучила только пять билетов.

Сворачиваю во двор и сразу сталкиваюсь со своей соседкой, Тамарой. Кивает мне, приветствуя, поправляет наушники и пытается вернуть под шапку вырвавшиеся на свободу волосы. Они с Ральфом на утренней пробежке. Я даже немного завидую этой ее активности. Ни дождь, ни мороз им не помеха, а мой Корс все еще ждет меня на коврике в прихожей.

Перекидываемся с ней несколькими фразами и расходимся в разные стороны. Она – к небольшому лесочку за последними пятиэтажками, я – домой. Плотнее запахиваю пальто, потому что немного озябла с непривычки. Обычно я добираюсь на общественном транспорте, но сегодня прошлась пешком в надежде себя растормошить. Плохое решение, только силы последние потратила, а надо еще погулять с Корсом. Не до лесочка, конечно, но хоть как-то, всю ночь терпел, бедняга.

Ковыряю дверь ключом, а от радостных повизгиваний, доносящихся из квартиры, в моем сердце разливается желанное тепло. Он ждет, меня кто-то все еще ждет! Тут же огорчаюсь, вспоминая, как уже бывший парень бросил мне в лицо обидные слова. Меня хватает лишь на учебу, работу и собаку. А он не готов дожидаться «окна» в моем плотном графике. Прошло почти три месяца, но мне до сих пор больно.

Распахиваю дверь и присаживаюсь на корточки, обнимая прыгающего от радости питомца! Корс – больше чем собака, он остался единственным мужчиной, ради которого хочется спешить домой. Подставляю лицо под щенячьи поцелуи. Пусть не очень гигиенично, зато от чистого сердца! Я знаю, Корс меня любит.

Подцепляю к ошейнику поводок, прихватываю тканевый намордник и снова выхожу в подъездный коридор. Очень хочется уже вытянуть ноги на своем потертом диване, но обязанности превыше всего. Мы спешим на улицу радоваться снежной крупе и отдирать от земли примерзшие палки.

Я искренне хочу обеспечить Корсу должный уход, так же как Тамара бегать с ним по утрам, покупать собачьи вкусняшки и игрушки. Но сейчас в моей жизни слишком сложный период. Я отказываю себе во всем, пытаясь хоть как-то удержаться на плаву. Сгребаю ладонями его пушистую мордень и заглядываю в глаза.

– Прорвемся! Мы же с тобой молодцы! Ведь молодцы?

Преданно смотрит мне в глаза и пытается лизнуть в нос. Он в меня верит. Верит даже тогда, когда я начинаю сомневаться. Смахиваю с его спины редкие снежинки и тяну песю домой. У меня замерзли ноги, а разболеться в Новый год будет самым большим недоразумением.

Возвращаемся в квартиру, моем лапки. Навожу себе большую чашку ароматного зеленого чая с жасмином и кусочками персика и иду в единственную в моей квартире комнату. Я обычная студентка. Моей зарплаты фармацевта хватает лишь на такую скромную жилплощадь. Усаживаюсь в кресло и делаю первый обжигающий глоток. Надо взять конспекты лекций и распечатки из интернета и с пользой провести эти полчаса условного отдыха. Но у меня банально нет сил снова идти в прихожую и искать их в сумке. Решаю разгрузить не только позвоночник, но и голову.

Накидываю плед на озябшие стопы, Корс тут же забирается мне на колени, и я расплываюсь в улыбке, ощущая, как о мою ногу настойчиво бьется собачье сердце. Глажу его по голове, периодически почесывая за ушком и попадая пальцами по кожаному ошейнику, и сама не понимаю, когда успеваю уснуть.

Медленно выныриваю из дремы и пытаюсь потянуться, чтобы размять затекшее тело. Скольжу взглядом по окну, снег усилился, и теперь на улице самый настоящий снегопад. На подоконнике уже набралась небольшая шапка, и я, наконец-то, радуюсь пришедшей в город зиме. Даю себе несколько минут, чтобы окончательно проснуться.

Странно, что рядом нет Корса. Обычно он уходит в свою корзинку, когда я засыпаю, но сейчас она даже не примята. Прислушиваюсь к звукам в квартире. Если он на кухне, то наверняка хрустит сухим кормом. Может, конечно, еще смотреть в окно, взобравшись на кухонный диванчик или… Неожиданно звенящая тишина разбавляется голосом Петьки с пятого этажа.

– Дашка, у тебя, что, дверь открыта?! Даша, ау!!!

Холодею от неприятной догадки…Этого просто не может быть…

Слышу, как сосед возится в коридоре, снимая ботинки и наступая на скрипящую половицу. Корс бы уже давно встретил его заливистым лаем, но в моей квартире все также тихо. Пожалуйста, только не это!

Крепко зажмуриваюсь, надеясь, что все происходящее здесь – просто кошмарный сон. Со всей силы щипаю себя за предплечье, но проснуться не получается. В дверном проеме возникает Петькина фигура, и я хочу провалиться сквозь землю, лишь бы не ощущать эту боль в своем сердце.

Встречаемся с ним глазами. Нам не нужны слова, мы оба понимаем, что моя собака пропала…

Срываюсь с места и спешу в коридор. Петька сворачивает на кухню, я же выбегаю к лестнице. Куда? Вверх или вниз?! Не могу собрать мысли, меня накрывает паникой. Спускаюсь на один пролет и хватаюсь за перила. Ноги отказывают слушаться, и я делаю вынужденную передышку. Пытаюсь привести мысли в порядок и включить логику: дверь подъезда всегда закрыта, соседи мою собаку знают. Не станут же они специально выпускать его одного на улицу? Или станут?

Сердце сжимается от страха, но я заставляю себя идти вперед. Еще один пролет, и еще один. По ногам тянет неприятным сквозняком. Делаю последний поворот и… Ну кому приспичило проветривать подъезд в декабре?! Не замечаю, как преодолеваю последние ступеньки и выскакиваю на мороз.

– Куда?! Совсем из ума выжила?!

Петька втаскивает меня обратно и тянет дверь на себя. Но я, кажется, вообще ничего не соображаю. Брыкаюсь и пытаюсь перехватить ускользающую ручку. Он отталкивает меня на пару шагов и отпускает, но только лишь для того, чтобы встряхнуть за плечи.

– Дашка! Совсем сдурела?! В снег босиком!

Только сейчас понимаю, что у меня действительно окоченели ноги, потому что я даже не подумала надеть домашние тапки, как спала в носках, так и выскочила. Осознаю, соглашаюсь, но в душе такой раздрай, что я просто смотрю на Петьку и хлопаю глазами.

– Даша, мы найдем твою собаку! Я в этом уверен! А ты знаешь, какая у меня интуиция!

Выдавливаю из себя улыбку, но сама думаю лишь о том, как оденусь и побегу по району.

– Я сейчас схожу в магазин за памперсами, и мы вместе поищем твоего Корса. Я уверен, в такой снегопад, он не мог далеко убежать. Наверняка, греется на трубах!

А вот я не уверена. Это кокер-спаниель, они ужасно любознательные. Но трубы проверю в первую очередь!

Петька все еще ждет ответа, поэтому я рассеянно киваю и выдавливаю из себя горькое спасибо. А потом плетусь в квартиру. Я даже не потрудилась ее закрыть. Зачем? Самое ценное сейчас находится где-то вне ее.

Вздыхаю и меняю носки, натягиваю на себя пальто и шарф, и снова выхожу в коридор. Беру мобильный, поводок, вкусняшку. Что хоть еще надо?! Не знаю, мне очень сложно анализировать. Руки трясет мелкой дрожью, и дышать мне тяжело. Я никогда раньше не теряла своих питомцев.

К горлу подступает болезненный комок, и начинает щипать в носу. Знала же, что этим все и закончится, я ужасная плакса! Но плакать на морозе – последнее дело. Поэтому я смахиваю слезы кончиком шарфа и шагаю в снежную пелену.

Рассматриваю снег под ногами. Надежда найти в нем следы Корса умерла, даже не успев превратиться в мысль. Погода сегодня против. Глушу очередной приступ паники. Я – будущий врач, мне надо сохранять хладнокровие. Иначе, как я собираюсь спасать людские жизни, если не могу справиться даже со своими эмоциями.

Пытаюсь мыслить логически. Петька прав, начну поиск с труб! Там тепло и всегда лежит корм для бездомных животных. Но Корса я не вижу, нахожу лишь пару рыжих котов-близнецов, да местную собаку. Решаю пройтись нашим постоянным маршрутом, часто останавливаюсь, зову своего друга. Давлю слезы, закусываю губу, чтобы в очередной раз не разрыдаться. Я ужасно виновата! Взяла на себя ответственность и не справилась с одной собачьей жизнью, а у Петьки трехмесячные близняшки, и он справляется!

Какая же я бездарность! Права была мама, не стоило заводить собаку. Достаю телефон и уже прокручиваю список вызовов, ища взглядом родной контакт, но останавливаю себя на полужесте. Зачем волновать моих родителей? С поиском Корса они не помогут, а переживать будут. Завтра позвоню, после зачета. Расскажу, как я провалилась по всем фронтам.

Заворачиваю в очередной двор и наталкиваюсь взглядом на рыжего спаниеля! Он задорно гребет рыхлый снег, путаясь в своих длинных ушах. Сердце останавливается, а потом пускается вскачь, и я кричу, что есть силы:

– Корс! Корсар! Мой мальчик!

Бегу, размазывая по щекам некстати хлынувшие слезы. Вижу лишь рыжий силуэт, не замечая ничего вокруг. Вытягиваю руку, пытаясь схватить своего друга за ошейник, но меня неожиданно сбивают с ног.

– Что вам надо от моей собаки?

В поле зрения появляется взволнованное женское лицо. Я промаргиваюсь и пытаюсь на нем сфокусироваться.

– Извините, я, кажется, обозналась…

Шепчу, глотая слезы. Передо мной действительно чужой питомец, у него подпалины на мордочке и более насыщенный цвет шерсти.

– Ты свою собаку, что ли, потеряла?

Хозяйка спаниеля помогает мне подняться. Она выглядит растерянной, но не настроенной враждебно, и меня прорывает. Рассказываю ей, как уснула, не проверив дверь, и как мой пес выскочил на улицу. Стараюсь не шмыгать носом, но я вся в слезах и талом снеге. И выгляжу, наверно, весьма плачевно.

– И давно ты так по улицам бегаешь? – она стряхивает белую крошку с моей спины.

– Не знаю, – я действительно потеряла счет времени, а еще, наверно, замерзла, потому что не ощущаю ног.

– Ты давай, иди домой! Не дело это по чужим дворам одной шататься, сейчас еще и темнеть начнет. Лучше объявлений наделай, только обязательно с фотографией. И расклей их по району. Или на магазины и остановки. Ну, или где там народа больше ходит, подумай. И не плач, – гладит меня по плечу, как неразумного ребенка. – Найдется твой пес! Обязательно найдется!

Благодарю ее за совет, прощаюсь. Но женщина просит номер моего телефона, обещает, что если вдруг заметит бесхозного кокера, обязательно его придержит.

Улыбаюсь ей от чистого сердца, потому что мне сейчас важна любая поддержка, пусть даже это простое человеческое сострадание. Нащупываю в руке телефон, чтобы сбросить ее прозвон, и замечаю двенадцать пропущенных от Петьки.

В душе появляется иррациональная надежда. Не мог же он названивать без причины.

Дорогие мои читатели!
Приветствую вас в этой неожиданной новогодней истории! Хочется создать что-то легкое, позитивное и дарящее веру в то, что все испытания и сложности останутся в уходящем году, а в Новый 2023 мы унесем только доброе и светлое! Посмотрим, получится ли у меня задуманное.
А пока хочу спросить своих самых внимательных читателей: а никто из этой истории вам не показался знакомым? С одним из героев мы уже успели подружиться в , правда там он был проходящим персонажем, а здесь - главный помощник "Деда Мороза". Кстати, в следующей главе мы столкнемся еще с одним отчаянным волонтером. Так что, если вы еще не читали эту книгу, сердечно вас в нее приглашаю.
И напоследок расскажу, что Безбилетный пассажир участвует в писательском флешмобе #!!! Переходите по ссылке или ищите этот тег в аннотациях. Здесь много интересных книг!

Набираю Петьку, параллельно прощаясь со своей новой знакомой. Я благодарна ей за поддержку, пусть даже у нее и не вышло помочь мне напрямую.

– Дашка, куда ты провалилась?! Мы с Олесей уже в розыск подавать собирались!

Он переживает, это приятно.

– Корс вернулся?

Я очень хочу услышать желанную новость, но мой сосед лишь только сопит в ответ.

– Не вернулся, но вернется! Даша, срочно иди домой. Олеся связалась со своими девочками из «Защиты», нужна фотография Корса. Они обещали выложить посты на всех площадках! Чем больше народа знают о нем, тем выше вероятность, что кто-то его заметит.

Не думаю, что в преддверии Нового года, кто-то озаботится поиском пропавшей собаки, но все равно цепляюсь за эту ниточку. Сейчас я готова поверить в любое чудо, лишь бы найти своего потеряшку.

– Кстати, а ты где? – это уже Олеся не выдерживает и вмешивается в разговор.

Оглядываюсь по сторонам. Куда хоть меня занесло? Район не очень знаком, но я слышу звук трамвая и решаю идти в ту сторону. На остановке уже точно сориентируюсь.

– Да тут неподалеку, – стараюсь свернуть разговор, чтобы не признаваться, что немного заблудилась. – Я сейчас приду. А у вас принтер работает?

– Конечно, как мы без принтера? Даша, давай заходи к нам с хорошими фотографиями, я уже составила текст. Осталось прикрепить и разослать. Ну и распечатать тоже в принципе можно.

Она привычно барабанит пальцами по телефону, и этот звук меня неожиданно успокаивает. Как бы я сейчас себя не накручивала, у меня есть надежный тыл. Спешу к остановке и надеюсь быстрее добраться до дома.

Подходя к своему подъезду, снова ощущаю тянущую боль в груди. Нет, я совершенно здорова, но от переживаний мне сейчас трудно дышать. Надо выпить успокоительное, только вот я не могу заставить себя зайти в пустую квартиру. Решаю сразу подняться к соседям. В их доме вкусно пахнет булочками с корицей и тихим семейным счастьем. Мне даже немного завидно от того, как легко у них все устроилось.

Петька быстро определился с тем, кого хочет видеть своей женой, и Олеся не стала долго раздумывать, просто ответила да. У них уже двое малышей и полный дом подопечных животных.

Стоит только перешагнуть порог, мне под ноги бросается Булька, огромный рыжий кот, который любит всех подряд. Он смешно заваливается на бок в порыве сильнее боднуть мою ногу. На трех лапках действительно трудно устоять. У Ольховых все животные с изюминкой.

Стягиваю сапоги и глажу его по спине. Булька тут же включает трактор. Я бы хотела себе кота, но Корс жутко ревнивый. Прикусываю губу, потому что… Бедный мой мальчик! Представляю, как ему сейчас одиноко и страшно!

– Так, хватит тут топтаться, дуй в ванну, а потом на кухню, – Олеся встречает меня с маленьким Лукой на руках.

– Привет, малыш!

Хочется потискать его пухлые щечки, но я с мороза и с грязными руками.

– А где ваша принцесса?

– Конечно, у папы! – фыркает молодая мамочка и едва не спотыкается о Бульку. – Да что ж ты такой беспривязный!

Петька тоже выходит меня встречать, и я снова чувствую укол зависти. Когда я сняла квартиру в этом доме, он проявлял ко мне интерес. Но тогда я была по уши влюблена. Не в него. А потом Петька встретил Олесю и пропал.

У него на руках причмокивает от нетерпения очаровательная малышка. Настоящая папина дочка. Терзает старый галстук, повязанный на его шее небрежным бантом.

– Ты экстравагантен! – я даже искренне улыбаюсь, потому что это действительно мило: маленькая хитрюшка вьет веревки из взрослого мужика.

– А то! Мой руки и проходи!

Послушно открываю дверь в ванну. В раковине привычно лежит Шпинат. Он слепой и любит тишину. Но в шумной кошачьей семье покой – это роскошь. Вот и живет Шпинатик в самоизоляции. Впрочем, кот доволен, хозяева тоже. Перекладываю слепыша на специальную лежанку, мою руки и протираю раковину насухо. У Олеси все продумано до мелочей, и я не желаю нарушать ее порядки.

На кухне уже пыхтит чайник, а Лука гулит в специальной детской люльке. Оглядываюсь в поисках табурета.

– Дашка, что там с фотографиями?! Девчонки на низком старте. Они разместят информацию в пятнадцати группах, оттуда пойдут перепосты! Представляешь себе, какой масштаб! У Корса просто нет шансов остаться незамеченным!

Олеся в нетерпении потирает ладони друг о друга. А я протягиваю ей телефон. У меня отдельная папка с его фотографиями.

– Мой малыш, – она быстро перелистывает картинки. – Вот ведь отправился за приключениями.

Корс – ее малыш, такой же, как и мой. Его и еще нескольких новорожденных щенков выкинули в пакете на мусорку. Добрые люди нашли, «Защита» взяла на кураторство. А я поддалась на уговоры Олеси, которая к тому моменту была уже в положении, но очень хотела себе собаку. Из меня получилась плохая хозяйка. Я не уследила.

Забиваюсь в угол и малодушно мечтаю о том, чтобы уметь отматывать время назад. Я бы не позволила себе быть настолько безответственной. Как он сейчас? Где? А если он попал в беду? Кто ему поможет? Кто приласкает? Не замечаю, как по щекам снова катятся слезы. Я уже наревелась на целый месяц вперед, но скоро установлю свой личный рекорд.

– Так, я все! Техника прогрета, давай ноут! – Петька замирает в дверях. – Дашка! Что за мокроту ты тут нам наводишь?!

Вздрагиваю от его голоса, я слишком глубоко погрузилась в свои мысли.

– Подожди, сейчас листовку сверстаю. Манюня где?

– В кроватке грызет ухо кролику.

– Хорошо, что не хвост Шпинату, – усмехается Олеся и захлопывает ноутбук. – Док на рабочем столе. Печатай штук сто. А мы пока поедим!

– Я не хочу, – пытаюсь протестовать, но выходит вяло.

– А ты через не хочу, Даша! Вдруг сейчас позвонят за Корсом ехать, а ты еле на ногах стоишь!

Петька уходит из кухни, а Олеся уже накладывает мне тарелку ароматного плова.

– Вот скажи, когда ты ела в последний раз?

– Вчера перед работой. Потом только чай пила с печеньем и без.

Я действительно голодная и держусь на честном слове. Не вижу смысла храбриться, Ольховы знают меня как облупленную. Поэтому просто подхватываю рис ложкой. Хотелось бы поесть, не ощущая вкуса, но плов просто тает во рту. А Корсар сейчас сидит где-то голодный…

Кусок мяса встает поперек горла. Делаю большой глоток воды, стараясь не думать, что пока я набиваю свое пузо, моя собака замерзает на улице. Олеся молчит, и я ей благодарна. Любое неосторожное слово, и меня снова прорвет.

– Девчонки! Листовки распечатаны! – Петька похлопывает пачкой бумаги по своей ладони. – Даша, как будешь готова, свистни! Я с тобой пойду расклеивать.

Подхватываюсь с табуретки.

– Куда собралась? Доедай! – шипит на меня соседка.